РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

п. Тюльган 10 сентября 2018 года

Тюльганский районный суд Оренбургской области в составе 

председательствующего судьи Власовой Н.Н.

при секретаре Рыбчук Е.В.

с участием представителя истца Морозова С.В.

помощника прокурора Тюльганского района Карпова Я.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к муниципальному унитарному предприятию «Тепловодоканал» о взыскании компенсации морального вреда причиненного в результате несчастного случая на производстве,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с вышеуказанным иском, указав, что с июня 2007 года он работает в МУП «Тепловодоканал». 08.01.2015 года он получил производственную травму. После получении травмы был госпитализирован в ожоговое отделение БУ «Сургутская городская клиническая больница». При поступлении был установлен диагноз: термический ожог 2-ЗА степени площадью 60% поверхности туловища, шок 3 ст. и т.д. По данному факту был составлен акт о несчастном случае на производстве. В результате полученной травмы он находился на лечении в БУ «Сургутская городская клиническая больница» с 08 января 2015 года по 30 января 2015 года, после чего был направлен по месту жительства для дальнейшего прохождения лечения. При выписке из БУ «Сургутская городская клиническая больница», у него взяли соответствующие анализы и выявили заболевание «Гепатит С» - т.к. ему переливали кровь и по словам больных, в палате лежал мужчина с аналогичным заболеванием. В связи с изложенным, образцы крови были направлены для исследование в ЦНИИ Эпидимологии, где установили, что заболевание было, но он «спонтанно выздоровел» от гепатита. Ранее он данным заболеванием не страдал, работал вахтовым методом и проходил регулярное медицинское обследование перед каждой вахтой.

По факту несчастного случая на производстве, 26.01.2015 г., было возбуждено уголовное дело, где он признан потерпевшим. 10.11.2015 года СК РФ вынесено постановление о прекращении уголовного дела в связи с объявлении амнистии (в честь 70 - летия Победы в ВОВ).

Считает, что понес моральный вред, который оценивает в размере 1000 000 рублей В момент получения травмы, его состояние было критическое для жизни. В настоящее время ему трудно выполнять даже самые простые физические работы, его мучают головные боли, бессонница, слабость, постоянные боли, стал раздражителен и крайне метеозависимым человеком, все это лишило его возможности вести нормальный образ жизни, что приносит ему физические и нравственные страдания.

Просит суд взыскать с ответчика в его пользу причиненный ему моральный вред в размере 1 000 000 рублей.

ФИО1 в судебное заседание не явился, в заявлении просит рассмотреть дело без его участия, допустить в качестве его представителя адвоката Морозова С.В. 

Представитель истца адвокат Морозов С.В., действующий на основании ордера от 15.05.2018 года, исковые требования ФИО1 поддержал, просил их удовлетворить. Показал, что в результате производственной травмы, произошедшей по вине ответчика, ФИО1 был причинен тяжкий вред здоровью. В процессе лечения ФИО1 длительно назначали для обезболивания наркотические средства, поскольку у него развилась ожоговая болезнь, была настолько сильная боль, что он мог умереть от шока. ФИО1 перенес страдания в связи с 60 % ожогов его тела, по настоящее время у него сохранились ожоговые шрамы. Истцу переливали кровь во время лечения. Просит иск удовлетворить.

Ответчик МУП «Тепловодоканал» представителя для участия в суде не направили, в возражении от 14.06.2018года исковые требования не признают, так как вред, причиненный здоровью был возмещен полностью, ФИО1 производилась оплата листков нетрудоспособности до 100 %, то есть он фактически получал заработную плату. Ему оказывалась материальная помощь. Все расходы на реабилитацию ФИО1 возмещались предприятием. В 2016, 2017, 2018 годах, ему предоставлялся дополнительный оплачиваемый отпуск, в связи с выездом на санаторно-курортное лечение. Считают доводы, приведенные истцом необоснованными, сумму морального вреда завышенной и недоказанной ни одним документом. Не оспаривают факт повреждения здоровья истцу в результате несчастного случая на производстве по вине работодателя. 

Помощник прокурора Тюльганского района Карпов Я.В. в заключении по делу,полагал иск подлежащим удовлетворению в полном объеме,исходя из тяжести причиненного вреда здоровью,длительности реанимационного лечения и физических страданий перенесенных ФИО1 в связи с производственной травмой.

Третье лицо – фонд социального страхования Российской Федерации, представителя для участия в деле не направили, в отзыве указывают на тот факт,что ФИО1 имеет право требовать возмещения морального вреда от ответчика.

В соответствии со ст.167 ГПК РФ суд принял определение о рассмотрении дела в отсутствие неявившихся лиц.

Суд, выслушав представителя истца адвоката Морозова С.В., заключение прокурора Карпова Я.В., исследовав письменные доказательства, приходит к следующему.

Статьей 1064 ГК РФ установлено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Исходя из положений ст. 237 ТК РФ, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Как следует из материалов дела, истцом заявлены требования о взыскании компенсации морального вреда в связи с несчастным случаем на производстве.

Согласно ст. 3 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" несчастным случаем на производстве признается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных настоящим Федеральным законом случаях как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

Несчастный случай на производстве является страховым случаем, который влечет возникновение обязательства страховщика осуществлять обеспечение по страхованию.

Пунктом 3 статьи 8 названного Закона предусмотрено, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Надлежащим ответчиком по требованиям о компенсации морального вреда в связи с несчастным случаем на производстве является работодатель (страхователь) или лицо, ответственное за причинение вреда (п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10 марта 2011 г. N 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний").

Судом установлено, что ФИО1 с 02.04.2007 года состоит с МУП «Тепловодоканал» в трудовых отношениях в должности слесаря по ремонту оборудования тепловых сетей 5 разряда, что подтверждается приказами МУП «Тепловодоканал».

07.01.2015 года при выполнении трудовых обязанностей с ФИО1 произошел несчастный случай на производстве, в результате которого ФИО1 была причинена производственная травма в виде термического ожога I-II-IIIА степени, 60% поверхности тела, лица, шеи, туловища, верхних и нижних конечностей, травматический шок 2-3 степени. Тяжелая степень производственных травм. Данные обстоятельства подтверждаются актом о несчастном случае на производстве №2 от 08.01.2015 г., выписным эпикризом. Указанные телесные повреждения по признаку опасности для жизни человека квалифицируются как тяжкий вред здоровью.

Как следует из п. 9 акта о несчастном случае на производстве №2 от 08.01.2015 г. (форма Н-1), причинами несчастного случая явились: технологическая – разрыв гидрозатвора ГС-21, в следствии превышения допустимого давления воздуха внутри капсулы, более 0,43 МПа. Нарушение: п.4 раздела 1 паспорта-сертификата СРТ-ГС-21.00.000ПС; п.2.13 должностной инструкции начальника ЦТВС. Организационная – неудовлетворительная организация работ при использовании ГС-21 при ликвидации аварии на тепловой сети. Нарушение: ст. 212 ТК РФ, п.4 раздела 1 паспорта-сертификата СРТ-ГС-21.00.000ПС.

Лицами, допустившими нарушения требований охраны труда, в акте указаны: ФИО4 – начальник цеха ЦТВС МУП «ТВК», ФИО5 – директор МУП «ТВК».

Постановлением следователя Лангепасского межрайонного следственного отдела следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре от 24.02.2015 года, ФИО1 признан потерпевшим по уголовному делу №, возбужденному в отношении ФИО4, по признакам преступления, предусмотренного ч.2 ст.216 УК РФ – нарушение правил безопасности при ведении иных работ, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, повлекшее по неосторожности смерть человека.

Постановлением старшего следователя Лангепасского межрайонного следственного отдела следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре от 10.11.2015г., уголовное дело №№, по признакам состава преступления, предусмотренного ч.2 ст.216 УК РФ, в отношении обвиняемого ФИО4, прекращено, вследствии акта об амнистии.

Ответчиком не оспаривается факт причинения вреда здоровью ФИО1 в результате несчастного случая на производстве по вине работодателя.(отзыв л.д.52).

Определением суда от 18.06.2018 года, по ходатайству прокурора, назначена судебно-медицинская экспертиза для определения тяжести причиненного вреда здоровью несчастным случаем на производстве, в отношении ФИО1

