Судья Малькова Н.И. Дело № 22-6022/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Пермь 25 декабря 2025 года

Судебная коллегия по уголовным делам Пермского краевого суда в составе:

председательствующего Быстровой Е.Л.,

судей Евстюниной Н.В., Щеклеина А.И.,

при секретаре судебного заседания Астаповой М.С.,

с участием прокурора Куницыной К.А.,

адвокатов Щербак Ю.А., Костарева Н.В.,

осужденных ФИО1, ФИО2,

рассмотрела в открытом судебном заседании с использованием системы видео-конференц-связи уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Гулина Д.А., апелляционным жалобам адвоката Завершинского И.Б. в защиту ФИО1, адвоката Колпакова О.А. в защиту ФИО2 на приговор Мотовилихинского районного суда г. Перми от 5 ноября 2025 года, которым

ФИО1, родившийся дата в ****, несудимый,

осужден за совершение двух преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ (по факту хищения имущества О.) к 1 году 8 месяцам лишения свободы, со штрафом в размере 30 000 рублей за каждое; по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ (по факту хищения имущества М.) к 1 году 6 месяцам лишения свободы, со штрафом в размере 25 000 рублей; п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ (по факту хищения имущества О.) к 1 году 5 месяцам лишения свободы, со штрафом в размере 20 000 рублей; в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения назначенных наказаний к 3 годам лишения свободы со штрафом в размере 60 000 рублей;

ФИО2, родившийся дата в ****, судимый:

1 августа 2022 года Мотовилихинским районным судом г. Перми (с учетом апелляционного определения Пермского краевого суда от 27 сентября 2022 года) по п. «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ (два преступления), п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ (два преступления), ст. 64 УК РФ, на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ к 2 годам исправительных работ с удержанием в доход государства 10% из заработной платы;

28 ноября 2022 года Мотовилихинским районным судом г. Перми по п. «в» ч. 2 ст. 158, п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ, на основании ч. 3 ст. 69, п. «в» ч. 1 ст. 71, ст. 70 УК РФ к 3 годам лишения свободы; освобожденный по отбытии наказания 29 мая 2025 года,

осужден по ч. 1 ст. 161 УК РФ к 1 году 9 месяцам лишения свободы; за совершение двух преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ (по факту хищения имущества О.) к 2 годам 6 месяцам лишения свободы, со штрафом в размере 35 000 рублей за каждое; п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ (по факту хищения имущества М.) к 2 годам 6 месяцам лишения свободы, со штрафом в размере 30 000 рублей; п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ (по факту хищения имущества О.) к 2 годам 2 месяцам лишения свободы, со штрафом в размере 20 000 рублей; в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения назначенных наказаний к 4 годам 6 месяцам лишения свободы со штрафом в размере 80 000 рублей.

Взыскано с ФИО1 и ФИО2 в счет возмещения материального ущерба в пользу О. 41 200 рублей, в пользу М. 20 300 рублей.

Разрешены вопросы о мере пресечения, зачете в срок наказания времени содержания под стражей и нахождения под запретом определенных действий, вещественных доказательствах.

Заслушав доклад судьи Евстюниной Н.В., изложившей содержание обжалуемого приговора, существо апелляционного представления и дополнений, апелляционных жалоб, выступление прокурора Куницыной К.А., поддержавшей доводы представления, адвокатов Костарева Н.В., Щербак Ю.А., осужденных ФИО2, ФИО1 об изменении судебного решения, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО2 признан виновным в открытом хищении 8 июня 2025 года имущества ООО «***» на сумму 7 497 рублей; в тайном хищении 27 июня 2025 года имущества М. на сумму 17 500 рублей, с причинением значительного ущерба потерпевшему и с незаконным проникновением в его жилище.

ФИО1 признан виновным в тайном хищении 28 июня 2025 года имущества М. на сумму 12 800 рублей, с причинением значительного ущерба потерпевшему и с незаконным проникновением в его жилище.

ФИО1 и ФИО2 признаны виновными в трех тайных хищениях имущества О. на сумму 52 100 рублей (в период с 12 по 13 июня 2025 года) и 34 882 рубля (в период с 15 по 16 июня 2025 года), О. на сумму 18 200 рублей (в период с 1 по 2 июля 2025 года), совершенных группой лиц по предварительному сговору, с причинением значительного ущерба каждому потерпевшему и с незаконным проникновением в жилище каждого.

