Дело №1-16/2018

П Р И Г О В О Р

именем 

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

15 мая 2018 г. г. Саранск, Республика Мордовия

Ленинский районный суд г. Саранска Республики Мордовия в составе:

председательствующего - судьи Кандрина Д.И.,

с участием: государственных обвинителей - старших помощников прокурора Ленинского района г. Саранска Республики Мордовия ФИО15, ФИО16,

потерпевших и гражданских истцов ФИО1, ФИО3, ФИО6, ФИО13, ФИО14,

подсудимого и гражданского ответчика ФИО17 и его защитника - адвоката Адвокатской палаты Республики Мордовия ФИО18, предъявившей удостоверение № 545 и представившей ордер № 104 от 05.12.2017;

при секретаре судебного заседания Пыненковой С.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении

ФИО17, 

<

данные изъяты> ранее не судимого

по настоящему уголовному делу в соответствии со статьями 91 и 92 УПК Российской Федерации не задерживавшегося, под стражей и (или) домашним арестом не содержавшегося,

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных частью второй статьи 159 Уголовного Кодекса Российской Федерации (три эпизода), частью третьей статьи 159 Уголовного Кодекса Российской Федерации (два эпизода), частью четвертой статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации,

У С Т А Н О В И Л :

1. ФИО17 совершил мошенничество, то есть хищение чужого имущества путём обмана, с причинением значительного ущерба гражданину, при следующих обстоятельствах:

17 августа 2013 г. ФИО17, достоверно зная об отсутствии у него реальной финансовой возможности по выплате занимаемых денежных средств, решил совершить хищение денежных средств путём обмана. С этой целью он днём 17.08.2013 попросил ФИО3 дать ему взаймы 100000 рублей на условиях срочности, возвратности и уплаты процентов за пользование займом. Не подозревая об истинных намерениях ФИО17 ФИО3 предложил осуществить заём у знакомой последнего – ФИО1, на что Кильдишев согласился, изначально не намереваясь выполнять обязательства по возврату долга. После этого, 17.08.2013 ФИО17, ФИО3 и ФИО1 встретились на парковочной площадке около Детской клинической больницы № 1 

<

...> г. Саранска Республики Мордовия, где ФИО17, с целью хищения денежных средств, обманывая ФИО1, пообещал вернуть ей 100000 рублей в полном объёме в срок до 10.09.2013 с учётом выплаты процентов в сумме 18000 рублей за пользование денежными средствами, достоверно зная об отсутствии у него реальной финансовой возможности возвратить указанные деньги. В указанное время в этом же месте ФИО1, под влиянием обмана передала ФИО17 принадлежащие ей 100000 рублей, а последний для придания видимости законности завладения денежными средствами, написал ей долговую расписку. В продолжение своего умысла по хищению денежных средств, ФИО17 20.12.2013 вновь обратился к ФИО3 под предлогом выдачи ему займа в 50000 рублей на условиях срочности и возвратности, на что последний предложил осуществить заём у ФИО1. На это Кильдишев согласился, не намереваясь выполнять взятые на себя обязательства. После этого 20.12.2013 ФИО17, ФИО3 и ФИО1 встретились на этой же парковочной площадке около Детской клинической больницы № 1 г. Саранска, где ФИО17, с целью хищения денежных средств обманывая ФИО1, пояснил, что 50000 рублей в полном объёме он вернёт ей в срок до 20.02.2014 с учётом выплаты 4 процентов в месяц от суммы займа, достоверно зная об отсутствии у него реальной финансовой возможности возвратить денежные средства. В указанное время в этом же месте ФИО1, под влиянием обмана передала ФИО17 принадлежащие ей 50000 рублей, а последний для придания видимости законности завладения денежными средствами, написал ей долговую расписку. Завладев деньгами в общей сумме 150000 рублей ФИО17 распорядился ими по своему усмотрению, а взятые на себя обязательства в сроки, установленные долговыми расписками не выполнил, таким образом путём обмана похитив принадлежащие ФИО1 денежные средства, чем причинил ей значительный материальный ущерб.

2. Кроме того, ФИО17 совершил мошенничество, то есть хищение чужого имущества путём обмана, в особо крупном размере, при следующих обстоятельствах:

В период с конца мая – начала июня 2014 года, не позднее 09.06.2014 ФИО17, достоверно зная об отсутствии у него реальной финансовой возможности по выплате занимаемых денежных средств, решил похитить денежные средства ФИО3 путём его обмана. С этой целью ФИО17 в указанный период попросил ФИО3 дать ему взаймы денежные средства на условиях срочности, возвратности и уплаты процентов за пользование займом, на что последний, не подозревая об истинных намерениях ФИО17, согласился. После этого днём 09.06.2014 ФИО17 и ФИО3 встретились на парковочной площадке около Детской клинической больницы № 1 

<

...> г. Саранска. ФИО17 с целью хищения денежных средств ввёл ФИО3 в заблуждение, пояснив, что занимаемые денежные средства он в полном объёме вернёт ему в течение 4-5 месяцев, то есть до 09.11.2014 с учётом выплаты не менее 5 процентов от суммы займа, достоверно зная об отсутствии у него реальной финансовой возможности возвратить денежные средства и не желая выполнять взятые на себя обязательства. В указанное время в этом же месте ФИО3 под влиянием обмана передал ФИО17 принадлежащие ему 1050000 рублей, а последний для придания видимости законности завладения денежными средствами, написал ФИО3 долговую расписку. Завладев деньгами в сумме 1050000 рублей, ФИО17 распорядился ими по своему усмотрению, а взятые на себя обязательства по возврату денег в установленный срок не выполнил, таким образом путём обмана похитив принадлежащие ФИО3 денежные средства в особо крупном размере.

3. Кроме того, ФИО17 совершил мошенничество, то есть хищение чужого имущества путём обмана, в крупном размере, при следующих обстоятельствах:

В начале октября 2014 г., не позднее 05.10.2014 ФИО17, достоверно зная о наличии у него задолженности по выплате займов ранее полученных им от ФИО3 и ФИО1, и отсутствии у него реальной финансовой возможности по их выплате, решил совершить хищение денежных средств путём обмана. С этой целью ФИО17 в указанный период времени попросил ФИО3 дать ему взаймы денежные средства на условиях срочности, возвратности и уплаты процентов за пользование займом. На это ФИО3, не подозревая об истинных намерениях ФИО17, предложил осуществить заём у его знакомого – ФИО13, на что Кильдишев согласился, изначально не намереваясь выполнять взятые на себя обязательства по возврату долга. Затем ФИО3 под влиянием обмана обратился к ФИО13, предложив последнему предоставить ФИО17 денежные средства, на что ФИО13 согласился. ФИО3 и ФИО13 договорились, что принадлежащие последнему 675000 рублей в качестве займа ФИО17 передаст ФИО3. После этого, днём 05.10.2014 ФИО17 и ФИО3 встретились на парковочной площадке около Детской клинической больницы № 1 

<

...> г. Саранска. ФИО17, с целью хищения денежных средств ввел ФИО3, как представителя ФИО13 в заблуждение, пояснив, что занимаемые денежные средства он вернёт ФИО13 в полном объёме в течение 5-6 месяцев, то есть до 05.04.2015 с учётом выплаты 8 процентов в месяц от суммы займа, достоверно зная об отсутствии у него реальной финансовой возможности возвратить денежные средства. В указанное время в этом же месте ФИО3, действуя от имени ФИО13, под влиянием обмана передал ФИО17 принадлежащие ФИО13 675 000 рублей, а ФИО17 для придания видимости законности завладения денежными средствами, написал на имя ФИО3 долговую расписку. Завладев деньгами ФИО17 распорядился ими по своему усмотрению, а взятые на себя обязательства в сроки, установленные долговой распиской, не выполнил, таким образом путём обмана похитив принадлежащие ФИО13 денежные средства в крупном размере.

