Гр.дело № 2-103/2017 года

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Калачёвский районный суд Волгоградской области в составе председательствующего судьи Запорожской О.А., при секретаре Савенковой Е.Б., рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Калач -на- Дону 21 марта 2017 года гражданское дело по иску ФИО1 к Федеральному государственному казенному учреждению «Северо-Кавказское территориальное управление имущественных отношений» Министерства обороны Российской Федерации, Федеральному государственному казенному учреждению «Южное региональное управление жилищного обеспечения» Министерства обороны Российской Федерации, Министерству обороны Российской Федерации, Департаменту жилищного обеспечения Министерства обороны Российской Федерации о признании права собственности на жилое помещение в порядке приватизации, заявление третьих лиц с самостоятельными требованиями на предмет спора ФИО2, ФИО3 к ФИО1, Федеральному государственному казенному учреждению «Северо-Кавказское территориальное управление имущественных отношений» Министерства обороны Российской Федерации, Федеральному государственному казенному учреждению «Южное региональное управление жилищного обеспечения» Министерства обороны Российской Федерации, Министерству обороны Российской Федерации, Департаменту жилищного обеспечения Министерства обороны Российской Федерации о признании договора купли-продажи жилого помещения действительным, признании добросовестным приобретателем жилого помещения, 

Установил:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к Федеральному государственному казенному учреждению «Северо-Кавказское территориальное управление имущественных отношений» Министерства обороны Российской Федерации (далее ФГКУ «Северо-Кавказское территориальное управление имущественных отношений» Министерства обороны Российской Федерации), Федеральному государственному казенному учреждению «Южное региональное управление жилищного обеспечения» Министерства обороны Российской Федерации (далее ФГКУ «Южное региональное управление жилищного обеспечения» Министерства обороны Российской Федерации), Министерству обороны Российской Федерации, Департаменту жилищного обеспечения Министерства обороны Российской Федерации о признании права собственности на жилое помещение в порядке приватизации.

В обоснование заявленного требования указал следующее.

ДД.ММ.ГГГГ на основании решения жилищной комиссии Второй Волгоградской КЭЧ района от ДД.ММ.ГГГГ ему на состав семьи из четырех человек, включая его, жену ФИО4, сына ФИО5 и дочь ФИО6 было предоставлено жилое помещение, расположенное по адресу: 

<

адрес>

На дату предоставления квартиры и получения ордера № от ДД.ММ.ГГГГ она служебной не являлась. Ранее, спорная квартира относилась к жилищному фонду военных городков закрытого типа. ДД.ММ.ГГГГ военный городок п. Октябрьский был исключен из Перечня закрытого жилищного фонда. В Домоуправлении № 1 Второй Волгоградской КЭЧ района и во Второй Волгоградской КЭЧ района он проработал более 10 лет и ДД.ММ.ГГГГ уволился с работы по собственному желанию, однако продолжает проживать в спорной квартире. В квартире зарегистрирован и проживает только он, другого жилья не имеет, свое право на участие в приватизации жилья не использовал, просил признать за ним право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: 

<

адрес> на условиях социального найма и признать право собственности на жилое помещение, расположенное по адресу: 

<

адрес> в порядке приватизации. 

ДД.ММ.ГГГГ суд привлёк к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования на предмет спора ФИО2, ФИО3 и ПАО « Московский индустриальный банк», поскольку ДД.ММ.ГГГГ спорная квартира ФИО1 была продана семье К-вых, взявших на приобретение жилья ипотечный кредит в ПАО «Московский индустриальный банк» (т. 2 л.д. 37-38,40-41). 

Определением Калачёвского районного суда Волгоградской области от ДД.ММ.ГГГГ удовлетворено заявление третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования на предмет спора ФИО2, ФИО3 о вступлении в дело в качестве третьих лиц, заявляющих самостоятельные требования на предмет спора (т. 2 л.д. 111-114), так как они обратились с самостоятельными требованиями к ФИО1, Федеральному государственному казенному учреждению «Северо-Кавказское территориальное управление имущественных отношений» Министерства обороны Российской Федерации, Федеральному государственному казенному учреждению «Южное региональное управление жилищного обеспечения» Министерства обороны Российской Федерации, Министерству обороны Российской Федерации, Департаменту жилищного обеспечения Министерства обороны Российской Федерации о признании договора купли-продажи жилого помещения, расположенного по адресу: 

<

адрес> действительным, признании их добросовестными приобретателями спорного жилого помещения.

В обоснование заявленных требований третьи лица ФИО2, ФИО3 указали следующее.

ДД.ММ.ГГГГ они решили приобрести для своей семьи жилье. На «Авито» нашли объявление о продаже квартиры 

<

адрес>, которая устроила их по месту расположения, площади и цене. ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ними был заключен договор купли-продажи указанной квартиры. Оплата за квартиру производилась частично наличными денежными средствами в размере 

<

данные изъяты> и за счет средств на приобретение недвижимого имущества в размере 

<

данные изъяты>, полученных в ПАО «Московский индустриальный банк». Они не знали и не могли знать о наличии судебных споров в отношении приобретенной квартиры в 

<

адрес>. На дату совершения сделки ФИО1 являлся собственником квартиры, его право было зарегистрировано в установленном законом порядке, ограничения (обременения) права отсутствовали, сделка по форме, содержанию и волеизъявлению сторон соответствовала действующему законодательству, поэтому она является действительной. Кроме того, банк при рассмотрении их заявления о предоставлении кредита на приобретение жилья проводил юридическую экспертизу документов (т. 2 л.д. 82-87).

