Дело № 2-1769/17 Великий Новгород

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

18 мая 2017 года Новгородский районный суд Новгородской области в составе:

председательствующего судьи Арзумановой Т.А.,

при секретаре Сабуровой Е.О.,

с участием представителя истца ФИО1,

представителя ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ПАО СК «Росгосстрах» о защите прав потребителей, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратился в суд с иском к ПАО СК «Росгосстрах» (далее – Общество) о защите прав потребителей, в обоснование указав, что ДД.ММ.ГГГГ на перекрестке улиц 

<

адрес> по вине водителя ФИО13., управлявшего автомобилем 

<

данные изъяты>, произошло дорожно-транспортное происшествие, в результате которого принадлежащий истцу автомобиль 

<

данные изъяты> получил технические повреждения. На момент ДТП автомобиль 

<

данные изъяты> был застрахован в Обществе по договору КАСКО №. ДД.ММ.ГГГГ истец уведомил Общество о страховом случае, подал пакет документов для принятия решения о направлении автомобиля на ремонт. Общество отказало в страховом возмещении на том основании, что водитель автомобиля не указан в договоре страхования в качестве лица, допущенного к управлению данным автомобилем. Такое решение истец считает незаконным и на основании Закона РФ «О защите прав потребителей» просит обязать Общество выдать направление на ремонт автомобиля 

<

данные изъяты>, взыскать неустойку в сумме 37 516 руб. 92 коп. и компенсацию морального вреда в сумме 10 000 руб.

В последующем представитель истца ФИО1, действующий на основании доверенности, изменив исковое требование о страховом возмещении, просил взыскать с Общества страховое возмещение в сумме 529 900 руб. в связи с неремонтопригодностью застрахованного автомобиля и его конструктивной гибели. 

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен выгодоприобретатель ООО «Сетелем Банк».

В судебное заседание истец ФИО3 и представитель третьего лица ООО «Сетелем Банк» не явились, о времени и месте рассмотрения дела надлежаще извещены. Истец просил рассмотреть дело без его участия.

Представитель истца ФИО1, поддерживая иск ФИО3, пояснил, что управление застрахованным автомобилем в момент ДТП лицом, не указанным в договоре страхования в качестве допущенного к управлению, не освобождает страховщика от обязанности произвести страховое возмещение. Ремонт автомобиля 

<

данные изъяты> экономически нецелесообразен, следовательно, Общество обязано произвести страховую выплату в размере страховой суммы 529 900 руб. Автомобиль был приобретен истцом за счет заемных денежных средств, предоставленных ему по кредитному договору третьим лицом ООО «Сетелем Банк». Часть из названной суммы в размере остатка кредита причитается ООО «Сетелем Банк» как выгодоприобретателю, а оставшаяся часть - истцу. Истец обратился в ООО «Сетелем Банк» с просьбой предоставить сведения о точной сумме непогашенной части кредита, однако, такие сведения банк не предоставил. Ввиду того, что такие сведения не были предоставлены банком и по многочисленным запросам суда, то ввиду недобросовестного поведения банка вся сумма страховой выплаты 529 900 руб. подлежит взысканию в пользу ФИО3 При этом последний готов погасить кредит за счет полученных по решению суда денежных средств и передать автомобиль страховщику. 

Представитель Общества ФИО4 иск ФИО3 не признала, сославшись на отсутствие страхового события. Правовую позицию Общества по вопросу обоснованности (необоснованности) взыскания всей страховой суммы 529 900 руб. в пользу истца довести до суда не пожелала. Просила уменьшить сумму неустойки ввиду ее несоразмерности последствиям нарушения обязательств. Однако обстоятельств, свидетельствующих о несоразмерности неустойки, не привела, соответствующих доказательств не представила.

Выслушав объяснения представителей сторон, исследовав письменные материалы дела, суд находит иск ФИО3 подлежащим частичному удовлетворению по следующим основаниям.

