Дело № 22-158/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Санкт-Петербург 11 февраля 2025 года

Ленинградский областной суд в составе председательствующего – судьи Гулевича С.А.,

с участием прокурора отдела управления прокуратуры Ленинградской области Дзуцевой А.Р.,

законного представителя несовершеннолетнего потерпевшего Потерпевший №1 - ФИО11, 

защитника – адвоката Алексеенковой А.А., 

при секретаре Холовой О.А.,

рассмотрел в апелляционном порядке в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по апелляционной жалобе адвоката Петушкова А.С. в защиту интересов осужденного ФИО1 на приговор 

<

адрес> от 22.10.2024 года, которым ФИО1, 

<

данные изъяты>, не судимый, осужден по п. «б» ч. 2 ст. 245 УК РФ, к 3 годам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении.

ФИО1 постановлено следовать к месту отбывания наказания самостоятельно с учетом требований ст. 75.1 УИК РФ.

В соответствии с ч. 3 ст. 75.1 УИК РФ срок отбывания наказания постановлено исчислять со дня прибытия ФИО1 в колонию-поселение. Зачтено в срок отбывания наказания время следования ФИО1 к месту отбывания наказания из расчета один день следования за один день лишения свободы.

Мера пресечения ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена без изменения, по вступлении приговора в законную силу подлежит отмене. 

Взыскано с осужденного ФИО1 в пользу несовершеннолетнего потерпевшего Потерпевший №1 в счет компенсации морального вреда 50 000 рублей, исковые требования прокурора удовлетворены. 

Приговором разрешен вопрос о вещественных доказательствах и процессуальных издержках по уголовному делу.

Изложив существо обжалуемого судебного решения, доводы апелляционной жалобы защитника Петушкова А.С. и возражений на нее, выслушав выступления защитника Алексеенковой А.А., поддержавшей доводы апелляционной жалобы и просившей об отмене приговора, мнение прокурора Дзуцевой А.Р. и законного представителя несовершеннолетнего потерпевшего ФИО11, полагавших необходимым приговор оставить без изменения, суд апелляционной инстанции

у с т а н о в и л:

Приговором суда ФИО1 осужден за жестокое обращение с животным в целях причинения ему боли и страданий, из хулиганских побуждений, повлекшее его гибель, в присутствии малолетнего.

Преступление совершено при следующих обстоятельствах. 

Так, 18.08.2023 в период времени с 15:00 до 22:10 ФИО1, находясь около детской площадки, расположенной у 

<

адрес> в 

<

адрес>, в присутствии малолетних детей, используя малозначительной повод, а именно то, что собака по кличке «Рыжик» укусила его собаку породы такса, действуя из хулиганских побуждений, умышленно, с целью причинения боли и страданий животному (собаке), игнорируя принципы общечеловеческой морали и гуманного обращения с животными, накинул на шею собаки по кличке «Рыжик» веревку с металлическими крючками, лишив собаку возможности свободного перемещения и защиты себя от противоправных действий.

Далее ФИО1, находясь в указанное время в указанном месте, в присутствии малолетних детей, протянул собаку по кличке «Рыжик» за веревку, накинутую на шею животного, на территорию фермы ООО «Расватту», расположенную по адресу: 

<

адрес>, где, в присутствии детей, в том числе малолетнего Потерпевший №1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., привязал собаку по кличке «Рыжик» за вилы ковша трактора John Deere 6110 В, затянул веревку вокруг шеи собаки по кличке Рыжик, не давая ей возможности свободного передвижения и защиты себя от противоправных действий, причиняя последней боль и страдания, после чего сел в кабину трактора, завел двигатель и поехал по территории указанной фермы, протащив привязанную за вилы ковша трактора собаку по кличке «Рыжик», продолжая причинять последней в присутствии малолетнего Потерпевший №1 боль и страдания, при этом по пути следования на тракторе наехал на привязанную к нему собаку по кличке «Рыжик», причинив своими действиями животному - собаке по кличке «Рыжик» следующие телесные повреждения: тупую закрытую черепно-мозговую травму, вдавленный перелом в области теменной кости; множественные ссадины на теле: поверхностную травму шеи, поверхностную травму грудной клетки, поверхностную травму живота. 

Смерть данной собаки наступила вследствие асфиксии и острой сердечно-легочной недостаточности, вызванных закупоркой дыхательных путей землей и указанной тупой закрытой черепно-мозговой травмой, то есть причинил собаке по кличке «Рыжик» повреждения, несовместимые с жизнью, а также своими указанными действиями ФИО1 причинил малолетнему Потерпевший №1 моральный вред, выразившийся в нравственных страданиях, связанных с чувством страха, беспомощности, обиды, разочарования в поведении взрослого человека.

В апелляционной жалобе защитник Петушков А.С. в защиту интересов осужденного ФИО1 выражает несогласие с приговором, считая его незаконным и необоснованным, подлежащим отмене с последующим постановлением в отношении ФИО1 оправдательного приговора. 

Так, в своей жалобе защитник указывает на то, что судом первой инстанции неверно квалифицированы действия ФИО1, его вина в совершении преступления не доказана. Несовершеннолетний потерпевший Потерпевший №1 не видел гибель животного, в связи с чем правовых оснований для квалификации действий ФИО1 по признаку совершения преступления в присутствии малолетнего, не имеется. Стороной обвинения не установлена представленными суду доказательствами причина, по которой на животного был совершен наезд трактора, доказательства того, что ФИО1 сделал это умышленно, не представлено. В ходе судебного следствия не установлено причинение боли и страданий животному, причинно-следственная связь между полученными телесными повреждениями и смертью животного отсутствует. Боль, которая была причинена животному и повреждения, от которых последовала смерть животного, имели место в отсутствии малолетнего, гибель животного произошла не в общественном месте. Указав в описательно-мотивировочной части приговора на малозначительный повод, который использовал ФИО1, суд указал о том, что таким поводом явилось то, что погибшая собака укусила собаку ФИО1, тем самым суд вышел за пределы обвинения. 

Суд апелляционной инстанции, проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, приходит к следующему.

Вывод суда первой инстанции о доказанности вины ФИО1 в совершении преступления, за которое он осужден, соответствует фактическим обстоятельствам дела, установленным судом, подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, приведенных в приговоре.

Так, вина ФИО1 в преступлении установлена следующими доказательствами. 

Показаниями несовершеннолетнего потерпевшего Потерпевший №1, данными на стадии предварительного следствия, который показал о том, что при описанных в приговоре обстоятельствах он, находясь на детской площадке, видел, как ФИО1 накинул на шею собаки по кличке «Рыжик» веревку, завязал ее на шее собаки, потащил собаку в сторону фермы. Он просил ФИО1 отпустить собаку, но тот его не слушал. Далее ФИО1 привязал собаку веревкой к вилам ковша трактора, сел за руль и поехал по территории фермы. Собака по кличке «Рыжик» во время движения трактора билась о вилы трактора мордой, глазами, собака скулила и визжала. Впоследствии он от матери узнал, что «Рыжик» умер.

Малолетний возраст потерпевшего Потерпевший №1 был установлен исследованным судом первой инстанции свидетельством о его рождении.

Довод стороны защиты в апелляционной жалобе о том, что несовершеннолетний дает недостоверные показания, что он не мог видеть действия ФИО1, несостоятелен.

Так, в ходе допроса на стадии предварительного следствия потерпевший подробно сообщил время, место совершения преступления, описал конкретные действия осужденного, совершенные в отношении собаки по кличке «Рыжик». 

Из содержания протокола допроса потерпевшего следует, что от участников данного следственного действия, замечаний не последовало, протокол подписан всеми участниками следственного действия, и он соответствует требованиям ст. 166 УПК РФ.

Показания несовершеннолетнего потерпевшего оглашены по правилам, предусмотренным ч. 6 ст. 281 УПК РФ. 

В судебном заседании стороной обвинения было заявлено ходатайство об оглашении на основании ч. 6 ст. 281 УПК РФ показаний несовершеннолетнего потерпевшего Потерпевший №1

Суд, выслушав мнение сторон по заявленному ходатайству, рассмотрев ходатайство государственного обвинителя, принял решение о его удовлетворении.

Сам факт проведения допроса потерпевшего следователем сторонами не оспаривался.

Не выявлено в судебном заседании и оснований для оговора ФИО1 потерпевшим, а равно свидетелями, не приведено таких оснований стороной защиты, в том числе в апелляционной жалобе. 

В суде было установлено, что между потерпевшим, свидетелями стороны обвинения и осужденным неприязненных отношений не было. 

В судебном заседании и на стадии предварительного следствия показания потерпевшего подтвердила его мать ФИО11, которой непосредственно после преступления о его совершении рассказал потерпевший.

При этом в суде законный представитель несовершеннолетнего потерпевшего Потерпевший №1 в полной мере подтвердила обстоятельства допроса при ее участии сына, дачи им следователю показаний, которые приведены выше.

Непосредственным очевидцем преступления являлась также свидетель Свидетель №1, которая в указанное в приговоре время и месте услышала крик и плачь детей. Она вышла из дома на улицу и увидела малолетнего Потерпевший №1, который плакал. Также на территории фермы она видела как собака по кличке «Рыжик» была привязана веревкой к вилам трактора, скулила и визжала. Рядом находился ФИО1, она крикнула, что он делает, тот закрыл ворота фермы и поехал на тракторе по территории фермы, в то время как собака была привязана за шею веревкой к вилам трактора. 

Кроме того, вина ФИО1 установлена показаниями свидетеля Свидетель №6, которая слышала, как в указанные в приговоре время и месте ФИО1 кричал в адрес собаки по кличке «Рыжик», что убьет его. 

Свидетели Свидетель №4, Свидетель №3 и Свидетель №2, каждый, показали о том, что со слов Потерпевший №1 им известно, что в указанные в приговоре время и месте ФИО1 привязал веревкой шею собаки по кличке «Рыжик» к вилам трактора. Далее ФИО1, таким образом, перемещал собаку в сторону фермы. 

При этом в своих показаниях свидетель Свидетель №5 подтвердил, что от ФИО1 ему известно, что собаку по кличке «Рыжик» задавил именно ФИО1, после похоронил собаку на территории фермы. 

Также вина ФИО1 установлена исследованными в суде в порядке ст. 285 УПК РФ письменными доказательствами, в частности заявлением о преступлении, результатами выемки, осмотра места происшествия и вещественных доказательства (веревки с металлическими крюками, которой ФИО1 привязывал шею собаки, трактора, на котором ФИО1 совершил наезд на собаку).

Результатами судебной ветеринарной экспертизы, которые приведены в заключении от 30.09.2023.

Из выводов эксперта следует, что смерть собаки наступила вследствие асфиксии и острой сердечно-легочной недостаточности, вызванных закупоркой дыхательных путей землей и тупой закрытой черепно-мозговой травмой. У собаки установлена тупая закрытая черепно-мозговая травма. Вдавленный перелом в области теменной кости, решётчатой кости (2 осколка размером 1,2 х 0,8 см и 1 х 0,9 см.). Инородное тело (земля) в дыхательных путях. Множественные ссадины на теле: поверхностная травма шеи, поверхностная травма грудной клетки, поверхностная травма живота. Между смертью собаки и человеческим фактором имеется причинно-следственная связь, так как повреждения такого рода без участия человеческого фактора получить невозможно, самостоятельно, без внешнего воздействия их получить невозможно. При получении телесных повреждений животное испытывало физическую боль. Гибель животного наступила в результате полученных повреждений, между причиненными телесными повреждениями и последующей гибелью имеется причинно-следственная связь.

Эксперт ФИО8 в ходе допроса подтвердил выводы приведенного выше заключения, при этом дополнил и разъяснил выводы эксперта о том, что при исследовании трупа собаки у нее были обнаружены частицы земли в бронхиолах, которые могли попасть при усиленном вдохе животного, при этом земли должно было быть много. Наличие ссадин, установленных при вскрытии трупа, свидетельствует о том, что было давление на мягкие ткани животного. Все перечисленные в заключении повреждения были причинены практически одномоментно при образовании политравмы. Однозначно было механическое воздействие на животное, так как у собаки установлено наличие перелома теменной кости, которая является достаточно прочной. Смерть собаки наступила от черепно-мозговой травмы, максимум спустя 5-7 минут, таким образом, закупорка дыхательных путей землей должна была произойти в указанный временной промежуток, когда собака была жива. Земля могла попасть в дыхательные пути животного при обстоятельствах, указанных обвиняемым, а именно в период, когда пес бежал рядом с трактором, и из под-колес летела земля.

Представленные в судебное разбирательство доказательства всесторонне, полно и объективно исследованы судом, правильно оценены в соответствии с положениями ст.ст. 87, 88 и 307 УПК РФ, в том числе с точки зрения их достаточности, при этом суд обоснованно пришел к выводу о достоверности показаний потерпевшего и свидетелей, которые давали логичные, последовательные показания, не имеющие существенных противоречий, влияющих на правильность установления судом обстоятельств совершения ФИО1 преступления и доказанность его вины, согласуются между собой и подтверждаются совокупностью собранных по делу доказательств. 

Ставить под сомнение объективность оценки показаний потерпевшего и свидетелей у суда апелляционной инстанции оснований не имеется.

Суд апелляционной инстанции также не находит оснований ставить под сомнение указанные протоколы следственных действий, заключение эксперта, иные письменные доказательства, непосредственно исследованные в судебном следствии.

Все письменные доказательства, положенные в основу приговора, получены с соблюдением требований УПК РФ, содержат сведения об обстоятельствах, имеющих значение для дела в соответствии со ст. 73 УПК РФ.

Суд первой инстанции исследовал по правилам, предусмотренным ст. 285 УПК РФ, протоколы осмотра места происшествия и вещественных доказательств, иные документы, положил в основу приговора, так как результаты данных следственных действий прямо подтверждают виновность ФИО1 и обстоятельства преступления, приведенные в приговоре, с чем суд апелляционной инстанции соглашается. 

Протоколы следственных действий – осмотров места происшествия и вещественных доказательств, в ходе которых производилось изъятие предметов, имеющих значение для уголовного дела, не содержат нарушений, влекущих недопустимость данных доказательства, данные следственные и иные процессуальные действия проводилось надлежащими должностными лицами органа дознания и следствия, при необходимости в присутствии двух понятых или с использованием технических средств. 

Обстоятельства, изложенные в указанных протоколах, были подтверждены исследованными в судебном заседании показаниями потерпевшего и свидетелей, протоколы в полной мере отвечают требованиям ст. 166 УПК РФ. 

Таким образом, протоколы следственных действий отвечают требованиям УПК РФ, удостоверены подписями участников следственных действий и не содержат таких недостатков процессуального характера, которые лишали бы эти протоколы доказательственного значения.

Исследованное в суде заключение судебного эксперта соответствует требованиям ст. 204 УПК РФ, оно научно обосновано, мотивировано, согласуется с материалами дела, основано на материалах уголовного дела, компетентность эксперта сомнений не вызывает и сомневаться в его выводах у суда оснований не имеется. 

Суд привел мотивы, по которым принял за основу перечисленные в приговоре в обоснование виновности осужденного ФИО1 доказательства в качестве достоверных и допустимых, отверг другие доказательства.

Как следует из протокола судебного заседания, судом первой инстанции уголовное дело рассмотрено с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства РФ, в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон. Сторонам защиты и обвинения предоставлены равные возможности для реализации своих прав, заявленные участниками процесса ходатайства, разрешены по существу в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, что нашло свое отражение в протоколе судебного заседания. Ограничений прав участников процесса не допущено.

Протокол судебного заседания соответствует требованиям ст. 259 УПК РФ, содержит сведения о разъяснении участникам судебного разбирательства прав, обязанностей, ответственности, полно отражает ход и результаты судебного заседания.

Доводы стороны защиты о несогласии с оценкой доказательств по делу, данной судом, направлены на переоценку доказательств, исследованных судом по правилам ст.ст. 87, 88 УПК РФ. 

Несогласие стороны защиты с доказательствами, положенными в основу приговора, с приведенной оценкой, не может свидетельствовать о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела, установленным в ходе судебного заседания, недоказанности виновности осужденного в содеянном, неправильном применении уголовного закона.

Оспаривание стороной защиты положенных в основу приговора доказательств вызвано явным формированием линии защиты от обвинения в совершении умышленного преступления с целью избежать соразмерной уголовной ответственности за содеянное.

Из материалов дела следует, что суд исследовал представленные сторонами доказательства, разрешил по существу заявленные ходатайства в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, в том числе стороны защиты, принял необходимые меры для установления истины по делу.

Оценив доказательства в их совокупности, суд первой инстанции правильно установил фактические обстоятельства дела, пришел к верному выводу о доказанности вины ФИО1 в совершении преступления и правильно квалифицировал его действия по п. «б» ч. 2 ст. 245 УК РФ как жестокое обращение с животным, в целях причинения ему боли и страданий, из хулиганских побуждений, повлекшее его гибель, в присутствии малолетнего.

С учетом возраста несовершеннолетнего потерпевшего (2014 год рождения), его реакции на действия ФИО1 (крик, плач, слезы на глазах), установленного судом первой инстанции места преступления – вблизи детской площадки, где потерпевший и иные дети играли до преступления и в момент его совершения, приводят суд к однозначному выводу о том, что, совершая данное преступление, ФИО1 был осведомлен о возрасте потерпевшего.

Малолетний возраст потерпевшего Потерпевший №1, ставшего очевидцем преступления, с учетом требований закона (ст. 28 ГК РФ) очевиден, квалифицирующий признак – в присутствии малолетнего, судом первой инстанции установлен верно.

По смыслу закона под жестоким обращением с животным является такое обращение с животным, которое привело или могло привести к гибели, увечью или иному повреждению здоровья животного.

Целенаправленное совершение совокупности приведенных в приговоре действий со стороны ФИО1 в отношении животного – собаки по кличке «Рыжик» с момента как он насильно привязал шею собаки к трактору до наезда на собаку, в своей совокупности свидетельствуют о жестоком обращении с животным. 

А сама по себе привязанность ребенка к собаке по кличке «Рыжик», причинение на глазах малолетнего ей боли и страданий, физического насилия в форме насильного привязывания веревкой с металлическими крюками шеи животного к вилам трактора, шум от работы двигателя трактора, в том числе в момент его движения, перемещение собаки против ее воли в таком положении с помощью трактора, что сопровождалось стонами и визгом собаки в присутствии последнего, бесспорно, в сложившейся обстановке повлекло за собой причинение малолетнему Потерпевший №1 моральных страданий, а животному физической боли, страданий, увечий, которые подробно описаны в выводах эксперта, как итог смерти.

В этой связи довод стороны защиты о том, что ребенок не видел самого момента смерти животного на квалификацию действий ФИО1, не влияет. 

При этом совокупность установленных в суде первой инстанции обстоятельств совершения преступления, таких как, высказывания со стороны ФИО1 угроз убийством в адрес животного, совершение приведенной совокупности насильственных действий в присутствии очевидцев в отношении животного, в том числе в виде ударов ковша трактора об голову собаки, которые очевидно причинили ей боль, увечья и как итог травму головы, его агрессивное поведение по отношению к животному, личное управление трактором, выводы судебного эксперта и его показания, в том числе относительно наличия земли в дыхательных путях, показания свидетелей о том, что ФИО1 не оспаривал наезд трактором на животное, в своей совокупности свидетельствуют о том, что при описанных в приговоре обстоятельствах ФИО1 умышленно совершил наезд на животное, после чего закопал его живьем, что наряду с травмой головы повлекло его гибель. 

Таким образом, вопреки доводу жалобы стороны защиты между жестоким обращением с животным и последствиями в виде гибели животного имеется прямая причинно-следственная связь.

Суду апелляционной инстанции, очевидно, что осужденный, выполняя объективную сторону преступления, осознавал, что жестоко обращается с животным, преследует цель причинить ему боль и страдания, предвидит его гибель в результате совершения действий, приведенных в приговоре, в том числе в результате наезда трактора на животное, и желает этого. 

В данной части суд апелляционной инстанции отмечает, что ни на стадии предварительного следствия, ни на стадии судебного следствия ФИО1 не смог пояснить, какую он преследовал цель, привязывая собаку к трактору, зачем нужно было использовать трактор для перемещения собаки на незначительное расстояние. 

Вопреки доводам жалоб нарушений положений ст. 252 УПК РФ судом не допущено, судебное разбирательство по делу проведено в рамках предъявленного ФИО1 обвинения.

Приведение судом первой инстанции в описательно-мотивировочной части приговора при описании преступления сведений, в чем выразился малозначительный повод для преступления, который был установлен, в том числе, показаниями самого ФИО1 и стороной защиты не оспаривался, не ухудшает положение осужденного, не нарушает его право на защиту.

Как было установлено судом первой инстанции, совершение приведенных в приговоре насильственных действий в отношении животного не было вызвано необходимостью защиты себя, других лиц или собственного животного. Собака какой-либо агрессии в отношении осужденного не проявляла.

При таких обстоятельствах, причинение животному увечий и страданий на улице, в общественном месте, рядом с детской площадкой и фермой, в присутствии людей, в том числе детей, использование для этой цели трактора, что явно привлечет внимание окружающих, малозначительный повод к преступлению, подробно описанный в приговоре, в своей совокупности свидетельствует о демонстрации осужденным пренебрежительного отношения к людям, следовательно, хулиганский мотив преступления, установлен судом первой инстанции также верно.

Наказание ФИО1 назначено в соответствии с требованиями ст. 60 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, влияния назначенного наказания на его исправление и условия жизни его семьи, данных о личности осужденного, смягчающих наказание обстоятельств, которые приведены в приговоре. 

При этом суд правомерно пришел к выводу и мотивировал решение о невозможности исправления ФИО1 без изоляции от общества, об отсутствии с учетом обстоятельств и характера содеянного оснований для применения к нему положений ч. 6 ст. 15, ст.ст. 64, 73 УК РФ.

Имеющиеся у ФИО1 смягчающие наказание обстоятельства судом учтены, оснований для признания таковыми иных обстоятельств суд апелляционной инстанции не усматривает. Назначенный вид наказания является справедливым, соразмерным содеянному и личности осужденного. 

Вид исправительного учреждения ФИО1 правильно определен в соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 58 УК РФ.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 ГК РФ).

Согласно ч. 3 ст. 44 УПК РФ гражданский иск в защиту интересов несовершеннолетних, лиц, признанных недееспособными либо ограниченно дееспособными в порядке, установленном гражданским процессуальным законодательством, лиц, которые по иным причинам не могут сами защищать свои права и законные интересы, может быть предъявлен их законными представителями или прокурором.

Гражданский иск прокурора о компенсации морального вреда разрешен в соответствии с требованиями ст. ст. 151, 1064, 1099 - 1101 ГК РФ.

Вышеуказанные требования закона также были должным образом учтены судом первой инстанции при решении вопроса об определении размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с осужденного. 

Выводы суда первой инстанции о причинении несовершеннолетнему потерпевшему морального вреда подробно мотивированы в приговоре и сомнений не вызывают.

Данные о характере морального вреда, причиненного преступными действиями, содержались в исковом заявлении прокурора, и они обоснованно признаны судом достаточными для решения указанного вопроса.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции считает необходимым изменить обжалуемый приговор по следующим основаниям. 

Согласно ст. 389.15 п. 3 УПК РФ неправильное применение уголовного закона является основанием отмены или изменения судебного решения в апелляционном порядке.

Суд первой инстанции на основании ч. 1.1 ст. 63 УК РФ в качестве отягчающего наказание обстоятельства признал нахождение ФИО1 в момент совершения преступления в состоянии алкогольного опьянения, которое повлияло на его поведение и обусловило совершение им преступных действий. 

Признавая нахождение ФИО1 в состоянии алкогольного опьянения, суд принял во внимание показания малолетней Свидетель №6 об этом.

При этом, установив и признав по делу отягчающее обстоятельство, суд первой инстанции назначил минимально возможное наказание, предусмотренное санкцией статьи УК РФ за данный вид наказания - лишение свободы на срок 3 года. 

Согласно ч. 1.1 ст. 63 УК РФ судья, назначающий наказание, в зависимости от характера и степени общественной опасности преступления, обстоятельств преступления, личности виновного может признать отягчающим обстоятельством совершение преступления в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя.

Применение при назначении наказания такого отягчающего наказание обстоятельства является правом судьи, с учетом данных о личности подсудимого и обстоятельств дела, обязательным и прямо предусмотренным как в ч. 1 ст. 63 УК РФ, не является. 

В таком случае факт совершения осужденным преступления в состоянии алкогольного опьянения должен быть установленным, а решение о признании отягчающим обстоятельством совершение преступления в состоянии опьянения должно быть мотивировано в приговоре.

Суд свое решение мотивировал только представленными показаниями малолетнего свидетеля о том, что ФИО1 находился в состоянии алкогольного опьянения в момент совершения преступления.

При этом из показаний данного свидетеля неясно, по каким признакам данный факт ей был установлен (запах алкоголя, невнятная речь, шаткая походка и т.д.). 

Допрошенный в суде ФИО1 и его сожительница ФИО9 отрицали факт нахождения последнего в день преступления в состоянии алкогольного опьянения и употребления алкогольной продукции.

Медицинское освидетельствование ФИО1, а равно судебная психиатрическая экспертиза, которая бы установила факт нахождения последнего в состоянии опьянения и влияние этого на совершение преступления, не проводились.

При описании преступления в обвинительном заключении также не указано о совершении преступления ФИО1, будучи в состоянии алкогольного или иного опьянения.

Данный факт, в том числе не был установлен органами предварительного следствия по результатам проведенного расследования и не указан как обстоятельство, отягчающее наказание в обвинительном заключении. 

Из имеющейся в материалах дела характеристики участкового уполномоченного полиции и справок ПНД и НД также не следует, что ФИО1 страдает алкогольной зависимостью, либо злоупотребляет спиртными напитками. 

Немотивированные в данной части показания несовершеннолетнего свидетеля явно недостаточны для вывода суда о том, что ФИО1 в момент совершения преступления находился в состоянии алкогольного опьянения, и такое опьянение повлияло на его поведение. 

Таким образом, суд апелляционной инстанции исключает из описательно-мотивировочной части приговора указание на признание на основании ч. 1.1 ст. 63 УК РФ, в качестве отягчающего наказание обстоятельства нахождение ФИО1 в момент совершения преступления в состоянии алкогольного опьянения.

Необоснованно признав по указанным выше основаниям данное отягчающее обстоятельство, суд первой инстанции фактически его не применил при назначении наказания. 

По смыслу закона признание по делу отягчающего обстоятельства влечет за собой назначение более сурового наказания, предусмотренного санкцией статьи УК РФ.

Суд первой инстанции, с учетом установленных в судебном заседании данных о личности осужденного и приведенных в приговоре обстоятельств преступления, его последствий, правильно определил и мотивировал вид наказания (лишение свободы), но назначил ФИО1 минимально возможный срок данного наказания, предусмотренный санкцией статьи - 3 года лишения свободы. 

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции и полагает, что исправление ФИО1 возможно только в условиях изоляции от общества в исправительном учреждении, где органами ФСИН России в отношении него будут проводиться, предусмотренные УИК РФ профилактические и иные мероприятия, направленные на его исправление, формирование у него уважительного отношения к человеку, обществу, труду. 

Назначение ФИО1 более мягкого вида наказания, предусмотренного санкцией статьи, либо назначение наказания условно, даже с учетом вышеперечисленных смягчающих обстоятельств, в данном случае не обеспечит достижение целей наказания. 

Суд апелляционной инстанции также не признает совокупность установленных судом смягчающих обстоятельств основанием к применению ст. 64 УК РФ при назначении осужденному наказания, поскольку отсутствуют исключительные обстоятельства, связанные с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время и после совершения преступления, и другие обстоятельства, существенно уменьшающие степень общественной опасности преступления. 

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции считает, что изменение приговора и исключение из описательно-мотивировочной части приговора отягчающего обстоятельства, предусмотренного ч.1.1 ст. 63 УК РФ, не влечет применение положений ст. 64 УК РФ, либо назначение осужденному иного вида наказания, предусмотренного санкцией статьи УК РФ. 

Нарушений уголовного и уголовно–процессуального закона, влекущих изменение в иной части либо отмену приговора, судебная коллегия не усматривает. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 38920, 38928 УПК РФ, суд апелляционной инстанции,

п о с т а н о в и л:

Приговор 

<

адрес> от 22.10.2024 года в отношении ФИО1 – изменить.

Исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание на признание на основании ч. 1.1 ст. 63 УК РФ обстоятельством, отягчающим наказание, состояние опьянения, вызванного употреблением алкоголя. 

В остальной части приговор суда оставить без изменения, апелляционную жалобу защитника Петушкова А.С., без удовлетворения. 

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу, а осужденным, содержащимся под стражей - в тот же срок со дня вручения ему копии апелляционного постановления. Кассационная жалоба, представление подаются через суд первой инстанции в судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции в соответствии с требованиями главы 471 УПК РФ.

В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационная жалоба, представление подаются непосредственно в судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции в соответствии с главой 471 УПК РФ.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Судья