Дело № 22-131/2025 Судья Колесов Н.Н.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

13 февраля 2025 г. г.Орёл

Орловский областной суд в составе

председательствующего ФИО20

при ведении протокола секретарём ФИО14

рассмотрел в судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя – помощника прокурора Железнодорожного района г.Орла Палатовой Т.Н., апелляционным жалобам адвоката Матюхина И.А. в интересах осуждённой ФИО3 и адвоката Берестовой А.Н. в интересах осуждённого ФИО1 на приговор Железнодорожного районного суда г.Орла от 8 октября 2024 г., по которому

ФИО1, 

<

дата> года рождения, уроженец 

<

адрес>, гражданин РФ, с высшим образованием, неработающий, 

<

...>, зарегистрированный и проживающий по адресу: 

<

адрес>, несудимый,

осуждён по ч.1 ст.286 УК РФ (в редакции Федерального закона №420-ФЗ от 07.12.2011) к штрафу в размере 40 000 рублей, на основании ч.3 ст.47 УК РФ с лишением права занимать должности на государственной службе в системе правоохранительных органов РФ, связанные с осуществлением функций представителя власти, на 2 года.

Мера пресечения в отношении ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена без изменения. 

ФИО2, 

<

дата> года рождения, уроженец 

<

адрес>, гражданин РФ, с высшим образованием, женатый

<

...>, зарегистрированный и проживающий по адресу: 

<

адрес>, военнообязанный, несудимый, осуждённый 29 августа 2024 г. Заводским районным судом г.Орла по ч.3 ст.30, ч.3 ст.159 УК РФ к штрафу в размере 250 000 рублей, на основании ч.3 ст.47 УК РФ с лишением права занимать должности на государственной службе в системе правоохранительных органов РФ, связанные с осуществлением функций представителя власти, на 2 года, на основании ст.48 УК РФ с лишением специального звания «старший лейтенант полиции»,

осуждён по ч.1 ст.286 УК РФ (в редакции Федерального закона №420-ФЗ от 07.12.2011) к штрафу в размере 40 000 рублей, на основании ч.3 ст.47 УК РФ с лишением права занимать должности на государственной службе в системе правоохранительных органов РФ, связанные с осуществлением функций представителя власти, на 2 года.

На основании ч.5 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путём частичного сложения назначенного наказания с наказанием, назначенным по приговору Заводского районного суда г.Орла от 29 августа 2024 года, окончательно назначено наказание в виде штрафа в размере 220 000 рублей с лишением права занимать должности на государственной службе в системе правоохранительных органов РФ, связанные с осуществлением функций представителя власти, на 3 года, на основании ст.48 УК РФ с лишением специального звания «старший лейтенант полиции».

Мера пресечения в отношении ФИО2 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена без изменения. 

ФИО3, 

<

дата> года рождения, уроженка 

<

адрес>, гражданка РФ, с высшим образованием, 

<

...>, 

<

...>, зарегистрированная по адресу: 

<

адрес>, проживающая по адресу: 

<

адрес>, несудимая,

осуждена по ч.1 ст.286 УК РФ (в редакции Федерального закона №420-ФЗ от 07.12.2011) к штрафу в размере 40 000 рублей, на основании ч.3 ст.47 УК РФ с лишением права занимать должности на государственной службе в системе правоохранительных органов РФ, связанные с осуществлением функций представителя власти, на 2 года.

Мера пресечения в отношении ФИО3 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена без изменения. 

Разрешена судьба вещественных доказательств. 

Изложив содержание обжалуемого приговора, существо апелляционного представления и жалоб, заслушав выступления государственного обвинителя Полухиной Е.В. об изменении приговора по доводам апелляционного представления, осуждённых ФИО1, ФИО3 и их адвокатов Берестовой А.Н., Матюхина И.А. об отмене приговора по доводам апелляционных жалоб, адвоката Кузнецовой О.А. в интересах осуждённого ФИО33 об оставлении приговора в отношении последнего без изменения, а также мнение потерпевшего Потерпевший №1 об изменении приговора по доводам апелляционного представления, суд

УСТАНОВИЛ:

по приговору суда ФИО1, ФИО2 и ФИО3 признаны виновными в превышении должностных полномочий, то есть в совершении должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан и охраняемых законом интересов общества и государства. 

Преступление совершено в период времени и при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре суда.

В судебном заседании ФИО1, ФИО3, ФИО2 виновными в совершении инкриминируемого им преступления себя не признали.

В апелляционном представлении государственный обвинитель – помощник прокурора Железнодорожного района г.Орла Палатова Т.Н. считает приговор незаконным, необоснованным и несправедливым, просит его изменить, исключив признание в качестве обстоятельства, отягчающего наказание ФИО1, ФИО3, ФИО2, совершение преступления в составе группы лиц, и признать в качестве обстоятельства, отягчающего наказание каждого из осужденных, в соответствии с п. «в» ч.1 ст.63 УК РФ совершение преступления в составе группы лиц по предварительному сговору, усилить назначенное ФИО3 и ФИО1 наказание до 3 лет лишения свободы в колонии-поселении с лишением права занимать должности на государственной службе в системе правоохранительных органов РФ, связанные с осуществлением функций представителя власти на 2 года 10 месяцев каждому, ФИО2 – окончательно до 3 лет лишения свободы в колонии-поселении со штрафом в размере 200 000 рублей, с лишением права занимать должности на государственной службе в системе правоохранительных органов РФ, связанные с осуществлением функций представителя власти, на 3 года, с лишением специального звания «старший лейтенант полиции». В обоснование приводит доводы о том, что в описательно-мотивировочной части приговора при описании установленных судом обстоятельств совершённого преступления указано, что осуждённые вступили в предварительный преступный сговор о совершении преступления, однако в нарушение требований уголовного закона суд признал в качестве отягчающего наказание обстоятельства каждому из осуждённых совершение преступления в составе группы лиц, а не группы лиц по предварительному сговору. Обращает внимание, что судом при назначении наказания не в полной мере учтена общественная опасность совершённого преступления, ввиду чего осуждённым назначено чрезмерно мягкое наказание. Кроме того, в обжалуемом приговоре не приведены мотивы, по которым суд пришёл к выводу о возможности исправления осуждённых при назначении им наказания, не связанного с изоляцией от общества. 

В апелляционной жалобе адвокат Матюхин И.В. в интересах осуждённой ФИО3 просит приговор отменить, постановить в отношении ФИО3 оправдательный провор ввиду отсутствия в её действиях состава преступления. В обоснование указывает, что сведения, изложенные в описательно-мотивировочной части приговора, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным в ходе предварительного и судебного следствия, выводы суда являются неконкретными и противоречивыми, а отдельные обстоятельства, установленные в ходе судебного разбирательства, искажены в описательно-мотивировочной части обжалуемого судебного решения. Считает, что в ходе предварительного и судебного следствия не было получено достаточных доказательств, свидетельствующих о виновности ФИО3 в совершении инкриминированного ей преступления, а в приговоре не приведено доказательств, подтверждающих совершение ФИО3 действий, составляющих объективную сторону преступления, связанного с превышением должностных полномочий. 

В апелляционной жалобе адвокат Берестова А.Н. в интересах осуждённого ФИО1 считает приговор незаконным, поскольку выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным в судебном заседании, просит его отменить, уголовное дело направить на новое судебное рассмотрение в тот же суд в ином составе. В обоснование приводит доводы о том, что в обжалуемом приговоре суд не указал, какие именно незаконные действия были совершены ФИО1 Кроме того, в приговоре не отражены показания эксперта ФИО17, который пояснил, что лингвистическая экспертиза была проведена без установления принадлежности голосов на аудиозаписи, а также первоисточник аудиозаписи им не запрашивался, так как сотрудниками УФСБ были указаны лица, которые, по их мнению, являлись сотрудниками полиции на данной аудиозаписи. Обращает внимание, что материалы уголовного дела не были представлены следователем для производства лингвистической экспертизы в полном объёме. В ходе судебного следствия судом было безосновательно отказано в удовлетворении ходатайства стороны защиты о допросе свидетеля ФИО18, которой известно об обстоятельствах произошедшего. Приводит доводы о том, что согласно показаниям потерпевшего Потерпевший №1, ФИО1 разъяснял ему права и обязанности, а также пояснял о необходимости проехать в отдел полиции, что, напротив, свидетельствует о выполнении ФИО1 своих должностных обязанностей. Более того, в ходе допроса в судебном заседании потерпевший Потерпевший №1 был удалён из зала судебного заседания ввиду его состояния, и достоверность его показаний вызывает сомнения в связи с его эмоциональным и психическим состоянием ввиду наличия у него психического заболевания. Считает, что в приговоре судом не дано оценки степени существенности причинённого инкриминированным ФИО1 деянием вреда, а выводы суда в этой части основаны на предположениях, что является недопустимым. 

Выслушав стороны, проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы, изложенные в апелляционном представлении, жалобах, суд апелляционной инстанции приходит к следующему. 

Обстоятельства, при которых ФИО1, ФИО2 и ФИО3 совершено инкриминированное преступление, установлены правильно, выводы суда не содержат каких-либо предположений и противоречий. В ходе судебного разбирательства всесторонне и полно исследованы все доказательства, на основании которых были установлены обстоятельства совершения осуждёнными противоправного деяния. 

Вопреки доводам апелляционных жалоб, виновность ФИО1, ФИО2 и ФИО3 в совершении инкриминированного им преступления подтверждается собранными в установленном законом порядке доказательствами, всесторонне и объективно исследованными судом, получившими надлежащую оценку в соответствии с требованиями ст.88 УПК РФ и подробно приведёнными в приговоре.

Версии в защиту ФИО1, ФИО2 и ФИО3 надлежаще проанализированы.

Так, из показаний ФИО1, данных им на предварительном следствии и исследованных в судебном заседании суда первой инстанции, следует, что 

<

дата> он в составе следственно-оперативной группы выезжал по адресу: 

<

адрес>, по прибытии на который было установлено, что Потерпевший №2 парень по имени ФИО7, как впоследствии выяснилось, - Потерпевший №1, предложил купить 5 видеокарт на общую сумму 100 000 рублей, ввиду наличия неисправности в одной из них сумма была снижена до 98 500 рублей. При этом денежные средства Потерпевший №2 перевёл по номеру телефона, указанному Потерпевший №1, после чего последний попытался связаться с продавцом видеокарт, но его телефон был отключен. Он, в соответствии с должностным регламентом, разъяснил права и обязанности лицам, находившимся в квартире, пояснил, что необходимо изъять видеокарты и проехать в отдел полиции для написания заявления, но Потерпевший №1 отказался. Потерпевший №2 сообщил, что они с Потерпевший №1 после общения последнего с адвокатом и знакомым сотрудником ОВД достигли договорённости по возврату уплаченных денежных средств. ФИО1 выяснил у Потерпевший №1, с кем тот желает проконсультироваться и позвонил указанным им лицам. После этого он ещё раз разъяснил присутствовавшим о необходимости проехать в отдел полиции, однако Потерпевший №2 и Потерпевший №1 пояснили, что претензий ни к кому не имеют, поскольку Потерпевший №1 передал Потерпевший №2 денежные средства в сумме 98 500 рублей, и попросил оказать помощь в составлении заявления об отказе от проведения проверки по данному факту. ФИО1 пояснил, в какой форме необходимо составить заявления, которые Потерпевший №2 и Потерпевший №1 написали добровольно. После чего следственно-оперативная группа вернулась в отдел полиции, где заявление было зарегистрировано, и проводилась доследственная проверка, в ходе которой он не мог повлиять на её результат. 

Согласно показаниям ФИО3, данным ею на стадии предварительного расследования и оглашенным в судебном заседании суда первой инстанции, 

<

дата> она заступила на суточное дежурство в составе следственно-оперативной группы, в которую также входили ФИО2 и ФИО1 В этот день она выезжала в составе следственно-оперативной группы совместно с указанными лицами по поступившему сообщению о преступлении по адресу: 

<

адрес>. В указанной квартире находились 4 мужчин, но никто из них не мог пояснить, что произошло. Свидетель №2, являющийся хозяином квартиры, пояснил, что его денежные средства были перечислены Потерпевший №1 Она стала спрашивать у Потерпевший №1, что произошло и почему денежные средства были переведены неизвестному лицу, на что последний не дал ответа. На её и ФИО1 предложение проехать в отдел полиции для установления обстоятельств произошедшего никто не соглашался. В дальнейшем Потерпевший №1 пояснил, что должен был получить часть денежных средств от продажи видеокарт. Потерпевший №1 неоднократно звонил ФИО5 Свидетель №3, при этом он время от времени выходил из квартиры и возвращался обратно. Затем Потерпевший №1 спросил у неё, какие правовые последствия для него могут наступить, на что ФИО3 пояснила, что лица, находившиеся в квартире, могут обратиться с заявлением на него в отдел полиции или в суд. После этого Потерпевший №1 выходил с Потерпевший №2 из квартиры в подъезд дома, а по возвращении они пояснили, что ситуация между ними разрешена. Затем ФИО1 помог написать Потерпевший №1 заявление. Она составила протокол осмотра места происшествия, а ФИО2 принял объяснение от Потерпевший №1 Находясь в квартире, никто из присутствующих лиц не заявлял о совершении преступления. О передаче Потерпевший №1 денежных средств Потерпевший №2 ей известно не было, после она узнала, что те до приезда сотрудников полиции съездили домой к Потерпевший №1 за денежными средствами. По возвращении в отдел полиции собранный материал она не забирала, указаний по нему не давала, принятое по нему решение ей неизвестно. 

