РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

07 августа 2017 года город Усолье-Сибирское

Усольский городской суд Иркутской области в составе судьи Дятлова А.Ю., при секретаре Терехиной О.А. с участием старшего помощника прокурора Лаврухиной Л.Н., истца ФИО1, ответчика ФИО2, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-2235/2017 по иску ФИО1 к ФИО2 о компенсации морального вреда

УСТАНОВИЛ:

Истец мотивирует свои требования тем, что приговором Усольского городского суда Иркутской области от 26.04.2017 г. ответчик ФИО2 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного пунктом «з» частью 2 статьи 111 УК РФ. Приговором суда установлено, что 24.02.2017 года ФИО2, будучи в состоянии алкогольного опьянения, находился около дачного домика по адресу: «данные изъяты», где в ходе внезапно возникшей ссоры умышленно нанес истцу в лицо не менее 2 ударов кулаком, после чего забежал в дачный домик, где взял кухонный нож и используя его в качестве оружия умышленно нанес истцу удар в левое бедро, после чего нанес 2 удара ножом в правую часть грудной клетки. В результате преступления, совершенного ответчиком, ему причинен моральный вред, выражающийся в нанесенных ему телесных повреждениях: «данные изъяты», в результате чего он испытывал и испытывает сильную физическую боль и нравственные страдания. На основании изложенного, просит взыскать с ответчика в пользу истца 300000 рублей в качестве компенсации морального вреда, а также судебные расходы в размере 2500 руб.

Истец ФИО1 в судебном заседании на заявленных требованиях настаивал по основаниям, изложенным в исковом заявлении. Также пояснил, что после нападения на него с ножом, истец взял топор и пытался отогнать от себя ответчика. 

Ответчик ФИО2 в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований по основаниям, изложенным в возражениях, пояснив, что размер компенсации явно завышен, не соответствует степени нравственных страданий. Также пояснил, что истец угрожал ему топором. 

Выслушав лиц, участвующих в деле, заключение прокурора Лаврухиной Л.Н., полагавшей заявленные требования подлежащими удовлетворению, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

В силу статьи 150 Гражданского кодекса РФ (далее по тексту ГК РФ) жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом. Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.

Из статьи 151 ГК РФ следует, что, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Согласно части 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Вступившим в законную силу приговором Усольского городского суда Иркутской области от 26 апреля 2017 года по уголовному делу № 1-235/2017, ФИО2 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного пунктом «з» частью 2 статьи 111 Уголовного кодекса Российской Федерации. /л.д. 6-8/.

Судом установлено, что ФИО2 умышленно причинил тяжкий вред здоровью, опасный для жизни ФИО1 при следующих обстоятельствах. 24 февраля 2017 года в период времени с 00 часов 30 минут до 10 часов 23 минут ФИО2, будучи в состоянии алкогольного опьянения, находился около дачного домика, расположенного «данные изъяты», где, имея умысел на причинение тяжкого вреда здоровью, действуя умышленно, из личных неприязненных отношений, в ходе внезапно возникшей ссоры, умышленно нанес не менее двух ударов кулаками в лицо ФИО1, чем причинил последнему «данные изъяты», причинившие физическую боль, относящиеся к разряду не причинивших вред здоровью. После этого, продолжая свой преступный умысел, направленный на причинение тяжкого вреда здоровью, ФИО2 забежал в указанный дачный домик, где взял кухонный нож и, используя его в качестве оружия, умышленно нанес им забежавшему следом за ним ФИО1 один удар в левое бедро, от которого ФИО1 присел, чем причинил последнему «данные изъяты», относящуюся к разряду причинивших легкий вред здоровью до 21 суток. После этого, продолжая свой преступный умысел, направленный на причинение тяжкого вреда здоровью, ФИО2, имеющимся при себе кухонным ножом, используемым в качестве оружия, умышленно нанес ФИО1 «данные изъяты», относящиеся к разряду причинивших тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни человека, а также «данные изъяты», относящуюся к разряду причинивших легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья до 21 суток.

Согласно пункту 2 статьи 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

В соответствии с правовой позицией Верховного суда РФ, выраженной в пункте 8 Пленума Верховного Суда Российской Федерации Постановления «О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда» от 20 декабря 1994 г. № 10 (в ред. от 06.02.2007), размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств. 

Анализируя выписной эпикриз от 03.02.2017, акт медицинского освидетельствования от 31.01.2017, суд полагает доказанным то обстоятельство, что истец перенес нравственные и физические страдания в результате действий ответчика.

Так, истец находился на лечении в хирургическом отделении Городской многопрофильной больницы г.Усолье-Сибирское с 00.00.0000 года по 00.00.0000 года с диагнозом: «данные изъяты».

Ему проведено консервативное лечение - «данные изъяты». Оперативное лечение – 24.02.2017 – «данные изъяты». 24.02.2017 «данные изъяты». 

Оценив тяжесть причиненных истцу страданий, учитывая требования разумности и справедливости, суд находит компенсацию морального вреда в размере 80000 рублей соразмерной степени и характеру причиненных истцу физических и нравственных страданий.

Доводы ответчика о том, что в действиях истца также усматриваются грубая неосторожность, так как он пытался воспользоваться топором, суд во внимание не принимает, поскольку из пояснений истца следует и не оспаривается ответчиком, что именно ответчик первый нанес истцу удар кулаком, после чего взял кухонный нож и нанес им несколько ударов в грудную клетку, в связи с чем, истец в целях самозащиты взял топор. 

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования удовлетворить. 

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 80000 руб., расходы на оплату услуг представителя в размере 2500 руб.

Решение может быть обжаловано в Иркутский областной суд путем подачи апелляционной жалобы в Усольский городской суд Иркутской области в течение месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме.

Мотивированное решение составлено 14.08.2017 года. 

Судья А.Ю. Дятлов