Дело № 2–16/18

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Санкт-Петербург 20 февраля 2018 года 

Октябрьский районный суд Санкт–Петербурга в составе:

председательствующего судьи Немченко А.С.,

при секретаре Шапошниковой Е.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании 20 февраля 2018 года гражданское дело № 2-16/2018 по иску ФИО1 к ФИО2 о расторжении договора пожизненного содержания с иждивением,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2, указав, что 11 июня 2008 г. между ней и ФИО2 был заключен договор пожизненного содержания с иждивением серии 78 ВИ 295333, в соответствии с условиями которого истец бесплатно передала в собственность ответчика принадлежащую ей на праве собственности квартиру, расположенную по адресу: Санкт-Петербург, 

<

адрес>, общ. площадь 60 кв. м. переход права собственности на квартиру зарегистрирован в установленном законом порядке 24.06.2008 г. В соответствии с п. 4 заключенного между сторонами договора ответчик принял на себя обязательства по осуществлению пожизненного содержания с иждивением получателя ренты, то есть истца. П. 5 договора предусмотрена обязанность ответчика нанимать сиделку с целью обеспечения необходимого ухода за истцом, обязанность по оплате всех необходимых услуг, если этого потребует состояние здоровья истца. Ответчик обязался выплачивать истцу 10000 руб. ежемесячно, не позднее 15-го числа каждого месяца путем перечисления денежных средств на счет, открытый в банке. В соответствии с п. 13 договора, ответчик осуществляет за свой счет ремонт и эксплуатацию квартиры, а также участвует в расходах, связанных с техническим обслуживанием и ремонтом, в том числе, капитальным, всего дома соразмерно с занимаемой площадью. Истец полагает, что имеются основания для расторжения заключенного между сторонами договора, в связи со следующим: только с апреля 2016 г. ответчик выплачивает рентные платежи в размере 15000 руб., что не соответствует стоимости общего объема содержания в месяц по договору, кроме того, истец самостоятельно, за счет собственных денежных средств оплачивает жилищно-коммунальные услуги, услуги связи, несмотря на то, что это является обязанностью ответчика, ответчик не предоставляет истцу материальное обеспечение в виде найма сиделки, оплаты необходимых медицинских услуг, лекарств. В связи с тем, что ответчик не исполняет свои обязанности по договору, истец вынуждена проживать в государственном стационарном учреждении социального обслуживания Дом Ветеранов войны № 1 и вносить ежемесячную плату за проживание в размере 13128 руб. Кроме того, ответчик не произвел перерасчет общего объема содержания в месяц, в соответствии с изменившимся законодательством, в связи с чем истец направила в адрес ответчика заявление об изменении условий договора, на которое ФИО2 не дал ответа. На основании изложенного, истец просит суд расторгнуть договор пожизненного содержания с иждивением от 11 июня 2008 г. № 78ВИ 295333, прекратить право собственности ответчика на квартиру и возвратить квартиру в собственность истца (том 1 л.д. 4-8).

Истец в судебное заседание не явилась, доверила представлять свои интересы в суде представителю ФИО3, действующей на основании доверенности, которая в судебное заседание явилась, исковые требования поддержала.

Ответчик, представитель ответчика ФИО4, действующая на основании ордера и доверенности, в судебное заседание явились, исковые требования не признали.

Представитель третьего лица Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии в судебное заседание не явился, будучи извещен надлежащим образом о месте и времени его проведения, не представил суду сведений об уважительности причин своего отсутствия, равно как и ходатайств об отложении судебного заседания. При таких обстоятельствах суд, руководствуясь положениями ч. 3 ст. 167 ГПК РФ, полагает возможным рассматривать дело в отсутствие представителя третьего лица.

Суд, изучив материалы дела, выслушав представителя истца, ответчика, представителя ответчика, приходит следующему выводу. 

Материалами дела установлено, что 11 июня 2008 г. между ФИО1 и ФИО2 был заключен договор, выполненный на бланке 78ВИ 295333, в соответствии с условиями которого получатель ренты ФИО1 бесплатно передала в собственность плательщика ренты ФИО2 принадлежащую получателю ренты на праве частной собственности квартиру, находящуюся по адресу: Санкт-Петербург, 

<

адрес>. Квартира передана в собственность с условием предоставления получателю ренты права бесплатного пожизненного пользования указанной квартирой, пожизненного содержания с иждивением. 