Из показаний ФИО2, данных им в судебном заседании суда первой инстанции, следует, что по состоянию на 

<

дата> он работал в должности оперуполномоченного по раскрытию преступлений имущественной направленности в ОП № (по 

<

адрес>) УМВД России по 

<

адрес>. В указанный день он находился в составе следственно-оперативной группы, и в вечернее время по указанию дежурного совместно с ФИО3 и ФИО1 прибыл по адресу: 

<

адрес>, в связи с поступившим сообщением. В квартире находился заявитель – Потерпевший №2, который пояснил, что хотел купить видеокарты, и Потерпевший №1, который их продавал. Прибывшие с ним сотрудники полиции неоднократно просили присутствующих в квартире лиц проехать в отдел полиции для установления обстоятельств произошедшего, но Потерпевший №1 отказывался, просил дать время для самостоятельного урегулирования сложившейся ситуации. У Потерпевший №1 было отобрано объяснение, ему были разъяснены все статьи, отраженные в бланке. Заявление, в котором просил прекратить проверку по данному факту, Потерпевший №1 написал самостоятельно. Потерпевший №1 не озвучивал, что у него похитили денежные средства. О том, что Потерпевший №1 передал Потерпевший №2 денежные средства, он узнал лишь после возбуждения уголовного дела. Решение об отказе в возбуждении уголовного дела было принято им, утверждено начальником ОП № на основании собранного материала проверки. Материал проверки не содержал сведений о том, что в отношении Потерпевший №1 совершено преступление. ФИО3 неоднократно предлагала всем лицам, находившимся в квартире, проехать в отдел полиции. В преступный сговор с ФИО3 и ФИО1 с целью сокрытия преступления от учёта он не вступал. В отдел полиции вернулся позже, поскольку после этого отправился ещё на 2 вызова. 

Суд в приговоре дал надлежащую оценку приведённым позициям осуждённых, расценив их как способ защиты от обвинения. Подобная оценка у суда апелляционной инстанции сомнений не вызывает. 

Выводы суда о виновности каждого из осуждённых в совершении преступления, за которое они осуждены, подтверждаются совокупностью собранных по делу, всесторонне и полно исследованных в судебном заседании доказательств, получивших оценку в приговоре. 

К их числу, в частности, относятся показания потерпевшего Потерпевший №2, согласно которым, ему позвонил ранее ему незнакомый человек, представившийся ФИО10, и предложил купить 5 видеокарт стоимостью 20 000 рублей каждая, на общую сумму 100 000 рублей, в ходе разговора они договорились проверить видеокарты в квартире у Свидетель №2, куда Потерпевший №2 приехал около 18 часов 

<

дата>, после подошли Потерпевший №1 с Свидетель №1 В ходе проверки видеокарт выяснилось, что одна из них имеет неисправность, в связи с чем стоимость была снижена до 98 500 рублей. Потерпевший №2 перевёл денежные средства за видеокарты по номеру телефона, который ему указал ФИО10, но переспросив у Потерпевший №1, точно ли ему следует переводить денежные средства на указанный номер телефона. После перевода денег Потерпевший №1 позвонил ФИО10, и выяснилось, что тот мошенник, и никаких денег Потерпевший №1 тот не переведёт, поэтому Потерпевший №2 забрал видеокарты, поскольку купил их. После этого ему стало известно, что хозяином видеокарт является Свидетель №1, который заявил, что Потерпевший №1, будет ему должен большую сумму, так как он рассчитывал выручить за видеокарты 200 000 рублей. На тот момент все понимали, что совершено мошенничество. Потерпевший №2 вызвал сотрудников полиции, которым они сообщили все обстоятельства произошедшего, на что те предложили разрешить ситуацию без возбуждения уголовного дела. Потерпевший №1 передал ему денежные средства в сумме 98 500 рублей. Сотрудники полиции отобрали у них объяснения об отказе от проведения проверки, так как они разрешили вопрос миром и претензий друг к другу не имеют. 

Из схожих по своему содержанию показаний потерпевшего Потерпевший №1, данных им на предварительном следствии и в судебном заседании суда первой инстанции, следует, что он по договорённости с Свидетель №1 разместил на сайте «

<

...>» объявление о продаже принадлежащих тому 5 видеокарт, от продажи которых он должен был получить по 1 000 рублей за каждую. Ему позвонил неизвестный человек по имени ФИО10, который предложил прибыть на квартиру по адресу: 

<

адрес>, для проверки видеокарт. Он и Свидетель №1 прибыли по указанному адресу. В результате проверки было установлено, что одна из видеокарт имеет неисправность, ввиду чего её стоимость была снижена на 1500 рублей. С ФИО10 у них была договоренность о продаже 5 видеокарт на общую сумму 180 000 рублей. Когда Потерпевший №2 прибыл в квартиру, тот, уточнив у Потерпевший №1, следует ли ему переводить деньги третьему лицу, на что он дал утвердительный ответ, перевёл ФИО10 денежные средства в сумме 98 500 рублей. После этого ФИО10, который по договорённости с Потерпевший №1 должен был перевести денежные средства за видеокарты Свидетель №1, реквизиты которого Потерпевший №1 тому сообщил, написал ему, что сделка отменяется, в связи с чем они поняли, что тот мошенник, и были вызваны сотрудники полиции. До приезда сотрудников полиции Потерпевший №1 с Потерпевший №2 съездили домой к Потерпевший №1 за денежными средствами. Сотрудники полиции ФИО3 и ФИО1 стали оказывать на него давление, ФИО2 в это время находился на кухне и слышал их разговор. Потерпевший №1 неоднократно звонил ФИО5 Свидетель №3 с целью консультации. В результате оказанного на него сотрудниками полиции давления он передал Потерпевший №2 денежные средства в размере 1100 долларов США и 17 500 рублей в присутствии ФИО1 После этого он под диктовку ФИО1 написал заявление об отказе в возбуждении уголовного дела, а на втором документе, который был оформлен и передан ему ФИО2, он лишь поставил свою подпись. ФИО3 неоднократно угрожала ему принудительным доставлением в отдел полиции. Денежных средств от лица, которому Потерпевший №2 перевел денежные средства за покупку видеокарт, он не получал. Он производил аудиозапись разговора с сотрудниками полиции, которую впоследствии предоставил при обращении в Управление ФСБ России по 

<

адрес>, поскольку ему был причинён материальный ущерб. 

Из показаний свидетеля Свидетель №1, данных им в судебном заседании суда первой инстанции, следует, что у него имелось 5 видеокарт, ввиду финансовых трудностей он принял решение об их продаже, но поскольку у него не было опыта продаж на сайте «

<

...>», он обратился к Потерпевший №1 Спустя 2-3 дня Потерпевший №1 позвонил ему и сообщил, что необходимо протестировать видеокарты. Изначально между ними была договоренность о продаже видеокарт на общую сумму 200 000 рублей, но Свидетель №1 готов был снизить цену, при этом от их продажи он обещал Потерпевший №1 около 10 000 рублей. Когда они пришли по назначенному адресу, то встретили Потерпевший №2 и Свидетель №2 При проверке видеокарт Свидетель №2 в одной из них была обнаружена неисправность, ввиду чего была названа сумма сделки 98 500 рублей, и Потерпевший №2 пояснил, что уже перевёл денежные средства за видеокарты. После того, как все поняли, что их обманули, Потерпевший №2 вызвал сотрудников полиции. По прибытии сотрудники полиции сказали, что необходимо проехать в отдел полиции с целью оформления необходимых документов. ФИО3 предложила разрешить ситуацию на месте, пояснив, что в противном случае необходимо будет проехать в отдел полиции и изъять видеокарты. Потерпевший №1 отказался ехать в отдел полиции, тогда Потерпевший №2, Свидетель №1 и Свидетель №2 стали предлагать Потерпевший №1 решить сложившуюся ситуации на месте, на что он согласился и пояснил, что передаст денежные средства Потерпевший №2, после чего сотрудники полиции попросили оформить необходимые документы в связи с их вызовом. 

Кроме того, выводы суда о виновности ФИО1, ФИО2, ФИО3 подтверждаются показаниями свидетелей Свидетель №6, Свидетель №2, Свидетель №3, Свидетель №4, Свидетель №5, эксперта ФИО17, выписками из приказов № л/с от 

<

дата>, № л/с от 

<

дата>, № л/с от 

<

дата>, должностными регламентами начальника отдела уголовного розыска ОП № (по 

<

адрес>) УМВД России по 

<

адрес> ФИО1, старшего следователя ОП №отдела по расследованию преступлений на территории, обслуживаемой ОП № (

<

адрес>) УМВД России по 

<

адрес>, ФИО3, оперуполномоченного группы по противодействию преступлениям, совершаемым с использованием информационно-телекоммуникационных технологий ОУР ОП № (по 

<

адрес>) УМВД России по 

<

адрес> ФИО2, копиями страниц книги учёта заявлений и сообщений о преступлениях за период с 

<

дата> по 

<

дата> ОП № УМВД России по 

<

адрес>, графиком дежурств сотрудников ОП № УМВД России по 

<

адрес> за май 

<

дата> года, копиями объяснения и заявления Потерпевший №1 от 

<

дата>, копией постановления об отмене постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 

<

дата>, копией постановления о возбуждении уголовного дела № от 

<

дата>, протоколом изъятия от 

<

дата>, протоколами осмотров (документов) от 

<

дата>, от 

<

дата>, от 

<

дата>, от 

<

дата>, от 

<

дата>, заключениями экспертов № от 

<

дата>, № от 

<

дата>, №, от 

<

дата>, № от 

<

дата>, № от 

<

дата>, заключением служебной проверки от 

<

дата> и иными доказательствами, содержание и оценка которых подробно приведены в приговоре. 

Все обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст.73 УПК РФ, судом установлены.

Из материалов дела следует, что всем исследованным в судебном заседании доказательствам, в том числе доказательствам стороны защиты, перечисленным в апелляционных жалобах, суд дал оценку в соответствии требованиями ст.88 УПК РФ, с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а всю совокупность доказательств правильно признал достаточной для рассмотрения дела по существу, поскольку они согласуются между собой и дают полное представление об обстоятельствах совершённого преступления.

Анализируя представленные стороной обвинения доказательства, суд первой инстанции обоснованно пришёл к выводу, что указанные доказательства получены в полном соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, то есть являются допустимыми для доказывания обстоятельств, предусмотренных ст.73 УПК РФ, имеют непосредственное отношение к предъявленному ФИО1, ФИО2 и ФИО3 обвинению и в своей совокупности являются достаточными для постановления обвинительного приговора.

Положенные в основу приговора доказательства каких-либо существенных противоречий, которые могли бы повлиять на решение вопроса о виновности осуждённых ФИО1, ФИО2 и ФИО3 в преступлении, за которое они осуждены, не содержат. Все имеющие значения для дела противоречия устранены и им дана надлежащая оценка.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, судом в приговоре приведены конкретные действия каждого из подсудимых, составляющие объективную сторону преступления, за которое они осуждены, и состоящие в причинной связи с наступлением общественно опасных последствий, установленных судом.

Мотивы, по которым суд принял одни доказательства и отверг другие, в приговоре приведены и в достаточной степени обоснованы.

Как следует из протоколов судебного заседания, судебное разбирательство по делу проведено в установленном законом порядке, при соблюдении принципов состязательности и равноправия сторон. Не предоставляя какой-либо из сторон преимущества, суд создал необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления прав. Нарушений процессуальных прав участников, повлиявших на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, по делу не допущено. Все заявленные ходатайства разрешены в соответствии с требованиями закона, доводы осуждённых и их защитников были всесторонне проверены, что подтверждается материалами дела и протоколом судебного заседания, который соответствует требованиям ст.259 УПК РФ.

Отказ в удовлетворении ходатайства о допросе в качестве свидетеля ФИО18, вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката Берестовой А.Н., не повлиял на постановление по делу законного, обоснованного и справедливого приговора, поскольку содержание телефонного разговора между потерпевшим Потерпевший №1 и ФИО18 было исследовано в судебном заседании суда первой инстанции.

При этом суд апелляционной инстанции, учитывая требования ст.252 УПК РФ, в силу которых судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению, приходит к выводу, что довод адвоката Берестовой А.Н. о том, что именно ФИО18 фактически заставила потерпевшего Потерпевший №1 передать денежные средства Потерпевший №2, приведённый в судебном заседании суда апелляционной инстанции, также не ставит под сомнение законность приговора и не влечёт его отмены. 

Оснований ставить под сомнение выводы заключений экспертов, представленных по результатам проведённых по делу экспертиз, не имеется, поскольку исследования проведены экспертами, обладающими специальными познаниями и достаточным опытом работы, предупреждёнными об уголовной ответственности по ст.307 УК РФ за дачу заведомо ложных заключений. Нарушений уголовно-процессуального закона и прав осуждённых при назначении и производстве экспертиз не допущено. Заключения экспертов соответствуют требованиям ст.204 УПК РФ, согласуются с другими исследованными в судебном заседании доказательствами, оснований не доверять изложенным в них выводам не имеется.

При этом вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката Берестовой А.Н., судом в качестве доказательства вины осуждённых, наряду с другими, приведены показания эксперта ФИО30, допрошенного в судебном заседании, оценка которым в полной мере дана в обжалуемом приговоре.

Невозможность предоставления экспертам записывающего устройства ввиду его утраты к моменту проведения экспертизы, вопреки доводам апелляционных жалоб, не ставит под сомнение выводы экспертов по вопросам, ответы на которые были даны. 

Не могут быть признаны обоснованными и доводы апелляционных жалоб в той части, что непредоставление экспертам материалов уголовного дела в полном объёме могло повлиять на их выводы, поскольку ни из заключений экспертов или иных материалов дела, ни из показаний эксперта ФИО30 в судебном заседании суда первой инстанции, оснований для такого вывода не усматривается.

Проведение лингвистического исследования задолго до фоноскопической экспертизы, на что обращено внимание в апелляционной жалобе и выступлении в суде апелляционной инстанции адвокатом Берестовой А.Н., не порождает противоречий в части принадлежности отдельных реплик на исследованной фонограмме конкретным лицам, а также сомнений в выводах эксперта относительно коммуникативных намерений ФИО1, ФИО3

Изложенные в апелляционных жалобах защитников доводы фактически сводятся к переоценке доказательств, которые оценены судом по внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся доказательств, как это предусмотрено ст.17 УПК РФ. То обстоятельство, что оценка доказательств, данная судом, не совпадает с позицией стороны защиты, не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона и не ставит под сомнение выводы суда.

При оценке субъективного отношения к деянию и последствий действий осуждённых суд правильно исходил из того, что ФИО1, ФИО2 и ФИО3 осознавали общественную опасность своих действий и предвидели, что их незаконные действия повлекут существенное нарушение прав и законных интересов граждан Потерпевший №1 и Потерпевший №2 в виде нарушения гарантированных Конституцией РФ, Федеральным законом «О полиции» прав граждан, и как следствие – причинение Потерпевший №1 имущественного ущерба и принуждение его к передаче денежных средств Потерпевший №2 в качестве компенсации за причиненный ему неустановленным лицом материальный ущерб, нарушение права Потерпевший №2 на государственную и судебную защиту его прав и свобод, ненадлежащее рассмотрение поступившего сообщения о совершённом преступлении, а также охраняемых законом интересов общества и государства, так как подорван авторитет органов государственной власти субъекта РФ – УМВД России по 

<

адрес>, ОП № УМВД России по 

<

адрес> и его структурных подразделений, ввиду чего доводы апелляционной жалобы адвоката Берестовой А.Н. в данной части являются несостоятельными. 

Судом также было исследовано психическое состояние потерпевшего Потерпевший №1, который на момент совершенных в отношении него противоправных действий и в настоящее время имеет признаки расстройства психики в форме 

<

...>. Однако выявленное у него расстройство психики не лишало его возможности правильно воспринимать обстоятельства, ставшие содержанием уголовного дела, давать показания, участвовать в следственных действиях и судебных заседаниях по уголовному делу, в связи с чем доводы апелляционной жалобы адвоката Берестовой А.Н. о сомнениях в достоверности показаний потерпевшего Потерпевший №1 ввиду наличия у него психического заболевания, нельзя признать обоснованными. 

Таким образом, исследовав с достаточной полнотой обстоятельства дела, суд пришёл к обоснованному выводу о виновности ФИО1, ФИО2, ФИО3 в инкриминированном преступлении, дав их действиям правильную юридическую оценку.

Наказание осуждённым назначено с соблюдением требований ст.6, 43, 60 УК РФ, при этом в полной мере учтены характер и степень общественной опасности совершенного каждым из осуждённых преступления, обстоятельства его совершения, сведения о личности виновных, влияние назначенного наказания на исправление осуждённых и условия жизни их семей. 

Суд первой инстанции с соблюдением требований закона о строго индивидуальном подходе к назначению наказания пришёл к правильному выводу о том, что исправление ФИО1, ФИО2, ФИО3 возможно при назначении каждому из них наказания в виде штрафа. 

Суд обоснованно признал в соответствии со ст.61 УК РФ в качестве смягчающих наказание обстоятельств: ФИО1 – наличие на иждивении малолетних детей; ФИО3 – наличие на иждивении малолетнего ребенка.

Оснований для признания смягчающими иных обстоятельств, которые не были учтены судом при назначении наказания осужденным, не имеется.

Наличие у осуждённого ФИО1 статуса ветерана боевых действий, на что стороной защиты обращалось внимание в судебном заседании суда апелляционной инстанции, прямо не предусмотрено положениями ч.1 ст.61 УК РФ в качестве подлежащего обязательному учёту в качестве смягчающего наказание обстоятельства, а в силу положений ч.2 указанной статьи уголовного закона признание его таковым отнесено к компетенции суда и, соответственно, является его правом, а не обязанностью.

Из постановленного приговора следует, что суд прямо не указал на это обстоятельство в качестве смягчающего наказание, однако при разрешении связанных с назначением наказания вопросов суд руководствовался установленными ст.60 УК РФ требованиями, обязывающими его учитывать данные о личности виновного, исследовав соответствующий документ (т.4 л.д.61) в ходе судебного следствия.

В соответствии с ч.3 ст.47 УК РФ судом должным образом мотивировано назначение дополнительного наказания в виде лишения права занимать должности на государственной службе в системе правоохранительных органов РФ, связанные с осуществлением функций представителя власти, каждому осуждённому. 

Оснований для усиления назначенного каждому из осуждённых наказания по доводам апелляционного представления государственного обвинителя суд апелляционной инстанции не находит.

В силу п.10 ч.1 ст.448 УПК РФ решение о возбуждении уголовного дела в отношении следователя следственного органа по району, городу, либо о привлечении его в качестве обвиняемого, если уголовное дело было возбуждено в отношении других лиц или по факту совершения деяния, содержащего признаки преступления, принимается руководителем следственного органа Следственного комитета Российской Федерации по субъекту Российской Федерации.

В силу ч.1 ст.450 УПК РФ после возбуждения уголовного дела либо привлечения лица в качестве обвиняемого в порядке, установленном статьей 448 настоящего Кодекса, следственные и иные процессуальные действия в отношении такого лица производятся в общем порядке с изъятиями, установленными статьями 449 и 450 УПК РФ.