В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель ФИО7, действующая на основании доверенности (т. 2 л.д. 39), поддержали исковые требования к Министерству обороны Российской Федерации, Департаменту жилищного обеспечения Министерства обороны Российской Федерации, Федеральному государственному казенному учреждению «Северо-Кавказское территориальное управление имущественных отношений» Министерства обороны Российской Федерации, Федеральному государственному казенному учреждению «Южное региональное управление жилищного обеспечения» Министерства обороны Российской Федерации о признании права собственности на жилое помещение, расположенное по адресу: 

<

адрес> в порядке приватизации, не возражали против удовлетворения заявления третьих лиц с самостоятельными требованиями на предмет спора ФИО2, ФИО3, истец суду пояснил, что на дату предоставления его семье спорной квартиры она не имела статус служебной. Такое решение уполномоченным органом было принято, по мнению ответчика Министерства обороны Российской Федерации, только ДД.ММ.ГГГГ на основании Постановления Администрации Калачёвского муниципального района Волгоградской области №. Однако приложение к этому постановлению с указанием квартир, включенных в число служебных, в архивном отделе администрации отсутствует и подлинный документ либо надлежаще заверенная копия ответчиками суду не представлялась. Договор найма служебного жилого помещения на период работы с ним не заключался. Он проработал в Домоуправлении № 1 Второй Волгоградской КЭЧ района и во Второй Волгоградской КЭЧ района более 10 лет. После увольнения с работы в ДД.ММ.ГГГГ по собственному желанию продолжал пользоваться жилым помещением на условиях найма. Он длительное время проживал в спорной квартире, производил оплату коммунальных платежей, требований об освобождении жилого помещения и о выселении из него к нему в связи с прекращением трудовых отношений с Министерством обороны Российской Федерации не предъявлялось. После исключения в ДД.ММ.ГГГГ военного городка 

<

адрес> из Перечня закрытого жилищного фонда, Министерством обороны РФ должен был одновременно решаться вопрос и об исключении жилых помещений из списка служебных, однако этого сделано не было. На дату совершения сделки с супругами К-выми его право собственности на спорную квартиру было зарегистрировано в установленном законом порядке, квартира обременений не имела, они, как стороны по сделке, исполнили полностью её условия и с ДД.ММ.ГГГГ семья К-вых владеет спорной квартирой на законных основаниях.

Представитель истца ФИО1 - ФИО7 также суду пояснила, что при принятии решения по данному спору суд не может руководствоваться положениями, изложенными в Определениях Верховного Суда Российской Федерации, на которые ссылаются ответчики, как на правоприменительную практику по аналогичным делам, так как она неоднозначна, что подтверждается Определениями Верховного Суда Российской федерации № от ДД.ММ.ГГГГ по делу М-вых о приватизации жилья в 

<

адрес> и № от ДД.ММ.ГГГГ по делу ФИО8 о приватизации жилья в 

<

адрес>, приобщенными к материалам данного гражданского дела, тогда как Постановления Президиума Верховного Суда РФ, которое бы определяло или изменяло практику применения правовых норм по данной категории дел, не имеется. 

По её мнению, слабой стороной в сложившихся правоотношениях является истец ФИО1, третьи лица с самостоятельными требованиями ФИО2, ФИО3, так как в случае отказа в удовлетворении исковых требований истцу и третьим лицам, нарушаются не только права добросовестных приобретателей К-вых, но и права заинтересованных лиц, в данном случае АКБ «Московский индустриальный банк», предоставивший К-вым ипотечный кредит на приобретение жилья.

Кроме того, она обращает внимание суда на то, что в настоящее время большая часть квартир в 

<

адрес> находится в собственности лиц, не имеющих никакого отношения к Министерству обороны РФ. После открытия военного городка 

<

адрес> передача жилищного фонда военного городка на баланс Советского сельского поселения Калачёвского муниципального района Волгоградской области является делом времени.

Третье лицо с самостоятельными требованиями на предмет спора ФИО2, ФИО3, поддержали свои требования, просили суд признать их добросовестными приобретателями спорной квартиры, а договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ действительным (т.2 л.д. 82-87). 

При этом третье лицо с самостоятельными требованиями ФИО2 суду пояснил, что до приобретения спорной квартиры они с женой осмотрели квартиру, ознакомились со всеми правоустанавливающими документами продавца, проверили сведения о наличии обременений на квартиру- они отсутствовали. ДД.ММ.ГГГГ договор купли-продажи квартиры с ФИО1 был заключен, сделка по форме и содержанию полностью отвечает требованиям действующего законодательства, условия договора полностью исполнены (деньги в сумме 

<

данные изъяты> рублей переданы ФИО1, а квартира перешла в их собственность), поэтому сделка действительна. На приобретение квартиры им пришлось взять кредит в АКБ « Московский индустриальный банк» в размере 

<

данные изъяты> рублей, поэтому квартира находится в залоге у этого банка. Кроме того, они не знали и не могли знать о статусе 

<

адрес>, где расположена спорная квартира, так как на территорию поселка проходили беспрепятственно. Они приобрели спорную квартиру для постоянного проживания семьи, состоящей из четырех человек, включая двух несовершеннолетних детей. ДД.ММ.ГГГГ семья проживает в квартире, они надлежащим образом исполняют свои обязанности по коммунальным платежам, несут бремя содержания квартиры. Просят суд исковые требования ФИО1 к Министерству обороны Российской Федерации, Департаменту жилищного обеспечения Министерства обороны Российской Федерации, Федеральному государственному казенному учреждению « Южное региональное управление жилищного обеспечения» Министерства обороны Российской Федерации, Федеральному государственному казенному учреждению «Северо-Кавказское территориальное управление имущественных отношений» Министерства обороны Российской Федерации о признании права собственности на жилое помещение в порядке приватизации удовлетворить; их требования о признании добросовестными приобретателями квартиры, признании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ действительным удовлетворить.

Представители ответчиков ФГКУ «Северо-Кавказское территориальное управление имущественных отношений» Министерства обороны Российской Федерации, ФГКУ« Южное региональное управление жилищного обеспечения» Министерства обороны Российской Федерации, Департамента жилищного обеспечения Министерства обороны Российской Федерации в судебное заседание не явились, о слушании дела извещены надлежащим образом (т. 2 л.д. 136 -137).

Представители ответчиков ФГКУ «Северо-Кавказское территориальное управление имущественных отношений» Министерства обороны Российской Федерации, Министерства обороны Российской Федерации просят рассмотреть дело без участия их представителя, возражают против удовлетворения исковых требований ФИО1 и третьих лиц ФИО2 и ФИО3 (т.2 л.д. 24-27, 147- 157).

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора ПАО « Московский индустриальный банк» в судебное заседание не явился, о слушании дела извещен надлежащим образом (т.2 л.д. 164).