4. Кроме того, ФИО17 совершил мошенничество, то есть хищение чужого имущества путём обмана, в крупном размере, при следующих обстоятельствах:

В период с декабря 2014 г. по 05.01.2015 ФИО17, достоверно зная о наличии у него задолженности по выплате займов ранее полученных им от ФИО3, ФИО1 и ФИО13, и отсутствии у него реальной финансовой возможности по их выплате, решил похитить денежные средства путём обмана. С этой целью ФИО17 в указанный период времени попросил ФИО19 дать ему взаймы денежные средства на условиях срочности, возвратности и уплаты процентов за пользование займом. ФИО19, не подозревая об истинных намерениях ФИО17, предложил осуществить заём у его знакомого – ФИО6, на что Кильдишев согласился, изначально не намереваясь выполнять взятые на себя обязательства по возврату долга. Затем ФИО3 под влиянием обмана обратился к ФИО6, предложив последнему предоставить ФИО17 денежные средства, на что ФИО6 согласился. ФИО3 и ФИО6 договорились, что принадлежащие последнему деньги в сумме 350000 рублей в качестве займа ФИО17 передаст ФИО3. После этого, днём 05.01.2015 ФИО17 и ФИО3 встретились на парковочной площадке между домами № 52 и №54 по ул.ФИО20 г. Саранска. ФИО17, с целью хищения денежных средств ввел ФИО3, как представителя ФИО6 в заблуждение, пояснив, что занимаемые денежные средства он вернёт ФИО6 в полном объеме в течение 2-3 месяцев, то есть до 05.03.2015 с учётом выплаты трех процентов в месяц от суммы займа, достоверно зная об отсутствии у него реальной финансовой возможности возвратить денежные средства. В указанное время в этом же месте ФИО3, действуя от имени ФИО6, под влиянием обмана передал ФИО17 принадлежащие ФИО6 350 000 рублей, а ФИО17 для придания видимости законности завладения денежными средствами, написал на имя ФИО6 долговую расписку. Завладев указанными деньгами ФИО17 распорядился ими по своему усмотрению, а взятые на себя обязательства в срок, установленный долговой распиской, не выполнил, тем самым путём обмана похитив принадлежащие ФИО6 денежные средства в крупном размере.

5. Кроме того, ФИО17 совершил мошенничество, то есть хищение чужого имущества путём обмана, с причинением значительного ущерба гражданину, при следующих обстоятельствах:

В период с 01.01.2015 по 07.01.2015 ФИО17, достоверно зная о наличии у него задолженностей по выплате займов ранее полученных им от ФИО1, ФИО3, ФИО13 и ФИО6 и отсутствии у него реальной финансовой возможности по их выплате, решил похитить денежные средства ФИО3 путём его обмана. С этой целью ФИО17 в указанный период попросил ФИО3 дать ему взаймы деньги на условиях срочности, возвратности и уплаты процентов за пользование займом. ФИО3, не подозревая об истинных намерениях ФИО17, согласился. После этого 07.01.2015 ФИО17 и ФИО3 встретились на парковочной площадке между домами № 52 и № 54 по ул. ФИО20, г. Саранска. ФИО17, с целью хищения денежных средств ввёл ФИО3 в заблуждение, пояснив ему, что денежные средства он в полном объёме вернёт ему до 07.03.2015 с учётом выплаты не менее 4 процентов от суммы займа, достоверно зная об отсутствии у него реальной финансовой возможности возвратить денежные средства и не желая выполнять взятые на себя обязательства. В указанное время в этом же месте ФИО3 под влиянием обмана передал ФИО17 принадлежащие ему 2000 долларов США, что эквивалентно сумме 112475 рублей 20 копеек, по курсу установленному Центральным Банком России для доллара США на 07.01.2015. ФИО17 для придания видимости законности завладения денежными средствами, написал ФИО3 долговую расписку. Завладев деньгами, ФИО17 распорядился ими по своему усмотрению, а взятые на себя обязательства в срок, установленный долговой распиской, не выполнил, тем самым путём обмана похитив принадлежащие ФИО3 денежные средства, причинив ему значительный материальный ущерб.

6. Кроме того, ФИО17 совершил мошенничество, то есть хищение чужого имущества путём обмана, с причинением значительного ущерба гражданину, при следующих обстоятельствах:

В период с 01.02.2015 по 14.02.2015 ФИО17, достоверно зная о наличии у него задолженности по выплате ранее полученных им от ФИО1, ФИО3, ФИО13 и ФИО6 займов и отсутствии у него реальной финансовой возможности по их выплате, решил похитить денежные средства путём обмана. С этой целью ФИО17 в указанный период времени попросил ФИО3 дать ему взаймы денежные средства на условиях срочности, возвратности и уплаты процентов за пользование займом. ФИО3, не подозревая об истинных намерениях ФИО17, предложил осуществить заём у его знакомого – ФИО14, на что Кильдишев согласился, изначально не намереваясь выполнять взятые на себя обязательства по возврату долга. Затем ФИО3 под влиянием обмана обратился к ФИО14, предложив последнему предоставить ФИО17 денежные средства, на что ФИО14 согласился. ФИО3 и ФИО14 договорились, что принадлежащие последнему 3000 долларов США в качестве займа ФИО17 передаст ФИО3. После этого, днём 14.02.2015 ФИО17 и ФИО3 встретились на парковочной площадке между домами № 52 и №54 по ул. ФИО20 г. Саранска. ФИО17, с целью хищения денежных средств ввёел ФИО3, как представителя ФИО14 в заблуждение, пояснив, что занимаемые им денежные средства он вернёт ФИО14 в полном объеме в мае 2015 г. с учётом выплаты процентов в месяц от суммы займа, достоверно зная об отсутствии у него реальной финансовой возможности возвратить денежные средства. В указанное время в этом же месте ФИО3, действуя от имени ФИО14, под влиянием обмана передал ФИО17, принадлежащие ФИО14 3000 долларов США, что эквивалентно сумме 195 258 рублей 60 копеек, по курсу установленному Центральным Банком России для доллара США на 14.02.2015. ФИО17 для придания видимости законности завладения денежными средствами, написал на имя ФИО14 долговую расписку. Завладев деньгами ФИО17 распорядился ими по своему усмотрению, а взятые на себя обязательства в срок, установленный долговой распиской, не выполнил, тем самым путём обмана похитив принадлежащие ФИО14 денежные средства, причинив ему значительный материальный ущерб.