В судебном заседании из письменных материалов дела судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ между Обществом (страховщик) и ФИО3 (страхователь), являющимся собственником автомобиля 

<

данные изъяты>, заключен договор страхования в отношении указанного транспортного средства (полис серии № сроком действия с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ - л.д.7) по страховым рискам «Ущерб+Хищение», с установленной суммой страхования 529 900 руб. Договор заключен на условиях, определенных в полисе и в Правилах добровольного страхования транспортных средств и спецтехники №171 (далее – Правила страхования). 

Указанным договором предусмотрено, что лицом, допущенным к управлению застрахованным автомобилем, является ФИО14 Страховое возмещение осуществляется путем ремонта автомобиля на СТОА по направлению страховщика.

ДД.ММ.ГГГГ в 22 час. 20 мин. на перекрестке улицы 

<

адрес> ФИО3, управляя застрахованным автомобилем 

<

данные изъяты>, в нарушение требований п.13.9 Правил дорожного движения не уступил дорогу другому автомобилю, пользующемуся преимущественным правом проезда перекрестка, и совершил с ним столкновение. 

В результате данного дорожно-транспортного происшествия автомобиль истца 

<

данные изъяты> получил технические повреждения. 

ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 обратился в Общество с заявлением о страховом возмещении (л.д. 50). В тот же день по направлению Общества автомобиль был осмотрен специалистом ООО 

<

данные изъяты> по результатам которого составлен Акт осмотра транспортного средства (л.д. 55-57). 

Тем не менее, ДД.ММ.ГГГГ Общество отказало истцу в страховом возмещении, не признав данный случай страховым, поскольку управление автомобилем в момент совершения дорожно-транспортного происшествия осуществлялось ФИО3, не указанным в договоре страхования, в числе лиц, допущенных к управлению этим транспортным средством (л.д. 70).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 обратился в Общество с претензией, в которой потребовал выдать направление на ремонт автомобиля.

В удовлетворении требования истца Общество отказало, о чем уведомило его в ответе от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 74).

В последующем ФИО3 подал в Общество заявление от ДД.ММ.ГГГГ, в котором уведомил Общество об отказе от застрахованного автомобиля в пользу страховщика и просил произвести страховую выплату в полном объеме ввиду нецелесообразности восстановления автомобиля.

На момент рассмотрения дела страховое возмещение Обществом не произведено, что противоречит закону.

В соответствии с пунктом 1 статьи 422 ГК РФ договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.

Согласно пункту 1 статьи 929 ГК РФ по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

Пунктом 1 статьи 943 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что условия, на которых заключается договор страхования, могут быть определены в стандартных правилах страхования соответствующего вида, принятых, одобренных или утвержденных страховщиком либо объединением страховщиков (правилах страхования).

По смыслу приведенных выше норм права в их взаимосвязи правила страхования средств автотранспорта являются неотъемлемой частью договора страхования и не должны содержать положения, противоречащие гражданскому законодательству и ухудшающие положение страхователя по сравнению с установленным законом.

Следовательно, возможность освобождения страховщика от выплаты страхового возмещения при наступлении страхового случая может быть предусмотрена исключительно законом.

Основания освобождения страховщика от выплаты страхового возмещения предусмотрены статьями 961, 963, 964 ГК РФ.

При этом такое основание для освобождения от выплаты страхового возмещения, как отсутствие в страховом полисе указания на лицо, допущенное к управлению автомобилем, которое управляло им в момент дорожно-транспортного происшествия, ни нормами Гражданского кодекса Российской Федерации, ни иным законом не предусмотрено.

Данная правовая позиция также закреплена в пункте 34 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2013 года №20 «О применении судами законодательства о добровольном страховании имущества граждан», где указано, что поскольку такое основание для освобождения от выплаты страхового возмещения, как отсутствие в страховом полисе указания на лицо, допущенное к управлению автомобилем, которое управляло им в момент дорожно-транспортного происшествия, ни нормами ГК РФ, ни иным законом не предусмотрено, включение данного условия в договор страхования противоречит нормам ГК РФ, в связи с чем учитываться не должно.

