Дело № 1-1/2019 УИД 58RS0017-01-2018-002441-60

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

г. Кузнецк Пензенской области «18» апреля 2019 года

Кузнецкий районный суд Пензенской области в составе:

председательствующего судьи Галиной Ю.В.,

с участием государственного обвинителя – заместителя прокурора Кузнецкого района Пензенской области Зябировой Р.М.,

подсудимого ФИО22,

защитников – адвоката Шевченко Н.В., представившей удостоверение № 364 от 10.12.2002 и ордер № 114 от 30.10.2018, адвоката Пронина М.А., представившего удостоверение № 907 от 15.11.2016 и ордер № 287 от 18.01.2019,

потерпевшего ФИО2,

при секретаре Осокиной Н.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении:

ФИО22, 

<

данные изъяты>, не судимого, содержащегося под стражей с 04 августа 2018 года,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО22 совершил умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего, при следующих обстоятельствах.

ФИО22, в период времени с 17 часов 00 минут до 19 часов 00 минут 27 июня 2018 года, находясь в состоянии алкогольного опьянения, в домовладении 

<

адрес>, в ходе ссоры с ФИО1, произошедшей на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений, действуя умышленно, с целью причинения тяжкого вреда здоровью ФИО1, опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия, осознавая фактический характер и общественную опасность своих действий, предвидя возможность наступления общественно-опасных последствий в виде причинения тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека и желая их наступления, при этом, не предвидя возможности наступления смерти ФИО1, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности мог и должен был предвидеть ее наступление, вооружился подысканным на территории вышеуказанного домовладения металлическим совком, взяв его в руки, и, применяя его как предмет, используемый в качестве оружия, расположившись в непосредственной близости от ФИО1, умышленно нанес указанным металлическим совком один удар в область головы ФИО1, причинив потерпевшему физическую боль и телесное повреждение в виде травмы головы

<

данные изъяты>, которая в соответствии с пунктом 6.1.3 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека «Приказа Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации № 194н от 24.04.2008 года», по признаку опасности для жизни квалифицируется как тяжкий вред здоровью и состоит в причинной связи с наступлением смерти.

В результате указанных преступных действий ФИО22 смерть потерпевшего ФИО1 наступила по неосторожности 

<

данные изъяты>, относящейся к категории тяжкого вреда здоровью по признаку опасности для жизни, в 11 часов 30 минут 02 августа 2018 года во врачебной амбулатории села Махалино Кузнецкого района Пензенской области. 

Подсудимый ФИО22 вину в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия, повлекшим по неосторожности смерть потерпевшего ФИО1 не признал. 

На первоначальной стадии судебного следствия подсудимый суду показал, что 27 июня 2018 года примерно в 17 часов, находясь в 

<

адрес> распивал спиртные напитки с ФИО3, ФИО4, ФИО20 и парнем по имени Марат. В ходе разговора ФИО4, попросила ФИО3 помочь вернуть принадлежащие ей вещи, а именно сотовый телефон и цепочку, которые забрал у нее ФИО12, а также выяснить отношения с ФИО1, который причинил ей телесные повреждения. После недолгих уговоров ФИО3 вместе с ФИО4 пошли к ФИО12, проживающему по адресу: 

<

адрес>, он присоединился к их компании. Подойдя к вышеуказанному домовладению, ФИО4 постучалась и дверь ей открыл наглядно знакомый мужнина, как впоследствии оказалось ФИО1 Находясь во дворе дома, он и ФИО3, заступаясь за ФИО4, стали предъявлять ФИО1 претензии по поводу его недавнего некорректного поведения в отношении ФИО4 ФИО1, выражаясь нецензурной бранью, оскорбил ФИО4 ФИО3, разозлившись, ударил ФИО1 кулаком в область лица. Поскольку ФИО1 продолжал оскорблять их, то ФИО3 несколько раз ударил его кулаком в область лица и головы. ФИО1, упав на землю, стал просить прощение у ФИО4 В это время к ФИО1, как ему показалось, с лопатой в руках подошла ФИО4, и сев на него сверху, стала наносить железной частью лопаты, удары по голове, попадая в правую и левую боковые части головы. Ударов было более пяти. Он, успокоив, ФИО4, фактически оттащил ее от ФИО1 Далее к лежащему на земле ФИО1 подошел ФИО3 и стал наносить многочисленные удары ногами по различным частям тела, в том числе и по голове. Успокаивая ФИО3, увидел, что к ФИО1 вновь подбежала ФИО4 и нанесла ему два удара ножом в руку и в область живота. На голове и на правой руке ФИО1 была кровь. Убедив ФИО3 и ФИО4 прекратить противоправные действия, он вместе с ФИО3, подняли ФИО1 с земли и проводили в дом. Он каких-либо ударов ФИО1 не наносил.

В дальнейшем ФИО22, изменив показания в части механизма нанесения ФИО4 ударов лопатой ФИО1 и их количества, уточнил, что ФИО4 стоя перед ФИО1, чуть наклонившись вперед, нанесла один удар по голове сверху вниз.

В судебном заседании подсудимый указал, что он не поддерживает показания, данные в ходе предварительного следствия в части причинения им телесных повреждений ФИО1, как не соответствующие действительности, поскольку в ходе его задержания и в период предварительного следствия на него сотрудниками полиции оказывалось физическое воздействие, в связи с чем на предварительном следствии он дал признательные показания. 

Несмотря на позицию подсудимого, отрицающего свою вину в предъявленном обвинении, суд находит его виновность в совершении преступления установленной совокупностью собранных по делу доказательств, исследованных и проверенных в судебном заседании, в том числе показаниями ФИО22, данными при производстве предварительного следствия.

Из показаний подсудимого ФИО22 допрошенного 05.07.2018 в качестве подозреваемого, в период предварительного следствия, оглашенных по ходатайству государственного обвинителя в связи с наличием существенных противоречий следует, что «…он, находясь в комнате, при ФИО4 и ФИО3, нанес ФИО1 кулаком правой руки один удар в область лица. После чего ФИО3, кулаком правой руки, ударил лежащего на полу ФИО1 по голове, по какой части головы, не помнит. Далее ФИО3, применив силу, вытащил ФИО1 из дома во двор. Во дворе ФИО3 нанес ФИО1 несколько ударов кулаком руки и ногой по голове и телу, какое количество ударов всего нанес ФИО3 и по каким частям головы и тела, он сказать не может. После этого, он, держа металлический совок обеими руками за ручку, нанес им с размаху один удар ФИО1 по голове. В момент нанесения удара совком ФИО1 сидел на земле во дворе домовладения. После этого ФИО4 выхватила у него из рук совок, и стала просить его и ФИО3 оставить ФИО1 в покое...» (т.1 л.д.27-28).

Из заключения ситуационной медико-криминалистической экспертизы № от 25.09.2018 следует, что образование телесных повреждений, обнаруженных у потерпевшего ФИО1 не исключено при условиях и обстоятельствах, указанных ФИО22 на предварительном следствии при допросе в качестве подозреваемого (т.2 л.д. 12-19). 

В собственноручном заявлении ФИО22 сообщил о совершенном им преступлении, а именно 27.06.2018, примерно в 17 часов 00 минут, он, находясь по адресу

<

адрес>, причинил телесные повреждения ФИО1, бил его руками и ногами по различным частям тела, а также ударил совком (том 1 л.д. 18).

В последующем в ходе очной ставки со свидетелем ФИО4, состоявшейся 04.08.2018, ФИО22 подтвердил два удара, нанесенные ФИО1 кулаком правой руки в челюсть и в нос, утверждая, что остальные удары, а именно не менее 5 ударов кулаком правой руки в область головы и не менее 3 ударов правой ногой в область лица нанес ФИО1 ФИО3 При этом ФИО4 удары ФИО1 не наносила (том 1 л.д. 120-126)

В ходе очной ставки 31.07.2018 со свидетелем ФИО3 ФИО22 отрицал нанесение каких-либо ударов ФИО1, поясняя, что именно ФИО3 наносил удары ФИО1, а именно не менее 5 ударов кулаком правой руки в область головы и лица. При этом наносимые ФИО3 удары не могли причинить серьезного вреда здоровью ФИО1 (том 1 л.д. 60-61).

Сопоставление показаний подсудимого, данных им в ходе предварительного следствия и в суде об обстоятельствах причинения потерпевшему тяжкого телесного повреждения, позволяет сделать вывод, что показания ФИО22 менялись с течением времени, по мере ознакомления с представленными и исследованными доказательствами. Изменение подсудимым по истечении времени своей позиции по предъявленному обвинению и в ходе судебного следствия в более выгодную для себя сторону обусловлены и наличием большого времени на обдумывание защитной позиции и свидетельствуют о стремлении найти способ, избежать ответственности за содеянное.

В ходе досудебного производства по делу ФИО22 был допрошен с соблюдением норм уголовно-процессуального закона, что подтверждается протоколом следственного действия, из которого следует, что допрос в качестве подозреваемого 05.07.2018 проведен с участием защитника, то есть в условиях, исключающих незаконное воздействие на него; ему были разъяснены и поняты права, предусмотренные п. 2 ч. 4 ст. 46, п. 3 ч. 4 ст. 47 УПК, и положения ст. 51 Конституции РФ о праве не свидетельствовать против себя; по окончании следственных действий подсудимый и его защитник не сделали никаких заявлений и замечаний и своими подписями удостоверили правильность отраженных в протоколе со слов ФИО22 сведений.