Выслушав стороны, представителей, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с частью 1 статьи 40 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на жилище. Никто не может быть произвольно лишен жилища.

В силу части 4 статьи 3 Жилищного кодекса Российской Федерации никто не может быть выселен из жилища или ограничен в праве пользования жилищем иначе как по основаниям и в порядке, которые предусмотрены данным Кодексом и другими федеральными законами.

В соответствии со ст. 2 Закона РФ "О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации" предусмотрено право граждан, занимающих жилые помещения в государственном и муниципальном жилищном фонде, включая жилищный фонд, находящийся в хозяйственном ведении предприятий или оперативном управлении учреждений (ведомственный фонд), на условиях социального найма, приобрести эти помещения в собственность на условиях, предусмотренных указанным Законом, иными нормативными актами Российской Федерации и субъектов РФ, с согласия всех совместно проживающих совершеннолетних членов семьи, а также несовершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет.

Не подлежат приватизации жилые помещения, находящиеся в аварийном состоянии, в общежитиях, в домах закрытых военных городков, а также служебные жилые помещения, за исключением жилищного фонда совхозов и других сельскохозяйственных предприятий, к ним приравненных, и находящийся в сельской местности жилищный фонд стационарных учреждений социальной защиты населения (статья 4 Закона РФ "О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации").

В пункте 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июля 2009 г. № 14 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации" разъяснено, что при разрешении споров, связанных с защитой жилищных прав, судам необходимо иметь в виду, что принцип неприкосновенности жилища и недопустимости производного лишения жилища является одним из основных принципов не только конституционного, но и жилищного законодательства (статья 25 Конституции Российской Федерации, статьи 1, 3 Жилищного кодекса Российской Федерации).

В соответствии со ст. 7 Федерального закона от 29 декабря 2004 г. № 189-ФЗ "О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации" к отношениям по пользованию жилыми помещениями, которые находились в жилых домах, принадлежавших государственным или муниципальным предприятиям либо государственным или муниципальным учреждениям и использовавшихся в качестве общежитий, и переданы в ведение органов местного самоуправления, вне зависимости от даты передачи этих жилых помещений и от даты их предоставления гражданам на законных основаниях применяются нормы Жилищного кодекса Российской Федерации о договоре социального найма.

В судебном заседании установлено.

ДД.ММ.ГГГГ на основании решения жилищной комиссии Второй Волгоградской КЭЧ района от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1, как работнику Домоуправления № 1 Второй Волгоградской КЭЧ района, на состав семьи из четырех человек, включая жену ФИО4, сына ФИО5 и дочь ФИО6 была предоставлена двухкомнатная квартира по адресу: 

<

адрес>, что подтверждается ордером № от ДД.ММ.ГГГГ с отметкой «служебный» (т.1 л.д. 7).

По мнению представителя ответчика Министерства обороны Российской Федерации, решение о включении спорной квартиры в число служебных имело место ДД.ММ.ГГГГ на основании Постановления Администрации Калачёвского муниципального района Волгоградской области №.

Однако приложение к Постановлению Администрации Калачёвского муниципального района Волгоградской области № от ДД.ММ.ГГГГ с указанием квартир, включенных в число служебных, в архивном отделе администрации Калачёвского муниципального района Волгоградской области отсутствует (т. 1 л.д. 15,16) и надлежаще заверенная копия документа суду ответчиком представлена не была.

О том, что квартира с указанной даты приобрела статус служебной, наниматель ФИО1 в известность поставлен не был, договор найма служебного жилого помещения с ним заключен не был. 

Наниматель ФИО1 в период получения спорной квартиры работал в Домоуправлении № 1 Второй Волгоградской КЭЧ района, а в последующем во Второй Волгоградской КЭЧ района, его стаж работы как работника гражданского персонала Министерства обороны Российской Федерации составил более 10 лет. 

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 уволился с работы по собственному желанию (т.1 л.д.13).

После увольнения со Второй Волгоградской КЭЧ района ФИО1 продолжал пользоваться предоставленным ему жилым помещением.

Требований о выселении или освобождении квартиры после увольнения с работы с ДД.ММ.ГГГГ Вторая Волгоградская КЭЧ района к ФИО1 не предъявляла.

Как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации в Постановлении Пленума от 02 июля 2009 года № 14 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации" вопрос о том, является ли конкретное жилое помещение специализированным (в частности, служебным) решается, в силу статьи 5 Вводного закона, исходя из положений законодательства, действовавшего на момент предоставления данного жилого помещения (пункт 41).

В соответствии со ст. 5 Федерального закона от 29 декабря 2004 года № 189 -ФЗ "О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации" к жилищным отношениям, возникшим до введения в действие Жилищного кодекса Российской Федерации, Жилищный кодекс Российской Федерации применяется в части тех прав и обязанностей, которые возникнут после введения его в действие, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

Пунктом 43 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июля 2009 г. № 14 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации" разъяснено, что статьей 13 Федерального закона от 29 декабря 2004 г. № 189- ФЗ "О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации" предусмотрены дополнительные гарантии для граждан, проживающих в служебных жилых помещениях и жилых помещениях в общежитиях, предоставленных им до введения в действие Жилищного кодекса Российской Федерации. В соответствии с названной статьей указанные граждане, состоящие на учете в качестве нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых по договорам социального найма (ч. 1 ст. 51 ЖК РФ), или имеющие право состоять на данном учете (ч. 2 ст. 52 ЖК РФ), не могут быть выселены из служебных жилых помещений и жилых помещений в общежитиях без предоставления других жилых помещений, если их выселение не допускалось законом до введения в действие Жилищного кодекса Российской Федерации. Категории граждан, выселяемых из служебных жилых помещений и общежитий с предоставлением другого жилого помещения, были определены ст. 108 и 110 ЖК РСФСР.

Согласно п. 6 ст. 108 ЖК РСФСР без предоставления другого жилого помещения в случае, указанном в статье 107 данного Кодекса, не могли быть выселены, в том числе лица, проработавшие на предприятии, в учреждении, организации, предоставивших им служебное жилое помещение, не менее десяти лет.

Учитывая вышеизложенные положения, действовавшего до 01 марта 2005 года Жилищного кодекса РСФСР семья ФИО1 после включения спорной квартиры в число служебных в октябре 1995 года не мог быть выселен из занимаемого им, по мнению ответчиков Министерства обороны РФ, ФГКУ «Северо-Кавказское территориальное управление имущественных отношений» Министерства обороны Российской Федерации и ФГКУ« Южное региональное управление жилищного обеспечения» Министерства обороны Российской Федерации служебного жилого помещения без предоставления другого жилого помещения и квартира находилась бы в пользовании семьи ФИО1 по настоящее время в случае отказа от приватизации этого жилого помещения.

На основании Распоряжения Правительства РФ от 19 августа 2011 года № 1470-Р закрытый военный городок, расположенный в 

<

адрес>, исключен из перечня закрытых военных городков Вооруженных Сил Российской Федерации.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратился в ФГКУ «Северо-Кавказское территориальное Управление имущественных отношений» Министерства обороны Российской федерации с просьбой дать разрешение на приватизацию жилого помещения, в чем ему было отказано, так как жилое помещение является служебным и приватизации не подлежит (т. 1 л.д. 29,30).

Полагая отказ в приватизации квартиры необоснованным, ФИО1 обратился в Калачёвский районный суд Волгоградской области с иском к Министерству обороны Российской Федерации, Департаменту жилищного обеспечения Министерства обороны Российской Федерации, ФГКУ «Северо-Кавказское территориальное управление имущественных отношений» Министерства обороны Российской Федерации, ФГКУ «Южное региональное управление жилищного обеспечения» Министерства обороны Российской Федерации о признании права собственности на жилое помещение в порядке приватизации, обосновывая свои требования тем, что на дату предоставления ему жилого помещения оно служебным не являлось и предоставлялось ему на условиях найма жилого помещения.

Решением Калачёвского районного суда Волгоградской области от 04 февраля 2014 года исковые требования ФИО1 были удовлетворены и за ним признано право собственности на жилое помещение, расположенное по адресу: 

<

адрес> (т. 1 л.д. 61-67).

Апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Волгоградского областного суда от 22 мая 2014 года решение Калачёвского районного суда Волгоградской области от 04 февраля 2014 года оставлено без изменения, апелляционные жалобы Министерства обороны Российской Федерации, Федерального государственного казенного учреждения «Северо-Кавказское территориальное управление имущественных отношений» Министерства обороны Российской Федерации, Федерального государственного казенного учреждения «Южное региональное управление жилищного обеспечения» Министерства обороны Российской Федерации без удовлетворения (т. 1 л.д. 137-144). 

В связи с поступившими в Волгоградский областной суд 11 августа 2014 года, 08 сентября 2014 года кассационными жалобами представителя Министерства обороны Российской Федерации и Федерального государственного казенного учреждения «Северо-Кавказское территориальное управление имущественных отношений» Министерства обороны Российской Федерации гражданское дело по иску ФИО1 к Федеральному государственному казенному учреждению «Северо-Кавказское территориальное управление имущественных отношений» Министерства обороны Российской Федерации и др. о признании права собственности на жилое помещение в порядке приватизации было направлено в Волгоградский областной суд (т.1 л.д.170-177) и 21 октября 2014 года возвращено по минованию надобности (т.1 л.д. 177).

09 марта 2016 года представитель Министерства обороны Российской Федерации в лице Федерального государственного казенного учреждения «Южное региональное управление правового обеспечения» Министерства обороны Российской Федерации обратился в Калачёвский районный суд Волгоградской области с заявлением о пересмотре решения Калачёвского районного суда Волгоградской области от 04 февраля 2014 года по делу по иску ФИО1 к Федеральному государственному казенному учреждению «Северо-Кавказское территориальное управление имущественных отношений» Министерства обороны Российской Федерации и др. о признании права собственности на жилое помещение в порядке приватизации по новым обстоятельствам.

По ходатайству представителя ответчика Министерства обороны Российской Федерации определением судьи Калачёвского районного суда Волгоградской области от 17 марта 2016 года приняты меры по обеспечению иска в виде наложения запрета на совершение регистрационных действий, связанных с отчуждением права собственности на объект недвижимости-квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, принадлежащей на праве собственности ФИО1 (мат. № 13-100/2016 г. л.д. 28).

Определением Калачёвского районного суда Волгоградской области от 12 мая 2016 года в удовлетворении заявления представителя Министерства обороны Российской Федерации в лице Федерального государственного казенного учреждения «Южное региональное управление правового обеспечения» Министерства обороны Российской Федерации о пересмотре решения Калачёвского районного суда от 04 февраля 2014 года отказано в связи с необоснованностью заявленных требований, а также пропуском трехмесячного срока подачи заявления о пересмотре решения суда по новым обстоятельствам (т.2 л.д. 1-8).

Апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Волгоградского областного суда от 17 ноября 2016 года определение Калачёвского районного суда Волгоградской области от 12 мая 2016 года отменено, заявление Министерства обороны Российской Федерации в лице Федерального государственного казенного учреждения « Южное региональное управление правового обеспечения» Министерства обороны Российской Федерации о пересмотре решения по новым обстоятельствам удовлетворено и решение Калачёвского районного суда Волгоградской области от 04 февраля 2014 года по делу по иску ФИО1 к Федеральному государственному казенному учреждению «Северо-Кавказское территориальное управление имущественных отношений» Министерства обороны Российской Федерации и др. о признании права собственности на жилое помещение в порядке приватизации отменено, дело возвращено в Калачёвский районный суд для рассмотрения по существу (т. 2 л.д. 9-11).

Разрешая исковые требования ФИО1 к Федеральному государственному казенному учреждению «Северо-Кавказское территориальное управление имущественных отношений» Министерства обороны Российской Федерации и др. о признании права собственности на жилое помещение в порядке приватизации, суд находит их подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии действовавшим на дату предоставления семье ФИО1 Жилищным кодексом РСФСР, а также в соответствии с пунктом 2 статьи 92 Жилищного кодекса РФ использование жилого помещения в качестве специализированного жилого помещения допускался только после отнесения такого помещения к специализированному жилищному фонду.

Из содержания пункта 3 Постановления Правительства РФ № 42 "Об утверждении Правил отнесения жилого помещения к специализированному жилищному фонду и типовых договоров найма специализированных жилых помещений" следует, что отнесение жилых помещений к специализированному жилищному фонду не допускается, если жилые помещения заняты по договорам социального найма.

Как установлено в судебном заседании, жилое помещение семье ФИО1 было предоставлено для проживания на основании решения жилищной комиссии Второй волгоградской КЭЧ района ДД.ММ.ГГГГ, ордер на жилое помещение № с отметкой «служебная» выдан ДД.ММ.ГГГГ, тогда как допустимых и достоверных доказательств присвоения спорному жилому помещению статуса «служебное" ответчиками суду не представлено.

Данное обстоятельство свидетельствует о незаконности решения Второй Волгоградской КЭЧ района о выдаче ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ служебного ордера № на спорную квартиру, предоставленной нанимателю на условиях найма.

Наряду с изложенным, в соответствии с требованиями действующего в тот период жилищного законодательства, после принятия решения о присвоении жилому помещению статуса "служебное" данное жилье должно быть зарегистрировано как служебное в установленном порядке в органах государственной регистрации недвижимости, однако ответчиками этого сделано не было, что подтверждается данными Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Волгоградской области от ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д.27).

Исходя из того, что спорное жилое помещение относится к государственной собственности, в качестве служебной ФИО1 не предоставлялась и с момента снятия статуса закрытого военного городка к возникшим между сторонами правоотношениям должны применяться нормы, установленные для жилых помещений, предоставленных по договорам социального найма, а также учитывая, что истец своим правом на бесплатную приватизацию жилья ранее не воспользовался, то в соответствии с положениями статей 2, 4, 8 Закона РФ "О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации", за ФИО1 следует признать право собственности в порядке приватизации на жилое помещение, расположенное по адресу: 

<

адрес>.

Довод ответчиков Министерства обороны Российской Федерации, ФГКУ «Северо-Кавказское территориальное управление имущественных отношений» Министерства обороны Российской Федерации и ФГКУ «Южное региональное управление жилищного обеспечения» Министерства обороны Российской Федерации о том, что спорная квартира предоставлена ФИО1 как работнику из числа гражданского персонала Министерства обороны Российской Федерации для проживания в качестве служебного жилого помещения, суд находит несостоятельным по следующим основаниям.

Как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации в Постановлении Пленума от 02 июля 2009 года № 14 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации" вопрос о том, является ли конкретное жилое помещение специализированным (в частности, служебным) решается, в силу статьи 5 Вводного закона, исходя из положений законодательства, действовавшего на момент предоставления данного жилого помещения (пункт 41).

В соответствии со ст. 5 Федерального закона от 29 декабря 2004 года № 189-ФЗ "О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации" к жилищным отношениям, возникшим до введения в действие Жилищного кодекса Российской Федерации, Жилищный кодекс Российской Федерации применяется в части тех прав и обязанностей, которые возникнут после введения его в действие, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

Согласно ч. 1 ст. 6 ЖК РСФСР (ред. 1983 г.), утратившего силу с 01 марта 2005 года, государственный жилищный фонд подразделялся на жилищный фонд местных Советов, находящийся в ведении местных Советов народных депутатов, и ведомственный жилищный фонд, находящийся в ведении министерств, государственных комитетов и ведомств.

В силу положений ст. 101 ЖК РСФСР служебные жилые помещения предназначались для заселения гражданами, которые в связи с характером их трудовых отношений должны проживать по месту работы или вблизи от него. Жилое помещение включалось в число служебных решением исполнительного комитета районного, городского, районного в городе Совета народных депутатов.

В период действия ЖК РСФСР Верховный Суд Российской Федерации в Постановлении Пленума от 26 декабря 1984 года № 5 (в ред. от 21 декабря 1993 г.) "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного Кодекса РСФСР" разъяснил, что при рассмотрении дел суд должен устанавливать, относится ли жилое помещение, по поводу которого возник спор, к служебному. При этом следует исходить из того, что помещения в домах государственного, муниципального и общественного жилищного фонда и фонда жилищно-строительных кооперативов считаются служебными со времени вынесения решения местной администрации о включении их в число служебных (пункт 20).

Оформление ордеров на жилую площадь в домах Министерства обороны СССР производилось через КЭЧ районов в установленном порядке по спискам, утвержденным начальниками гарнизонов.

В закрытых и обособленных военных городках ордера на заселение жилой площади выдавались КЭЧ района (гарнизона).

Заселение служебных жилых помещений производилось по специальным ордерам после включения таких помещений в число служебных решением исполкома Совета депутатов трудящихся (пункты 28, 31 указанного выше Положения).

Таким образом, в период вселения нанимателя ФИО1 и членов его семьи в спорную квартиру они могли быть обеспечены жилыми помещениями по найму за счет жилищного фонда Министерства обороны СССР.

При этом действовавшим на тот период законодательством предусматривалось, что жилое помещение приобретало статус служебного только после принятия решения соответствующим исполкомом Совета народных депутатов (органом местного самоуправления с 29.10.1993 г.).

Однако ответчиками не представлены суду допустимые и достоверные доказательства тому, что на момент предоставления ФИО1 спорного жилого помещения в отношении квартиры принималось решение о включении её в число служебных, а также заключения с ФИО1 договора найма служебного жилого помещения.

Доводы ответчиков о том, что сам факт нахождения жилого помещения в закрытом военном городке, а также работа истца в качестве гражданского персонала Министерства обороны Российской Федерации, а также то, что истец знал о том, что ему предоставляется служебное жилое помещение, не подтверждают статус жилого помещения как «служебного», поскольку независимо о принадлежности жилья к определенному ведомству, законодатель четко предусмотрел и определил порядок отнесения жилого помещения к числу служебного, а именно, вынесение решения местной администрации о включении жилых помещений в число служебных.

Кроме того, с ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 прекратил трудовые отношения с Министерством обороны Российской Федерации, предоставившим ему жилое помещение.

Однако, в соответствии со ст. 104 ЖК РФ действие договора найма спорного жилого помещения наймодателем не было прекращено, ФИО1 с семьей продолжал проживать в спорной квартире, а ответчики продолжали принимать от ФИО1 плату за жилое помещение и за коммунальные услуги, требования о выселении не предъявлялись.

Таким образом, не находясь в трудовых отношениях с Министерством обороны Российской Федерации, ФИО1 продолжал полностью выполнять обязанности нанимателя спорного жилого помещения, предусмотренные п.3 ст. 67 ЖК РФ, а ответчики фактически признали право пользования истцом жилым помещением на условиях договора социального найма.

Доводы представителей ответчиков Министерства обороны Российской Федерации, ФГКУ «Северо-Кавказское территориальное управление имущественных отношений» Министерства обороны Российской Федерации и ФГКУ« Южное региональное управление жилищного обеспечения» Министерства обороны Российской Федерации о том, что с ФИО1 договор социального найма жилого помещения не заключался, ордер ФИО1 от 11 октября 1995 года № 1181 выдан на служебное жилое помещение, а также то, что каких- либо положений, позволяющих в случае нарушения порядка отнесения жилого помещения к специализированному жилищному фонду отнести такое жилое помещение к жилищному фонду социального использования и признать за гражданами, проживающими в таком жилом помещении, право пользования им на условиях договора социального найма законодательство не содержит, суд находит также несостоятельными, основанными на неверном толковании норм материального права по следующим основаниям. 

Так, согласно ч. 1 ст. 6 ЖК РСФСР (ред. 1983 г.), утратившего силу с 01 марта 2005 года, государственный жилищный фонд подразделялся на жилищный фонд местных Советов, находящийся в ведении местных Советов народных депутатов, и ведомственный жилищный фонд, находящийся в ведении министерств, государственных комитетов и ведомств.

На тот период законодательством предусматривалось, что жилое помещение приобретало статус служебного только после принятия решения соответствующим исполкомом Совета народных депутатов (органом местного самоуправления с 29.10.1993 г.).

Следовательно, если в отношении спорного жилого помещения компетентным органом не принималось решения о включении его в число служебных, то оно служебным не является и к ведомственному жилищному фонду не относится. Соответственно, такое жилое помещение относится к государственный жилищному фонду.

В силу пункта 1 статьи 131 ГК РФ право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней.

Права на имущество, подлежащие государственной регистрации, возникают с момента регистрации соответствующих прав на него, если иное не установлено законом (пункт 2 статьи 8.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона от 21 июля 1997 № 122 - ФЗ "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним" (далее - Закон № 122- ФЗ) государственная регистрация прав на недвижимое имущество и сделок с ним - это юридический акт признания и подтверждения государством возникновения, ограничения (обременения), перехода или прекращения прав на недвижимое имущество в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации; государственная регистрация является единственным доказательством существования зарегистрированного права; зарегистрированное право на недвижимое имущество может быть оспорено только в судебном порядке.

Таким образом, действующим законодательством в сфере жилищный правоотношений независимо от того, в чьем ведении находился жилищный фонд, прямо указывалось на совершение конкретный действий, направленных на оформление статуса служебного жилого помещения, что в свое время Второй Волгоградской КЭЧ района, а в дальнейшем ответчиками ФГКУ «Северо-Кавказское территориальное управление имущественных отношений» Министерства обороны Российской Федерации и ФГКУ« Южное региональное управление жилищного обеспечения» Министерства обороны Российской Федерации в отношении спорного жилого помещения сделано не было.

Следовательно, если спорная квартира государственного жилищного фонда по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ в установленном законом порядке не была признана служебной, то соответственно она была предоставлена семье ФИО1 на условиях найма за счет жилого фонда воинских частей.

Кроме того, по действующему до 1 марта 2005 года законодательству основанием для вселения в служебное жилое помещение и заключения договора найма служебного жилого помещения являлся установленный формы ордер (ст. 47,105 ЖК РСФСР).

После 1 марта 2005 года основанием заключения договора найма конкретного специализированного жилого помещения, дающего право на вселение и проживание в жилом помещении, является, согласно ст.99 ЖК РФ, решения собственника такого жилого помещения или действующего от его имени уполномоченного органа государственной власти или уполномоченного органа местного самоуправления либо иного уполномоченного им лица.

Поскольку на дату предоставления жилого помещения ФИО1 оно не было отнесено к числу служебных, основания для выдачи служебного ордера отсутствовали, договор найма служебного жилого помещения как в период работы ФИО1 во Второй Волгоградской КЭЧ района, так и после увольнения в 2006 году не заключался.

В силу ч. 1 ст. 10 ГК РФ, не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Конституционный Суд Российской Федерации, анализируя положения законодательства о приватизации жилищного фонда, пришел к выводу, что ограничение прав и свобод человека и гражданина путем определения круга объектов, не подлежащих приватизации, допускается только в том случае, если обстоятельства, предопределяющие особенности правового режима жилого помещения, прежде всего его целевое назначение, исключают возможность передачи этого помещения в частную собственность (постановление от 03 ноября 1998 № 25-П по делу о проверке конституционности отдельных положений ст. 4 Закона российской Федерации «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации»).

Из приведенной правовой позиции следует, что запрет на приватизацию тех или иных объектов государственного или муниципального жилищного фонда может быть обусловлен только особенностями правового режима данных объектов.

В соответствии с положениями ч. 1 ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. 

Согласно положений ст. 67 ГПК РФ, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (ч. 1). Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы (ч. 2). Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (ч. 3). 

Удовлетворяя требования истца ФИО1 к Министерству обороны Российской Федерации, Департаменту жилищного обеспечения Министерства обороны Российской Федерации, ФГКУ «Северо-Кавказское территориальное управление имущественных отношений» Министерства обороны Российской Федерации, ФГКУ «Южное региональное управление жилищного обеспечения» Министерства обороны Российской Федерации о признании права собственности в порядке приватизации, суд принял во внимание те доказательства, которые были предоставлены сторонами при рассмотрении данного гражданского дела и оценив их относимость и допустимость, с учетом установленных обстоятельств данного дела, пришел к выводу о том, что ФИО1 с 1995 года являлся нанимателем жилого помещения, расположенного по адресу: 

<

адрес>, не относящегося к специализированному жилищному фонду и нанимателем этого жилого помещения на условиях социального найма.

Разрешая требования третьих лиц ФИО2, ФИО3, суд приходит к следующему.

В силу пункта 1 статьи 131 ГК РФ право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней.

Согласно пункту 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29 апреля 2010 г. (ред. от 23 июня 2015 г.) "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" граждане, юридические лица являются собственниками имущества, созданного ими для себя или приобретенного от других лиц на основании сделок об отчуждении этого имущества, а также перешедшего по наследству или в порядке реорганизации (статья 218 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Права на имущество, подлежащие государственной регистрации, возникают с момента регистрации соответствующих прав на него, если иное не установлено законом (пункт 2 статьи 8.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона от 21 июля 1997 № 122- ФЗ "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним" (далее - Закон № 122-ФЗ) государственная регистрация прав на недвижимое имущество и сделок с ним - это юридический акт признания и подтверждения государством возникновения, ограничения (обременения), перехода или прекращения прав на недвижимое имущество в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации; государственная регистрация является единственным доказательством существования зарегистрированного права; зарегистрированное право на недвижимое имущество может быть оспорено только в судебном порядке.

В пункте 1 статьи 551 ГК РФ указано, что переход права собственности на недвижимость по договору купли-продажи недвижимости к покупателю подлежит государственной регистрации.

В соответствии с пунктом 2 статьи 223 ГК РФ в случаях, когда отчуждение имущества по договору подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом. Недвижимое имущество признается принадлежащим добросовестному приобретателю (пункт 1 статьи 302) на праве собственности с момента такой регистрации, за исключением предусмотренных статьей 302 настоящего Кодекса случаев, когда собственник вправе истребовать такое имущество от добросовестного приобретателя.

Согласно абзаца 2 пункта 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" для лиц, не являющихся сторонами сделки и не участвовавших в деле, считается, что подлежащие государственной регистрации права на имущество возникают, изменяются и прекращаются с момента внесения соответствующей записи в государственный реестр, а не в момент совершения или фактического исполнения сделки либо вступления в законную силу судебного решения, на основании которых возникают, изменяются или прекращаются такие права (пункт 2 статьи 8.1, пункт 2 статьи 551 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом с момента возникновения соответствующего основания для государственной регистрации права стороны такой сделки или лица, участвовавшие в деле, в результате рассмотрения которого принято названное судебное решение, не вправе в отношениях между собой недобросовестно ссылаться на отсутствие в государственном реестре записи об этом праве.

Как установлено в судебном заседании, спорным имуществом является квартира, расположенная по адресу: 

<

адрес>, приобретенная ФИО2 и ФИО3 у ФИО1 по договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ.

На момент заключения договора купли-продажи спорной квартиры между ФИО1 (продавцом) и ФИО2 и ФИО3(покупателями) ФИО1 являлся собственником спорного недвижимого имущества, что подтверждается Свидетельством о государственной регистрации права № от ДД.ММ.ГГГГ. Кадастровый номер №.

Таким образом, ФИО1 был вправе распорядиться принадлежащим ему на праве собственности недвижимым имуществом.

Сделка купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ. сторонами исполнена, право собственности покупателей ФИО2 и ФИО3 зарегистрировано в установленном законом порядке, что подтверждается свидетельствами о государственной регистрации права на их имя от ДД.ММ.ГГГГ (т. 2 л.д. 101,102).

Третьи лица ФИО2, ФИО3, обращаясь в суд с самостоятельными требованиями на предмет спора, ссылаются на то, что они является добросовестными приобретателями по договору купли - продажи от ДД.ММ.ГГГГ, не знали и не могли знать о наличии судебного спора о правах на жилое помещение. 

В силу статьи 9 ГК РФ граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

В силу ч. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Из разъяснений, содержащихся в пунктах 38, 39 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29 апреля 2010 года "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", усматривается, что приобретатель не может быть признан добросовестным, если на момент совершения сделки по приобретению имущества право собственности в ЕГРП было зарегистрировано не за отчуждателем или в ЕГРП имелась отметка о судебном споре в отношении этого имущества. 

Как установлено судебном заседании, при оформлении сделки купли-продажи спорного жилого помещения ФИО2 и ФИО3, осматривали спорную квартиру, были ознакомлены со всеми правоустанавливающими документами на объект недвижимого имущества, убедились в отсутствии обременений на квартиру, оплатили её стоимость в полном объеме за счет собственных и заемных средств.

Гражданским кодексом Российской Федерации предусмотрено, что собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения (статья 301). Согласно пункту 1 его статьи 302, если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

По смыслу данных законоположений, суд должен установить, что имущество выбыло из владения собственника или из владения лица, которому оно было передано собственником во владение, в силу указанных обстоятельств, а также что приобретатель приобрел имущество возмездно и что он не знал и не мог знать о том, что имущество приобретено у лица, не имевшего права на его отчуждение; при этом приобретатель не может быть признан добросовестным, если к моменту совершения возмездной сделки в отношении спорного имущества имелись притязания третьих лиц, о которых ему было известно, и если такие притязания впоследствии признаны в установленном порядке правомерными.

Когда по возмездному договору имущество приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, собственник вправе обратиться в суд в порядке статьи 302 ГК Российской Федерации с иском об истребовании имущества из незаконного владения лица, приобретшего это имущество (виндикационный иск).

Однако ответчики Министерство обороны Российской Федерации, ФГКУ «Северо-Кавказское территориальное управление имущественных отношений» Министерства обороны Российской Федерации и ФГКУ «Южное региональное управление жилищного обеспечения» Министерства обороны Российской Федерации, имея намерения отстоять нарушенные права и законные интересы и оспаривая все судебные акты по данному гражданскому делу, вместе с тем с иском об истребовании имущества из незаконного владения лица, приобретшего это имущество (виндикационный иск) либо иными исками в защиту нарушенного права, не обращались.

Кроме того, как установлено в судебном заседании, нарушение прав или охраняемых законом интересов ответчиков Министерства обороны Российской Федерации, ФГКУ «Северо-Кавказское территориальное управление имущественных отношений» Министерства обороны Российской Федерации и ФГКУ «Южное региональное управление жилищного обеспечения» Министерства обороны Российской Федерации в отношении спорной квартиры произошло не в результате злоупотребления со стороны истца правовой неопределенностью и намеренным умолчанием об обстоятельствах (о служебном статусе спорной квартиры), о которых он должен был сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота, а в результате действий (бездействия) самих ответчиков, выразившихся в предоставлении спорного жилого помещения ФИО1 изначально на условиях найма и до принятия решения о присвоении жилому помещению статуса «служебное», что противоречило нормам действовавшего в тот период жилищного законодательства, а также ненадлежащем оформлении служебного ордера установленного образца и отсутствии договора найма служебного жилого помещения после принятия решения о присвоении жилому помещению статуса «служебное», а в последующем в непринятии мер по регистрации в органах государственной регистрации недвижимости права собственности либо оперативного управления на жилое помещение.

Наряду с вышеизложенным, ответчикам о судебном споре по поводу квартиры было известно с ДД.ММ.ГГГГ, но только ДД.ММ.ГГГГ по ходатайству представителя ответчика Министерства обороны РФ определением Калачёвского районного суда Волгоградской области от ДД.ММ.ГГГГ были приняты меры по обеспечению иска в виде наложения запрета на совершение регистрационных действий, связанных с отчуждением права собственности на объект недвижимого имущества-квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>. Однако регистрация ограничения (обременения) регистратором была приостановлена, поскольку спорный объект недвижимости уже принадлежал на праве собственности не ФИО1, а К-вым, которые сторонами спорных правоотношений не являлись (мат. 13-100/2016 л.д. 28-29, 33-35 ).

Суд, учитывая вышеуказанные положения норм ГК РФ и ЖК РФ, с учетом разъяснений, содержащихся в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21 апреля 2003 года № 6- П, приходит к выводу о том, что ФИО2 и ФИО3 при совершении сделки купли-продажи являлись добросовестными приобретателями спорного объекта недвижимого имущества, расположенного по адресу: 

<

адрес>, а сама сделка по своей форме, содержанию и волеизъявлению сторон соответствовала требованиям закона в связи с чем, суд находит требования третьих ФИО2 и ФИО3, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетних детей о признании их добросовестными приобретателями, а договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ действительным обоснованными и подлежащими удовлетворению.

Доводы представителей ответчиков Министерства обороны Российской Федерации и ФГКУ «Северо-Кавказское территориальное управление имущественных отношений» Министерства обороны Российской Федерации (т. 2 л.д. 24-33) о том, что отчуждение спорного жилого помещения нарушает их права и законные интересы как собственника, суд находит несостоятельным, поскольку вопреки положениям ст. 56 ГПК РФ, доказательств наличия права собственности либо права оперативного управления спорным имуществом ответчиками суду представлено не было.

Напротив, по состоянию на 25 апреля 2013 года сведения в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним о зарегистрированных правах на спорный объект недвижимости по адресу: 

<

адрес> отсутствовали (т.1 л.д. 27).

На дату рассмотрения спора в суде право общей долевой собственности на спорный объект в установленном законом порядке зарегистрировано за ФИО2 и ФИО3 на основании сделки договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, которая заинтересованными лицами не оспорена.

Несостоятелен и довод ответчиков о том, что третьими лицами К-выми избран неверный способ защиты нарушенного права, так как признание владельца имущества добросовестным приобретателем может иметь место при рассмотрении дела по иску об истребовании имущества из чужого незаконного владения, так как в силу ст. 9 ГК РФ граждане по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права. Выбор одного из способов защиты гражданских прав, предусмотренных статьей 12 ГК РФ, принадлежит стороне, в данном случае третьему лицу, которая определила в заявлении избранный им способ защиты своего права.

Третьими лицами, заявляющими самостоятельные требования на предмет спора ФИО2 и ФИО3 с учетом обстоятельств данного дела избран такой способ защиты права, который при отсутствии встречных требований ответчиков ФГКУ «Северо-Кавказское территориальное управление имущественных отношений» Министерства обороны Российской Федерации, ФГКУ «Южное региональное управление жилищного обеспечения» Министерства обороны Российской Федерации, Министерства обороны Российской Федерации в защиту их нарушенного права, включая иски об истребовании имущества из чужого незаконного владения, признании сделки недействительной и др., позволил бы им защитить право общей долевой собственности на спорное жилое помещение, приобретенное в 2014 году на законных основаниях и сохранить за собой это право.

Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Иск ФИО1 к Федеральному государственному казенному учреждению «Северо-Кавказское территориальное управление имущественных отношений» Министерства обороны Российской Федерации, Федеральному государственному казенному учреждению «Южное региональное управление жилищного обеспечения» Министерства обороны Российской Федерации, Министерству обороны Российской Федерации, Департаменту жилищного обеспечения Министерства обороны Российской Федерации о признании права собственности на жилое помещение в порядке приватизации- удовлетворить.

Признать за ФИО1 право собственности в порядке приватизации на жилое помещение, расположенное по адресу: 

<

адрес>

Заявление третьих лиц с самостоятельными требованиями на предмет спора ФИО2, ФИО3 к ФИО1, Федеральному государственному казенному учреждению «Северо-Кавказское территориальное управление имущественных отношений» Министерства обороны Российской Федерации, Федеральному государственному казенному учреждению «Южное региональное управление жилищного обеспечения» Министерства обороны Российской Федерации, Министерству обороны Российской Федерации, Департаменту жилищного обеспечения Министерства обороны Российской Федерации о признании договора купли-продажи жилого помещения действительным, признании добросовестным приобретателем жилого помещения удовлетворить.

Признать договор купли-продажи жилого помещения, расположенного по адресу: 

<

адрес>, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ФИО2, ФИО3 - действительным, а ФИО2, ФИО3 добросовестными приобретателями указанного жилого помещения.

На решение суда может быть подана апелляционная жалоба, представление прокурора в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме в Волгоградский областной суд через Калачёвский районный суд.

Судья: