Председательствующий: Матвеев С.М. Дело № 22-227/2020

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10 февраля 2020 года г. Омск

Омский областной суд в составе председательствующего Люсевой Г.С. 

при секретаре Волошенко А.Е.

с участием прокурора Старосека А.К.,

адвокатов Бастера А.Ю., Погребняка А.И.,

осужденного ФИО1 посредством видеоконференцсвязи

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Бастера А.Ю. в интересах осужденного ФИО1 и апелляционной жалобе адвоката Погребняка А.И. в интересах осужденного ФИО1 на приговор Калачинского городского суда Омской области от 12 декабря 2019 года, которым 

ФИО1, 

<

...> года рождения, 

<

...>, проживающий по адресу: 

<

...>, несудимый,

осужден по ч. 4 ст. 264 УК РФ (в редакции ФЗ № 528 от 31 декабря 2014 года) к 2 годам 6 месяцам лишения свободы в исправительной колонии общего режима с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на срок 2 года.

Дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами сроком на 2 года, постановлено исчислять с момента отбытия основного наказания в виде лишения свободы.

Мера пресечения ФИО1 изменена на заключение под стражу в зале суда.

Срок наказания исчислен с 12 декабря 2019 года с зачетом на основании п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ времени содержания ФИО1 под стражей с 12 декабря 2019 года по день вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Разрешены вопросы о гражданских исках и вещественных доказательствах.

Заслушав выступления адвокатов Бастера А.Ю. и Погребняка А.И., осужденного ФИО1, поддержавших доводы апелляционных жалоб, прокурора Старосека А.К., возражавшего против их удовлетворения, суд апелляционной инстанции 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 осужден за нарушение правил дорожного движения лицом, управляющим автомобилем, находящимся в состоянии опьянения, повлекшее по неосторожности смерть человека.

Согласно приговору, при подробно изложенных в нем обстоятельствах, 27 апреля 2018 года около 21 ч. 30 мин. ФИО1, управляя в состоянии алкогольного опьянения личным автомобилем 

<

...>, в нарушение п.п. 1.3, 1.5, 2.7, 10.1, 10.2 Правил дорожного движения, следуя в южном направлении по 

<

...> в районе 

<

...>, допустил наезд на пешехода А, переходящего проезжую часть справа налево относительно движения автомобиля.

В результате дорожно-транспортного происшествия А была причинена сочетанная тупая травма головы, груди, конечностей, сопровождающаяся открытой черепно-мозговой травмой с переломами костей свода и основания черепа, ушибом и отеком головного мозга, которая квалифицируется как причинившая тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и явилась причиной смерти потерпевшего, которая наступила 28 апреля 2018 года в реанимационном отделении БУЗО «Калачинская ЦРБ».

В суде первой инстанции ФИО1 вину по предъявленному обвинению не признал.

В апелляционной жалобе адвокат Бастер А.Ю. в интересах осужденного ФИО1 находит приговор незаконным в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела.

В обоснование своей позиции ссылается на показания осужденного, согласно которым он допустил наезд на А по вине последнего, резко выбежавшего на полосу движения транспортного средства.

Отмечает, что показания ФИО1 в данной части подтверждают свидетели Б и П

Ссылаясь на то, что скорость движения пешехода, с которой тот выскочил на проезжую часть, не установлена, ставит под сомнение данные экспертного заключения № 1920/4-5 от 11 сентября 2018 года о наличии у водителя технической возможности предотвратить наезд.

Находит необоснованными выводы суда о критическом отношении к экспертному заключению № 3862 от 26 июня 2019 года, обращая внимание, что она назначена и проведена в соответствии с требованиями закона, на основании тех же исходных данных, которые использовались при производстве экспертизы № 1920/4-5 от 11 сентября 2018 года, положенной судом в основу приговора.

Основываясь на данных экспертного заключения № 3862 от 26 июня 2019 года, находит необоснованными выводы суда о том, что ФИО1, управляя автомобилем, не выбрал безопасную скорость движения и о наличии у него технической возможности предотвратить наезд на пешехода.

Указывает об отсутствии доказательств, подтверждающих, что алкогольное опьянение ФИО1 состоит в причинно-следственной связи со смертью потерпевшего.

Настаивает, что в сложившейся дорожной ситуации у осужденного отсутствовала реальная возможность предотвратить наезд на потерпевшего, который произошел по вине последнего.

Считает, что при назначении наказания суд не в полной мере учел совокупность смягчающих обстоятельств, в числе которых приводит наличие на иждивении малолетнего ребенка, частичные возмещения материального ущерба и компенсации морального вреда, поведение потерпевшего, проявившего грубую неосторожность, что повлекло дорожно-транспортное происшествие, положительные характеристики на ФИО1, состояние здоровья осужденного и его близких, отсутствие судимостей.

