Судья первой инстанции: Аксютенкова Т.Н. дело № 22-23/ 2025(3988/2024)

Судья докладчик: Пастухова Л.П.

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ 

ПРИГОВОР

именем Российской Федерации 

17 января 2025 года г. Иркутск 

Судебная коллегия по уголовным делам Иркутского областного суда в составе:

председательствующего Пастуховой Л.П.,

судей: Кузнецовой Н.Н., Шовкомуда А.П., 

при секретаре судебного заседания Зиатдиновой А.А.,

с участием:

прокурора Яжиновой А.А.,

потерпевшего Н,

представителя потерпевшего Н - адвоката Лазовского Д.В.,

осужденной ФИО1, её защитника адвоката Любимовой Е.В., посредством использования системы видео-конференц-связи со Слюдянским районным судом Иркутской области,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе и дополнению к ней адвоката Любимовой Е.В. в интересах осужденной ФИО1 на приговор Слюдянского районного суда Иркутской области от 4 декабря 2023 года, которым

ФИО1, родившаяся 

<

....> в 

<

....>, гражданка РФ, зарегистрированная и проживающая по адресу: 

<

....>, работающая вахтовым методом в 

<

....>, в настоящее время находящаяся в отпуске по уходу за ребенком, имеющая среднее специальное образование, незамужняя, имеющая на иждивении малолетнего ребенка - Ц, 

<

....>, не судимая,

осуждена по ч. 4 ст. 111 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 5 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

На основании ч. 1 ст. 82 УК РФ ФИО1 отсрочено реальное отбывание наказания в виде лишения свободы до достижения ребенком Ц 

<

....>, четырнадцатилетнего возраста, то есть до 29 ноября 2036 года.

Мера пресечения в отношении ФИО1 в виде запрета определенных действий до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения.

Зачтено в срок отбытия наказания время содержания под стражей с 26 июня 2022 года по 23 августа 2022 года, в соответствии с п. «б» ч. 2 ст. 72 УК РФ из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима; время нахождения под домашним арестом с 23 августа 2022 года по 22 сентября 2022 года в соответствии с ч. 3.4 ст. 72 УК РФ из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы; время нахождения под запретом определенных действий, с избранием запрета, предусмотренного п. 1 ч. 6 ст. 105.1 УПК РФ, в период с 22 сентября 2022 года и до вступления приговора в законную силу из расчета два дня его применения за один день лишения свободы.

Приговором решен вопрос о вещественных доказательствах.

По докладу судьи Пастуховой Л.П., заслушав выступления защитника адвоката Любимовой Е.В. и осуждённой ФИО1, поддержавших доводы апелляционной жалобы и дополнения к ней об отмене приговора и оправдании осуждённой, потерпевшего Н и его представителя адвоката Лазовского Д.В., возражавших против доводов апелляционной жалобы и дополнений к ней, полагавших приговор законным, обоснованным и справедливым, прокурора Яжиновой А.А., возражавшей против доводов апелляционной жалобы и дополнений к ней, полагавшей приговор суда подлежащим отмене с направлением уголовного дела для рассмотрения в тот же суд в ином составе, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Приговором суда ФИО1 признана виновной и осуждена за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершенное с применением предмета, используемого в качестве оружия, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего Г

Судом в приговоре установлено и признано доказанным совершение преступления при следующих обстоятельствах. 

24 июня 2022 года в период времени с 00 часов 00 минут до 4 часов 30 минут Г, А, О и ФИО1 распивали спиртные напитки в помещении жилого балка 

<

....>, расположенного 

<

....>, в месте с географическими координатами: 

<

....>, где в ходе распития Г в ходе ссоры с А, причинил последнему телесные повреждения, при этом ФИО1 данное поведение Г восприняла агрессивно, обратилась к Г, однако последний высказал в адрес ФИО1 оскорбления и угрозы причинения телесных повреждений, схватив её за волосы, в связи с чем у ФИО1 возник преступный умысел на причинение Г тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека. 

Реализуя свой преступный умысел ФИО1 24 июня 2022 года в период времени с 00 часов 00 минут до 4 часов 30 минут, будучи в состоянии алкогольного опьянения, находясь в помещении вышеуказанного жилого балка, действуя умышленно, с целью причинения Г тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, не предвидя наступления от своих действий смерти последнего, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности могла и должна была предвидеть ее наступление, вооружилась взятым в помещении жилого балка ножом, и, используя его в качестве оружия, нанесла Г удар в область живота, причинив телесное повреждение в виде слепого колото-резаного ранения в правой подвздошно-паховой области, проникающее в брюшную полость с пересечением нижней надчревной артерии и вены, состоящее в прямой причинной связи со смертью и относящееся к повреждениям, повлекшим тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. 

Смерть Г наступила от слепого колото-резаного ранения правой подвздошно-паховой области, проникающего в брюшную полость с пересечением нижней надчревной артерии и вены, осложнившегося массивной кровопотерей.

Указанные действия судом квалифицированы по ч. 4 ст. 111УК РФ.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней защитник – адвокат Любимова Е.В. считает приговор суда незаконным, необоснованным, несправедливым и подлежащим отмене.

Указывает, что выводы суда о доказанности вины ФИО1 не подтверждаются доказательствами, исследованными в судебном заседании. Подсудимая ФИО1 вину признала частично, а именно в нанесении одного удара ножом потерпевшему Г, от которого наступила смерть потерпевшего, при необходимой обороне, защищаясь от противоправных, преступных действий потерпевшего в отношении неё. 

В ходе предварительного и судебного следствия ФИО1 давала четкие и последовательные показания, в явке с повинной, в протоколе допроса в качестве подозреваемой, а также при допросе в качестве обвиняемой утверждала, что Г первым напал на нее, схватил её за волосы, наклонив её голову к полу, таскал за волосы, тем самым она ударялась о выступающие предметы, угрожал ей убийством. Опасаясь за свою жизнь, она нащупала на столе предмет, и этим предметом нанесла удар Г, при этом не видела, чем она наносит удар и куда, так как в этот момент Г держал ее за волосы, наклонив ее к полу, она видела только пол и ножки стола. Данные обстоятельства установлены в ходе предварительного и судебного следствия со слов ФИО1 и ничем не опровергнуты, так как с потерпевшим они были только вдвоем, очевидцев не было. 

Действия Г уже в тот момент, когда он, схватил ФИО1 за волосы, ограничивал её свободу, причиняя физическую боль, угрожая расправой, носили противоправный преступный характер, свидетельствовали о реальной угрозе совершения общественно опасного посягательства.

Указывает, что от опасного противоправного посягательства Г у ФИО1 имелись телесные повреждения в виде кровоподтеков задней поверхности плеча и задней поверхности правого бедра, что подтверждается заключением судебно-медицинской экспертизы, со слов ФИО1 эти повреждения могли быть причинены, когда Г таскал ее за волосы, она могла ударяться о холодильник, стол. 

Поскольку в момент причинения потерпевшим Г телесных повреждений, ФИО1, защищаясь от опасного посягательства, нанесла удар неизвестным ей на тот момент предметом, считает выводы суда об умышленных действиях ФИО1 не соответствующими обстоятельствам дела, так как она действовала в рамках самообороны. 

Приводит положения Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 сентября 2012 года № 19 «О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление», и указывает, что суд не дал оценку тому обстоятельству, что потерпевший Г мужчина, намного здоровее ФИО1, первым напал на неё, применил насилие, при котором ФИО1 реально опасалась за свою жизнь, и действовала в состоянии необходимой обороны.

Указывает, что ни один из свидетелей, чьи показания положены в обоснование вины ФИО1, не являются очевидцами происшествия, их показания являются косвенными, а иные носят только информативный характер. 

Кроме того, считает, что судом, не дана оценка противоречиям в показаниях свидетелей О, Р, З

Показания свидетелей С, Т, А, Ф, У, П вину осужденной не подтверждают, а только констатируют факт оказания помощи Г, организацию транспортировки потерпевшего в больницу, очевидцами причинения телесных повреждений эти свидетели не являлись. 

Указывает, что заключение судебно-медицинских экспертиз в отношении потерпевшего Г доказывают тот факт, что ему было причинено телесное повреждение, при обстоятельствах, которые изложила ФИО1 

Органами предварительного следствия не было установлено происхождение пятен, брызг бурого цвета, не проведена ни трассологическая, ни биологическая экспертизы.

Отмечает, что согласно заключению дополнительной судебно-медицинской экспертизы 

<

....> от 

<

....> эксперт не исключает возможность причинения колото резанного ранения правой подвздошной области у Г, от удара ножом, при обстоятельствах, указанных ФИО1 при допросе в качестве подозреваемой, оснований не доверять указанным показаниям не имеется.

Полагает, что судебно-медицинский эксперт не осматривал голову ФИО1 на предмет выявления телесных повреждений, выражает несогласие с показаниями судебно-медицинского эксперта Х в этой части и считает необоснованными выводы суда об отсутствии телесных повреждений у ФИО1 в области волосистой части головы, с учетом показаний ФИО1 о том, что Г схватил ее за волосы, отчего она испытывала болевые ощущения. 

Обращает внимание, что заключения судебно-медицинских экспертиз о наличии телесных повреждений у свидетелей А, О доказывают противоправность действий потерпевшего, а также его агрессивное поведение.

Суд не учёл, что ранее потерпевший Г 

<

....>, что указывает на то, что он был склонен к совершению преступлений.

Полагает, что в действиях ФИО1 имеются признаки необходимой обороны, а выводы суда о умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека с применением предмета, используемого в качестве оружия, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего, не нашли своего подтверждения.

Дополнительно указывает, что у защиты не вызывает сомнений и очевидно, что смерть Г наступила от неосторожных действий ФИО1, в таком случае её действия следует квалифицировать по ч.1 ст. 109 УК РФ.

Просит приговор суда отменить и вынести в отношении ФИО1 оправдательный приговор.

В возражениях на апелляционные жалобы государственный обвинитель Абрамычев А.Г., представитель потерпевшего Н адвокат Лазовский Д.В., считают приговор суда в отношении ФИО1 законным, обоснованным и справедливым, просят оставить приговор без изменения, апелляционную жалобы и дополнение к ней, без удовлетворения.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции защитник адвокат Любимова Е.В., осуждённая ФИО1, поддержали доводы апелляционной жалобы и дополнения к ней об отмене приговора и постановлении оправдательного приговора. 

Потерпевший Н, его представитель адвокат Лазовский Д.В., возражали против доводов апелляционной жалобы и дополнений к ней, полагали приговор суда законным, обоснованным и справедливым, просили оставить его без изменения, доводы апелляционной жалобы и дополнения к ней, без удовлетворения.

Прокурор Яжинова А.А., возражала против доводов апелляционной жалобы и дополнений к ней, полагала приговор суда подлежащим отмене с направлением уголовного дела для рассмотрения в тот же суд в ином составе.

Выслушав стороны, изучив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и дополнения адвоката, поступивших возражений государственного обвинителя, представителя потерпевшего, судебная коллегия приходит к выводу о необходимости отмены приговора суда первой инстанции и постановления по делу апелляционного приговора.

В обоснование выводов о виновности осуждённой ФИО1 в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего Г, суд первой инстанции привел такие доказательства, как показания потерпевшего, свидетелей, результаты проведенных осмотров – протоколы осмотра мест происшествия от 

<

....>, протокол осмотра трупа Г от 

<

....>, протокол осмотра предметов от 

<

....>, сведения о результатах освидетельствования на состояние алкогольного опьянения ФИО1, протокол выемки от 

<

....>, заключение эксперта 

<

....> от 

<

....>, заключение судебно-медицинской экспертизы 

<

....> от 

<

....>, заключение дополнительной судебно-медицинской экспертизы 

<

....> от 

<

....>. 

В судебном заседании ФИО1 не отрицала причинение ножевого ранения Г, при этом показала, что нанесла один удар по телу потерпевшего ножом, защищаясь от нападения Г, опасаясь за свою жизнь и здоровье и за будущего своего ребенка.

Сторона защиты на протяжении всего производства по делу настаивала на том, что преступление осуждённая ФИО1 совершила в состоянии необходимой обороны.

Доводы ФИО1, утверждавшей о том, что она нанесла один удар ножом в сторону Г, чтобы он прекратил свои противоправные действия, суд отверг, указав в приговоре, что Г фактически каких-либо действий, связанных с применением насилия, опасного для жизни и здоровья ФИО1, либо представляющих непосредственную реальную угрозу её жизни и здоровью, жизни и здоровью её будущего ребенка не совершал.

Кроме того, суд мотивируя отсутствие со стороны Г общественно опасного посягательства в отношении ФИО1, указал что ФИО1 самостоятельно приняла решение о том, чтобы пройти в балок, вмешаться в конфликт между Г и А, имея реальную возможность избежать этого.

Вместе с тем, такой подход к оценке доказательств, избранный судом при рассмотрении данного уголовного дела, противоречит требованиям уголовно-процессуального закона. 

Принимая итоговое решение по делу суд первой инстанции противопоставил показания осуждённой и свидетелей, истолковал противоречия между представленными доказательствами в сторону обвинения.

Показания ФИО1 об обстоятельствах, непосредственно предшествующих причинению потерпевшему тяжкого вреда здоровью, оставлены судом первой инстанции без внимания.

При таких обстоятельствах вывод о виновности ФИО1 в совершении инкриминируемого ей преступления суд первой инстанции сделал без учета обстоятельств, имеющих существенное значение для правильного разрешения уголовного дела, с нарушением правил оценки противоречий, представленных сторонами доказательств.

При рассмотрении уголовного дела по апелляционной жалобе и дополнениям к ней адвоката Любимовой Е.В. в защиту интересов ФИО1 судебная коллегия исходит из следующего.

Приговор суда должен быть законным, обоснованным, справедливым, и признается таковым, если он постановлен в соответствии с требованиями Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации и основан на правильном применении уголовного закона (ст. 297 УПК РФ).

В соответствии с ч. 4 ст. 302 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств.

В соответствии со ст. 307 УПК РФ описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления, а также доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении подсудимого, и мотивы, по которым суд отверг другие доказательства.

При этом каждое доказательство подлежит оценке с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности – достаточности для разрешения уголовного дела (ч. 1 ст. 88 УПК РФ).

