Дело № 12-19/2021

РЕШЕНИЕ

15 марта 2021 года 

<

...>, каб. 306 

Судья Октябрьского районного суда г. Мурманска Шуминова Н.В., рассмотрев в судебном заседании жалобу ФИО1 в лице защитника ФИО2 на постановление ПУ ФСБ России по Западному арктическому району № № 09.11.2020 о привлечении к административной ответственности за совершение административного правонарушения по части 2 статьи 8.17 Кодекса РФ об административных правонарушениях, 

УСТАНОВИЛ:

Постановлением Пограничного управления ФСБ России по западному арктическому району № № от 09.11.2020 ФИО1 был признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 8.17 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях с назначением наказания в виде административного штрафа в размере 

<

данные изъяты>.

Не согласившись с данным постановлением, защитник ФИО2 обратился в суд с жалобой, в обоснование указав, что 10.11.2019 ФИО1. был задержан во время езды на снегоходе не далеко от КПП Титовка в районе 20 часов сотрудниками Пограничного управления. В ходе осмотра сотрудники ФСБ обнаружили в мешках краба и вызвали из Мурманска следственно-оперативную группу ФСБ. 10.11.2019 в районе 23 часов начат повторный осмотр с участием следственно-оперативной группы ФСБ и изъятие снегохода и саней. По окончании мероприятий ФИО1 был доставлен в отделение ФСБ в п. Лиинахамари, где был произведен перерасчет камчатского краба и составлен акт изъятия биоресурса. Таким образом, днем обнаружения перевозки краба является 10.11.2020. В качестве защитника ФИО1 ФИО2 участвовал при первичном осмотре и опросе, однако в дальнейшем его не ставили в известность о проведении каких-либо процессуальных действий, чем грубо нарушено право ФИО1 на защиту. Пограничный орган не учел, что ФИО1. не осуществлял вылов краба, а вел его транспортировку после обнаружения на побережье и решения забрать себе для личного потребления. Соответственно, им не нарушались Правила рыболовства. Просит отменить постановление и прекратить производство по делу.

Заявитель ФИО1 в судебное заседание не явился, судебные уведомления, направленные в его адрес по последнему известному месту регистрации и жительства, а также по адресу убытия после снятия с регистрации, возвращены в адрес суда за истечением срока хранения.

Защитник ФИО2 в судебном заседании доводы жалобы поддержал, суду пояснил, что дело подлежит прекращению, так как при производстве по нему допущены серьезные процессуальные нарушения, а именно – он не извещался как защитник ФИО1 не смотря на то, что ордер им представлялся и передавался оперативникам при первичном опросе ФИО1, что подтвердил свидетель ФИО3 Этот же свидетель на аудиозаписи, фиксирующей процесс остановки и досмотра саней, заявил, что изъятие осуществляется в рамках административного производства. Также просил учесть, что в данном случае осуществлялось административное расследование, что исключало право административного органа на рассмотрение дела и вынесение оспариваемого постановления. Также административным органом не учтен факт того что снегоход принадлежал брату ФИО4 который был остановлен вместе с ФИО1 То место, где задержали ФИО1 не является прибрежной зоной, то есть, местом обитания краба, значит о нарушении Правил рыболовства говорить не приходится. Следовательно, нет самого события правонарушения. Срок административного расследования составляет месяц, однако в данном случае этот срок окончился, в дальнейшем более не продлевался, значит доказательства, которые поступили после 03.05.2020, нельзя рассматривать как допустимые. В деле фигурируют доказательства, противоречащие друг другу и обстоятельствам дела, поскольку в акте наблюдения четко фигурирует дата 11.11.2019, а не 10.11.2019, в протоколе указано, что событие правонарушения имело место быть 11.11.2019, а в опросах фигурирует 10.11.2019, при этом свидетель ФИО3. в иных случаях говорит о задержании, а в данном деле уже изменил свои показания, заявляя о том, что задержания не было. Дорога проходит вдоль побережья, но ее нельзя рассматривать как зону обитания краба камчатского. Не возражал против рассмотрения дела в отсутствие ФИО1 и представителя административного органа.

Административный орган извещен, представителя не направил.

Заслушав защитника, изучив материалы дела по жалобе, включая протокол судебного заседания от 24.02.2021 с показаниями свидетелей ФИО5 ФИО3 проверив материалы дела об административном правонарушении, видеозапись, приобщенную к нему, материалы №, проверив доводы жалобы, оснований для удовлетворения жалобы не нахожу.