Обращает внимание, что судом не разрешался вопрос о возможности применения положений ст. 64 УК РФ.

Ссылаясь на то, что совершенное ФИО1 преступление относится к категории средней тяжести и на положения ч. 3 ст. 74 УИК РФ, считает, что осужденный может отбывать наказание только в колонии-поселении.

Просит приговор отменить, ФИО1 оправдать.

В апелляционной жалобе адвокат Погребняк А.И. в интересах осужденного ФИО1 находит приговор незаконным, не соответствующим фактическим обстоятельствам дела.

Оспаривает положенные в основу приговора данные экспертных заключений об определении скорости движения автомобиля и пешехода, указывая, что они основываются только на результатах следственного эксперимента, который проведен с нарушением уголовно-процессуального закона в связи с участием в нем заинтересованного в исходе дела лица, неправильным производством замеров времени и расстояния следователем.

Считает, что осмотр места происшествия произведен некачественно, протокол не отражает действительной обстановки на месте дорожно-транспортного происшествия, в нем недостоверно отражены данные о метеорологических условиях, освещении, расстоянии, видимости, указаны лица, фактически не принимающие участие в осмотре.

Указывает о наличии противоречий по вопросу участия понятых в ходе осмотра места происшествия.

Отмечает, что фототаблица и схема дорожно-транспортного происшествия, которая к тому же не подписана следователем, недостатки протокола осмотра не восполняют.

Полагает о нарушении уголовно-процессуального законодательства при предъявлении ФИО1 обвинения в связи с тем, что, ссылаясь на п.п. 10.1, 1.3 Правил дорожного движения, следователем указано на нарушения, которые не были допущены осужденным в момент дорожно-транспортного происшествия.

Обращает внимание, что в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого не указана форма вины.

Сообщает, что перед началом рассмотрения уголовного дела суд не предоставил стороне защиты возможность заявить ряд ходатайств, в которых отмечалось о незаконности предъявленного обвинения в связи с указанными выше нарушениями.

Основываясь на показаниях осужденного, свидетелей Ш, Б, П, настаивает, что дорожно-транспортное происшествие произошло по вине потерпевшего А, поведение которого непосредственно перед наездом автомобилем должным образом не исследовалось в судебном заседании, вопрос о том, мог ли потерпевший пребывать в состоянии алкогольного опьянения не выяснялся.

Отмечает, что в показаниях свидетеля Б не содержится сведений об употреблении ФИО1 спиртного перед поездкой на автомобиле.

Указывает о нарушении судом принципов состязательности сторон и свободы оценки доказательств.

Просит приговор отменить, вынести в отношении ФИО1 оправдательный приговор.

В возражениях на апелляционные жалобы адвокатов государственный обвинитель Мареич Н.А. находит их удовлетворению не подлежащими.

Изучив материалы дела, проверив доводы апелляционных жалоб стороны защиты, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Выводы суда о виновности ФИО1 в нарушении правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности смерть человека, при управлении автомобилем в состоянии алкогольного опьянения, являются правильными, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, основаны на совокупности исследованных судом доказательств, полный и подробный анализ которых приведен в приговоре.

Доказательства, положенные судом в основу выводов о виновности осужденного в совершении указанного преступления, всесторонне проверены в условиях судебного разбирательства и получили надлежащую оценку в соответствии с требованиями ст.ст. 87, 88 УПК РФ, как допустимые и достоверные, а в своей совокупности – достаточные для разрешения дела.

При этом суд указал в приговоре, почему он доверяет одним доказательствам и отвергает другие с приведением подробных и убедительных мотивов.

Принятые судом решения не противоречат принципам свободы оценки доказательств судом и состязательности сторон в уголовном процессе, оснований не согласиться с ними не имеется.

Как это следует из материалов уголовного дела, судом тщательно с участием сторон и с допросом очевидцев имевших место событий, исследованием данных всех проведенных по делу экспертных заключений, проверялись обстоятельства, приведшие к возникновению аварийной ситуации.

Основываясь на детальном анализе показаний свидетелей обвинения, данных протоколов осмотра места дорожно-транспортного происшествия и транспортного средства, следственного эксперимента, в совокупности с результатами проведенных по делу экспертных исследований, судом правильно установлено, что в случае соблюдения ФИО1 правил дорожного движения у него имелась реальная возможность предотвратить наезд на пешехода в сложившейся обстановке.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, экспертное заключение № 1920/4-5 от 11 сентября 2018 года, согласно которому установлено, что осужденный располагал технической возможностью для предотвращения наезда на пешехода путем применения экстренного торможения с остановкой транспортного средства до линии движения потерпевшего в реальный момент возникновения опасности для движения, обоснованно принято во внимание судом и положено в основу приговора наряду с другими доказательствами.

Указанная экспертиза назначена и проведена в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, экспертное заключение соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ.

Изложенные в заключении выводы мотивированы, подтверждены данными протоколов осмотра места происшествия, следственного эксперимента, показаниями очевидцев преступления.

Каких-либо сомнений в обоснованности данного экспертного заключения по доводам жалобы не имеется.

При этом несостоятельны, как не основанные на содержании экспертного заключения, доводы апелляционных жалоб о том, что по делу не определена скорость движения пешехода при переходе проезжей части.

Доводы апелляционных жалоб о недостоверности исходных данных, представленных эксперту с места дорожно-транспортного происшествия, аналогичные доводам защиты в суде первой инстанции, были предметом судебной проверки и обоснованно отвергнуты, как не основанные на материалах дела.

Противоречий в исходных данных, указанных в протоколах осмотра места дорожно-транспортного происшествия, следственного эксперимента, не содержится.

Изложенные в протоколе первоначального осмотра места происшествия сведения об обстановке на месте дорожно-транспортного происшествия, о расположении следов, метеорологических условиях, освещении, расстоянии, видимости, участвующих лицах полностью подтверждаются показаниями прибывших на место происшествия потерпевших Ш и А, свидетелей Р, С, С, очевидцев дорожно-транспортного происшествия Б, П, Ш, П и Ж, О и О, сотрудников ДПС И и Л

Вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката Погребняка А.И., схема к протоколу осмотра содержит данные о лице ее составившем, подписана следователем и другими участвующими лицами, включая ФИО1

Учитывая, что в ходе осмотра места происшествия 27 апреля 2018 года производилась фотосъемка, наличие либо отсутствие понятых при проведении данного следственного действия, на что обращает внимание в апелляционной жалобе адвокат Погребняк А.И., не является существенным нарушением уголовно-процессуального закона, позволяющим ставить под сомнение сведения, которые нашли отражение в протоколе.

Следует также отметить, что какие-либо замечания на протокол первоначального осмотра со стороны присутствующих при этом лиц, включая ФИО1, отсутствуют.

Следственный эксперимент по делу проведен в соответствии со ст. 181 УПК РФ, оснований полагать о недостоверности полученных в результате его проведения данных, как об этом ставит вопрос в апелляционной жалобе адвокат Погребняк А.И., не имеется, поскольку они также согласуются как с показаниями вышеуказанных лиц, так и с данными протоколов осмотра места происшествия.

Суждения адвоката Погребняка А.И. о том, что заинтересованные в исходе дела лица, могли исказить результаты, полученные при проведении следственного эксперимента, носят характер предположения, в связи с чем не могут быть приняты во внимание. 

Доводы апелляционной жалобы адвоката Бастера А.Ю. о том, что суд необоснованно не принял во внимание данные экспертного заключения № 3862 от 26 июня 2019 года, при производстве которой использовались те же исходные данные, что и при производстве экспертизы № 1920/4-5 от 11 сентября 2018 года, несостоятельны.

Указанное заключение эксперта основывается на версии осужденного, в которой он ссылается на условия видимости пешехода, не превышающие 30,8 метров.

При этом версия осужденного по отношению к имевшим место событиям, в том числе и по вопросу расстояния видимости, как противоречащая совокупности доказательств, положенных в основу приговора, правильно расценена судом как способ защиты, а показания свидетелей Б, П, Ш, на которые имеются ссылки в апелляционных жалобах защиты, ее не подтверждают, поскольку момент наезда транспортного средства на пешехода не наблюдали.

Ссылки защиты на поведение потерпевшего, непосредственно предшествующее дорожно-транспортному происшествию, его возможное нахождение в состоянии опьянения, что в совокупности привело к наезду, при установленных судом фактических обстоятельствах дела, согласно которым при соблюдении правил дорожного движения у осужденного ФИО1 имелась реальная возможность предотвратить наезд на пешехода, остановив транспортное средство, юридически значимыми обстоятельствами для квалификации содеянного не являются.

При этом показания потерпевшей Ш, заключение судебно-медицинской экспертизы трупа опровергают версию защиты о вероятном нетрезвом состоянии потерпевшего во время дорожно-транспортного происшествия.

Наличие причинно-следственной связи между состоянием алкогольного опьянения, в котором пребывал ФИО1 при управлении транспортным средством, и последствиями в виде наступления по неосторожности смерти А при установленных судом фактических обстоятельствах, в силу которых осужденный, достоверно зная о запрете, установленном п. 2.7 Правил дорожного движения, сознательно его нарушил, сомнений не вызывает.

Нарушений положений ст.ст. 171, 172 УПК РФ при предъявлении обвинения ФИО1 следователем не допущено.

Вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката Погребняка А.И., в постановлении указано, что ФИО1 обвиняется в нарушении правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности смерть человека при обстоятельствах, когда он не предвидел наступления общественно-опасных последствий своих действий, но при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог их предвидеть.

При этом дословное изложение следователем в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого п.п., п.п. 10.1, 1.3 Правил дорожного движения, учитывая, что в приговоре эти положения приведены лишь в той части, в которой их непосредственно нарушил ФИО1, о существенном нарушении уголовно-процессуального законодательства не свидетельствует.

Ссылка суда на показания свидетеля Б, который не заявлял о том, что ФИО1 после дорожно-транспортного происшествия употреблял спиртное, показаниям данного свидетеля не противоречит, а приведенное в апелляционной жалобе адвоката Погребняка А.И. суждение по данному вопросу не основано на содержании приговора.

Таким образом, в приговоре даны подробный анализ и надлежащая оценка всем доказательствам, которые были представлены сторонами, и приведено полное обоснование выводов о виновности осужденного.

В соответствии с установленными фактическими обстоятельствами действиям осужденного дана правильная юридическая оценка по ч. 4 ст. 264 УК РФ.

Выводы суда при оценке доказательств по делу сомнений в правильности и объективности не вызывают.

Иная оценка доказательств и иная оценка фактических обстоятельств, изложенная в жалобах, как выборочная, в пользу доводов защиты, убедительной не является и не может быть принята во внимание.

Как установлено по результатам изучения материалов уголовного дела, судебное разбирательство проведено в установленном законом порядке с достаточной полнотой и объективностью.

Все представленные доказательства исследованы судом по инициативе сторон, заявленные ходатайства разрешены в соответствии с требованиями закона, все версии защиты проверены и получили надлежащую оценку в приговоре.

При этом несостоятельны, как не основанные на содержании протокола судебного заседания, доводы апелляционной жалобы адвоката Погребняка А.И. о лишении стороны защиты права на заявление ходатайств перед началом судебного разбирательства.

Нарушений требований уголовного закона при разрешении вопросов о назначении наказания судом не допущено.

При определении вида и размера наказания судом в полном соответствии с требованиями ст.ст. 6, 60 УК РФ учтены характер и степень общественной опасности преступления, его тяжесть, данные о личности осужденного и все влияющие на наказание обстоятельства.

При отсутствии обстоятельств, отягчающих наказание ФИО1, в полной мере установлены и учтены все смягчающие наказание обстоятельства, в числе которых суд привел раскаяние в содеянном, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, оказание помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, наличие на иждивении малолетнего ребенка, компенсация морального вреда, грубая неосторожность самого потерпевшего, положительные характеристики, молодой возраст, состояние здоровья осужденного и его близких.

Иных обстоятельств, подлежащих обязательному учету при назначении наказания в соответствии с ч. 1 ст. 61 УК РФ, суд не установил и в апелляционной жалобе адвоката Бастера А.Ю. не приведено.

Основываясь на тщательном анализе и оценке всех влияющих на наказание обстоятельств, суд пришел к обоснованному выводу о необходимости назначения наказания в виде реального лишения свободы и правильно указал об отсутствии оснований для применения положений ст.ст. 

<

...> 73 УК РФ и ст. 64 УК РФ, в связи с чем безосновательны доводы апелляционной жалобы адвоката Бастера А.Ю. в этой части.

Вид исправительного учреждения суд определил верно в соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 58 УК РФ, убедительно мотивировав свои выводы в данной части, с которыми нет оснований не согласиться, и несостоятельны, как не основанные на законе, доводы адвоката Бастера А.Ю. по этому вопросу.

Назначенное ФИО1 наказание, которое определено в нижних границах санкции ч. 4 ст. 264 УК РФ, не может считаться чрезмерно суровым либо явно несправедливым, соответствует целям и задачам наказания, установленным ч. 2 ст. 43 УК РФ, оно соразмерно содеянному, в связи с чем оснований для его смягчения не имеется.

Нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального законодательства, влекущих отмену или изменение приговора, суд апелляционной инстанции не находит.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Калачинского городского суда Омской области от 12 декабря 2019 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционные жалобы стороны защиты – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано через суд первой инстанции в порядке главы 47.1 УПК РФ в Восьмой кассационной суд общей юрисдикции.

Председательствующий: