Дело № 2-545/2018

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

(извлечение для размещения на Интернет-сайте суда)

13 сентября 2018 года Санкт-Петербург

Калининский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Смирновой О.А.,

при секретаре Закатовой К.Э.,

рассмотрев гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 о признании договоров дарения доли квартиры недействительной, применении последствий недействительности ничтожной сделки,

установил:

Истец обратился в Калининский районный суд Санкт-Петербурга с иском к ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, после уточнения требований в окончательной форме просила признать договор дарения от 8 декабря 2016 г., удостоверенный временно исполняющим обязанности нотариуса нотариального округа Санкт-Петербурга, в реестре ХХ, заключенный между ФИО3, с одной стороны, и ФИО2 и ФИО4, с другой стороны, недействительным, признать договор дарения от 21 декабря 2016 г. удостоверенный нотариусом нотариального округа Санкт-Петербурга в реестре ХХХ, заключенный между ФИО3, с одной стороны, и ФИО5, с другой стороны, недействительным, применить последствия недействительности ничтожной сделки, возвратив 1/5 доли в праве общей долевой собственности на указанную квартиру по 1/15 долей каждому в собственность ответчиков ФИО3, ФИО4, ФИО2, прекратить право общей долевой собственности на 1/5 доли указанной квартиры ответчика ФИО5 Свои требования истец мотивировала тем, что 26 декабря 2016 г. между ответчиками ФИО3, ФИО4, ФИО2, с одной стороны, и ответчиком ФИО5, с другой стороны, была совершена сделка по отчуждению первыми последнему 1/5 доли квартиры, расположенной по адресу: Х, номер государственной регистрации права от 26 декабря 2016 г. Ответчик ФИО5 приходится ФИО3 Х, ответчикам ФИО2 и ФИО4 - ХХ. Ответчикам ФИО3, ФИО4, ФИО2 принадлежали по 1/15 долей каждому в праве общей долевой собственности на указанную квартиру на основании решения суда о признании за ними права на наследство, оставшееся после М. 4/5 долей в праве общей долевой собственности на указанную квартиру принадлежат истцу на основании решения Калининского районного суда Санкт-Петербурга от 30 апреля 2013 г. о признании права на наследство, оставшееся после наследодателя М. Помимо названной квартиры и иного имущества истцу и ответчикам перешли и долги наследодателя. Апелляционным определением Санкт-Петербургского городского суда от 9 апреля 2015 г. отменено решение Дзержинского районного суда Санкт-Петербурга от 15 декабря 2014 г. об отказе в удовлетворении иска Х. к наследникам М. – ФИО2, ФИО3, ФИО4 и к истцу о взыскании суммы займа, процентов за пользование займом, неустойки, обращении взыскания на наследственное имущество, и принято новое решение, согласно которому в пользу Х. взыскано солидарно с истца и ответчиков ФИО2, ФИО3, ФИО4 сумма займа в размере 9500000 руб., проценты за пользование денежными средствами в размере 2992500 руб., неустойка в размере 67857 руб. 71 коп. В целях исполнения указанного судебного акта на основании заявления взыскателя и исполнительного листа от 20 мая 2015 г. 19 июня 2015 г. судебным приставом-исполнителем Дзержинского ОСП Центрального района Санкт-Петербурга вынесено постановление о возбуждении исполнительного производства в отношении истца с предметом исполнения – взыскание задолженности в размере 12560357 руб. 71 коп. 7 июля 2015 г. судебным приставом-исполнителем ОСП по Кондопожскому району УФССП России по Республике Карелия возбуждено исполнительное производство в отношении ФИО6 с предметом исполнения – взыскание задолженности в сумме 12560357 руб. 71 коп. Указанные исполнительные производства объединены в сводное. 11 февраля 2016 г. постановлением главного судебного пристава Российской Федерации определено место ведения сводного исполнительного производства в отношении всех солидарных должников – ОСП Кондопожского района Республики Карелия. Исполнительное производство в отношении истца было передано в ОСП по Кондопожскому району Республики Карелия и ему присвоен номер Х, оно входит в сводное Х. 19 июня 2015 г. постановлением судебного пристава-исполнителя Дзержинского ОСП Центрального района УФССП России по Санкт-Петербургу в отношении принадлежащей истцу до принятия наследства квартиры по адресу: Х2, объявлен запрет на совершение регистрационных действий, действий по исключению из росреестра. Этим же постановлением объявлен запрет в отношении принадлежащих истцу 4/5 долей одной из наследственных квартир по адресу: Х. На этот момент за ответчиками ФИО3, ФИО2, ФИО4 право общей долевой собственности на доли указанной квартиры зарегистрировано не было. На момент совершения оспариваемой сделки ответчикам было известно о наличии долга перед взыскателем Х., о том, что взыскание долга имеет солидарный характер, о том, что часть этого долга погашена истцом, о возбужденных исполнительных производствах на сумму 12560357 руб. 71 коп., о том, что долг не погашен в полном объеме, а также о том, что в производстве Дзержинского районного суда Санкт-Петербурга находится иск Х. о взыскании процентов за неисполнение судебного акта. Ответчики намеренно совершили оспариваемую сделку с целью выведения имущества из-под возможного ареста и обращения на него взыскания, в том числе, в будущем, в порядке регресса. 2 июля 2015 г. постановлением судебного пристава-исполнителя Дзержинского ОСП Центрального района УФССП России по Санкт-Петербургу в качестве меры принудительного исполнения был наложен арест на принадлежащую истцу до принятия наследства квартиру, расположенную по адресу: Х2. По факту наложения ареста составлен акт о наложении ареста от 2 июня 2015 г. 25 августа 2015 г. судебным приставом-исполнителем Дзержинского ОСП направлена заявка на оценку вышеназванного арестованного имущества. 23 декабря 2015 г. выполнен отчет о рыночной стоимости принадлежащей истцу квартиры. 31 мая 2016 г. судебным приставом-исполнителем данного ОСП, было вынесено постановление о принятии отчета об оценке вещи для дальнейшей ее реализации. Истец обратилась в суд с административным иском об оспаривании вышеназванных действий пристава-исполнителя. Решениями суда в удовлетворении административных исков истцу отказано. Апелляционными определениями Суда решения отменены, требования истца удовлетворены. В целях правильного исполнения судебного акта от 9 апреля 2015 г. обращение взыскания возможно на перешедшее к наследникам наследственное имущество. При этом, должники которым известно о долговых обязательствах, перешедших им в порядке наследования, не имеют права на злоупотребление своими правами собственников и отчуждение иным лицам наследственного имущества по указанным выше причинам.

