РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

25 августа 2025 года адрес 

Нагатинский районный суд адрес: в составе председательствующий судья Рощин О.Л., при секретаре судебного заседания фио, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 02-7553/2025 по иску ФИО1 к адрес об установлении факта трудовых отношений, взыскании задолженности по заработной плате, 

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратилась в суд с иском (с учетом изменения иска) к адрес об установлении факта трудовых отношений, взыскании задолженности по заработной плате. 

В обоснование заявленных исковых требований истец указала, что 12 августа 2024 между истцом ФИО1 и ответчиком адрес, в лице вице-президента Общества фио, был заключен устный трудовой договор сроком на 3 месяца (до 12 ноября 2024), согласно которого фио принял ее на работу в качестве юриста компании, с заработной платой сумма в месяц. 

С 12 августа 2024 она- ФИО1 исполняла свои трудовые обязанности по договору сторон, именно 12 августа 2024 фио добавил ее в рабочую группу в мессенджере WhatsApp и представил всем участникам группы (название группы Надежные инвестиции, в группе состояло 24 участника — сотрудники адрес, их юридические поручения в соответствии с указанием фио она обязана была исполнять в рамках своего трудового договора).  

Таким образом, фио (как ее руководитель и правомочный представитель работодателя адрес) фактически осуществил допуск истца к трудовой функции, представил как юриста команды, после чего личный секретарь фио выдала истцу электронную карту-ключ от офиса, расположенного по адресу: адрес, этаж, и истец ФИО1 приступила к непосредственному осуществлению своих трудовых обязанностей.  

Занимаемая истцом должность -советник по правовым вопросам, юрист. 

В служебные обязанности истца ФИО1 входило: а) юридическая экспертиза потенциальных инвестиционных проектов, которые фио отбирал для инвесторов, в частности, для АО .«Надежные инвестиции», согласование и подписание Соглашений о неразглашении информации, о предоставлении информации и документов, согласование условий возможного вхождения в бизнесы потенциальных объектов приобретения («таргетов»); б) Разработка проектов учредительных документов вновь создаваемых компаний, вариантов взаимодействия между инвесторами; в) выполнение личных юридических поручений фио, в частности консультации его и его знакомых по различным юридическим вопросам, в частности, консультации его родной дочери Анны (по вопросу вариантов оформления-парковочного места в жилом доме по адресу адрес и восстановления утраченных документов); консультации по возможному привлечению его знакомых к субсидиарной ответственности и рисков утраты активов (включая изучение значительного объема письменных документов, подготовки справок) и иные юридические вопросы, по усмотрению лично фио; г) ответы на вопросы сотрудников инвестиционный команды фио, которые ей ставились как в рабочей группе сотрудников , так и в личных прямых сообщениях в мессенджерах, выполнение юридических поручений и задач, которые ставились непосредственно сотрудниками адрес и партнерами компании во исполнение отработки проектов, которые представлял лично фио; д) Взаимодействие с иностранными консультантами, проведение мини-тендеров и отбор лучших кандидатов, постановка задач по иностранному праву, взаимодействие с консультантами, уточняющие вопросы, взаимодействие с представителями потенциальных продавцов и др. вопросы по ходу деятельности инвестиционного проекта . 

Условия работы истца были гибридными, очно-дистанционными, она должна была находится в рабочее время с 09 часов по 18 часов по будним дням возле компьютера, обладающего правовыми и справочными базами, с присутствием интернет соединения, а также отвечать на личные звонки фио и иных работников адрес в срок не позднее часа, а также в пределах рабочего дня членам группы, также в ее обязанности входило отвечать на личные звонки фио и за пределами рабочего времени. Она была обязана прибывать в офис адрес по вышеуказанному адресу, для групповых встреч с представителями потенциальных «таргетов», с партнерами и сотрудниками команды фио, а также для встреч лично с фио. 

16 октября 2024 фио лично подтверждал задолженность передо истцом по заработной плате в размере сумма, у истца сохранилась история сообщений в мессенджере WhatsApp, расхождение в суммах связано с изменившейся позицией фио в части суммы ежемесячного оклада (изначально оклад был согласован в размере сумма в месяц), однако 16 октября 2024, фио уменьшил причитающуюся истцу сумму зарплаты на сумму обязательных налоговых отчислений, предусмотренных трудовым законодательством, поэтому и признал свою задолженность в меньшем размере, а именно в размере сумма, а также вычел из нее сумму в размере сумма, ранее переданных истцу указанию наличными денежными средствами.

Таким образом, в период с 12 августа по 12 ноября 2024 она- ФИО1 состояла в фактических трудовых отношениях на условиях полной занятости с адрес, выполняла поручения сотрудников и акционеров адрес, и вопрос о ее трудоустройстве и размере заработной платы (сумма в месяц) в адрес был решен вице-президентом адрес фио, и акционерами адрес фио и фио, то есть, фактически она была допущена к исполнению трудовых обязанностей по должности юриста в адрес, но трудовые отношения с ней надлежащим образом оформлены не были. 

Учитывая вышеизложенное, истец ФИО1 просит установить факт трудовых отношений сторон в период с 12.08.2024 по 12.11.2024 и взыскать с адрес задолженность по заработной плате сумма (550 000Х3-400 000), проценты по ст. 236 ТК РФ, моральный вред и судебные расходы.       

В судебное заседание истец и ее представитель явились, вышеуказанные измененные исковые требования полностью поддержали.

Представитель ответчика адрес в судебное заседание явилась, против удовлетворения требований истца возражала по основаниям, изложенным в письменных отзывах, так как никаких трудовых отношений между фио и адрес не было. Также, заявлено о применении ст. 392 ТК РФ.  

Представитель 3-го лица фио в судебное заседание явилась, возражала против иска ФИО1 по доводам, изложенным письменно, так как в указанный период времени (с 12.08.2024) истец ФИО1 оказывала услуги гражданско-правового характера в качестве юриста фио, как частному лицу. Данные услуги были полностью оплачены фио (в размере сумма).   

Финансовый управляющий фио (находящегося в процедуре банкротства) в судебное заседание не явился, уведомлен.    

Выслушав стороны, проверив материалы дела, суд приходит к следующему.

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (часть 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации).

Каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, на вознаграждение за труд без какой бы то ни было дискриминации и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда, а также право на защиту от безработицы. Каждый имеет право на отдых. Работающему по трудовому договору гарантируются установленные федеральным законом продолжительность рабочего времени, выходные и праздничные дни, оплачиваемый ежегодный отпуск (части 3 и 5 статьи 37 Конституции Российской Федерации).

Согласно статье 15 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается.

В силу части 1 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с этим кодексом.

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен (часть 3 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации).

Статья 16 Трудового кодекса Российской Федерации к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем относит фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен. Данная норма представляет собой дополнительную гарантию для работников, приступивших к работе с разрешения уполномоченного должностного лица без заключения трудового договора в письменной форме, и призвана устранить неопределенность правового положения таких работников (пункт 3 определения Конституционного Суда Российской Федерации N 597-О-О).

В статье 56 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (часть 1 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом.

Если физическое лицо было фактически допущено к работе работником, не уполномоченным на это работодателем, и работодатель или его уполномоченный на это представитель отказывается признать отношения, возникшие между лицом, фактически допущенным к работе, и данным работодателем, трудовыми отношениями (заключить с лицом, фактически допущенным к работе, трудовой договор), работодатель, в интересах которого была выполнена работа, обязан оплатить такому физическому лицу фактически отработанное им время (выполненную работу) (часть 1 статьи 67.1 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 1 статьи 68 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что прием на работу оформляется приказом (распоряжением) работодателя, изданным на основании заключенного трудового договора. Содержание приказа (распоряжения) работодателя должно соответствовать условиям заключенного трудового договора.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце втором пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от дата N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть вторая статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации). При этом следует иметь в виду, что представителем работодателя в указанном случае является лицо, которое в соответствии с законом, иными нормативными правовыми актами, учредительными документами юридического лица (организации) либо локальными нормативными актами или в силу заключенного с этим лицом трудового договора наделено полномочиями по найму работников, поскольку именно в этом случае при фактическом допущении работника к работе с ведома или по поручению такого лица возникают трудовые отношения (статья 16 Трудового кодекса Российской Федерации) и на работодателя может быть возложена обязанность оформить трудовой договор с этим работником надлежащим образом.

В абзацах 3-5 пункта 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» (применяемого к нынешним правоотношениям по аналогии) указано, что к характерным признакам трудовых отношений в соответствии со статьями 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий труда; выполнение работником трудовой функции за плату.

О наличии трудовых отношений может свидетельствовать устойчивый и стабильный характер этих отношений, подчиненность и зависимость труда, выполнение работником работы только по определенной специальности, квалификации или должности, наличие дополнительных гарантий работнику, установленных законами, иными нормативными правовыми актами, регулирующими трудовые отношения.

К признакам существования трудового правоотношения также относятся, в частности, выполнение работником работы в соответствии с указаниями работодателя; интегрированность работника в организационную структуру работодателя; признание работодателем таких прав работника, как еженедельные выходные дни и ежегодный отпуск; оплата работодателем расходов, связанных с поездками работника в целях выполнения работы; осуществление периодических выплат работнику, которые являются для него единственным и (или) основным источником доходов; предоставление инструментов, материалов и механизмов работодателем (Рекомендация № 198 о трудовом правоотношении, принятая Генеральной конференцией Международной организацией труда 15 июня 2006 г.).

При разрешении вопроса, имелись ли между сторонами трудовые отношения, суд в силу статей 55, 59 и 60 ГПК РФ вправе принимать любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством. К таким доказательствам, в частности, могут быть отнесены письменные доказательства (например, оформленный пропуск на территорию работодателя; журнал регистрации прихода-ухода работников на работу; документы кадровой деятельности работодателя: графики работы (сменности), графики отпусков, документы о направлении работника в командировку, о возложении на работника обязанностей по обеспечению пожарной безопасности, договор о полной материальной ответственности работника; расчетные листы о начислении заработной платы, ведомости выдачи денежных средств, сведения о перечислении денежных средств на банковскую карту работника; документы хозяйственной деятельности работодателя: заполняемые или подписываемые работником товарные накладные, счета-фактуры, копии кассовых книг о полученной выручке, путевые листы, заявки на перевозку груза, акты о выполненных работах, журнал посетителей, переписка сторон спора, в том числе по электронной почте; документы по охране труда, как то: журнал регистрации и проведения инструктажа на рабочем месте, удостоверения о проверке знаний требований охраны труда, направление работника на медицинский осмотр, акт медицинского осмотра работника, карта специальной оценки условий труда), свидетельские показания, аудио- и видеозаписи и другие (пункт 18 постановления Пленума от 29 мая 2018 года № 15).

В то же время само по себе отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку из содержания статей 11, 15, части 3 статьи 16 и статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с положениями части 2 статьи 67 названного кодекса следует, что трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. Датой заключения трудового договора в таком случае будет являться дата фактического допущения работника к работе.

Цель указанной нормы - устранение неопределенного правового положения таких работников и неблагоприятных последствий отсутствия трудового договора в письменной форме, защита их прав и законных интересов как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, в том числе путем признания в судебном порядке факта трудовых отношений между сторонами, формально не связанными трудовым договором. При этом неисполнение работодателем, фактически допустившим работника к работе, обязанности оформить в письменной форме с работником трудовой договор в установленный статьей 67 Трудового кодекса Российской Федерации срок, вопреки намерению работника оформить трудовой договор, может быть расценено как злоупотребление со стороны работодателя правом на заключение трудового договора (ст. 22 ТК РФ).

Таким образом, по смыслу взаимосвязанных положений статей 15, 16, 56, части 2 статьи 67 ТК РФ, если работник, с которым не оформлен трудовой договор в письменной форме, приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. 

В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель. 

При разрешении вопроса, имелись ли между сторонами трудовые отношения, суд в силу статей 55, 59 и 60 ГПК РФ вправе принимать любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством. К таким доказательствам, в частности, относятся письменные доказательства, свидетельские показания, аудио- и видеозаписи. Отношения, возникшие на основании гражданско-правового договора, могут быть признаны судом трудовыми, при этом неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании трудовыми отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, толкуются в пользу наличия трудовых отношений.

О наличии трудовых отношений может свидетельствовать и стабильный характер этих отношений, подчиненность и зависимость труда, выполнение работником работы только по определенной специальности, квалификации или должности, наличие дополнительных гарантий работнику, установленных законами, иными нормативными правовыми актами, регулирующими трудовые отношения.

Обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной форме трудового договора, издание приказа (распоряжения) о приеме на работу) нормами Трудового кодекса Российской Федерации возлагается на работодателя.

Вместе с тем само по себе отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем закон (часть третья статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации) относит также фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Из приведенных выше нормативных положений трудового законодательства следует, что к характерным признакам трудового правоотношения относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда; возмездный характер трудового отношения (оплата производится за труд).

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают на основании трудового договора, заключаемого в письменной форме. Обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной форме трудового договора, издание приказа (распоряжения) о приеме на работу) нормами Трудового кодекса Российской Федерации возлагается на работодателя.

Вместе с тем само по себе отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем закон (часть 3 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации) относит также фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Следовательно, суд должен установить, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации, был ли фактически осуществлен допуск работника к выполнению трудовой функции.

По данному делу юридически значимыми и подлежащими определению и установлению с учетом исковых требований ФИО1 и регулирующих спорные отношения норм материального права являлись следующие обстоятельства: было ли достигнуто соглашение между ФИО1 и уполномоченным лицом адрес о личном выполнении истцом определенной трудовой функции, подчинялась ли ФИО1, действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, выполняла ли ФИО1 работу в интересах, под контролем и управлением работодателя адрес, выплачивалась ли ей заработная плата.

Судом установлено, что в обоснование заявленного измененного иска ФИО1 ссылается на то, что 12 августа 2024 была фактически допущена к исполнению трудовых обязанностей по должности юриста в адрес, при этом трудовые отношения с ней надлежащим образом оформлены не были, трудовой договор в письменной форме не заключался, приказ о приеме на работу не издавался, вопрос о ее трудоустройстве и размере заработной платы (сумма в месяц) в адрес был решен и согласован с ней вице-президентом адрес фио, и акционерами адрес фио и фио, то есть, фактически она была допущена к исполнению трудовых обязанностей по должности юриста в адрес, но трудовые отношения с ней надлежащим образом оформлены не были. 

 В рамках трудовых отношений она выполняла работы по заданию фио, а также иных работников адрес. За весь период трудовой деятельности ей была выплачена заработная плата в размере сумма (переданных ей фио) 

При этом, в электронной переписке с ней фио признавал задолженность перед ней в размере сумма (более требуемой ей в иске суммы сумма). 

В подтверждение приведенных доводов ФИО1 представила в материалы дела переписку из мессенджера "WhattsApp", как с фио, так и с иными участниками и работниками адрес.

Возражая против исковых требований ФИО1, представитель ответчика адрес указала на то, что ФИО1 в адрес на работу не принималась, трудовой договор с ней не заключался, приказ о приеме на работу не издавался, запись в трудовую книжку о приеме и об увольнении с работы не вносилась, трудовая книжка ответчику не сдавалась, ознакомление с правилами внутреннего трудового распорядка, должностной инструкцией и локальными актами, регулирующими оплату труда, не производилось, какие-либо социальные гарантии истцу не предоставлялись, расчетные листки с указанием оклада или тарифной ставки не выдавались, табели учета рабочего времени в ее отношении не велись, сведения о перечислении денежных средств безналичным путем отсутствуют.  

Ответчик адрес никогда не заключал с истцом никаких трудовых договоров и не планировал организовывать взаимодействие с истцом в рамках трудовых отношений. 

Ответчиком, в возражения на иск ФИО1, представлены следующие обстоятельства и доказательства, на основании которых, а также на основании обстоятельств и доводов стороны истца и представителя 3-го лица фио, суд считает установленным по делу следующее:     

Стороной ответчика адрес представлены суду сведения о том, что как следует из данных сервиса Федеральной налоговой службы России «Прозрачный бизнес» (открытый официальный источник), Истец ФИО1 с 23.05.2017 года является индивидуальным предпринимателем с заявленной сферой деятельности - «69.10. Деятельность в области права». 

Кроме того, истец также является учредителем (участником) и генеральным директором ООО ЮК «СМАРТ ЭНД ДОЯЛ» (ИНН 

<

***>; ОГРН 

<

***>) также с заявленной сферой деятельности «69.10. Деятельность в области права». 

Таким образом, осуществление истцом ФИО1 деятельности в области права является ее обычной предпринимательской деятельностью, а сама ФИО1 является субъектом не трудовых, а гражданско-правовых отношений.  

Тот факт, что истец привлекалась 3-м лицом фио, по личной инициативе последнего, для оказания фио правовой помощи в качестве консультанта, в том числе, при работе фио по ряду проектов с участием адрес, не может служить основанием для представления её предпринимательской деятельности как деятельности, осуществляемой в рамках трудовых отношений. 

Согласно пояснений представителя 3-го лица фио, в указанный период времени (с 12.08.2024) истец ФИО1 оказывала услуги гражданско-правового характера в качестве юриста фио, как частному лицу. 

Данные услуги были полностью оплачены фио (в размере сумма).   

Ссылки истца на устные договоренности между ней и акционерами адрес и с фио о заключении с нею трудового договора, с заработной платой в размере сумма в месяц являются ничем не подтвержденным заявлением истца.  

Более того, в своем первоначальном исковом заявлении от 26.11.2024г. сама истец утверждала следующее: фио сообщил, что юридическое оформление нового инвестиционного Фонда с его партнерами займет несколько месяцев, однако, он лично точно оплатит 3 (три) месяца моей работы, что он лично обладает значительными активами, в том числе, на адрес, и что в любом случае сможет оплатить мне заработную плату, независимо от того, как будет оформлен новый инвестфонд и независимо о того, как будет развиваться его сотрудничество с его партнерами, в том числе с его основным текущим партнером - адрес.  

То есть, по утверждению самой же истицы фио принимал перед ней обязательства лично, а не от лица адрес, о чем истица достоверно знала. 

Кроме того, из текста первоначального искового заявления однозначно следует, что адрес никогда не упоминалось фио в качестве даже потенциального работодателя. 

В дальнейшем истица ФИО1 изменила свои требования, после того, как в ходе судебного разбирательства в Хамовническом районном суде адрес по первоначальному иску выяснилось, что в отношении фио возбуждена процедура банкротства, что существенно затрудняет взыскание с него денежных средств.  

Все утверждения истца о привлечении ее в качестве штатного юриста, о согласованном размере заработной платы в размере сумма в месяц, о наличии у неё рабочего места в офисе адрес и соблюдении ею трудового распорядка общества ничем объективно не подтверждены. 

Согласно п. 2.1. Правил внутреннего трудового распорядка адрес (прилагаются), прием на работу и увольнение работников Общества осуществляет Генеральный директор Общества или уполномоченное им лицо. Ни фио, ни кто-либо иной из сотрудников и, тем более, акционеров общества, не являются лицами, уполномоченными от имени адрес на заключение трудовых или каких бы то ни было ещё договоров. Доказательств обратного истцом не представлено. 

адрес, согласно установленному порядку ведения бухгалтерской и налоговой отчетности, ежемесячно подает данные в налоговый орган. 

За период с марта 2024 года по декабрь 2024 года в штатном расписании адрес не было штатной единицы «юрист» (№ 07-шр от 01.03.2024г.,№ 23-шр от 16.07.2024, № 39-шр от 04.10.2024г., № 58-шр от 28.12.2024г - прилагаются). Согласно предоставляемым в ИФНС персонифицированным сведениям о физических лицах - работниках адрес, ФИО1 среди работников не значилась (форма по КНД 1151162 с сентября по декабрь 2024г. с приложением персональных данных физических лиц и сведениях о суммах выплат и вознаграждений в их пользу. 

Согласно представленному в налоговый орган расчету сумм НДФ/1, исчисленных и удержанных в 2024г. (форма 1151100 - прилагается), истец среди получивших такие выплаты лиц также не числилась. Согласно Расчету по страховым взносам за 2024г. (форма 1151111) в составе штатных работников ФИО1 не значится. 

Из штатных расписаний адрес за весь 2024 год, в штатных расписаниях ни до 12.08.2024г., ни в период с 12.08.2024г. по 16.10.2024г., ни после 16 октября 2024 года нет ни должности юриста, ни должности «советника по правовым вопросам». 

При этом, вопрос утверждения штатного расписания акционерного общества отнесен к исключительной компетенции единоличного исполнительного органа акционерного общества (п.2 ст.69 ФЗ «Об акционерных обществах», п. 6.5. Устава адрес). 

Никаких систематических выплат в адрес истца адрес никогда не осуществляло, в том числе, хотя бы, на оплату услуг упоминаемой истцом правовой базы данных на её личном компьютере, никакого технического оборудования рабочего места истца ни в офисе, ни дистанционно ответчиком не осуществлялось. 

Пропуска в офис и на гостевую парковку никоим образом не могут подтверждать факт трудовых отношений, поскольку посещения истцом офиса адрес не имели систематического, ежедневного характера посещений и все посещения истцом офиса адрес были инициированы лично фио для его личных целей. 

Тот факт, что за всё указанное истцом время ФИО1, якобы являясь единственным юристом адрес, ни разу не подготовила и не согласовала ни одного локального акта общества, не подготовила ни одного юридически значимого документа, обеспечивающего общехозяйственные потребности общества (вопросы аренды помещений, оформление трудовых договоров, разработка должностных инструкций, взаимодействие с налоговыми органами, организация внутреннего документооборота и т.п.), да и просто никогда не видела адрес «Надежные Инвестиции» ФИО2 (т.е. лица, в непосредственном подчинении она должна находится по Правилам внутреннего трудового распорядка), и не получала от него никаких указаний, совершенно очевидно свидетельствует о том, что деятельность истца носила строго консультативный характер, касающийся исключительно потребностей лично фио 

адрес имеет минимальный штат и работу над инвестиционными проектами осуществляет силами привлекаемых по гражданско-правовым договорам консультантов либо деловых партнеров. 

Факт включения истца в группу мессенджера "WhattsApp" из 24 участников никоим образом не может подтверждать наличие трудовых отношений между ответчиком и истцом. 

Как видно из штатных расписаний, в самом расширенном виде штат адрес не превышал 8 человек. 

Соответственно, исходя из состава группы в "WhattsApp", можно с уверенностью утверждать, что никакими трудовыми отношениями с адрес подавляющее большинство её участников не связаны, поэтому указывать на участие в группе в мессенджере "WhattsApp", как на подтверждение трудовых отношений истца с адрес необоснованно и неправомерно. 

Также не соответствует действительности утверждение истца о дистанционном характере её работы. В силу положений ст. 312.2. ТК РФ и абз.2 п.2.7. Правил внутреннего трудового распорядка адрес трудовой договор, предусматривающий выполнение трудовой функции дистанционно может заключаться путем обмена между работником и работодателем электронными документами в порядке, предусмотренном ч.1 ст. 312.3 ТК РФ. 

Никаких подобных переписок, не просто касающихся заключения с ФИО1 трудового договора с дистанционным выполнением трудовой функции, но и хотя бы свидетельствующих о намерении истца заключить такой договор в представленных доказательствах не имеется. 

Также, в адрес отсутствуют локальные нормативные акты, предполагающие возможность осуществления работниками общества своих трудовых функций дистанционно, что исключает возможность осуществления работниками своих трудовых обязанностей в таком режиме.  

Среди многочисленных приложенных истцом скриншотов переписок нет ни единого упоминания о возможности заключения адрес трудового договора с истцом. 

Взаимодействие истца с сотрудниками адрес и партнерами фио осуществлялось исключительно по личной инициативе фио и вопрос оплаты услуг истца решался им лично, на основе личных договоренностей фио и ФИО1 

Таким образом, в деятельности истца отсутствуют такие предусмотренные п.17 Постановления Пленума ВС РФ № 15 от 29.05.2018г. «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» признаки как, например: (1) достижение сторонами соглашения о выполнении работником заранее обусловленной трудовой функции под контролем и управлением работодателя; (2) подчинение работника правилам ВТР, графику работы и сменности; (3) обеспечение работодателем условий труда; (4) интегрированность работника в организационную структуру работодателя (что, в условиях полного незнания работником генерального директора общества со штатом сотрудников 6 человек звучит, как минимум, странно); (5) оплата работодателем расходов; (6) предоставление работодателем механизмов, инструментов, материалов; осуществление работодателем периодических выплат работнику, которые являются для него единственным источником доходов, и т.п.  

Как уже указывалось выше, между обстоятельствами, изложенными истцом в первоначальном исковом заявлении, и обстоятельствами, изложенными в измененном исковом заявлению, имеются очевидные противоречия: Первоначально речь шла о юридической экспертизе потенциальных инвестиционных проектов, которые фио отбирал для инвесторов, в частности, для адрес; о выполнении личных юридических поручений фио, в частности, консультации его и его знакомых по различным юридическим вопросам; о выполнении юридических поручений и задач, которые ставились непосредственно сотрудниками адрес и партнерами фио во исполнение отработки проектов, которые представлял лично фио. 

В измененном иске данный функционал уже отсутствует, а в оставшихся от предыдущего искового заявления пунктах вместо фио упоминается только адрес.  

Как уже указано судом, истица ФИО1 изменила свои требования, после того, как в ходе судебного разбирательства в Хамовническом районном суде адрес по первоначальному иску выяснилось, что в отношении фио возбуждена процедура банкротства, что существенно затрудняет взыскание с него денежных средств.  

Таким образом, налицо противоречие нынешнего процессуального поведения истца его собственному предыдущему поведению, что противоречит принципу процессуальной добросовестности (эстоппель - никто не может противоречить собственному предыдущему процессуальному поведению) и суд расценивает действия истца как недобросовестное процессуальное поведение.  

Относительно достоверности доказательств, представленных истцом, суд считает. необходимым отметить следующее. 

В соответствии с положениями ст. 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются только те сведения о фактах, которые были получены в предусмотренном законом порядке.  

Так, в частности, недопустимым доказательством по делу являются приложенные истцом объяснения ФИО3 фио от 27.03.2025г.  

Согласно положениям ст. 68 ГПК РФ объяснения об известных обстоятельствах, имеющих значение для дела, даются исключительно сторонами по делу или третьими лицами. фио не является ни стороной по данному делу, ни привлеченным к участию третьим лицом. Таким образом, приобщенный истцом к делу документ не обладает силой доказательства и не может быть предметом оценки суда при вынесении решения по делу. Единственным законным способом предоставления фио каких-либо пояснений по делу является её явка в суд для дачи свидетельских показаний в порядке с.69 ГПК РФ. Также суд учитывает, что фио не являлась в указанный ею период сотрудником адрес.

С 14.04.2023г. фио является Генеральным директором Фонда Перспективных Аналитических Исследований. 

Соответственно, о штатной структуре адрес и о трудовом функционале лиц, работающих в или с адрес, фио если и знала, то исключительно с чужих слов. При таких обстоятельствах сведения, сообщенные фио, не могут оцениваться судом как достоверные и должны оцениваться критически.  

Также, суд считает недопустимыми доказательствами приложенные к исковому заявлению (и к дополнениям к исковому заявлению) скриншоты переписок в чате мессенджера WhatsApp и скриншоты сообщений из электронной почте истца. 

В силу положений ст. 71 ГПК РФ деловая корреспонденция, иные документы и материалы, выполненные в форме цифровой графической записи, в том числе, полученные с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», признаются письменными доказательствами в случае, если они содержат электронно-цифровую подпись либо выполнены иным, позволяющим установить достоверность документа способом. 

В настоящее время использование простых программных продуктов, находящихся в открытом бесплатном доступе, либо использование простейших технических приемов внутри программ, позволяют сформировать любые объем и содержание переписки. При отсутствии иных доказательств электронная переписка в публичном почтовом сервисе или переписка в чате мессенджеров не могут расцениваться как надлежащие доказательства, поскольку подлинность их установить затруднительно.  

Принимая во внимание то обстоятельство, что представленные истцом скриншоты переписки не отвечают требованиям, предъявляемым с.71 ГПК РФ к письменным документам, суд считает, что все данные документы не обладают силой доказательства и не могут быть предметом оценки суда при вынесении решения по делу.

Учитывая вышеизложенное, представленные истцом ФИО1 вышеуказанные доказательства, суд не принимает во внимание, поскольку они не свидетельствует о выполнении истцом трудовой функции именно в интересах адрес, фактическом допуске истца к работе с ведома и по поручению ответчика и возникновении между ФИО1 и ответчиком трудовых правоотношений.

Каких-либо доказательств подчинения правилам внутреннего трудового распорядка, принятого у ответчика, определение истцу конкретного руководителя, истцом суду представлено не было. 

Также суду не были представлены доказательства, свидетельствующие о соблюдении истцом трудовой дисциплины, подчинении локальным нормативным актам работодателя, о наличии во взаимоотношениях сторон обязательных признаков, характеризующих трудовые отношения, согласовании между истцом и ответчиком условий трудового договора, установленных ст. 57 ТК РФ, а также данных о выполнении истцом обязанностей работника, предусмотренных ст. 21 ТК РФ.

Таким образом, оценив представленные сторонами доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу, что в трудовые отношения стороны не вступали, должность истца, размер заработной платы, условия труда, т.е. обязательные для трудового договора условия, сторонами не согласовывались, поэтому оснований для удовлетворения исковых требований об установлении факта наличия трудовых отношений сторон не имеется.

 Иным основанием для отказа в иске является пропуск истцом установленного срока для обращения в суд по ст. 392 ТК РФ (о котором заявлено ответчиком). 

Как следует из текста первоначального исковой заявления к фио, начало своей «трудовой деятельности» истец определяет как 12 августа 2024 года. 

Согласно ч.2 ст.67 ТК РФ при фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить договор в письменной форме не позднее 3-х рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а в случае, если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее З-х рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми. 

Таким образом, оформление трудового договора должно было бы произойти не позднее 16 августа 2024 года. 

Как утверждает сам истец, договор с ней оформлен не был, о чем ей было достоверно известно. 

Поскольку истец ФИО1, согласно содержания ее иска, является квалифицированным юристом с 20-летним стажем (т.е. лицом, обладающим специальными профессиональными знаниями по специальности «правоведение»), она не могла не осознавать правовых последствий отсутствия оформленного трудового договора и о нарушении своего права она должна был узнать с 16.08.2024.  

В соответствии с положениями ст. 392 ТК РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трёх месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права. 

адрес ст.392 ТК РФ трехмесячный срок для обращения работника с трудовым спором, применительно к истцу, истек 16 ноября 2024 года. 

Как следует из текста искового заявления, направленного истцом в Хамовнический районный суд адрес, первоначальное исковое заявление к фио было подано истцом 26.11.2024г., измененные исковые требования к адрес» поданы истцом 18.03.2025, т.е. и первоначальный и измененный иск поданы после истечения трехмесячного срока. 

Ходатайства о восстановлении срока, равно как и доводов о предоставлении доказательств уважительности его пропуска, истцом не заявлялось. 

Пропуск срока по ст. 392 ТК РФ является самостоятельным основанием для отказа в иске.   

То есть, исковые требования истца об установлении трудовых отношений с адрес не подлежат удовлетворению, в том числе, в связи с пропуском истцом трехмесячного срока по ст. 392 ТК РФ.

По вышеуказанной причине (отсутствия и не доказанности существования между сторонами трудовых отношений) и отказом в основной части иска об установлении факта трудовых отношений сторон, не подлежат удовлетворению производные требования истца, вытекающие из норм трудового законодательства, а именно, взыскании задолженность по заработной плате, компенсации за задержку выплаты заработной платы в порядке ст. 236 ТК РФ. 

Поскольку в судебном заседании не установлено нарушение трудовых прав истца ответчиком оснований для взыскания компенсации морального вреда также не имеется. 

В связи с отказом в иске, судебные расходы истца возмещению не подлежат. 

С учетом изложенного и руководствуясь ст. ст. 194 - 198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Отказать в иске ФИО1 (паспортные данные) к адрес (ИНН 

<

***>) об установлении факта трудовых отношений, взыскании задолженности по заработной плате.  

Решение может быть обжаловано в Московский городской суд в течение месяца со дня изготовления его в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Нагатинский районный суд адрес.

Решение в окончательной форме изготовлено 24 октября 2025 года. 

 Судья Рощин О.Л.

УИД: 77RS0030-02-2024-008885-77