Как следует из материалов уголовного дела, оно было возбуждено по признакам преступления, предусмотренного ч.1 ст.286 УК РФ, по факту укрытия преступления от государственной системы учёта преступлений. 27 мая 2022 г. исполняющим обязанности руководителя следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по 

<

адрес> ФИО6 было вынесено постановление о привлечении ФИО3 в качестве обвиняемой по ч.1 ст.286 УК РФ.

Таким образом, в точном соответствии со смыслом указанных норм уголовно-процессуального закона, руководителем следственного органа Следственного комитета Российской Федерации по 

<

адрес> было реализовано полномочие по инициированию уголовного преследования в отношении следователя, который отнесён уголовно-процессуальным законом к числу лиц, в отношении которых применяется особый порядок производства по уголовным делам.

В этой связи, вопреки доводам адвоката Матюхин И.В., приведённым им в судебном заседании суда апелляционной инстанции, последующее перепредъявление обвинения ФИО3 следователем не противоречит требованиям уголовно-процессуального закона и не влечёт незаконности постановленного приговора.

Вместе с тем, приговор подлежит изменению по следующим основаниям.

Судом первой инстанции в качестве обстоятельства, отягчающего наказание ФИО1, ФИО2, ФИО3, в соответствии с п. «в» ч.3 ст.63 УК РФ признано совершение преступления в составе группы лиц. 

Вместе с тем, в описательно-мотивировочной части приговора при описании преступного деяния судом установлено, что ФИО1, ФИО3 и ФИО2, у которых одновременно возник и сформировался преступный умысел, вступили между собой в предварительный преступный сговор, направленный на совершение умышленных действий, явно выходящих за пределы их полномочий, а именно на сокрытие преступления, предусмотренного ч.2 ст.159 УК РФ, от государственной системы учёта преступлений, путём внесения заведомо ложных сведений в сообщение о совершённом преступлении и в материал проверки, что ни при каких обстоятельствах никто не вправе был совершать при наличии достаточных данных, указывающих на признаки преступления, предусмотренного ч.2 ст.159 УК РФ. 

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции соглашается с доводами апелляционного представления о необходимости исключения признания в качестве обстоятельства, отягчающего наказание каждому осуждённому, совершения преступления в составе группы лиц, и необходимости признать обстоятельством, отягчающим наказание ФИО1, ФИО2, ФИО3, в соответствии с п. «в» ч.3 ст.63 УК РФ совершение преступления в составе группы лиц по предварительному сговору, ввиду чего приговор в данной части подлежит изменению.

Кроме того, каждый приговор по делу должен содержать в себе ответы на все вопросы, которые подлежат разрешению при его постановлении согласно статье 299 УПК РФ и которые должны быть решены и изложены так, чтобы не возникало затруднений при исполнении приговора.

В соответствии с п.1 ч.1 ст.308 УПК РФ в резолютивной части обвинительного приговора должны быть указаны фамилия, имя и отчество подсудимого. Согласно материалам уголовного дела и вводной части приговора отчество ФИО3 – «Алексеевна», однако в резолютивной части приговора ошибочно указано отчество осуждённой как «Александровна». Поскольку уточнение приговора в части правильного указания отчества осуждённой не затрагивает вопросов о её виновности, квалификации действий и назначенного наказания, суд апелляционной инстанции считает необходимым внести в резолютивную часть приговора изменения с указанием о том, что названный приговор постановлен в отношении ФИО3. 

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, судом допущено не было.

На основании изложенного, руководствуясь ст.389.20, 389.26, 389.28 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Железнодорожного районного суда г.Орла от 8 октября 2024 г. в отношении ФИО1, ФИО2, ФИО3 изменить.

Исключить из описательно-мотивировочной части указание о признании в качестве обстоятельства, отягчающего наказание ФИО1, ФИО2, ФИО3, совершения преступления в составе группы лиц. 

В соответствии с п. «в» ч.1 ст.63 УК РФ признать обстоятельством, отягчающим наказание ФИО1, ФИО2, ФИО3, совершение преступления в составе группы лиц по предварительному сговору.

Уточнить резолютивную часть приговора указанием о том, что настоящий приговор постановлен в отношении ФИО3 вместо ФИО4. 

В остальной части тот же приговор оставить без изменения, апелляционные представление и жалобы – без удовлетворения. 

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ. 

Кассационные жалоба, представление, подлежащие рассмотрению в порядке, предусмотренном ст.ст.401.7 и 401.8 УПК РФ, могут быть поданы в судебную коллегию по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу.

В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление на приговор могут быть поданы непосредственно в Первый кассационный суд общей юрисдикции и подлежат рассмотрению в порядке, предусмотренном ст.ст.401.10 - 401.12 УПК РФ.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий