44у-59/2017

Суд первой инстанции: судья Дорошенко И.В. 

Суд апелляционной инстанции: Серебренников Е.В., председательствующий, докладчик; 

судьи Колпаченко Н.Ф., Кислицына С.В.

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

суда кассационной инстанции

г. Иркутск 15 мая 2017 года 

Президиум Иркутского областного суда в составе:

председательствующего Трапезникова П.В.,

членов президиума Кислиденко Е.А., Новокрещенова Н.С., Симанчевой Л.В.,

при секретаре Емельяновой О.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по кассационному представлению заместителя прокурора Иркутской области Бурановского И.Р. о пересмотре апелляционного определения Иркутского областного суда от 31 января 2017 года, согласно которому отменен приговор 

<

адрес изъят> районного суда 

<

адрес изъят> Иркутской области от 20 июля 2016 года в отношении

Ч.Е.П., родившейся (данные изъяты), несудимой, осужденной по ч. 3 ст. 30, ч. 3 ст. 33, п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ на 9 лет лишения свободы в исправительной колонии общего режима с ограничением свободы на 1 год,-

уголовное дело возвращено прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ для устранения нарушений, препятствующих его рассмотрению судом.

Мера пресечения в виде заключения под стражу изменена на подписку о невыезде и надлежащем поведении. 

В кассационном представлении заместителем прокурора Иркутской области Бурановским И.Р. поставлен вопрос об отмене апелляционного определения. 

Заслушав доклад судьи Кухловой Т.Г., выслушав заместителя прокурора Иркутской области Бурановского И.Р., адвоката Наумову А.В. в защиту интересов обвиняемой Ч.Е.П.., президиум

установил:

согласно приговору Ч.Е.П. осуждена за организацию убийства по найму, то есть умышленные действия лица, непосредственно направленные на организацию и руководство исполнением покушения на умышленное причинение смерти другому человеку по найму, если при этом преступление не было доведено до конца по независящим от этого лица обстоятельствам.

Преступление совершено в 

<

адрес изъят> Иркутской области в период по 22 ноября 2013 при обстоятельствах, изложенных в приговоре. 

Апелляционным определением приговор отменен, уголовное дело возвращено прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ для устранения нарушений, препятствующих его рассмотрению судом. 

В кассационном представлении заместителем прокурора Иркутской области Бурановским И.Р. поставлен вопрос об отмене апелляционного определения в отношении Ч.Е.П.., передаче уголовного дела на новое апелляционное рассмотрение в ином составе суда. Полагает, что судом апелляционной инстанции допущены нарушения требований уголовно-процессуального закона. Считает апелляционное определение незаконным, поскольку оно не соответствует целям и задачам защиты прав и законных интересов общества и государства, не способствует восстановлению социальной справедливости и негативно влияет на разумные сроки уголовного судопроизводства. Приводит выводы суда апелляционной инстанции, послужившие основанием для возвращения уголовного дела прокурору, и полагает, что данные выводы суда не основаны на законе и противоречат судебной практике. Так, в стадии назначения к слушанию и в ходе судебного следствия судом первой инстанции не были установлены обстоятельства, препятствующие рассмотрению уголовного дела и вынесению судебного решения. Считает, что суд с учетом фактических обстоятельств, установленных в ходе судебного разбирательства, обоснованно пришел к выводу о виновности Ч.Е.П. в предъявленном ей обвинении. Обращает внимание, что постановление о привлечении в качестве обвиняемой и обвинительное заключение, в части предъявленного обвинения не противоречат обстоятельствам, установленным судом первой инстанции в ходе судебного следствия. Судом установлено, что Ч.Е.П. в целях организации убийства подыскала лицо, которое за денежное вознаграждение в размере (данные изъяты) рублей, причинило бы смерть К.В.Ю. Вместе с тем умышленные преступные действия Ч.Е.П.., направленные на организацию убийства, не были доведены до конца, поскольку пресечены сотрудниками (данные изъяты) МВД России по Иркутской области. Приводит судебную практику, свидетельствующую о необоснованности выводов судебной коллегии в части предъявленного Ч.Е.П. обвинения. Считает необоснованными выводы судебной коллегии в части изменения мотива преступления. Суд первой инстанции с соблюдением требований ч. 2 ст. 252 УПК РФ обоснованно исключил один из квалифицирующих признаков, предусмотренных п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ – «из корыстных побуждений». Изменение обвинения, в том числе мотива, не только не ухудшило положение подсудимой, не нарушило ее право на защиту, но и не повлияло на объем предъявленного обвинения и квалификацию ее действий. Кроме того, суд апелляционной инстанции нарушил права участников уголовного судопроизводства, предусмотренные уголовно-процессуальным законодательством. Так, адвокат, поддерживая доводы апелляционных жалоб, просила отменить приговор и направить уголовное дело прокурору в связи с неустановлением мотива и роли Ч.Е.П. как руководителя и организатора убийства. В соответствии с принципом состязательности сторон обвинению была предоставлена возможность высказаться по указанным доводам защиты в суде апелляционной инстанции. Вместе с тем доводы о несоответствии постановления о привлечении в качестве обвиняемой приговору суда, что и явилось основанием к возвращению уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ по инициативе суда, согласно протоколу не были вынесены судебной коллегией на обсуждение сторон, в связи с чем прокурор, участвующий в судебном заседании был лишен права высказаться по указанным нарушениям. Таким образом, суд апелляционной инстанции в нарушение требований уголовно-процессуального законодательства не поставил на обсуждение вопрос о возвращении уголовного дела по иным доводам, не выслушал мнения участников процесса и Ч.Е.П.., удалился в совещательную комнату и вынес решение, не отвечающее требованиям закона. Кроме того, принимая решение, суд апелляционной инстанции не в полной мере учел требования ст. 6.1 УПК РФ об осуществлении уголовного судопроизводства в разумные сроки. Так, приговором 

<

адрес изъят> районного суда г. 

<

адрес изъят> от 18 сентября 2015 года Ч.Е.П. была оправдана по ч. 3 ст. 30, ч. 3 ст. 33, п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ в связи с непричастностью к инкриминируемому ей преступлению. Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Иркутского областного суда от 17 ноября 2015 года оправдательный приговор отменен, материалы переданы на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции, при этом оснований для возвращения уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ судебная коллегия не усмотрела. Таким образом, непринятие окончательного решения по уголовному делу, находящемуся в производстве суда около трех лет, о преступлении против жизни и здоровья, отнесенном уголовным законом к категории особо тяжких и совершенном в 2013 году, свидетельствует о существенном нарушении прав потерпевшего на судебную защиту и общих принципов уголовного судопроизводства. 

Постановлением судьи Иркутского областного суда от 27 апреля 2017 года кассационное представление вместе с материалами уголовного дела передано на рассмотрение в судебном заседании суда кассационной инстанции. 

Обсудив доводы кассационного представления, проверив материалы уголовного дела, президиум приходит к следующему.

В соответствии со ст. 401.15 УПК РФ основаниями отмены или изменения приговора, определения или постановления суда при рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела.

Согласно ч. 4 ст. 7 УПК РФ определение суда должно быть законным, обоснованным и мотивированным. 

В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случае, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или иного решения на основе данного заключения. 

С учетом требований ч. 1 ст. 389.24 УПК РФ суд апелляционной инстанции может принять решение, ухудшающее положение осужденного по отношению к приговору суда первой инстанции, не иначе как по представлению прокурора и (или) жалобе потерпевшего, частного обвинителя, их законных представителей и (или) представителей.

Исходя из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 14 января 2016 г. N 15-О, суд апелляционной инстанции вправе, вне зависимости от отсутствия в представлении прокурора или жалобе потерпевшего вопросов о правовой оценке фактических обстоятельств дела, отменить приговор и вернуть уголовное дело прокурору, указав при этом согласно ч. 1.3 ст. 237 УПК РФ обстоятельства, являющиеся основанием для квалификации действий обвиняемого как более тяжкого преступления, но только при наличии представления прокурора или жалобы потерпевшего на приговор, в которых поставлен вопрос о необходимости учета отягчающего наказание обстоятельства и (или) об ужесточении наказания осужденному, а значит, об ухудшении его положения.

Суд апелляционной инстанции, проверяя законность и обоснованность приговора суда в отношении Ч.Е.П. вышеуказанные требования закона нарушил. 

Принимая решение об отмене приговора и направлении его прокурору, судебная коллегия указала следующее.

Как следует из обвинительного заключения, утвержденного 28 ноября 2014 года, Ч.Е.П. предъявлено обвинение в организации покушения на убийство К.В.Ю. в период с 23 октября 2013 года по 22 ноября 2013 года из корыстных побуждений, обусловленных желанием получить в собственность дом потерпевшего, по найму. Подстрекая к совершению преступления путем подкупа, Ч предложила ранее знакомому Т убить К за денежное вознаграждение, предоставив ему необходимую информацию о К, а затем, передав К и деньги в сумме (данные изъяты) рублей, подтвердила свои намерения и как организатор указала Т самому избрать способ убийства. После обращения Т в (данные изъяты) МВД России по Иркутской области, в ходе оперативно-розыскных мероприятий 22 ноября 2013 года Ч была задержана и ее преступные, умышленные действия, направленные на организацию убийства ФИО1 из корыстных побуждений, по найму не были доведены до конца по не зависящим от Ч обстоятельствам. Органами предварительного следствия действия Ч квалифицированы по ч. 3 ст. 30, ч. 3 ст.33, п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ.

Судебная коллегия пришла к выводу, что предъявленное Ч.Е.П. обвинение препятствует постановлению обвинительного приговора, так как в соответствии со ст. 252 УПК РФ изменение обвинения в судебном разбирательстве допускается, если этим не ухудшается положение подсудимого и не нарушается его право на защиту. Исходя из текста обвинения, предъявленного Ч.Е.П.., по мнению судебной коллегии, следует, что она организовала не убийство К, а покушение на убийство, то есть заведомо неоконченное преступление, в результате действий правоохранительных органов было пресечено не преступление, а действия Ч, направленные на его совершение. В данной ситуации суд лишен возможности устранить допущенные нарушения УПК РФ в части описания преступления, так как это ухудшает положение Ч.Е.П. Кроме того, судебная коллегия в своем определении сослалась на то, что изменение государственным обвинителем в прениях сторон мотива совершения преступления с «корыстного» на «неприязненный» нарушает право на защиту Ч.Е.П. 

Отменяя приговор и возвращая уголовное дело прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ, судебная коллегия свои выводы о невозможности постановления приговора или вынесения иного судебного решения в отношении Ч.Е.П.., не мотивировала. 

Кроме того, как следует из апелляционного определения, уголовное дело в отношении Ч.Е.П. судебной коллегией было рассмотрено по апелляционным жалобам осужденной Ч.Е.П. ее защитников – адвокатов Анисатовой И.Л. и Наумовой А.В., настаивающих на отмене приговора. Прокурором и потерпевшим приговор не обжаловался и вопрос об ухудшении положения осужденной Ч.Е.П. не ставился. 

Таким образом, принимая решение, ухудшающее положение осужденной, суд апелляционной инстанции при отсутствии процессуального повода отменил приговор и направил уголовное дело прокурору, чем допустил существенные нарушения уголовно-процессуального закона.

При таких обстоятельствах апелляционное определение согласно ч. 1 ст. 401.15 УПК РФ подлежит отмене в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона, повлиявшим на исход дела. 

Президиум, обсуждая вопрос о мере пресечения, принимает во внимание то обстоятельство, что до постановления приговора в отношении Ч.Е.П. избиралась мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, которую последняя при производстве по уголовному делу не нарушала, исходя из положений стст. 97, 99, 102 УПК РФ, считает возможным избрать в отношении Ч.Е.П. меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении. 

На основании изложенного и, руководствуясь п. 4 ч.1 ст. 401.14 УПК РФ, президиум 

постановил:

кассационное представление заместителя прокурора Иркутской области Бурановского И.Р. удовлетворить.

Апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Иркутского областного суда от 31 января 2017 года в отношении Ч.Е.П. отменить.

Материалы уголовного дела направить на новое апелляционное рассмотрение в ином составе. 

Избрать в отношении Ч.Е.П., Дата изъята года рождения, меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении. 

Председательствующий: П.В. Трапезников