Преступления совершены в г. Перми при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Гулин Д.А. ставит вопрос об изменении приговора в связи с неправильным применением уголовного закона, существенным нарушением уголовно-процессуального закона.

Просит исключить из описания преступных деяний хищение не представляющего ценности имущества: у О. спортивной сумки черного цвета, что судом фактически не было сделано, несмотря на принятие такого решения в мотивировочной части приговора, у М. части кронштейна от телевизора «Samsung», прозрачного силиконового чехла от телефона «Xiaomi РОСО С40»; уточнить в описательно-мотивировочной части приговора при решении вопроса о виновности ФИО1 по преступлению, совершенному 28 июня 2025 года, о его совершении в отношении потерпевшего М., а не О., как указал суд; определить солидарный порядок взыскания с ФИО1 и ФИО2 в пользу О. 41 200 рублей в счет возмещения материального ущерба, причиненного преступлением, так как суд в нарушение ст. 1080 ГК РФ такой порядок не установил; исключить из описательно-мотивировочной и резолютивной частей приговора решение о взыскании с ФИО1 в счет возмещения материального ущерба, причиненного преступлением, в пользу М. 20 300 рублей, поскольку указанное преступление было совершено только ФИО2 и на сумму 17 500 рублей, которую и требуется взыскать с него.

В дополнениях к апелляционному представлению государственный обвинитель Гулин Д.А., ссылаясь на аудиопротокол, в котором зафиксировано оглашение приговора, указывает на несоответствие провозглашенного приговора с приобщенным к делу приговором.

Просит исключить из резолютивной части приговора указание на назначение ФИО1 дополнительного наказания в виде штрафа за каждое из двух преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ (по факту хищения у потерпевшего О.), так как оглашенный размер 300 рублей не соответствует требованиям ч. 2 ст. 46 УК РФ; в связи с этим снизить размер назначенного на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ дополнительного наказания в виде штрафа до 30 000 рублей; снизить назначенное ФИО2 по ч. 1 ст. 161 УК РФ наказание до 1 года 6 месяцев лишения свободы, то есть до пределов, как оглашено судьей; соответственно, снизить размер назначенного ФИО2 на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ наказания в виде лишения свободы до 4 лет 3 месяцев лишения свободы и дополнительного наказания в виде штрафа до 8 000 рублей, то есть до размера, оглашенного судьей.

В апелляционной жалобе адвокат Завершинский И.Б., не оспаривая доказанность вины и квалификацию действий осужденного ФИО1, считает назначенное наказание чрезмерно суровым и несправедливым. Полагает, что суд неверно оценил личность ФИО1 и пришел к ошибочному выводу об отсутствии оснований для применения положений ст.ст. 64, 73 УК РФ. В обоснование ссылается на совокупность смягчающих наказание обстоятельств и отсутствие отягчающих, а также данные о личности ФИО1, который не судим, находится в молодом возрасте, имеет хроническое заболевание, по месту жительства характеризуется удовлетворительно, по месту работы положительно, в содеянном раскаялся, принял меры к возмещению ущерба, принес извинения. Полагает, что поведение ФИО1 во время и после совершенных преступлений и данные о его личности в совокупности существенно уменьшают степень общественной опасности преступных деяний, что позволяет суду применить положения ст.ст. 64, 73 УК РФ. Просит приговор изменить, назначить ФИО1 наказание, не связанное с изоляцией от общества.

В апелляционной жалобе адвокат Колпаков О.А., не оспаривая квалификацию действий осужденного ФИО2, считает приговор несправедливым в связи с чрезмерной суровостью назначенного наказания. Полагает, что перечисленная в приговоре совокупность смягчающих наказание обстоятельств не отразилась на окончательном сроке назначенного ФИО2 наказания. Просит приговор изменить, снизить срок назначенного ФИО2 наказания.

Проверив материалы дела, обсудив доводы представления и жалоб, судебная коллегия пришла к выводу об изменении приговора по следующим основаниям.

Вывод суда о доказанности вины ФИО2, ФИО1 в совершении инкриминируемых им деяний основан на имеющихся в деле и проверенных в судебном заседании доказательствах, содержание которых подробно приведено в приговоре и сторонами не оспаривается.

Так, ни ФИО1, ни ФИО2, не отрицали факты совершенных ими вместе и по отдельности хищений, не оспаривали объем и стоимость похищенного имущества.

При этом свои показания ФИО1 и ФИО2 подтвердили в ходе их проверок на месте, указав на дома, из которых были совершены хищения и комиссионный магазин, куда потом похищенное имущество было продано (т. 4 л.д. 204-211, 213-216, 218-227, 230-233).

Виновность ФИО2 в открытом хищении имущества ООО «***» установлена на основании:

показаний представителя потерпевшего Ш., менеджера службы безопасности ООО «***», об обстоятельствах хищения 8 июня 2025 года из магазина «***» трех упаковок кофе в зернах «Egoiste Noir», емкостью 1 000 граммов по цене 2 499 рублей за 1 упаковку, всего на общую сумму 7 497 рублей;

свидетеля Е., которая 8 июня 2025 года видела, как ФИО2, взяв со стеллажа три упаковки кофе в зернах «Egoiste Noir», не оплатив за товар, прошел мимо кассы к дверям магазина, она пыталась его задержать, хватала за одежду, из-за чего 1 пачка кофе выпала из его рук, кофе она вернула в магазин; также занесла в магазин жилетку, которую оставил ФИО2;

свидетелей Д., М., С., которые в ночь на 8 июня 2025 года находились на рабочем месте в магазине «***», от Е. им стало известно о хищении неизвестным мужчиной трех пачек кофе в зернах «Egoiste Noir»; одну пачку Е. удалось вернуть, она также принесла жилетку, Д. и М. пытались догнать мужчину, но не смогли;

свидетеля Н., который видел, как в ночное время 8 июня 2025 года ФИО2 выходил из магазина «***» с несколькими пачками кофе в руках, по неизвестной ему причине за ФИО2 на улицу вышла женщина; ФИО2 оставил жилетку на периллах;

свидетеля Ч., опознавшего на видеозаписи из магазина ФИО2 и Н.;

протокола осмотра места происшествия, в ходе которого изъяты видеозаписи из магазина «***» (т. 2 л.д. 84, 86-87);

протокол осмотра видеозаписей из помещений магазина «***», где зафиксировано, как ФИО2 берет со стеллажа три пакета с кофе и выходит из магазина; Е. следует за ФИО2, пытается его схватить двумя руками и остановить; затем в магазин входит Е. с одеждой в руках (т. 4 л.д. 112-115);

справки об ущербе, согласно которой ООО «***» причинен материальный ущерб в сумме 7 497 рублей (т. 3 л.д. 173);

протокола осмотра документов, исследованного в суде апелляционной инстанции, согласно которому осмотрена товарно-транспортная накладная № 922226 от 27 мая 2025 года о получении ООО «***» 27 мая 2025 года кофе EGOISTE NOIR зер.м/у 1000 граммов в количестве 3 штук ( т. 4 л.д. 234-236);

а также протоколов выемки и осмотра возвращенной Е. пачки кофе и жилетки (т. 3 л.д. 179-181, т. 4 л.д. 71-74, т.4 л.д. 186-187).

Виновность ФИО2 и ФИО1 в тайном хищения имущества О., совершенном в период с 12 июня 2025 года по 13 июня 2025 года, установлена на основании:

показаний потерпевшего О. о хищении в период с 12 по 13 июня 2025 года из строящегося дома, который оборудован для проживания, принадлежащего ему инструмента, в результате чего ему был причинен ущерб в размере 52 100 рублей, который является для него значительным;

протокола осмотра места происшествия - дома О., в ходе которого зафиксирована обстановка, изъяты 4 следа рук (т. 1 л.д. 7-9, 11-18);

заключения эксперта № 406, согласно которому след ладони, изъятый при осмотре места происшествия, оставлен ФИО2 (т. 3 л.д. 143-151);

протокола выемки и осмотра документов, подтверждающих приобретение О. инструмента и его стоимость (т. 3. л.д. 238-242, 248-253);

показаний свидетеля Р., исследованных в суде апелляционной инстанции, о том, что 13 июня 2025 года ФИО1 продал в комиссионный магазин инструмент, который впоследствии был реализован;

протоколов выемки и осмотра документов, согласно которым в комиссионном магазине были изъяты 8 закупочных актов от 13 июня 2025 года о продаже ФИО1 инструмента, и 8 товарных чеков от 20 июля 2025 года о реализации этого инструмента, наименование которого полностью совпадает с наименованием похищенного у О. инструмента (т. 3 л.д. 6-7, 36, 41-44);

справки ИП Ф. о стоимости на период с 20:30 час. 12 июня 2025 года по 13 июня 2025 года похищенного у О. имущества (т. 5 л.д. 142).

Виновность ФИО2 и ФИО1 в тайном хищения имущества О., совершенном в период с 20:30 15 июня 2025 года по 09:18 16 июня 2025 года, установлена на основании:

показаний потерпевшего О. о хищении с 15 по 16 июня 2025 года из строящегося дома, пригодного для проживания, принадлежащего ему имущества: аппарата высокого давления «Karcher», акустической системы, всего на сумму 34 882 рубля, что является для него значительным ущербом;

протокола осмотра места происшествия - дома О., в ходе которого зафиксирована обстановка, изъяты 4 следа рук (т. 1 л.д. 88-92, 94-104);

заключения эксперта № 406, согласно которому один след оставлен ФИО1, второй след оставлен ФИО2 (т. 3 л.д. 143-151);

показаний свидетеля Р., исследованных в суде апелляционной инстанции, о том, что в комиссионный магазин ФИО1 были проданы 16 июня 2025 года колонка, 17 июня 2025 года «Karcher», впоследствии имущество реализовано;

протоколов выемки и осмотра документов, согласно которым в комиссионном магазине изъяты 8 закупочных актов от 13 июня 2025 года и 8 товарных чеков от 20 июля 2025 года, в соответствии с которыми ФИО1 продал колонку и «Karcher», имущество реализовано 20 июля 2025 года (т. 3 л.д. 6-7, 36, 41-44);

справки ИП Ф. о стоимости на период с 20:30 час. 15 июня 2025 года по 09:18 час. 16 июня 2025 года похищенного у О. имущества (т. 5 л.д. 142).

Виновность ФИО2 в тайном хищении 27 июня 2025 года имущества М. установлена на основании:

показаний потерпевшего М. о хищении 27 июня 2025 года с веранды дома принадлежащего ему имущества: бензопилы, заточного станка, из дома: телефона, колонки, в результате чего ему был причинен ущерб в размере 17 500 рублей, который является для него значительным;

протокола осмотра места происшествия – дома потерпевшего с фиксацией обстановки и повреждений (т. 1 л.д. 186-188, 190-199);

протокола выемки и осмотра документов и чеков на похищенное у М. имущество, подтверждающих их приобретение потерпевшим (т. 3 л.д. 128-131, т. 4 л.д. 93-100);

показаний свидетеля Р., исследованных в суде апелляционной инстанции, о том, что 27 июня 2025 года ФИО1 в комиссионный магазин были сданы станок для заточки цепей, сотовый телефон, бензопила, имущество реализовано;

протоколов выемки и осмотра документов, согласно которым в комиссионном магазине были изъяты закупочные акты от 27 июня 2025 года о продаже ФИО1 станка для заточки цепей; бензопилы, мобильного телефона, и товарные чеки от 1 июля 2025 года, 6 июля 2025 года, 4 июля 2025 года о реализации указанного товара (т. 3 л.д. 6-7, 36, 41-44);

справки ИП Ф. о стоимости на 27 июня 2025 года похищенного у М. имущества (т. 5 л.д. 142).

Виновность ФИО2 и ФИО1 в тайном хищения имущества О. установлена на основании:

показаний потерпевшей О. о хищении с 1 по 2 июля 2025 года из квартиры принадлежащего ей имущества на общую сумму 18 200 рублей, в результате чего ей был причинен ущерб, который является для нее значительным;

показаний свидетеля К. сообщившей о том, что 2 июля 2025 года от сестры О. ей стало известно о хищении у нее из квартиры имущества, часть из которого, кроме садовой тележки, была возвращена потерпевшей сотрудниками полиции, при этом ФИО1 и ФИО2 сообщили, кому продали культиватор и где спрятали другое имущество;

протокола осмотра места происшествия – квартиры О. с фиксацией обстановки и повреждений (т. 2 л.д. 130-134, 136-145);

протокола выемки у потерпевшей О. и осмотра фотографии с изображением культиватора, скриншота и чека о стоимости тачки (т. 3 л.д. 222?224, 225-227);

протокола осмотра места происшествия, согласно которому в 10 метрах от остановки *** г. Перми в кустах обнаружены и изъяты: пакет с дрелью синего цвета «Омакс», пылесос желтого цвета, синяя кофта, детский самокат белого цвета, детский самокат бирюзового цвета в складном виде в мешке (т. 2 л.д. 120-121, 123);

протокола осмотра места происшествия - дома И., где обнаружен и изъят похищенный у О. мотоблок (т. 2 л.д. 124-126, 128);

справки ИП Ф. о стоимости на период с 15:30 час. 1 июля 2025 года по 13:00 час. 2 июля 2025 года похищенного у О. имущества (т. 5 л.д. 142).

Виновность ФИО1 в тайном хищения имущества М. установлена на основании:

показаний потерпевшего М. о хищении 28 июня 2025 года из дома принадлежащего ему имущества: телевизора, перфоратора, углошлифовальной машинки, точила электрического, всего на сумму 12 800 рублей, чем ему причинен ущерб, который является для него значительным;

показаний свидетеля Н. о том, что в конце июня 2025 года в ночное время ездил на такси вместе с ФИО2 и ФИО1, при этом ФИО1 выходил, вернулся с пакетом и мешком, после чего ФИО2 и ФИО1 продали в комиссионный магазин на ул. **** перфоратор Ресанту, а в комиссионный магазин на ул. **** - УШМ и телевизор Самсунг;

протокола осмотра места происшествия – дома потерпевшего М. с фиксацией обстановки (т. 1 л.д. 242-243, 246-256);

протоколов выемки и осмотра документов на похищенное у М. имущество, чеков, подтверждающих стоимость имущества (т. 3 л.д. 128?131, т. 4 л.д. 93-100);

показаний свидетеля Р., исследованный в суде апелляционной инстанции, о том, что 28 июня 2025 года ФИО1 продал в комиссионный магазин на ул. **** перфоратор «Ресанта», который впоследствии был реализован;

протоколов выемки и осмотра документов, согласно которым в комиссионном магазине по ул. **** изъяты: закупочный акт от 28 июня 2025 года о продаже ФИО1 перфоратора «Ресанта», товарный чек от 1 июля 2025 года о реализации указанного имущества 1 июля 2025 года (т. 3 л.д. 6-7, 36, 41-44);

протоколов выемки и осмотра документов, согласно которым в комиссионном магазине по ул. **** изъяты закупочные акты от 28 июня 2025 года о продаже ФИО1 точильного станка, телевизора, УШМ, товарные чеки от 8 июля 2025 года, 1 июля 2025 года, 3 июля 2025 года о реализации указанного имущества (т. 3 л.д. 48-51, 58, 61-63);

справки ИП Ф. о стоимости на 28 июня 2025 года похищенного у М. имущества (т. 5 л.д. 142).

Заинтересованности со стороны потерпевших, свидетелей, показания которых положены в основу приговора, в исходе дела, оснований для оговора ими осужденных либо самооговора судом не установлено.

В соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ суд оценил каждое доказательство с точки зрения относимости, допустимости и достоверности. Совокупность исследованных судом доказательств признана судом достаточной для постановления обвинительного приговора.

Выводы суда о наличии квалифицирующих признаков совершения хищений с незаконным проникновением в жилище, с причинением значительного ущерба гражданину мотивированы в приговоре со ссылками на конкретные доказательства, оснований не согласиться с ними не имеется.

Действия ФИО1 и ФИО2 правильно судом квалифицированы: по преступлениям в отношении О. с 12 июня 2025 года по 13 июня 2025 года и с 15 июня 2025 года по 16 июня 2025 года, в отношении О. с 1 по 2 июля 2025 года каждое по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ.

Действия ФИО1 по преступлению в отношении М. 28 июня 2025 года и действия ФИО2 по преступлению в отношении М. 27 июня 2025 года правильно квалифицированы по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ.

Действия ФИО2 по преступлению в отношении имущества ООО «***» правильно квалифицированы по ч. 1 ст. 161 УК РФ.

Оснований для иной квалификации действий виновных не имеется. Исходя из установленных обстоятельств, показаний осужденных, умысел на хищение чужого имущества у них возникал каждый раз самостоятельно.

В ходе предварительного следствия и судебного разбирательства нарушений уголовно-процессуального закона, которые могли бы повлиять на правильность и объективность выводов о доказанности виновности ФИО1 и ФИО2, не допущено. Принципы уголовного судопроизводства, в том числе и указанные в ст.ст. 14, 15 и 16 УПК РФ, судом не нарушены. Сторонам были созданы необходимые условия для исполнения процессуальных обязанностей и реализации предоставленных им прав, обеспечено процессуальное равенство сторон.

С учетом сведений о личности ФИО3 и ФИО2 обоснованно признаны подлежащими уголовной ответственности.

При назначении наказания суд учел данные о личности каждого осужденного, смягчающие и отягчающее наказание обстоятельства, влияние назначенного наказания на их исправление и условия жизни их семей.

Так, судом принято во внимание, что ФИО1 по месту жительства характеризуется положительно, участковым уполномоченным полиции удовлетворительно, состоит на учете у врача нарколога, у врача психиатра на учете не состоит, не судим; ФИО2 участковым уполномоченным полиции характеризуется удовлетворительно, по месту жительства и по месту отбытия наказания положительно, на учете у врачей специалистов не состоит.

Смягчающими ФИО3 наказание обстоятельствами суд признал: по каждому преступлению активное способствование расследованию преступления, расценив в качестве такового протоколы явок с повинной, признательные показания на протяжении всего предварительного следствия, изобличение других соучастников преступления, розыск имущества, добытого в результате преступления, участие в проверке показаний на месте; иные действия, направленные на заглаживание вреда, выразившееся в направлении письменных извинений потерпевшим; по преступлениям в отношении потерпевшей О., М. (преступление от 28 июня 2025 года) добровольное возмещение имущественного ущерба, причиненного в результате преступления; частичное возмещение ущерба потерпевшему О.; по каждому преступлению: признание вины, раскаяние в содеянном, состояние здоровья, в связи с наличием хронического заболевания, молодой возраст, наличие грамот, дипломов, благодарственных писем, сертификатов за участие в олимпиадах, спортивных и учебных мероприятиях.

Смягчающими ФИО2 наказание обстоятельствами суд признал: по каждому преступлению активное способствование расследованию преступления, выразившееся в явках с повинной, признательных показаний на протяжении всего предварительного следствия, участие в проверке показаний на месте; по преступлению в отношении О. и двум преступлениям в отношении М. изобличение других соучастников преступления, розыск имущества, добытого в результате преступления; по преступлениям в отношении О. и ООО «***» добровольное возмещение имущественного ущерба, причиненного в результате преступления; по каждому преступлению признание вины, раскаяние в содеянном, молодой возраст, наличие множества различных наград и сертификатов за участие в спортивных соревнованиях.

Иных смягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных ч. 1 ст. 61 УК РФ и подлежащих обязательному учету при назначении наказания, судом не установлено и из материалов уголовного дела не усматривается.

Также ни судом первой, ни судом апелляционной инстанций не установлено обстоятельств, связанных с целью и мотивом преступлений, поведением осужденных до и после их совершения, а также обстоятельств, которые бы существенно уменьшали степень общественной опасности преступлений, позволяющих назначить наказание с применением ст. 64 УК РФ.

Оснований полагать, что судом смягчающие наказание обстоятельства учтены недостаточно, не имеется.

Отягчающих наказание обстоятельств в действиях ФИО3 не установлено.

Обоснованно отягчающим наказание ФИО2 обстоятельством признан рецидив преступлений, который является опасным.

С учетом характера и степени общественной опасности совершенных ФИО2 и ФИО1 преступлений, данных о личности виновных, суд обоснованно пришел к выводу о невозможности достижения целей наказания назначением более мягкого его вида, чем лишение свободы.

Наличие у ФИО2 отягчающего наказание обстоятельства является препятствием для применения ч. 1 ст. 62, ч. 6 ст. 15, ст. 53.1 УК РФ и обусловило назначение наказания в соответствии с ч. 2 ст. 68 УК РФ.

В связи с наличием в действиях ФИО2 опасного рецидива правовых оснований для применения ст. 73 УК РФ не имелось.

При назначении наказания ФИО1 суд учел требования ч. 1 ст. 62 УК РФ.

Учитывая фактические обстоятельства дела, характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, данные о личности каждого осужденного, суд не нашел оснований для применения к ФИО1 положений ч. 6 ст. 15, ст. 73, ст. 53.1 УК РФ, а к ФИО2 положений ч. 3 ст. 68 УК РФ, поскольку условное осуждение и более мягкий вид наказания будут явно недостаточными для восстановления социальной справедливости и предупреждения совершения ФИО1 и ФИО2 новых преступлений.

С учетом корыстного мотива совершения преступлений, в целях достижения целей наказания суд обоснованно пришел к выводу о необходимости назначения обоим осужденным дополнительного наказания в виде штрафа, при определении размера которого принял во внимание состояние их здоровья, имущественное положение.

Таким образом, при назначении наказания суд учел требования ст.ст. 43, 60 УК РФ, назначенное наказание по своему характеру и виду соответствует тяжести содеянного и личности каждого виновного, оснований для смягчения по доводам апелляционных жалоб не имеется.

Вид исправительного учреждения определен в соответствии с требованиями ст. 58 УК РФ.

Оснований к отмене приговора не усматривается, однако судом допущены нарушения уголовно-процессуального закона, влекущие внесение изменений.

На основании ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым, постановленным в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основанным на правильном применении уголовного закона.

При описании преступного деяния, совершенного ФИО2 8 июня 2025 года, суд указал на хищение им имущества, принадлежащего АО «***», в то время как, согласно предъявленному обвинению, имущество принадлежало ООО «***», а приводя доказательства виновности ФИО1 в преступлении, совершенном 28 июня 2025 года, указал потерпевшего О., вместо М.

Согласно примечанию к ст. 158 УК РФ под хищением понимается совершение с корыстной целью противоправного безвозмездного изъятия и (или) обращения чужого имущества в пользу виновного или других лиц, причинившие ущерб собственнику или иному владельцу этого имущества.

Суд правильно пришел к выводу об исключении из перечня похищенного не представляющее материальной ценности имущество: у О. спортивной сумки черного цвета, у М. (преступлений от 27 июня 2025 года) мешка, у О. трехколесного металлического самоката, дрели, сварочной маски, автомобильного пылесоса, пакета и мешка.

Вместе с тем при описании преступного деяния в отношении О. суд из перечня похищенного спортивную сумку черного цвета не исключил, и кроме того, не принял такого же решения в отношении не представляющего для М. ценности части кронштейна от телевизора (преступление от 28 июня 2025 года) и прозрачного силиконового чехла (преступление от 27 июня 2025 года).

Судебная коллегия считает необходимым внести в приговор соответствующие изменения, которые основанием для смягчения наказания не являются.

Исходя из требований ст.ст. 298, 303 УПК РФ суд постановляет, изготавливает и подписывает приговор в совещательной комнате, исправления в приговоре должны быть оговорены и удостоверены подписью судьи в совещательной комнате до провозглашения приговора. Не оговоренные и не удостоверенные исправления, касающиеся существенных обстоятельств (например, квалификации преступления, вида и размера наказания, размера удовлетворенного гражданского иска, вида исправительной колонии), являются основанием для отмены вышестоящей инстанцией приговора полностью либо в соответствующей части.

Как следует из аудиопротокола и верно отмечено в апелляционном представлении, имеющийся в деле приговор, его резолютивная часть, не соответствует резолютивной части провозглашенного в зале судебного заседания приговора.

Так, в имеющемся в деле приговоре указано: на назначение ФИО1 наказания за каждое из двух преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ (по факту хищения имущества О.) в виде 1 года 8 месяцев лишения свободы со штрафом 30 000 рублей в доход государства, в то время как председательствующим в зале судебного заседания оглашено «триста рублей»; на назначение ФИО2 за преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 161 УК РФ, наказания в виде 1 года 9 месяцев лишения свободы, а провозглашено в виде «1 года 6 месяцев» лишения свободы; на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ указано на назначение дополнительного наказания в виде штрафа в размере 80 000 рублей, а провозглашено «восемь тысяч рублей».

При таких обстоятельствах судебная коллегия приходит к выводу о возможности изменения приговора и снижения размера назначенного ФИО1 и ФИО2 наказания до пределов, провозглашенных в зале судебного заседания, поскольку это улучшает положение осужденных.

При этом судебная коллегия учитывает требования ч. 2 ст. 46 УК РФ, согласно которой минимальный размер штрафа не может быть ниже 5 000 рублей, исключает назначение дополнительного наказания ФИО1 по преступлениям в отношении О. со снижением окончательного размера штрафа по совокупности преступлений, снижает размер дополнительного наказания в виде штрафа, назначенного ФИО2 за преступления, предусмотренные п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ.

Назначая наказание ФИО2 по совокупности преступлений в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ, судебная коллегия учитывает положения ст.ст. 6, 7, 60 УК РФ, определяющие общие начала назначения наказания.

Разрешая гражданские иски потерпевших, суд руководствовался положениями ст. 1064 ГК РФ.

Вместе с тем, взыскивая с ФИО1 и ФИО2 в пользу М. 20 300 рублей, суд не учел установленные фактические обстоятельства совершенных в отношении потерпевшего преступлений.

Так, судом установлено, что у М. похищено имущество ФИО1 28 июня 2025 года на сумму 12 800 рублей, ФИО2 27 июня 2025 года на сумму 17 500 рублей. Суд также признал, что ФИО1 добровольно полностью возмещен ущерб М. В связи с этим решение суда о взыскании с ФИО1 в пользу М. имущественного вреда является необоснованным и подлежит исключению из приговора. Учитывая, что ФИО2 причиненный М. ущерб не возмещен, судебная коллегия считает необходимым взыскать с него в пользу потерпевшего 17 500 рублей.

Кроме того, разрешая гражданские иски потерпевшего О., суд указал на их удовлетворение в заявленном размере 52 100 рублей и 34 882 рублей, за минусом частично возмещенного вреда (как следует из материалов дела в размере 10 000 рублей), и взыскал с ФИО1 и ФИО2 в пользу О. 41 200 рублей, таким образом, допустив противоречия в приговоре. При таких обстоятельствах, приговор в части решения вопроса по гражданскому иску потерпевшего О. подлежит отмене с направлением на новое рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства.

Руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.15, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

приговор Мотовилихинского районного суда г. Перми от 5 ноября 2025 года в отношении ФИО1 и ФИО2 изменить:

при описании преступного деяния, совершенного ФИО2 в отношении ООО «***», указать на хищение имущества, принадлежащего ООО «***» вместо АО «***»;

исключить из перечня похищенного имущество, не представляющее для потерпевших материальной ценности: по преступлению в отношении О. спортивную сумку черного цвета; по преступлениям в отношении М. часть кронштейна от телевизора и прозрачный силиконовый чехол;

в описательно-мотивировочной части приговора при анализе доказательств виновности ФИО1 в совершении преступления 28 июня 2025 года указать фамилию М. вместо О.;

исключить из резолютивной части указание на назначение ФИО1 дополнительного наказания в виде штрафа по каждому из двух преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ (по факту хищения у потерпевшего О.), назначенное в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ дополнительное наказание в виде штрафа смягчить до 30 000 рублей;

срок назначенного ФИО2 по ч. 1 ст. 161 УК РФ наказания снизить до 1 года 6 месяцев лишения свободы;

размер назначенного ФИО2 дополнительного наказания в виде штрафа по каждому из четырех преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ, снизить до 5 000 рублей;

в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 161 УК РФ, и четырех преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ, назначить ФИО2 наказание в виде 4 лет 3 месяцев лишения свободы со штрафом в размере 8 000 рублей;

исключить из описательно-мотивировочной и резолютивной частей приговора решение о взыскании с ФИО1 в счет возмещения материального ущерба, причиненного преступлением, в пользу М. 20 300 рублей;

взыскать с ФИО2 в пользу М. в счет возмещения материального ущерба, причиненного преступлением, 17 500 рублей.

Этот же приговор в отношении ФИО1 и ФИО2 в части разрешения гражданского иска потерпевшего О. отменить, направить на новое рассмотрение в тот же суд в порядке гражданского судопроизводства.

В остальном этот же приговор в отношении ФИО1, ФИО2 оставить без изменения, апелляционные жалобы адвокатов Завершинского И.Б., Колпакова О.А. – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы, представления через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу, а осужденными, содержащимися под стражей, - в тот же срок со дня вручения им копии такого судебного решения, вступившего в законную силу, с соблюдением требований ст. 401.4 УПК РФ.

В случае пропуска срока кассационного обжалования или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном ст.ст. 401.10 – 401.12 УПК РФ.

В случае подачи кассационных жалобы, представления лица, участвующие в деле, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий подпись

Судьи подписи