Согласно заключения эксперта № ГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» от 25.07.2018 года, на момент поступления в БУ «Сургутская городская клиническая больница» 08.01.2015 года у ФИО1 имелись телесные повреждения в виде ожоговых ран на лице, передней поверхности шеи, в области надплечий, на правом плече, правом предплечье и кисти, на левом предплечье и левой кисти, на передней поверхности живота, боковых поверхностях туловища, области правой лопатки, наружных половых органов, ягодиц, обеих стоп 1-2-3 А-Б степени на 53% от общей площади всего тела, которые могли образоваться при указанных в определении обстоятельствах от действия жидкости с высокой температурой. Большая площадь и высокая степень ожоговых ран осложнились ожоговой болезнью. Гак как перечисленные выше телесные повреждения у свидетельствуемого имеют общий срок и механизм образования, а также взаимно отягощают друг друга, то оцениваются в совокупности (Приказ №н от 24.04.2008 года «Медицинские критерии определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» п. 13). Таким образом, данные телесные повреждения в совокупности у свидетельствуемого повлекли ТЯЖКИЙ вред здоровью по признаку опасности для жизни в момент причинения - п. 6.1.28 и 11 Приложения к приказу №н от 24.04.2008 года «Медицинские критерии определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека»).

Давая оценку вышеназванному экспертному заключению, суд исходит из того, что оно проведено в государственном экспертном учреждении, врачом – экспертом имеющим соответствующую квалификацию и длительный стаж экспертной и врачебной деятельности. Заключение основано на данных медицинской карты № стационарного больного ФИО1 ГБУ ХМАО-ЮГРЫ Мегионской городской больницы №, соответствует требованиям закона, выводы эксперта имеют однозначное толкование, не имеют противоречий. Эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ.

Из вышеуказанной медицинской карты судом установлено, что ФИО1 проходил интенсивное стационарное лечение в ГБУ Мегионской городской больнице № 1. Доставлен в реанимационное отделение 08.01.2015 года,по экстренным показаниям, с термическими ожогами туловища, верхних и нижних конечностей 1-2 степени, 60 %. Производственная травма. Состояние пациента крайне тяжелое, тяжесть обусловлена площадью ожоговых ран, течением ожогового шока. Обработка ожоговых ран проводилась под общим наркозом. Обезболивания ФИО1 ежедневно проводились медпрепаратами Релиум, Трамадол. 09.01.2015 года произведено переливание крови и ее компонентов. Крайне тяжелым состояние ФИО1 оставалось по 20.01.2015 года. Затем состояние пациента оценивалось врачами как средней тяжести, был переведен из реанимационного отделения в стационар ожогового отделения. С этого момента обезболивание производилось анальгином с димедролом. Средней тяжести состояние здоровья ФИО1 оставалось по 25.01.2015 года. С 26.01.2015 года по 29.01.2015 года состояние ФИО1 оценивалось как ближе к удовлетворительному. 30.01.2015 года состояние ФИО1 оценено как удовлетворительное, выписан из ожогового отделения на амбулаторное лечение по месту жительства.

В соответствии со ст. 22 ТК РФ работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В силу ст. 212 ТК РФ обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагается на работодателя, который обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов.

Положениями п. 2 ст. 1100 ГК РФ предусмотрено, что компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

В соответствии с п. 2 ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Согласно п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Исходя из совокупности исследованных судом доказательств, руководствуясь указанными нормами права, суд приходит к выводу о наличии вины ответчика в причинении работнику-ФИО1 тяжких телесных повреждений в результате производственной травмы, в связи с чем, имеются основания для взыскания компенсации морального вреда.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает фактические обстоятельства, при которых была получена истцом травма, характер и тяжесть причиненных ФИО1 физических и нравственных страданий, длительность лечения, а также требования разумности и справедливости, приходя к выводу об обоснованности заявленного размера исковых требований истца в сумме 1000 000 рублей.

Доводы ответчика о том, что ФИО1 возмещен материальный ущерб, оплачено санаторно-курортное лечение, сохранено место работы и предоставлены дополнительные отпуска, не являются основаниями к отказу в иске.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.103,193-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к муниципальному унитарному предприятию «Тепловодоканал» Ханты Мансийский автономный округ «Югра»,г.Мегион, о взыскании компенсации морального вреда причиненного в результате несчастного случая на производстве,- удовлетворить.

Взыскать с муниципального унитарного предприятия «Тепловодоканал» Ханты Мансийский автономный округ «Югра»,г.Мегион, в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда причиненного в результате несчастного случая на производстве, произошедшего 8 января 2015 года, - один миллион рублей.

Взыскать с муниципального унитарного предприятия «Тепловодоканал» государственную пошлину в доход государства в сумме шесть тысяч рублей.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Оренбургский областной суд через Тюльганский районный суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Председательствующий судья Н.Н. Власова

Решение в окончательной форме принято 12 сентября 2018 года.

Судья: Н.Н.Власова