Подозреваемый или обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность. Бремя доказывания обвинения и опровержения доводов, приводимых в защиту подозреваемого или обвиняемого, лежит на стороне обвинения. Все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном УПК РФ, толкуются в пользу обвиняемого.

Обвинительный приговор не может быть основан на предположениях.

Такие правила оценки доказательств должны применяться не только в вопросе о виновности подсудимого в целом, но и при установлении обстоятельств, имеющих значение для квалификации действий подсудимого как конкретного запрещенного уголовным законом деяния.

Вынесение судебного решения без учета обстоятельств, которые могли существенно повлиять на его правильность, является одной из форм несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, влечет отмену или изменение судебного решения (п. 1 ст. 389.15, п. 2 ст. 389.16 УПК РФ).

Истолкование противоречий между представленными доказательствами, при прочих равных условиях, в сторону обвинения, является одной из форм существенного нарушения уголовно-процессуального закона, влечет отмену или изменение судебного решения (п. 2 ст. 389.15, ч. 1 ст. 389.17 УПК РФ).

При постановлении приговора по уголовному делу судом первой инстанции приведенные требования уголовно-процессуального закона не соблюдены.

Поскольку выводы суда первой инстанции не соответствуют фактическим обстоятельствам, установленным в судебном заседании, судом первой инстанции допущены существенные нарушения уголовно- процессуального закона при оценке представленных сторонами доказательств, судебная коллегия находит правильным отменить приговор суда первой инстанции, постановить по уголовному делу апелляционный приговор.

При рассмотрении уголовного дела по апелляционной жалобе и дополнениям к ней судебной коллегией установлены следующие обстоятельства дела.

24 июня 2022 года в период времени с 00 часов 00 минут до 4 часов 30 минут Г, А, О и ФИО1 распивали спиртные напитки в помещении жилого балка 

<

....>, расположенного 

<

....>, в месте с географическими координатами: 

<

....>, где в ходе распития между Г и А возникла ссора после которой А вышел на улицу, ФИО1 и О также вышли покурить. Вернувшись, А стал подниматься на лестничную площадку около входа в балок, в это время Г нанес удар А в нос и челюсть и затащил его в балок, где причинил телесные повреждения. Через некоторое время ФИО1 зашла в балок и увидела, что А висит над раковиной умывальника. Г в этот момент находился рядом с А и поднимал с пола табуретку. Подумав, что Г мог убить А, она решила проверить состояние А для чего направилась к нему. Когда подошла ближе к столу, Г схватил её за волосы, при этом сказал – «Ты что тут делаешь? Я тебя сейчас «ушатаю», с силой держал за волосы и тянул голову, нагнул голову вниз, таскал за волосы в разные стороны, высказывал угрозы причинения телесных повреждений, говорил, что она зря пришла и ей не поможет её друг, оскорблял, нанес два удара в область живота кулаком, Г был очень агрессивный, она испугалась за свою жизнь и здоровье, восприняла слова Г реально и думала, что он действительно может убить, так как уже видела, что он сделал с А В результате посягательства со стороны Г, у ФИО1 имелись телесные повреждения: кровоподтеки задней поверхности правого плеча в верхней трети зеленые кровоподтеки, задней поверхности правого бедра в средней трети желтый кровоподтек, не повлекшие вреда здоровью. В ответ на противоправные действия Г, ФИО1, превышая пределы необходимой обороны, найденным на столе предметом, которым оказался раскладной нож, нанесла удар в область живота Г, что явно не соответствовало характеру и опасности посягательства. В результате удара ножом Г было причинено телесное повреждение в виде слепого колото-резаного ранения в правой подвздошно-паховой области, проникающего в брюшную полость с пересечением нижней надчревной артерии и вены, состоящего в прямой причинной связи со смертью и относящегося к повреждениям, повлекшим тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. Смерть Г наступила от слепого колото-резаного ранения правой подвздошно-паховой области, проникающего в брюшную полость с пересечением нижней надчревной артерии и вены, осложнившегося массивной кровопотерей.

Установленные судебной коллегией обстоятельства причинения тяжкого вреда здоровью Г подтверждаются показаниями осуждённой ФИО1, которые судебная коллегия расценивает с учетом принципа, закрепленного в ст. 14 УПК РФ.

В судебном заседании суда первой инстанции ФИО1 показала, что 23-24 июня 2022 года она с О сходили в баню, затем в балке пили чай, разговаривали. Когда вышли на улицу покурить, к ним подошел А Через некоторое время О позвонил Г и пригласил О к себе в балок. О предложила им всем вместе пойти к Г Придя в балок к Г, последний предложил поиграть в карты. В процессе игры между Г и А произошел конфликт, после которого А вышел на улицу, она и О вышли покурить. Вернувшись, А стал подниматься на лестничную площадку около входа в балок, в это время Г нанес удар А в нос и челюсть. От удара А пошатнулся назад в сторону О, в этот момент О стала отталкивать Г, но Г оттолкнул О, и та упала, а сам Г схватил А за одежду и затащил его в балок. Из балка доносились крики, было понятно, что происходит драка. Затем она открыла дверь и зашла в балок. Когда зашла в балок, то увидела, что А висит над раковиной умывальника. Г в этот момент находился рядом с А и поднимал с пола табуретку. Подумав, что Г мог убить А, она решила проверить его состояние и направилась к нему. Когда подошла ближе к столу, Г схватил её за волосы, при этом нагнул её вниз головой, говорил, что зря пришла, что ей не поможет её друг. Она кричала, просила, чтобы Г её отпустил, пыталась убрать руку Г с волос, пыталась нанести удары Г руками, чтобы его оттолкнуть. Оказавшись около стола, она руками начала искать на столе какой-нибудь предмет, чтобы ударить Г, чтобы тот прекратил свои противоправные действия, при этом Г нанес ей два удара в область живота, выдернул волосы, в результате чего у нее были телесные повреждения. Кроме того, она находилась в состоянии беременности, 11-12 неделя, и опасалась за свою жизнь и здоровье и своего ребенка. Найдя на столе какой-то предмет, она его схватила, и нанесла удар в сторону Г, куда именно нанесла удар и какой рукой, не поняла. Сразу после этого Г ее отпустил, после чего она увидела, что Г на животе с правой стороны выступила кровь. После этого Г взялся за правый бок, и она увидела в руках раскладной нож с рукоятью темно-коричневого цвета, который выбросила, а также выбросила бутылку, в которой находилось спиртное, поскольку опасалась, что их уволят за распитие спиртного на рабочем месте. Г по телосложению крупнее её, рост примерно 190 см, вес около 90 кг.

