Председательствующий 

Елисеев С.Л. дело № 22-1402-2020

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Оренбург 2 июля 2020 года

Оренбургский областной суд в составе:

председательствующего - судьи Кожинова В.В., 

с участием:

прокурора отдела прокуратуры Оренбургской области Симоновой Е.А., 

осуждённого ФИО3,

защитника - адвоката Мочалова М.В.,

при секретаре Алексеенко Ю.В., 

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осуждённого ФИО3, адвоката Мочалова М.В. и апелляционному представлению государственного обвинителя Матвеевой Е.А. на приговор Дзержинского районного суда г. Оренбурга от 6 марта 2020 года.

Заслушав осуждённого ФИО3 и адвоката Мочалова М.В., поддержавших доводы апелляционных жалоб, мнение прокурора Симоновой Е.А., поддержавшей доводы апелляционного представления, суд апелляционной инстанции,

УСТАНОВИЛ:

приговором Дзержинского районного суда г. Оренбурга от 6 марта 2020 года

ФИО3 , родившийся ***, ранее не судимый, 

осужден по: 

- ч.1 ст.290 УК РФ (по факту получения взятки от ФИО28) к наказанию в виде штрафа в размере 150 000 (сто пятьдесят тысяч) рублей в доход государства с лишением права заниматься деятельностью, связанной с организационно-распорядительными полномочиями по подготовке и проведению государственной итоговой аттестации студентов в учебных учреждениях, на срок 2 (два) года;

- ч.1 ст.290 УК РФ (по факту получения взятки от ФИО38) к наказанию в виде штрафа в размере 150 000 (сто пятьдесят тысяч) рублей в доход государства с лишением права заниматься деятельностью, связанной с организационно-распорядительными полномочиями по подготовке и проведению государственной итоговой аттестации студентов в учебных учреждениях, на срок 2 (два) года;

- ч.1 ст.290 УК РФ (по факту получения взятки от ФИО37) к наказанию в виде штрафа в размере 150 000 (сто пятьдесят тысяч) рублей в доход государства с лишением права заниматься деятельностью, связанной с организационно-распорядительными полномочиями по подготовке и проведению государственной итоговой аттестации студентов в учебных учреждениях, на срок 2 (два) года; 

- ч.1 ст.290 УК РФ (по факту получения взятки от ФИО32) к наказанию в виде штрафа в размере 150 000 (сто пятьдесят тысяч) рублей в доход государства с лишением права заниматься деятельностью, связанной с организационно-распорядительными полномочиями по подготовке и проведению государственной итоговой аттестации студентов в учебных учреждениях, на срок 2 (два) года;

- ч.1 ст.290 УК РФ (по факту получения взятки от ФИО16) к наказанию в виде штрафа в размере 150 000 (сто пятьдесят тысяч) рублей в доход государства с лишением права заниматься деятельностью, связанной с организационно-распорядительными полномочиями по подготовке и проведению государственной итоговой аттестации студентов в учебных учреждениях, на срок 2 (два) года; 

- ч.1 ст.290 УК РФ (по факту получения взятки от ФИО33) к наказанию в виде штрафа в размере 150 000 (сто пятьдесят тысяч) рублей в доход государства с лишением права заниматься деятельностью, связанной с организационно-распорядительными полномочиями по подготовке и проведению государственной итоговой аттестации студентов в учебных учреждениях, на срок 2 (два) года;

- ч.1 ст.290 УК РФ (по факту получения взятки от ФИО30) к наказанию в виде штрафа в размере 150 000 (сто пятьдесят тысяч) рублей в доход государства с лишением права заниматься деятельностью, связанной с организационно-распорядительными полномочиями по подготовке и проведению государственной итоговой аттестации студентов в учебных учреждениях, на срок 2 (два) года;

- ч.1 ст.290 УК РФ (по факту получения взятки от ФИО39) к наказанию в виде штрафа в размере 150 000 (сто пятьдесят тысяч) рублей в доход государства с лишением права заниматься деятельностью, связанной с организационно-распорядительными полномочиями по подготовке и проведению государственной итоговой аттестации студентов в учебных учреждениях, на срок 2 (два) года; 

- ч.1 ст.290 УК РФ (по факту получения взятки от ФИО44) к наказанию в виде штрафа в размере 150 000 (сто пятьдесят тысяч) рублей в доход государства с лишением права заниматься деятельностью, связанной с организационно-распорядительными полномочиями по подготовке и проведению государственной итоговой аттестации студентов в учебных учреждениях, на срок 2 (два) года;

- ч.1 ст.290 УК РФ (по факту получения взятки от ФИО41) к наказанию в виде штрафа в размере 150 000 (сто пятьдесят тысяч) рублей в доход государства с лишением права заниматься деятельностью, связанной с организационно-распорядительными полномочиями по подготовке и 

проведению государственной итоговой аттестации студентов в учебных учреждениях, на срок 2 (два) года;

- ч.1 ст.290 УК РФ (по эпизоду получения взятки от ФИО36) к наказанию в виде штрафа в размере 200 000 (двести тысяч) рублей в доход государства с лишением права заниматься деятельностью, связанной с организационно-распорядительными полномочиями по подготовке и проведению государственной итоговой аттестации студентов в учебных учреждениях, на срок 2 (два) года; 

- ч.1 ст.290 УК РФ (по факту получения взятки от ФИО40) к наказанию в виде штрафа в размере 150 000 (сто пятьдесят тысяч) рублей в доход государства с лишением права заниматься деятельностью, связанной с организационно-распорядительными полномочиями по подготовке и проведению государственной итоговой аттестации студентов в учебных учреждениях, на срок 2 (два) года;

- ч.1 ст.290 УК РФ (по факту получения взятки от ФИО31) к наказанию в виде штрафа в размере 150 000 (сто пятьдесят тысяч) рублей в доход государства с лишением права заниматься деятельностью, связанной с организационно-распорядительными полномочиями по подготовке и проведению государственной итоговой аттестации студентов в учебных учреждениях, на срок 2 (два) года;

- ч.1 ст.290 УК РФ (по факту получения взятки от ФИО29) к наказанию в виде штрафа в размере 150 000 (сто пятьдесят тысяч) рублей в доход государства с лишением права заниматься деятельностью, связанной с организационно-распорядительными полномочиями по подготовке и проведению государственной итоговой аттестации студентов в учебных учреждениях, на срок 2 (два) года; 

- ч.1 ст.290 УК РФ (по факту получения взятки от ФИО17) к наказанию в виде штрафа в размере 150 000 (сто пятьдесят тысяч) рублей в доход государства с лишением права заниматься деятельностью, связанной с организационно-распорядительными полномочиями по подготовке и проведению государственной итоговой аттестации студентов в учебных учреждениях, на срок 2 (два) года; 

- ч.1 ст.290 УК РФ (по факту получения взятки от ФИО34) к наказанию в виде штрафа в размере 150 000 (сто пятьдесят тысяч) рублей в доход государства с лишением права заниматься деятельностью, связанной с организационно-распорядительными полномочиями по подготовке и проведению государственной итоговой аттестации студентов в учебных учреждениях, на срок 2 (два) года; 

- ч.1 ст.290 УК РФ (по факту получения взятки от ФИО6) к наказанию в виде штрафа в размере 150 000 (сто пятьдесят тысяч) рублей в доход государства с лишением права заниматься деятельностью, связанной с организационно-распорядительными полномочиями по подготовке и проведению государственной итоговой аттестации студентов в учебных учреждениях, на срок 2 (два) года; 

- ч.1 ст.290 УК РФ (по факту получения взятки от ФИО7) к наказанию в виде штрафа в размере 150 000 (сто пятьдесят тысяч) рублей в доход государства с лишением права заниматься деятельностью, связанной с организационно-распорядительными полномочиями по подготовке и проведению государственной итоговой аттестации студентов в учебных учреждениях, на срок 2 (два) года; 

- ч.1 ст.290 УК РФ (по факту получения взятки от ФИО8) к наказанию в виде штрафа в размере 150 000 (сто пятьдесят тысяч) рублей в доход государства с лишением права заниматься деятельностью, связанной с организационно-распорядительными полномочиями по подготовке и проведению государственной итоговой аттестации студентов в учебных учреждениях, на срок 2 (два) года; 

- ч.1 ст.291.2 УК РФ (по факту получения взятки от ФИО43) к наказанию в виде штрафа в размере 30 000 (тридцать тысяч) рублей в доход государства; 

- ч.1 ст.291.2 УК РФ (по факту получения взятки от ФИО35.) к наказанию в виде штрафа в размере 30 000 (тридцать тысяч) рублей в доход государства; 

- ч.1 ст.291.2 УК РФ (по факту получения взятки от ФИО42) к наказанию в виде штрафа в размере 30 000 (тридцать тысяч) рублей в доход государства; 

- ч.1 ст.174.1 УК РФ к наказанию в виде штрафа в размере 50 000 (пятьдесят тысяч) рублей в доход государства.

На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний, окончательно ФИО3 назначено наказание в виде штрафа в размере 400 000 (четыреста тысяч) рублей в доход государства с лишением права заниматься деятельностью, связанной с организационно-распорядительными полномочиями по подготовке и проведению государственной итоговой аттестации студентов в учебных учреждениях на срок 2года 6 месяцев. 

ФИО3 освобожден от назначенного наказания (основного и дополнительного) на основании п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ, п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в соответствии с ч. 8 ст. 302 УПК РФ, в связи с истечением сроков давности уголовного преследования. 

По делу разрешена судьба вещественных доказательств, отменен арест, наложенный на имущество ФИО3

Судом ФИО3 признан виновным:

- в 18 фактах получения должностным лицом через посредника взятки в виде денег за совершение действий в пользу взяткодателя, если указанные действия входят в служебные полномочия должностного лица, а равно за общее покровительство и попустительство по службе; 

- в получении должностным лицом лично взятки в виде денег за совершение действий в пользу взяткодателя, если указанные действия входят в служебные полномочия должностного лица, а равно за общее покровительство и попустительство по службе; 

- в трех фактах получения взятки через посредника в размере, не превышающем десяти тысяч рублей; 

- в легализации (отмывании) денежных средств, приобретенных лицом в результате совершения им преступления, то есть совершение финансовых операций и других сделок с денежными средствами, приобретенными лицом в результате совершения им преступления, в целях придания правомерного вида владению, пользованию и распоряжению указанными денежными средствами.

Преступления совершены в г.Оренбурге при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе осуждённый ФИО3 выражает несогласие с приговором, указывает, что он не виновен в преступлениях, которые ему вменяют, поскольку их не совершал. 

Считает, что показаний свидетелей о том, что студенты платили ему по *** за допуск выпускных квалификационных работ (ВКР) к защите, не подтверждены и не доказаны, носят голословный и противоречивый характер. 

Суд не счёл нужным установить, сколько студентов были не допущены до защиты, поскольку они все заявляют, что это являлось основной причиной сбора денежных средств со студентов.

Никто из допрашиваемых студентов в суде не подтвердил, что он вымогал, угрожал, оказывал давление с целью получения денежных средств, а также то, что они давали ему деньги.

Следствие и суд не установили причину взимания денежных средств состудентов. 

В приговоре не указано, по каким основаниям, при наличии противоречивых доказательств в показаниях преподавателей и студентов, отличаются размеры денежных средств, имеющих существенное значение для выводов суда.

Суд не учёл показания свидетеля ФИО9 о том, что он получал и большие суммы, но они являются вознаграждением. При этом суд не установил, что является критерием деления полученных средств со студентов на взятку и на вознаграждение.

Выводы суда о том, что он, руководствуясь корыстным умыслом, используя своё служебное положение, легализовал (отмыл) денежные средства в размере ***. рублей, приобретённых в результате совершения преступлений, противоречат фактическим обстоятельствам дела, поскольку из этой суммы получили зарплату ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13 

Денежные средства в сумме ***. рублей он увидел в начале июня 2017 года. При этом данная сумма была перечислена на расчётный счёт ***. 

Обращает внимание, что суд не учёл обстоятельств, которые могли существенно повлиять на выводы суда. В обвинительном заключении не проведён анализ договора № ТЭиРА возмездного оказания научно-технических услуг, заключённого между ***, на предмет его фиктивности. 

Ссылается на то, что предлагаемый хоздоговором метод и технические средства оценки технического состояния электрооборудования автомобилей, показали высокую практическую значимость. Эффективность предлагаемых научно-технических решений подтверждена тремя актами внедрения, которые приобщены к материалам уголовного дела. 

Хоздоговор подписывали и утверждали проректор по научной работе ФИО14 и директор технопарка *** ФИО15 Денежные средства перечислялись через кассу университета, при этом он являлся исполнителем этого договора, как ФИО9, ФИО10 и другие преподаватели.

Судом и следствием не исследованы мотивы заключения хоздоговора, что могло быть основанием в незаконности обвинения по ч.1 ст.174.1 УК РФ. 

В выступлении в прениях он просил суд заслушать 12 свидетелей, которые указаны в деле, вызвать свидетелей ФИО9, ФИО10, ФИО13, ФИО12, ФИО18, ФИО11 и задать им вопросы о получения средств со студентов и другие вопросы в опровержение доводов обвинения, однако суд его просьбу отклонил, что является нарушением уголовно-процессуального закона.

Утверждает, что его оговорили преподаватели, которые не захотели платить свои деньги по своему же решению, которые были сплочены против него, открыто на протяжении многих предшествующих лет выступали против него, испытывали к нему личную неприязнь, не скрывая этого. 

Кроме того, после одного из заседаний суда, к нему подходили студенты ФИО16 и ФИО17 Они сказали, что им поступали телефонные звонки от преподавателей перед допросами следователя. Звонившие говорили, что нужно сказать следователю. Показания свидетелей (том 3) ФИО9X. и ФИО10 написаны, как под копировальную бумагу, единственное, чем отличаются, фамилиями студентов и размером полученных средств и т.д.

Обращает внимание на протокол допроса свидетеля ФИО13 от 21.08.2018г. (том 3 л.д. 135) который, по мнению осужденного, оговорил его.

Считает, что выводы суда не подтверждаются доказательствами, исследованными в судебном заседании, а именно дополнительными допросами в январе 2019 года свидетелей ФИО9 и ФИО10, из которых видно, что ФИО9 изначально внес по хоздоговору свои денежные средства в размере ***. ФИО10 в показаниях указывает, что на деньги, полученные по хоздоговору, он приобрёл б/у ДВС и набор инструмента для нужд кафедры. Документов, подтверждающих покупку, в уголовном деле нет. Всё записано со слов свидетелей.

По мнению автора жалобы, суд не учёл обстоятельств, которые могли существенно повлиять на выводы суда. Подтверждением тому является тот факт, что руководитель ВКР за каждую работу имеет нагрузку 20 часов, и соответственно, бюджетное финансирование. 

В своих показания ФИО9, ФИО10, ФИО13, ФИО11, ФИО18, ФИО12, ФИО19 не отрицают, что со студентами они работали за денежное вознаграждение. Хотя за эту нагрузку по руководству ВКР они получали заработную плату. Однако суд всё это оставил без внимания. 

Просит приговор отменить и оправдать его полностью.

В апелляционной жалобе адвокат Мочалов М.В. в интересах осужденного ФИО3 считает приговор незаконным и необоснованным, поскольку выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела. 

Утверждает, что при вынесении приговора судом был нарушен уголовно-процессуальный закон, неправильно применен уголовный закон.

Приводит показания ФИО3, а также свидетелей - преподавателей кафедры ФИО9, ФИО10, ФИО21, ФИО19, ФИО13, ФИО11, ФИО24, из которых следует, что в октябре-ноябре 2016 года на заседании кафедры по инициативе преподавателей кафедры ФИО9, ФИО10, ФИО13 в целях исполнения приказа Университета о привлечении средств за счет научной деятельности кафедры, было принято решение о добровольном сборе с преподавателей кафедры из их личных средств денежных средств в общей сумме *** для последующей их передачи в Университет в качестве привлеченных (заработанных) денежных средств, что способствовало бы резкому увеличению заработной платы преподавателей кафедры в размере, существенно превышающим внесенную каждым сумму. 

Поскольку студенты группы являлись заочниками, обучались ускоренно, имели возраст 28-30 лет, основное место работы и, как следствие, постоянный доход, не имели времени и нежелали выполнять выпускную квалификационную работу (далее - ВКР) самостоятельно, ВКР за них выполняли преподаватели за вознаграждение, а потому, на указанном заседании кафедры было решено, что в целях справедливости, с учетом того, что руководитель ВКР за каждую ВКР имеет нагрузку 20 академических часов, и соответственно, бюджетное финансирование в размере оплаты 20 академических часов, размер суммы, которую в общую казну на указанные цели должен выплатить каждый преподаватель кафедры из своих личных средств, будет составлять из расчета *** от вознаграждения, полученного преподавателем от каждой выполненной им ВКР.

Тот факт, что ВКР за них выполняли преподаватели, подтверждается показаниями ФИО1 и свидетелями - преподавателями кафедры ФИО9, ФИО10, ФИО21, ФИО19, ФИО13, ФИО11, ФИО24, следствием не оспорен, к показаниям свидетелей - некоторых студентов о том, что ВКР ими выполнялась лично, по мнению стороны защиты, следует отнестись критически, так как возможно, они боятся давать правдивые показания под угрозой признания их дипломов недействительными, экспертизы авторства группы работ под руководством одного руководителя, в целях опровержения данного факта, следствием не проведены.

Факт сплоченной личной неприязни работников кафедры к ее руководителю ФИО3, подтверждается показаниями самого ФИО3, а также единогласными голосованиями работников кафедры против ФИО3 по выборам на должность заведующего кафедры, следствием не оспорен.

При таких обстоятельствах, следствием не проверена версия о том, что получив вознаграждение от студентов за выполнение за них ВКР, но, не желая им делиться, в тоже время, осознавая необходимость исполнения собственного добровольного решения о сборе денежных средств для последующей передачи в Университет как привлеченных, преподаватели кафедры, будучи сплоченными, испытывая личную неприязнь к ее руководителю ФИО3, оговорили его перед студентами, сообщив им недостоверные сведения о том, что ФИО3 требует с каждого студента по *** за допуск к защите ВКР.

В подтверждении того, что ФИО3 не требовал денег со студентов, а лишь требовал с преподавателей кафедры исполнения их собственного добровольного решения о сборе *** из их личных средств для последующей передачи в Университет как привлеченных, служат показания свидетелей ФИО11, ФИО9, которые пояснили, что отдали для этих целей (в общие ***) свои личные денежные средства.

Из показаний ФИО3 следует, что он не знал, что вносимые каждым преподавателем денежные средства на указанные цели, являются не личными средствами вносителя (преподавателя), а незаконно собраны со студентов, доказательств обратного следствием не добыто. Представленными органами ФСБ результатами ОРД, данное не опровергается. 

Из показаний свидетелей ФИО9, ФИО22, ФИО23, ФИО15 следует, что собранные *** в полном объеме поступили в Университет в установленном порядке, и ни копейки из них ФИО3 себе не присвоил.

Тот факт, что внесение денежных средств в Университет было оформлено договором, не свидетельствует о совершении ФИО3 какого-либо преступления, поскольку данный договор незаключенным либо недействительным, судом не признавался, а заказчик договора - свидетель ФИО23, пояснил, что результат договора (не формальный отчет, а сама разработка) представлял для него ценность, денежные средства для оплаты работы по договору у него отсутствуют. 

Из материалов дела следует, что ФИО3 получил от *** от указанного хоздоговора всего лишь ***, остальные денежные средства получили ФИО9, ФИО10, ФИО13, ФИО11, ФИО24, Университет, а также государство в виде налогов и обязательных платежей в фонды.

При таких обстоятельствах, говорить о том, что ФИО3 совершил вменяемые ему преступления - получение взятки, мелкое взяточничество - незаконно. 

Ссылаясь на разъяснения, указанные в абз. 2 ч. 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от (дата) N 24 (ред. от (дата)) "О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях", утверждает, что взяткой, мелкой взяткой, может быть лишь то, что обращено в собственность взяткодателя.

В силу разъяснений, указанных в п.23 указанного Постановления, сбор с преподавателей по их общей добровольной договоренности их личных денег для их же (преподавателей кафедры) блага, кафедры и факультета и передача их Университету, не может являться взяткой. Кроме того, счет Университета не является местом, к которому у ФИО3 имелся доступ.

Вместе с тем, сбор ФИО3 с преподавателей по их общей добровольной договоренности их личных денег для преподавателей кафедры и передача их Университету, хотя и были связанны с исполнением его профессиональных обязанностей, но при этом не относились к полномочиям представителя власти, организационно-распорядительным либо административно-хозяйственным функциям, а потому, в силу п.7 указанного Постановления, действия ФИО3 не могли образовать состав преступлений получения взятки и мелкое взяточничество.

Кроме того, при указанных выше обстоятельствах, считает необоснованным осуждение ФИО3 по ч.1 ст. 174.1 УК РФ. Приводит содержание п.п. 5,10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от (дата) N 32 (ред. от (дата)) "О судебной практике по делам о легализации (отмывании) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем, и о приобретении или сбыте имущества, заведомо добытого преступным путем". Утверждает, что отсутствуют доказательства обвинения в указанной части, при этом материалы дела подтверждают, что целью заключения хоздоговора являлось не придание правомерного вида владению, пользованию и распоряжению такими денежными средствами, поскольку, с момента зачисления денежных средств на счет ***, владеть, пользоваться, распоряжаться ими ФИО3 не мог, а исполнения приказа *** о привлечении средств за счет научной деятельности кафедры, согласно которому по техническим специальностям на 1 единицу преподавательского состава должно быть привлечено *** (см. показания свидетеля ФИО14), неисполнение которого существенно понижает рейтинг кафедры, вело к сокращению ее работников и резкому снижению их затрат.

Сбор с преподавателей по их общей добровольной договоренности их личных денег для их же (преподавателей кафедры) блага, блага общей кафедры и факультета, передача их Университету не может являться преступлением.

Кроме того, суд не учел, что заключение хоздоговора существенно повысило рейтинг кафедры, факультета, университета, увеличило их авторитет, положительно отразилось на сотрудниках кафедры, в том числе, из-за этого, резко увеличились их заработные платы, а также повлекло иные улучшения.

Считает, что следствием не добыто доказательств виновности ФИО3 во вменяемых ему преступлениях, имеются обоснованные основания сомневаться в том, что именно ФИО3 виновен во вменяемых ему преступлениях, поскольку, версия о том, что, получив вознаграждение от студентов за выполнение за них ВКР, но, не желая им делиться, в тоже время, осознавая необходимость исполнения собственного добровольного решения о сборе денежных средств (всего в размере ***) для последующей передачи в Университет как привлеченных, преподаватели кафедры, будучи сплоченными, испытывая личную неприязнь к ее руководителю, ФИО3, оговорили его перед студентами, сообщив им, недостоверные сведения о том, что ФИО3 требует с каждого студента по *** за допуск к ВКР, не проверена.

Выводы суда о невозможности изменения категории преступления на менее тяжкую, в соответствии с положениями ч. 6 ст. 15 УК РФ, неприменении положений статей 64, 73 УПК РФ, также являются незаконными. 

Просит оправдать ФИО3 по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием в его действиях состава преступления, признав за ним право на реабилитацию.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Матвеева Е.А. считает приговор незаконным и необоснованным. 

Ссылаясь на положения п. 7 Постановления Пленума ВС РФ от 29.11.2016 № 55 «О судебном приговоре» указывает, что ФИО3 обвиняется в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 290 УК РФ, ч. 1 ст. 291.2 УК РФ, и по ч. 1 ст. 174.1 УК РФ, однако суд, ограничился лишь формальным перечислением всех доказательств, имеющихся в материалах уголовного дела. Оценки доказательствам отдельно по каждому из совершенных преступлений, в приговоре не дано.

В описательно-мотивировочной части приговора суд ограничился перечислением протоколов следственных действий и иных документов, не раскрывая в приговоре их содержание (имеется ссылка на результаты ОРМ «Прослушивание телефонных переговоров» ФИО3 с ФИО26, видеозаписи переговоров ФИО3, с сотрудниками кафедры и со студентами, однако содержание этих доказательств не раскрыто в приговоре) т. 1 л.д. 155-299.

Судом изложены доводы подсудимого ФИО3, его отношение к предъявленному обвинению, однако должная оценка доводам, приведенным им в свою защиту, судом не дана.

Согласно закону, суд должен надлежащим образом мотивировать квалификацию действий подсудимого, однако сторона обвинения полагает, что суд не дал должной оценки действиям ФИО3, не мотивировал свои выводы о наличии в его действиях составов преступлений, предусмотренных ч.1 ст.290 УК РФ, ч.1 ст.291.2 УК РФ, а также ч.1 ст.174.1 УК РФ. 

Обращает внимание на то, что законом установлена ответственность по ст. 290 УК РФ за получение взятки: а) за совершение должностным лицом входящих в его служебные полномочия действия в пользу взяткодателя; б) за способствование должностным лицом в силу своего должностного положения совершению указанных действий; в) за общее покровительство или попустительство по службе.

Вопреки этому, в приговоре не указано, какие конкретно служебные полномочия ФИО3 использовал за получение взяток лично и через посредников, какие действия он должен был совершить в интересах взяткодателя, из тех, что входили в его служебные полномочия, какие именно из служебных полномочий ФИО3 связаны с осуществлением организационно-распорядительных функций, которые он должен был использовать в интересах взяткодателя.

В приговоре не указано, каким образом ФИО3 мог обеспечить покровительство или попустительство по службе при принятии от студентов экзаменов, при защите ими выпускной квалификационной работы, поскольку сам в принятии экзаменов участия не принимал, в связи, с чем, не ясно, при выполнении каких служебных полномочий он реализовал свои организационно – распорядительные функции.

Указывает на то, что обязательным элементом субъективной стороны указанных преступлений является наличие корыстного мотива, однако в приговоре суда нет мотивировки о корыстной направленности умысла ФИО3, обоснование корыстного умысла на основании исследованных доказательств, отсутствует.

Таким образом, судом нарушены требования п.2 ст.307 УПК РФ, что является существенными нарушениями уголовно-процессуального закона.

Кроме того, суд в резолютивной части приговора, определив срок наказания, засчитал время нахождения подсудимого под стражей по данному уголовному делу, с учетом правил, установленных статьей 72 УК РФ.

ФИО3 по настоящему уголовному делу задерживался в порядке ст.91 УПК РФ 26.04.2018, и содержался в СИЗО г. Оренбурга по 27.04.2018 включительно. Полагает, что данное время должно быть зачтено ему при назначении наказания в виде штрафа.

При назначении дополнительного наказания судом нарушены положения ст.47 УК РФ, согласно которой ФИО3 должен быть лишен права занимать должности на государственной службе, поскольку являлся должностным лицом государственного учреждения высшего образования. ФИО3 мог быть лишен права заниматься деятельностью, как указано в приговоре, если бы не являлся должностным лицом государственного учреждения.

Просит приговор отменить, уголовное дело направить на новое рассмотрение.

Выслушав мнения участников процесса, проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалоб и апелляционного представления, суд апелляционной инстанции приходит к следующему. 

Вопреки доводам апелляционных жалоб и апелляционного представления, выводы суда о виновности ФИО3 в совершении инкриминируемых преступлений, основаны на совокупности исследованных судом доказательств, анализ и оценка которым даны в приговоре.

Так, вопреки доводам жалоб и представления, судом в приговоре приведены показания осужденного ФИО3, данные им в судебном заседании, из которых следует, что он никаких денег от студентов и преподавателей не получал. Собирать деньги со студентов решили на заседании кафедры сами преподаватели. Инициаторами были ФИО10 и ФИО9 Сам он никаких контактов со студентами не имел, деньги не брал, давления ни на кого не оказывал. Деньги в сумме *** в фирму ФИО23 отвезли ФИО9 и ФИО10 Работы по хоздоговору выполнялись легально и были приняты ректоратом в соответствии с существующими требованиями, все, кто участвовал в выполнении хоздоговора, получили деньги в виде зарплаты через бухгалтерию. Считает, что при обстановке на кафедре, где его не приняли в качестве заведующего большинство преподавателей, дело дошло до ложного доноса с целью убрать его. ФИО9, ФИО10 и другие преподаватели оговорили его. В его действиях были нарушения, превышение должностных полномочий или халатность, так как он допустил подобные беспорядки на своей кафедре, но преступления, которые ему вменяются, он не совершал.

Указанным показаниям ФИО3 судом дана надлежащая оценка, и они обоснованно признаны недостоверными, поскольку опровергаются совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств.

По указанным основаниям являются несостоятельными и доводы апелляционного представления о том, что судом не дана подробная оценка доводам осужденного.

Так, из показаний свидетелей - преподавателей кафедры транспортного факультета *** ФИО9, ФИО10, ФИО27, ФИО19, ФИО13, ФИО11, ФИО12 следует, что от своего руководителя ФИО3 в октябре-ноябре 2016 года они получили указание о необходимости сбора денег в сумме *** с каждого из студентов-выпускников, подготовивших ВКР, для последующей передачи данных средств ему. Каждый из руководителей ВКР должен был пояснить своим студентам, что в случае отказа сдать данную сумму, они не будут допущены до защиты ВКР и не окончат ***. Необходимость сбора денег ФИО1 объяснил тем, что кафедра должна повысить свой рейтинг по заключению хоздоговоров и привлечению средств. Ввиду того, что невыполнение данного указания ФИО1 повлекло бы за собой репрессивные действия с его стороны, т.е. сокращение учебной нагрузки, уменьшение количества учебных часов, количества дипломников и, соответственно, снижение зарплаты преподавателя, то все согласились выполнять указание заведующего кафедрой ФИО3

Таким образом, вопреки всем доводам апелляционных жалоб и апелляционного представления, судом правильно установлен, поскольку подтвержден показаниями свидетелей ФИО9, ФИО10, ФИО27, ФИО19, ФИО13, ФИО11, ФИО12, тот факт, что в октябре-ноябре 2016 года заведующий кафедрой ФИО3 собрал преподавателей кафедры ***, являющихся руководителями ВКР студентов групп заочной формы обучения, и сообщил о необходимости получения руководителями ВКР денежных средств со студентов выпускников, подготовивших ВКР, в размере *** с каждого, для последующей передачи данных средств ФИО3 По указанию ФИО3 каждый из руководителей ВКР должен был собрать от закрепленных за ним, как за руководителем ВКР студентов, по *** с каждого. Если студенты не соглашались сдавать деньги, то преподаватели должны отдавать свои собственные денежные средства. Данный вопрос обговаривался на собрании, на котором присутствовали ФИО64. Последствия не сбора денег и не сдачи их студентами, для самих студентов будут выражены в не допуске последних до защиты ВКР и неполучения ими диплома бакалавра. К выставленным требованиям ФИО3 отнеслись отрицательно, студенты кто-то согласился, а кто-то нет. Преподаватели все согласились, поскольку побоялись остаться без работы. Если преподаватели отказались собирать денежные средства, то это могло отразиться на их работе, а именно выразиться в сокращении учебной нагрузки на следующий год, уменьшения количества читаемых дисциплин, количества дипломников, что повлияло бы на снижение заработной платы преподавателя. Могли сократить, писали заявление под давлением ФИО3.

При этом, судом, вопреки всем доводам апелляционных жалоб установлено, что инициатором сбора денежных средств со студентов в виде взяток, являлся именно ФИО3, а не преподаватели, которые присутствовали на собрании кафедры.

Выводы суда в указанной части основаны на совокупности доказательств, исследованных в судебном заседании, и оснований для их опровержения у суда апелляционной инстанции не имеется.

Таким образом, версия защиты о добровольной договоренности с преподавателями кафедры, о добровольном сборе денежных средств для блага кафедры, была проверена в ходе судебного разбирательства и обоснованно отвергнута как несостоятельная, поскольку опровергается исследованными судом материалами уголовного дела, в частности, приведенными в приговоре показаниями свидетелей - преподавателей и студентов, а также письменными доказательствами.

Так, свидетели – студенты кафедры технической эксплуатации и ремонта автомобилей, а именно ФИО28, ФИО29, ФИО30, ФИО31, ФИО32, ФИО33, ФИО34, ФИО16, ФИО35, ФИО17, ФИО36, ФИО37, ФИО38, ФИО39, ФИО40, ФИО41, ФИО42, ФИО2 А.В. пояснили, что когда руководители их ВКР озвучили им требование ФИО3 о сдаче денег за допуск их работ к защите, то они, испугавшись недопуска их работ к защите, согласились и передали требуемые деньги по *** с каждого. 

Свидетель ФИО44 пояснил, что за допуск его ВКР к защите он передал ФИО3 лично в руки *** в его кабинете. 

Показания указанных свидетелей обоснованно признаны судом достоверными и положены в основу обвинительного приговора, поскольку они последовательны, согласуются между собой и подтверждаются иными доказательствами, исследованными в судебном заседании.

Наличие у указанных свидетелей причин для оговора ФИО3, судом не установлено, не приведено таких оснований и в апелляционных жалобах.

Кроме того, все свидетели были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, наличие личной неприязни между ними и ФИО3 не установлено.

Согласно протоколу осмотра предметов (документов) от 11.09.2018 года с участием свидетеля ФИО9 осмотрен и просмотрен оптический диск с регистрационным номером 01/05-18, содержащий результаты оперативно-розыскных мероприятий «наблюдение» - видеозаписи разговоров ФИО3 с сотрудниками кафедры технической эксплуатации и ремонта автомобилей транспортного факультета ОГУ, с ФИО23 и со студентами указанного факультета, состоявшихся (дата), (дата), (дата), (дата), (дата), (дата), (дата) и (дата), в рабочем кабинете ФИО3, на транспортном факультете ***. После воспроизведения видеозаписи свидетель ФИО9 пояснил, что на них зафиксированы разговоры ФИО3 с сотрудниками кафедры технической эксплуатации и ремонта автомобилей транспортного факультета ОГУ, в том числе и с ним, по телефону с ФИО23 и со студентами указанного факультета. В ходе разговоров с ним и с ФИО10 обсуждались вопросы, связанные с заключением и оформлением хозяйственного договора с ООО «Служба мониторинга Оренбуржье», который готовил ФИО10, вопросы, связанные со сбором денежных средств со студентов, нехватки денежных средств, полученных от студентов, аккумулированных у ФИО3, и необходимости ФИО9 внести недостающие денежные средства, с тем, чтобы в последующем отвезти их в ООО «Служба мониторинга Оренбуржья» для исполнения договора возмездного оказания научно-технических услуг (т.5, л.д.30-31, 181-217).

Согласно протоколу осмотра документов от 23.04.2018 и постановлению о признании и приобщении к уголовному делу вещественных доказательств от (дата), осмотрены, признаны вещественными доказательствами ВКР студентов: ФИО45, ФИО44, ФИО38, ФИО46, ФИО17, ФИО35, ФИО47, ФИО6, ФИО31, ФИО48, ФИО49, ФИО36, ФИО7, ФИО42, ФИО33, ФИО29, ФИО37, ФИО40, ФИО50, ФИО28, ФИО51, ФИО34, ФИО16, ФИО52, ФИО53, ФИО43, ФИО32, ФИО30, ФИО39, ФИО8, ФИО41, ФИО54 Согласно данным документам, указанные выше студенты допущены ФИО3 до защиты ВКР и успешно прошли в феврале 2017 года государственную итоговую аттестацию – защиту ВКР (т.5 л.д. 80-111, 246-251).

Согласно протоколу осмотра документов от 20.04.2018 года, осмотрены и признаны вещественными доказательствами: зачетные книжки студентов ФИО37, ФИО51, ФИО32, ФИО8, ФИО50, ФИО48, ФИО6, ФИО42, ФИО38, ФИО7, ФИО46, ФИО52, ФИО54, ФИО17, ФИО40, ФИО16, ФИО39, ФИО36, ФИО47, ФИО43, ФИО33, ФИО45, ФИО29, ФИО35, ФИО34, ФИО49, ФИО53, ФИО28, ФИО41, ФИО30, ФИО31, ФИО44, копии трудовых договоров с ФИО9, ФИО11, ФИО10, ФИО1, ФИО12; оригиналы выписок из приказов о продлении срока действия трудовых договоров с ФИО13, ФИО12, ФИО11; копии должностных инструкций доцента и заведующего кафедрой; копия приказа об утверждении составов и секретарей государственной экзаменационной комиссии (далее – ГЭК) и составов апелляционных комиссий в 2017 году; оригинал распоряжения о допуске обучающихся к государственной итоговой аттестации (далее - ГИА); оригинал распоряжения о допуске обучающихся к ГИА; оригиналы протоколов заседания ГЭК по приему государственного экзамена от (дата) у студентов ФИО37, ФИО51, ФИО33, ФИО8, ФИО43, ФИО35, ФИО6, ФИО48, ФИО16, ФИО28, ФИО45, ФИО34, ФИО54, ФИО39; оригинал протоколов заседания ГЭК по приему государственного экзамена от (дата) у студентов ФИО49, ФИО31, ФИО38, ФИО30, ФИО29, ФИО7, ФИО52, ФИО50, ФИО40, ФИО47, ФИО17, ФИО41, ФИО55, ФИО44, ФИО36, ФИО46, ФИО32, ФИО53; оригиналы протоколов заседания ГЭК по рассмотрению выпускных квалификационных работ (далее – ВКР) студентов ФИО28, ФИО37, ФИО51, ФИО16, ФИО55, ФИО43, ФИО35, ФИО48, ФИО6, ФИО39, ФИО33 от (дата); оригиналы протоколов заседания ГЭК по рассмотрению ВКР студентов ФИО30, ФИО29, ФИО49, ФИО41, ФИО36, ФИО50, ФИО56, ФИО53, ФИО34, ФИО47, ФИО7 от (дата); оригиналы протоколов заседания ГЭК по рассмотрению ВКР студентов ФИО42, ФИО31, ФИО32, ФИО8, ФИО45, ФИО46, ФИО38, ФИО17, ФИО54, ФИО44, ФИО40 от (дата). Согласно данным документам указанные выше студенты прошли в январе-феврале 2017 года государственную итоговую аттестацию при сдаче ими государственного экзамена и защите ими ВКР, после их допуска до защиты ФИО3 (т.5 л.д. 32-74, 246-251).

Согласно протоколу осмотра места происшествия от 18.04.2018 года, осмотрен рабочий кабинет заведующего кафедрой технической эксплуатации и ремонта автомобилей транспортного факультета *** №, где были обнаружены и изъяты листы формата А 4 в количестве 8 шт., имеющие сгибы и рукописные записи; приказы «Об утверждении руководителей и тем выпускных квалификационных работ (далее – ВКР) студентам направления (дата) – эксплуатация транспортно-технологических машин и комплексов»; оригинал отчета о научно-исследовательской работе «Совершенствование метода и технических средств оценки технического состояния электрооборудования автомобилей», денежные средства в размере 46 500 рублей (т.3 л.д. 205-213, 214-220). 

Согласно протоколу осмотра документов от 20.09.2018 года и постановлению о признании и приобщении к уголовному делу вещественных доказательств от 06.11.2018 года, осмотрены, признаны вещественными доказательствами документы, содержащиеся в личном деле ФИО3, подтверждающие наличие у него трудовых отношений с *** и определяющие его должностные полномочия как заведующего кафедрой (т.5 л.д. 218-231, 246-251).

Согласно приказу по Оренбургскому государственному университету от 12.12.2016 № 803 «Об утверждении составов и секретарей государственных экзаменационных комиссий в 2017 году», ФИО3 утвержден членом государственной экзаменационной комиссии транспортного факультета *** по направлению подготовки (дата), (дата) - «Эксплуатация транспортно-технологических машин и комплексов» (т.7 л.д. 188-193).

Согласно «Общими требованиями и правилами оформления студенческих работ», утвержденных и.о. ректора *** (дата) (СТО 02069024.101-2015 «Стандарт организации. Правила построения, изложения, оформления и обозначения»), прошедшая нормоконтроль ВКР представляется на подпись заведующему кафедрой (для бакалавров и специалистов), руководителю магистерской программы вместе с бланками «Отзыв руководителя о ВКР» и «Лист нормоконтроля ВКР» (п. 4.3) (т. 7 л.д. 194-241).

На основании исследованных доказательств судом установлено, что ФИО3 занимая должность заведующего *** *** и являясь должностным лицом в период с октября 2016 года по 6 июля 2017 года получил через посредников - преподавателей ***, взятки – в размере *** с каждого из студентов по 18 фактам преступной деятельности, от ***, от одного студента *** лично от студента ФИО44 за обеспечение допуска выпускной квалификационной работы до защиты. 

Вопреки доводам апелляционного представления, в судебном заседании исследовался вопрос о допустимости и достоверности ОРМ, проведенных по настоящему уголовному делу, нарушений требований закона при оформлении, проведении и рассекречивании результатов оперативно-розыскных мероприятий, судом не установлено. 

При этом, вопреки доводам представления, судом результаты проведенных ОРМ приведены в приговоре, раскрыты их суть и содержание.

Вопреки доводам апелляционного представления, в приговоре указано, какие конкретно служебные полномочия ФИО3 использовал при получении взяток лично и через посредников, какие действия он должен был совершить в интересах взяткодателя, из тех, что входили в его служебные полномочия, какие именно из служебные полномочия ФИО3 связаны с осуществлением организационно-распорядительных функций, которые он должен был использовать в интересах взяткодателя.

Так, суд установил и указал в приговоре по каждому факту получения взятки, что ФИО3, занимая должность ***, являлся должностным лицом, выполняющим организационно-распорядительные функции в государственном учреждении, в том числе связанные с подготовкой и проведением государственной итоговой аттестации обучающихся.

ФИО3, занимая указанную должность и будучи членом государственной экзаменационной комиссии *** по направлению подготовки (дата), (дата) - «Эксплуатация транспортно-технологических машин и комплексов», руководствуясь корыстными побуждениями и целью незаконного обогащения, сформировал преступный умысел на получение от студентов заочной формы обучения *** лично и через посредников денежных средств в качестве взятки, в сумме ***, за совершение действий, входящих в его служебные полномочия, в виде обеспечения допуска указанных студентов до сдачи одной из форм государственной итоговой аттестации – защиты выпускной квалификационной работы (далее по тексту – ВКР).

ФИО3, находясь на своем рабочем месте, в помещении ***, осуществляя свои должностные полномочия, желая извлечь для себя материальную выгоду, руководствуясь корыстными побуждениями, имея умысел на получение денег за совершение действий в интересах дающего, осознавая, что использует свое служебное положение, получал взятки за совершение действий в пользу взяткодателя, связанных с обеспечением допуска студентов до сдачи одной из форм государственной итоговой аттестации – защиты ВКР по направлению подготовки (дата) - «Эксплуатация транспортно-технологических машин и комплексов», путем проставления своих подписей на соответствующих листах ВКР (титульном листе ВКР, бланке задания, аннотации).

Судом правильно по данным фактам установлены фактические обстоятельства совершенных ФИО3 преступлений, и исходя из совокупности собранных и исследованных доказательств, правильно квалифицированы действия ФИО3 по 19 фактам преступлений по ч. 1 ст. 290 УК РФ, и по 3 фактам преступлений по ч.1 ст. 291.2 УК РФ.

При этом судом в приговоре дана обоснованная и надлежащая оценка характеру действий осужденного, и направленности его умысла. 

Кроме того, в опровержение позиции автора апелляционного представления об отсутствии у ФИО3 корыстного умысла, следует рассматривать объективно выполненные ФИО3 действия, выразившиеся в желании извлечь для себя материальную выгоду, путем получения как лично, так и через посредников, - преподавателей кафедры ТЭиРА, взяток от студентов, за обеспечение допуска их выпускной квалификационной работы до защиты.

В то же время приговор суда в указанной части подлежит изменению по следующим основаниям.

В соответствии с ч. 2 ст. 297 УПК РФ приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии требованиями уголовно-процессуального закона и основан на правильном применении уголовного закона.

Согласно п. 1 ст. 307 УПК РФ, описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления.

Суд, при описании преступного деяния, признанного доказанным в получении взяток указал, что под общим покровительством по службе, оказываемым ФИО3, понималось обеспечение получения студентами положительных оценок при прохождении ими государственной итоговой аттестации в виде сдачи государственного экзамена и защиты выпускной квалификационной работы. 

Попустительством по службе являлось применение ФИО3 по отношению к студентам менее жестких требований при осуществлении контроля за порядком прохождения ими государственной итоговой аттестации.

Указанные действия, суд расценил как получение взятки за действия в пользу взяткодателя, если указанные действия входят в служебные полномочия должностного лица, а равно за общее покровительство и попустительство по службе.

Согласно п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 9 июля 2013 N 24 (в редакции от 24.12.2019) "О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях", общее покровительство по службе может проявляться, в частности, в необоснованном назначении подчиненного, в том числе в нарушение установленного порядка, на более высокую должность, во включении его в списки лиц, представляемых к поощрительным выплатам. К попустительству по службе относится, например, согласие должностного лица контролирующего органа не применять входящие в его полномочия меры ответственности в случае выявления совершенного взяткодателем нарушения.

Относящиеся к общему покровительству или попустительству по службе действия (бездействие) могут быть совершены должностным лицом в пользу как подчиненных, так и иных лиц, на которых распространяются его надзорные, контрольные или иные функции представителя власти, а также его организационно-распорядительные функции. 

Вместе с тем, таких обстоятельств не приведено ни в обвинении, предъявленном ФИО3, ни в приговоре.

Не указано, каким именно образом ФИО3 мог обеспечить покровительство или попустительство по службе при принятии от студентов экзаменов, при защите ими выпускной квалификационной работы, поскольку сам в принятии экзаменов участия не принимал, кроме того, в предъявленном ФИО3 обвинении не конкретизировано, при выполнении каких служебных полномочий он реализовал свои организационно-распорядительные функции в указанной части. 

При изложенных обстоятельствах, суд апелляционной инстанции находит подлежащими исключению из осуждения ФИО3, квалифицирующих признаков получения взятки «за общее покровительство или попустительство по службе".

Из установленных судом фактических обстоятельств дела, действия осужденного ФИО3 подлежат квалификации по ч. 1 ст. 290 УК РФ, как получение должностным лицом через посредника взятки в виде денег, за совершение действий в пользу взяткодателя, если такие действия входят в служебные полномочия должностного лица (по 18 фактам преступной деятельности); по ч. 1 ст. 290 УК РФ, как получение должностным лицом лично взятки в виде денег, за совершение действий в пользу взяткодателя, если такие действия входят в служебные полномочия должностного лица.

Учитывая указанные обстоятельства, у суда апелляционной инстанции имеются основания для смягчения наказания, назначенного осужденному ФИО3, по 19 фактам преступления, предусмотренного ч.1 ст. 290 УК РФ. 

Выводы суда о виновности ФИО3 по факту легализации (отмывании) денежных средств, приобретенных лицом в результате совершения им преступления, подтверждаются помимо доказательств, приведенных выше, следующими доказательствами.

Из показаний свидетеля ФИО23 следует, что договор возмездного оказания научно-технических услуг между *** и ООО «Служба мониторинга Оренбуржья» был им заключен по просьбе ФИО3, являющегося его давним другом. Сам договор для ООО «Служба мониторинга Оренбуржья» нужен не был, а если бы и был нужен, то средств на такие цели в ООО нет. Деньги в сумме ***, которые ООО перечислило в адрес ***, привезли ему ФИО9 и ФИО10

Свидетели ФИО9 и ФИО10 подтвердили, что деньги ФИО23 отвезли по указанию ФИО3 Из ***, которые ФИО3 передал через преподавателей ФИО23, *** были получены им в качестве взяток.

Свидетели ФИО14, ФИО15 и ФИО57 подтвердили факт заключения договора между *** и ООО «Служба мониторинга Оренбуржья», факт выполнения работ по договору и оплату выполненных работ, в частности, ФИО3 начислено ***.

Из протокола осмотра места происшествия от 18.04.2018 года следует, что осмотрен ноутбук «Lenovo», принадлежащий ФИО10, в ходе осмотра которого, в нем обнаружены следующие документы в электронном виде: договор №-ТЭиРА возмездного оказания научно-технических услуг от (дата); техническое задание на выполнение работ по договору №-ТЭиРА от (дата); календарный план работ на выполнение работ по договору №-ТЭиРА от (дата); протокол согласования договорной цены к договору №-ТЭиРА от (дата); акт сдачи-приемки выполненных работ (оказанных услуг) по договору №-ТЭиРА от (дата); срочный трудовой договор с ФИО3 от (дата); срочный трудовой договор с ФИО10 от (дата) (т.3 л.д.221-227).

Согласно протоколу осмотра места происшествия от (дата) в результате осмотра обнаружены и изъяты: оригиналы срочных трудовых договоров с ФИО11, ФИО13, ФИО9, ФИО10, ФИО12, ФИО3; оригиналы актов о приеме работ, выполненных по срочным трудовым договорам, заключенным с ФИО11, ФИО13, ФИО9, ФИО10, ФИО12, ФИО3; оригиналы заявлений о принятии на работу ФИО11, ФИО13, ФИО9, ФИО10, ФИО12, ФИО3; данные о реквизитах для перечисления на лицевой счет на имя ФИО11, ФИО13, ФИО9, ФИО10, ФИО12, ФИО1; оригинал платежного поручения; оригинал договора от (дата) №-ТЭиРА возмездного оказания научно-технических услуг; оригинал технического задания на выполнение работ по договору №-ТЭиРА от (дата); оригинал «календарного плана работ» на выполнение работ по договору №-ТЭиРА от (дата); оригинал протокола согласования договорной цены к договору №-ТЭиРА от (дата); оригинал акта сдачи-приемки выполненных работ (оказанных услуг) по договору №-ТЭиРА от (дата); оригинал отчета о научно-исследовательской работе «Совершенствование метода и технических средств оценки технического состояния электрооборудования автомобилей» (т.3 л.д. 245-251, 252), которые осмотрены и приобщены к материалам уголовного дела (т.5 л.д.157-176, 246-251; л.д.137-139).

Из протокола обыска от (дата) следует, что в офисе ООО «Служба мониторинга Оренбуржья» обнаружены и изъяты: договор (дата) №-ТЭиРА возмездного оказания научно-технических услуг; техническое задание на выполнение работ по договору №-ТЭиРА от (дата); календарный план работ на выполнение работ по договору №-ТЭиРА от (дата); платежное поручение № от (дата); акт сдачи-приемки выполненных работ (оказанных услуг) по договору №-ТЭиРА от (дата) (т.7 л.д.134-136, 137-141).

По протоколу осмотра документов от 04.04.2018 года осмотрены, признаны вещественными доказательствами и приобщены к материалам уголовного дела: 

- оптический диск Стандарта CD-R, содержащий справки по операциям и счетам ***, в которых имеются сведения о перечислении денежных средств со счета ООО «Служба мониторинга Оренбуржья» на счет *** за выполнение научно-технической работы, а также сведения о перечислении денежных средств со счета Научно-технического парка Оренбургского государственного университета на счета ФИО3, ФИО11, ФИО13, ФИО9, ФИО10, ФИО12 в качестве заработной платы по разовым трудовым договорам за участие в выполнении научно-технической работы, а именно, согласно указанным сведениям о расходных операциях *** 27.06.2017 ФИО3 перечислено *** ФИО11 перечислено *** ФИО13 перечислено ***., ФИО9 перечислено ***., ФИО10 перечислено *** ФИО12 перечислено *** 

- оптический диск стандарта CD-R, содержащий выписки по банковским счетам ФИО3, открытым в ПАО «Росбанк», в соответствии с которыми получены данные о поступлении несопоставимых с заработной платой ФИО3 сумм денежных средств на его счета в ПАО «Росбанк» (т.5 л.д. 14-19, 20-29, 30-31). 

Согласно данным о движении денежных средств по расчетному счету ФИО3, установлено поступление денежных средств ФИО3 по срочному трудовому договору, заключенному с *** на исполнение работ по договору заказчика от (дата) №-ТЭиРА, в сумме *** (т.5 л.д. 140-150, 246-250);

Согласно протоколу осмотра и прослушивания фонограммы от (дата), с участием свидетеля ФИО23 и адвоката ФИО58 осмотрен диск формата CD-R и прослушаны фонограммы телефонных переговоров, содержащиеся на нем. После прослушивания аудиофайлов участвующий в осмотре и прослушивании фонограмм свидетель ФИО23 показал, что на трех из пяти прослушанных аудиофайлах зафиксированы телефонные разговоры его с ФИО3, состоявшиеся в начале июня 2017 года, где речь шла о выполнении действий, связанных с заключением ООО «Служба мониторинга Оренбуржья» хозяйственного договора с *** на выполнение научной работы, о чем ФИО3 ранее просил ФИО23 (т.5 л.д.30-31).

Согласно протоколу осмотра предметов (документов) от (дата), с участием свидетеля ФИО9 осмотрен и просмотрен оптический диск стандарта DVD-R с регистрационным номером 01/05-18, содержащий результаты оперативно-розыскных мероприятий «наблюдение» - видеозаписи разговоров ФИО1 с сотрудниками кафедры технической эксплуатации и ремонта автомобилей транспортного факультета ***, с ФИО23 и со студентами указанного факультета, состоявшихся (дата), (дата), (дата), (дата), (дата), (дата), (дата) и (дата), в рабочем кабинете ФИО3, на транспортном факультете *** по адресу: (адрес) «А». После воспроизведения видеозаписи свидетель ФИО9 пояснил, что на них зафиксированы разговоры ФИО3 с сотрудниками кафедры технической эксплуатации и ремонта автомобилей транспортного факультета ***, в том числе и с ним, по телефону с ФИО23 и со студентами указанного факультета. В ходе разговоров с ним и с ФИО10 обсуждались вопросы, связанные с заключением и оформлением хозяйственного договора с ООО «Служба мониторинга Оренбуржье», который готовил ФИО10, вопросы, связанные со сбором денежных средств со студентов, нехватки денежных средств, полученных от студентов, аккумулированных у ФИО3, и необходимости ФИО9 внести недостающие денежные средства, с тем, чтобы в последующем отвезти их в ООО «Служба мониторинга Оренбуржья» для исполнения договора возмездного оказания научно-технических услуг (т.5 л.д.30-31, 181-217).

Из видеозаписи разговоров ФИО3 с сотрудниками кафедры, ФИО23 и со студентами, зафиксированных в ходе оперативно-розыскных мероприятий, проведенных сотрудниками УФСБ России по (адрес) видно, что ФИО3 в приказном порядке требует с преподавателей кафедры собирать деньги со студентов, считает собранные деньги, организовывает заключение фиктивного договора с предприятием, возглавляемым ФИО23, требует от ФИО9 внести недостающие денежные средства.

Согласно данным о движении денежных средств по расчетному счету ФИО3, установлено поступление денежных средств ФИО3 по срочному трудовому договору, заключенному с *** на исполнение работ по договору заказчика от (дата) №-ТЭиРА, в сумме *** (т.5 л.д. 140-150, 246-250).

Таким образом, судом правильно установлено, и подтверждается исследованными в судебном заседании доказательствами, что ФИО3, действуя умышленно, из корыстных побуждений, с целью легализации (отмывания) денежных средств в сумме ***, полученных в качестве взяток, путем совершения с ними финансовых операций (операции с денежными средствами), обеспечивающих исполнение ООО «Служба мониторинга Оренбуржья» хозяйственной сделки, а именно фиктивного договора с *** от (дата) №-ТЭиРА на выполнение научно-технической работы «Совершенствование методики и технических средств оценки технического состояния электрооборудование автомобилей», срочных трудовых договоров, заключенных *** с сотрудниками кафедры ТЭиРА транспортного факультета *** на исполнение работ по договору заказчика от (дата) №-ТЭиРА, а также путем уплаты налогов и иных обязательных платежей, приобрел вид денежных средств, законно находящихся в хозяйственном обороте, полученных в процессе финансово-хозяйственной деятельности ООО «Служба мониторинга Оренбуржья» с *** и не связанных с преступными действиями ФИО3 по получению взяток.

Юридическая оценка действий ФИО3 по указанному факту по ч.1 ст. 174.1 УК РФ судом дана верная, и суд апелляционной инстанции соглашается с ней.

Поэтому все доводы осужденного и адвоката о невиновности ФИО3 в совершении инкриминируемых преступлений, о недоказанности его вины и об отсутствии доказательств, являются несостоятельными, поскольку напротив, опровергаются доказательствами, исследованными в судебном заседании, которых по делу необходимое и достаточное количество.

Не являются основанием отмены приговора доводы осужденного о том, что из дополнительных допросов, в январе 2019 года свидетелей ФИО9 и ФИО10 видно, что ФИО9 изначально внес по хоздоговору свои денежные средства в размере 120 тыс. рублей. ФИО10 в показаниях указывает, что на деньги, полученные по хоздоговору, он приобрёл б/у ДВС и набор инструмента для нужд кафедры.

При этом, указанные доводы в силу достаточности приведенных в приговоре доказательств, подтверждающих вину ФИО3 в совершении инкриминируемых преступлений, не ставят под сомнение выводы суда о виновности ФИО3 в содеянном.

По указанным выше основаниям являются несостоятельными и доводы осужденного о недостоверности показаний свидетелей о том, что студенты платили ему по *** за допуск ВКР к защите.

Его же доводы о том, что суд не установил, сколько студентов не было допущено до защиты, не влекут отмену приговора, поскольку не влияют на юридическую оценку его действий.

По этим же основаниям не влекут отмену приговора и доводы осужденного о том, что никто из допрошенных студентов в суде не подтвердил, что он вымогал, угрожал, оказывал давление с целью получения денежных средств.

Являются несостоятельными и не влекут отмену приговора доводы осужденного о наличии противоречий в показаниях преподавателей и студентов, в части размера денежных средств в виде взятки и в виде оплаты выполненной преподавателями работы.

Судом имеющиеся противоречия, в том числе, в указанной части, устранены путем оглашения показаний свидетелей, данных ими в ходе предварительного расследования, которые все свидетели подтвердили.

При этом судом правильно и объективно установлены размеры сумм взяток в виде денег, все указанные суммы приведены в приговоре при описании каждого преступного деяния, подтверждены исследованными доказательствами, и сомнений не вызывают.

По этим основаниям являются несостоятельными и не влекут отмену приговора все доводы осужденного о том, что суд не учёл показания свидетеля ФИО9 о том, что он получал и большие суммы, но они являются вознаграждением; суд не установил, что является критерием деления полученных средств со студентов на взятку и на вознаграждение; в своих показаниях ФИО9, ФИО10, ФИО13, ФИО11, ФИО18, ФИО12, ФИО19 не отрицают, что со студентами они работали за денежное вознаграждение, хотя за эту нагрузку по руководству ВКР они получали заработную плату; руководитель ВКР за каждую работу имеет нагрузку 20 часов, и соответственно, бюджетное финансирование.

Вопреки доводам ФИО3, выводы суда о том, что он, руководствуясь корыстным умыслом, используя своё служебное положение, легализовал (отмыл) денежные средства в размере ***, приобретённых в результате совершения преступлений, подтверждаются совокупностью доказательств, исследованных в судебном заседании.

Доводы о том, что из указанной суммы получили зарплату ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, не влияют на юридическую оценку действий ФИО3

По указанным основаниям не влекут отмену приговора и все доводы осужденного о том, денежные средства в сумме *** он увидел в начале июня 2017 года; при этом данная сумма была перечислена на расчётный счёт ***; в обвинительном заключении не проведён анализ договора № ТЭиРА возмездного оказания научно-технических услуг, заключённого между ООО "Служба мониторинга Оренбуржья" и ***, на предмет его фиктивности; предлагаемый хоздоговором метод и технические средства оценки технического состояния электрооборудования автомобилей, показали высокую практическую значимость; эффективность предлагаемых научно-технических решений подтверждена тремя актами внедрения, которые приобщены к материалам уголовного дела; хоздоговор подписывали и утверждали проректор по научной работе ФИО14 и директор технопарка ОГУ ФИО15; денежные средства перечислялись через кассу университета, при этом он являлся исполнителем этого договора, как ФИО9, ФИО10 и другие преподаватели; судом и следствием не исследованы мотивы заключения хоздоговора.

Доводы осужденного о том, что студенты ФИО16 и ФИО17 сообщили ему о телефонных звонках, поступающих от преподавателей перед допросами следователя, о том, что нужно сказать следователю, материалами уголовного дела не подтверждены, и сами по себе не влекут отмену приговора.

Доводы осужденного об идентичности изложения органами предварительного расследования показаний свидетелей (том 3) ФИО9X. и ФИО10 и об отличии по фамилиям студентов и размерам полученных средств, не влекут отмену приговора.

Доводы жалобы осужденного о том, что суд незаконно и необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства о вызове и допросе 12 свидетелей, а также свидетелей ФИО9, ФИО10, ФИО13, ФИО12, ФИО18, ФИО11, безосновательны, поскольку принятое решение судом об отказе в удовлетворении данного ходатайства является мотивированным (том 19, л.д. 44).

При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что все свидетели были допрошены судом первой инстанции и их показания признаны относимыми и допустимыми. Кроме того, ФИО3 и его адвокат не были ограничены в праве допроса свидетелей, и задавали свидетелям интересующие их вопросы при рассмотрении уголовного дела по существу.

По указанным выше основаниям все доводы адвоката о том, что следствием не добыто доказательств виновности ФИО3 во вменяемых ему преступлениях; не проверена версия о том, что, получив вознаграждение от студентов за выполнение за них ВКР, но, не желая им делиться, в тоже время, осознавая необходимость исполнения собственного добровольного решения о сборе денежных средств (всего в размере ***) для последующей передачи в Университет как привлеченных, преподаватели кафедры, будучи сплоченными, испытывая личную неприязнь к ее руководителю, ФИО1, оговорили его перед студентами, сообщив им, недостоверные сведения о том, что ФИО3 требует с каждого студента по *** за допуск к ВКР, противоречат исследованным в судебном заседании доказательствам, и не влекут отмену приговора. 

Не влекут отмену приговора и все доводы адвоката о том, что студенты не желали самостоятельно выполнять выпускную квалификационную работу; за них ВКР выполняли преподаватели; поэтому показания некоторых свидетелей - студентов о том, что они выполняли работу самостоятельно, являются недостоверными под страхом признания их дипломов недействительными; и данные обстоятельства следствием не проверены и не опровергнуты, поскольку не влияют ни на правильность установленных судом фактических обстоятельств совершенных ФИО3 преступлений, ни на юридическую оценку его действий.

Ссылка адвоката на показания свидетелей ФИО11 и ФИО9, о том, что они отдали для исполнения решения о сборе *** свои личные денежные средства, как доказательство тому, что ФИО3 не требовал денег со студентов, а лишь требовал с преподавателей кафедры исполнения их собственного добровольного решения о сборе *** из их личных средств для последующей передачи в Университет как привлеченных; утверждение о том, что ФИО3 не знал, что вносимые каждым преподавателем денежные средства на указанные цели, являются не личными средствами вносителя (преподавателя), а незаконно собранными со студентов, и доказательств обратного следствием не добыто, являются несостоятельными и не влекут отмену приговора, поскольку опровергаются исследованными в судебном заседании доказательствами, изложенными в приговоре. 

Все доводы адвоката о том, что из показаний свидетелей ФИО9, ФИО22, ФИО23, ФИО15 следует, что собранные *** в полном объеме поступили в Университет в установленном порядке, и ни копейки из них ФИО3 себе не присвоил, сами по себе не влекут отмену приговора. 

В указанной связи судом установлено, и никем не оспаривается, что лично ФИО3 по указанному договору перечислено *** (т.5, л.д.140-150; 246-250), доводы о том, что остальные денежные средства получили ФИО9, ФИО10, ФИО13, ФИО11, ФИО24, Университет, а также государство в виде налогов и обязательных платежей в фонды, не влекут отмену приговора.

Все доводы адвоката о том, что внесение денежных средств в Университет было оформлено договором, не свидетельствует о совершении ФИО3 какого-либо преступления, поскольку данный договор незаключенным либо недействительным, судом не признавался, а заказчик договора - свидетель ФИО23, пояснил, что результат договора (не формальный отчет, а сама разработка) представлял для него ценность, денежные средства для оплаты работы по договору у него отсутствуют; а также доводы о том, что заключение хоздоговора существенно повысило рейтинг кафедры, факультета, университета, увеличило их авторитет, положительно отразилось на сотрудниках кафедры, в том числе, из-за этого, резко увеличились их заработные платы, а также повлекло иные улучшения; счет Университета не является местом, к которому у ФИО3 имелся доступ; сбор ФИО3 с преподавателей по их общей добровольной договоренности их личных денег для преподавателей кафедры и передача их Университету, хотя и были связанны с исполнением его профессиональных обязанностей, но при этом не относились к полномочиям представителя власти, организационно-распорядительным либо административно-хозяйственным функциям; как и доводы о том, что целью заключения хоздоговора являлось не придание правомерного вида владению, пользованию и распоряжению такими денежными средствами, поскольку, с момента зачисления денежных средств на счет Университета, владеть, пользоваться, распоряжаться ими ФИО3 не мог, а исполнение приказа Университета о привлечении средств за счет научной деятельности кафедры; не являются основаниями отмены приговора, поскольку не влияют на юридическую оценку действий ФИО3

Вопреки доводам апелляционного представления, суд дал оценку доказательствам, исследованным в ходе судебного разбирательства, как каждому в отдельности, так и в их совокупности, при этом указал основания, по которым одни доказательства признаны достоверными, а другие отвергнуты. Такая оценка произведена судом в соответствии с требованиями ст. 87, 88, УПК РФ, и тот факт, что данная оценка доказательств не совпадает с позицией государственного обвинителя, осужденного и его защитника, не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона в указанной части, и не является основанием к отмене или изменению приговора.

Являются несостоятельными и доводы апелляционного представления о том, что суд ограничился перечислением протоколов следственных действий и иных документов, не раскрывая в приговоре их содержание, поскольку содержание доказательств, исследованных судом, приведены и раскрыты в приговоре.

Иная позиция на этот счет основана на их собственной интерпретации исследованных доказательств, преимущественно на отдельных, вне общего контекста показаний, высказываниях свидетелей, без учета установленных ст.ст. 87, 88 УПК РФ правил оценки доказательств, которыми в данном случае руководствовался суд.

Описание деяний, признанных судом доказанными, вопреки доводам апелляционного представления и жалоб осужденного и его защитника, содержит все необходимые сведения о месте, времени, способе их совершения, форме вины, целях и иных данных, позволяющих судить о событии преступлений, доказанности вины ФИО3, и правильности правовой оценки его действий. 

Оснований для иной оценки доказательств, как об этом ставится вопрос в апелляционном представлении, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Назначая наказание ФИО3, суд исходил из требований ст. ст. 6, 60 УК РФ об учёте характера и степени общественной опасности совершенных им преступлений, данных о личности, обстоятельств, влияющих на наказание, а также влияния назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи. 

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО3, суд в полной мере признал, что он ранее не судим, совершил преступления небольшой тяжести впервые, а также положительно характеризующие его данные по месту работы. 

Обстоятельств, отягчающих наказание осужденному ФИО3, в соответствии со ст.63 УК РФ, суд не установил. 

Изучением личности ФИО3 установлено, что он ранее не судим, впервые совершил преступления, отнесенные законом к категории небольшой степени тяжести, на учетах в наркологическом и психоневрологическом диспансерах не состоит, не наблюдается и не зарегистрирован, по месту жительства характеризуется положительно. 

Учитывая характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, данные о личности осужденного и совокупность указанных выше обстоятельств, суд пришел к обоснованному выводу о назначении ФИО3 наказания в виде штрафа.

Оснований для применения к ФИО3 положений ст.ст. 64, 62 ч.1,75, 76, 76.2 УК РФ у суда не имелось, не имеется таких оснований и у суда апелляционной инстанции.

В указанной части свои выводы суд мотивировал, изложил в приговоре, и у суда апелляционной инстанции не имеется оснований для их опровержения.

Вопреки доводам адвоката, оснований для применения к ФИО3 положений ч.6 ст. 15 УК РФ у суда не имелось, не имеется таких оснований и у суда апелляционной инстанции, поскольку все преступления, в совершении которых ФИО3 судом признан виновным, относятся к категории небольшой тяжести.

Являются мотивированными и выводы суда в части назначения ФИО3 дополнительного наказания в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью.

Вместе с тем, приговор в части назначения дополнительного наказания, назначенного судом ФИО3 по 19 фактам преступной деятельности, в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с организационно-распорядительными полномочиями по подготовке и проведению государственной итоговой аттестации студентов в учебных учреждениях, подлежит изменению.

Так, согласно ч. 1 ст. 47 УК РФ лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью состоит в запрещении занимать должности на государственной службе, в органах местного самоуправления либо заниматься определенной профессиональной или иной деятельностью.

В силу п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 декабря 2015 года N 58 "О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания" лишение права занимать определенные должности состоит в запрещении занимать должности только на государственной службе или в органах местного самоуправления. В приговоре необходимо указывать не конкретную должность либо категорию и (или) группу должностей по соответствующему реестру должностей, а определенный конкретными признаками круг должностей, на который распространяется запрещение (например, должности, связанные с осуществлением функций представителя власти, организационно-распорядительных и (или) административно-хозяйственных полномочий).

Лишение же права заниматься определенной деятельностью может выражаться в запрещении заниматься как профессиональной, так и иной деятельностью. В приговоре следует конкретизировать вид такой деятельности (педагогическая, врачебная, управление транспортом и т.д.).

Данные требования закона судом выполнены не в полной мере.

Суд не конкретизировал, каким видом деятельности запрещено заниматься осужденному, что не основано на требованиях закона, поскольку выполнение организационно-распорядительных полномочий по подготовке и проведению государственной итоговой аттестации студентов нельзя отнести к каким-либо видам определенной деятельности.

Таким образом, суд апелляционной инстанции считает необходимым приговор в части назначения дополнительного наказания осужденному изменить, уточнив о назначении ФИО3 дополнительного наказания в виде лишения права заниматься педагогической деятельностью, связанной с подготовкой и проведением государственной итоговой аттестации студентов в учебных учреждениях.

Вносимые изменения не ухудшают положение осужденного, поскольку связаны лишь с уточнением вида деятельности, которым ему запрещено заниматься. 

Кроме того, частью 5 статьи 72 УК РФ установлено, что при назначении осужденному, содержавшемуся под стражей до судебного разбирательства, в качестве основного вида наказания штрафа, суд, учитывая срок содержания под стражей, смягчает назначенное наказание или полностью освобождает его от отбывания этого наказания.

Названные требования уголовного закона при вынесении решения суд первой инстанции проигнорировал, положения ч.5 ст.72 УК РФ при назначении осужденному наказания не применил, решения о смягчении назначенного наказания не принял.

Изложенное указывает на нарушение судом норм материального права, которое следует признать существенным, повлиявшим на исход дела, что является основанием для внесения в приговор соответствующих изменений.

Суд апелляционной инстанции находит, что с учетом срока содержания ФИО3 под стражей в ходе предварительного следствия с 26 апреля 2018 года до 28 апреля 2018 года (т.6, л.д.7-11, 29) назначенное осужденному основное наказание в виде штрафа, подлежит смягчению. 

Выводы суда об освобождении ФИО3 от наказания на основании п. «а» ч.1 ст. 78 УК РФ, п.3 ч.1 ст.24, ч.8 ст. 302 УПК РФ, являются обоснованными, никем не обжалуются, и изменению в указанной части не подлежат.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.26, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции,

ПОСТАНОВИЛ:

апелляционное представление государственного обвинителя Матвеевой Е.А., апелляционные жалобы осужденного ФИО3 и адвоката Мочалова М.В. удовлетворить частично. 

Приговор Дзержинского районного суда г. Оренбурга от 6 марта 2020 года в отношении ФИО3 изменить. 

Исключить из осуждения ФИО3 по ч.1 ст.290 УК РФ квалифицирующие признаки получения взятки «за общее покровительство и попустительство по службе».

Смягчить назначенное ФИО3 наказание:

1. по ч.1 ст.290 УК РФ (по факту получения взятки от ФИО28) в виде штрафа до 100 000 (ста тысяч) рублей в доход государства, с лишением права заниматься педагогической деятельностью, связанной с подготовкой и проведением государственной итоговой аттестации студентов в учебных учреждениях, на срок 1 год 6 месяцев;

2. по ч.1 ст.290 УК РФ (по факту получения взятки от ФИО38) в виде штрафа до 100 000 (ста тысяч) рублей в доход государства, с лишением права заниматься педагогической деятельностью, связанной с подготовкой и проведением государственной итоговой аттестации студентов в учебных учреждениях, на срок 1 год 6 месяцев;

3. по ч.1 ст.290 УК РФ (по факту получения взятки от ФИО37) в виде штрафа до 100 000 (ста тысяч) рублей в доход государства, с лишением права заниматься педагогической деятельностью, связанной с подготовкой и проведением государственной итоговой аттестации студентов в учебных учреждениях, на срок 1 год 6 месяцев;

4. по ч.1 ст.290 УК РФ (по факту получения взятки от ФИО32) в виде штрафа до 100 000 (ста тысяч) рублей в доход государства, с лишением права заниматься педагогической деятельностью, связанной с подготовкой и проведением государственной итоговой аттестации студентов в учебных учреждениях, на срок 1 год 6 месяцев; 

5. по ч.1 ст.290 УК РФ (по факту получения взятки от ФИО16) в виде штрафа до 100 000 (ста тысяч) рублей в доход государства, с лишением права заниматься педагогической деятельностью, связанной с подготовкой и проведением государственной итоговой аттестации студентов в учебных учреждениях, на срок 1 год 6 месяцев;

6. по ч.1 ст.290 УК РФ (по факту получения взятки от ФИО33) в виде штрафа до 100 000 (ста тысяч) рублей в доход государства, с лишением права заниматься педагогической деятельностью, связанной с подготовкой и проведением государственной итоговой аттестации студентов в учебных учреждениях, на срок 1 год 6 месяцев;

7. по ч.1 ст.290 УК РФ (по факту получения взятки от ФИО30) в виде штрафа до 100 000 (ста тысяч) рублей в доход государства, с лишением права заниматься педагогической деятельностью, связанной с подготовкой и проведением государственной итоговой аттестации студентов в учебных учреждениях, на срок 1 год 6 месяцев; 

8. по ч.1 ст.290 УК РФ (по факту получения взятки от ФИО39) в виде штрафа до 100 000 (ста тысяч) рублей в доход государства, с лишением права заниматься педагогической деятельностью, связанной с подготовкой и проведением государственной итоговой аттестации студентов в учебных учреждениях, на срок 1 год 6 месяцев; 

9. по ч.1 ст.290 УК РФ (по факту получения взятки от ФИО44) в виде штрафа до 100 000 (ста тысяч) рублей в доход государства, с лишением права заниматься педагогической деятельностью, связанной с подготовкой и проведением государственной итоговой аттестации студентов в учебных учреждениях, на срок 1 год 6 месяцев;

10. по ч.1 ст.290 УК РФ (по факту получения взятки от ФИО41) в виде штрафа до 100 000 (ста тысяч) рублей в доход государства, с лишением права заниматься педагогической деятельностью, связанной с подготовкой и проведением государственной итоговой аттестации студентов в учебных учреждениях, на срок 1 год 6 месяцев; 

11. по ч.1 ст.290 УК РФ (по эпизоду получения взятки от ФИО36) в виде штрафа до 150 000 (ста пятидесяти тысяч) рублей в доход государства, с лишением права заниматься педагогической деятельностью, связанной с подготовкой и проведением государственной итоговой аттестации студентов в учебных учреждениях, на срок 1 год 6 месяцев; 

12. по ч.1 ст.290 УК РФ (по факту получения взятки от ФИО40) в виде штрафа до 100 000 (ста тысяч) рублей в доход государства, с лишением права заниматься педагогической деятельностью, связанной с подготовкой и проведением государственной итоговой аттестации студентов в учебных учреждениях, на срок 1 год 6 месяцев; 

13. по ч.1 ст.290 УК РФ (по факту получения взятки от ФИО31) в виде штрафа до 100 000 (ста тысяч) рублей в доход государства, с лишением права заниматься педагогической деятельностью, связанной с подготовкой и проведением государственной итоговой аттестации студентов в учебных учреждениях, на срок 1 год 6 месяцев; 

14. по ч.1 ст.290 УК РФ (по факту получения взятки от ФИО29) в виде штрафа до 100 000 (ста тысяч) рублей в доход государства, с лишением права заниматься педагогической деятельностью, связанной с подготовкой и проведением государственной итоговой аттестации студентов в учебных учреждениях, на срок 1 год 6 месяцев; 

15. по ч.1 ст.290 УК РФ (по факту получения взятки от ФИО17) в виде штрафа до 100 000 (ста тысяч) рублей в доход государства, с лишением права заниматься педагогической деятельностью, связанной с подготовкой и проведением государственной итоговой аттестации студентов в учебных учреждениях, на срок 1 год 6 месяцев; 

16. по ч.1 ст.290 УК РФ (по факту получения взятки от ФИО34) в виде штрафа до100 000 (ста тысяч) рублей в доход государства, с лишением права заниматься педагогической деятельностью, связанной с подготовкой и проведением государственной итоговой аттестации студентов в учебных учреждениях, на срок 1 год 6 месяцев; 

17. по ч.1 ст.290 УК РФ (по факту получения взятки от ФИО6) в виде штрафа до 100 000 (ста тысяч) рублей в доход государства, с лишением права заниматься педагогической деятельностью, связанной с подготовкой и проведением государственной итоговой аттестации студентов в учебных учреждениях, на срок 1 год 6 месяцев; 

18. по ч.1 ст.290 УК РФ (по факту получения взятки от ФИО7) в виде штрафа до 100 000 (ста тысяч) рублей в доход государства, с лишением права заниматься педагогической деятельностью, связанной с подготовкой и проведением государственной итоговой аттестации студентов в учебных учреждениях, на срок 1 год 6 месяцев; 

19. по ч.1 ст.290 УК РФ (по факту получения взятки от ФИО8) в виде штрафа до 100 000 (ста тысяч) рублей в доход государства, с лишением права заниматься педагогической деятельностью, связанной с подготовкой и проведением государственной итоговой аттестации студентов в учебных учреждениях, на срок 1 год 6 месяцев. 

На основании ч.2 ст.69 УК РФ, по совокупности 19 преступлений, предусмотренных ч.1 ст. 290 УК РФ, 3 преступлений, предусмотренных ч.1 ст. 291.2 УК РФ, ч.1 ст. 174.1 УК РФ, путем частичного сложения наказаний, окончательно назначить ФИО3 наказание в виде штрафа в размере 350 000 (триста пятьдесят тысяч) рублей в доход государства, с лишением права заниматься педагогической деятельностью, связанной с подготовкой и проведением государственной итоговой аттестации студентов в учебных учреждениях, на срок 2 года.

На основании ч. 5 ст. 72 УК РФ с учетом срока содержания ФИО3 под стражей в ходе предварительного следствия с 26 апреля 2018 года до 28 апреля 2018 года, смягчить назначенное осужденному ФИО3 основное наказание в виде штрафа до 320 000 рублей. 

В остальном, этот же приговор оставить без изменения. 

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Шестой кассационный суд общей юрисдикции, в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ. 

Председательствующий,

судья