Дело № 2-2888/2025

УИД 61RS0003-01-2025-004317-61

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

24 декабря 2025г. г. Ростов-на-Дону

Кировский районный суд г. Ростова-на-Дону в составе:

председательствующего судьи Федоренко Е.Ю.,

при секретаре Генюк А.О.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к АО «Альфа-Банк», АО «АльфаСтрахование», ООО «АльфаСтрахование-Жизнь», третье лицо: Управление Роспотребнадзора по Ростовской области о защите потребителя финансовой услуги,

УСТАНОВИЛ:

Истец обратился в Кировский районный суд г. Ростов-на-Дону с иском к ответчикам о защите потребителя финансовой услуги, указав, что в рамках кредитного договора, о заключении которого он договаривался с АО «Альфа-банк», ему, без его одобрения была вменена повышенная кредитная ставка, вместо ставки, размер которой был изначально доведен до него в рекламном сообщении, также с него была удержана оплата комиссии за уменьшение ставки до размера оплаты за пользование кредитными денежными средствами в сумме, соответствующей рекламному объявлению. В отделении банка истец заявлял о необходимом ему кредите в размере 700 000 руб., достаточной для приобретения автомобиля, и соответствующей его финансовой способности обслуживать финансовые обязательства. Однако, фактические условия предоставления кредита были ему вменены на основную сумму больше, чем он способен был надлежащим образом погашать. В день заключения кредитного договора с незначительным разрывом во времени, с ним были заключены три договора личного страхования на сумму более чем 200 000 руб., при этом, все три договора личного страхования имеют пересекающиеся страховые риски и схожие до степени смешения описания страховых случаев, что не соответствовало его пониманию о необходимости приобретения страховых продуктов. Также, истец указывал, что непосредственно условия кредитного договора, договоров личного страхования до него были доведены спустя пять дней после подписания оспариваемых им договоров, отмечая, что договоры с ним, хоть и заключались непосредственно в отделении банка, но фактически процесс заключения договоров был сведен к обмену с сотрудником банка смс-кодами. Истец указывает, что условия предоставления кредита для оплаты страховой премии не подлежали изменению, так как были изначально предусмотрены по тексту кредитного договора, чем исключали возможность заемщика согласиться либо отказаться от страхования, что является навязыванием истцу дополнительных условий получения кредита. Согласно условиям кредитного договора Банк обязуется перечислить со счета истца часть кредита для оплаты страховых премий, что и было сделано до момента ознакомления истца с условиями заключенного с ним посредством смс-кодов договоров. Истец считает, что действия ответчиков существенно увеличили финансовые обязательства заемщика перед банком, сумма кредита с оплатой всех страховых премий составила более одного миллиона рублей, из которых страховая премия образовала треть от суммы кредита.

На основании изложенного, с учетом уточнений исковых требований, истец просит признать заключенные с истцом кредитный договор от 04.09.2023г. с АО «Альфа-банк», в части условия о взимании с него комиссии за подключение к программе «Выгодная ставка», договоры страхования:

- по программе «Страхование жизни и здоровья плюс защита от потери работы»,

- по программе «Страхование жизни и здоровья»,

- по программе «Надежное будущее» - недействительными, применив последствия недействительности, в виде возвращения сторон в первоначальное положение в виде возврата на ссудный счет, открытый для обслуживания кредитного договора от 04.09.2023г. оплаченных страховых премий на общую сумму 234 814 руб. (218677 + 10137 + 6000). Взыскать с ответчика АО «Альфа-банк» в пользу истца денежные средства в размере комиссии, за досрочное исполнение кредитного договора в сумме 87 142 руб. Признать обязательства истца по кредитному договору от 04.09.2023г. исполненными по состоянию на 22.09.2023г., взыскать с ответчиком неустойку за нарушение прав потребителя в размере 234 814 руб., с ответчика АО «Альфа-банк» в пользу истца неустойку в размере 87 142 руб., с ответчиков – компенсацию морального вреда в сумме 100 00 руб., штраф за неудовлетворение требований потребителя в добровольном порядке.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте рассмотрения дела уведомлен надлежащим образом, представил письменное ходатайство о рассмотрении дела без своего участия и участия своего представителя ФИО8, действующей на основании доверенности.

Ответчики в судебное заседание своих представителей не направили, о дате, времени и месте рассмотрения дела уведомлены надлежащим образом, направили письменные возражения относительно исковых требований, в которых исковые требования не признали, просили в иске отказать, ссылаясь на отсутствие нарушений прав истца при заключении оспариваемых договоров.

Третье лицо в судебное заседание уполномоченного представителя не направило, о дате, времени и месте рассмотрения дела уведомлено надлежащим образом.

Дело рассмотрено в отсутствие сторон и третьего лица в порядке ст. 167 ГПК РФ.

Изучив материалы дела, письменную позицию финансового уполномоченного, доводы истца, возражения и отзыв на исковые требований ответчиков, допросив свидетеля ФИО4, суд пришел к следующему.

В соответствии со ст. 819 ГК РФ по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты за пользование ею, а также предусмотренные кредитным договором иные платежи, в том числе связанные с предоставлением кредита.

На основании абз.2 п. 1 ст. 819 ГК РФ в случае предоставления кредита гражданину в целях, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности (в том числе кредита, обязательства заемщика по которому обеспечены ипотекой), ограничения, случаи и особенности взимания иных платежей, указанных в абзаце первом настоящего пункта, определяются законом о потребительском кредите (займе). Заемщик обязан уплатить кредитору проценты за пользование кредитом в размере и порядке, определенном договором, которые выплачиваются до дня возврата кредита; банк или иная кредитная организация, заключившая с заемщиком кредитный договор, обязана предоставить ему денежные средства, составляющие сумму кредита, на условиях, предусмотренных договором.

Таким образом, к правоотношениям, связанным с кредитным договором, применяются правила, установленные ГК РФ для договоров займа, в части, не противоречащей нормам, регулирующим правоотношения по кредитным договорам.

Пунктом 1 ст. 807 ГК РФ определено, что по договору займа одна сторона (заимодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.

Согласно п. 1 ст. 810 ГК РФ заемщик обязан возвратить заимодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

Следует отметить, что положения параграфов 1 и 2 гл. 42 ГК РФ не предусматривают обязанности заемщика страховать свою жизнь и здоровье в случае получения кредита.

Пунктом 2 ст. 935 ГК РФ установлено, что обязанность страховать свою жизнь или здоровье не может быть возложена на гражданина по закону.

Таким образом, законодательством РФ допускается только добровольное страхование жизни и здоровья физического лица.

При этом в силу п. 1 ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена ГК РФ, законом или добровольно принятым обязательством.

Следовательно, обязанность заемщика застраховать свою жизнь и здоровье может быть принята заемщиком добровольно.

Судом установлено и следует из материалов дела, что 04.09.2023г. между ФИО1 и АО «Альфа-Банк» заключен договор потребительского кредита № № на сумму 1 022 200 руб. на срок 60 месяцев. Пункт 4 договора содержит следующие условия определения процентной ставки: Стандартная процентная ставка 25,99% годовых. Процентная ставка на дату заключения договора составляет 8% годовых. Процентная ставка по договору кредита равна разнице между стандартной процентной ставкой и суммой предоставляемых заемщику дисконтов: в случае оформления договора страхования жизни и здоровья, соответствующего требованиям п. 18 настоящих ИУ (Индивидуальных условий) и влияющего на размер процентной ставки по договору кредита (добровольный договор страхования), в размере 12,99% годовых (далее – дисконт 1) и в случае оформления услуги «Выгодная ставка» (далее – Услуга) в размере 5% годовых (далее – дисконт 2).

В соответствии с пунктом 4.1.2 в случае отсутствия добровольного договора страхования и (или) несоответствия заключенного заемщиком добровольного договора страхования требованиям, указанным в пункте 18 индивидуальных условий, и (или) непредставления в Банк документальных подтверждений заключения добровольного договора страхования/оплаты страховой премии по нему в указанный в п. 18 срок, по договору выдачи кредита наличными и на весь оставшийся срок действия Договора выдачи кредита наличными по Договору, подлежит применению процентная ставка 20,99% годовых, которая равна разнице между стандартной процентной ставки (п. 4.1 настоящих ИУ) и дисконтом 2, в размере 5% годовых. Если указанные обстоятельства, связанные с исполнением п. 18 настоящих ИУ, наступают не посредственно на дату очередного ежемесячного платежа, под «датой ближайшего ежемесячного платежа» понимается дата такого ежемесячного платежа.

Повторное предоставление заемщику дисконта, предусмотренного п. 4.1.1, не предусмотрено, вне зависимости от последующего выполнения заемщиком вышеуказанных условий.

В соответствии с пунктом 4.1.4 вышеназванного договора в случае отказа от Услуги, а также при условии отсутствия добровольного договора страхования и (или) несоответствия заключенного заемщиком добровольного договора страхования требованиям, указанным в п. 18 Индивидуальных условий и не предоставления в Банк документальных подтверждений заключения добровольного страхования/оплаты страховой премии по нему указанный в п. 18 Индивидуальных условий срок - начиная с даты, следующей за датой ближайшего ежемесячного платежа по Договору выдачи кредита наличными, и на весь оставшийся срок действия Договора выдачи кредита наличными применяется стандартная процентная ставка.

Под "стандартной процентной ставкой" подразумевается величина процентной ставки по Договору выдачи кредита наличными соответствующего вида, установленная Банком самостоятельно в условиях предоставления продукта.

Согласно пункту 4.1.5 при этом, в указанных в п. 4.1.3 или 4.1.4 настоящих Индивидуальных условий случаях, при отказе от Услуги непосредственно в дату ежемесячного платежа, - с даты, следующей за датой такого платежа, прекрати применяться дисконт 2 к значению процентной ставки по договору выдачи кредита наличными.

При наступлении обстоятельств, указанных в пункте 4.1.4 настоящих Индивидуальных условий, связанных с невыполнением п. 18 настоящих Индивидуальных условий, непосредственно в дату очередного ежемесячного платежа, после даты такого ежемесячного платежа прекратит применяться дисконт 1 к значению процентной ставки по договору кредита.

В день обращения, в кредитном учреждении с истцом были заключены:

- 04.09.2023г. – договор страхования с ООО «Альфастрахование-жизнь» по программе «Страхование жизни и здоровья», в счет оплаты которого 05.09.2023г. были переведены на счет указанной организации 10 137, 27 р.;

- 04.09.2023г. – договор страхования с ООО «Альфастрахование–жизнь» по программе «Страхование жизни и здоровья + защита от потери работы», в счет оплаты которого 05.09.2023г. были переведены на счет указанной организации 218 677, 80 р.;

- 04.09.2023г. – договор страхования с ООО «Альфастрахование» по программе «Надежда на будущее. Вариант 2», в счет оплаты которого 05.09.2023г. переведены на счет указанной организации 6 000 р.

Из пояснений ответчиков, следует, что распоряжения для перечисления денежных средств были включены в заявление заемщика от 04.09.2023г., в котором содержится поручение клиента списать со ссудного счета полагающиеся к выплате страховые премии. Проставление согласия в виде росчерка «галочки», подтверждающего согласия заемщика на удержание денежных средств проставлены машинописным образом.

Как следует из пояснений истца, заключая кредитный договор, истец был уверен, что сумма заемных денежных средств составляет 700 000 руб., из которых в его распоряжение поступит запрашиваемая денежная сумма за минусом 6 000 р., которыми должна была быть оплачена услуга по страхованию, подлежащая предоставлению ответчиком ООО «Альфастрахование».

Согласно статье 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Указание в законе на цель данных действий свидетельствует о том, что они являются актом волеизъявления, в основе которого лежит воля соответствующего лица к достижению определенных правовых последствий.

В п. 50 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 г. N 25 разъяснено, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки).

При этом сделка может быть признана недействительной как в случае нарушения требований закона (ст. 168 ГК РФ), так и по специальным основаниям в случае порока воли при ее совершении, в частности, при совершении сделки под влиянием существенного заблуждения или обмана (ст. 178, п. 2 ст. 179 ГК РФ).

Кроме того, если сделка нарушает установленный п. 1 ст. 10 ГК РФ запрет на недобросовестное осуществление гражданских прав, в зависимости от обстоятельств дела она может быть признана судом недействительной на основании положений ст. 10 и п. 1 или п. 2 ст. 168 названного Кодекса. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (пп. 7 и 8 вышеуказанного постановления Пленума Верховного Суда РФ).

В силу статьи 9 Федерального закона от 26.01.1996 № 15-Ф3 «О введении в действие части второй Гражданского кодекса Российской Федерации» в случаях, когда одной из сторон в обязательстве является гражданин, использующий, приобретающий, заказывающий либо имеющий намерение приобрести или заказать товары (работы, услуги) для личных бытовых нужд, такой гражданин пользуется правами стороны в обязательстве в соответствии с ГК РФ, а также правами, предоставленными потребителю Законом Российской Федерации от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей» и изданными в соответствии с ним иными правовыми актами.

Законодательством о защите прав потребителей установлены специальные требования к заключению договоров, направленные на формирование у потребителя правильного и более полного представления о приобретаемых (заказываемых) товарах, работах, услугах, позволяющего потребителю сделать их осознанный выбор, а также на выявление действительного волеизъявления потребителя при заключении договоров, и особенно при заключении договоров на оказание финансовых услуг.

Так, ст. 8 Закона о защите прав потребителей предусмотрено право потребителя на информацию об изготовителе (исполнителе, продавце) и о товарах (работах, услугах).

Согласно п. 2 данной статьи названная информация доводится до сведения потребителя при заключении договоров купли-продажи и договоров о выполнении работ (оказании услуг) способами, принятыми в отдельных сферах обслуживания потребителей, на русском языке, а дополнительно, по усмотрению изготовителя (исполнителя, продавца), на государственных языках субъектов Российской Федерации и родных языках народов Российской Федерации.

Обязанность исполнителя своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию об услугах, обеспечивающую возможность их правильного выбора, предусмотрена также ст. 10 Закона о защите прав потребителей.

В п. 44 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 июня 2012 г. N 17 разъяснено, что суду следует исходить из предположения об отсутствии у потребителя специальных познаний о свойствах и характеристиках товара (работы, услуги), имея в виду, что в силу Закона о защите прав потребителей изготовитель (исполнитель, продавец) обязан своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию о товарах (работах, услугах), обеспечивающую возможность компетентного выбора (ст. 12 названного Закона). При этом необходимо учитывать, что по отдельным видам товаров (работ, услуг) перечень и способы доведения информации до потребителя устанавливаются Правительством РФ (п. 1 ст. 10 этого Закона). При дистанционных способах продажи товаров (работ, услуг) информация должна предоставляться потребителю продавцом (исполнителем) на таких же условиях с учетом технических особенностей определенных носителей.

Обязанность доказать надлежащее выполнение данных требований по общему правилу возлагается на исполнителя (продавца, изготовителя).

Специальные требования к предоставлению потребителю полной, достоверной и понятной информации, а также к выявлению действительного волеизъявления потребителя при заключении договора установлены Федеральным законом от 21 декабря 2013г. N 353-ФЗ "О потребительском кредите (займе)" (далее - Закон о потребительском кредите), в соответствии с которым договор потребительского кредита состоит из общих условий, устанавливаемых кредитором в одностороннем порядке в целях многократного применения и размещаемых в том числе в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" (чч. 1, 3, 4 ст. 5), а также из индивидуальных условий, которые согласовываются кредитором и заемщиком индивидуально, включают в себя сумму кредита; порядок, способы и срок его возврата; процентную ставку; обязанность заемщика заключить иные договоры; услуги, оказываемые кредитором за отдельную плату, и другие (чч. 1 и 9 ст. 5).

Из положений ст. ст. 5, 7 Закона о потребительском кредите следует, что заключение договора потребительского кредита предполагает последовательное совершение сторонами ряда действий, в частности формирование кредитором общих условий потребительского кредита, размещение кредитором информации об этих условиях, в том числе в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет", согласование сторонами индивидуальных условий договора потребительского кредита, подачу потребителем в необходимых случаях заявления на предоставление кредита и на оказание дополнительных услуг кредитором или третьими лицами, составление письменного договора потребительского кредита по установленной форме, ознакомление с ним потребителя, подписание его сторонами, в том числе аналогом собственноручной подписи, с подтверждением потребителем получения им необходимой информации и согласия с условиями кредитования, а также предоставление кредитором денежных средств потребителю.

Согласно ч. 1 ст. 29 Федерального закона от 02.12.1990 №395-1 «О банках и банковской деятельности» процентные ставки по кредитам и (или) порядок их определения, в том числе определение величины процентной ставки по кредиту в зависимости от изменения условий, предусмотренных в кредитном договоре, устанавливаются кредитной организацией по соглашению с клиентами, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Договор в письменной форме может быть заключен путем составления одного документа, подписанного сторонами, а также путем обмена документами посредством почтовой, телеграфной, телетайпной, телефонной, электронной или иной связи, позволяющей достоверно установить, что документ исходит от стороны по договору (ч. 2 ст. 434 Кодекса).

Статьей 9 Федерального закона от 26.01.1996г. № 15-Ф3 «О введении в действие части второй Гражданского кодекса Российской Федерации» определено, что в случаях, когда одной из сторон в обязательстве является гражданин, использующий, приобретающий, заказывающий либо имеющий намерение приобрести или заказать товары (работы, услуги) для личных бытовых нужд, такой гражданин пользуется правами стороны в обязательстве в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также правами, предоставленными потребителю Законом и изданными в соответствии с ним иными правовыми актами.

Как указано в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 23.02.1999 № 4-П «По делу о проверке конституционности положения части второй статьи 29 Федерального закона от 3 февраля 1996 года «О банках и банковской деятельности», гражданин является экономически слабой стороной и нуждается в особой защите своих прав, что влечет необходимость ограничить свободу договора для другой стороны, т.е. для банков.

Распоряжение предоставленными и зачисленными на счет заемщика денежными средствами осуществляется в соответствии со ст. ст. 847 и 854 ГК РФ на основании распоряжения клиента, в том числе с использованием аналога собственноручной подписи.

Между тем судом установлено, что процедура заключения кредитного договора осуществлялась в отделении банка, что подтверждается истцом и свидетелем – ФИО5, которая пояснила, что находилась вместе с мужем в отделении банка и спрашивала у него чем объясняется отсутствие письменного договора и иных документов, подтверждающих его заключение. Пояснения истца и показания свидетеля подтверждаются также представленными банком документами, а именно: анкетой-заявления ФИО1, имеющего личную подпись ФИО9 и подпись работника банка, а также штамп банка (л.д.110-111).

Оценивая предоставленные в материалы дела сведения о проведении платежей в сторону истца и за счет истца, суд устанавливает, что страховые премии, а также комиссия для подключения истца к программе «Выгодная ставка» была произведена за счет средств предоставленного кредита. При этом, сумма за подключение комиссии была списана со счета, открытого на имя истца в день заключения кредитного договора – 04.09.2023г. Денежные средства в счет исполнения обязанности по оплате страховых премий были переведены ответчиком АО «Альфа-Банк» на следующий день - 05.09.2023г.

Арифметически соотнеся размер кредитных денежных средств и удержаний, произведенных ответчиком АО «Альфа-Банк», следует, что в распоряжении истца осталось 700 242, 93 руб.

Проверяя доводы истца о наличии в действиях ответчиков попытки комплексного обслуживания, когда один сотрудник представлял интересы кредитной организации, и последовательно двух других страховых организации, суд устанавливает соответствие пояснений истца в этой части действительности. Из сравнения цифровых подписей, проставленных на кредитном договоре, а также из указания в кредитном договоре на поручение произвести оплату страховых премий, следуют сведения об уполномоченным сотруднике - ФИО6

Соглашается суд и с утверждением истца об уклонении ответчиков от предоставления ему перед подписанием спорных кредитного договора и договоров личного страхования условий предлагаемых к заключению финансовых сделок. Рассчитывая получить денежные средства от кредитной организации в сумме 700000 р., истец был готов к ознакомлению с текстом кредитного договора, содержащего условия возмездного использования кредитных денежных средств и его подписанием в случае, если предлагаемая в итоге к погашению сумма основного долга и процентов на нее будет соответствовать его финансовым возможностям.

В то же время, из условий предоставленного в материалы дела кредитного договора следует, что подписание кредитного договора должно быть произведено посредством использования истцом мобильного телефона. Такой же способ заключения договора был предложен истцу уполномоченным сотрудником и в отношении договора страхования. В течение непродолжительного периода времени, истец обменялся с уполномоченным сотрудником банка кодами, полученными из смс-сообщений и с указанием, что кредитный договор и договор страхования будут направлены истцу на электронную почту, истец покинул отделение банка.

Из материалов дела следует, что в этот же день, на ссудный счет истца поступила сумма в размере 1022220 р., в то время, как на счете, отражающимся в приложении банка 05.09.2023г. отразился остаток, доступный истцу для использования по своему усмотрению.

Таким образом, несмотря на то, что при подписании договоров, используя мобильный телефон, истцу ни в распечатанном виде, ни в виде электронного документа для ознакомления посредством мобильного телефона кредитный и страховой договор предоставлены не были, у истца сложилось впечатление, что 04.09.2023г. он заключил один кредитный договор и один договор страхования, считая, что в его собственность поступили денежные средства в размере 700 000 р. за минусом стоимости страховой премии по одному страховому договору.

Суд принимает во внимание доводы истца, подтвержденными в ходе допроса в судебном заседании супруги истца – ФИО4, о том, что до 09.09.2023г. ответчики по своей инициативе действий по направлению истцу документов, содержащих условия кредитования и страхования не направляли. 09.09.2023г. истец, впервые ознакомившись с условиями договора о предоставлении кредита и с условиями страхования по трем договорам личного страхования, направленными ему на электронную почту после соответствующего запроса в приложении АО «Альба-банк», принял решение о возврате денежных средств, составивших остаток кредитного продукта после удержаний страховых премий, комиссии за подключение к программе «Выгодная ставка».

26.09.2023г. в отделении банка истцом были возвращены 700 242 руб. и подано заявление о досрочном погашении кредитного обязательства, при этом, размер остатка на ссудном счете совместно с суммой внесенных истцом денежных средств, позволял провести досрочное погашение, следствием которого, по мнению истца, должно было являться исполнение кредитного обязательства истца перед Банком надлежащим образом.

Однако, в отделении банка после требования истца о предоставлении справки о погашении кредитного обязательства в полном объеме, истцу сообщили иные условия кредитного и страхового обязательств.

Таким образом, суд приходит к выводу, что по состоянию на 04.09.2023г. у истца отсутствовала информированность о возложении на него обязанностей по кредитном договору с установлением размере кредитного обязательства в сумме 1 022 220 руб., а также по заключению с ним трех договоров страхования, с оплатой страховой премии в размере 6000 руб., 218677 руб., 10137 руб.

При таких обстоятельствах довод ответной стороны о заключении кредитного договора в соответствии с законом и об отсутствии нарушений прав потребителя финансовых услуг противоречат приведенным выше нормам материального права.

Определяя предмет исковых требований для целей установления оснований признания действий, повлекших для истца имущественный ущерб, не соответствующих закону суд принимает во внимание, что истец просит проверить действия ответчиков на согласованность и единство цели - получения преимущества от участия во взаимоотношениях с истцом в виде выплаты страховых премий, комиссии за понижение процентной ставки с одновременным созданием условий для усечения информирования истца об итоговых параметрах кредитной и страховых услуг и созданию истцу условий заведомо ущемляющих его в правах и навязывающих финансовые обязанности без его согласия.

Суд, ознакомившись с правовой позицией, представленной в материалы дела ответчиком – АО «Альфа-Банк», АО «Альфастрахование» приходит к следующим выводам.

Действительно, как следует из позиции истца и ответчика АО «Альфа-Банк», процедура заключения кредитного договора, а далее и договоров о двух видах личного страхования производилась с использованием цифровой технологии, позволяющей потребителю получить банковские и страховые услуги – цифровым способом. При этом, в соответствии с представленными ответчиком АО «Альфа-Банк» правилами по цифровому банковскому обслуживанию, потенциальный клиент банка должен обладать в момент заключения кредитного договора собственным электронным устройством, имеющим выход в сеть «Интернет».

Из пояснений истца и ответчика АО «Альфа-Банк» усматривается, что в отделение по обслуживанию клиентов ответчика АО «Альфа-Банк», расположенного в 

<

адрес>, истец находился с мобильным телефоном, являясь абонентом сотовой связи, с присвоением ему абонентского номера «79518282995». Суд считает, что с момента начала оказания истцу услуг по кредитованию, истец являлся лицом, выразившим согласие заключить кредитный договор способом, предложенным банком.

На подобное толкование обстоятельств, предшествующих непосредственному заключению оспариваемых истцом договоров, указывает анализ Общих условий соглашения о дистанционном банковском обслуживании, присоединение к которым истец подтвердил согласием на использование банком при его обслуживании: во-первых, электронных документов (включая юридически обязывающие документы (договоры)), во-вторых, способа подписании электронных документов в информационном сервисе ответчика АО «Альфа-Банк» – использование простой электронной подписи (ЭЦП). Как следует из позиции стороны истца и стороны ответчика, под «ЭЦП», стороны кредитного договора однозначно понимали смс-код, представляющий из себя уникальную последовательность цифр, которую ответчик АО «Альфа-Банк» направлял истцу посредством смс-сообщения на номер его мобильного телефона. В случае совпадения смс-кода, направленного ответчиком АО «Альфа-Банк», и смс-кода, проставленного истцом в электронном документе путем ввода смс-кода в такой документ, примененная при этом электронная подпись считается подлинной, относящейся исключительно к конкретному клиенту, что подтверждает проставление электронной подписи именно указанным лицом.

В этой связи, суд отмечает, что каких-либо возражений по факту отсутствия подписи, учиненной непосредственно истцом и относимость подписи к истцу ФИО1 стороны не отрицали. Таким образом, суд соглашается с позицией и истца, и ответчика, что оспариваемый по предмету исковых требований кредитный договор, с одной стороны, действительно подписан уполномоченным сотрудником АО «Альфа-банк», с другой стороны, подписание кредитного договора со стороны потребителя банковской услуги по предоставлению кредита, было произведено истцом ФИО1 путем ввода в мобильном телефоне комбинации цифр, совпавшей с комбинацией цифр, имевшихся на стороне банка. В этой связи, суд считает, что кредитный договор, как вид электронного документа, оформленного через информационный сервис АО «Альфа-Банк» путем ввода числовой комбинации, был подписан способом, приравнивающий силу электронного документа, подписанного электронной подписью к бумажным носителям юридически обязывающих условий, подписанных собственноручными подписями сторон. Суд отмечает, что истец не отрицал поступление на его абонентский номер несколько смс-сообщений, содержащими набор цифр, который он или сообщал сотруднику банка, или вводил в телефоне в специальной графе, предусмотренной для цифровой комбинации.

Доводы истца об отсутствии у него волеизъявления на заключение кредитного договора с теми условиями о фактическом размере процентов за пользование кредитом, о которых он был проинформирован банком только после заключения оспариваемого кредитного договора, а также о включении в размер выдаваемого кредита стоимости подлежащих оказанию истцу страховых услуг ответчиком АО «АльфаСтрахование» и ответчиком ООО «АльфаСтрахование-Жизнь», размер страховых премий по которым, как и обстоятельства заключения с ним договоров по личному страхованию с указанными ответчиками, не соответствовали его представлениям об объеме фактически подлежащих оказанию ему финансовых и страховых услуг и, как следствие, плате за них, судом признается подтвержденными материалами дела и требующими от судебного органа мер правового реагирования в виде приведения всех сторон установленных правоотношений в то положение, в котором, прежде всего, истец, как наиболее уязвимый участник сферы финансовых услуг, перестанет претерпевать негативные последствия от участия в правоотношениях, которые судом оцениваются, как возникшие с пороком информированности истца о фактическом объеме кредитной нагрузки, сложившейся, в свою очередь, как суммированный итог сокрытия стороной ответчика действительного размера платы за предоставленный кредит и фактического объема услуг по договорам личного страхования.

Выявленные нарушения, допущенные строго в момент использования ответчиками цифрового способа раскрытия информации, не позволили в полном объеме сформировать у истца как осознание качественных и количественных характеристик возникающих у потребителя обязательств (кредитного и страхового), так и принятие на себя свойственных природе возникающих у потребителя обязательств, последствий, - в виде возврата истцом ответчику АО «Альфа-Банк» предоставленного кредита и начисленных за пользование заемными денежными средствами, процентов в сумме, полный расчет которой, на момент заключения оспариваемых договоров, был известен и понятен только ответчику АО «Альфа-Банк». Такое положение, по мнению суда, возможно исключительно путем приведение сторон кредитного договора, сторона договоров личного страхования в положение, существовавшее до момента заключения кредитного договора и договоров по личному страхованию истца, что является результатом следующего правоприменения.

Суд, изучив представленные правила оказания банковских услуг посредством подписания кредитного договора фактически в мобильном телефоне истца (со стороны истца как заемщика»), считает доказанным факт уклонения банковской организации от соблюдения прав заемщика на надлежащее ознакомление с условиями кредитного договора, которое должно было быть выражено в предоставлении истцу конкретного содержания условий кредитного договора до его подписания в формате, сохраняющего читабельность текста на предмет уяснения его содержания.

Суд соглашается с доводами истца, о наличии у него необходимости получения в собственность заемных денежных средств в размере 700000 р., заключение кредитного договора на указанную сумму, по мнению суда, свидетельствовало было о наличии действительной воли истца на заключение кредитного договора. Из поведения банковской организации также следует, что денежные средства в объявленном размере остались в распоряжении истца, однако, пределами заявленной суммы кредитная обязанность истца не прекращалась.

Судом установлено, что общая сумма кредитного обязательства на дату подписания кредитного договора и перечисления денежных средств на ссудный счет истца составила 1 022 220 руб. Оценивая действия ответчика АО «Альфа-Банк», когда именно указанным лицом были реализованы права на заключение кредитного договора, а далее, были оказаны посреднические услуги на заключение договоров по личному страхованию истца, суд усматривает волеизъявление банка на извлечение повышенной возмездности из упрощенного распространения кредитного продукта, что было достигнуто усечением права потребителя на информирование об условиях кредитования, и проявление недобросовестности при исполнении кредитной организацией условий сотрудничества со страховыми организациями, когда не нуждающемуся в дублировании страховых рисков истцу были предложены за пределами его волеизъявления к заключению три договора личного страхования с повторяющимися видами страховых событий, размер страховых премий по которым и составил разницу (за минусом размера комиссии в сумме 87142 р.) между суммой кредита, по мнению истца, предоставленному ему по оспариваемому договору, и действительной суммой кредитного обременения, следуемого из состояния ссудного счета на дату зачисления денежных средств. Суд считает, что заключение договора в электронном виде предполагает полную добросовестность лица, выступающую инициатором такого способа совершения гражданско-правовой сделки.

С учетом установленных по делу обстоятельств, суд соглашается с доводами истца, что участие истца в кредитных и страховых правоотношениях добровольного характера не носило. В то же время, суд отмечает, что при абсолютной возможности истца свободно распоряжаться денежными средствами, оставшимися после исполнения распоряжений истца о перечислении денежных средств в страховые компании, все денежные средства, оставшиеся к 26.09.2023г. на ссудном счете, были возвращены истцом ответчику АО «Альфа-Банк», что свидетельствует о том, что период, с которого истец располагал денежными средствами, предоставленными ему в рамках кредитного договора составил 21 день, с 05.09.2023г. по 26.09.2023г.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что волеизъявление истца на возникновение кредитных правоотношений, предмет которых охватывал приобретение дополнительных услуг в виде заключаемых договоров личного страхования за кредитные денежные средства, увеличившие, без ведома и согласия истца, сумму кредитного обязательства, отсутствовало, следовательно, указание, выданные истцом банку также посредством смс-кодов на перевод денежных средств в счет исполнения недействительных договоров личного страхования юридической силой обладать не могли.

Таким образом, принятые истцом решения об участии в кредитных и страховых правоотношениях и подписания смс-командами договоров, условия исполнения которых до истца не были доведены по основаниям, за существование или отсутствие которых отвечает другая сторона сделки.

Оценивая доводы ответчиков о правомерности использования кредитными и страховыми организациями простой электронной подписи как аналога собственноручной подписи при взаимодействии с клиентами, суд указывает, что форма заключения финансово-страховых договоров закреплена ФЗ «Об электронной подписи» и ст. ст. 160, 434 ГК РФ, является одним из способов упрощения и ускорения реализации услуг потребителям, но выявление и соблюдение волеизъявления лица, дающего согласие на заключение сделок электронным способом является таким же обязательным, как и при других способах совершения сделок.

Порядок и условия предоставления потребительского кредита урегулированы ФЗ «О потребительском кредите (займе)», в соответствии с которым договор потребительского кредита состоит из общих условий, устанавливаемых кредитором в одностороннем порядке в целях многократного применения и размещаемых в том числе в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», а также из индивидуальных условий, которые согласовываются кредитором и заемщиком индивидуально, включают в себя сумму кредита; порядок, способы и срок его возврата; процентную ставку; обязанность заемщика заключить иные договоры; услуги, оказываемые кредитором за отдельную плату, и т.д. Индивидуальные условия договора отражаются в виде таблицы, форма которой установлена нормативным актом Банка России, начиная с первой страницы договора потребительского кредита (займа), четким, хорошо читаемым шрифтом (часть 12 статьи 5).

Условия об обязанности заемщика заключить другие договоры либо пользоваться услугами кредитора или третьих лиц за плату в целях заключения договора потребительского кредита (займа) или его исполнения включаются в индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа) только при условии, что заемщик выразил в письменной форме свое согласие на заключение такого договора и (или) на оказание такой услуги в заявлении о предоставлении потребительского кредита (займа) (часть 18 статьи 5).

Согласно ст. 7 Закона о потребительском кредите договор потребительского кредита (займа) заключается в порядке, установленном законодательством Российской Федерации для кредитного договора, договора займа, с учетом особенностей, предусмотренных данным федеральным законом (часть 1).

Если при предоставлении потребительского кредита (займа) заемщику за отдельную плату предлагаются дополнительные услуги, оказываемые кредитором и (или) третьими лицами, включая страхование жизни и (или) здоровья заемщика в пользу кредитора, а также иного страхового интереса заемщика, должно быть оформлено заявление о предоставлении потребительского кредита (займа) по установленной кредитором форме, содержащее согласие заемщика на оказание ему таких услуг, в том числе на заключение иных договоров, которые заемщик обязан заключить в связи с договором потребительского кредита (займа). Кредитор в таком заявлении о предоставлении потребительского кредита (займа) обязан указать стоимость предлагаемой за отдельную плату дополнительной услуги кредитора и должен обеспечить возможность заемщику согласиться или отказаться от оказания ему за отдельную плату такой дополнительной услуги, в том числе посредством заключения иных договоров, которые заемщик обязан заключить в связи с договором потребительского кредита (займа).

Проставление кредитором отметок о согласии заемщика на оказание ему дополнительных услуг не допускается (часть 2).

Договор потребительского кредита считается заключенным, если между сторонами договора достигнуто согласие по всем индивидуальным условиям договора, указанным в части 9 статьи 5 данного федерального закона. Договор потребительского займа считается заключенным с момента передачи заемщику денежных средств (часть 6).

Документы, необходимые для заключения договора потребительского кредита (займа) в соответствии с данной статьей, включая индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа) и заявление о предоставлении потребительского кредита (займа), могут быть подписаны сторонами с использованием аналога собственноручной подписи способом, подтверждающим ее принадлежность сторонам в соответствии с требованиями федеральных законов, и направлены с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети «Интернет».

При каждом ознакомлении в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» с индивидуальными условиями договора потребительского кредита (займа) заемщик должен получать уведомление о сроке, в течение которого на таких условиях с заемщиком может быть заключен договор потребительского кредита (займа) и который определяется в соответствии с данным федеральным законом.

Из сопоставлений последовательности действий ответчиков, суд находит, что единственным действием, выполненным стороной ответчиков при заключении спорных договоров являлось обеспечение истца возможностью получить и направить смс-коды, т.е. все действия по оформлению заявки, заключению договора потребительского кредита с условием страхования, ознакомлением с заключаемыми договорами со стороны заемщика выполнены одним действием - набором цифрового кода-подтверждения. В нарушение приведенных норм права ответчиками не доказано, что истцу были предоставлены для ознакомления общие и индивидуальные условия кредитования и страхования в виде распечатанных документов, в материалы дела не представлены доказательства ознакомления истца с общими и индивидуальными условиями и в электронной форме.

Указание истца на ознакомление с заключенными посредством смс-команд договорами на пятый день после фактического подписания спорных документов, стороной ответчика не опровергнуто.

В условиях, когда именно страховая и кредитная организация являются профессиональными участниками соответствующих отношений, стандарт доказывания отсутствия нарушения прав на информированность потребителя для целей принятия решения об участии в финансово-правовых сделках подлежит смещению в сторону потребителя. Более того, суд считает, что на отношения по предоставлению потребительского кредита в части, не урегулированный положениями Закона о потребительском кредите, распространяются положения Закона РФ «О защите прав потребителей».

Данным законом установлены специальные правила заключения договоров, направленных на формирование у потребителя объективного представления о предполагаемых к приобретению услугах, в т. ч. финансовых и страховых, позволяющего потребителю сделать выбор с учетом нуждаемости в таких услугах и посильности в исполнении принятых потребителем обязательств. В общем, такие правила позволяют уяснить и зафиксировать действительное волеизъявление потребителя при заключении договоров. В этой связи суд отмечает, что истец, характеризуя основание для обращения в суд с исковыми требованиями, указывал, что в связи с рекламным объявлением о наличии в АО «Альфа-банке» более низких, чем в иных кредитных учреждениях, процентных ставках, им было оказано предпочтение конкретной кредитной организации, поскольку предварительные просчеты указывали на возможность надлежащего обслуживания кредитного обязательства на основе получаемого истцом стабильного дохода. Иное соотношение кредитного обязательства в сумме общего долга и размера процентов, начисляемых на сумму такого долга, а также использование денежных средств на приобретение страховых продуктов, составивших треть от суммы всего кредитного продукта, обозначили невозможность для истца сохранить обязательства, возникшие вопреки его желанию и финансовым возможностям. Такое суждение заслуживает внимания, поскольку именно ст. 8 Закона о защите прав потребителей предусмотрено право потребителя на информацию о исполнителе и оказываемых им услугах.

При этом п. 2 данной статьи предписано, что названная выше информация доводится до сведения потребителя при заключении договоров об оказании услуг способами, принятыми в отдельных сферах обслуживания потребителей, при этом, обязанность исполнителя своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию об услугах, обеспечивающую возможность их правильного выбора, предусмотрена также ст. 10 Закона о защите прав потребителей.

Судом принимается во внимание разъяснение Верховного суда РФ, изложенные в п. 44 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012г. № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», согласно которому суду следует исходить из предположения об отсутствии у потребителя специальных познаний о свойствах и характеристиках товара (работы, услуги), имея в виду, что в силу Закона о защите прав потребителей изготовитель (исполнитель, продавец) обязан своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию о товарах (работах, услугах), обеспечивающую возможность компетентного выбора (статья 12 Закона о защите прав потребителей). При этом необходимо учитывать, что по отдельным видам товаров (работ, услуг) перечень и способы доведения информации до потребителя устанавливаются Правительством Российской Федерации (пункт 1 статьи 10 Закона о защите прав потребителей). При дистанционных способах продажи товаров (работ, услуг) информация должна предоставляться потребителю продавцом (исполнителем) на таких же условиях с учетом технических особенностей определенных носителей. Исходя из которого суд соглашается с доводами истцовой стороны о разбалансированности процедуры заключения спорных договоров, когда истец действовал не в соответствии со своим пониманием о содержании предлагаемых ему услуг, и недобросовестности ответчиков, создавшими условия, не предусматривающие информированного волеизъявления истца.

Обязанность доказать надлежащее выполнение данных требований по общему правилу возлагается на исполнителя, и в настоящем деле, ответчиками она не исполнена.

Установив фактические обстоятельства по делу, суд приходит к выводу о необходимости применения реституции с особенностями, следуемыми из фактического взаимного представления сторон. Так, достоверно установлено, что денежные средства, предоставленные ответчиком 1 по кредитному договору, двигались по ссудному счету истца следующим образом (приводятся платежи по распоряжению ответчиком денежными средствами и взносы истца на погашение суммы кредитного обязательства):

04.09.2023г. – зачисление денежных средств в сумме кредитного обязательства 1022200 р.;

04.09.2023г. – списание комиссии за услугу «выгодная ставка» в сумме 87142 р.;

05.09.2023г. – платеж по договору от 04.09.2023г. в пользу ООО «Альфастрахование – Жизнь» в сумме 10137, 27 руб.;

05.09.2023г. – платеж по договору от 04.09.2023г. в пользу ООО «Альфастрахование – Жизнь» в сумме 218677, 80 руб.;

05.09.2023г. – платеж по договору от 04.09.2023г. в пользу ООО «Альфастрахование» в сумме 6000 руб.;

Таким образом, после удержания в свою пользу ответчиком 1 размера комиссии и проведения платежей в пользу страховых организации, на ссудном счете истца осталось 700242, 93 руб.

Для целей возврата денежных средств, истцом были внесены: 22. 09. 2023г. – 248, 93 руб.; 26. 09. 2023 – 4928,96 руб.; 26. 09. 2023 – 15871,04 руб.; 26.09.2023г. – 679 200 руб., т.е. 700 244, 93 руб.

24.02.2025г. – на ссудный счет истца ответчиком АО «Альфа-Банк» был осуществлен возврат комиссии за услугу «Выгодная ставка» в сумме 87 142 р.

Соотнося размеры поступлений и удержаний, суд приходит к выводу, что к 26.09.2023г. денежные средства, составившие остаток денежных средств за период с 04.09.2023г. по 05.09.2023г. включительно были возвращены истцом ответчику АО «Альфа-Банк» в полном объеме.

Суд не располагает сведениями о возвращении страховыми организациями каких-либо денежных средств в счет возврата страховых премий.

Учитывая необходимость приведения сторон в первоначальное положение, суд считает возможным обязать ответчика ООО «АльфаСтрахование-Жизнь» вернуть ответчику АО «Альфа-Банк» денежные средства в размере 10 137,27 руб. по договору страхования по программе «Страхование жизни и здоровья» от 04.09.2023г., а также в сумме 218 677, 80 руб., полученные ответчиком ООО «АльфаСтрахование-Жизнь» по договору страхования по программе «Страхование жизни и здоровья + защита от потери работы» от 04.09.2023г.

Обязанность возвратить ответчику АО «Альфа-Банк» денежные средства имеется и у ответчика АО «АльфаСтрахование» в сумме 6000 руб., поскольку судом установлено, что распоряжения по переводу денежных средств в счет исполнения договоров страхования следуют судьбе кредитного договора, и являются недействительными сами по себе.

В то же время, разрешение вопроса об определении завершающей обязанности ответчика АО «Альфа-Банк» и истца по факту движения денежных средств за исследуемый период в настоящем деле разрешены быть не могут в виду наличия в производстве Батайского городского отделения судебных приставов исполнительской надписи нотариуса о взыскании с ФИО7 кредитной задолженности в пользу ответчика.

Исполнительное производство является действующим, денежные средства в счет исполнения указанного исполнительного документа из доходов истца удерживаются, что позволяет суду разъяснить в этой части истцу возможность определения наличия и размера завершающей обязанности сторон по кредитному договору путем подачи самостоятельного искового заявления.

Как следует из окончательной редакции исковых требований, истец требует признать вменение ему комиссии в твердой денежной сумме в размере 87 142 р. недействительным. В обоснование исковых требований в этой части истец указал, что в рамках кредитного договора дополнительно была назначена услуга в виде спорной комиссии, при этом, банком указанной комиссии был придан характер обязательной платы за пользование заемными денежными средствами с оплатой последним по ставке, которая является заниженной именно в связи с оплатой истцом комиссии по программе «Выгодная ставка».

Оценивая доводы сторон в части законности вменения истцу оплаты за комиссию по установлению иных размеров процентов за пользование кредитными денежными средствами, суд учитывает, что сама по себе услуга по предоставлению льготного исчисления размера процентной ставки не обладает самостоятельной ценностью для потребителя, фактически является индивидуальным условием кредитного договора. Вывод ответчиком АО «Альфа-Банк» индивидуального условия за пределы правового регулирования кредитных отношений, подлежащих описанию и согласованию в пределах единого документа – кредитного договора, нарушает императивным образом установленные ФЗ «О потребительском кредитовании (займах») запреты, что само по себе образует недействительность действий банка в указанной части.

Предусмотренная условиями кредитного договора услуга по подключению к программе «Выгодная ставка» не может в полной мере являться самостоятельной услугой, как следствие, оплате отдельной проводкой по ссудному счету не подлежало. Обратное следует из движения денежных средств по ссудному счету, открытого истцу для обслуживания кредитного договора и проведения в день заключения спорных договоров удержания из суммы предоставленного кредита размера комиссии за подключение к программе «Выгодная ставка». Обстоятельство, что ответчик АО «Альфа-Банк» произвел 24.02.2025г. возврат удержанной суммы в размере 87 142 р., на правовую оценку судом действий ответчика не влияет.

Ответчиком АО «Альфа-Банк» заявлено о применении срока исковой давности.

Согласно п. 2 ст. 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Согласно статье 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Статьей 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности установлен в три года.

Согласно статье 200 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

В соответствии со ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

В соответствии с п. 1 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствии недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (п. 3 ст. 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

В п. 2 ст. 181 ГК РФ установлено, что срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (п. 1 ст. 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Принимая во внимание, что истцом принимались меры для добровольного урегулирования спора - направлены претензии с требованием о расторжении договора и возврате комиссий 27.09.2023г., а также неоднократные обращения в службу финансового уполномоченного 11.10.2023г., решение об отказе в удовлетворении требований от 25.03.2025, суд приходит к выводу, о том, что срок не является пропущенным.

Рассматривая требования в части применения к ответчикам мер гражданско-правовой ответственности, суд исходит из следующего.

На договоры личного страхования Закон о защите прав потребителей распространяется лишь в случаях, когда страхование осуществляется исключительно для личных, семейных, домашних, бытовых и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности. Специальными законами, регулирующими правоотношения по договору личного страхования имущества граждан, ответственность страховщика за нарушение порядка заключения договоров страхования предусмотрена.

В п. 5 ст. 28 Закона о защите прав потребителей предусмотрена ответственность за нарушение сроков оказания услуги потребителю в виде уплаты неустойки, начисляемой за каждый день просрочки в размере трёх процентов цены оказания услуги, а если цена оказания услуги договором об оказании услуг не определена, - общей цены заказа.

В соответствии с п. 1 ст. 954 ГК РФ под страховой премией понимается плата за страхование, которую страхователь (выгодоприобретатель) обязан уплатить страховщику в порядке и в сроки, которые установлены договором страхования. Ценой страховой услуги является страховая премия, за которую покупается страховая услуга в виде обязательства выплатить страховое возмещение при наступлении страхового случая.

Таким образом, в случае нарушения порядка заключения договора страхования, именно размер страховой премии, как денежный эквивалент целевого полагания страховой организации для участия в оказании потребителю страховой услуги является основанием для применения порядка расчета неустойки, предусмотренной Законом РФ «О защите прав потребителей».

При применении к такой неустойке ограничений по размеру взыскания, равной сумме размера страховой премии, с ответчика ООО «АльфаСтрахование-Жизнь» подлежат взысканию денежные средства в размере 228815,07 руб. (218 677, 80 +10 137,27), с АО «АльфаСтрахование» - в размере 6000 руб. Ответчик АО «Альфа-Банк» 24.02.2025г. произвел возврат удержанной суммы в размере 87 142 р., оснований для взыскания неустойки не имеется.

Истцом также заявлены требования о взыскании компенсации морального вреда в размере 100 000 руб., разрешая которые, суд приходит к следующему.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 июня 2012г. № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» к отношениям, возникающим из договора имущественного страхования, применяется Закон о защите прав потребителей.

В соответствии со статьей 15 Закона РФ «О защите прав потребителей» от 07 февраля 1992г. № 2300-1 моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения исполнителем прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от возмещения имущественного вреда и понесенных потребителем убытков.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 45 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012г. № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя. Размер компенсации морального вреда определяется судом независимо от размера возмещения имущественного вреда, в связи с чем размер денежной компенсации, взыскиваемой в возмещение морального вреда, не может быть поставлен в зависимость от стоимости товара (работы, услуги) или суммы подлежащей взысканию неустойки. Размер присуждаемой потребителю компенсации морального вреда в каждом конкретном случае должен определяться судом с учетом характера причиненных потребителю нравственных и физических страданий исходя из принципа разумности и справедливости.

Согласно п. 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" в случаях, если законом предусмотрена обязанность ответчика компенсировать моральный вред в силу факта нарушения иных прав потерпевшего (например, ст. 15 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей"), при доказанности факта нарушения права гражданина (потребителя) отказ в удовлетворении требования о компенсации морального вреда не допускается.

Учитывая факт нарушения права потребителя, в части требований по компенсации морального вреда суд полагает разумным взыскать с ответчиков в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 500 руб. с каждого, полагая его отвечающим требованиям разумности и справедливости, соответствующим степени нравственных страданий истца в связи с нарушением его прав потребителя и степени вины ответчика.

В соответствии с пунктом 6 статьи 13 Закона РФ «О защите прав потребителей» при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя, исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Согласно пункту 46 Постановления Верховного Суда РФ при удовлетворении судом требований потребителя в связи с нарушением его прав, установленных Законом о защите прав потребителей, которые не были удовлетворены в добровольном порядке изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером), суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф независимо от того, заявлялось ли такое требование суду (пункт 6 статьи 13 Закона «О защите прав потребителей») в размере 50 % от исковых требований.

При этом при определении размера штрафа суд исходит из того, что наличие судебного спора указывает на неисполнение ответчиками обязанности по оплате в добровольном порядке.

Из материалов дела следует, что 27.09.2023г. истец обратился к ответчику АО «Альфа-Банк» с претензией о расторжении договора, возврате денежных средств и пресечении действий, нарушающих его права (37-40).

Также из отчета об отслеживании почтового отправления, а также ответа ООО «АльфаСтрахование-Жизнь» от 10.10.2023г. № на обращение ФИО1, следует, что истец обращался 23.09.2023г. к ответчику ООО «АльфаСтрахование-Жизнь» с заявлением о расторжении договора страхования и возврате части страховой премии в связи с полным досрочным исполнением обязательств по договору потребительского кредита (л.д.134, 130).

Аналогично обращение истца подтверждается отчет об отслеживании почтового отправления в адрес АО «АльфаСтрахование» (л.д.140).

С учетом приведенной хронологии письменного обмена юридически значимой информации между сторонами дела, а также принимая во внимания выводы, к которым суд пришел по настоящему делу, суд усматривает основания для взыскания с ответчика с ООО «Альфастрахование-жизнь» в пользу истца штраф в сумме 117 657 руб., из расчета 50% от (234 814 + 500), с ответчика АО «Альфастрахование» в пользу истца штраф в размере 3250 руб., из расчета 50% от суммы (6000 + 500).

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ суд

Р Е Ш И Л:

исковые требования ФИО1 – удовлетворить в части.

Признать недействительным договор потребительского кредита от 04.09.2023г. № № между ФИО1 и АО «Альфа-Банк», в части условий о взимании с ФИО1 комиссии за подключение к программе «Выгодная ставка», договоры страхования:

от 04.09.2023г. с ООО «Альфастрахование-жизнь» по программе «Страхование жизни и здоровья»;

от 04.09.2023г. с ООО «Альфастрахование–жизнь» по программе «Страхование жизни и здоровья + защита от потери работы»;

от 04.09.2023г. с АО «Альфастрахование» по программе «Надежда на будущее. Вариант 2».

Применить последствия недействительности, в виде возвращения сторон в первоначальное положение путем возврата на ссудный счет, открытый АО «Альфа-банк» для обслуживания кредитного договора от 04.09.2023г. № № оплаченных страховых премий с ООО «Альфастрахование – Жизнь» в сумме 10137, 27 руб. и 218677, 80 руб.; с ООО «Альфастрахование» в сумме 6000 руб.

Взыскать с ООО «Альфастрахование-жизнь» в пользу ФИО1 неустойку в размере 234 814 руб., компенсацию морального вреда в размере 500 руб., штраф в сумме 117 657 руб.

Взыскать с АО «АльфаСтрахование» в пользу ФИО1 неустойку в размере 6000 руб., компенсацию морального вреда в размере 500 руб., штраф в сумме 3250 руб.

В остальной части исковые требования – оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Ростовский областной суд через Кировский районный суд г. Ростова-на-Дону в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы.

Судья Е.Ю. Федоренко

Решение в окончательной форме принято 16 января 2026 года.