УИД 45RS0023-01-2023-000867-19

Дело № 2-30/2024 (2-768/2023)

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Шумихинский районный суд Курганской области

в составе председательствующего судьи Васильевой А.В.,

при секретаре Королевой Н.А.

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Шумихе Курганской области 14 мая 2024 г. гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании завещания недействительным, 

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о признании завещания недействительным. В обоснование исковых требований, измененных в ходе рассмотрения дела в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации указал, что 2 мая 2023 г. умерла его мать Т., после смерти, которой открылось наследство, в состав которого, помимо прочего входит квартира, расположенная по адресу ***, а также вклады с причитающимися процентами и компенсациями, хранящиеся в любых кредитных организациях, банках. При оформлении наследственных прав выяснилось, что наследодатель составила завещание от 5 июня 2020 г. которым указанное имущество завещала своей дальней родственнице Ю., о которой при жизни отзывалась негативно. Считает данное завещание недействительным, поскольку полагает, что его мать на момент его составления не могла осознавать значение своих действий, а также, что его мать не подписывала оспариваемое им завещание. Указывает, что в 2019 г. у его матери, в связи со смертью ее родителей, начались проблемы со здоровьем, она часто заговаривалась, стала раздражительной, забывчивой, плаксивой, у нее появлялись симптомы тяжелой депрессии. Полагает, что данное поведение матери связано с побочными действиями лекарственных средств, которые она принимала. С учетом изложенного, истец просит признать недействительным завещание ***, удостоверенное 5 июня 2020 г. нотариусом нотариального округа города Кургана Курганской области ФИО3, составленное от имени Т., умершей 2 мая 2023 г.

В судебном заседании истец ФИО1 на удовлетворении заявленных требований настаивал по доводам, изложенным в измененном исковом заявлении. Оспаривал учинение его матерью Т. подписи в завещании ***, удостоверенном 5 июня 2020 г. нотариусом нотариального округа города Кургана Курганской области ФИО3 Кроме того, настаивал на том, что его мать в момент составления оспариваемого им завещания не могла осознавать значение своих действий и руководить ими.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела была извещена судом своевременно и надлежащим образом, в письменном заявлении просила о рассмотрении дела в её отсутствие. Ранее в судебном заседании с исковыми требованиями не согласилась, поясняла, что Т. на момент составления завещания находилась в здравом уме. После составления завещания сообщила ей об этом. Полагала, что истцом не представлены доказательства того, что Т. в момент составления завещания не могла понимать значение своих действий и руководить ими.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, нотариус нотариального округа города Кургана Курганской области ФИО3 в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела была извещена судом своевременно и надлежащим образом, в письменном заявлении просила о рассмотрении дела в её отсутствие.

Руководствуясь статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд определил рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Заслушав пояснения истца ФИО1, показания свидетелей, изучив обстоятельства дела и исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Судом в ходе рассмотрения дела установлено, что ФИО1 является сыном Т., что подтверждается записью актом о рождении № *** от 7 сентября 1990 г. 

5 июня 2020 г. Т. составила завещание ***, согласно которому квартиру, находящуюся по адресу: ***, все денежные средства хранящиеся в любых компетентных органах, в том числе вклады с причитающимися процентами и компенсациями, хранящиеся в любых кредитных организациях, банках, она завещала Ю. 

<

Дата> рождения. В случае если названный ею наследник умрет до открытия наследства, либо одновременно с Т., либо после открытия наследства, не успев его принять, либо не примет наследство по другим причинам или откажется от него, либо не будет иметь право наследовать или будет отстранен от наследования как недостойный, вышеуказанное имущество она завещала-ФИО2. 

Указанное завещание записано нотариусом со слов Т., до подписания завещания оно полностью прочитано завещателем Т. в присутствии нотариуса. Завещание удостоверено ФИО3, нотариусом нотариального округа г. Кургана Курганской области. 

4 октября 2022 г. умерла Ю. (свидетельство о смерти серии *** № *** от 7 октября 2022 г.). 

2 мая 2023 г. умерла Т., что подтверждается свидетельством о смерти *** № ***, выданным Курганским городским отделом Управления записи актов гражданского состояния Курганской области 4 мая 2023 г.

После смерти Т. открылось наследство, в состав которого входит наследственное имущество в виде: квартиры, с кадастровым номером ***, расположенной по адресу: ***, площадью 49,1 кв.м.; нежилого помещения с кадастровым номером ***, расположенного по адресу: ***, площадью 20 кв.м.; нежилого помещения, с кадастровым номером ***, расположенного по адресу: ***, площадью 19,4 кв.м.; земельного участка с кадастровым номером ***, расположенного по адресу: ***; 1/3 доли в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: ***; денежных средств, хранящихся на вкладах в ПАО Сбербанк, АО «Россельхозбанк»; недополученной компенсации расходов на оплату жилого помещения и коммунальных услуг в размере 1623 руб. 05 коп.; страховой пенсии по старости в размере 36057 руб. 24 коп, ежемесячной денежной выплаты в размере 3404 руб. 74 коп. 

В судебном заседании установлено, подтверждается исследованными материалами и не оспаривается сторонами, что истец ФИО1 в силу пункта 1 статьи 1142 Гражданского кодекса Российской Федерации является единственным наследником первой очереди по закону после смерти Т.

5 мая 2023 г. ФИО1 обратился к нотариусу нотариального округа г. Кургана Курганской области с заявлением о принятии наследства после смерти своей матери Т.

На основании заявления ФИО1 нотариусом нотариального округа г. Кургана Курганской области ФИО3 после смерти Т. заведено наследственное дело № ***.

12 октября 2023 г. к нотариусу с заявлением о принятии наследства по завещанию после смерти Т. обратилась ФИО2

Оспаривая завещание от 5 июня 2020 г. № *** ФИО1 указывал, что его мать Т. на момент его составления не понимала значение своих действий и не могла руководить ими.

В силу пункта 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

В соответствии со статьями 1111 и 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации наследование осуществляется по завещанию и по закону. Наследование по закону имеет место, когда и поскольку оно не изменено завещанием, а также в иных случаях, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации. В состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе, имущественные права и обязанности.

На основании пункта 1 статьи 1118 Гражданского кодекса Российской Федерации распорядиться имуществом на случай смерти можно только путем совершения завещания. 

Согласно пункту 2 статьи 1118 Гражданского кодекса Российской Федерации завещание может быть совершено гражданином, обладающим в момент его совершения дееспособностью в полном объеме.

В соответствии с пунктами 1, 3 и 5 статьи 1118 Гражданского кодекса Российской Федерации распорядиться имуществом на случай смерти можно только путем совершения завещания. Завещание должно быть совершено лично. Завещание является односторонней сделкой, которая создает права и обязанности после открытия наследства. 

Пунктами 1, 4 статьи 1124 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что завещание должно быть составлено в письменной форме и удостоверено нотариусом.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 1125 Гражданского кодекса Российской Федерации нотариально удостоверенное завещание должно быть написано завещателем или записано с его слов нотариусом. При написании или записи завещания могут быть использованы технические средства (электронно-вычислительная машина, пишущая машинка и другие). Завещание, записанное нотариусом со слов завещателя, до его подписания должно быть полностью прочитано завещателем в присутствии нотариуса. Если завещатель не в состоянии лично прочитать завещание, его текст оглашается для него нотариусом, о чем на завещании делается соответствующая надпись с указанием причин, по которым завещатель не смог лично прочитать завещание.

Завещание должно быть собственноручно подписано завещателем (пункт 3 статьи 1125 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1119 Гражданского кодекса Российской Федерации завещатель вправе по своему усмотрению завещать имущество любым лицам, любым образом определить доли наследников в наследстве, лишить наследства одного, нескольких или всех наследников по закону, не указывая причин такого лишения, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, включить в завещание иные распоряжения. Завещатель вправе отменить или изменить совершенное завещание в соответствии с правилами статьи 1130 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 1131 Гражданского кодекса Российской Федерации, при нарушении положений данного Кодекса, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности, завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание). Завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием.

Согласно пункту 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 данной статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно пункту 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 г. № 9 «О судебной практике по делам о наследовании» завещания относятся к числу недействительных вследствие ничтожности при несоблюдении установленных Гражданского кодекса Российской Федерации требований: обладания гражданином, совершающим завещание, в этот момент дееспособностью в полном объеме (пункт 2 статьи 1118 Гражданского кодекса Российской Федерации), недопустимости совершения завещания через представителя либо двумя или более гражданами (пункты 3 и 4 статьи 1118 Гражданского кодекса Российской Федерации), письменной формы завещания и его удостоверения (пункт 1 статьи 1124 Гражданского кодекса Российской Федерации), обязательного присутствия свидетеля при составлении, подписании, удостоверении или передаче завещания нотариусу в случаях, предусмотренных пунктом 3 статьи 1126, пунктом 2 статьи 1127 и абзацем вторым пункта 1 статьи 1129 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 3 статьи 1124 Гражданского кодекса Российской Федерации), в других случаях, установленных законом.

Как разъяснено в пункте 21 вышеуказанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 г. № 9, сделки, направленные на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей при наследовании (в частности, завещание, отказ от наследства, отказ от завещательного отказа), могут быть признаны судом недействительными в соответствии с общими положениями о недействительности сделок (§ 2 главы 9 Гражданского кодекса Российской Федерации) и специальными правилами раздела V Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действия или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения. 

В соответствии со статьей 17 Гражданского кодекса Российской Федерации способность иметь гражданские права и нести обязанности (гражданская правоспособность) признается в равной мере за всеми гражданами. Правоспособность гражданина возникает в момент его рождения и прекращается смертью.

В силу статьи 21 Гражданского кодекса Российской Федерации способность гражданина своими действиями приобретать и осуществлять гражданские права, создавать для себя гражданские обязанности и исполнять их (гражданская дееспособность) возникает в полном объеме с наступлением совершеннолетия, то есть по достижении восемнадцатилетнего возраста. Никто не может быть ограничен в правоспособности и дееспособности иначе, как в случаях и в порядке, установленных законом (статья 22 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, закон исходит из презумпции полной право- и дееспособности любого гражданина, если он не ограничен в них в установленном законом порядке. В связи с чем, бремя доказывания того, что лицо не отдавало отчета своим действиям и не могло руководить ими в момент совершения сделки лежит на истце. Ответчик не должен доказывать обратного, так как это проистекает из требований статей 17, 21, 22 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При таких обстоятельствах, бремя доказывания того, что лицо не отдавало отчета своим действиям и не могло руководить ими в момент совершения сделки лежит на истце.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющими принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

По смыслу приведенных правовых норм неспособность наследодателя в момент совершения завещания понимать значение своих действий или руководить ими, является основанием для признания завещания недействительным, поскольку соответствующее волеизъявление по распоряжению имуществом на случай смерти отсутствует.

Таким образом, юридически значимыми обстоятельствами, подлежащими установлению по данному делу, являлись наличие или отсутствие психического расстройства у наследодателя в момент составления завещания, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня. 

Согласно показаниям допрошенной судом в качестве свидетеля М., она была знакома с Т. еще до рождения сына ФИО1. Взаимоотношения у Т. с сыном были хорошие. В последние годы жизни Т. стала раздражительной, плаксивой, у нее были перепады настроения, она могла позволить себе разговаривать с ней в приказном тоне, чего раньше в её поведении никогда не было. Когда она узнала про завещание, то была удивлена, так как при жизни Т. всегда говорила, что квартира достанется её сыну ФИО1, а денежные средства на счетах – внучке Л.. Об ответчике и ее семье Т. отзывалась негативно.

Свидетель С. в судебном заседании пояснила, что дружила с Т. на протяжении 7 лет. В последние годы жизни она стала замечать у Т. плаксивость. Т. говорила, что ей одиноко, она жаловалась на состояние здоровья, стала потерянная. При этом Т. при общении с ней всегда ее узнавала, помнила ее номер телефона. У Т. с истцом были хорошие отношения, каких – либо конфликтов между ними не было. При жизни Т. говорила ей, что квартира будет принадлежать её сыну ФИО1. О составлении Т. завещания ей ничего известно не было. 

Свидетель И. в ходе рассмотрения дела пояснила суду, что она дружила с Т. Отношения у Т. и истцом были хорошие. С 2018 г. она стала замечать, что Т. стала плаксивой, забывчивой, в связи с наличием у Т. заболеваний (***), она находилась в депрессии. О составлении Т. завещания ей ничего известно не было. 

Из показаний свидетеля Д., допрошенной судом в ходе рассмотрения дела следует, что она знакома с Т. с 2013 г., Т. являлась ее свекровью. Между Т. и ее сыном были хорошие отношения. С ответчиком и ее матерью Т. общалась редко. С 2018 г. Т. страдала бессонницей, у нее ухудшилась память, она стала нервной, резко реагировала на замечания. В 2020 г., в период распространения на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (2019-nCoV), Т., несмотря на возражения сына ФИО1 на ее приезд, приехала к нему и внучке. Считает данное решение Т. легкомысленным, поскольку ранее Т. была очень ответственным человеком, ей были не свойственны спонтанные, необдуманные решения. 

В соответствии со статьей 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу.

В соответствии с абзацем 3 пункта 13 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 24 июня 2008 № 11 «О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству» во всех случаях, когда по обстоятельствам дела необходимо выяснить психическое состояние лица в момент совершения им определенного действия, должна быть назначена судебно-психиатрическая экспертиза, например, при рассмотрении дел о признании недействительными сделок по мотиву совершения их гражданином, не способным понимать значение своих действий или руководить ими (статья 177 Гражданского кодекса Российской Федерации) 

Для определения юридически значимых обстоятельств по делу, определением Шумихинского районного суда от 1 декабря 2023 г. по ходатайству истца ФИО1 по делу была назначена посмертная судебно-психиатрическая экспертиза в отношении Т., производство которой было поручено ГКУ «Курганская областная психоневрологическая больница». 

Согласно заключению судебно-психиатрического эксперта ГКУ «Курганская областная психоневрологическая больница» № 10 от 4 марта 2024 г. в момент составления завещания от 5 июня 2020 г. Т. страдала психическим расстройством в виде ***. Однако, данное психическое расстройство не достигало степени тяжёлого хронического психического расстройства в виде ***. В предоставленных материалах гражданского дела отсутствует информация, свидетельствующая о наличии у Т. в юридически значимый момент каких-либо проявлений временного психического расстройства: у неё отсутствовали какие-либо проявления болезненно искажённого восприятия окружающего (***), а также наличие нарушений сознания и выраженных когнитивных и ассоциативных нарушений, на что указывают целенаправленный и ситуационно обусловленный характер её действий. Таким образом, изменения со стороны психики были выражены не столь значительно, чтобы лишать Т. в момент составления завещания от 5 июня 2020 г. возможности понимать значение своих действий. 

Оценивая приведенные выводы судебной психиатрической экспертизы (посмертной) всесторонне, в совокупности с предоставленными суду доказательствами, суд считает правильным, обоснованным и объективным экспертное заключение, содержащее вывод о том, что Т. в период оформления завещания 5 июня 2020 г. осознавала фактический характер своих действий и могла руководить ими. Заключение является мотивированным, не содержащим в себе противоречий, выполненным квалифицированным экспертом, предупрежденным об ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации. Указанное заключение отвечает требованиям Федерального закона от 31 мая 2001 г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации».

На основании изложенного, суд считает возможным принять заключение ГКУ «Курганская областная психоневрологическая больница» № 10 от 4 марта 2024 г. в качестве надлежащего доказательства и положить в основу судебного решения по настоящему гражданскому делу выводы указанной судебно-психиатрической экспертизы (посмертной).

К предоставленному истцом ФИО1 заключению специалиста (рецензии), изготовленному специалистом Б., суд относится критически, по следующим основаниям.

Рецензия подготовлена специалистом по заказу ФИО1, в рецензии затрагиваются вопросы юридического характера, дается правовая оценка деятельности эксперта, что относится к исключительной компетенции суда. Представленная рецензия является только мнением одного специалиста, не основанном на непосредственном изучении предмета исследования. Специалист, проводивший исследование не был привлечен судом к участию в деле, не предупреждался судом об уголовной ответственности. Кроме того, оспаривание судебной экспертизы путем проведения рецензии на предмет научной обоснованности, соответствия требованиям законодательства и применяемых методик иной экспертной организацией Гражданским процессуальным кодексом Российской Федерации не предусмотрено.

Также после предоставления рецензии, истом было заявлено ходатайство о назначении по делу повторной посмертной судебно-психиатрической экспертизы в отношении Т., в назначении которой судом было отказано, так как сомнений в правильности или обоснованности экспертного заключения ГКУ «Курганская областная психоневрологическая больница» № 10 от 4 марта 2024 г., противоречий в ее выводах, у суда не возникло.

Кроме того, ФИО1 в обоснование заявленных исковых требований также указывал, что завещание не подписывалось наследодателем, подпись и почерк на завещании не соответствует подписи и почерку Т.

Поскольку для проверки доводов истца требовались специальные познания, определением Шумихинского районного суда от 19 марта 2024 г. по ходатайству истца ФИО1 по делу была назначена судебная почерковедческая экспертиза, производство которой поручено НЭУ ООО «Курганское бюро судебных экспертиз». 

Согласно заключению эксперта НЭУ ООО «Курганское бюро судебных экспертиз» № 6/24 от 4 апреля 2024 г. рукописная запись «Т.», расположенная на первой странице в завещании серии *** от 5 июня 2020 г., удостоверенного нотариусом округа г. Кургана Курганской области ФИО3, выполнена самой Т.. Подпись от имени Т. в представленном завещании серии *** от 5 июня 2020 г., выполнена самой Т..

Суд считает что, экспертное заключение является надлежащим доказательством, так как содержит подробное описание проведенных исследований, указание на использование при проведении экспертизы нормативное, методическое обеспечение, материалы, сделанные в результате их выводы. Эксперт был предупрежден об уголовной ответственности по ст 307 Уголовного кодекса Российской Федерации за дачу заведомо ложного заключения. Экспертное заключение допустимыми и достаточными доказательствами по делу не опровергнуто. Каких-либо оснований не доверять экспертному заключению, а также оснований усомниться в компетенции эксперта у суда не имеется. 

Оценив все представленные доказательства, в том числе, объяснения сторон, показания свидетелей, экспертные заключения ГКУ «Курганская областная психоневрологическая больница», НЭУ ООО «Курганское бюро судебных экспертиз», в их взаимосвязи и совокупности, по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу, что объективных доказательств, подтверждающих нахождение наследодателя в момент составления завещания в состоянии, когда она не была способна в полной мере понимать значение своих действий или руководить ими, а также не подписания оспариваемого завещания завещателем Т. истцом не представлено, в связи с чем правовых оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 у суда не имеется.

Учитывая вышеизложенное, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО1 о признании недействительным завещания от 5 июня 2020 г., составленного Т.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о признании завещания недействительным, отказать.

Решение может быть обжаловано в Курганский областной суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Шумихинский районный суд Курганской области.

Мотивированное решение суда составлено 21 мая 2024 г. 

Судья А.В. Васильева