Дело № 2-673/2019г.

УИД 33RS0014-01-2019-000594-96

Р Е Ш Е Н И Е

 

именем Российской Федерации

26 апреля 2019 года

Муромский городской суд Владимирской области в составе 

председательствующего судьи Каревой Т.Н.

при секретаре Сиреневой А.А.,

с участием прокурора Пантелеева М.Ю., 

а также истца ФИО1, представителей ответчика ФИО2, ФИО3, адвоката Лейкиной Ю.Н., третьего лица ФИО4, 

рассмотрел в открытом судебном заседании в городе Муром 

гражданское дело по иску ФИО1 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Владимирской области «Муромский родильный дом» о компенсации морального вреда, суд

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ГБУЗ Владимирской области «Муромский родильный дом» и, поддержав в судебном заседании исковые требования, проситвзыскать с ответчика в её пользу компенсацию морального вреда в размере 1 500 000 рублей и расходы по оплате услуг за составление искового заявления в размере 4 000 рублей.

В обоснование иска указано, и истец пояснила суду, что с 17 января 2018 года она состояла на учете по беременности и родам в ГБУЗ ВО «Муромский родильный дом», посещала все плановые консультации и выполняла все предписания врача. За весь период беременности при проведении исследований никаких паталогий в развитии плода выявлено не было. По результатам УЗИ, проведенного 22 августа 2018 года была определена дата родов - 30 августа 2018 года. В этот день она пришла в приемный покой ГБУЗ ВО «Муромский родильный дом» для плановой госпитализации, где была осмотрена лечащим врачом ...., который назначил анализы и УЗИ, было проведено .... для исследования ...., результаты которого подозрений у врача не вызвали, и ей сообщили об отсутствии необходимости стимуляции родов. 4 сентября 2018 года на приеме у лечащего врача .... она пожаловалась на ...., несмотря на это врач отправил её домой. Дома у неё начались схватки с разными временными интервалами, и в тот же день она снова приехала в стационар ГБУЗ ВО «Муромский родильный дом», где была осмотрена врачом ФИО4, который сообщил ей об отсутствии родовой деятельности и назначил обезболивающие препараты. Она продолжала чувствовать боль от схваток, неоднократно обращалась к медперсоналу, обращая внимание на частоту схваток, но никаких мер, кроме обезболивающих препаратов, к ней не применяли. 05 сентября 2018 года она попросила врача .... провести операцию .... но он сказал, что отсутствуют показания к данной операции. Вечером 7 сентября 2018 года у неё появилась поясничная боль, перерыв между схватками составлял 7 минут. Врачом .... проведено ...., по результатам которого нареканий к сердцебиению ребенка выявлено не было, но боль продолжала усиливаться. В ночь на 8 сентября 2018 года она была переведена в предродовое отделение, утром осмотрена врачом ФИО4, который исследовал .... ребёнка и вновь назначил обезболивающие препараты. Только впоследствии врач предложил экстренно провести операцию, на что она согласилась. В результате проведенной операции её ребенка извлекли мертвым. Считает, что причиной смерти ребенка является неквалифицированная медицинская помощь врачей родильного дома, которые, несмотря на наличие у неё схваток в течение 4-х дней, не предприняли мер к сохранению плода. Данное обстоятельство подтверждено заключением экспертизы, проведенной в рамках возбужденного уголовного дела на основании её заявления в Следственный комитет. 

В связи с потерей ребенка, которого она вынашивала весь срок беременности, она испытала и продолжает испытывать невыносимые нравственные страдания, ей причинена глубокая психологическая травма, в связи с чем она была вынуждена обращаться к помощи психолога и психиатра. И до настоящего времени она не может смириться с потерей долгожданного ребенка, которого потеряла в результате халатности врачей. Поэтому, учитывая характер причинённых ей физических и нравственных страданий, фактические обстоятельства, при которых ей причинён моральный вред, оценивает его в денежном выражении в размере 1 500 000 рублей (л.д. 4-6).

Представитель ответчика ГУЗ ВО «Муромский родильный дом» по ордеру адвокат Лейкина Ю.Н. (л.д. 28) в судебном заседании 09 апреля 2019 года исковые требования ФИО1 не признала, считает, что факт причинения истцу нравственных страданий сотрудниками ГБУЗ ВО «Муромский родильный дом» не подтвержден, поскольку согласно заключению экспертизы, на которое ссылается истец, дефекты медицинской помощи, оказываемые ФИО1 на этапе родовспоможения, ухудшения её здоровья не повлекли. А поскольку плод считается ребёнком только с момента рождения, правого регулирования в сфере определения тяжести вреда плоду не имеется, полагает, что доводы истца являются необоснованными, учитывая, что к уголовной ответственности по факту оказания ей медицинской помощи никто не привлечён. Обоснованное оперативное вмешательство само по себе не может расцениваться как причинение нравственных и физических страданий. Врач ФИО4 действовал в соответствии с профессиональными правилами, применяя допустимые меры, объективно способствующие лечению, его действия были направлены на спасение жизни пациентки и её ребенка. Поскольку отсутствуют доказательства виновных действий сотрудников ГБУЗ ВО «Муромский родильный дом» в причинении истцу физических и нравственных страданий, не имеется оснований для взыскания компенсации морального вреда, размер которого, к тому же, считает чрезмерно завышенным. 

Представитель ответчика ГБУЗ ВО «Муромский родильный дом» по доверенности ФИО2 (л.д. 29) в судебном заседании 09 апреля 2019 года исковые требования ФИО1 не признал, суду пояснил, что с выводами, содержащимися в заключении экспертизы, на которое ссылается истец, не согласен. Однако, не отрицал, что моральный вред ФИО1 был причинен, поскольку имело место нарушение психического благополучия истца, и она не получила желаемого результата от оказываемой ей медицинской услуги. 

Привлеченный к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования, ФИО4, врач ГБУЗ ВО «Муромский родильный дом», который 08 сентября 2018 года оказывал истцу медицинскую услугу по родовспоможению, в судебном заседании пояснил, что считает свои действия по проведению операции ФИО1 обоснованными и отвечающими сложившейся ситуации. Не согласен с выводом экспертизы о том, что он не правильно интерпретировал результаты .... плода. 

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав письменные доказательства, заслушав заключение прокурора Пантелеева М.Ю., полагавшего, что имеются основания для взыскания компенсации морального вреда, определение размера которого оставляет на усмотрение суда, суд находит исковые требования подлежащими удовлетворению последующим основаниям.

В соответствии со ст. 41 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. 

Непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции Российской Федерации, является право гражданина на возмещение вреда (морального, имущественного), причиненного жизни или здоровью при оказании медицинских услуг.

Согласно положениям ст. 2 Федерального закона от 21 ноября 2011года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг (п. 3); 

медицинская услуга - медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение (п. 4);

диагностика - комплекс медицинских вмешательств, направленных на распознавание состояний или установление факта наличия либо отсутствия заболеваний, осуществляемых посредством сбора и анализа жалоб пациента, данных его анамнеза и осмотра, проведения лабораторных, инструментальных, патологоанатомических и иных исследований в целях определения диагноза, выбора мероприятий по лечению пациента и (или) контроля за осуществлением этих мероприятий (п. 7); 

Из положений п. 21 ст. 2 указанного Федерального закона следует, что качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь организуется и оказывается в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями, а также на основе стандартов медицинской помощи. Порядки оказания медицинской помощи и стандарты медицинской помощи утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (ч. 1, 2 ст. 37). 

В силу ст. 98 указанного Закона медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью приоказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

По смыслу ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред не по его вине. 

На основании ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Исходя из системной взаимосвязи вышеуказанных положений, в случае, когда медицинская услуга не достигла указанных целей, пациент при обращении с иском в суд не обязан доказывать наличие вины и безусловной причинной связи между действиями медицинских работников и возникшими последствиями. Истец должен представить доказательства оказания ему медицинской услуги ответчиком, наступления соответствующего вреда и доказательства, позволяющие с вероятностной точностью предположить, что вред причинен ответчиком. О такой вероятности можно говорить, когда медицинское вмешательство по своему характеру может быть связано с возникшим вредом здоровью. В данном случае доказательства истца не обязательно должны носить бесспорный характер, поскольку именно ответчик по делам рассматриваемой категории должен доказать, что вред причинен не по его вине.

В соответствии с п. 8 ст. 84 Федерального закона от 21 ноября 2011года № 323-ФЗ к отношениям, связанным с оказанием платных медицинских услуг, применяются положения Закона Российской Федерации от 07 февраля 1992 года № 2300-I «О защите прав потребителей» (далее - Закон о защите прав потребителей).

Как разъяснено в п. 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», законодательство о защите прав потребителей применяется к отношениям по предоставлению медицинских услуг в рамках как добровольного, так и обязательного медицинского страхования.

Судом установлено, что 08 сентября 2018 года в ГБУЗ ВО «Муромский родильный дом« истцу ФИО1 оказывались услуги по родовспоможению, в результате которых 08 сентября 2018 года в 11 часов 59 минут родился мертвый ребёнок женского пола при сроке беременности 40 недель. 

Данное обстоятельство подтверждается протоколом паталого-анатомического вскрытия плода мертворожденного № 27 от 10 сентября 2018 года ГБУЗ ВО «Областная детская клиническая больница«, согласно которому причиной смерти младенца явилась ...., обусловленная нарушением ..... При морфологическом исследовании выявлена ...., которая также могла явиться причиной смерти плода (л.д. 36, 37). 

Из протокола следует, что врач акушер-гинеколог, ведущий роды у ФИО1, - ФИО4, который состоит в трудовых отношениях с ГБУЗ ВО «Муромский родильный дом» (л.д. 54-60).

По факту ненадлежащего оказания медицинской помощи при родовспоможении ФИО1 по её заявлению возбуждено уголовное дело, по которому в настоящее время в следственном отделе по г. Муром СУ СК России по Владимирской области ведётся расследование (л.д. 62). 

Как следует из заключения комиссионной медицинской судебной экспертизы ГБУЗ ВО «Бюро судебно-медицинской экспертизы» № .... года, проведённой в ходе предварительного расследования уголовного дела, на этапе ведения родов с 08:25 8 сентября 2018 года имелись следующие дефекты медицинской помощи: .....

На этапе женской консультации и послеоперационного лечения дефектов медицинской помощи не выявлено; на этапе стационарного лечения в период с 30 августа 2018 года по 08 сентября 2018 года 8:25 имелись недостатки в ведении беременной, но существенных недостатков оказания медицинской помощи на данном этапе не обнаружено. 

Смерть плода ФИО1 наступила 08 сентября 2018 года в промежутке с 11:21 (момент последней фиксации сердцебиения на КТГ) до 11:55 (..... 

Достоверно причину .... установить не представляется возможным, так как в родах таких причин может быть множество, в том числе и ...., и ...., и ..... 

Неправильный дефектный характер медицинской помощи на этапе родовспоможения в стационаре в период с 08:25 08 сентября 2018 года, выразившийся в неверной ...., привел к тому, что .....

За дефекты, допущенные при оказании медицинской помощи в родах, отвечает врач акушер-гинеколог, ведущий роды на данном этапе.

Остальные дефекты, выявленные комиссией, прямой причинно-следственной связи со смертью плода не имеют и существенного влияния на неблагоприятный исход беременности не оказали.

Дефекты медицинской помощи на этапе родовспоможения в период с 08:25 08 сентября 2018 года не позволили предотвратить гибель плода, однако, сами по себе они не привели к ухудшению здоровья ФИО1 (л.д. 8-15). 

Таким образом, со стороны врача акушера-гинеколога ФИО4, оказывающего истцу ФИО1 медицинскую услугу по родовспоможению 08 сентября 2018 год, имели место дефекты оказания медицинской помощи, которые находятся в прямой причинной связи со смертью плода в родах, что свидетельствует о виновных действиях, влекущих гражданско-правовую ответственность ответчика ГБУЗ ВО «Муромский родильный дом» за нарушение прав истца в сфере охраны здоровья при оказании медицинской помощи, в силу положений ст. 98 Федерального закона от 21 ноября 2011года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», ст. ст. 1064, 1068 ГК РФ, поскольку каких-либо доказательств отсутствия своей вины в неблагоприятном исходе родов ответчик суду не представил. 

В ходе судебного разбирательства 09 апреля 2019 года и 24 апреля 2019 года представителям ответчика неоднократно предлагалось представить такие доказательства, в том числе, путём проведения по настоящему делу судебно-медицинской экспертизы, однако, от проведения экспертизы сторона ответчика отказалась. 

Согласно ст. 15 Закона о защите прав потребителей моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения исполнителем прав потребителя, предусмотренных законом и правовыми актами РФ, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины.

Пунктом 4 ст. 13 названного Закона установлено, что исполнитель освобождается от ответственности за неисполнение обязательств или за ненадлежащее исполнение обязательств, если докажет, что неисполнение обязательств или их ненадлежащее исполнение произошло вследствие непреодолимой силы, а также по иным основаниям, предусмотренным законом.

Как разъяснено в п. 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя.

Пунктом 1 ст. 150 ГК РФ предусмотрено, что признаком неотчуждаемости и непередаваемости обладают личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона. К их числу относятся жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация и т.д.

В силу положений ст.ст. 151, 1101 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Размер компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Поскольку установленные судом дефекты оказания медицинской помощи ФИО1 при родах непосредственно касались истца, у которой, несомненно, развилась сильная связь с плодом, учитывая, что она доносила его до полного срока, с уверенностью ожидая рождения ребёнка женского пола, и невозможность материнства от этих родов, конечно, повлияло на её личную жизнь, суд считает, что имеются правовые основания для возложения на ответчика ГБУЗ ВО «Муромский родильный дом» гражданско-правовой ответственности за причинение вреда истцу. 

Оснований сомневаться, что допущенные дефекты оказания медицинской помощи причинили истцу нравственные страдания, не имеется.

Оценивая характер и степень перенесённых истцом ФИО1 нравственных страданий, суд учитывает требования ст. 1101 ГК РФ, характер причиненных ей страданий, связанных с лишением возможности материнства в отношении ожидаемого ребёнка, нарушение её психологического благополучия, её индивидуальные особенности, учитывая, что для неё это были первые роды, а также степень вины ответчика, сотрудником которого вред истцу причинён по неосторожности, и считает, что разумным и справедливым будет возложение на ответчика обязанности по компенсации причинённого ей морального вреда в результате некачественных медицинских услуг в размере 500 000 рублей. 

В соответствии с п. 6 ст. 13 Закона о защите прав потребителей при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Поскольку до вынесения решения суда требование истца ФИО1 о компенсации ей морального вреда ГБУЗ ВО «Муромский родильный дом» не было удовлетворено в добровольном порядке, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию штраф в размере 50% от присужденного судом размера компенсации морального вреда, что составляет 250 000 рублей, и, в силу ч. 1 ст. 98 ГПК РФ, в возмещение расходов по оплате услуг за составление искового заявления - 4 000 рублей (л.д. 16, 51). 

В соответствии с ч.1 ст.103 ГПК РФ с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в доход бюджета округа Муром в сумме 300 рублей, от уплаты которой истец освобождена в силу закона.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст.194-198 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Владимирской области «Муромский родильный дом» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 500 000 (пятьсот тысяч) рублей, штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя 250 000 (двести пятьдесят тысяч) рублей и в возмещение судебных расходов 4 000 (четыре тысячи) рублей. 

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Владимирской области «Муромский родильный дом» в бюджет округа Муром государственную пошлину в размере 300 (трёхсот) рублей.

На решение могут быть поданы апелляционная жалоба и представление во Владимирский облсуд через Муромский городской суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме. 

Председательствующий Т.Н.Карева