Ответчики ФИО5, ФИО3, ФИО2, ФИО4 с иском не согласились, направили в суд письменный отзыв на него, указав, что в настоящее время также осуществляют оплату долга, взысканного по решению суда, у всех производятся удержания в размере 50% от дохода, наложен арест на принадлежащее ответчикам личное имущество, также не являющееся наследственным. Размер доли истца в наследственном имуществе значительно выше долей ответчиков. Права ФИО1 при заключении договоров дарения не затрагиваются и не нарушаются. Объема и стоимости наследственного имущества более чем достаточно для погашения задолженности перед Х. Отчужденная доля на момент заключения договора в споре и под арестом не состояла, судебные разбирательства относительно взыскания с ответчиков задолженности по договору займа были завершены. Оспариваемая сделка была заключена в соответствии с законом, прошла необходимую процедуру по регистрации перехода права (л.д. 122-125). 

В судебное заседание истец ФИО1, а также ее представители ФИО7, ФИО8 явились, поддержали уточненные исковые требования, на удовлетворении которых настаивали.

Ответчики ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 о времени и месте судебного заседания извещались в надлежащем порядке, в судебное заседание не явились.

Третьи лица ФИО9, Отдел судебных приставов по Кондопожскому району УФССП России по Республике Карелия, Управление Росреестра по Санкт-Петербургу о времени и месте судебного заседания извещались в надлежащем порядке, в судебное заседание не явились, представителей не направили.

