№ 91RS0008-01-2020-000027-02

2-313/2020

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Джанкой 19 февраля 2020 года 

Джанкойский районный суд Республики Крым в составе

председательствующего судьи Басовой Е.А.,

при секретаре Кузь Т.А.,

с участием представителя истца ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Государственного учреждения – Управления Пенсионного фонда Российской Федерации в Джанкойском районе Республики Крым (межрайонное) к Хиль ФИО1 о взыскании необоснованно выплаченной суммы пенсии Хиль ФИО2, 3-и лица, не заявляющие самостоятельные требования, Хиль ФИО3, Хиль ФИО2,

установил:

9 января 2020 года пенсионный орган обратился в суд с иском, в котором просит взыскать с ФИО5 132 789,30 руб. Требования мотивированы тем, что после признания ФИО5 безвестно отсутствующим с ДД.ММ.ГГГГ, его сыну – Хиль ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.р., была назначена пенсия по случаю потери кормильца и выплачена в размере 132 789,30 руб. Поскольку решение суда о признании ответчика безвестно отсутствующим было отменено, пенсионный орган считает, что выплаченная ребенку пенсия подлежит взысканию с ФИО5, обязанного содержать своего сына и уклонявшегося от уплаты алиментов.

Представитель истца в судебном заседании требования иска поддержала.

Ответчик и 3-и лица в судебное заседание не явились, о месте и времени судебного разбирательства извещались по месту регистрации жительства, Возврат почтовой корреспонденции с отметкой «за истечением срока хранения» суд расценивает как добровольный отказ ответчика и 3-х лиц от получения судебного уведомления и считает, что лица, участвующие в деле, надлежаще уведомлены о судебном разбирательстве (ст. 117 ГПК РФ), поскольку не проявили ту степень заботливости и осмотрительности, какая требовалась от них для своевременного получения направляемых им извещений. Отсутствие надлежащего контроля за поступающей по месту жительства корреспонденции является риском самого гражданина, и все неблагоприятные последствия такого бездействия несет физическое лицо.

Суд, выслушав пояснения представителя истца, исследовав материалы дела, оценив предоставленные доказательства, считает, что исковые требования не подлежат удовлетворению.

Согласно подпункту 3 пункта 1, пункту 3 статьи 11 Федерального закона от 15 декабря 2001 г. № 166-ФЗ «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации» право на социальную пенсию по случаю потери кормильца имеют дети в возрасте до 18 лет, а также старше этого возраста, обучающиеся по очной форме по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет, потерявшие одного или обоих родителей, дети умершей одинокой матери. Гражданам, указанным в подпункте 3 пункта 1 настоящей статьи, устанавливается социальная пенсия по случаю потери кормильца.

По общему правилу, установленному пунктом 1 статьи 23 Федерального закона от 15 декабря 2001 г. № 166-ФЗ пенсия, предусмотренная этим федеральным законом, независимо от ее вида назначается с 1-го числа месяца, в котором гражданин обратился за ней, но не ранее чем со дня возникновения права на нее.

Статьей 13 этого закона предусмотрено, что при назначении пенсии по случаю потери кормильца по государственному пенсионному обеспечению применяются нормы Федерального закона «О страховых пенсиях», регулирующие порядок и условия назначения пенсии по случаю потери кормильца семьям безвестно отсутствующих лиц, усыновленным, усыновителям, пасынкам, падчерицам, отчимам, мачехам, порядок и условия признания члена семьи состоявшим на иждивении погибшего (умершего) кормильца и иные вопросы, связанные с пенсионным обеспечением членов семей умерших, если иные нормы не установлены настоящим Федеральным законом.

В соответствии со ст. 10 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» право на страховую пенсию по случаю потери кормильца имеют нетрудоспособные члены семьи умершего кормильца, состоявшие на его иждивении (за исключением лиц, совершивших уголовно наказуемое деяние, повлекшее за собой смерть кормильца и установленное в судебном порядке). Семья безвестно отсутствующего кормильца приравнивается к семье умершего кормильца, если безвестное отсутствие кормильца удостоверено в порядке, установленном законодательством Российской Федерации. Нетрудоспособными членами семьи умершего кормильца признаются: дети умершего кормильца, не достигшие возраста 18 лет, или дети умершего кормильца старше этого возраста, если они до достижения возраста 18 лет стали инвалидами. 

Пунктом 3 части 1 статьи 25 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ установлено, что прекращение выплаты страховой пенсии производится в случае: утраты пенсионером права на назначенную ему страховую пенсию (обнаружения обстоятельств или документов, опровергающих достоверность сведений, представленных в подтверждение права на указанную пенсию, истечения срока признания лица инвалидом, приобретения трудоспособности лицом, получающим пенсию по случаю потери кормильца, поступления на работу (возобновления иной деятельности, подлежащей включению в страховой стаж) лиц, предусмотренных пунктом 2 части 2 статьи 10 настоящего Федерального закона, и в других случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации) - с 1-го числа месяца, следующего за месяцем, в котором обнаружены указанные обстоятельства или документы, либо истек срок инвалидности, либо наступила трудоспособность соответствующего лица.

Судом установлено, что Хиль ФИО1 и Хиль ФИО3 являются родителями Хиль ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (л.д. 16).

Решением Джанкойского районного суда Республики Крым № от 26 января 2016 года Хиль ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец пгт 

<

адрес> признан безвестно отсутствующим с ДД.ММ.ГГГГ. Решение вступило в законную силу 29.02.2016 (л.д. 14-15).

14 марта 2016 года законный представитель Хиль ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, – Хиль ФИО3 – обратилась в Управление ПФРФ в Джанкойском районе Республики Крым с заявлением о назначении сыну социальной пенсии по случаю потери кормильца, предоставив копию решения суда о признании кормильца – отца ребенка – безвестно отсутствующим (л.д. 7-8).

Решением № от 15.03.2016 ГУ-Управление ПФР в Джанкойском районе РК (межрайонное) назначило Хиль ФИО2 социальную пенсию по случаю потери кормильца в соответствии с п. 1 ст. 11 закона № 166-ФЗ с 01.03.2016 по 26.04.2017 (л.д. 6), после достижения совершеннолетия выплаты возобновлены в связи с обучением (л.д. 20).

Решением Джанкойского районного суда РК № от 12 июля 2017 отменено решение этого же суда от 26 января 2016 года о признании безвестно отсутствующим Хиль ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (л.д. 18). Решение вступило в законную силу 15.08.2017 (л.д. 28).

14 июня 2019 года пенсионным органом принято решение № и № о прекращении выплаты Хиль ФИО2 социальной пенсии по случаю потери кормильца и федеральной доплаты к пенсии в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 25 закона № 400-ФЗ с 01.03.2016, т.е. с даты ее установления (л.д. 29, 43).

За период с 01.03.2016 по 30.06.2017 ФИО6 выплачено: социальная пенсия в размере 79 390,04 руб., доплата в размере 48 399,26 руб., ЕВ в размере 5 000 руб., всего – 132 789,30 руб., что подтверждается справками, предоставленными представителем истца в судебном заседании.

Ссылаясь на то, что пенсионный орган выплачивал социальную пенсию ФИО6 при том, что обязанность по его содержанию лежала на его отце, т.е. содержал ребенка вместо его отца, по мнению истца, произошла переплата средств по вине ответчика, который сам должен был содержать своего ребенка, истец просит взыскать с ответчика излишне выплаченную социальную пенсию его ребенку в размере 132 789,30 руб.

Суд такой довод истца во внимание не принимает.

Из частей 1 и 2 статьи 28 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» следует, что физические и юридические лица несут ответственность за достоверность сведений, содержащихся в документах, представляемых ими для установления и выплаты страховой пенсии, в случае, если представление недостоверных сведений или несвоевременное представление сведений, предусмотренных частью 5 статьи 26 данного федерального закона, повлекло за собой перерасход средств на выплату страховых пенсий, фиксированной выплаты к страховой пенсии, виновные лица возмещают Пенсионному фонду Российской Федерации причиненный ущерб в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

На основании пункта 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 данного кодекса.

По смыслу положений подпункта 3 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации не считаются неосновательным обогащением и не подлежат возврату денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средств к существованию, в частности заработная плата, приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина и т.п., то есть суммы, которые предназначены для удовлетворения его необходимых потребностей, и возвращение этих сумм поставило бы гражданина в трудное материальное положение. Закон устанавливает исключения из этого правила, а именно: излишне выплаченные суммы должны быть получателем возвращены, если их выплата явилась результатом недобросовестности с его стороны или счетной ошибки.

При этом добросовестность гражданина (получателя спорных денежных средств) презюмируется, следовательно, бремя доказывания недобросовестности гражданина, получившего названные в данной норме виды выплат, лежит на стороне, требующей возврата излишне выплаченных денежных сумм.

Эти нормы Гражданского кодекса Российской Федерации о неосновательном обогащении и недопустимости возврата определенных денежных сумм могут применяться и за пределами гражданско-правовой сферы, в частности в рамках правоотношений, связанных с получением гражданами пенсий и других социальных выплат.

Анализ приведенных выше положений закона позволяет прийти к выводу о том, что обязанность по возмещению Пенсионному фонду Российской Федерации причиненного ущерба возникает лишь в случае виновного поведения лица, выразившегося в предоставлении в орган пенсионного фонда недостоверных сведений или в несвоевременном предоставлении сведений, влекущих за собой возникновение или прекращение выплаты пенсии.

В данном случае назначение и выплата пенсии несовершеннолетнему ФИО6 производились территориальным органом пенсионного фонда на основании вступившего в законную силу решения суда, которым отец ребенка ФИО5 был признан безвестно отсутствующим.

Выплата указанного вида пенсии предусмотрена положениями подпункта 3 пункта 1, пункту 3 статьи 11 Федерального закона от 15 декабря 2001 г. № 166-ФЗ «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации» и не связана с наличием или отсутствием алиментных обязательств у лица, признанного безвестно отсутствующим.

Более того, статьей 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации установлены случаи неосновательного обогащения, не подлежащего возврату. В частности, к таким платежам отнесены и пенсии, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны.

Помимо этого, алиментные платежи и пенсия по потери кормильца имеют различную правовую природу, в связи с чем ссылки истца на то, что в силу выплаты несовершеннолетнему ребенку пенсии по случаю потери кормильца Хиль ФИО1 неосновательно сберег сумму подлежащих уплате алиментов, основаны на ошибочном толковании норм действующего законодательства.

Обязанность пенсионного органа назначить и выплачивать пенсию по случаю потери кормильца на период безвестного отсутствия гражданина предусмотрена пенсионным законодательством, которое связывает право на назначение социальной пенсии по случаю потери кормильца с фактом удостоверения безвестного отсутствия гражданина в порядке, предусмотренном ст. 42 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Сама по себе отмена решения суда о признании гражданина безвестно отсутствующим в силу ст. 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации не является безусловным основанием для взыскания выплаченных государством на содержание ребенка такого лица денежных средств в качестве неосновательного обогащения с лица, ранее признанного безвестно отсутствующим.

Ответчик оспариваемые суммы от истца не получал, неосновательное обогащение с его стороны отсутствует. Действующим законодательством не предусмотрено взыскание сумм выплаченных пенсий с лица, ранее признанного безвестно отсутствующим, при обнаружении его места нахождения. Наличие причинно-следственной связи между поведением ответчика и наступившими последствиями в виде причинения истцу материального ущерба, на что указывает в иске истец, не установлено.

Истец не представил доказательств того, что ФИО5 знал о признании его безвестно отсутствующим и намеренно скрывался. Также не добыто доказательств того, что ФИО7(мать ФИО6), обращаясь в пенсионный орган за назначением социальной пенсии, знала о месте нахождения отца ребенка, в том числе и после принятия решения о признании его безвестно отсутствующим.

Таким образом, поскольку пенсионное законодательство связывает право на назначение социальной пенсии по случаю потери кормильца с фактом удостоверения безвестного отсутствия гражданина, и данное право не ставится в зависимость от причин безвестного отсутствия гражданина, оснований полагать, что пенсионный орган, выполняя возложенные на него законом обязанности по выплате несовершеннолетнему ребенку пенсии по случаю потери кормильца, федеральной социальной доплаты, понес убытки, не имеется, поэтому суд истцу в удовлетворении его иска отказывает в полном объеме.

Руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд 

решил:

в удовлетворении иска Государственного учреждения – Управления Пенсионного фонда Российской Федерации в Джанкойском районе Республики Крым (межрайонное) к Хиль ФИО1 о взыскании необоснованно выплаченной суммы пенсии Хиль ФИО2 – отказать полностью.

Решение суда может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Крым через Джанкойский районный суд Республики Крым в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме. 

Председательствующий Е.А. Басова

Решение суда принято в окончательной форме 19.02.2020.