В соответствии с частью 3 статьи 30.6 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях судья, вышестоящее должностное лицо не связаны доводами жалобы и проверяют дело в полном объеме. 

В соответствии с частью 2 статьи 8.17 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях нарушение правил и требований, регламентирующих рыболовство во внутренних морских водах, в территориальном море, на континентальном шельфе, в исключительной экономической зоне Российской Федерации или открытом море, влечет наложение административного штрафа на граждан в размере от одной второй до одного размера стоимости водных биологических ресурсов, явившихся предметом административного правонарушения, с конфискацией судна и иных орудий совершения административного правонарушения или без таковой.

В соответствии с частью 2 статьи 8.17 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, нарушение правил и требований, регламентирующих рыболовство во внутренних морских водах, в территориальном море, на континентальном шельфе, в исключительной экономической зоне Российской Федерации или открытом море, влечет наложение административного штрафа в размере от одной второй до одного размера стоимости водных биологических ресурсов, явившихся предметом административного правонарушения, с конфискацией судна и иных орудий совершения административного правонарушения или без таковой.

Как разъяснено в пункте 1 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 23.11.2010 № 27 «О практике рассмотрения дел об административных правонарушениях, связанных с нарушением правил добычи (вылова) водных биологических ресурсов и иных правил, регламентирующих осуществление промышленного, прибрежного и других видов рыболовства», при рассмотрении дел об административных правонарушениях, связанных с нарушением правил добычи (вылова) водных биологических ресурсов и иных правил, регламентирующих осуществление промышленного, прибрежного и других видов рыболовства, необходимо учитывать, что отношения в области рыболовства и сохранения водных биологических ресурсов (далее - водные биоресурсы) регулируются, в том числе Федеральными законами: от 20.12.2004 № 166-ФЗ «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов», от 31.07.1998 № 155-ФЗ «О внутренних морских водах, территориальном море и прилежащей зоне Российской Федерации», от 30.11.1995 № 187-ФЗ «О континентальном шельфе Российской Федерации», от 17.12.1998 № 191-ФЗ «Об исключительной экономической зоне Российской Федерации».

Согласно статьям 34, 35 Федерального закона от 24 мая 1995 года № 52-ФЗ «О животном мире» юридическими лицами и гражданами могут осуществляться такие виды пользования животным миром, как рыболовство, включая добычу водных беспозвоночных и морских млекопитающих. Пользование животным миром осуществляется с соблюдением федеральных и региональных лимитов и нормативов, разрабатываемых в соответствии с настоящим Федеральным законом, иными законами и другими нормативными правовыми актами Российской Федерации, а также законами и другими нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации.

Согласно пунктам 9, 10, 10.1 статьи 1 Федерального закона от 20.12.2004 № 166-ФЗ «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов» под рыболовством понимается не только деятельность по добыче (вылову) водных биоресурсов, но и в предусмотренных данным Законом случаях деятельность по приемке, обработке, перегрузке, транспортировке, хранению и выгрузке уловов водных биоресурсов, производству рыбной и иной продукции из водных биоресурсов.

Промышленное рыболовство - это предпринимательская деятельность по поиску и добыче (вылову) водных биоресурсов, по приемке, обработке, перегрузке, транспортировке, хранению и выгрузке уловов водных биоресурсов, производству на судах рыбопромыслового флота рыбной и иной продукции из этих водных биоресурсов.

Прибрежное рыболовство - это предпринимательская деятельность по поиску и добыче (вылову) водных биоресурсов, транспортировке, хранению уловов водных биологических ресурсов, а также рыбной и иной продукции из водных биоресурсов, если ее производство на судах рыбопромыслового флота предусмотрено настоящим Федеральным законом, и выгрузке уловов водных биоресурсов в живом, свежем или охлажденном виде в морские порты РФ, в иные места выгрузки, установленные в соответствии с настоящим Федеральным законом.

При этом в соответствии с пунктами 1 и 2 части 1 статьи 16 Федерального закона «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов» граждане могут осуществлять, как промышленное, так и прибрежное рыболовство.

Рыболовство осуществляется в отношении видов водных биоресурсов, добыча (вылов) которых не запрещена. В целях обеспечения сохранения водных биоресурсов и их рационального использования может устанавливаться запрет рыболовства в определенных районах и в отношении отдельных видов водных биоресурсов (часть 1 статьи 15, пункт 1 части 1 статьи 26 Федерального закона «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов»).

В силу статьи 43.1 Федерального закона «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов» основой осуществления рыболовства и сохранения водных биоресурсов являются Правила рыболовства, которые утверждаются федеральным органом исполнительной власти в области рыболовства для каждого рыбохозяйственного бассейна и обязательны для исполнения юридическими лицами и гражданами, осуществляющими рыболовство и иную связанную с использованием водных биоресурсов деятельность.

В Баренцевом море действуют Правила рыболовства для Северного рыбохозяйственного бассейна, утвержденные приказом Минсельхоза России от 30.10.2014 №414.

Пунктом 16.1 Правил рыболовства установлен запрет в течение года на добычу (вылов) краба камчатского в территориальном море РФ и внутренних морских водах РФ, а также на участке континентального шельфа РФ, ограниченного с севера широтой 68°40" с.ш., с юга, запада и востока - внешней границей территориального моря РФ.

Согласно пункту 14.5.5 Правил рыболовства гражданам при осуществлении рыболовства запрещается иметь на рыболовных (рыбопромысловых) участках и в местах добычи (вылова) (при осуществлении рыболовства вне рыболовных (рыбопромысловых) участков), орудия добычи (вылова), применение которых в данном районе и в данный период времени запрещено, а также водные биоресурсы, добыча (вылов) которых в данном районе и в данный период времени запрещена, или их части.

Местом обитания краба камчатского является акватория южной части Баренцева моря, включая его прибрежные воды со всеми многочисленными губами и заливами побережья Кольского полуострова.

Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ сотрудниками Управления в ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий выявлен и зафиксирован факт транспортировки гражданами РФ ФИО1 и ФИО4 с использованием снегохода марки «

<

данные изъяты>» (VIN №) в районе полуострова 

<

адрес> комплекта конечностей краба камчатского общим весом 412,164 кг, упакованных в 11 полипропиленовых мешков белого цвета.

Из объяснений, данных ФИО1 при проведении оперативно-розыскных мероприятий, следует, что 10.11.2019 он с ФИО1. прибыл с целью отдыха в район Вайды-губы Баренцева моря. 10.11.2019 в районе 18 часов выдвинулись из губы Вайда в сторону кемпинга «

<

данные изъяты>». На дороге, ведущей вдоль восточного побережья губы Большая Волоковая Баренцева моря, около воды обнаружили 11 белых полипропиленовых мешков с полупарами краба камчатского и приняли решение забрать их себе с целью личного потребления. Примерно за 2,5 км до кемпинга были остановлены сотрудниками ПУ ФСБ России по ЗАР. Аналогичные пояснения даны и ФИО4

Протоколом обследования от 11.11.2019 зафиксировано изъятие черно-белого снегохода 

<

данные изъяты>» с черными санями, 11 белых полипропиленовых мешков белого цвета с сырыми комплектами конечностей краба камчатского.

В ходе осмотра предметов (документов) (протокол от 08.01.2020) с участием специалиста-ихтиолога ФИО6. было установлено, что в изъятых 11.11.2019 в ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий 11 белых полипропиленовых мешках находится 471 секция сырых комплектов конечностей краба камчатского. 

В соответствии с заключением эксперта-ихтиолога от ДД.ММ.ГГГГ определена масса сырца, потребовавшаяся для изготовления продукции - которая составила 412 кг 164 гр, а также общее количество крабов камчатского, требуемое для производства сырца, которое составило 235 экземпляров краба камчатского.

Постановлением от 28.01.2020 отказано в возбуждении уголовного дела, по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 256 УК РФ в отношении ФИО1 и ФИО4 по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст.24 УПК РФ, в связи с отсутствием в деянии состава преступления. 

Изложенные обстоятельства явились основанием для составления 15.09.2020 в отношении ФИО1 протокола об административном правонарушении, предусмотренном частью 2 статьи 8.17 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Факт совершения административного правонарушения и вина лица, привлекаемого к ответственности, в совершении инкриминируемого правонарушения подтверждается представленными материалами дела: рапортом от 30.03.2020; материалами из КУСП № №, в копиях приобщенных к делу об административном правонарушении и обозревавшихся в оригинале: постановлением о представлении результатов ОРД; рапортом от 27.12.2020; актом наблюдения от 11.11.2019; актом опроса ФИО4 от 11.11.2019; актом опроса ФИО1 от 11.11.2019; протоколом обследования от 11.11.2019 с фототаблицей; актами приема-передачи от 11.11.2019; протоколом осмотра предметов от 08.01.2020 с фототаблицей; постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела от 28.01.2020; определением о возбуждении дела об административном правонарушении и проведении административного расследования от 03.04.2020; определениями о назначении ихтиологической экспертизы и экспертизы стоимости ВБР, протоколом изъятия вещей и документов от 04.04.2020; заключением экспертизы стоимости ВБР № 68 от 15.04.2020; данными о регистрации ФИО1 заключением ихтиологической экспертизы от 26.05.2020; протоколом об административном правонарушении от 15.09.2020; заключением экспертизы № № от 15.04.2020; заключением экспертиз от 22.05.2020; протоколом об административном правонарушении от 15.09.2020, постановлением от 09.11.2020 и иными материалами дела.

Фактические обстоятельства дела подтверждены собранными и исследованными доказательствами, которые в силу положений статьи 26.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях являются допустимыми доказательствами по делу, совокупность которых являлась достаточной для разрешения дела по существу.

Вопреки доводам защитника в соответствии с требованиями статьи 24.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях при рассмотрении дела об административном правонарушении на основании полного и всестороннего анализа собранных по делу доказательств установлены все юридически значимые обстоятельства совершения административного правонарушения, предусмотренные статьей 26.1 данного Кодекса.

Протокол об административном правонарушении является надлежащим и допустимым доказательством по делу, существенных недостатков не имеет. Тот факт, что в протоколе об административном правонарушении и в постановлении дата и время совершения правонарушения указаны как 11.11.2019 в 07 часов 10 минут, как и в акте наблюдения, не свидетельствует о существенном нарушении норм процессуального права, поскольку при рассмотрении жалобы установлено, что дата совершения ФИО1 в группе с ФИО4 правонарушения - 10.11.2019 в районе 20 часов. Данный вывод согласуется с правовой позицией, отраженной в абз. 3 п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 марта 2005 г. № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», согласно которой несущественными являются такие недостатки протокола, которые могут быть восполнены при рассмотрении дела по существу.

В судебном заседании 24.02.2021 свидетели ФИО5. и ФИО3 являющиеся сотрудниками ПУ ФСБ России по ЗАР, предупрежденные по ст. 17.9 КоАП РФ, пояснили, что 10.11.2019 они совместно с ФИО7. проводили наблюдение за участком дороги ведущей к полуострову Рыбачий. Около 20 часов 10.11.2019 ими был задержан снегоход с санями под управлением ФИО1 на котором также находился ФИО4 При проведении осмотра было установлено, что в санях находятся полипропиленовые мешки белого цвета, наполненные (предположительно) конечностями краба камчатского. Осмотр был зафиксирован на видео ФИО3 ФИО4 и ФИО1 пояснили, что указанная продукция была ими обнаружена по дороге. При составлении акта наблюдения от 27.12.2019 и рапорта от 27.12.2019 была допущена техническая описка в дате и времени задержания, фактически ФИО1. и ФИО4. были задержаны 10.11.2019 около 20 часов.

И ФИО1 и ФИО4 не отрицали данный факт, поясняя при первичном опросе, что именно 10.11.2019 они выехали в сторону кемпинга от 

<

адрес> районе 18 часов, после чего и обнаружили мешки на дороге, идущей вдоль губы Большой Волоковой.

Проанализировав вышеуказанные нормативные положения, исследовав и оценив имеющиеся доказательства, должностное лицо административного органа пришло к обоснованному выводу о том, что 10.11.2019 ФИО1. совместно с ФИО4. осуществлены приемка, хранение и транспортировка с использованием снегохода марки «

<

данные изъяты>» в районе 

<

адрес> 471 комплектов конечностей краба камчатского общим весом 412 кг 164 гр, упакованных в 11 полипропиленовых мешков белого цвета, выработанных из незаконного добытого водного биологического ресурса - краба камчатского. Также обоснован и вывод о том, что они имели водные биоресурсы, добыча (вылов) которых в данном районе и в данный период времени запрещена, чем допустили нарушение ч. 3 ст. 10, ч. 1 ст. 15 ФЗ «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов», пунктов 14.2, 14.5.5 и 16.1 Правил рыболовства для Северного рыбохозяйственного бассейна, утвержденных приказом Минсельхоза России от 30.10.2014 № 414, а именно: осуществили рыболовство ценных видов водных биоресурсов в части приемки, хранения и транспортировки в отношении видов водных биоресурсов, добыча (вылов) которых запрещена; имел в местах добычи части водных биологических ресурсов, добыча (вылов) которых в данном районе и в данный период времени запрещена. Указанные действия ФИО1. образуют объективную сторону административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 8.17 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

При этом административный орган пришел к обоснованному выводу о том, что по смыслу пунктов 9, 10, 16 части 1 статьи 1 Федерального закона от 20.12.2004 №166-ФЗ в их взаимосвязи действия ФИО1. и ФИО4. расцениваются как рыболовство, выразившееся в осуществлении вышеобозначенных действий в отношении обнаруженных у них водных биологических ресурсов, объем которых (471 секции конечностей краба камчатского, составившие 412 кг 164 гр краба в сырце) свидетельствует о том, что оно осуществлено ими не в целях личного потребления, а в порядке предпринимательской деятельности.

Отсутствие разрешительных документов или иных правоустанавливающих документов на уловы водных биоресурсов свидетельствует об их незаконной добыче и незаконности владения ими лицами, у которых данные водные биоресурсы обнаружены, учитывая, что ни ФИО1 ни ФИО4 разрешительных документов подтверждающих законность добычи (вылова), хранения и транспортировки краба не представили. Тот факт, что в отношении ФИО1 отсутствует информация об осуществлении им предпринимательской деятельности, не свидетельствует о том, что данное лицо не нарушало Правил рыболовства, учитывая объем ВБР, обнаруженного в транспортировавшихся им санях.

Таким образом, доводы защитника вывод должностного лица о виновности ФИО1. в совершении вмененного ему административного правонарушения не опровергают. Ссылка на то, что административным органом не был установлен владелец снегохода, не смотря на наличие правоустанавливающих документов, не влияет на обоснованность постановления, учитывая, что самим ФИО1. не было представлено соответствующих доказательств, а установление права собственности на транспортное средство в рамках производства по делу об административном правонарушении не предусмотрено, учитывая и рассматриваемые обстоятельства.

Доводы о том, что все доказательства, которые появились в административном материале после 03.05.2020, не могут признаваться допустимыми в силу отсутствия определений о продлении срока административного расследования, которое составляет один месяц, и было начато 03.04.2020, не принимаются во внимание, поскольку фактически таковыми являются только заключения экспертов и протокол об административном правонарушении, однако определения о проведении экспертиз вынесены 03.04.2020 одновременно с возбуждением дела, а срок проведения экспертиз является длительным, что и определяет необходимость расследования. Протокол об административном правонарушении не может быть составлен до окончания административного расследования, учитывая ч. 6 ст. 28.7 КРФоАП. Выход за пределы срока, оговоренного ч. 5 ст. 28.7 КРФоАП, без оформления в установленном порядке продления срока расследования, при условии соблюдения срока давности привлечения, не является существенным нарушением процессуальных норм, поскольку не влечет нарушения прав лица, привлекаемого к административной ответственности. 

Также полагаю, что постановление о привлечении к административной ответственности вынесено надлежащим должностным лицом без нарушения правил подведомственности.

Согласно ч. 2 ст. 23.1 КоАП РФ дела об административных правонарушениях, предусмотренных ч. 2 ст. 8.17 КоАП РФ, рассматриваются судьями в случаях, если орган или должностное лицо, к которым поступило дело о таком административном правонарушении, передает его на рассмотрение судье в связи с тем, что уполномоченный орган (должностное лицо) с учетом характера совершенного правонарушения, личности лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, и других указанных в законе обстоятельств признал необходимым обсудить вопрос о возможности применения мер наказания, назначение которых отнесено к исключительной компетенции судей, чего в данном случае сделано не было.

Тот факт, что 03.04.2020 вынесено постановление о проведении административного расследования, не может служить достаточным основанием для передачи дела для рассмотрения судье на основании ч. 3 ст. 23.1 КоАП РФ, поскольку из материалов настоящего дела следует, что административное расследование в данном случае фактически не проводилось.

Что касается довода том, что защитник ФИО2 не привлекался к участию в деле в рамках административного расследования, то и в данном случае не усматриваю нарушений прав ФИО1., поскольку в деле об административном правонарушении отсутствует ордер, указывающий на то, что ФИО2 осуществляет защиту ФИО1 в рамках дела об административном правонарушении. Нет в нем и заявлений лица, привлекаемого к административной ответственности о том, что у него имеется защитник, учитывая, что изначально последний участвовал при проведении опроса ФИО1 в рамках КУСП ДД.ММ.ГГГГ по факту обнаружения признаков состава уголовного преступления. Свидетелем ФИО3. подтвержден факт предъявления ордера ФИО2 однако содержание ордера ему было неизвестно. Не представлено и стороной защиты доказательств того, что данный ордер касался осуществления защиты именно в рамках административного расследования, учитывая, что факт присутствия защитника ФИО2 на месте остановки снегохода под управлением ФИО1 сотрудниками ПУ ФСБ России по ЗАР подтверждается актами опросов как ФИО1., так и ФИО4 осуществленными именно в рамках проверки сообщения о преступлении, а не в рамках административного производства. Следовательно, у должностного лица, ведшего административное расследование, отсутствовали основания для уведомления ФИО2. о совершаемых процессуальных действиях после возбуждения дела об административном правонарушении, учитывая, что из материалов дела следует, что ФИО1. занял негативную позицию, не получая никаких уведомлений со стороны административного органа, уклоняясь от сотрудничества с должностным лицом, осуществлявшим административное расследование и ведшим производство по делу об административном правонарушении, что продолжилось и после направления жалобы на административное постановление в суд, учитывая, что все уведомления в адрес ФИО1 возвращены за истечением срока хранения. 

Также не усматриваю обоснованности в доводе о том, что показания свидетеля ФИО3 претерпели изменения, поскольку он пояснил, что задержания не имело место быть, учитывая, что в рамках административного производства оно действительно не оформлялось, поскольку изначально речь шла о проверке сообщения о преступлении и производстве процессуальных действий в рамках УПК РФ. Соответственно, тот факт, что на видеозаписи, просмотренной в ходе судебного заседания, свидетель ФИО3 поясняет ФИО1, и ФИО4., что изъятие саней и прочего осуществляется в рамках административного производства, не свидетельствует о том, что данные действия совершены именно в ходе административного расследования, учитывая, что само дело по административному правонарушению возбуждено только 03.04.2020 после того, как 28.01.2020 было отказано в возбуждении уголовного дела. Материал КСП № № также не содержит в себе протоколов задержания. Тот факт, что в дальнейшем постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от 28.01.2020 отменялось постановлением от 20.04.2020, не свидетельствует об обратном, поскольку 12.07.2020 вновь было вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по тому же основанию – отсутствие состава преступления. 

Довод том, что в данном случае рыболовство не имело место быть, поскольку добыча краба не производилась, он был обнаружен в лесу, а ФИО1. и ФИО4. остановлены вообще в районе федеральной трассы, которую нельзя рассматривать как место обитания краба и его добычи, опровергается тем обстоятельством, что и ФИО1 и ФИО4. принимая совместное решение о погрузке мешков с крабом в сани и перевозке краба, а значит совместном осуществлении данных действий, с обеспечением сохранности груза, произвели погрузку в прибрежной зоне, поскольку в актах опросов от 11.11.2020 ими заявлено, что они обнаружили мешки у воды в районе восточного побережья губы Большая Волоковая Баренцева моря, которая и относится к акватории южной части Баренцева моря, - месту размножения (нереста) и путями миграции к местам нереста камчатского краба, учитывая ответ ФГБНУ «ВНИРО», имеющийся в материале КУСП № 162.

Административное наказание ФИО1 в виде административного штрафа назначено в минимальном размере, предусмотренном санкцией части 2 статьи 8.17 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, с учетом характера совершенного правонарушения, личности виновного, материального положения. Оснований считать назначенное ФИО1 административное наказание явно несправедливым не имеется, учитывая наличие отягчающего обстоятельства, предусмотренного п. 4 ч. 1 ст. 4.3 КРФоАП. 

При таких обстоятельствах, нахожу постановление законным и обоснованным, оснований для его отмены или изменения в том, числе и по доводам жалобы не имеется. 

На основании изложенного, руководствуясь статьями ст. 30.6 - 30.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, судья

РЕШИЛ:

Постановление дознавателя отдела дознания и административной практики Пограничного управления ФСБ России по западному арктическому району № № от 09.11.2020 о привлечении ФИО1 к административной ответственности по части 2 статьи 8.17 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях и наложении взыскания в виде административного штрафа в размере 

<

данные изъяты> оставить без изменения, жалобу ФИО1 в лице защитника ФИО2 - без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Мурманский областной суд через Октябрьский районный суд города Мурманска в течение 10 суток со дня вручения (получения) копии решения.

Судья: Н.В. Шуминова