В ходе предварительного расследования при допросе в качестве подозреваемой (т. 1 л.д. 97-103) ФИО1 в целом давала аналогичные показания, поясняла, что когда зашла в балок, то увидела, что А навис над раковиной умывальника, который стоял правее стола, голова и правая рука А была в самой раковине, а левая рука А свисала вниз с тумбы умывальника. Она подумала, что Г мог убить А, поэтому решила проверить его состояние и направилась к нему. Когда подошла ближе к столу, рядом с которым стоял Г, Г схватил её за волосы, при этом сказал – «Ты что тут делаешь? Я тебя сейчас «ушатаю». Г с силой держал её за волосы, при этом тянул голову вниз, нагнул её вниз головой, в этот момент она оказалась головой ниже столешницы, Г в этот момент начал таскать её за волосы в разные стороны. Какой рукой Г держал её за волосы, не знает, но чувствовала, что он держит одной рукой, при этом, где находилась его вторая рука, не видела. Г был очень агрессивный, поэтому она испугалась за свою жизнь, ей было страшно, она восприняла слова Г реально и думала, что он действительно может убить, так как уже видела, что он сделал с А При этом она кричала, просила, чтобы Г отпустил, пыталась убрать руку с волос, пыталась нанести удары Г руками, чтобы оттолкнуть, махала своими руками. Так как они находились около стола, то она поочередно руками начала искать на столе какой-нибудь предмет, чтобы ударить Г, чтобы тот прекратил свои противоправные действия, при этом Г ей никакие удары не наносил. Найдя на столе какой-то предмет, схватила его, после чего держа данный предмет в руке, нанесла удар в сторону Г, куда именно нанесла удар, не поняла. 

При допросе в качестве обвиняемой 

<

....> (т. 1 л.д. 147-150) ФИО1 указала, что суть предъявленного обвинения ей понятна, вину в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, признает частично, признает только то, что нанесла один удар Г ножом, из-за того, что он на неё напал, грозился убить, чувствовала от него угрозу для своей жизни, и поэтому, обороняясь, нанесла один удар тем, что попалось под руку. 

В ходе очных ставок, проведенных 

<

....> с А (т. 1 л.д. 111-116) и О (т. 1 л.д. 117-122) ФИО1 пояснила, что когда она подошла ближе к столу, возле которого стоял Г, то он схватил её за волосы, нагнул вниз головой и стал таскать за волосы, при этом говорил, что убьет, никаких ударов не наносил.

При допросе в качестве обвиняемой 

<

....> (т. 2 л.д. 41-44) ФИО1 пояснила, что ранее не сказала о том, что Г, когда схватил её за волосы, нанес ей несколько ударов в область живота кулаком, от чего позже, когда она находилась в ИВС 

<

....>, у неё открылось 

<

....> и она вспомнила, что происходило 24 июня 2022 года и поняла, что 

<

....> у нее открылось из-за того, что её ударил Г пару раз в живот кулаком, какой рукой не знает, так как не видела, потому что находилась в согнутом положении, лицом в пол, для неё этот удар был нанесен в полную силу. 

<

....> у неё началось 25 или 26 июня 2022 года, точно не помнит, 

<

....>. 

<

....>. 

<

....> решила не обращаться за медицинской помощью, надеялась, что все само пройдет. Изначально не сказала об этом в ходе допроса так как, не придала этому значение, кроме того, находилась в стрессовом состоянии, готова в ходе следственного эксперимента показать, как Г наносил ей удары, держал за волосы, а также как она нанесла ему удар ножом в область живота, только не может показать в какой руке держала нож, так как не помнит.

В ходе проведения следственного эксперимента 

<

....> (т. 2 л.д. 45-54) ФИО1 дала показания по событиям, произошедшим 23-24 июня 2022 года и указала, каким образом Г причинил ей телесное повреждение (в области живота с правой стороны), каким образом ею было нанесено ножевое ранение Г

Таким образом, ФИО1 в ходе производства по делу заявляла о том, что нанесение ею ранения потерпевшему имело место при защите от посягательства на неё со стороны Г

Объективно подтверждает показания ФИО1 о применении к ней 24 июня 2022 года насилия со стороны Г заключение эксперта 

<

....> от 

<

....> (т. 2 л.д. 93) согласно которому, у ФИО1 имелись повреждения: кровоподтеки задней поверхности правого плеча в верхней трети зеленые кровоподтеки, задней поверхности правого бедра в средней трети желтый кровоподтек. Данные телесные повреждения причинены от воздействия твердого тупого предмета и не повлекли вреда здоровью. Давность причинения телесного повреждения около 4-х суток на момент проведения экспертизы (

<

....>).

Допрошенный в суде первой инстанции потерпевший Н показал, что Г приходился ему родным братом, он работал по срочному договору в 

<

....> в должности 

<

....>. По характеру Г активный, жизнерадостный, добрый, с семьей вел себя спокойно, мог проявить агрессию, если на то, была серьезная причина. Г 

<

....>. 24 июня 2022 года около 7 часов ему позвонила тетя Б и сообщила, что ночью 24 июня 2022 года Г зарезали, ей об этом сообщил супруг, который работал в этой организации. Также со слов В ему стало известно, что Г убила какая-то девушка, зарезала. 

<

....> они приехали забирать Г и из справки о смерти Г узнал, что смерть наступила от открытой раны подвздошной области справа. В последующем З ему сообщила, что слышала шум, грохот, драку, как из балка Г выбежала ФИО1 и О Также со слов П ему стало известно, что в балке Г распивали спиртное ФИО1, О, А и Г

Свидетель О в суде первой инстанции и на предварительном следствии (т. 1 л.д. 73-76) показала, что 24 июня 2022 года совместно с ФИО1, А в балке у Г распивали спиртное, на столе было сало, хлеб, которые резал А ножом с деревянной ручкой, длиной около 20-25 см, лезвие длиной примерно 15 см, ручка примерно 10 см. В ходе распития Г предложил поиграть в карты, в процессе игры Г при подсчете карт обнаружил, что одна карта была потеряна, А показал потерянную карту и Г обвинил А, что он играет не по правилам, все посмеялись. Через некоторое время она и ФИО1 вышли на улицу покурить. В этот момент услышала, что в балке происходит какая-то потасовка, доносился какой-то шум, будто там кто-то толкается, при этом криков из балка не было, она подумала, что между Г и А произошла какая-то перепалка. В балок она заходить не стала, пошла к себе, что в это время делала ФИО1 ей неизвестно. После того, как она возвратилась и подходила к балку Г, встретила ФИО1, которая спускалась с лестницы, была напугана, крови на ней не видела, какие-либо предметы в руках также не видела. Когда открыла дверь балка, увидела, что Г лежал на полу, его ноги лежали в тамбуре, голова находилась в помещении кухни. На полу в тамбуре и на полу в кухне была кровь, кровь была в области живота Г, крови было очень много, она поняла, что в области живота имеется какое-то ранение, саму рану не видела. В последующем ей стало известно, что Г накинулся на А

Свидетель А в суде первой инстанции и в ходе предварительного следствия (т. 1 л.д. 73-76) пояснил, что в 2022 году, точную дату не помнит, он совместно с ФИО1, О и Г распивали спиртное в балке у Г, играли в карты. В процессе игры Г сказал, что он проиграл, достал из его кармана карту, при этом он не знал, как она у него оказалась. Г сказал, что это он положил ему карту в карман, все посмеялись, конфликтов не было. Затем он, О, ФИО1 вышли на улицу, когда он вернулся увидел, что О плакала, ФИО1 находилась на улице. Он зашел в балок, открыл при этом дверь в тамбур, затем вторую дверь в балок, чтобы спросить, что случилось, в этот момент Г нанес ему удар в область носа, почему Г нанес удар, не знает. После этого он и Г сцепились руками в области предплечий, между ними происходила борьба, они перемещались по балку, переместившись в левую часть балка, в комнату, Г нанес ему удар, от которого он потерял сознание. Придя в сознание, прошел к умывальнику, который находился на расстоянии 3-4 метра от комнаты, где находился, чтобы умыться. Подойдя к умывальнику, открыл кран, повернул голову вправо, хотел умыться, дальнейшие события не помнит, очнулся на раковине умывальника в висячем состоянии. Когда подходил к умывальнику следов крови не заметил. Когда очнулся, увидел, что Г шел к выходу из балка, держал руку в области правого бедра. Г упал в тамбуре балка, он увидел следы крови в кухне, Г был в крови, кровь была с правой стороны туловища из-под одежды. В последующем ему стало известно, что ножевое ранение Г нанесла ФИО1 В балке при распитии спиртного у Г был складной нож длиной 20-25 см, которым они пользовались. В результате удара Г ему были причинены телесные повреждения в области губы, носа, сломаны зубы, удар был нанесен с силой. По дороге в 

<

....> он ехал вместе с ФИО1, на вопрос сотрудника полиции почему она причинила Г ножевое ранение, ФИО1 сказала, что, когда она находилась на кухне в балке 

<

....>, Г схватил её за волосы и нагнул вперед, после чего, как он понял, Г хотел ударить ФИО1, но не успел этого сделать, так как ФИО1 нащупала на столе нож и ударила им Г, впоследствии нож выбросила в выгребную яму. В результате нанесенного ему Г удара были причинены телесные повреждения в области губы, носа, были сломаны зубы, удар Г нанес ему с силой.

Свидетель Т пояснил, что в ночь с 23 на 24 июня 2022 года находился в своем балке и после 24 часов услышал крики. Как ему показалось кричала Д, «зачем, почему ты его убила?». Он выбежал на крики, Г лежал на спине в тамбуре, ноги были подогнуты, головой к входу в балок. А оказывал первую медицинскую помощь. У Г имелось ножевое ранение в нижней части живота, края раны были вывернуты наружу, длина раны около 2-2,5 см, было много крови в балке, на холодильнике, в кухне, что произошло Г не сообщил, А сказал, что у них произошла драка, что ФИО1 ударила Г ножом. Впоследствии он заходил в балок к ФИО1, она находилась в шоковом состоянии, видимых повреждений у неё не видел.

Свидетель П (т. 1 л.д. 167-170) пояснил, что 24 июня 2022 года доставлял Г в медицинский пункт, где медицинский работник сказал, что Г уже примерно 30 минут мертв. Прибыв обратно, из разговора с З ему стало известно, что она видела конфликт Г и ФИО1 через окно своего вагон-дома. Момент причинения смерти Г она не видела. Она лишь слышала, как женский голос из вагон-дома Г громко крикнул «зарезала», после чего, из вагон-дома Г выбежала сначала ФИО1, за ней выбежала О После чего из вагон-дома в тамбур вышел Г, затем стал медленно оседать на пол тамбура. З видела, что Г держал правую руку под животом, сквозь пальцы текла кровь.

Свидетель Р (т. 1 л.д. 185-186) показала, что 24 июня 2022 года примерно в период времени с 02 часов до 03 часов 24 июня 2022 года проснулась от криков З, что Г в крови. Когда подбежала к балку увидела Г, стоящего в тамбуре, он сказал: «Звоните Ж и вызывайте скорую», двумя руками держался за правый бок, ближе к паховой области, его руки и ноги были в крови. Он присел на колени, затем завалился внутрь балка. З побежала будить П Где находилась ФИО1 и что произошло, кто нанес повреждение Г, чем и по какой причине, ей не было известно. В балке Г весь пол, холодильник были в крови. В тот же день ей от З стало известно, что в ночное время суток 24 июня 2022 года в балке Г, с О, А, ФИО1, Е употребляли спиртное. В 23 часа Е ушел спать. З слышала смех людей, потом З пошла спать и в скором времени проснулась от криков О, которая выбежала из балка Г на улицу и крикнула «зарезала». После этого З увидела, как сразу же следом за О из того балка выбежала ФИО1 и убежала к себе в балок. Узнав о смерти Г, она пошла в балок к ФИО1, посмотреть её реакцию на смерть Г ФИО1 увидев её, первая спросила: «Ты пришла жизни меня учить?», на что она ответила: «Хотела посмотреть тебе в глаза». ФИО1 сказала: «Там было без вариантов, либо он нас, либо я его». Говоря «нас», ФИО1 имела ввиду её саму, О, А. Была ли испачкана одежда или руки ФИО1 в момент их общения, не обратила внимания.

Свидетель С (т. 1 л.д. 199-202) пояснил, что 24 июня 2022 года примерно около 02 часов 30 минут к ним в вагон забежал механик и сообщил, что срочно необходимо доставить больного со второго участка в 

<

....>. Пока он собирался данный механик снова прибежал и уже сказал, что нужно поторопиться, так как необходимо везти «подрезанного», который истекает кровью. О том, что Г причинила ножевое ранение ФИО1, он узнал только на третьи сутки, после того, как вернулся на участок. Об этом говорили все на участке, по какой причине она это сделала ему неизвестно. Когда доехали до 

<

....> он помогал доставать Г из будки, последний признаков жизни не подавал, врач констатировал его смерть.

Свидетель У (т. 1 л.д. 219-222) показал, что лично ему о каких-либо конфликтах между Г и ФИО1 неизвестно. Г охарактеризовать не может, так как по работе с ним не контактировал, ФИО1 может охарактеризовать с нейтральной стороны, что-либо положительного и отрицательного про неё ничего сказать не может. 24 июня 2022 года к ним в балок забежала девушка по имени Д, которая работала инженером по связи, на крыльце стояла ФИО1 Д стала кричать, что Г плохо. Как ему в последующем стало известно в балке 

<

....> находился Г с ранением в живот. Мужчина по имени А пытался оказать первую медицинскую помощь Г с ФИО1 о произошедшем не разговаривал, и она ему ничего не поясняла. 

Свидетель Ф (т. 1 л.д. 228-232) пояснял, что 24 июня 2022 года в ночное время проснулся от криков и стуков в дверь балка. В балок зашли ФИО1 и Д, они кричали, что необходимо оказать помощь, остановить кровь, при этом Д кричала на ФИО1: «Зачем ты это сделала? Что ты наделала?». Он подбежал к балку 

<

....> и увидел, что на выходе стоял Г, в области живота с правой стороны у него текла кровь, он держался правой рукой в области живота, кожные покровы у него были бледные. Г сказал звонить Ж Он не выяснял у Г, что произошло, побежал за аптечкой, чтобы оказать медицинскую помощь и остановить кровь.

Свидетель А (т. 1 л.д. 235-238) показал, что 24 июня 2022 года примерно в 02 часа 30 минут его разбудили ФИО1 и Д, они кричали: «Он нас убьет, убивает». Он побежал в вагон (балок) 

<

....>, где увидел, что на полу в коридоре без сознания лежал Г, вокруг него было много крови. Около него находились А (слесарь) и Т (стажер), пытались привести в чувство С. Т и А пояснили, что ФИО1 нанесла удар С, однако в связи с чем, они не пояснили. С лежал в положении на спине, головой в дом, ногами к выходу, в его руках ничего не было, у С имелось телесное повреждение спереди с правой стороны, ориентировочно чуть ниже печени. Никаких предметов, которыми бы могло быть причинено повреждение, он не видел. С повезли на 

<

....> в 

<

....>, где есть медицинские работники. Ему известно, что ФИО1, Д, Г, А, распивали вместе спиртное. Когда Г отвезли в больницу, они сидели все и разговаривали. В процессе разговоров ФИО1 сказала: «Я не хотела, я не специально, так получилось». Какие ножи были в балке 

<

....>, не знает.

Свидетель З, допрошенная в судебном заседании по ходатайству представителя потерпевшего адвоката Лозовского Д.В. пояснила, что в ночное время примерно около 01 часа 12 минут – 01 часа 13 минут 24 июня 2022 года она проснулась от смеха, который доносился из вагона Г В окно увидела, что ФИО1 и О стоят на крыльце вагона Г, а сам Г и А находились в тамбуре. Затем все зашли в вагон 

<

....>, где проживал Г Примерно в 01 час 40 минут услышала грохот, как будто происходила драка. В окно видела, как открылась дверь вагона Г, впереди стоял Г, ФИО1 стояла в тамбуре, Г стоял на пороге, одной ногой в вагоне, толкнул ФИО1 и что-то сказал. После чего ФИО1 зашла в вагон. Спустя около 5-6 минут ФИО1 выбежала из вагона, следом за ней О, которая кричала, что «зарезала», они пробежали мимо вагона, где она находилась. Она прошла в вагон Г, где увидела Г, который сказал ей звонить Рахубе. Она побежала за помощью к П, когда вернулась увидела, что Г скатывался по дверному косяку, а вышедший из вагона А поймал голову Г и стал делать последнему искусственное дыхание. Какие-либо телесные повреждения в тот момент у А она не видела, утром следующего дня у него появился синяк. ФИО1 в вагон Г не возвращалась, она увидела ФИО1 на следующий день, повреждений у неё не имелось.

Свидетель защиты И показал, что ФИО1 ему знакома, так как длительное время они сожительствовали на протяжении 14 лет. Случаев причинения телесных повреждений кому-либо со стороны ФИО1, никогда не было. Охарактеризовал ФИО1, как порядочную, добросовестную, заботливую, хозяйственную. В состоянии алкогольного опьянения агрессию никогда не проявляла, спиртными напитками не злоупотребляет.

Свидетель защиты К пояснила, что ФИО1 является её родной сестрой. Охарактеризовала ФИО1 с положительной стороны, как добрую, отзывчивую, замечательную мать, которая заботится о своем ребенке. Спиртными напитками не злоупотребляет, приступов агрессии не имела. По обстоятельствам уголовного дела ей известно, что мужчина Г напал на неё, угрожал ей, ФИО1 защищалась.

Свидетель защиты Л суду показал, что проживает с ФИО1, они воспитывают совместного ребенка. ФИО1 охарактеризовал как хозяйственную, спокойную, заботливую мать, занимается воспитанием дочери, а также как ответственного работника. Обстоятельства произошедшего ему неизвестны, ФИО1 ему позвонила по телефону и сообщила, что порезала Г, что Г чуть не убил А, что она защищалась, когда он начал её избивать. Изначально они все сидели в вагоне Г, играли в карты, после Г сказал А, что он занимается шулерством, начал избивать А, чем ФИО1 нанесла удар Г, она ему не сообщала, сказала, что ударила тем, что попалось под руку.

Анализ показаний потерпевшего и свидетелей указывает, что очевидцами причинения потерпевшему Г ножевого ранения они не являлись.

Свидетели Т, П, С, А, Ф, У подтвердили факт того, что оказывали помощь Г, организовывали транспорт и увозили потерпевшего в медицинское учреждение.

Показания свидетеля А подтверждают показания ФИО1 о том, что 24 июня 2022 года Г избил его, причинил телесные повреждения в области губы, носа, сломал зубы.

Показания свидетеля О согласуются с показаниями ФИО1 по обстоятельствам нахождения их в балке Г до произошедшего события.

Факт совершения в отношении потерпевшего Г преступления с причинением ему телесного повреждения подтверждается:

протоколом осмотра места происшествия от 

<

....> с фототаблицей (т. 1 л.д. 5-43), согласно которому осмотрен жилой балок, расположенный на участке местности на 

<

....> (

<

....>), в ходе осмотра обнаружено и изъято: бинт, смыв 

<

....> на ватном диске, пять отрезков липкой ленты скотч, один отрезок белой дактилоскопической пленки, смыв 

<

....> на ватном диске, полотенце, мастерка, фрагмент выреза ткани, вырез ткани с ковра;

протоколом осмотра трупа Г от 

<

....> (т. 1 л.д. 60-65), согласно которому на трупе обнаружены повреждения - на животе справа рана овальной формы, при сведении приобретает линейную форму, размер раны около 4 см, края раны подсохшие, ровные, кожа вокруг раны обпачкана буро-красными наложениями, на тыльной поверхности правой кисти имеется небольшая ссадина, размером 1х0,5 см;

протоколом осмотра места происшествия от 

<

....> с фототаблицей (т. 1 л.д. 44-51) в ходе которого была осмотрена выгребная яма, расположенная на территории 

<

....> на 

<

....>, в ходе осмотра обнаружено и изъято - два отрезка липкой ленты скотч, нож;

протоколом выемки от 

<

....> (т. 1 л.д. 139-141), об изъятии одежды с трупа Г, срез кожи с раной от трупа Г; 

протоколом осмотра предметов от 

<

....> (т. 1 л.д. 240-245, 246), согласно которого предметом осмотра являлись: складной нож, бинт, смыв 

<

....>, смыв 

<

....>, полотенце, мастерка, фрагмент выреза ткани, вырез ткани с ковра, срез кожи с раны от трупа Г одежда с трупа Г, признанные и приобщенные к уголовному делу в качестве вещественных доказательств;

заключением судебно-медицинской экспертизы 

<

....> от 

<

....> (т. 2 л.д. 77-79) согласно выводам которого смерть Г наступила от слепого колото-резанного ранения правой подвздошно-паховой области, проникающее в брюшную полость с пересечением нижней надчревной артерии и вены, осложнившегося массивной кровопотерей. Слепое колото-резанное ранение в правой подвздошно-паховой области, проникающее в брюшную полость с пересечением нижней надчревной артерии и вены, причинено от воздействия плоского колюще-режущего травмирующего предмета, чем мог быть нож с односторонней заточкой клинка, состоит в прямой причинной связи со смертью, и относится к повреждениям, повлекших тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. В крови от трупа Г обнаружен этиловый алкоголь в количестве 2,6 промилле, что применительно к живым лицам соответствует сильному алкогольному опьянению;

заключением дополнительной судебно-медицинской экспертизы 

<

....>А-22 от 

<

....> (т. 2 л.д. 120-121), согласно выводам которого, учитывая морфологические особенности колото-резанного ранения, длину раневого канала, обнаруженного на трупе Г, а также принимая во внимание размеры и особенности ножа, не исключается причинение данного телесного повреждения ножом, предоставленным на экспертизу;

заключением дополнительной судебно-медицинской экспертизы 

<

....>Б-22 от 

<

....> (т. 2 л.д. 127-129), из выводов которого следует, что не исключается возможность причинения колото-резанного ранения правой подвздошной области у Г от удара ножом, при обстоятельствах, указанных ФИО1, так как из протокола допроса подозреваемой следует, что ФИО1 не исключает нанесения удара ножом, однако точно не помнит в какой руке держала нож во время нанесения колото-резанного ранения. При проведении следственного эксперимента с участием обвиняемой ФИО1: «…взяв макет ножа в правую руку обратным захватом, сделала отталкивающее движение, то есть направила руку от себя, в сторону статиста, держа макет ножа горизонтально к телу статиста, в область живота справа.». Учитывая локализацию раны справа налево и несколько сверху вниз, маловероятно, что данное колото-резанное ранение причинено при обстоятельствах, указанных обвиняемой ФИО1 при проведении следственного эксперимента, так как движение руки с макетом ножа не совпадает с направлением раневого канала.

Эксперт Х в судебном заседании суда первой инстанции пояснил, что на основании постановлений следователя проводил по настоящему уголовному делу судебно-медицинскую экспертизу трупа Г, а также дополнительную судебно-медицинскую экспертизу, судебно-медицинскую экспертизу ФИО1 в рамках исследований давал ответ на поставленные следователем вопросы, в том числе, касающиеся имевшегося телесного повреждения на трупе Г, механизма его образования, локализации, его характера, тяжести, давности, причине смерти потерпевшего, давности ее наступления, о характере травмирующего предмета, о кратности нанесения повреждений. Так, на его разрешение был поставлен в том числе вопрос о возможности получения Г колото-резаного ранения правой подвздошной области от удара ножом, при обстоятельствах, указанных ФИО1 в ходе ее допроса в качестве подозреваемой, а также в ходе следственного эксперимента с ее участием. По результатам проведенного исследования он пришел к выводу о том, что не исключается возможность причинения колото-резаного ранения в правой подвздошной области Г при обстоятельствах, указанных ФИО1, так как при её допросе в качестве подозреваемой, она не исключала нанесение удара ножом, вместе с тем не помнила, в какой руке держала нож во время нанесения ранения. При этом им был сделан вывод с учетом анализа протокола и видеозаписи следственного эксперимента, который был проведен с участием обвиняемой и статиста, в ходе которого ФИО1 показала, каким образом ею было нанесено колото-резаное ранение, о маловероятности причинения колото-резаного ранения при обстоятельствах указанных ФИО1 в ходе следственного эксперимента, поскольку движения руки ФИО1 не совпадали с направлением раневого канала. При этом в момент нанесения колото-резаного ранения обвиняемая и погибший находились в вертикальном положении или в положении близко к вертикальному. Также им проводилась судебно-медицинская экспертиза ФИО1, по результатам которой все установленные в ходе проведения исследования повреждения, имеющиеся у свидетельствуемой, были отражены в заключении экспертизы, жалоб на состояние здоровья ФИО1 не высказывала. Волосистая часть головы ФИО1 также была осмотрена, каких-либо повреждений установлено не было, в случае их выявление, они были бы отражены в его заключении, отсутствие волос на какой-либо из частей головы при их выявлении, также были бы отражены в выводах. От осмотра передней части тела ФИО1 отказалась, без объяснения причин своего отказа.

<

....>

Согласно справки из Больницы-

<

....> (т. 2 л.д. 14), 

<

....> ФИО1 была осмотрена врачом 

<

....>. 

Оценив приведенные доказательства обвинения и защиты с учетом относимости, допустимости, достоверности, достаточности для разрешения дела, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Причастность ФИО1 к причинению потерпевшему Г телесного повреждения, его тяжесть никем из участников судебного разбирательства не оспаривается. При этом определяющее значение для правильной юридической оценки действий ФИО1 имеют цель причинения потерпевшему вреда, факт наличия или отсутствия общественно-опасного посягательства со стороны потерпевшего.

Судебная коллегия признает, что общественно-опасное посягательство потерпевший совершил, вред потерпевшему Г был причинен при защите от такого посягательства.

ФИО1 прямо указала о том, что, когда она зашла в балок, увидела, что А висит над раковиной умывальника. Г в этот момент находился рядом с А и поднимал табуретку с пола. Подумав, то Г мог убить А, она решила проверить состояние А, для чего направилась к нему. Когда подошла ближе к столу, потерпевший Г схватил её за волосы, при этом сказал: «Ты что тут делаешь, я тебя сейчас ушатаю», с силой держал за волосы и тянул голову, нагнул голову вниз, таскал за волосы в разные стороны, высказывал угрозы причинения телесных повреждений, говорил, что она зря пришла и ей не поможет её друг, оскорблял, нанес два удара в область живота кулаком, Г был очень агрессивный, она испугалась за свою жизнь и здоровье, восприняла слова Г реально и думала, что он действительно может убить, так как уже видела, что он сделал с А

При этом, никто из проходящих по делу лиц, не заявлял о том, что ФИО1 была участником произошедшего конфликта между Г и А Кроме того, не имеется оснований полагать, что ФИО1 спровоцировала нападение на неё потерпевшего Г, чтобы использовать его как повод для совершения противоправных действий.

При описанных обстоятельствах, позиция стороны защиты о нахождении подсудимой ФИО1 при причинении вреда потерпевшему Г в состоянии необходимой обороны, представленными доказательствами не опровергнута.

В соответствии с п. 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 сентября 2021 года № 19 (в редакции от 31 мая 2022 года) «О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление», при решении вопроса, являлись ли для оборонявшегося лица неожиданными действия посягавшего, вследствие чего оборонявшийся не мог объективно оценить степень и характер опасности нападения (ч. 2.1 ст. 37 УК РФ), суду следует принимать во внимание время, место, обстановку и способ посягательства, предшествовавшие посягательству события, а также эмоциональное состояние оборонявшегося лица (состояние страха, испуга, замешательства в момент нападения и т.п.).

Давая юридическую оценку действиям подсудимой ФИО1 следует учитывать, что события происходили в ночное время суток, в замкнутом пространстве, потерпевший Н, родной брат Г, в судебном заседании показал, что Г мог проявить агрессию, если на то, была серьезная причина, 

<

....>. Согласно сведениям 

<

....>, содержащимся в материалах уголовного дела и исследованным в судебном заседании (т. 2 л.д. 134-136), Г неоднократно 

<

....> 

<

....>. Свидетели защиты охарактеризовали ФИО1 с положительной стороны. По своим антропометрическим данным Г намного крупнее ФИО1, которая в момент рассматриваемых событий находилась в состоянии беременности и непосредственно перед происшествием, ФИО1 являлась очевидцем причинения Г свидетелю А телесных повреждений, от которых А потерял сознание.

Судебная коллегия приходит к убеждению, что в момент причинения потерпевшему Г телесного повреждения, с учетом предшествующих обстоятельств, стремительности развития событий, окружающей обстановки, фактических действий потерпевшего Г, ФИО1 имела основания для вывода о совершении на неё нападения, то есть общественно опасного посягательства.

Судебной коллегией установлено, что телесное повреждение потерпевшему Г подсудимая ФИО1 причинила с целью отражения опасных для неё действий потерпевшего.

В соответствии с ч. 2 ст. 45 Конституции РФ каждый вправе защищать свои права и свободы всеми средствами и способами, не запрещенными законом.

Уголовный закон, определяя преступность и наказуемость общественно опасных деяний, устанавливает основания для признания допустимым причинение вреда лицам, посягающим на охраняемые уголовным законом ценности (ст. 37 УК РФ).

Не является преступлением причинение вреда посягающему лицу в состоянии необходимой обороны, то есть при защите от общественно опасного посягательства, если такое посягательство было сопряжено с насилием, опасным для жизни или угрозой подобного насилия.

Вместе с тем, защита от посягательства, не сопряженного с насилием, опасным для жизни, является правомерной, если при этом не было допущено превышения пределов необходимой обороны, то есть умышленных действий, явно не соответствующих характеру и опасности посягательства (ч. 2 ст. 37 УК РФ).

Судебная коллегия приходит к убеждению, что избранный ФИО1 способ защиты от посягательства, не соответствовал характеру и степени опасности посягательства, опасности вреда, который мог быть причинен ФИО1 в результате посягательства, а также угрозы причинения вреда.

Предшествующие обсуждаемому посягательству обстоятельства, действия потерпевшего Г непосредственно в момент посягательства, который схватил ФИО1 за волосы, при этом сказал: «Ты что тут делаешь? Я тебя сейчас ушатаю», силой держал её за волосы, тянул голову, нагнул голову вниз, таскал за волосы в разные стороны, высказывал угрозы причинения телесных повреждения, говорил, что она зря пришла и ей не поможет её друг, оскорблял, нанес два удара в область живота кулаком, был очень агрессивный, хотя и свидетельствовали о сопряженности посягательства с применением насилия, но вместе с тем, не позволяли полагать, что имеется угроза для жизни ФИО1 или угроза причинения значительного вреда здоровью.

Материалы дела не содержат сведений о том, что в результате примененного к ФИО1 насилия, ею были получены телесные повреждения, повлекшие наступление опасных для здоровья последствий.

ФИО1 для отражения посягательства использовала предмет, обладающий конструктивными колюще-режущими свойствами, позволяющий при незначительном воздействии причинить опасные для жизни и здоровья человека повреждения.

В результате умышленных действий ФИО1 потерпевшему причинены повреждения, влекущие тяжкий вред здоровью опасный для жизни в момент причинения.

С учетом установленных обстоятельств, судебная коллегия квалифицирует действия ФИО1 по ч. 1 ст. 114 УК РФ, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, совершенное при превышении пределов необходимой обороны.

Учитывая сведения о личности ФИО1, заключение комиссии судебно-психиатрических экспертов 

<

....> от 

<

....> (т. 2 л.д. 108-114) судебная коллегия не усматривает оснований сомневаться в психической полноценности ФИО1

При назначении наказания ФИО1 судебная коллегия учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, относящегося к категории преступлений небольшой тяжести, личность виновной, обстоятельства, смягчающие наказание, влияние назначенного наказания на исправление ФИО1, на условия жизни её семьи.

ФИО1 не судима, не замужем, сожительствует с М, имеет на иждивении малолетнего ребенка, занимается его воспитанием, имеет постоянное место жительства и регистрации, не работает в связи с нахождением в декретном отпуске по уходу за ребенком. По месту работы характеризуется положительно, по месту жительства соседями, а также свидетелями И, К, М характеризуется с исключительно положительной стороны. Участковым уполномоченным полиции характеризуется посредственно.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1, судебная коллегия признает в соответствии с п. «г» - наличие у неё на иждивении малолетнего ребенка, в соответствии с п. «и» - явку с повинной. В соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ – частичное признание вины, состояние здоровья, положительные характеристики.

С учетом особенностей состава преступления, ответственность за которое установлена в ч. 1 ст. 114 УК РФ, оснований для признания смягчающим наказание обстоятельством противоправность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления, как это было сделано судом первой инстанции, не имеется.

Отягчающих наказание обстоятельств по делу не имеется.

Поскольку ФИО1 впервые совершено преступление небольшой тяжести, отягчающих наказание обстоятельств не имеется, ей не может быть назначено наказание в виде лишения свободы на определенный срок (ч. 1 ст. 56 УК РФ).

Учитывая совокупность указанных обстоятельств, судебная коллегия находит правильным назначить ФИО1 наказание в виде исправительных работ, в пределах санкции ч. 1 ст. 114 УК РФ.

Судебной коллегией в качестве обстоятельства, смягчающего наказание ФИО1, признана явка с повинной (п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ), обстоятельства, отягчающие наказание, отсутствуют. С учетом того, что ФИО1 назначается не наиболее строгое наказание, предусмотренное санкцией ч. 1 ст. 114 УК РФ, оснований для применения положений ч. 1 ст. 62 УК РФ не имеется.

В соответствии с п. 2 ст. 15 УК РФ преступление, совершенное ФИО1, относится к категории небольшой тяжести. 

Судебная коллегия учитывает, что в соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ лицо освобождается от уголовной ответственности, если со дня совершения преступления небольшой тяжести истекло два года.

Преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 114 УК РФ совершено ФИО1 24 июня 2022 года, то есть более двух лет назад в связи с чем, срок давности привлечения ФИО1 к уголовной ответственности истек. 

С учетом установленных обстоятельств и в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ, ч. 8 ст. 302 УПК РФ ФИО1 подлежит освобождению от назначенного наказания за истечением сроков давности.

Судьба вещественных доказательств должна быть разрешена в порядке, установленном ст. 81 УПК РФ.

Апелляционная жалоба и дополнения к ней адвоката Любимовой Е.В. в защиту интересов ФИО1, подлежат частичному удовлетворению.

На сновании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.20, 389.23, 389.28, 389.31, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ПРИГОВОРИЛА:

Приговор Слюдянского районного суда Иркутской области от 4 декабря 2023 года в отношении ФИО1 отменить, постановить новый обвинительный приговор.

ФИО1 признать виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 114 УК РФ и назначить ей наказание в виде исправительных работ на срок 6 (шесть) месяцев с удержанием из заработной платы 10 процентов в доход государства.

На основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ, ч. 8 ст. 302 УПК РФ ФИО1 от назначенного наказания освободить за истечением сроков давности.

Меру пресечения ФИО1 в виде запрета определенных действий, отменить.

Вещественные доказательства по уголовному делу по вступлении приговора в законную силу – бинт; смыв № 1 вещества бурого цвета на ватном диске; 5 отрезков ленты скотч, 1 отрезок белой дактилоскопической пленки со следами пальцев рук; смыв 

<

....> вещества бурого цвета на ватном диске, кухонное полотенце, мастерку, фрагмент ткани, вырез ковра; нож, 2 отрезка ленты скотч со следами пальцев рук; трусы серого цвета, шорты черного цвета, срезы ногтевых пластин с пальцев рук Г, образец буккального эпителия ФИО1, - уничтожить.

Апелляционную жалобу и дополнения к ней адвоката Любимовой Е.В. удовлетворить частично.

Апелляционный приговор может быть обжалован в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции (г. Кемерово) через Слюдянский районный суд Иркутской области в течение 6 (шести) месяцев со дня вынесения.

В случае обжалования осуждённая вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий Л.П. Пастухова

Судьи Н.Н. Кузнецова

А.П. Шовкомуд