По смыслу п.1 ст.165.1 Гражданского кодекса РФ юридически значимое сообщение, адресованное лицу, должно быть направлено по адресу его регистрации (месту нахождения), по месту жительства или пребывания либо по адресу, которое лицо указало само (например, в тексте договора), либо его представителю.

При этом необходимо учитывать, что лицо несет риск последствий неполучения юридически значимых сообщений, доставленных по указанным адресам, а также риск отсутствия по указанным адресам своего представителя. Сообщения, доставленные по названным адресам, считаются полученными, даже если соответствующее лицо фактически не проживает (не находится) по указанному адресу.

Если иное не установлено законом или договором и не следует из обычая или практики, установившейся во взаимоотношениях сторон, юридически значимое сообщение может быть направлено, в том числе посредством электронной почты, факсимильной и другой связи, осуществляться в иной форме, соответствующей характеру сообщения и отношений, информация о которых содержится в таком сообщении, когда можно достоверно установить, от кого исходило сообщение и кому оно адресовано.

Юридически значимое сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено, но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним, в том числе если адресат уклонился от получения корреспонденции в отделении связи, в связи с чем она была возвращена по истечении срока хранения.

Риск неполучения поступившей корреспонденции несет адресат.

Согласно п.68 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 года №25 ст. 165.1 ГК РФ подлежит применению также к судебным извещениям и вызовам.

Учитывая, что ответчикам и третьим лицам направлялась судебные повестки по адресам их регистрации, однако извещения возвращены в суд в связи с истечением срока хранения, суд считает ответчиков и третьих лиц надлежащим образом извещенными о времени и месте судебного разбирательства, и в силу ст. 167 Гражданского процессуального кодекса РФ считает возможным рассмотреть дело в отсутствие указанных лиц.

Выслушав пояснения истца и ее представителей, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему выводу.

Согласно п. 3 ст. 1 Гражданского кодекса РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (п. 4 ст. 1 Гражданского кодекса РФ).

В силу абзаца 1 п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса РФ не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения данного запрета суд на основании п. 2 ст. 10 Гражданского кодекса РФ с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также принимает иные меры, предусмотренные законом. Злоупотребление правом при совершении сделки нарушает запрет, установленный ст. 10 Гражданского кодекса РФ, поэтому такая сделка признается недействительной на основании ст. ст. 10 и 168 Гражданского кодекса РФ. В соответствии с п. 1 ст. 170 Гражданского кодекса РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать правовые последствия, ничтожна.

Согласно ст. 168 Гражданского кодекса РФ (в редакции на момент совершения сделки от 08.09.2016г.) сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В судебном заседании установлено, что решением Калининского районного суда Санкт-Петербурга от 30 апреля 2013 г. исковые требования ФИО1 к А., М., ФИО2, ФИО3 о признании права на наследство удовлетворены. За истцом ФИО1, признано право собственности на имущество М., умершего в декабре 2009 года, в порядке наследования по закону, в том числе на 4/5 доли в праве собственности на квартиру общей площадью 52,9 кв.м. по адресу: Х3.

Ответчикам ФИО3, ФИО4, ФИО2 принадлежали 1/15 долей каждому в праве общей долевой собственности на вышеназванную квартиру.

Решением Дзержинского районного суда Санкт-Петербурга от 15 декабря 2014 г. требования Химича В.Р. к ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО1 о взыскании суммы займа, процентов за пользование займом, неустойки отказано.

Апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 9 апреля 2015 г. указанное решение Дзержинского районного суда Санкт-Петербурга отменено, по делу принято новое решение, которым с ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО1 в пользу Химича В.Р. солидарно взыскана сумма займа в размере 9500000 руб., проценты за пользование денежными средствами в размере 2992500 руб., неустойка в размере 67857 руб. 71 коп. Кроме того данным апелляционным определением с ответчиков в пользу Химича В.Р. взысканы расходы по оплате услуг представителя в размере 15000 руб., расходы по оплате государственной пошлины по 15000 руб. с каждого.

В целях исполнения указанного судебного акта на основании заявления взыскателя и исполнительного листа от 20 мая 2015 г. 19 июня 2015 г. судебным приставом-исполнителем Дзержинского ОСП Центрального района Санкт-Петербурга вынесено постановление о возбуждении исполнительного производства в отношении истца с предметом исполнения – взыскание задолженности в размере 12560357 руб. 71 коп.

7 июля 2015 г. судебным приставом-исполнителем ОСП по Кондопожскому району УФССП России по Республике Карелия возбуждено исполнительное производство в отношении ФИО6 с предметом исполнения – взыскание задолженности в сумме 12560357 руб. 71 коп.

Указанные исполнительные производства объединены в сводное. 11 февраля 2016 г. постановлением главного судебного пристава Российской Федерации определено место ведения сводного исполнительного производства в отношении всех солидарных должников – ОСП Кондопожского района Республики Карелия. Исполнительное производство в отношении истца было передано в ОСП по Кондопожскому району Республики Карелия и ему присвоен номер Х, оно входит в сводное Х.

19 июня 2015 г. постановлением судебного пристава-исполнителя Дзержинского ОСП Центрального района УФССП России по Санкт-Петербургу в отношении принадлежащей истцу до принятия наследства квартиры по адресу: Х2, объявлен запрет на совершение регистрационных действий, действий по исключению из госреестра. Этим же постановлением объявлен запрет в отношении принадлежащих истцу 4/5 долей одной из наследственных квартир по адресу: Х.

На этот момент за ответчиками ФИО3, ФИО2, ФИО4 право общей долевой собственности на доли указанной квартиры зарегистрировано не было.

На основании договора дарения от 8 декабря 2016 г., удостоверенного временно исполняющим обязанности нотариуса нотариального округа Санкт-Петербурга, в реестре ХХ, заключенного между ФИО3 с одной стороны и ФИО2 и ФИО4 с другой стороны, а также договора дарения от 21 декабря 2016 г. удостоверенного нотариусом нотариального округа Санкт-Петербурга в реестре за ХХХ, заключенного между ФИО3 с одной стороны и ФИО5 с другой стороны, 1/5 доля квартиры, расположенной по адресу: Х, принадлежат ответчику ФИО5

Как следует из установленных судом обстоятельств, у ответчиков также как у истца на момент заключения договоров дарения долей квартиры от 8 декабря 2016 г. и 21 декабря 2016 г. существовали крупные неисполненные обязательства перед взыскателем ФИО9 по исполнительному производству, возникшие из договора займа от 13 июля 2007 г.

Таким образом, следует признать, что на момент совершения сделки ответчики знали о существовании у них значительных долговых обязательств по исполнительному производству, возникших задолго до совершения оспариваемых сделок, однако имея неисполненные денежные обязательства перед взыскателем, указанные ответчики подарили принадлежащие им доли в размере ФИО5

По изложенным основаниям суд приходит к выводу, что заключенные договоры дарения 1/5 доли квартиры являются мнимыми сделками, поскольку заключены с целью сокрытия имущества от обращения на него взыскания по требованию кредитора. При этом материалами дела подтверждено, что при заключении договоров дарения стороны намеревались создать последствия в виде уклонения от исполнения обязательств по исполнительному производству; поскольку в спорной квартире одаряемый не зарегистрирован (л.д. 70), доказательств проживания и выполнение обязанностей по содержанию жилого помещения не представлено; ответчиками не доказано фактическое исполнение договора и создание соответствующих правовых последствий исполнения сделки.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 86 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса РФ).

Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса РФ.

Гражданское законодательство не допускает осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав - злоупотребление правом (абзац второй пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса РФ). Несоблюдение данного запрета на основании пункта 2 статьи 10 Гражданского кодекса РФ с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления влечет отказ судом лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применение иных мер, предусмотренных законом.

В пункте 7 Постановления Пленума ВС РФ №25 разъяснено, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса РФ). К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 Гражданского кодекса РФ) (пункт 8 Постановления Пленума ВС РФ №25).

На основании изложенного и представленных в деле доказательств в их совокупности и взаимной связи, суд приходит к выводу, что оспариваемыми сделками нарушены права истца ФИО1

Исходя из положений статей 9, 12, 166, 168 ГК РФ требование о признании недействительной ничтожной сделки и применении последствий ее недействительности может быть заявлено иным лицом, не являющимся стороной сделки. Иным (третьим) лицом признается субъект, в отношении которого просматривается причинная связь между совершенной сделкой и возможной угрозой его законным интересам, когда его благо, прежде всего имущественного характера, может пострадать или уже пострадало в результате совершения сделки. Если истец не обладает материальным интересом в споре и не является тем иным лицом в понимании гражданского законодательства, он не обладает правом на оспаривание сделки. Интерес в оспаривании сделки должен носить правовой характер, то есть заключением и (или) исполнением сделки должны нарушаться права субъекта либо охраняемые законом интересы. Иным лицом является субъект, имеющий материально-правовой интерес в признании сделки ничтожной, в чью правовую сферу эта сделка вносит неопределенность и может повлиять на его правовое положение.

Суд отмечает, что ФИО1, как лицо, не являющееся участником спорных договоров, имеет право на обращение в суд с иском о признании договоров недействительными, в связи с тем, что этими сделками права истца на справедливое исполнение апелляционного определения от 9 апреля 2015 года нарушены вследствие злоупотребления правом ответчиками; имея задолженность перед взыскателем ФИО9 в значительном размере, ответчики распорядились принадлежащими им собственностью по безвозмездной сделке с намерением причинить вред истцу и уйти от исполнения обязательств по возврату долга.

Действия ответчиков, направленные на распоряжение принадлежащими им имуществом с целью причинить ущерб правам и охраняемым интересам других лиц, противоречат закону, что является основанием для признания сделки недействительной (ничтожной), при установлении факта злоупотребления правом, в силу п. п. 2, 3 ст. 10 Гражданского кодекса РФ, права такого собственника не подлежат защите.

В связи с этим, регистрация права собственности на 1/5 доли квартиры за ФИО5, не являющимся должником по исполнительному производству по взысканию с истца и ответчиков задолженности по договору займа, процентов, свидетельствует о наличии в действиях ответчиков признаков злоупотребления правом, обусловленных действиями в обход приведенных выше положений закона с целью, направленной на умаление и нарушение прав взыскателя, а потому такое право собственности ФИО5 на 1/5 доли квартиры Х, являлось недействительным (ничтожным) с момента его регистрации в ЕГРП.

В силу пункта 1 статьи 167 Гражданского кодекса РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Согласно ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о том, что исковые требования ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 о признании договоров дарения доли квартиры недействительной, применении последствий недействительности ничтожной сделки подлежат удовлетворению в полном объеме.

В силу ст. 98 Гражданского процессуального кодекса РФ с ответчиков в пользу истца подлежат взысканию расходы по оплате государственной пошлины в сумме 600 руб.

Руководствуясь ст.ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 о признании договоров дарения доли квартиры недействительной, применении последствий недействительности ничтожной сделки - удовлетворить в полном объеме.

Признать недействительным договор дарения от 8 декабря 2016 года, удостоверенный ФИО10, временно исполняющим обязанности нотариуса нотариального округа Санкт-Петербурга в реестре за ХХ, заключенный между ФИО3, ФИО2 и ФИО4.

Признать недействительным договор дарения от 21 декабря 2016 г. удостоверенный нотариусом нотариального округа Санкт-Петербурга ФИО11 в реестре за 1-19326 номер бланков Х, Х, заключенный между ФИО3 и ФИО5.

Прекратить право собственности ФИО5 на 1/5 доли в праве долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: Х.

Решение является основанием для погашения записи в ЕГРН о праве собственности на 1/5 доли квартиры, расположенной по адресу: Х на имя ФИО5

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Санкт-Петербургский городской суд путем подачи апелляционной жалобы через Калининский районный суд Санкт-Петербурга в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья