Судья Бауэр О.Г.

Дело № 22-1194/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Пермь 18 марта 2025 года 

Пермский краевой суд в составе:

председательствующего Череневой С.И.,

при секретаре судебного заседания Шарович Д.Н.,

с участием прокурора Нечаевой Е.В.,

защитника – адвоката Присмотрова И.В.,

законного представителя умершего подсудимого Т. – В.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам законного представителя умершего подсудимого В. и адвоката Мосягиной Т.Н. на постановление Нытвенского районного суда Пермского края от 22 января 2025 года, которым уголовное дело в отношении

Т., родившегося дата в ****, не судимого, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264.1 УК РФ,

прекращено на основании п. 4 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с его смертью.

Изложив содержание обжалуемого судебного решения, существо апелляционных жалоб и возражений на них, заслушав выступления В. и адвоката Присмотрова И.В., поддержавших доводы жалоб, мнение прокурора Нечаевой Е.В. об отмене постановления в части решения о конфискации, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

органами предварительного следствия Т. обвинялся в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264.1 УК РФ, а именно в том, что 20 августа 2024 года он управлял автомобилем, находясь в состоянии опьянения, будучи подвергнутым административному наказанию за управление транспортным средством в состоянии опьянения.

Постановлением Нытвенского районного суда Пермского края от 22 января 2025 года уголовное дело в отношении Т. прекращено на основании п. 4 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи со смертью подсудимого.

Постановлением определена судьба вещественных доказательств, в частности: автомобиль «***», государственный регистрационный знак **, конфискован в собственность государства на основании п. «д» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ, с сохранением ранее наложенного ареста на указанный автомобиль до исполнения постановления в части конфискации.

В апелляционной жалобе законный представитель умершего подсудимого Т. – В. выражает несогласие с постановлением в части решения о конфискации автомобиля «***», государственный регистрационный знак **. В обоснование доводов указывает, что является собственником указанного транспортного средства, которое к обороту не запрещено, преступным путем не добыто, приобретено по возмездной сделке с использованием кредитных средств, поставлено на учет в регистрирующем органе, допущено к эксплуатации по дорогам общего пользования и может быть использовано законным собственником по прямому назначению. Ссылаясь на нормы уголовного и уголовно-процессуального закона, регламентирующие вопросы разрешения судьбы вещественных доказательств и применения конфискации, отмечает, что принятое решение о конфискации автомобиля ограничивает ее конституционные права как собственника и наследника после смерти супруга, лишает возможности выставления кому-либо требований имущественного характера в счет компенсации изъятого в пользу государства транспортного средства. Указывает на невозможность возложения на умершего дополнительного правоограничения уголовно-превентивного свойства. Также отмечает, что транспортное средство выделено законодателем в отдельный вид имущества, указанный в п. «д» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ, и не относится к орудию, оборудованию или иным средствам совершения преступления, а также к другому имуществу, перечисленному в пп. «а» - «в» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ, в связи с чем буквальное толкование п. 13 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 14 июня 2018 года № 17 «О некоторых вопросах, связанных с применением конфискации имущества в уголовном судопроизводстве» не позволяет распространять его при применении конфискации автомобиля в случае прекращения уголовного дела по нереабилитирующим основаниям. Отмечает отсутствие в обжалуемом решении и протоколе судебного заседания указаний на разъяснение ей прав и последствий прекращения уголовного дела в связи со смертью подсудимого, при этом альтернативные варианты прекращения уголовного дела и освобождения Т. от уголовной ответственности на обсуждение участников процесса не ставились, не принято во внимание ее заявление о смерти супруга в ходе проведения специальной военной операции, прекращении контракта с Министерством обороны РФ в связи с его гибелью, отсутствии достоверной информации, имеющей «гриф секретности», о присвоении погибшему награды. Просит постановление изменить, исключить указание о конфискации в доход государства автомобиля «***», принять решение о возвращении транспортного средства ей, как законному собственнику.

В апелляционной жалобе адвокат Мосягина Т.Н. выражает несогласие с постановлением в части решения о конфискации транспортного средства. Ссылаясь на положения ст. 49 Конституции РФ, ст. 8 УПК РФ, ст. 104.1 УК РФ, указывает, что обвинительный приговор по делу не постановлен, Т. погиб в зоне проведения специальной военной операции, в связи с чем необходимость в изъятии транспортного средства и применения конфискации как меры уголовно-правового характера отсутствует. Отмечает, что конфискованное транспортное средство входит в наследственную массу, в связи с чем делает вывод о том, что фактически конфискация применена к членам семьи погибшего Т., являющимся его наследниками, что существенно нарушает их права и интересы. Просит постановление изменить, исключить указание о конфискации автомобиля «***», государственный регистрационный знак **.

В возражениях на апелляционные жалобы государственный обвинитель Бурлаков О.В. считает постановление законным и обоснованным, просит оставить его без изменения, а апелляционные жалобы защитника Мосягиной Т.Н. и законного представителя подсудимого В. – без удовлетворения.

Проверив представленные материалы уголовного дела, доводы апелляционных жалоб и возражений на них, выслушав мнение участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В соответствии с положениями ст. 7 УПК РФ постановление судьи должно быть законным, обоснованным и мотивированным, то есть оно должно соответствовать требованиям закона, содержать законные фактические основания и мотивы, по которым судья принимает конкретное решение.

Вместе с тем указанные требования уголовно-процессуального закона судом выполнены не в полной мере. 

В соответствии с п. 1 ст. 254 УПК РФ в случаях, если во время судебного разбирательства будут установлены обстоятельства, указанные в пп. 3-6 ч. 1, ч. 2 ст. 24 УПК РФ, суд прекращает уголовное дело.

В силу п. 4 ч. 1 ст. 24 УПК РФ основанием для прекращения уголовного дела является смерть подозреваемого или обвиняемого, за исключением случаев, когда производство по уголовному делу необходимо для реабилитации умершего.

Из материалов уголовного дела следует, что подсудимый Т. умер 22 ноября 2024 года, что подтверждается свидетельством о его смерти *** № *** от 30 декабря 2024 года.

В суд первой инстанции от законного представителя В. – супруги умершего Т. поступило ходатайство о прекращении производства по уголовному делу в связи со смертью последнего, при этом законный представитель умершего, которой согласно протоколу и аудиозаписи судебного заседания были разъяснены последствия прекращения уголовного дела в отношении Т. по нереабилитирующему основанию, на реабилитации умершего не настаивала.

Суд убедившись, что последствия прекращения уголовного дела понятны В., а обстоятельства, которые могли бы послужить основанием для реабилитации обвиняемого и исключающие прекращение производства по уголовному делу в отношении Т. в связи с его смертью, отсутствуют, обоснованно прекратил производство по данному уголовному делу на основании п. 4 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи со смертью подсудимого.

Вопреки доводам апелляционной жалобы В. в материалах дела отсутствуют сведения о награждении Т. государственной наградой, полученной в период прохождения им военной службы в зоне проведения специальной военной операции, производство по уголовному делу по ходатайству командования воинской части не приостанавливалось, в связи с чем оснований для прекращения уголовного преследования, освобождения Т. от уголовной ответственности в соответствии со ст.ст. 28.2, 78.1 УПК РФ у суда не имелось.

Вместе с тем постановление в части решения вопроса о судьбе вещественного доказательства – автомобиля «***», государственный регистрационный знак **, подлежит отмене по следующим основаниям.

В соответствии с п. «д» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ транспортное средство, принадлежащее обвиняемому и использованное им при совершении преступления, предусмотренного ст. 264.1 УК РФ, подлежит конфискации, то есть принудительному безвозмездному изъятию и обращению в собственность государства на основании обвинительного приговора.

По смыслу закона, конфискация имущества, указанного в ст. 104.1 УК РФ, по общему правилу является обязательной мерой уголовно-правового характера и подлежит применению при наличии двух условий: принадлежность транспортного средства обвиняемому и его использование при совершении преступления, предусмотренного ст. 264.1 УК РФ.

Как установлено судом, 12 сентября 2008 года между Т. и В. зарегистрирован брак, в период которого приобретен автомобиль «***», государственный регистрационный знак **, являющийся, исходя из требований законодательства, совместной собственностью супругов, и использованный Т. при совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264.1 УК РФ.

Установив факт принадлежности транспортного средства Т., а также то, что оно использовалось им при совершении преступления, суд первой инстанции пришел к выводу о конфискации указанного автомобиля и обращении его в собственность государства. 

Между тем, принимая решение о конфискации, суд первой инстанции не учел положения п. 2 ст. 218 ГК РФ, согласно которым в случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

В силу ст. 1113 ГК РФ наследство открывается со смертью гражданина.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 33 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», в состав наследства, открывшегося со смертью наследодателя, состоявшего в браке, включается его имущество (п. 2 ст. 256 ГК РФ, ст. 36 СК РФ), а также его доля в имуществе супругов, нажитом ими во время брака, независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства, если брачным договором не установлено иное (п. 1 ст. 256 ГК РФ, ст.ст. 33, 34 СК РФ).

В соответствии с п. 4 ст. 1152 ГК РФ принятое наследство признается принадлежащим наследнику со дня открытия наследства независимо от времени его фактического принятия, а также независимо от момента государственной регистрации права наследника на наследственное имущество, когда такое право подлежит государственной регистрации.

Установлено, что после смерти Т., умершего 22 ноября 2024 года, открылось наследство и В. является наследником доли в имуществе супругов, нажитом ими во время брака, в числе которого автомобиль «***», государственный регистрационный знак **. 

Таким образом, на момент принятия судом решения о конфискации факт принадлежности автомобиля на праве собственности Т. не нашел своего подтверждения, в связи с чем совокупность указанных в законе требований, позволяющих применить конфискацию, отсутствует.

В связи с вышеизложенным, постановление в части принятого решения о конфискации автомобиля «***», государственный регистрационный знак **, не может быть признано законным и подлежит отмене, наложенный на основании постановления Нытвенского районного суда Пермского края от 29 августа 2024 года арест на транспортное средство – снятию, с возвращением имущества по принадлежности В.

Иных оснований для внесения изменений в судебное решение, а также для его отмены не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ :

постановление Нытвенского районного суда Пермского края от 22 января 2025 года в отношении Т. в части решения о конфискации автомобиля «***», государственный регистрационный знак **, отменить, снять арест с указанного транспортного средства, возвратить его В.. 

В остальном постановление оставить без изменения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы, представления через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу с соблюдением требований статьи 401.4 УПК РФ.

В случае пропуска срока кассационного обжалования или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном ст.ст. 401.10 - 401.12 УПК РФ.

В случае подачи кассационных жалобы, представления лица, участвующие в деле, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий. подпись