В соответствии с п. 5 договора, пожизненное содержание с иждивением определяется в настоящем договоре как обеспечение потребностей получателя ренты.

Плательщик ренты нанимает сиделку с целью обеспечения необходимого ухода за получателем ренты, оплату всех необходимых медицинских услуг, если этого потребует его состояние здоровья.

Плательщик ренты обязуется оплатить ритуальные услуги, связанные с погребением получателя ренты, в случае его смерти.

Плательщик ренты обязуется выплачивать получателю ренты 10000 руб., которые будут выплачиваться ежемесячно, не позднее 15-го числа текущего месяца путем перечисления на счет № №, открытый на имя ФИО1 в СПб филиале ОАО «Балтийский Банк».

Стоимость всего объема содержания с иждивением составляет сумму в размере более двух минимальных размеров оплаты труда, установленных законом на день выплаты. В случае, если минимальный размер оплаты труда, установленный законом на день выплаты изменится, то плательщик ренты будет выплачивать получателю ренты сумму в размере 2 МРОТ, установленных законом на день выплаты.

При заключении договора стороны оценили вышеуказанную квартиру в 1000000 руб. 

В соответствии с п. 7 договора указанная сумма признается рентным платежом, который будет выплачен в следующем порядке: сумму в размере 800000 руб. плательщик ренты обязуется выплатить получателю ренты в течение 3 календарных дней после подписания договора, сумму в размере 200000 руб. – в срок до 31 декабря 2008 г.

П. 13 договора закреплено, что плательщик ренты осуществляет за свой счет ремонт и эксплуатацию указанной квартиры, а также участвует в расходах, связанных с техническим обслуживанием и ремонтом, в том числе, капитальным, всего дома соразмерно с занимаемой площадью (том 1 л.д. 10-12).

Право собственности ФИО2 на квартиру, расположенную по адресу: Санкт-Петербург, 

<

адрес>, зарегистрировано Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по СПб в установленном законом порядке 24 июня 2008 г. под № 78-78-30/0018/2008-327. Установлено обременение: пожизненное содержание с иждивением. Право пользования. Ипотека в силу закона (л.д. 13 том 1). 

В обоснование заявленных требований истица ссылалась на то обстоятельство, что ответчик ненадлежащим образом исполняет свои обязательства по договору пожизненного содержания с иждивением, поскольку в течение длительного периода времени им выплачивались ежемесячные суммы на содержание истца, меньшие по размеру, чем 2 МРОТ, кроме того, ответчик не предоставляет истцу материальное обеспечение в виде найма сиделки и оплаты необходимых медицинских услуг, лекарств, кроме того, истец самостоятельно оплачивает жилищно-коммунальные услуги за квартиру.

Согласно ст. 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются.

В соответствии с положениями ст. 601 Гражданского кодекса РФ, по договору пожизненного содержания с иждивением получатель ренты - гражданин передает принадлежащие ему жилой дом, квартиру, земельный участок или иную недвижимость в собственность плательщика ренты, который обязуется осуществлять пожизненное содержание с иждивением гражданина и (или) указанного им третьего лица (лиц).

По правилам ст. 602 Гражданского кодекса РФ, обязанность плательщика ренты по предоставлению содержания с иждивением может включать обеспечение потребностей в жилище, питании и одежде, а если этого требует состояние здоровья гражданина, также и уход за ним. Договором пожизненного содержания с иждивением может быть также предусмотрена оплата плательщиком ренты ритуальных услуг.

В договоре пожизненного содержания с иждивением должна быть определена стоимость всего объема содержания с иждивением. При этом стоимость общего объема содержания в месяц по договору пожизненного содержания с иждивением, предусматривающему отчуждение имущества бесплатно, не может быть менее двух установленных в соответствии с законом величин прожиточного минимума на душу населения в соответствующем субъекте Российской Федерации по месту нахождения имущества, являющегося предметом договора пожизненного содержания с иждивением, а при отсутствии в соответствующем субъекте Российской Федерации указанной величины не менее двух установленных в соответствии с законом величин прожиточного минимума на душу населения в целом по Российской Федерации.

При разрешении спора между сторонами об объеме содержания, которое предоставляется или должно предоставляться гражданину, суд должен руководствоваться принципами добросовестности и разумности.

Согласно ст. 6 ФЗ № 363-ФЗ от 30.11.2011 г. «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», действие положений части второй Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции настоящего Федерального закона) распространяется на правоотношения, возникшие из ранее заключенных договора постоянной ренты, договора пожизненной ренты, договора пожизненного содержания с иждивением, в случае, если размер выплат по указанным договорам меньше, чем размер, определенный с учетом требований части второй Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции настоящего Федерального закона). Если указанные договоры не будут приведены сторонами в соответствие с требованиями части второй Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции настоящего Федерального закона), к отношениям сторон указанных договоров с момента их заключения применяются правила определения размера соответствующих выплат, установленные частью второй Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции настоящего Федерального закона).

П. 2 ст. 605 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что при существенном нарушении плательщиком ренты своих обязательств получатель ренты вправе потребовать возврата недвижимого имущества, переданного в обеспечение пожизненного содержания, либо выплаты ему выкупной цены на условиях, установленных статьей 594 настоящего Кодекса. При этом плательщик ренты не вправе требовать компенсацию расходов, понесенных в связи с содержанием получателя ренты.

В соответствии со ст. 450 Гражданского кодекса РФ по требованию одной из сторон договор может быть изменен или расторгнут по решению суда только: 1) при существенном нарушении договора другой стороной; 2) в иных случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или договором.

Существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.

Из материалов дела усматривается, что 27 января 2017 г. ФИО1 направила в адрес ответчика заявление об изменении договора пожизненного содержания с иждивением путем приведения условий договора в соответствии с п. 2 ст. 602 ГК РФ установлением общего объема содержания в размере не менее двух величин прожиточного минимума на душу населения в Санкт-Петербурге и одновременно заявление о расторжении договора, мотивированное неисполнением ответчиком его условий, а именно: п.п. 5, 13 (л.д. 14-21 том 1).

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Распределение бремени доказывания в споре о расторжении договора пожизненного содержания с иждивением по причине неисполнения обязанности по предоставлению пожизненного содержания должно строиться в соответствии с особенностями оснований заявленного истцом требования. Исходя из объективной невозможности доказывания факта отсутствия исполнения по договору, руководствуясь положениями ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд приходит к выводу о том, что бремя доказывания обратного (исполнения обязательства по предоставлению пожизненного содержания) возлагается на ответчика.

Из материалов дела усматривается, что обязанность по выплате истцу рентного платежа в размере 1000000 руб. в срок до 31.12.2008 г. выполнена ответчиком, что подтверждается представленными в материалы дела платежными документами, (приходный ордер от 12.06.2008 на 100000 руб., приходный ордер от 23.10.2008 г. на сумму 100000 руб., приходный ордер от 11.06.2008 г. на сумму 100000 руб., расписка от 12.10.2008 г. на сумму 50000 руб., платежное поручение на сумму 610000 руб. от 11.06.2008 г., распиской от сентября 208 г. на сумму 50000 руб.

Также в материалы дела представлены доказательства, с достоверностью подтверждающие факт того, что, начиная с даты заключения договора - 11 июня 2008 г., ответчик исполнял предусмотренную договором обязанность по ежемесячному перечислению истцу рентных платежей в размере, установленном договором – по 10000 руб. Так, в 2008 г. ответчиком было перечислено 60000 руб., в 2009 г. -120000 руб., в 2010 г. – 120000 руб., в 2011 г. – 122000 руб., в 2012 г. – 120000 руб., в 2013 г. – 120000 руб., в 2014 г. – 120000 руб., в 2015 г. – 167000 руб., поскольку в марте 2015 г. ответчиком перечислено 12000 руб., а начиная с апреля 2015 г. – по 15000 руб., в 2016 г. – 180000 руб., в 2017 г. – 261221,96 руб., в январе 2018 г. – 33639 руб. (том 2 л.д. 3-80, 129-132).

Таким образом, ответчик, не только надлежащим образом исполнял условия договора о перечислении ежемесячный рентных платежей в размере 10000 руб., но и, начиная с марта 2015 г. в добровольном порядке увеличил сумму перечисляемых получателю ренты денежных средств.

При этом, в материалы дела представлена расписка истца от 03 марта 2011 г. о том, что ФИО1 подтверждает, что свои обязанности по договору ренты ФИО2 исполняет в полном объеме и претензий к нему истец не имеет.

Доводы стороны истца об изменении в связи с принятием ФЗ № 363-ФЗ от 30.11.2011 г. «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» положений ст. 602 Гражданского кодекса РФ, в соответствии с введенной указанным ФЗ редакцией которых стоимость общего объема содержания в месяц по договору пожизненного содержания с иждивением, предусматривающему отчуждение имущества бесплатно, не может быть менее двух установленных в соответствии с законом величин прожиточного минимума на душу населения в соответствующем субъекте Российской Федерации по месту нахождения имущества, являющегося предметом договора пожизненного содержания с иждивением, не могут служить, по мнению суда, в данном случае основанием для удовлетворения требований о расторжении заключенного между сторонами договора, в связи со следующим.

В соответствии с условиями заключенного между сторонами договора, размер общего объема содержания в месяц составляет 10000 руб.

Размер прожиточного минимума на душу населения в г. Санкт-Петербург на IV квартал 2011 г. установлен: 6220,60 руб. В дальнейшем, размер прожиточного минимума ежеквартально увеличивался, в I квартале 2018 г. составил 10791,60 руб.

Таким образом, установленный договором сторон объем содержания в месяц не соответствует требованиям закона.

Вместе с тем, ни одна из сторон договора в течение длительного периода времени не обращалась к другой стороне договора с требованием об изменении данного условия договора, не соответствующего требованиям законодательства, истец обратилась к ответчику с данным требованием лишь в январе 2017 г., заявив одновременно требование и о расторжении договора (том 1 л.д. 14-15).

В ходе рассмотрения спора по существу стороны указывали на то, что им не было известно об изменении законодательства, в связи с чем не были внесены изменения в размер общего объема содержания в месяц.

Следует отметить, что в 2017 г., несмотря на то, что в соответствии с условиями договора на ответчике лежала обязанность по перечислению истцу 120000 руб., им в добровольном порядке было перечислено 261221,96 руб., тогда как, исходя из размера прожиточного минимума в 2017 г., перечислению подлежало 257685,60 руб.

При таких обстоятельствах суд полагает, что в данном случае отсутствует признак существенности допущенных ответчиком нарушений, что могло бы являться основанием для расторжения договора, поскольку ему не было известно о наличии у него обязанности выплачивать истцу большую сумму, чем предусмотрено договором, при этом, после получения от истца в 2017 г. заявления об изменении условий договора, в связи с изменением законодательства, ответчик стал перечислять истцу ежемесячно денежную сумму, соответствующую требованиям действующего законодательства.

При этом, суд полагает необходимым отметить, что истец, предполагая наличие у ответчика задолженности по выплате общего объема содержания в месяц, обладает правом предъявить к ответчику требования о взыскании такой задолженности.

Проверяя доводы истца о неисполнения ответчиком обязанности по оплате услуг сиделки и приобретению необходимых лекарств, оплате медицинских услуг, суд исходит из следующего.

Проанализировав п. 5 договора, заключенного между сторонами по делу, в соответствии с которым плательщик ренты нанимает сиделку с целью обеспечения необходимого ухода за получателем ренты, оплату всех необходимых медицинских услуг, если этого потребует его состояние здоровья, суд приходит к выводу о том, что для установления факта надлежащего или ненадлежащего исполнения ответчиком данного пункта договора следует устанавливать факт нуждаемости получателя ренты в оказании ей услуг сиделки и приобретении конкретных лекарственных препаратов, а также факт осведомленности плательщика ренты в нуждаемости получателя ренты в получении данных услуг и товаров.

Истцом в материалы дела представлены договоры о стационарном обслуживании граждан пожилого возраста и инвалидов, заключенные между истцом и ГСУ СО Дом Ветеранов войны № 1 от 14.06.2011 г., от 31.12.2012 г., от 01.01.2014 г., от декабря 2014 г., от 01.01.2016 г., от 01.07.2016 г., от 01.01.2017 г., а также квитанцию к указанным договорам, свидетельствующую об оплате истцом услуг, оказываемых исполнителем за январь-февраль 2015 г. (том 1 л.д. 52-63, 64, 170-172, 180-187). Согласно условиям договоров, заказчик обязуется вносить плату за стационарное обслуживание, включающее затраты на организацию питания, мягкого инвентаря и содержание предоставляемых жилых помещений и прилегающих территорий в чистоте.

Истец ссылается на то, что ответчик не исполняет своих обязательств по обеспечению ухода за ней, в связи с чем она вынуждена проживать в ГСУ СО Дом Ветеранов войны № 1 и оплачивать проживание в данном учреждении.

Проанализировав содержание заключенного между сторонами договора, а также договора, заключенного между истцом и ГСУ СО Дом Ветеранов войны № 1, суд исходит из того, что, услуги, оказываемые истцу указанным учреждением, не входят в перечень тех обязательств, которые принял на себя ответчик по договору, заключенному с истцом, в связи с чем факт проживания ФИО1 в ГСУ СО Дом Ветеранов войны № 1 не свидетельствует о неисполнении ответчиком своих обязательств перед истцом.

Истцом в материалы дела представлены чеки, датированные 2011-2013, 2015-2017 г.г., свидетельствующие о приобретении различных лекарств (том 1 л.д. 65-71, 203, 216-218), которые были рекомендованы истцу, исходя из представленных в материалы дела выписных эпикризов (том 1 л.д. 97-102, 108, 216).

Также в материалы дела представлен договор № 746/10 от 16.03.2010 на оказание платных медицинских услуг, заключенный между истцом и ООО «Диагностический центр «Зрение», в соответствии с условиями которого исполнитель обязался предоставить истцу медицинскую услугу: факоэмульсикация катаракты с имплантацией интраокулярной линзы со специальными оптическими характеристиками в сочетании с антиглаукомной операцией, стоимость услуги 57600 руб., истцом представлен чек об оплате данной услуги (том 1 л.д. 72-74), договор № 746/10 от 16.03.2010 на оказание платных медицинских услуг, заключенный между истцом и ООО «Диагностический центр «Зрение», в соответствии с условиями которого исполнитель обязался предоставить истцу медицинскую услугу: предоперационная подготовка с консультацией врача, стоимость услуги 2150 руб., истцом представлен чек об оплате данной услуги (том 1 л.д. 75-77), договор № 1744/10 от 07.03.2010 на оказание платных медицинских услуг, заключенный между истцом и ООО «Диагностический центр «Зрение», в соответствии с условиями которого исполнитель обязался предоставить истцу медицинскую услугу: первичное комплексное обследование органа зрения и консультация врача-офтальмолога (том 1 л.д. 82-83), договор № 1131/10 от 07.04.2010 на оказание платных медицинских услуг, заключенный между истцом и ООО «Диагностический центр «Зрение», в соответствии с условиями которого исполнитель обязался предоставить истцу медицинскую услугу: факоэмульсикация катаракты с имплантацией интраокулярной линзы со специальными оптическими характеристиками в сочетании с антиглаукомной операцией, стоимость услуги 57600 руб. (том 1 л.д. 78-79). Кроме того, истцом представлены в материалы дела договоры № 5225/10 от 09.06.2010 г., № 1183/11 от 04.02.2011 г., заключенные между истцом и ООО «Диагностический центр «Зрение», в соответствии с условиями которых исполнитель обязался предоставить истцу медицинскую услугу: курс консервативной терапии, стоимостью 11900 руб. по каждому договору, истцом представлены чеки об оплате указанных услуг (том 1 л.д. 90, 91, 93,95).

Кроме того, из материалов дела усматривается, что истцом было оплачено ГБОУ ВПО ПбГМУ им. И.П. Павлова Минздравсоцразвития России 1830 руб. в апреле 2012 г. за медицинские услуги (том 1 л.д. 122, 123, 124), также истцом оплачено 16.04.2017 г. Европейскому Институту Здоровья Семьи 1100 руб. за консультацию врача-офтальмолога (л.д. 213-217 том 1).

Также из материалов дела усматривается, что истцом оплачены путевки в ЗАО «Санаторий «Черная речка» в период с 14.01.2013 г. по 30.01.2013 г. в размере 52 173 руб., в период с 06.05.2017 г. по 19.05.2017 г. в размере 62944 руб., с 20.05.2017 г. по 21.05.2017 г. в размере 6030 руб. (том 1 

<

...>).

В ходе рассмотрения спора по существу судом были допрошены в качестве свидетелей 

<

данные изъяты> Е.М., 

<

данные изъяты> В.И., которые были предупреждены судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний по ст.ст. 307, 308 УК РФ.

Свидетель 

<

данные изъяты> Е.М. пояснила суду, что познакомилась с истцом примерно в 2010 г. во время экскурсии по Чехии, состоит с истцом в дружеских отношениях. Свидетель указала на то, что у истца был рак груди, потом была операция по удалению лимфоузлов, потом операция на глаза. Свидетель пояснила, что после проведения истице операции на глаза, свидетель привезла ее домой, уход за истцом осуществляла 

<

данные изъяты> В.И. Свидетель пояснила, что слышала телефонный разговор сторон по делу, в ходе которого истица сообщила ответчику, что находится в санатории, никакой помощи не просила (том 1. д. 225-228).

Свидетель 

<

данные изъяты> В.И. пояснила суду, что знакома с истцом с 2005 г., познакомились при поездке в Германию, поддерживают дружеские отношения. В марте 2010 г. ФИО1 позвонила свидетелю и попросила приехать к ней для осуществления ухода после проведения операции на глаза. Свидетель осуществляла уход за истцом, возила ее в больницу, вела домашнее хозяйство, оказывала помощь в уходе, самостоятельно себя обслуживать истица не могла. За осуществление ухода истцом свидетелю в апреле 2010 г. было передано 15000 руб. (том 2 л.д. 110).

Суд полагает возможным принять показания свидетелей в качестве допустимых доказательств по делу, поскольку они последовательны, непротиворечивы, согласуются с иными доказательствами, представленными в материалы дела.

В ходе рассмотрения спора по существу сторона ответчика оспаривала факт того, что ФИО2 было известно о нуждаемости истца в приобретении медицинских препаратов, лекарств, оказании ей медицинских услуг, услуг сиделки, в связи с чем он был лишен объективной возможности исполнить условия договора в части обеспечения указанных потребностей получателя ренты.

В материалах дела отсутствуют доказательства, свидетельствующие о том, что ФИО1 извещала ответчика о своей нуждаемости в приобретении лекарств, оказании медицинских услуг, услуг сиделки.

В судебном заседании, состоявшемся 15 февраля 2018 г. ФИО1 пояснила, что показывала квитанции на приобретение лекарств матери ответчика, непосредственно ответчику квитанции не показывала, в течение периода действия договора не просила ответчика оплатить лекарства, медицинские услуги, услуги сиделки.

В судебном заседании, состоявшемся 15 февраля 2018 г. ФИО1 первоначально ссылалась на то, что посредством телефонных разговоров извещала ответчика о необходимости оплатить различные медицинские услуги, лекарства. С целью предоставления истцу времени для предоставления доказательств в подтверждение указанных доводов судом был объявлен перерыв в судебном заседании, разъяснена возможность представления в качестве доказательств выписки звонков по телефонному номеру истца с указанием исходящих вызовов. Однако, ФИО1 ходатайствовала об окончании перерыва в судебном заседании, указав на то, что подтверждает факт отсутствия с ее стороны телефонных звонков ответчику. При этом, ФИО1 пояснила, что ей было стыдно и неудобно звонить ответчику и о чем-то его просить, поэтому она все оплачивала самостоятельно.

Ответчик в ходе рассмотрения спора по существу выразил готовность оплачивать ежемесячно истице дополнительную сумму денежных средств на приобретение необходимых медицинских препаратов, получение медицинских услуг.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что непредоставление ответчиком содержания истцу в форме оплаты услуг сиделки, медицинских услуг вызвано исключительно действиями самой истицы, не предоставлявшей ответчику информации о нуждаемости в получении указанных услуг. Получить данную информацию иным способом у ответчика возможности не имелось. При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что в действиях ответчика отсутствуют признаки существенного нарушения условий договора.

Кроме того, следует отметить, что буквальное толкование условий договора приводит к выводу о том, что, в случае необходимости, на ответчике лежит обязанность по оплате медицинских услуг, тогда как обязанность оплачивать лекарства, иные медицинские препараты договором не предусмотрена. В связи с чем также доводы истца о том, что она вынуждена самостоятельно нести расходы на приобретение лекарств, являются несостоятельными.

Проверяя доводы истца о неисполнении ответчиком п. 13 договора, которым предусмотрено, что плательщик ренты осуществляет за свой счет ремонт и эксплуатацию указанной квартиры, а также участвует в расходах, связанных с техническим обслуживанием и ремонтом, в том числе, капитальным, всего дома соразмерно с занимаемой площадью, суд исходит из следующего.

В материалах дела отсутствуют доказательства, отвечающие принципам относимости, допустимости, достоверности и достаточности, свидетельствующие о том, что ответчиком не исполняется вышеуказанный пункт договора. 

Кроме того, следует отметить, что, ссылаясь на неисполнение ответчиком данного пункта договора, истец указывала на то, что ответчик не осуществляет оплату коммунальных платежей за квартиру, она вынуждена осуществлять их оплату за собственный счет.

В подтверждение данных доводов истец представила в материалы дела квитанции об оплате жилья и коммунальных услуг по 

<

адрес> в Санкт-Петербурге за период 2008-2010 г.г. (том 1 л.д. 22-51). Между тем, представленные документы не содержат указаний на лицо, производившее платежи. 

При этом, ответчиком в материалы дела также представлены квитанции об оплате жилья и коммунальных услуг в отношении вышеуказанной квартиры за период с 2014 г. по 2018 г. (том 3). Представленные ответчиком документы также не содержат указаний на лицо, производившее платежи.

В соответствии с положениями статьи 30 Жилищного кодекса Российской Федерации собственник жилого помещения несет бремя содержания данного помещения и, если данное помещение является квартирой, общего имущества собственников помещений в соответствующем многоквартирном доме.

В силу пунктов 1 и 5 части 2 статьи 153 ЖК РФ обязанность по внесению платы за жилое помещение и коммунальные услуги возникает у нанимателя жилого помещения по договору социального найма с момента заключения такого договора; у собственника жилого помещения с момента возникновения права собственности на жилое помещение.

Право собственности ответчика на вышеуказанную квартиру зарегистрировано в установленном законом порядке 24.06.2008 г. (том 1 л.д. 13), в связи с чем с указанной даты на ответчике лежала обязанность по оплате жилья и коммунальных услуг.

При этом, внесение истцом денежных средств по оплате жилья и коммунальных услуг являлось добровольным.

Доводы истца о неисполнении ответчиком обязанности по оплате жилья и коммунальных услуг не свидетельствуют о неисполнении ответчиком его обязательств перед истцом по договору от 11 июня 2008 г., поскольку вышеуказанная обязанность возникла у ответчика в силу закона, а не в качестве обязательства перед истцом, установленного договором.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения требований истца о расторжении договора, заключенного между сторонами, по основаниям существенного нарушения ответчиком условий договора, поскольку в ходе рассмотрения спора по существу судом не установлен факт того, что ответчиком в ходе исполнения договора такие нарушения допускались.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о расторжении договора пожизненного содержания с иждивением, прекращении права собственности на квартиру, возвращении квартиры в собственность – отказать.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца по истечении срока подачи ответчиком заявления об отмене решения суда путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд Санкт-Петербурга.

Судья:

Мотивированное решение изготовлено 12 марта 2018 г.