Таким образом, в связи с повреждением застрахованного автомобиля 

<

данные изъяты> в силу приведенных норм закона у Общества возникла обязанность осуществить страховое возмещение предусмотренным договором страхования способом.

Как следует из представленного истцом Экспертного заключения № от ДД.ММ.ГГГГ, составленного экспертом-техником Автоэкспертного бюро ИП ФИО15 стоимость восстановления автомобиля 

<

данные изъяты> составят 466 590 руб. 45 коп., что при стоимости автомобиля 529 900 руб. экономически нецелесообразно.

Вывод об экономической нецелесообразности восстановления автомобиля 

<

данные изъяты> согласуется с вышеуказанным заключением специалиста ООО 

<

данные изъяты> (л.д. 56, 57) и не оспаривался представителем Общества при рассмотрении дела.

Согласно пункту 2.19 Правил страхования данный страховой случай квалифицируется как конструктивная гибель транспортного средства.

В силу положений пункта 5 статьи 10 Закона РФ от 27.11.1992 года №4015-I «Об организации страхового дела в Российской Федерации» в случае утраты, гибели застрахованного имущества страхователь, выгодоприобретатель вправе отказаться от своих прав на него в пользу страховщика в целях получения от него страховой выплаты (страхового возмещения) в размере полной страховой суммы.

Как разъяснено в пунктах 38, 39 и 40 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2013 года №20 «О применении судами законодательства о добровольном страховании имущества граждан», в случае полной гибели имущества, то есть при полном его уничтожении либо таком повреждении, когда оно не подлежит восстановлению, страхователю выплачивается страховое возмещение в размере полной страховой суммы в соответствии с пунктом 5 статьи 10 Закона об организации страхового дела (абандон).

При повреждении застрахованного объекта недвижимого имущества, когда в результате страхового случая он не прекратил своего существования, но не может быть использован в первоначальном качестве, сумма страхового возмещения определяется как разница между страховой суммой и суммой от реализации страхователем остатков застрахованного имущества 

Страхователь (выгодоприобретатель) в этом случае вправе отказаться от своих прав на такое имущество в пользу страховщика в целях получения страхового возмещения в размере полной страховой суммы, если такое право предусмотрено договором добровольного страхования имущества (п.39 Постановления Пленума ВС РФ №20).

При отказе страхователя (выгодоприобретателя) от прав на застрахованное имущество заключения соглашения в целях реализации указанного права не требуется, поскольку отказ страхователя (выгодоприобретателя) от прав на застрахованное имущество при его полной гибели носит императивный характер и является односторонней сделкой (п.40 Постановления Пленума ВС РФ №20).

Таким образом, ввиду конструктивной гибели автомобиля 

<

данные изъяты> и отказа страхователя ФИО3 от застрахованного имущества в пользу Общества причитающийся в связи с наступлением данного страхового случая размер страховой выплаты будет равен сумме страхования 529 900 руб.

Также судом установлено, что автомобиль 

<

данные изъяты> был приобретен истцом ФИО3 за счет заемных денежных средств.

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 (заемщик) и ООО «Сетелем Банк» (кредитор, банк) был заключен Договор о предоставлении целевого потребительского кредита №, в соответствии с которым банк предоставил истцу кредит в сумме 418 139 руб. 21 коп под 7,33% годовых на срок до ДД.ММ.ГГГГ на приобретение вышеуказанного автомобиля 

<

данные изъяты> и на оплату страховых премий.

Обязательства заемщика ФИО3 по указанному договору обеспечены залогом автомобиля 

<

данные изъяты> (п.10 Договора о предоставлении кредита).

По условиям заключенного между истцом и Обществом договора страхования, ООО «Сетелем Банк» является выгодоприобретателем по риску «Ущерб» (в случае полной фактической или конструктивной гибели ТС) в размере неисполненных обязательств по кредитному договору, существующих на момент выплаты страхового возмещения.

Определением Новгородского районного суда от 27.03.2017 года выгодоприобретатель ООО «Сетелем Банк» привлечен к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора. 28 марта 2017 года в адрес банка было направлена копия искового заявления и других документов. При этом банку предложено направить в суд отзыв на иск, указав, имеет ли он намерение реализовать свои права выгодоприобретателя либо согласен на выплату страхового возмещения в полной сумме в пользу истца, а также предложено представить сведения о размере неисполненных заемщиком ФИО3 обязательств по вышеуказанному кредитному договору (об остатке кредита).

Требования суда банком не были исполнены, повторные запросы, направленные судом 11 апреля, 02 мая и 17 мая 2017 года, банк также проигнорировал, сведения о размере непогашенной истцом суммы кредита суду не предоставил.

Указанные сведения не были предоставлены банком и самому истцу ФИО3, а выданный ему отчет о движении денежных средств по счету (л.д. 100, 101) информации об остатке кредита не содержит. 

В соответствии с разъяснениями в п. 28 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2013 года №20 «О применении судами законодательства о добровольном страховании имущества граждан» в случаях, когда денежные средства на приобретение застрахованного имущества получены по договору займа и выгодоприобретателем по договору страхования является кредитор, отказавшийся от права на получение страхового возмещения, это право переходит к страхователю, добросовестно исполняющему свои обязанности как перед страховщиком, так и перед кредитором, в связи с сохранением у него страхового интереса.

В пункте 22 того же Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации указано, что участниками договора добровольного страхования имущества являются страховщик (страховая организация или общество взаимного страхования) как профессиональный участник рынка страховых услуг, действующий на основании лицензии, с одной стороны, и страхователь, выгодоприобретатель как потребители услуг, с другой стороны, которые должны действовать добросовестно при установлении, осуществлении и защите своих прав и при исполнении обязанностей (статья 1 ГК РФ).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 года №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

Поведение ООО «Сетелем Банк», не предоставившего сведения о размере неисполненных истцом кредитных обязательств (остатке кредита), подлежащих погашению за счет страховой выплаты, суд расценивает как недобросовестное. Ввиду того, что в отсутствии таких сведений на основании лишь имеющихся в деле документов сумму остатка кредита выяснить не представилось возможным, то страховую выплату в полном размере в сумме 529 900 руб. суд взыскивает в пользу страхователя ФИО3

Пунктом 5 статьи 28 Закона РФ от 07.02.1992 года №2300-1 «О защите прав потребителей» предусмотрена ответственность исполнителя за нарушение сроков оказания услуги потребителю в виде уплаты неустойки, начисляемой за каждый день просрочки в размере трех процентов цены оказания услуги, а если цена оказания услуги договором об оказании услуг не определена - общей цены заказа. 

Сумма взысканной потребителем неустойки (пени) не может превышать общую цену заказа, если цена выполнения отдельного вида работы (оказания услуги) не определена договором о выполнении работы (оказании услуги).

Следовательно, в случае нарушения страховщиком срока исполнения обязанности по страховому возмещению у страхователя возникает право требовать выплаты неустойки, предусмотренной статьей 28 Закона РФ «О защите прав потребителей». Такое требование подлежит удовлетворению, а неустойка - исчислению в зависимости от размера страховой премии.

Как указано выше, страхового выплата в установленные подпунктом «б» пункта 10.3 Правил страхования (в течение 20 рабочих дней с даты получения всех документов) Обществом не произведена.

Исходя из периода просрочки, составляющей более 7 месяцев, и ограничений, установленных пунктом 5 статьи 28 Закона РФ «О защите прав потребителей», истцу причитается неустойка в сумме 37 516 руб. 92 коп., то есть в размере страховой премии за страхование ТС. 

Сумма неустойки соразмерна последствиям нарушения Обществом обязательств, оснований для ее уменьшения в соответствии со ст.333 ГК РФ, как это просил представитель Общества, не имеется.

Исковое требование ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда в сумме 10 000 руб. суд также находит основанным на законе.

В соответствии со статьей 15 Закона РФ «О защите прав потребителей» моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения исполнителем прав потребителя, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. 

Согласно п.2 ст.1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, степени вины причинителя вреда, с учетом требования разумности и справедливости.

У суда не вызывает сомнения, что недобросовестным поведением Общества истцу причинены нравственные страдания, поскольку в нарушение его прав Общество не исполнило условия договора страхования, в связи с чем он вынужден был прибегнуть к защите нарушенного права в судебном порядке.

Принимая во внимание обстоятельства причинения морального вреда, степень вины ответчика, период нарушения прав истца и характер нарушений, а также то обстоятельство, что неправомерные действия ответчика не повлекли для истца серьезных неблагоприятных последствий, суд считает заявленный размер денежной компенсации морального вреда в сумме 10 000 руб. завышенным и полагает разумным и справедливым определить его в сумме 3 000 руб. Следовательно, в части, превышающей указанную сумму, исковое требование ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда удовлетворению не подлежит.

Разрешая вопрос о взыскании с Общества штрафа за несоблюдение добровольного порядка удовлетворения требования истца, предусмотренного пунктом 6 статьи 13 Закона РФ «О защите прав потребителей», суд считает, что в данном случае имеются основания для его взыскания, поскольку на добровольных началах требование истца о выплате страхового возмещения удовлетворено Обществом не было.

Размер штрафа установлен законом в размере 50% от суммы, присужденной судом в пользу потребителя, следовательно, с присужденной истцу суммы 570 416 руб. 92 коп. (529 900 + 37 516,92 + 3 000 = 570 416,92 руб.) причитающаяся с ответчика сумма штрафа составит 285 208 руб. 46 коп. (570 416,92 руб. х 50% = 285 208,46 руб.).

Поскольку иск ФИО3 удовлетворен, то в соответствии со ст.ст.96, 98 ГПК РФ суд присуждает Общество возместить истцу понесенные им и документально подтвержденные расходы по оплате услуг эксперта-техника в сумме 3 000 руб., признав данные расходы необходимыми для обращения в суд.

Помимо этого в соответствии со ст. 100 ГПК РФ суд взыскивает с ответчика в пользу истца расходы по оплате услуг представителя. Учитывая объем предоставленных услуг (сбор документов, составление претензии и искового заявления, представительство в суде), объем и сложность данного дела, его исход, участие представителя истца ФИО1 в 5-ти судебных заседаниях, суд полагает заявленный размер указанных расходов в сумме 8 000 руб. разумным.

В соответствии со ст.103 ГПК РФ с ответчика в местный бюджет подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 9 174 руб. 17 коп., от уплаты которой истец был освобожден при подаче иска.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

Иск ФИО3 к ПАО СК «Росгосстрах» о взыскании страхового возмещения в сумме 529 900 руб., неустойки в сумме 37 516 руб. 92 коп. и компенсации морального вреда в сумме 10 000 руб. удовлетворить частично.

Взыскать с ПАО СК «Росгосстрах» в пользу ФИО3 страховое возмещение в сумме 529 900 руб., неустойку в сумме 37 516 руб. 92 коп., компенсацию морального вреда в сумме 3 000 руб., штраф в сумме 285 208 руб. 46 коп., расходы по оплате услуг представителя в сумме 8 000 руб., судебные расходы по оценке ущерба в сумме 3 000 руб., а всего 866 625 руб. 38 коп. 

В удовлетворении иска в остальной части отказать.

Взыскать с ПАО СК «Росгосстрах» в местный бюджет госпошлину в сумме 9 174 руб. 17 коп.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Новгородский областной суд через Новгородский районный суд в течение одного месяца со дня составления мотивированного решения.

Председательствующий Т.А.Арзуманова

Мотивированное решение составлено 19 мая 2017 года.