Заявление подсудимого в судебном заседании о применении к нему недозволенных методов ведения следствия явилось предметом соответствующей проверки в порядке ст. ст. 144 - 145 УПК РФ, по результатам которой органами предварительного следствия 08.02.2019 вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, в связи с чем указанные обстоятельства ФИО22 расцениваются судом, как голословные и не соответствующими действительности.

Из заключения № от 09.08.2018 следует, что на момент проведения экспертизы 06 августа 2018 года у ФИО22 каких-либо видимых телесных повреждений не обнаружено (т.1 л.д. 237).

Допрошенный в качестве свидетеля старший участковый уполномоченный полиции ОМВД России по Кузнецкому району ФИО5 пояснил, что 29 июня 2018 года от дежурного ОМВД России по Кузнецкому району поступило сообщение о доставлении в приемное отделение ГБУЗ «МРБ» жителя с. Махалино ФИО1 с телесными повреждениями. Для выяснения обстоятельств он выехал по указанному в сообщении адресу 

<

адрес>. В ходе беседы с владельцем домовладения ФИО9 установил, что ФИО1 избили ФИО22 и ФИО3 Впоследствии ФИО22 был доставлен в опорный пункт полиции, где в его присутствии написал объяснения и явку с повинной, в которой добровольно изложил обстоятельства нанесения телесных повреждений ФИО1 В ходе беседы с ФИО22 никакого физического и психологического давления им или кем-то еще из сотрудников полиции на ФИО22 не оказывалось. 

Допрошенная в качестве свидетеля старший следователь СО ОМВД России по Кузнецкому району ФИО6 пояснила, что 29 июня 2018 года в ОМВД России по Кузнецкому району поступило сообщение по факту доставления в приемное отделение ГБУЗ «Кузнецкая межрайонная больница» ФИО1 с телесными повреждениями. В ходе доследственной проверки были опрошены очевидцы произошедшего ФИО4, ФИО3 и ФИО22, написаны явки с повинной ФИО3 и ФИО22 Будучи допрошенным в качестве подозреваемого 05.07.2018 ФИО22 подробно изложил обстоятельства нанесения телесных повреждений ФИО1 В ходе допроса ФИО22 давал показания добровольно и без какого-либо принуждения, после разъяснения прав, с участием адвоката, а после допроса подтверждал правильность изложения показаний в протоколе. До момента допроса, в процессе его проведения и после его окончания ФИО22 жалоб на свое состояние здоровья не предъявлял, просьб о вызове скорой медицинской помощи не высказывал. Оснований сомневаться в достоверности показаний ФИО22 у следствия не имелось. Имеющиеся противоречия в показаниях ФИО22, ФИО3 и ФИО4 были устранены при проведении очных ставок между ними. 

Признавая в этой связи явку с повинной ФИО22, его показания в качестве подозреваемого от 05.07.2018 в качестве основы при принятии итогового решения по делу, суд расценивает их как достоверные, поскольку они в целом согласуются с иными исследованными по делу доказательствами, являются правдивыми и объективными. 

В то же время суд считает, что ФИО22 отрицая свою причастность к причинению тяжкого вреда здоровью потерпевшему, утверждая в судебном заседании, что удар металлическим предметом в область головы ФИО1 был нанесен ФИО4, стремится уйти от уголовной ответственности, в связи с чем расценивает его утверждения в этой части как позицию защиты и признает их недостоверными, беря во внимание при принятии итогового решения по делу его показания лишь в той части, в которой они подтверждаются иными исследованными доказательствами и не противоречат им.

Несмотря на избранную подсудимым ФИО22 позицию, суд находит его виновность в совершении инкриминируемого ему преступления установленной совокупностью собранных по делу доказательств, исследованных и проверенных в судебном заседании.

Так, потерпевший ФИО2 суду пояснил, что его отец ФИО1, проживал со своей знакомой ФИО11 в домовладении у ФИО9 по адресу: 

<

адрес> Они периодически созванивались, интересуясь жизнью друг друга. Отец последнее время злоупотреблял спиртными напитками, и это его беспокоило. В конце июня 2018 года он в течение недели пытался дозвониться до отца, но безрезультатно. 29 июня 2018 года на звонок ответил ФИО12, сообщив, что ФИО1 доставили в больницу с телесными повреждениями. Впоследствии ФИО11 ему пояснила, что 27 июня 2018 года ФИО1 избили ФИО22 и ФИО3, а «скорую помощь» она вызвала только 29 июня 2018 года, поскольку ФИО1 стало хуже. В течение месяца отец находился на стационарном лечении в ГБУЗ «Кузнецкая межрайонная больница». Проведенные операции и курсы лечения не привели к восстановлению здоровья и 30 июля 2018 года отец был выписан из больницы и доставлен в Махалинскую врачебную амбулаторию. 02 августа 2018 года отец умер. Весь период нахождения на медицинском лечении за отцом ухаживала ФИО11, у которой он неоднократно спрашивал о подробностях избиения отца. ФИО11 поясняла, что со слов ФИО1 знает, что его избили ФИО22 и ФИО3, других подробностей он ей не сообщил, поскольку плохо разговаривал.

Поскольку в результате гибели близкого и родного для него человека он получил серьезное потрясение и испытал страдания, просит в полном объеме удовлетворить заявленный им гражданский иск и взыскать с ФИО22 в качестве имущественной компенсации морального вреда, причиненного преступлением, денежные средства в размере 500000 (пятьсот тысяч) рублей и расходы на оплату услуг адвоката за оказание юридической помощи при составлении гражданского иска в размере 2000 рублей. С учетом обстоятельств преступления, поведения подсудимого, полагает, что он заслуживает строгого наказания за содеянное.

Допрошенный в качестве свидетеля ФИО3 в судебном заседании пояснил, что 27 июня 2018 года, примерно в 16 часов, распивая спиртные напитки совместно с ФИО22 и ФИО4, последняя рассказала о причинении ей телесных повреждений ФИО1, а также о том, что ФИО12 забрал у нее цепочку и сотовый телефон. ФИО4 в течение вечера неоднократно обращалась к нему с просьбой сходить по адресу: 

<

адрес> и забрать у ФИО9 принадлежащие ей вещи. Он согласился, и они с ФИО4 пошли к ФИО12 К их компании присоединился ФИО22 Зайдя во двор вышеуказанного домовладения, увидели ФИО1, который на их вопросы о хозяине домовладения ответил, что ФИО9 нет дома. Однако они все вместе зашли в дом, и, находясь в комнате стали выяснять у ФИО1, где находятся принадлежащие ФИО4 вещи. В ходе словесной перепалки ФИО22 первый нанес удар ФИО1 кулаком по голове, отчего последний упал на пол. Поскольку ФИО1 нецензурно выражался в их адрес, он ударил кулаком лежащего ФИО1 в область носа. Возможно, от его удара у ФИО1 появилась кровь на лице. Далее ФИО1 поднялся на ноги и в этот момент он увидел в руках ФИО22 металлический совок с длинной ручкой, который он держал обоими руками. ФИО22 намахнулся и с силой, с размаху нанес ФИО1 удар по голове, в левую половину лба. От удара ФИО1 упал. Возможно, удар совком был нанесен ФИО22 во дворе домовладения, в настоящее время он точно не помнит. На просьбы ФИО4, они прекратили ссору, помирившись с ФИО1 Никто из присутствующих ногами или иными предметами ФИО1 не бил. 30 июня 2018 года, находясь в опорном пункте, от участкового уполномоченного ФИО5 узнал, что ФИО1 в тяжелом состоянии был доставлен в больницу. ФИО5, предварительно зачитав объяснения ФИО4 и ФИО22, предложил написать объяснение. Растерявшись, он не знал, как изложить произошедшее событие, поскольку объяснения ФИО4 и ФИО22 о нанесении ФИО1 телесных повреждений, не соответствовали действительности, поэтому свое объяснение и явку с повинной он написал под диктовку участкового, не осознавая возможных последствий. 

Показания, данные на предварительном следствии, ФИО3 подтвердил на очной ставке с ФИО22 31.07.2018, в ходе которой указал, что ФИО22 нанес ФИО1 один удар кулаком по лицу и один удар металлическим совком по голове. Он нанес ФИО1 один удар кулаком по лицу (т.1 л.д. 60-61).

Из заключения ситуационной медико-криминалистической экспертизы № от 25.09.2018 следует, что образование телесных повреждений, обнаруженных у потерпевшего ФИО1 не исключено при условиях и обстоятельствах, указанных ФИО3 на предварительном следствии при допросе в качестве свидетеля от 10.07.2018 и в протоколе очной ставки с подозреваемым ФИО22 от 31.07.2018 (т.2 л.д. 12-19). 

При оценке показаний свидетеля ФИО3 суд принимает во внимание, что данный свидетель никак не заинтересован в оговоре ФИО22, конфликтов между ними до рассмотрения дела в суде не было, напротив, между ФИО3 и ФИО22 были дружеские отношения. Суд также учитывает, что показания ФИО3 в судебном заседании подтверждаются показаниями свидетеля ФИО4, являющейся очевидцем нанесения телесных повреждений подсудимым ФИО1 и согласуются с показаниями подсудимого, данными в ходе предварительного следствия, в связи, с чем суд признает их достоверными и берет за основу при принятии итогового решения по делу. 

Свидетель ФИО4 суду пояснила, что 27 июня 2018 года, примерно в 12 часов, пришла домой к ФИО12, проживающему по адресу: 

<

адрес>, сообщить, что ФИО11 разыскивают судебные приставы. ФИО12, находившийся в состоянии опьянения, стал выгонять ее со двора, угрожая расправой. В ходе ссоры ФИО12 забрал у нее два сотовых телефона. О случившемся она рассказала ФИО7, который был возмущен действиями ФИО9, согласившись сходить к нему и выяснить отношения. Находясь дома у ФИО9, она попыталась забрать принадлежащее ей имущество, но ФИО12 категорически отказался отдавать ей телефоны, а ФИО1, выгоняя ее из дома, ударил монтировкой в область живота. Впоследствии распивая спиртные напитки с ФИО3 и ФИО22, она попросила их помочь забрать у ФИО9, принадлежащие ей вещи. Примерно в 17 часов 27 июня 2018 года, находясь в состоянии опьянения она, ФИО3 и присоединившийся к их компании ФИО22 пошли к ФИО12 домой. Дверь им открыл ФИО1, пояснив, что ФИО9 дома нет. Она попросила его передать ФИО12, чтобы последний вернул ей телефоны. ФИО1, находившийся в состоянии алкогольного опьянения, стал им дерзить, выражаясь в ее адрес нецензурной речью. Заступившись за нее, ФИО22 ударил ФИО1 кулаком по голове, далее ФИО3 нанес, лежащему на полу ФИО1, удар кулаком в область носа. Потом ФИО22 вытащил ФИО1 во двор домовладения и нанес металлическим совком удар по левому виску. Удар совком ФИО22 наносил с силой сверху вниз его нижней плоской частью. От удара ФИО1 упал на землю. Больше потерпевшему ударов никто не наносил. Впоследствии они помирились, и, не имея, друг к другу претензий разошлись. На следующий день 28 июня 2018 года вместе с ФИО7, навестили ФИО1, который поговорил с ними через окно дома. Она обратила внимание, что на лице у него имелись синяки. Аналогичные показания ею были даны в ходе предварительного следствия.

Впоследствии, давая объяснения участковому уполномоченному ФИО5, она придерживалась позиции, избранной ФИО22, который в своих объяснениях подробно изложил обстоятельства нанесения им и ФИО3 телесных повреждений ФИО2 

Из заключения ситуационной медико-криминалистической экспертизы № от 25.09.2018 следует, что образование телесных повреждений, обнаруженных у потерпевшего ФИО1 не исключено при условиях и обстоятельствах, указанных ФИО4 на предварительном следствии (т.2 л.д. 12-19). 

Вместе с тем, из протокола очной ставки, проведенной 04.08.2018 между свидетелем ФИО4 и подозреваемым ФИО22, оглашенного в судебном заседании с согласия сторон, ФИО4 пояснила, что «… ФИО1 намахнулся на ФИО3, после чего ФИО3 несильно правой ногой пнул ФИО1 в голову, отчего ФИО1 упал или присел, так как был пьян. ФИО3 затем ударил кулаком в голову ФИО1 Потом ФИО22 где-то нашел металлический совок и ударил им один раз по голове примерно в область лица, ударял с замахом сверху вниз. После этого у ФИО1 пошла кровь, но от кого удара она не знает. ФИО1 упал на землю и больше его никто не бил…» (т.1 л.д. 120-126).

Возникшие противоречия в показаниях, данных ею в ходе судебного заседания и в ходе очной ставки с подозреваемым ФИО22 в части количества и локализации ударов, нанесенных ФИО22 и ФИО3 ФИО1 она объясняет тем, что в ходе очной ставки с ФИО22, с которым она длительное время поддерживала дружеские отношения, пытаясь смягчить его ответственность за содеянное и тем самым усугубить вину ФИО3, сообщила недостоверные сведения в части нанесения ФИО3 удара ФИО1 ногой по голове, умолчав об ударе, нанесенным ФИО22 потерпевшему кулаком по голове. Свои показания в этой части она в настоящее время не поддерживает, правдивые показания относительно причиненных ФИО1 телесных повреждений ею даны в судебном заседании. 

Вопреки утверждениям стороны защиты, показания свидетелей ФИО3 и ФИО4 - очевидцев преступления об обстоятельствах причинения ФИО1 тяжкого телесного повреждения, повлекшего смерть потерпевшего, проанализированные судом, не содержат существенных противоречий, согласуются с показаниями подсудимого, данными им в ходе предварительного следствия, в части, признанной судом достоверной и берутся судом за основу при принятии решения по делу.

Допрошенный в качестве свидетеля ФИО7 пояснил, что 27 июня 2018 года, примерно в 10 часов, находясь в домовладении 

<

адрес>, стал очевидцем нанесения ФИО1 ФИО4 удара монтировкой по телу. На следующий день 28 июня 2018 года ФИО4 рассказала ему, что ФИО22 избил ФИО1 и попросила навестить последнего. При разговоре с ФИО1, он обратил внимание на наличие синяков на его лице. 

Свидетель ФИО8 суду пояснила, что она работает фельдшером в подстанции № 13 г. Кузнецка Пензенской областной станции скорой медицинской помощи. 29 июня 2018 года, примерно в 11 часов, находясь на дежурстве с фельдшером ФИО9, получили вызов от диспетчера о пострадавшем, находящемся по адресу: 

<

адрес>. Со слов его жены ФИО1 избили три дня назад. Состояние больного было тяжелым, он лежал без сознания, на речь не реагировал, лицо было в гематомах. ФИО1 обработали раны, сделали обезболивающий укол, наложили воротник-шину на шею и транспортировали в приёмное отделение больницы.

Свидетель ФИО9 суду пояснила, что 29 июня 2018 года, получив вызов о госпитализации экстренного больного, выехали с фельдшером ФИО8 по указанному диспетчером адресу. Пострадавший ФИО1 лежал на диване без сознания, тяжело дышал, на речь не реагировал. На лице, в области глаз, у него были кровоподтеки, также кровоподтеки были на руках и ногах. Оказав первую медицинскую помощь, они госпитализировали ФИО1 в больницу.

Показания свидетелей ФИО8 и ФИО9 объективно подтверждаются картой вызова скорой медицинской помощи ФИО1 29 июня 2018 года по адресу: 

<

адрес> (том 2 л.д. 35).

Свидетель ФИО10 суду пояснила, что она работает медсестрой в Махалинской врачебной амбулатории ГБУЗ «Кузнецкая межрайонная больница». 30 июля 2018 года в амбулаторию поступил ФИО1 с диагнозом черепно-мозговая травма. Состояние больного было тяжелым, он не реагировал не внешние раздражители. По назначению врача она делала обезболивающие уколы, промывала катетер. Каких-либо телесных повреждений, кроме послеоперационного шва на голове, у ФИО23 не было. 2 августа 2018 года его состояние ухудшилось и он умер. 

Свидетель ФИО11 суду показала, что она являлась гражданской женой ФИО1, с которым проживала у общего знакомого ФИО9 по адресу: 

<

адрес>. 27 июня 2018 года, ФИО12 обратился за медицинской помощью в Махалинскую амбулаторию из-за пореза руки. Поскольку рана была глубокой, фельдшер посоветовала ФИО12 обратиться в ГБУЗ «Кузнецкая межрайонная больница», и они вместе поехали в больницу, а ФИО1 остался дома. Домой они вернулись примерно в 23 часа. Войдя в дом, она обратила внимание на беспорядок и пятна крови на полу. ФИО1 лежал на диване, его лицо было все в гематомах и запекшейся крови, также ссадины были на руках и ногах. На следующий день ФИО1 ей и ФИО12 рассказал, что вечером к нему приходили ФИО4, ФИО22 и ФИО21 Впоследствии оказалось, что третьим был ФИО3, которого ФИО1 не знал. Зайдя в дом, ФИО22 ударил его кулаком в нос и в грудь, а ФИО4 и ФИО3, вытащив его во двор, стали избивать его, лежащего на земле, руками и ногами. Затем ФИО4 стала наносить удары железным совком, лопатой, кочергой по голове и по телу. 29 июня 2018 года ФИО1 стало хуже, он перестал разговаривать и реагировать на речь, поэтому она вызвала скорую помощь. ФИО1 доставили в приемное отделение больницы. На стационарном лечении он находился до 30 июля 2018 года, а потом был выписан из больницы и доставлен в Махалинскую врачебную амбулаторию, где 02 августа 2018 года, не приходя в сознание, умер. 

В ходе судебного заседания были оглашены показания свидетеля ФИО11, данные ею в период предварительного следствия 10.07.2018 (т. 1 л.д. 33-34), 20.09.2018 (т. 1 л.д. 201-203), в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ, из которых следует, что «…ДД.ММ.ГГГГ примерно в 23 часа, вернувшись с ФИО9 домой, увидели лежащего на диване ФИО1, лицо которого было синее от гематом и в крови. ФИО1 что-то мычал и они решили, что он пьян. Утром следующего дня ФИО1 проснулся, курил, сидел за столом, жаловался на тошноту. Они его спрашивали о том, что с ним произошло, но он ничего не мог пояснить, ему было тяжело разговаривать. Весь день он лежал, курил, пил воду. В этот же день, утром, ФИО12 нашел во дворе у сарая металлический совок, который ранее стоял в доме у печки и сказал об этом ему. Совок был погнут. 29 июня 2018 года ФИО1 стало хуже, и они решили вызвать скорую медицинскую помощь. Кто мог причинить ФИО1 телесные повреждения, она не знает. В период, с того момента, как они с ФИО24 обнаружили избитого ФИО1, и до момента, когда они вызвали скорую медицинскую помощь, ФИО1 находился дома, в дом никто не приходил, при них ФИО1 не падал, и телесных повреждений ему никто не причинял. Уже позже от сотрудников полиции ей стало известно, что телесные повреждения были причинены ФИО1 жителями с. Махалино – ФИО22 и ФИО3 Почему они избили ФИО1, ей не известно».

Впоследствии в ходе дополнительного допроса ФИО11 уточнила, что «… 28 июня 2018 года ФИО1 пояснил ей, что его якобы избили ФИО22 и его друг ФИО3, которые приходили вместе с ФИО4. Кто из них конкретно и куда наносил удары, ФИО1 не пояснил. Чем наносили удары, он также не пояснил…».

Возникшие противоречия в показаниях, данных в ходе предварительного следствия и в судебном заседании ФИО11 объясняет желанием рассказать правду о событиях происшедшего. 

Свидетель ФИО12 суду пояснил, что в его доме, расположенном по адресу: 

<

адрес> проживали ФИО1 и ФИО11 27 июня 2018 года он вместе с ФИО11 поехал в ГБУЗ «Кузнецкая межрайонная больница» для оказания медицинской помощи, поскольку он порезал руку, ФИО1 остался дома. Вернувшись поздно вечером, увидел на полу в доме пятна крови, на диване лежал ФИО1 весь избитый и в крови. В этот же вечер он им рассказал, что к нему приходили ФИО4, ФИО22 и ФИО21, Впоследствии оказалось, что третьим был ФИО3, которого ФИО1 лично не знал. Первым нанес удар ФИО22 кулаком по лицу, от удара он упал на пол, а ФИО4, взяв железный совок, нанесла ему удар в левую затылочную часть, а затем они втроем начали наносить удары руками и ногами, кто и куда конкретно наносил удары, он не помнил. На следующее утро он нашел во дворе погнутый совок, который использовал для уборки золы из печки. 29 июня 2018 года ФИО1, в связи с ухудшением состояния здоровья, госпитализировали в больницу. 02 августа 2018 года он умер.

Изменение показаний в судебном заседании объясняет тем, что в ходе допроса у следователя он не акцентировал внимание на подробностях избиения ФИО1, поскольку на тот момент не считал это важным. 

Допрошенная в качестве свидетеля, по обстоятельствам допроса ФИО11 и ФИО9, старший следователь СО ОМВД России по Кузнецкому району ФИО6 суду пояснила, что 10 июля 2018 года в ходе проведения предварительного следствия, ею были допрошены в качестве свидетелей ФИО11 и ФИО12, которые дали идентичные друг другу показания по факту избиения ФИО1 Отвечая на ее вопрос, кто конкретно нанес ФИО1 телесные повреждения, поясняли, что не знают, поскольку ФИО1 им об этом не рассказал из-за плохого самочувствия. Допросы свидетелей проводились в спокойной обстановке, в соответствии с нормами УПК РФ и в их ходе противозаконного давления на ФИО11 и ФИО9 не оказывалось.

Следователь Кузнецкого МСО ФИО13, допрошенный в качестве свидетеля, пояснил, что 20 сентября 2018 года в ходе дополнительного допроса ФИО11 по факту причинения телесных повреждений ФИО1 уточнила, что ФИО1 избили ФИО22 и ФИО3, но кто конкретно наносил ему удары, чем и каким образом наносились эти удары, не знает, поскольку ФИО1 об этом не рассказывал. Перед началом допроса свидетелю были разъяснены права и обязанности, предусмотренные ст. 56 УПК РФ, а также свидетель был предупрежден об уголовной ответственности по ст. ст. 307, 308 УК РФ, о чем в протоколе имеется соответствующая подпись. Перед началом, в ходе либо по окончании допроса от ФИО11 каких-либо замечаний и заявлений не поступало, о чем также в протоколе имеются подписи допрашиваемого лица. 

Оценивая показания свидетелей ФИО11 и ФИО9, данных в судебном заседании, суд относится к ним критически, поскольку они опровергаются показаниями допрошенных в суде потерпевшего и свидетелей ФИО3 и ФИО4, и по убеждению суда даны исключительно с тем, чтобы поддержать версию ФИО22 о причастности ФИО4 к совершенному преступлению и помочь ему избежать уголовной ответственности за содеянное. 

При невозможности свидетелей ФИО11 и ФИО9 убедительно объяснить причину изменения ими показаний, суд признает допустимыми и достоверными доказательствами их показания, полученные с соблюдением норм уголовно-процессуального закона в ходе предварительного расследования.

В ходе судебного заседания было установлено, что при допросе свидетелей ФИО11 и ФИО9 следователями были им разъяснены права, они были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, также им была разъяснена ст. 51 Конституции РФ, и разъяснялось, что их показания могут быть использованы в качестве доказательств по делу, даже в случае последующего отказа от данных показаний. После допросов ФИО11 и ФИО12 были ознакомлены с протоколами путем личного прочтения, правильность изложения их показаний удостоверили своими подписями, замечаний к протоколам допросов у них не имелось. 

Кроме изложенных доказательств, фактические обстоятельства преступления и виновность подсудимого в его совершении нашли свое объективное подтверждение в протоколах следственных действий, заключениях экспертов и иных документах.

Рапортом оперативного дежурного ОМВД России по Кузнецкому району ФИО10 от 29.06.2018, согласно которому медсестра ГБУЗ «Кузнецкая Межрайонная районная больница» сообщила, что в приемное отделение поступил ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения 

<

данные изъяты> (том 1 л.д. 6).

Рапортом УУП ОМВД России по Кузнецкому району ФИО11 от 02.08.2018, согласно которому 2 августа 2018 года в Махалинской врачебной амбулатории ГБУЗ «Кузнецкая Межрайонная районная больница» умер ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (т.1 л.д. 82).

Протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому было осмотрено помещение Махалинской врачебной амбулатории по адресу: 

<

адрес>, в котором в палате № на кровати обнаружен труп ФИО1 с повязкой на голове (том 1 л.д. 83-84).

В ходе проведенного 29 июня 2018 года осмотра места происшествия зафиксирована обстановка в домовладении № 

<

адрес> 

<

адрес>. В ходе осмотра в комнате на диване обнаружено пятно вещества бурого цвета, в кухне на полу обнаружен и изъят совок с деформированной рукояткой с потеками вещества бурого цвета, похожего на кровь (том 1 л.д. 9-12).

При осмотре металлического совка установлено, что на рабочей части совка, на задней поверхности имеются прерывистые пятна серовато-коричневого цвета, с нечеткими контурами (т.2 л.д. 21-22).

При осмотре трупа ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения в морге «Кузнецкая Межрайонная районная больница» были обнаружены повреждения на 

<

данные изъяты>. Иных повреждений при визуальном осмотре трупа не обнаружено (том 1 л.д. 93-96).

Заключением эксперта № от 19.09.2018 установлено, что при исследовании трупа у ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения обнаружена травма головы: кровоизлияние в вещество височно-теменной области левого полушария головного мозга и кровоизлияние (кровоподтек) в лобной области слева. Эта травма причинена при жизни в результате не менее одного ударного воздействия тупого твердого предмета, имеющего значительную массу, в левую лобную область головы, по признаку опасности для жизни квалифицируется как тяжкий вред здоровью, согласно п. 6.1.3 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» (Приказ № 194н от 24.04.2008 года), состоит в причинной связи с наступлением смерти. Принимая во внимание цвет кровоподтеков на коже, описанный в медицинской карте (синюшного цвета с наличием отека) травма головы причинена в пределах 1-4 суток до момента поступления в больницу. А учитывая состояние внутримозгового кровоизлияния при исследовании трупа (стадия резорбции и организации) - давность травмы в пределах не менее 3-х недель и не более 1,5 месяцев до наступления смерти. В комплексе травмы головы отсутствуют повреждения в веществе головного мозга в зоне противоудара, что не характерно для причинения в результате падения. Расположение места причинения травмы головы (лобная область слева) доступна для собственной руки.

Кроме того, на момент поступления в больницу у ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, имелся перелом костей носа с кровоподтеком на лице, который причинен при жизни в результате не менее одного ударного воздействия тупого твердого предмета в область носа. Перелом костей носа квалифицируется как легкий вред здоровью, согласно п. 8.1 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» (Приказ №н от 24.04.2008 года), так как подобные повреждения обычно влекут расстройство здоровья на срок не более 21 дня. В прямой причинной связи с наступлением смерти не состоит. Принимая во внимание цвет кровоподтеков на коже, описанный в медицинской карте (синюшного цвета с наличием отека) перелом костей носа причинен в пределах 1-4 суток до момента поступления в больницу. Перелом костей носа не характерен для причинения в результате падения. Перелом костей носа расположен в области, доступной для собственной руки.

Во время причинения травмы головы с кровоизлиянием в вещество височно-теменной области левого полушария головного мозга и кровоизлиянием (кровоподтеком) в лобной области слева ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения был обращен лобной областью слева к травмирующему тупому твердому предмету.

Во время причинения ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения перелома костей носа, был обращен областью носа к травмирующему тупому твердому предмету.

Смерть ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, наступила от отека-набухания головного мозга в результате причиненной ему травмы головы с кровоизлиянием в вещество височно-теменной области левого полушария головного мозга и кровоизлиянием (кровоподтеком) в лобной области слева. Смерть ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, по данным медицинской карты, наступила 02.08.2018 г. в 11:30 ч.

После причинения ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, травмы головы с кровоизлиянием в вещество височно-теменной области левого полушария головного мозга и кровоизлиянием (кровоподтеком) в лобной области слева и перелома костей носа из носовых ходов могло быть кровотечение, которое могло быть как умеренным, так и обильным.

После причинения ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, травмы головы с кровоизлиянием в вещество височно-теменной области левого полушария головного мозга и кровоизлиянием (кровоподтеком) в лобной области слева не исключена была возможность совершения каких-либо действий в течение промежутка времени, зависящем от индивидуальных особенностей организма, учесть которые не представляется возможным.

В медицинской карте имеется запись о взятии крови у ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, для исследования на наличие этилового алкоголя. Результат исследования в медицинской карте отсутствует (том 1 л.д. 217-223).

Разъясняя данное им заключение эксперт ФИО14 пояснил, что при производстве экспертизы по трупу ФИО1 им была изучена копия медицинской карты стационарного больного № ГБУЗ « Кузнецкая МРБ», в истории болезни описания наружных повреждений у ФИО1 не имелось, только «мозговой и лицевой отделы головы сплошь синюшного цвета, отёчны, параорбитальные гематомы с двух сторон, на КТ головного мозга утолщение мягких тканей в левой лобной, правой скуловой областях, справа в области нижней челюсти до 10мм». На момент исследования трупа ФИО1 больше месяца находился на стационарном лечении, всё время пребывал в коме, поэтому на коже головы не было никаких наружных повреждений – ни кровоподтёков, ни осаднений, ни ран, ничего, кроме послеоперационного рубца, намазанного зелёнкой, на теле трупа также не имелось никаких наружных телесных повреждений, поскольку к моменту обследования наружные телесные повреждения уже «зажили» (рассосались). При вскрытии трупа каких-либо изменений мягких тканей - «утолщений» в левой лобной, правой скуловой областях, справа в области нижней челюсти до 10мм он не увидел, поскольку к тому времени их уже не было. В своих выводах им были упомянуты данные КТ-головного мозга от 29.06.18г: «утолщения мягких тканей в лобной области …до 10мм» - как «кровоподтёк» в лобной области, как часть травмы головы; остальные данные КТ-головного мозга от 29.06.18г: «утолщения мягких тканей правой скуловой областях, справа в области нижней челюсти до 10мм», он не упомянул, так как не было их конкретных описаний, и дать им судебно-медицинскую оценку не представлялось возможным.

Общее количество травматических (ударных) воздействий у ФИО1 по объективным судебно-медицинским данным - неоднократное - более двух раз, а именно: в левую половину головы – нанесено не менее одного удара, не исключено, что металлическим совком, в результате чего образовалась травма головы: кровоизлияние в вещество височно-теменной области левого полушария головного мозга и кровоизлияние (кровоподтёк) в лобной области слева; в область носа - нанесено не менее одного удара, не исключено, что кулаком, в результате чего образовались перелом костей носа и «параорбитальные гематомы с двух сторон». 

Согласно подлинной истории болезни из ГБУЗ «Кузнецкая МРБ» при первичном осмотре врача-травматолога 29.06.2018 у ФИО1 обнаружены телесные повреждения: «гематомы и ссадины по передней и задней поверхности грудной клетки... . Status localis: … Гематомы мягких тканей лица. Диагноз: ЗЧМТ. Ушиб головного мозга. Сдавление головного мозга. Внутримозговая гематома. Ссадины лица, туловища, верхних и нижних конечностей». Дать судебно-медицинскую оценку вышеуказанным повреждениям, а именно определить характер, механизм, давность их образования, количество и от какого орудия травмы они образовались, а также их степень тяжести, не представляется возможным, поскольку в подлиннике медицинской карты № отсутствует описание морфологических свойств указанных повреждений (точная локализация, размеры, форма, свойства, цвет). Всё, что можно сказать, это то, что терминами «гематомы», «ссадины» - обозначают телесные повреждения, которые образовались от воздействий тупых твёрдых предметов, к числу которых, в общем и целом, относятся и кулак, и нога, и металлический совок; высказаться о конкретном орудии травмы по имеющимся данным не представляется возможным из-за отсутствия конкретного описания телесных повреждений. Судебно-медицинская оценка повреждений, у которых не имеется описания, невозможна. 

Согласно заключению экспертизы травма причинена ФИО1 при жизни в результате не менее одного ударного воздействия тупого предмета, имеющего значительную массу. К выводу о том, что орудие травмы - тупой твёрдый предмет - имел «значительную массу», он пришёл, исходя из обширности повреждений в области головы – это вся левая половина головы -левое полушарие (левая лобно-височно-теменно-затылочная области) и тяжести состояния больного (кома). Указывая в выводах экспертизы термин « значительная масса» он не имел ввиду конкретный предмет, а просто «тупой твердый предмет». Термин «со значительной массой» также обозначает «со значительной силой или энергией воздействия». Разницы в указанных терминах нет. Масса предмета в движении (на «скорости») увеличивается (увеличивается сила и энергия воздействия), поэтому изначально немассивный предмет при ударе (с ускорением) может травмировать, как «массивный» по обширности и тяжести причинённых повреждений. В данном случае «тупой твёрдый предмет со значительной массой» - это тоже самое, что «тупой твёрдый предмет, действующий с ускорением». Не исключает, что травма головы у ФИО1 могла образоваться от ударного воздействия металлическим совком для золы, весом 500 граммов, имеющего лёгкую, но габаритную «лопатку» и длинную (около метра) ручку. Удар совком с длинной ручкой с ускорением по голове действует, как удар «со значительной энергией» воздействия. В части орудия травмы точно можно сказать, что травма головы у ФИО1 образовалась от воздействия тупого твёрдого предмета. Механизм образования травмы - удар (или удар с ускорением); количество воздействий - не менее одного (что обозначает – одно и более). Более точно определить механизм образования травмы по имеющимся данным не представляется возможным. Также невозможно с точностью определить характеристики орудия травмы, так как в истории болезни не имеется описания повреждений.

Из заключения экспертизы вещественных доказательств № от 21.02.2019 следует, что исходя из данных заключения эксперта № от 19.09.2018, подлинника медицинской карты № (а именно, данных КТ-головного мозга от 29.06.18г) на момент поступления пациента на стационарное лечение в левой теменно-височно-затылочной области гиперденсивная зона с чёткими неровными контурами 62х40х42мм (объём-50мл)... Утолщение мягких тканей в левой лобной, правой скуловой областях, справа в области нижней челюсти до 10 мм», механизм образования закрытой травмы головы у ФИО1 представляется следующим образом:

Травма головы: кровоизлияние в вещество височно-теменной области левого полушария головного мозга и кровоизлияние (кровоподтёк) в лобной области слева - образовалась от не менее одного ударного воздействия тупым твёрдым предметом (предметами), следообразующие и индивидуальные особенности которого в свойствах указанной травмы головы не отобразились - из-за отсутствия описания повреждений в истории болезни, а также из-за длительности лечения до наступления смерти (ФИО1 находился на лечении более месяца);

Ориентировочное место приложения силы - область головы слева: левая лобно-височно-теменная область (согласно локализации «утолщения мягких тканей) - в лобной области и кровоизлияний в вещество височно-теменной области левого полушария);

Ориентировочное количество травматических воздействий - не менее одного (что обозначает «одно и более») - более точно установить количество воздействий не представляется возможным, так как не имеется сравнительного образца в виде описания истинных повреждений (из-за отсутствия описания повреждений в истории болезни, а также из-за длительности лечения потерпевшего до наступления смерти: при исследовании трупа наружных телесных повреждений не обнаружено (кроме послеоперационного рубца в области головы слева) и указано, что «состояние внутримозгового кровоизлияния - в стадии резорбции и организации»).

В части определения ориентировочных характеристик орудия травмы можно предположить, что в морфологических свойствах травмы головы отобразилась не «значительная масса» орудия травмы, какуказано в заключении эксперта № от 19.09.2018, а скорее, «значительная энергия удара» - удар с ускорением, о чём свидетельствуют:

- отсутствие переломов костей черепа (и отсутствие деформации головы) в проекции повреждений головного мозга;

- большой объём кровоизлияний в головном мозге (их обширность) - при отсутствии переломов черепа и ушибленных ран - позволяет предположить, что контактировавшая поверхность орудия травмы могла быть, например, не массивной, но «преобладающей» (то есть, границы орудия травмы выходили за пределы травмированного участка головы), либо обширность повреждений в области головы может быть обусловлена неоднократностью ударных воздействий.

Определить конкретное орудие травмы и его точные характеристики в данном случае - не представляется возможным, так как не имеется сравнительного образца (из-за отсутствия описания повреждений в истории болезни, а также из-за длительности лечения потерпевшего до наступления смерти); однако, металлический совок (с учётом того, что при первоначальном виде он не был согнутым) нельзя исключить из числа орудий травмы по совокупности следующих причин:

- при механизме образования - удар с ускорением металлическим совком по голове (удар с замахом) такой способ удара указан ФИО22 в протоколе допроса подозреваемого от 05.07.2018г: «Держа совок обеими руками за ручку, он нанёс с размаху самим совком один удар ФИО1 по голове. В момент нанесения удара совком, ФИО1 сидел на земле во дворе домовладения» - при указанном способе «удара с замахом» - из-за наличия длинной и жёсткой ручки - «плеча удара» довольно лёгкая «лопатка» совка действует «со значительной энергией удара»; а также габаритные размеры «лопатки» (её преобладающая поверхность соударения по отношению к травмируемому участку головы) позволяют одномоментно контактировать со всей верхне-левой половиной головы (лобной слева, левой теменной, левой височной областями - с той областью головы, где расположены истинные кровоизлияния в головном мозге у ФИО1). При указанном механизме удара ушибленные раны в области головы могут и не образоваться (не исключено образование по месту удара кровоподтёка, ссадины) то есть, устанавливается сходство по общегрупповым свойствам при механизме: удар с ускорением; наличие следов крови потерпевшего на металлическом совке; наличие трёх деформаций на металлическом совке: «вмятина» на «лопатке» и два изгиба ручки (в месте соединения ручки с «лопаткой» и в средней части ручки); данные деформации на металлическом совке образовались от не менее трёх воздействий- ударов или сгибаний;

- полукруглая «вмятина» на плоскости «лопатки» совка, расположенная на фоне следов крови (при направлении деформации изгиба снаружи-кнутри) соответствует характерной закругленности головы среднестатистического человека по форме и размерам, что свидетельствует о том, что в область головы потерпевшего удар «лопаткой» совка мог быть нанесён её наружной поверхностью (той стороной, на которой расположены лейкопластырные наклейки и кровь);

- наличие и характер двух изгибов на ручке позволяют предположить, что удары металлическим совком могли быть причинены: самой ручкой, и той стороной «лопатки», где расположены загнутые вверх боковые стенки - тонкие рёбра (согласно изгибу ручки в месте соединения ручки с «лопаткой»);

- от ударов по голове ручкой или от ударов той стороной «лопатки», где расположены загнутые вверх боковые стенки (тонкие рёбра) на коже (на лобной области, на волосистой части головы) в зависимости от силы удара могут образоваться линейные кровоподтёки и линейные ссадины. Вместе с тем в подлиннике мед.карты не имеется конкретных данных о повреждениях в области головы, поэтому определить, могли ли быть причинены телесные повреждения в виде травмы головы у ФИО1 в результате ударов ручкой или рёбрами боковых стенок совка по имеющимся данным не представляется возможным. Определить при каких именно условиях и обстоятельствах образовались изгибы ручке и при нанесении каких именно телесных повреждений у ФИО1 (в области головы, лица, тела, конечностей) - по имеющимся данным не представляется возможным. Определить в какой последовательности образовались деформации на металлическом совке, по имеющимся данным не представляется возможным.

Таким образом, совокупность признаков: сходства по общегрупповым свойствам при механизме - удар с ускорением (с замахом), наличие крови и деформаций, обнаружение совка во дворе, а не в доме ? позволяет предположить, что предоставленный металлический совок мог быть использован при нанесении телесных повреждений потерпевшему.

Разъясняя данное ей заключение эксперт ФИО15 пояснила, что в контексте механизма образования повреждений противоречий между терминами «массивный» предмет и «удар с ускорением» не имеется, поскольку масса предмета в движении (на «скорости») увеличивается, то есть, увеличивается величина силы и энергии воздействия, поэтому изначально немассивный предмет при ударе (действуя с ускорением) может травмировать, как «массивный» по обширности и тяжести причинённых повреждений. Определить конкретное орудие травмы и его точные характеристики не представляется возможным в принципе из-за отсутствия описания повреждений в истории болезни – отсутствия сравнительного образца, а также из-за длительности лечения потерпевшего до наступления смерти (более месяца).

Обнаруженная у ФИО1 травма головы: кровоизлияние в вещество височно-теменной области левого полушария головного мозга и кровоизлияние (кровоподтёк) в лобной области слева, согласно данным заключения эксперта № от 19.09.2018, образовалась от не менее одного ударного воздействия тупым твёрдым предметом, более точно высказаться о характеристиках орудия травмы, о количестве воздействий – не представляется возможным из-за отсутствия сравнительного образца и могла образоваться в результате не менее одного ударного (что обозначает от одного и более) воздействия металлическим совком с ускорением (с замахом) - при условии, что его первоначальный вид не был деформирован (ручка и «лопатка» не искривлены), а также от не менее одного ударного воздействия ногами (от таких ударов ногами, от которых не образуются раны - по силе удара), равно, как от иного предмета с подобной характеристикой. Но исходя из аргументации, изложенной в экспертизе предпочтителен именно металлический совок нежели «нога», об этом свидетельствует наличие крови потерпевшего на совке (явный контакт), наличие трёх деформаций совка, в том числе наличие характерной выпуклости «лопатки»; конструкционные особенности совка – лопатка на длинной ручке - преобладающая поверхность лопатки при ударе, охватывающая всю левую половину головы, и наличие длинной ручки - «плеча удара» - всё это обеспечило удар с ускорением – удар со значительной энергией, и поэтому на голове нет ушибленных ран, а имеются обширные поверхностные повреждения на коже и обширные повреждения в головном мозге. При таких обширных повреждениях головного мозга - от ударов ногой в обуви обычно образуются ушибленные раны, поэтому как орудие травмы металлический совок более предпочтителен.

При первичном осмотре врача-травматолога от 29.06.2018 у ФИО1 обнаружены дополнительные телесные повреждения, которые обозначены, как «гематомы» и «ссадины», но определить механизм образования можно только у тех повреждений, которые описаны в заключении № от 19.09.2018. В обычной практике дать судебно-медицинскую оценку повреждениям, у которых нет описания не представляется возможным, то есть определить давность образования, количество, степень тяжести, а также определить от какого конкретно орудия травмы они образовались.

Общее количество воздействий у ФИО1 по объективным судебно-медицинским данным неоднократное, более двух ударных воздействий, а именно: в левую половину головы – нанесено не менее одного удара, не исключено, что металлическим совком, в результате чего образовалась травма головы»; в область носа - нанесено не менее одного удара, не исключено, что кулаком, в результате чего образовались перелом костей носа и «параорбитальные гематомы с двух сторон». По повреждениям, которые отсутствуют в заключении № от 19.09.2018, можно пояснить, что ФИО1 был ориентирован областью лица справа и слева, областью грудной клетки спереди и сзади, верхними и нижними конечностями - к орудию травмы (к тупому твёрдому предмету(предметам)). 

Показания ФИО22, данные им в ходе предварительного следствия, которые суд принимает за основу при вынесении итогового решения, а также показания свидетелей - очевидцев преступления ФИО3 и ФИО4 относительно локализации, механизма причинения потерпевшему травмирующего воздействия в область головы, а также орудия преступления согласуются с вышеуказанными заключениями экспертов. 

Доводы защиты о наличии противоречий в заключениях экспертов № от 19.09.2018 и №к от 21.02.2019 суд считает не состоятельными, поскольку доказательств, которые бы ставили под сомнение правильность или обоснованность выводов экспертиз, а также о наличии в заключениях неустранимых противоречий, не имеется. В заключениях экспертов содержатся сведения об исследованных объектах и материалах, примененных методиках, выводы по всем поставленным вопросам. Заключения являются мотивированными и полными, не вызывают новых вопросов и сомнений в их обоснованности, не содержат неясностей и противоречий, соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ, даны экспертами, имеющими соответствующее образование, стаж работы и специальные познания, вследствие чего суд признает их допустимыми доказательствами и берет их за основу при принятии итогового решения по делу. Кроме того, в ходе судебного заседания были допрошены эксперты ФИО14 и ФИО15, которые подтвердили выводы заключений экспертиз и их обоснование. 

Утверждение адвоката Пронина М.А. о невозможности использования металлического совка в качестве орудия травмы является несостоятельным и опровергается показаниями допрошенного эксперта ФИО15, пояснившей, что в данной ситуации в качестве орудия травмы предпочтителен именно металлический совок, о чем свидетельствуют: наличие крови потерпевшего на совке, наличие трёх деформаций совка, в том числе характерная выпуклость на «лопатке», а также конструкционные особенности совка (преобладающая поверхность лопатки при ударе, охватывающая всю левую половину головы, наличие длинной ручки - «плеча удара», обеспечило удар с ускорением, со значительной энергией) и наличие обширных поверхностных повреждений на коже и обширных повреждений в головном мозге. 

Доводы защиты о ненадлежащим лечении ФИО1, как фактора повлиявшего на наступление его смерти, являются голословными и опровергнуты проведенной дополнительной комплексной судебно-медицинской экспертизой № от 06.03.2019.

Так, из заключения следует, что исходя из медицинских данных, диагноз основного заболевания и его осложнений установлен ФИО1 правильно и своевременно. Лечение, проводимое ФИО1 в условиях ГБУЗ «Кузнецкая межрайонная больница» соответствовало установленному диагнозу, не было противопоказано и не явилось причиной ухудшения состояния его здоровья либо смерти. Медицинская помощь (включающая в себя обследование) ФИО1 в условиях ГБУЗ «Кузнецкая межрайонная больница» оказана в достаточном объеме, с учетом тяжести течения заболевания, необходимости в операционном вмешательстве, результатов лабораторных и инструментальных методов обследования. Пострадавшие с диагнозом черепно-мозговая травма должны быть госпитализированы в отделение нейрохирургии или нейрореанимации многопрофильного стационара скорой медицинской помощи. 

Основным в исходе травмы (тяжёлый, очаговый, геморрагический ушиб головного мозга с очагом ушиба 4 типа в левой височной доле) у ФИО1 явились характер и тяжесть травмы, потребовавшей операционного вмешательства на головном мозге в объеме декомпрессивной краниоэктомии в левой теменно-височной области, пункции очага ушиба, дренировании субдурального пространства резиновым выпускником.

Согласно медицинской карте стационарного больного № ГБУЗ «Кузнецкая межрайонная больница» 30.07.2018г. состояние ФИО1 расценено как «относительно удовлетворительное», жалоб не предъявляет — тотальная афазия. С учетом тяжести и характера черепно-мозговой травмы, выраженном неврологическом дефиците, каких-либо нарушений при оказании в медицинской помощи в условиях Махaлинской врачебной амбулатории ГБУЗ «Кузнецкая межрайонная больница», состоящих в причинно-следственной связи со смертью ФИО1 не усматривается.

В период с 29.06.2018г. по 20.08.2018г. ФИО1 проводились все необходимые мероприятия, направленные на стабилизацию состояния и предотвращения летального исхода, с учетом тяжести и характера черепно-мозговой травмы, выраженном неврологическом дефиците предотвратить смерть пациента не представилось возможным.

В ходе проведенных следственных действий, о чем свидетельствуют протоколы получения образцов для сравнительного исследования, у ФИО22 изъяты отпечатки пальцев, образцы крови, у ФИО1 получены образцы крови (т.1 л.д. 56-57, л.д. 149-151,152-154).

Изъятые в ходе проведенных следственных действий биологические образцы были представлены для проведения дальнейших экспертных исследований.

Заключением эксперта № от 22.08.2018 установлено, что кровь потерпевшего ФИО1 относится к группе О??. Кровь обвиняемого ФИО22 относится к группе В?. На металлическом совке, изъятом в ходе осмотра места происшествия 29 июня 2018 года в домовладении 

<

адрес>, обнаружена кровь человека группы О??, что не исключает ее происхождение от потерпевшего ФИО1 и исключает происхождение от обвиняемого ФИО22 (том 2 л.д. 4-7).

В ходе проведенного 25 сентября 2018 года осмотра предметов были осмотрены и на основании постановления следователя признаны в качестве вещественных доказательств марлевые тампоны, пропитанные веществом бурого цвета, деформированный совок из металла (т.2 л.д. 21-22, 23).

При изложенных обстоятельствах, анализируя показания подсудимого, а также другие собранные по делу и исследованные доказательства, в том числе показания свидетелей, а также протоколы следственных действий, суд приходит к выводу о том, что они устанавливают событие преступления и виновность подсудимого в его совершении, в связи, с чем совокупностью исследованных доказательств вина ФИО22 в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего, установлена.

Оценивая приведенные показания свидетелей ФИО3, ФИО4 в совокупности с другими доказательствами по делу, суд приходит к выводу, что они по основным моментам содеянного подсудимым являются последовательными, явных противоречий, ставящих под сомнение их достоверность, не содержат, подтверждаются другими доказательствами и соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Кроме того, у суда отсутствуют объективные данные, которые давали бы основание считать, что свидетели оговаривают подсудимого. Достоверность их показаний подтверждается объективными данными, содержащимися в протоколах следственных действий и заключениях экспертов. 

Допрошенная по ходатайству стороны защиты свидетель ФИО16 пояснила, что примерно в середине августа 2018 года, находясь на автомойке 

<

адрес>, была свидетелем разговора между ФИО4, ФИО19 и ФИО18 ФИО4 попросила рассказать ФИО19 об обстоятельствах избиения ФИО1 ФИО19 пояснила, что все телесные повреждения ФИО1 нанес ФИО3, ФИО22 в драке не участвовал. 

Суд не принимает во внимание показания свидетеля ФИО16, поскольку про обстоятельства, имеющие правовое значение по делу, свидетель знает исключительно со слов третьих лиц, непосредственным участником событий она не являлась.

Допрошенный по ходатайству стороны защиты свидетель ФИО17 в судебном заседании пояснил, что примерно в конце июня 2018 года, возвращаясь с работы, увидел идущих ему навстречу ФИО3, ФИО4 и ФИО22 Поздоровавшись с мужчинами за руки, обратил внимание, что на руках ФИО3 были потеки крови.

Давая оценку показаниям ФИО17, суд считает, что содержащиеся в них сведения в части подтверждают показания свидетеля ФИО3, не исключающего, что от его удара кулаком в область носа у ФИО1 могла образоваться кровь.

В соответствии с заключением проведенной по делу амбулаторной первичной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы № от 21.08.2018, подэкспертный ФИО22 на момент инкриминируемого ему деяния, при проведении следственных действий не обнаруживал и не обнаруживает в настоящее время признаков хронического психического расстройства, временного психического расстройства, слабоумия либо иного болезненного состояния психики, лишавших и лишающих его способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий либо руководить ими. ФИО22 по своему психическому состоянию может правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела и давать о них показания, как равно он по своему психическому состоянию может самостоятельно осуществлять свое право на защиту. В применении принудительных мер медицинского характера ФИО22 не нуждается. Психологический анализ материалов уголовного дела, ретроспективное исследование эмоциональных и поведенческих реакций ФИО22 в момент совершения противоправных действий, не выявляют признаков, указывающих на развитие у ФИО22 в исследуемом эпизоде особого эмоционального состояния аффекта, которое могло бы оказать существенное (ограничивающее) влияние на поведение подэкспертного в момент совершения правонарушения, а также на его сознание и деятельность (т. 1 л.д. 243-245).

Суд, соглашаясь с заключением экспертизы, признает подсудимого вменяемым, поскольку выводы экспертов обоснованы, даны на основе конкретных исследований, с учетом полных данных о ФИО22, убедительно мотивированы, в связи, с чем у суда не имеется оснований сомневаться во вменяемости подсудимого, а также отсутствии у ФИО22 в момент совершения преступления особо эмоционального состояния аффекта.

Все вышеперечисленные доказательства получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, согласуются между собой и взаимно дополняют друг друга, являются относимыми, допустимыми и достоверными, в связи с чем учитываются судом в качестве доказательств вины подсудимого и берутся за основу в приговоре.

Данные действия подсудимого суд, с учетом мнения государственного обвинителя, квалифицирует по ч. 4 ст. 111 УК РФ, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

Квалифицируя действия ФИО22 в отношении ФИО1 по ч.4 ст.111 УК РФ, суд исходит из того, что подсудимый умышленно со значительной силой, нанося ФИО1 удар металлическим совком в область головы, осознавал общественную опасность своих действий и желал причинения тяжкого вреда его здоровью, и хотя не предвидел возможности наступления смерти потерпевшего, должен был и мог её предвидеть, в связи, с чем применительно к последствиям в виде смерти ФИО1 в действиях ФИО22 усматривается неосторожная форма вины.

Об умысле подсудимого на причинение тяжкого вреда здоровью ФИО1 и неосторожности по отношению к его смерти, свидетельствуют нанесение с силой удара металлическим совком в область головы, локализация имеющегося у потерпевшего телесного повреждения в левой лобной области головы, повлекшего тяжкий вред его здоровью, то есть в месте расположения жизненно важных органов человека, а также сам характер действий ФИО22, который, причинив ФИО1 травму головы кровоизлияние в вещество височно-теменной области левого полушария головного мозга и кровоизлияние (кровоподтек), в лобной области слева, повлекшую отек-набухание головного мозга, должен был и мог предвидеть возможность наступления последствий в виде смерти потерпевшего.

Тяжесть причиненного ФИО1 вреда здоровью установлена заключением судебно-медицинской экспертизы по исследованию его трупа, оснований сомневаться в достоверности которого у суда не имеется.

Действия подсудимого, повлекшие причинение тяжкого вреда здоровью ФИО1 и наступление последствий в виде его смерти состоят в прямой причинной связи.

Факт применения ФИО22 при причинении тяжкого вреда здоровью, повлекшего по неосторожности смерть ФИО1 предмета, используемого в качестве оружия, нашел свое полное подтверждение, в том числе показаниями подсудимого ФИО22, данными на предварительном следствии о нанесении телесного повреждения ФИО1 металлическим совком, которые согласуются с показаниями свидетелей ФИО3, ФИО4, а также подтверждается заключением судебной экспертизы вещественных доказательств №к от 21.02.2019 о примененном при этом орудии.

Поскольку использованный ФИО22 металлической совок обладал существенными поражающими свойствами для жизни и здоровья человека и был применен для причинения потерпевшему телесного повреждения, в действиях подсудимого содержится квалифицирующий признак применение предмета, используемого в качестве оружия.

Мотивом преступления явилась сформировавшаяся у ФИО22 личная неприязнь к потерпевшему, обусловленная возникшим между ними конфликтом.

В судебном заседании установлено, что ФИО1 непосредственно перед получением телесных повреждений от подсудимого никаких активных действий по нападению на него не предпринимал, реальной угрозы для его жизни и здоровья не представлял, в связи с чем суд считает, что в действиях подсудимого отсутствовали состояние, как необходимой обороны, так и превышения её пределов.

Доводы подсудимого и стороны защиты относительно непричастности ФИО22 к совершенному преступлению суд считает несостоятельными, поскольку его вина в содеянном доказана как показаниями самого ФИО22 в период предварительного следствия, так и согласующимися с ними показаниями свидетелей - очевидцев преступления ФИО3, ФИО4, заключениями судебных экспертиз и протоколами следственных действий.

Таким образом, в судебном заседании вышеуказанными допустимыми доказательствами установлено, что именно от действий ФИО22 у погибшего ФИО1 образовалось телесное повреждение, повлекшее тяжкий вред здоровью и по неосторожности – его смерть. 

Убедительных данных, свидетельствующих о возможной причастности к совершению данного преступления иного лица в материалах уголовного дела не содержится.

Рассматривая доводы стороны защиты о том, что предварительное следствие проведено необъективно и с обвинительным уклоном, необходимо отметить, что они являются необоснованными, поскольку противоречат исследованным в судебном заседании доказательствам, анализ которых свидетельствует о полноте и объективности предварительного расследования по делу, правильности установленных следствием фактических обстоятельств дела, в том числе, места, времени, способа, мотива совершенного ФИО22 преступления.

Суд не соглашается с мнением защитника подсудимого ФИО22 - Пронина М.А., просившего его оправдать, поскольку считает, что вина подсудимого в совершении инкриминируемого ему преступления полностью доказана в ходе судебного заседания совокупностью исследованных доказательств.

При назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность подсудимого, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи.

ФИО22 совершил особо тяжкое преступление против личности, к уголовной ответственности привлекается впервые, по месту жительства характеризуется удовлетворительно, привлекался к административной ответственности, на учете у врачей нарколога и психиатра не состоит, не судим.

Обстоятельствами, смягчающими наказание подсудимого согласно п.п. «г», «и», «к» ч.1, ч.2 ст.61 УК РФ суд признает наличие малолетних детей у виновного, явку с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, оказание иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, выразившееся в том, что подсудимый помог потерпевшему подняться с земли и проводил последнего домой, а также признание вины на предварительном следствии, состояние здоровья подсудимого, обусловленное наличием гипертонической болезни и принесение извинений потерпевшему.

Собственноручное заявление ФИО22 об обстоятельствах преступления суд признает в качестве явки с повинной, поскольку оно было сделано добровольно, в отсутствие у органов следствия достаточных данных о его совершении подсудимым.

Не нашел своего подтверждения довод подсудимого о незаконности протокола его явки с повинной от 29.06.2018, поскольку объективных доказательств, свидетельствующих о применении к подсудимому недозволенных методов ведения следствия с целью получения от него признательных показаний, не установлено, а содержание сведений, изложенных в явке с повинной ФИО22, о совершении им преступления подтверждено им при допросе в качестве подозреваемого уже в присутствии адвоката. Каких-либо жалоб или заявлений от него и его защитника не поступало.

Указание ФИО22 на использованное им орудие преступления и иные действия подсудимого, направленные на установление его фактических обстоятельств, не известных органам следствия, суд признает в качестве активного способствования раскрытию и расследованию преступления.

Исходя из характера и степени общественной опасности преступления, обстоятельств его совершения и личности подсудимого суд не признает в качестве отягчающего наказание ФИО22 обстоятельства совершение преступления в состоянии опьянения.

В связи с наличием у ФИО22 обстоятельств смягчающих наказание, предусмотренных п.п. «и», «к» ч.1 ст.61 УК РФ и отсутствием обстоятельств отягчающих наказание, суд назначает ему наказание с применением правил ч.1 ст.62 УК РФ. 

Суд не усматривает каких-либо исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного ФИО22 преступления, в связи, с чем оснований для назначения ему наказания в соответствии с правилами ст. 64 УК РФ, освобождения от уголовной ответственности и наказания, либо изменения категории преступления, совершенного подсудимым на менее тяжкую в порядке, предусмотренном ч. 6 ст. 15 УК РФ не имеется.

С учетом конкретных обстоятельств дела, личности подсудимого ФИО22 суд считает, что достижение целей наказания возможно только при назначении ему наказания, связанного с реальным лишением свободы в условиях изоляции от общества, без применения положений ст.73 УК РФ. 

В то же время, исходя из данных о личности подсудимого суд полагает, что основания для назначения ФИО22 дополнительного наказания в виде ограничения свободы отсутствуют.

При определении вида исправительного учреждения суд в соответствии с п. «в» ч.1 ст.58 УК РФ считает, что назначенное наказание подлежит отбыванию в исправительной колонии строгого режима.

В рамках уголовного дела потерпевшим ФИО2 заявлен гражданский иск о взыскании с подсудимого ФИО22 имущественной компенсации морального вреда в размере 500000 рублей и расходов на оплату услуг адвоката за оказание юридической помощи при составлении гражданского иска в размере 2000 рублей. Подсудимый иск не признал.

В соответствии с ч.1 ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Исходя из ч. 2 ст.1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Гражданский иск потерпевшего ФИО2 о возмещении ему морального вреда, суд, согласно ст. ст. 151, 1099-1101 ГК РФ, с учетом обстоятельств дела, характера причиненных потерпевшему нравственных страданий, связанных со смертью его отца, психотравмирующей обстановкой произошедшего, считает законным, обоснованным и подлежащим удовлетворению в полном объеме. 

В соответствии с ч. 3 ст. 42 УПК РФ потерпевшему обеспечивается возмещение расходов, понесенных в связи с его участием в ходе предварительного расследования и в суде, включая расходы на представителя, согласно требованиям ст. 131 УПК РФ.

Согласно п.1.1 ч.2 ст.131 УПК РФ к процессуальным издержкам относятся суммы, выплачиваемые потерпевшему на покрытие расходов, связанных с выплатой вознаграждения представителю потерпевшего.

Исходя из ч.1 ст.132 УПК РФ процессуальные издержки взыскиваются с осужденных или возмещаются за счет средств федерального бюджета.

Поскольку расходы на оплату услуг представителя потерпевшего за оказание юридической помощи при составлении гражданского иска подтверждены соответствующими документами, являются разумными и соразмерными, а каких-либо данных об имущественной несостоятельности ФИО22 суду не представлено, понесенные ФИО2 расходы в сумме 2 000 рублей подлежат взысканию с подсудимого в полном объеме.

Разрешая судьбу вещественных доказательств в соответствии с требованиями ч.3 ст.81 УПК РФ, суд полагает, что четыре марлевые тампона, пропитанные веществом бурого цвета, металлический совок, хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств Кузнецкого МСО СУ СК РФ по Пензенской области – подлежат уничтожению. 

На основании изложенного и руководствуясь ст. 307, 308 и 309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

Признать ФИО22 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст. 111 УК РФ и назначить ему наказание в виде 7 (семи) лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения ФИО22 до вступления приговора в законную силу оставить без изменения – содержание под стражей.

Срок отбытия наказания исчислять с 18 апреля 2019 года. Зачесть осужденному ФИО22 на основании п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ (в редакции Федерального закона от 03.07.2018 № 186-ФЗ) время его содержания под стражей в порядке ст.ст.91, 92 УПК РФ с 04 августа 2018 года до вступления приговора в законную силу в срок лишения свободы из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима с учетом положений, предусмотренных ч. 3.3 ст. 72 УК РФ.

Гражданский иск потерпевшего ФИО2 о возмещении имущественной компенсации морального вреда и процессуальных издержек удовлетворить в полном объеме.

Взыскать с ФИО22 в пользу ФИО2 в счет компенсации морального вреда, денежную сумму в размере 500000 (пятьсот тысяч) рублей.

Взыскать с ФИО22 в пользу ФИО2 процессуальные издержки в размере 2000 (двух тысяч) рублей.

Вещественные доказательства: четыре марлевые тампона, пропитанные веществом бурого цвета, металлический совок, хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств Кузнецкого МСО СУ СК РФ по Пензенской области – уничтожить.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Пензенский областной суд в течение 10 суток со дня постановления, а осужденному в тот же срок со дня вручения копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы, осужденный вправе участвовать в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, а также поручать осуществление своей защиты избранному им защитнику.

Судья: подпись