В судебном заседании подсудимый ФИО17 виновным себя в совершении преступлений не признал. Из показаний подсудимого следует, что в 2010 году он устроился на должность директора магазина по продаже одежды. В феврале-марте 2011 г. он взял в долг на неопределенный срок у своего знакомого ФИО3 200000 рублей с условием выплаты 8 процентов в месяц, на которые планировал закупить товар. У него не получилось вовремя вернуть основной долг из-за невысокого дохода. К середине 2012 г. долг с учетом выросших процентов составил 400-450 тысяч рублей. Чтобы рассчитаться с долгом он в 2013 г. продал принадлежащую ему квартиру по 

<

адрес>. Из вырученных денег ФИО3 он отдал 100000 рублей, а оставшиеся 1000000 рублей он в мае 2013 г. с целью получения дохода передал своей знакомой ФИО5, которая обязалась ежемесячно выплачивать проценты. При этом, он понимал, что долг перед ФИО3 с учётом процентов им полностью не погашен. ФИО5, выплатив в течение нескольких месяцев проценты, прекратила их выплату, а долг ему не вернула. Весной 2013 г. он уволился с должности директора магазина и стал работать в службе такси. Он решил открыть магазин по продаже одежды, в связи с чем было создано ООО «Премиум», где он был одним из учредителей. На тот момент долг перед ФИО3 с учётом задолженности по выплате процентов составил 600000 рублей. Он снова обратился к нему с просьбой дать деньги в долг. ФИО3 знал о долге ФИО5 перед ним. Тот сказал, что денег у него нет, но есть у его знакомой ФИО1 В августе 2013 г. они втроем встретились, и ФИО1 передала ему 100000 рублей, о получении которых он написал ей расписку. Эти деньги он потратил на ремонт магазина, расположенного по 

<

адрес>, и закупку товара. В декабре 2013 г. он также взял 50000 рублей у ФИО1, которые вложил в магазин. Однако торговля не наладилась и к январю 2014 г. он вынужден был закрыть магазин, в связи с чем он остался без работы. В январе 2014 г. он женился. Празднование свадьбы проходило на загородной базе отдыха. Для проведения свадьбы его супруга брала кредит в 200000 рублей. В феврале 2014 г. он устроился администратором в кафе «Розмарин». До этого времени у него не имелось возможности отдавать ФИО3 основной долг, на который постоянно росли проценты. Примерно весной 2014 г. ФИО3 стал звонить его матери и ее сожителю по вопросу возврата долга и процентов. Последний вынужден был взять кредит в 300000 рублей, которые он (ФИО17) вместе со своим другом ФИО10 в конце мая – начале июня 2014 г. передали ФИО3. Эти деньги пошли на уплату процентов, но основной долг так и не был погашен. К этому времени сумма общего долга с учётом процентов составляла около 1000000 рублей. ФИО3 потребовал переписать долговую расписку. В расписке он указал, что взял у ФИО3 1050000 рублей, и что ранее написанные расписки аннулируются. К октябрю 2014 г. долг перед ФИО3 вырос еще больше. В связи с этим в октябре 2014 г. его мать продала квартиру по 

<

адрес>, а из вырученных денег ФИО3 он передал 400 и 475 тысяч рублей. Тогда же под нажимом ФИО3 он написал расписку о том, что взял у него в долг 675000 рублей, хотя на самом деле он их не брал. ФИО3 сказал, что расписку на 1050000 рублей он уничтожил и её ему не вернул. Как они устно определились, он оставался должен ФИО3 300000 рублей. В январе 2015 г. из кафе «Розмарин» он был уволен по причине того, что не вносил в кассу полученные в качестве предоплаты денежные средства. В начале 2015 г. он вновь занял у ФИО3 деньги - 200000 рублей и 2000 долларов США, которые как пояснил ФИО3, он взял эти деньги у других людей. Фактически ФИО3 передал ему деньги за вычетом 10 процентов от указанных сумм, то есть 180000 рублей и 1800 долларов США. В 2015 г. он расторг брак со своей супругой ФИО17, которая без его ведома забрала расписку ФИО5 о долге в 1000000 рублей и в последующем передала её последней. Как ему стало известно, ФИО5 передала ФИО17 за эту расписку примерно 400000 рублей. О том, что у него не осталось расписки ФИО5 он весной 2015 г. сообщил ФИО3, после чего последний стал требовать возврата всего долга с учётом процентов, с его стороны стали поступать угрозы физической расправы. ФИО3 в начале 2016 г. заставил его написать расписки о том, что он (ФИО17) якобы брал в долг у ФИО6 350000 рублей и у ФИО14 3000 долларов США, хотя на самом деле этих денег он у них не брал. Фактически эти расписки были написаны в один день в 2016 г., а не 05.01.2015 и 14.02.2015, как это в них указано. ФИО14, ФИО6, ФИО13 ему не знакомы, лично у них он денег не занимал. Полагает, что ФИО1 он ничего не должен, поскольку деньги в счёт погашения долга он передал ФИО3, который, как он пояснил, должен был сам передать ей деньги. У него не имелось возможности расплатиться по долгу перед ФИО3, поскольку постоянно росли проценты за пользование заемными деньгами. Кроме того, в 2013 г. он брал кредит в банке, по которому оставался должен 60000 рублей; он должен еще другим людям примерно 300000 рублей. На данный момент он работает в службе такси и по мере возможности погашает долги. Также он является должником перед Кредитным кооперативом «Доверие», поскольку с него как с поручителя ФИО5 (заемщика денег у данного кооператива) в солидарном порядке было взыскано более 1000000 рублей в качестве долга по этому займу.

Обстоятельства совершения преступлений и виновность Кильдишева судом установлена на основании нижеприведенных доказательств.

Из показаний потерпевшего ФИО3, данных им в ходе предварительного следствия, которые были оглашены в судебном заседании на основании части 3 статьи 281 УПК Российской Федерации (т. 2 л.д.66-69, т. 3 л.д. 154), следует, что с 2012 г. ФИО17 неоднократно занимал у него деньги, которые возвращал всегда вовремя. Днём 17.08.2013 ФИО17 попросил у него в долг деньги. Он ответил, что у него их нет, но может спросить у своей знакомой ФИО1 В этот же день они втроём встретились около дома № 111 по ул. ФИО20 г. Саранска, где Кильдишев сказал, что ему нужно 100000 рублей на 1-2 месяца под проценты. ФИО1 согласилась и в этом же месте передала ему 100000 рублей, о получении которых ФИО17 написал ей расписку, указав, что вернет их до 10.09.2013 в сумме 118000 рублей. Как ему известно, ФИО17 выплачивал ФИО1 проценты с суммы займа. В декабре 2013 г. ФИО17 вновь попросил у него деньги в долг, на что он ответил, что может попросить у ФИО1. Днем 20.12.2013 он, ФИО1 и ФИО17 встретились около дома № 111 по ул. ФИО20, где ФИО1 передала последнему 50000 рублей на два месяца под 4 процента в месяц. ФИО17 написал ФИО1 расписку о получении денег. В конце мая – начале июня 2014 г. ФИО17 вновь попросил у него деньги, обещав вернуть их через 4-5 месяцев. Он доверял ФИО17 и был уверен, что тот вернет деньги. Днем 09.06.2014 он и ФИО17 встретились около дома № 111 по ул. ФИО20 г. Саранска, где он передал последнему принадлежащие ему 1050000 рублей, о получении которых тот написал расписку. Они договорились, что ФИО17 вернет ему деньги с процентами – 5-6 процентов от общей суммы – через 4-5 месяцев. ФИО17 пояснил, что деньги ему нужны для приобретения автомобиля и открытия магазина. Как ему известно, автомобиль тот приобретал, но открывал ли он магазин – не знает. В октябре 2014 г. ФИО17 вновь сказал, что ему понадобились деньги примерно на 5-6 месяцев. Денег у него не было, и он (ФИО3) решил спросить их у своих знакомых. В связи с этим он сообщил ФИО13 о том, что у него есть знакомый, который готов взять в долг деньги под проценты. Доверяя ФИО17, он заверил ФИО13, что деньги тому будут возвращены, так как ФИО17 его не подводил. ФИО13 согласился на данное предложение, и в начале октября 2014 г. передал ему 675000 рублей. После этого 05.10.2014 около дома № 111 по ул. ФИО20 г. Саранска он встретился с ФИО17, где он передал последнему принадлежащие ФИО13 675000 рублей. ФИО17 написал расписку о получении денег, обязавшись возвратить их с процентами из расчета 8 процентов в месяц. При передаче денег он сообщил, что они принадлежат другому лицу. До настоящего времени деньги ФИО17 ни ему, ни ФИО13 не возвратил. В декабре 2014 г. – январе 2015 г. Кильдишев сказал, что ему понадобились деньги, которые он вернет через несколько месяцев. Он ответил, что денег у него нет, однако постарается помочь, спросив их у своих знакомых. После этого он обратился к своему знакомому ФИО6, который был знаком с ФИО17, поскольку последний ранее брал в долг деньги у ФИО6. ФИО6 согласился дать ФИО17 в долг деньги, и 05.01.2015 привез ему (ФИО3) 350000 рублей для последующей передачи ФИО17, которые в тот же день около дома № 52 по ул. ФИО20 г. Саранска он передал ФИО17. О получении денег ФИО17 написал расписку. Передачу денег видел ФИО6, который в это время находился в салоне автомобиля. ФИО17 обязался возвратить ФИО6 деньги в марте 2015 г., однако их не вернул ни ФИО6, ни ему. ФИО17 знал, что получает деньги принадлежащие другому лицу, поскольку он об этом ему сообщил. В феврале 2015 г. ФИО17 вновь сообщил, что ему понадобились деньги, которые он вернет через несколько месяцев. Он ответил, что денег у него нет, но постарается помочь, спросив их у своих знакомых. Он сообщил своему знакомому ФИО14, что ФИО17 нужны деньги, которые тот вернет, поскольку он всегда возвращал ему деньги. 14 февраля 2015 г. ФИО14 привёз ему 3000 долларов США для последующей передачи ФИО17. Эти деньги он (ФИО3) около дома № 52 по ул. ФИО20 г. Саранска в тот же день передал ФИО17 в долг, о чем тот написал расписку. ФИО17 должен был вернуть деньги с процентами, однако до настоящего времени этого не сделал. ФИО17 знал, что передаваемые ему 3000 долларов США принадлежат не ему (ФИО3), а другому лицу, поскольку он об этом ему говорил. Расписка о получении денег хранится у него. После 14.02.2015 ФИО17 пропал, перестал отвечать на звонки, хотя до этого он приезжал и отдавал проценты по полученным в долг деньгам. Не доверять ФИО17 у него и ФИО1 оснований не было, поскольку тот если вовремя и не возвращал основной долг, то проценты выплачивал вовремя.

В судебном заседании потерпевший ФИО3 полностью подтвердил оглашенные показания. Кроме того, из показаний ФИО3 в судебном заседании следует, что при передаче денег ФИО17 он доверял ему, поскольку ранее он его не обманывал. Когда он передавал ФИО17 деньги в сумме 1050000 рублей, он знал о наличии задолженности у ФИО5 перед ФИО17 в 1000000 рублей и о наличии у ФИО17 автомобиля. Данные обстоятельства, по заверению ФИО17, являлись гарантией исполнения им своих долговых обязательств как перед ним, так и перед другими лицами, поскольку тот уверял, что после возврата ФИО5 долга, он расплатится по долгам, а также продаст автомобиль в счёт погашения долгов. Как он понял со слов ФИО17, тот, беря в долг деньги, хотел их «прокрутить», то есть получить в течение нескольких месяцев хороший доход от совершения каких-то сделок. Тот также говорил, что берет деньги на развитие бизнеса, но чем именно тот занимался, он не знает. Также он передавал ФИО17 вечером 07.01.2015 по его просьбе в долг 2000 долларов США. Как пояснил ФИО17, эти деньги ему нужны для того, чтобы рассчитаться по недостаче денег в кассе кафе «Розмарин», где он тогда работал администратором. ФИО17 обещал вернуть ему эти деньги в срок до 07.03.2015 с учетом выплаты 4 процентов от суммы займа. О получении этих денег ФИО17 писал ему расписку. Деньги он передавал на парковочной площадке между домами № 52 и № 54 по ул. ФИО20, г. Саранска. Эти деньги ФИО17 ему также не возвратил. В последующем он узнал, что у ФИО17 имелись обязательства по возврату солидарного долга на сумму более 1000000 рублей. Окончательно он перестал доверять ФИО17 в феврале 2015 г., когда тот, получив деньги, пропал, перестал отвечать на телефонные звонки и выплачивать долги. До 17.08.2013 долга у ФИО17 перед ним не было. ФИО17 он угроз применения насилия не высказывал, он лишь звонил последнему с требованием вернуть долги. 

Протоколом выемки (т. 2 л.д. 74-75) у потерпевшего ФИО3 изъята расписка от 09.06.2014, осмотренная протоколом осмотра (т. 2 л.д. 98-99), из содержания которой (т. 2 л.д. 100) следует, что ФИО17 берёт в долг у ФИО3 1050000 рублей; указано, что все долговые расписки, написанные ранее, считаются аннулированными. Расписка датирована 09.06.2014.

Как пояснил в судебном заседании потерпевший ФИО3, указание об аннулировании ранее написанных расписок, сделано ФИО17, поскольку тот брал у него различные суммы денег, которые возвращал в полном объеме, и на момент 09.06.2014 ФИО17 ему денег не должен был. 

Протоколом выемки (т. 4 л.д. 67-68) у ФИО3 изъята, в том числе расписка от 07.01.2015, осмотренная протоколом осмотра (т. 4 л.д. 70-71), из содержания которой (т. 4 л.д. 72) следует, что ФИО17 получил в долг у ФИО3 2000 долларов сроком до 07.03.2015 под 4 процента в месяц, обязуется вернуть указанную сумму в срок. Расписка датирована 07.01.2015.

Из показаний потерпевшей ФИО1. следует, что с ФИО17 она познакомилась через ФИО3. В августе 2013 г. последний сообщил, что ФИО17 нужны 100000 рублей и спросил, не может ли она дать ему в долг. На это предложение она согласилась, и 17.08.2013 на парковочной площадке около Детской республиканской больницы в присутствии ФИО3 она передала ФИО17 100000 рублей. Последний написал ей расписку и обещал вернуть деньги в течение нескольких месяцев вместе с процентами. Тот пояснил, что деньги нужны на развитие бизнеса. Она знала, что ФИО3 и ФИО17 между собой знакомы, что повлияло на ее решение дать деньги в долг ФИО17. Если бы не это обстоятельство, она ФИО17 деньги не дала. До этого ФИО17 брал у нее через ФИО3 небольшие суммы денег в долг, которые всегда возвращал. Как она поняла со слов ФИО17, у него какой-то бизнес, что он развивается, работает. В декабре 2013 при аналогичных обстоятельствах она передавала по просьбе ФИО17 в долг 50000 рублей, которые тот должен был вернуть через несколько месяцев с процентами. Тот также написал ей расписку о получении денег. Однако в последующем этого он не сделал. На ее просьбы вернуть долг ФИО17 говорил, что деньги он вложил в бизнес, обещая вернуть в течение нескольких дней; а потом он пропал, перестал отвечать на её звонки. После января 2014 г. ФИО17 перестал выходить с ней на связь. ФИО3 за ФИО17 деньги ей не отдавал. ФИО13 является ее знакомым. Последний как-то сообщил ей, что тоже давал ФИО17 деньги в долг, но тот так их не вернул.

Протоколом выемки (т. 2 л.д. 166-167) у ФИО1 изъяты расписки, которые протоколом осмотра (т. 3 л.д. 19-21) осмотрены. Из содержания указанных расписок следует, что ФИО17 получил в долг у ФИО1 100000 рублей сроком до 10.09.2013, обязуется вернуть 118000 рублей. Расписка датирована 17.08.2013 (т. 3 л.д. 22); ФИО17 взял в долг на два месяца 50000 рублей под 4 процента месяц у ФИО1, расписка датирована 20.12.2013 (т 3 л.д. 23).

Из протокола проверки показаний на месте (т. 4 л.д. 226-227) следует, что ФИО1 на парковочной площадке указала на участок на расстоянии в 20 метрах от въездных ворот на территорию Детской клинической больницы № 1 по ул. ФИО20 дом № 113 г. Саранска, пояснив, что в этом месте 17.08.2013 она в присутствии ФИО3 передала ФИО17 100000 рублей, и 20.12.2013 она же передала ФИО17 50000 рублей.

Из показаний потерпевшего ФИО13 следует, что осенью 2014 г. к нему обратился его знакомый ФИО3, который попросил передать в долг его знакомому ФИО17 деньги сроком на полгода, который обещал за это выплатить проценты. Тот сообщил, что ФИО17 возвращал долг и доверять ему можно. На данное предложение он согласился. С ФИО3 они договорились, что деньги он передаст непосредственно ему, а уже ФИО3 передаст их ФИО17, а потом ФИО17 отдаст долг ФИО3, и ФИО3 вернет ему деньги. Как пояснил ФИО3, со слов ФИО17 деньги ему нужны для занятия предпринимательской деятельностью. Об имущественном положении ФИО17 ему не известно. 05 октября 2014 г. около дома по месту жительства ФИО3 напротив Детской больницы на ул. ФИО20 г.Саранска он передал последнему 675000 рублей; расписок с ФИО3 он не просил, поскольку он знал его и доверял ему, и попросил, чтобы ФИО3 взял расписку с ФИО17 о получении денег, которого к тому же он не знал. ФИО17 должен был вернуть 675000 рублей вместе с процентами. В устной форме он уполномочил ФИО3 действовать от его имени перед ФИО17. По прошествии полугода ФИО3 сообщил ему, что Кильдишев скрывается и не отвечает на телефонные звонки, что он также передавал Кильдишеву свои деньги, но тот их ему тоже не вернул. До настоящего времени деньги ему не возвращены. Полагает, что ФИО17 его обманул, и что тот изначально не намеревался возвращать деньги. Расписку ФИО17 о долге он в последующем передал ФИО3.

Протоколом выемки (т. 2 л.д. 74-75) у ФИО3 изъята расписка от 05.10.2014, осмотренная протоколом осмотра (т. 2 л.д. 98-99), из содержания которой (т. 2 л.д. 101) следует, что ФИО17 взял в долг у ФИО3 675000 рублей под 8 процентов в месяц. Расписка датирована 05.10.2014.

Согласно показаниям потерпевшего ФИО3, данная расписка была написана на его имя, поскольку ФИО13 изначально не требовал её написания, а принадлежащие ему (ФИО13) деньги ФИО17 передавал он (ФИО3).

Таким образом, факт указания в данной расписке о получении ФИО17 675000 рублей в долг от ФИО3, сам по себе не свидетельствует, что эти деньги принадлежат именно последнему. Из совокупности показаний потерпевших ФИО3 и ФИО13 судом достоверно установлено, что указанные денежные средства были переданы именно ФИО13 ФИО3 для последующей передачи ФИО17.

Из показаний свидетеля ФИО2. следует, что в 2015 г. его друг ФИО13 рассказывал, что в 2014 г. передавал около 700000 рублей под проценты своему знакомому по имени ФИО3. Последний забирал эти деньги для передачи своему родственнику, который в последующем деньги не вернул.

Показания свидетеля ФИО8 являются в целом аналогичными показаниям свидетеля ФИО2. Кроме того, свидетель ФИО8 пояснял, что со слов ФИО13, тот ранее уже передавал деньги ФИО17 в долг. 

Из показаний потерпевшего ФИО6 следует, что в январе 2015 г. к нему обратился его знакомый ФИО3, который пояснил, что его дальнему родственнику ФИО17 нужны 350000 рублей на шесть месяцев, за пользование которыми тот готов выплачивать проценты. ФИО3 заверил его, что ФИО17 порядочный человек и не обманет его, деньги вернет в срок. Ранее ФИО17 уже брал у него в долг 50000 рублей через ФИО3, которые в установленный срок вернул. Со слов ФИО3, у ФИО17 было хорошее финансовое состояние, тот якобы занимался бизнесом. Поверив ФИО3, что ФИО17 вернет ему деньги, он согласился на это, и передал деньги ФИО3, чтобы тот передал их ФИО17. Деньги он передал ФИО3 в салоне автомашины около дома № 52 по ул. ФИО20 г. Саранска. После этого ФИО3 вышел, подошел на улице к ФИО17 и передал тому деньги. Затем ФИО3 вернулся и передал ему расписку, согласно которой ФИО17 взял в долг у него (ФИО6) деньги. По прошествии шести месяцев ФИО17 деньги ему не вернул. Со слов ФИО3, Кильдишев стал скрываться, найти его не мог. Полагает, что таким образом ФИО17 обманул его, пообещав вернуть деньги. Он сам пытался звонить ФИО17, но у того телефон был выключен.

Протоколом выемки (т. 2 л.д. 89-90) у ФИО6 изъята расписка от 05.01.2015, осмотренная протоколом осмотра (т. 2 л.д. 98-99), из содержания которой (т. 2 л.д. 103) следует, что «ФИО17 получил от ФИО6 350000 рублей в январе 2015 г. в долг. Обязуется отдать в марте 2015 г». Расписка датирована 05.01.2015.

Из показаний потерпевшего ФИО14 следует, что в феврале 2015 г. на ул. Большевистская г. Саранска он встретил ФИО17, который попросил у него взаймы под 3 процента в месяц 200000 рублей. ФИО17 он знает через их общего знакомого ФИО3. Примерно через неделю он через ФИО3 передал ФИО17 3000 долларов США, что примерно соответствовал просимой им денежной сумме. При этом, ФИО17 написал расписку о получении денег, которая в последующем осталась у ФИО3. О финансовом положении ФИО17 ему ничего известно не было, но как пояснял ФИО3, он периодически давал тому деньги в долг, которые ФИО17 возвращал. Когда он передавал деньги ФИО17, он не знал о наличии у него долгов перед другими людьми. После истечения срока займа он стал звонить ФИО17, чтобы тот вернул деньги, но тот не отвечал. ФИО3 тоже пояснил, что ФИО17 на связь не выходит. Как он понял, ФИО17, когда спрашивал у него деньги, изначально отдавать их не собирался.

Протоколом выемки (т. 2 л.д. 74-75) у ФИО3 изъята расписка от 14.02.2015, осмотренная протоколом осмотра (т. 2 л.д. 98-99), из содержания которой (т. 2 л.д. 102) следует, что ФИО17 получил в долг у ФИО14 3000 долларов в феврале 2015 г., обязуется отдать в мае 2015 г. Расписка датирована 14.02.2015.

Из показаний свидетеля ФИО12 следует, что примерно 2-3 года назад он проходил вместе с ФИО3 по улице. В какой-то момент ФИО3 увидел машину такси, в которой сидел человек (похожий на подсудимого), и сказал, что он должен ему деньги. Данный человек закрылся в машине и сказал ФИО3, что с ним будет разговаривать только в суде, после чего уехал.

Из показаний свидетеля ФИО12 на предварительном следствии, оглашенных в суде на основании части 3 статьи 281 УПК Российской Федерации (т. 4 л.д. 156) следует, что у него есть друзья ФИО3 и ФИО6. Весной 2015 г. ФИО6 ему рассказал, что он дал в долг ФИО17 350000 рублей, которые тот обещал вернуть через несколько месяцев. Однако, в последующем ФИО17 перестал отвечать на звонки и стал скрываться. Со слов ФИО6, ранее он давал ФИО17 в долг 100000 рублей, которые тот вернул в срок, поэтому он доверял последнему и не боялся дать в долг 350000 рублей. Осенью 2016 г., он и ФИО3 находились около торгового центра «Рио», где последний увидел в машине такси ФИО17. Тот закрыл двери в машине, и на вопрос ФИО3 о возврате долга пояснил, что вернет его по судебному решению. Со слов ФИО3, ФИО17 неоднократно занимал у него деньги, общая сумма долга равнялась более 1000000 рублей, которые ФИО17 не вернул и стал скрываться от ФИО3.

В судебном заседании свидетель ФИО12 подтвердил оглашенные показания, пояснив наличие противоречий давностью прошедших событий. В связи с этим в качестве достоверных показаний суд принимает показания свидетеля, данные им на предварительном следствии.

Из протокола проверки показаний на месте (т. 4 л.д. 77-78) следует, что ФИО3 указал на участок на парковочной площадке на расстоянии 15 метров от дома № 52 и 10 метрах от дома № 54 по ул. ФИО20 г. Саранска, пояснив, что в этом месте он 05.01.2015 передал ФИО17 в долг 350000 рублей ранее взятые им у ФИО6; 07.01.2015 передал ФИО17 в долг принадлежащие ему 2000 долларов США. Указав на парковочной площадке на участок на расстоянии в 20 метрах от въездных ворот на территорию Детской клинической больницы № 1 по ул. ФИО20 дом № 113 г. Саранска, ФИО3 пояснил, что в этом месте ФИО1 в его присутствии передала ФИО17 100000 рублей 17.08.2013, а 20.12.2013 - 50000 рублей; в этом месте он передал в долг ФИО17 09.06.2014 1050000 рублей, а 05.10.2014 - 675000 рублей, ранее переданные ему ФИО13.

Согласно сведениям Службы судебных приставов (т. 2 л.д. 149-151) за ФИО17 на 11.02.2017 имелся долг по исполнительному листу ВС №047177605, выданному Ленинским районным судом г. Саранска на сумму 1112673,54 рублей.

Согласно указанному исполнительному листу (т. 2 л.д. 193) и решению Ленинского районного уда г. Саранска от 24.09.2014 (т. 2 л.д. 205) в пользу КПК «Доверие» с ФИО17 в солидарном порядке взыскано в качестве долга по договору займа, процентов и пени, а также расходов по оплате государственной пошлины - 1112673,54 рублей. 

Долг ФИО17 перед КПК «Доверие» возник на основании договора поручительства от 26.02.2013 (т. 2 л.д. 202), согласно которому ФИО17 являлся поручителем перед КПК «Доверие» за исполнение ФИО5 обязательств по договору займа на сумму 800802 рублей. 

Согласно сообщению Центрального банка Российской Федерации (т. 2 л.д. 185) курс доллара США к рублю Российской Федерации составлял на 14.02.2015 - 65,0862 рублей за 1 доллар США, а согласно сведениям Центрального банка Российской Федерации (т. 4 л.д. 54) - на 07.01.2015 составлял 56,2376 рублей за 1 доллар США.

Из показаний свидетеля ФИО4 следует, что с 25.01.2014 с подсудимым ФИО17 она состояла в браке, который фактически прекращен с марта 2015 г. На проведение свадьбы деньги вкладывали она (получены ею в качестве кредита в банке «Восточный») и супруг. Сколько своих денег вложил ФИО17, она не знает. Указанный кредит оплачивал супруг в размере 13000 рублей ежемесячно. В октябре 2014 г. они за 220000 рублей приобретали автомобиль марки «КИА», который был оформлен на её имя. Автомобиль приобретался за счёт кредита, оформленного на ее имя в банке «ВТБ-24». Часть полученных в этом банке денег пошла на полное погашение ранее взятого кредита. Долг по этому кредиту также оплачивал супруг. После развода она продала эту машину. От ФИО17 в марте 2014 г. ей стало известно, что он занимал деньги у человека по имени ФИО3, но в каком размере, не говорил. Со слов ФИО17, ФИО3 угрожал ему, требуя возврата долга, однако при разговорах между ними она не присутствовала. О долгах ФИО17 перед другими лицами ей не известно. Ранее они жили в квартире на 

<

адрес>, принадлежавшей матери ФИО17. Эту квартиру мать ФИО17 продала, и с её слов вырученные деньги пошли в счёт уплаты долга ФИО17 в размере 1000000 рублей перед ФИО3. После продажи квартиры звонки от ФИО3 продолжались. На её вопрос о том, почему ФИО3 продолжает звонить, если с ним рассчитались, ФИО17 пояснил, что остались еще другие суммы денег, которые нужно отдать. Ей также известно, что некая ФИО5 должна была ФИО17 1000000 рублей, но не знает, рассчиталась ли она с ним по основному долгу. В последующем она передала ФИО5 расписку, по которой та должна была ФИО17 1000000 рублей, за что ФИО5 передала ей примерно 350000 рублей, хотя по расписке ФИО5 должна была большую сумму денег. ФИО17 было известно о том, что ФИО5 передала ей деньги, которые пошли на уплату долга по кредиту в банке «ВТБ». Перед передачей расписки она об этом разговаривала с супругом. Когда они вместе жили с ФИО17, они ни в чем не нуждались, им хватало денег на оплату кредитов, проживание, на аренду жилья. Полагает, что с уровнем их общего дохода они могли выплатить долг ФИО3.

Протоколом выемки (т. 2 л.д. 224-226) у ФИО17 изъяты документы, подтверждающие факт приобретения автомобиля марки «КИА», в том числе кредитные договоры, кассовые чеки о внесении денежных средств в счет погашения кредита, заявление о досрочном погашении кредита, которые протоколом осмотра (т. 3 л.д. 19-21) осмотрены. Из указанных документов следует, что согласно кредитному договору от 13.01.2014 (т. 3 л.д. 25) ФИО4 в банке «Восточный» получила кредит на сумму 231680 рублей; согласно кредитному договору от 23.10.2014 (т. 3 л.д. 30) ФИО17 в банке «ВТБ24» получила кредит на сумму 386899,56 рублей; согласно расписке от 23.04.2015 (т. 3 л.д. 40) ФИО17 получила от ФИО5 250000 рублей в счёт полного погашения обязательств по договору займа от 23.05.2013, заключенного между ФИО17 и ФИО5.

Согласно выписке из ЕГРП Росреестра (т. 3 л.д. 122) в собственности ФИО17 с 2007 г. имелась квартира по 

<

адрес>. Прекращение права зарегистрировано 07.11.2013.

Наличие долговых обязательств у ФИО5 перед ФИО17 подтверждаются договором займа от 23.05.2013, согласно которому ФИО17 передал в долг ФИО5 1000000 рублей на срок до 23.11.2013 (т. 2 л.д. 234); долговой распиской от 23.05.2013, согласно которой ФИО5 взяла в займы у ФИО17 1000000 рублей на срок до 23.11.2013 (т. 2 л.д. 235); как следует из договора, размер вознаграждения за пользование займом не определен. 

Согласно сведениям ГИБДД МВД по Республике Мордовия (т. 1 л.д. 26) ФИО4 являлась собственником автомобиля «КИА» с 31.10.2014.

Согласно сообщению ООО «ТрейдиКО» (т. 2 л.д. 216) ФИО17 работал в указанном Обществе с 07.09.2010 по 15.03.2013 в должности директора, и среднемесячный размер его дохода, как следует из справок (т. 2 л.д. 217-218), в 2012 г. составлял 15290 рублей, а в 2013 г. – 16775 рублей.

Согласно характеристике (т. 2 л.д. 212), ФИО17 был трудоустроен у ИП ФИО7 с 03.02.2014 по 06.01.2015 в должности администратора, средний доход при работе у которого, как следует из справок (т. 2 л.д. 213-214) в 2014-2015 г.г. составлял 8076 рублей.

Согласно выводам судебной почерковедческой экспертизы (т. 4 л.д. 4-11) бумаги, на которых выполнены долговые расписки от 05.01.2015 и от 14.02.2015, характеризуются одинаковыми потребительскими свойствами и соответствуют бумаге, предназначенной для изготовления и размножения документов, поступающей в продажу в виде пачек листов формата А4. Рукописные записи в указанных долговых расписках выполнены одинаковыми чернилами для гелевых ручек, изготовленными по одинаковой рецептуре на основе пигментов. Не представляется возможным установить, одним ли красящим веществом выполнены сравниваемые записи, а также соответствуют ли время выполнения рукописных записей в долговых расписках указанным в них датам.

Оценив совокупность исследованных доказательств в соответствии со статьей 88 УПК Российской Федерации с точки зрения относимости, допустимости, достоверности и достаточности для разрешения уголовного дела, суд приходит к выводу о доказанности вины подсудимого ФИО17 в совершении вышеуказанных преступлений.

Оснований для признания вышеприведенных доказательств недопустимыми, в соответствии со статьей 75 УПК Российской Федерации, не имеется. Более того, стороны не представили суду сведений о нарушениях требований УПК Российской Федерации при получении этих доказательств, ходатайств об их исключении из числа допустимых не заявляли.

Обман как способ совершения хищения, ответственность за которое предусмотрена статьей 159 УК Российской Федерации, может состоять в сознательном сообщении заведомо ложных, не соответствующих действительности сведений либо в умолчании об истинных фактах, либо в умышленных действиях, направленных на введение владельца имущества или иного лица в заблуждение. Сообщаемые при мошенничестве ложные сведения (либо сведения, о которых умалчивается) могут относиться к любым обстоятельствам, в частности к юридическим фактам и событиям, личности виновного, его полномочиям, намерениям.

В каждом случае, обращаясь к ФИО1 и ФИО3, в том числе через последнего к другим лицам – ФИО14, ФИО6 и ФИО13, с целью получения денежных средств в долг, ФИО17 не имел возможности исполнять перед потерпевшими своих обязательств по возврату занимаемых денежных средств. При этом у ФИО17 отсутствовали реальные финансовые возможности для исполнения взятых на себя обязательств по возврату долгов, равно как и принятых на себя обязательств по выплате процентов. Размер полученных им от потерпевших в короткий период времени денежных средств явно не соответствовал уровню официального дохода ФИО17 и его возможности выплатить долги в установленные им сроки.

Указанные обстоятельства подтверждаются сведениями об уровне его официального заработка в период с 2013 по 2015 г.г.

Доказательств того, что ФИО17 намеревался вкладывать получаемые им денежные средства на развитие бизнеса, суду не представлено. Действительно, согласно выписке из ЕГРЮЛ (т. 3 л.д. 135-137) ФИО17 является соучредителем ООО «Премиум», которое зарегистрировано 26.08.2013. В то же время доказательств того, что указанное Общество осуществляло какую-либо деятельность, а ФИО17 был бы там трудоустроен и получал официальный доход, суду не представлено, равно как и не представлено доказательств того, что ФИО17 в соответствии с законодательством о бухгалтерском учете, вносил бы получаемые денежные средства в кассу указанного общества именно с целью осуществления предпринимательской деятельности и получения от этого дохода.

В каждом случае, обман ФИО17 потерпевших заключался в том, что последний заверял их в безусловном возврате именно суммы занимаемых им денежных средств, обещал их вернуть в полном объеме и в установленные сроки. Факт того, что ФИО17 занимал денежные средства у потерпевших ФИО14, ФИО6 и ФИО13 через ФИО3, которому было известно о непогашенных долгах подсудимого, не исключает в его действиях признаков мошенничества. В данном случае, из показаний ФИО3 следует, что он доверял ФИО17 и не думал, что его он обманет в вопросах возврата долга; лишь после того, как подсудимый получив в феврале 2015 г. деньги ФИО14, стал скрываться, он понял, что ФИО17 его обманул. Более того, каждый раз Кильдишев ссылаясь на выгодное вложение денег, на наличие долгов иных граждан перед ним, наличие имущества в виде автомашины, заверял в возможности погашения долгов.

Факт того, что непосредственно с ФИО13 и ФИО6 подсудимый не общался по поводу займов, не свидетельствует об отсутствии с его стороны признаков мошенничества. В данном случае с целью завладениями денежных средств Кильдишев сообщал заведомо ложные сведения о возврате занимаемых денежных средств ФИО3, который под влиянием этого обмана интересовался у потерпевших о возможности передачи ими в долг денег ФИО17. 

Совокупность представленных суду доказательств, в том числе о материальном положении ФИО17, свидетельствует о том, что умысел ФИО17 не возвращать денежные средства потерпевшим возникал у него именно до того момента, когда он обращался к ним по вопросу передачи ему денег. Именно данные обстоятельства свидетельствуют о наличии у него в каждом случае умысла на хищение денежных средств потерпевших.

Более того, наличие у ФИО17 многочисленных долговых обязательств (по показаниям ФИО17, перед банком в размере 60000 рублей; перед другими лицами в размере 300000 рублей), что подтверждается сведениями УФССП России по Республике Мордовия о неисполненных исполнительных производств в отношении должника ФИО17 на сумму более 1000000 рублей, также свидетельствуют об объективной невозможности последнего исполнять принимаемые на себя обязательства перед потерпевшими в момент получения им денежных средств.

При таких обстоятельствах, суд квалифицирует действия подсудимого по каждому из эпизодов преступлений именно по статье 159 УК Российской Федерации, как совершение мошенничества.

По эпизоду преступления в отношении ФИО3 на сумму 1050 000 рублей в действиях ФИО17 установлен квалифицирующий признак мошенничества – «в особо крупном размере», поскольку размер похищенных денежных средств превышает 1000000 рублей, то есть минимальный размер, отнесенный Уголовным законом для признания ущерба особо крупным; в каждом из эпизодов преступлений в отношении ФИО6 на сумму 350000 рублей и ФИО13 на сумму 675000 рублей в действиях подсудимого установлен квалифицирующий признак – «в крупном размере», поскольку размер похищенных денежных средств превышал 250000 рублей, то есть минимальный размер, отнесенный Уголовным законом для признания ущерба крупным.

По эпизоду преступлений в отношении потерпевших ФИО1 на сумму 150000 рублей, ФИО3 на сумму 112475,2 рублей и ФИО14 на сумму 195258,6 рублей в действиях ФИО17 установлен квалифицирующий признак преступления – «с причинением значительного ущерба». В данном случае размер похищенных денежных средств значительно превышал 5000 рублей, то есть минимального размера, отнесенного Уголовным кодексом Российской Федерации для признания ущерба значительным. При этом значительность ущерба признали для себя сами потерпевшие, а оснований сомневаться в этом у суда не имеется, исходя из материального положения каждого из потерпевших, значимости для них похищенных денежных средств, их доходов на момент совершения преступления и в настоящее время.

Из показаний ФИО3 следует, что в 2013 г. его доход составлял примерно 20000 рублей в месяц, а совокупный доход семьи – 100000 рублей в месяц. Из показаний ФИО1 следует, что размер её дохода в 2013 г. составлял примерно 20000 рублей, на её иждивении находится малолетний ребенок, которого она воспитывает одна. Из показаний ФИО14 следует, что размер его дохода в настоящее время составляет около 25000 рублей; на момент 2014 г. его доход составлял порядка 6500 рублей в месяц (т. 2 л.д. 48).

В связи с этим, действия ФИО17 по каждому из эпизодов преступлений в отношении ФИО1, ФИО3 и ФИО14 суд квалифицирует по части 2 статьи 159 УК Российской Федерации; по эпизоду преступления в отношении ФИО3 (на сумму 1050000 рублей) - по части 4 статьи 159 УК Российской Федерации, а по эпизодам преступления в отношении ФИО6 и ФИО13 – по части 3 статьи 159 УК Российской Федерации.

Стороной защиты заявлен довод о том, что ФИО17 в счет возмещения долга выплатил ФИО3 деньги, которые были получены им от своей матери ФИО9, и что задолженность в 1050000 рублей ФИО3 заявлена с учетом процентов за пользование денежными средствами. 

Из показаний свидетеля ФИО9 (матери подсудимого) следует, что потерпевший ФИО3 ей знаком примерно с 1995-1996 годов (он является мужем сестры её сожителя ФИО11). Примерно с февраля – марта 2014 г. ФИО3 стал звонить ФИО11 и ей по поводу того, что ФИО17 должен ему денег. До мая 2014 г. она с ФИО11 взяли кредит в размере 300000 рублей, после чего она попросила ФИО10 отдать деньги ФИО3 в счет погашения долга сына. ФИО17 она не хотела отдавать деньги, так как была сердита на него из-за того, что он взял деньги в долг у ФИО3. В тот день ФИО10 и сын вернулись в 

<

адрес>, где она проживала, после чего ФИО10 уехал в г. Саранск, а сын остался. В июне-июле 2014 г. ФИО3 продолжал звонить по поводу возврата долга, стал говорить, что ФИО17 ему должен уже 1000000 рублей. С целью рассчитаться с долгами сына она продала принадлежащую ей квартиру. Из вырученных денег 400000 рублей она через ФИО10 передала ФИО3, а 500000 рублей отдала своей сестре. В последующем она снова просила ФИО10 передать ФИО3 деньги. Тот по ее просьбе, забрал у её сестры 475000 рублей и передал ФИО3. О передаче денег ей известно со слов ФИО10. Полагает, что ФИО3 не мог дать деньги в сумме 1050000 рублей, поскольку он не работал, и у него не могло быть такой суммы денег. Сын о долгах перед ФИО3 ничего не пояснял, он сильно боялся ФИО3, поскольку тот ему угрожал в случае невозврата долга. 

Из показаний свидетеля ФИО10. следует, что в конце 2013 г. со слов ФИО17 ему стало известно, что тот занимал деньги в долг под проценты. Весной 2014 г. мать ФИО17 попросила его съездить вместе с последним к ФИО3, у которого тот занимал деньги, и передать ему в счет возмещения долга 300000 рублей. С её слов, она не доверяла ФИО3 и опасалась, что тот будет отказываться от того, что получил деньги. Как он понял, мать подсудимого была расстроена на сына из-за того, что тот набрал долгов, и хотела, чтобы он (ФИО10) присутствовал при передаче денег ФИО3. Он на эту просьбу согласился и вместе с ФИО17 встретились с ФИО3, которому в салоне его автомашины около Детской больницы по ул.ФИО20 передали деньги. Расписки о приеме-передаче денег между ФИО3 и ФИО17 при этом не составлялись, но ФИО3 передал ФИО17 какую-то расписку, содержание которой ему неизвестно. После этого он сразу отвез ФИО17 в 

<

адрес>, где проживала его мать. Летом 2014 г. аналогичным образом он ездил с ФИО17 по просьбе его матери к ФИО3, где в этом же месте передали ему 300000 рублей в счёт погашения долга. В этот раз ФИО3 вернул расписку о том, что ФИО17 брал в долг деньги, содержание которой он не помнит. Дополнительные расписки при этой встречи не составлялись. Осенью 2014 г. мать Кильдишева снова попросила его съездить к ФИО3 и передать тому деньги. В этот раз деньги в сумме 475000 рублей он и ФИО17 забирали у тёти ФИО17 в районе «Химмаша». Деньги отдавали в квартире ФИО3 на 

<

адрес>. На его вопрос, должен ли ещё ФИО17 деньги, тот ответил, что не должен и эта была окончательная сумма. Расписки при приеме-передаче денег не составлялись. Не помнит, передавал ли ФИО3 какие-либо расписки и делал ли какие-то записи. О других долгах ФИО17 ему не известно, тот ему пояснил, что больше он ничего не должен. Со слов ФИО17 ему известно, что он передавал ФИО5 под проценты большую сумму денег, но та с ним не рассчиталась. Кроме того, жена ФИО17, как он пояснил, «продала за полцены» расписку ФИО5 и теперь документального подтверждения её долга у него не имеется.

Из показаний свидетеля ФИО10, данных на предварительном следствии, оглашенных на основании части 3 статьи 281 УПК Российской Федерации (т. 3 л.д. 16-18) следует, что второй раз деньги – в сумме 400000 рублей – он и ФИО17 передавали ФИО3 в октябре 2014 г. на автостоянке напротив 

<

адрес>; в третий раз ФИО3 они передали 500000 рублей на следующий день в квартире последнего.

Наличие противоречий в датах передачи денег и в суммах, на которые они были переданы, свидетель объяснил тем, что события не очень хорошо помнит. В судебном заседании не смог достоверно пояснить, каким именно показаниям следует доверять.

Вышеприведенные показания подсудимого ФИО17, свидетелей ФИО9 и ФИО10 суд не может расценить как достоверное подтверждение того, что ФИО17 занимаемые у ФИО3 денежные средства в сумме 1050000 рублей вернул последнему в полном объеме.

Так, потерпевший ФИО3 последовательно и категорично утверждал, что подсудимый ФИО17 взял у него в долг 1050000 рублей именно 09.06.2014, о чем написал расписку; что данная денежная сумма является основным долгом, без учета процентов; именно указанную денежную сумму ФИО17 ему до настоящего времени не вернул.

Объективным подтверждением показаний потерпевшего ФИО3 является собственноручно написанная ФИО17 расписка от этой же даты о том, что он взял в долг у ФИО3 именно указанную сумму. 

Из указанной расписки не следует, что указанная сумма определена с учетом процентов, штрафов, пени или других выплат, что включает в себя денежные обязательства ФИО17 перед другими лицами. Напротив, содержание указанной расписки в совокупности с показаниями потерпевшего ФИО3 свидетельствует о том, что ФИО17 получено именно 1050000 рублей без учета каких-либо процентов, подлежащих уплате за пользование деньгами.

Из показаний ФИО3 следует, что в счет возмещения указанного долга он денежные средства фактически не получал, а ФИО17, когда в присутствии ФИО10 передавал деньги, затем возвращался и просил вновь передать их ему, что он и делал. Таким образом, расписка от 09.06.2014 о долге в 1050000 рублей сохраняла свою силу. Оснований сомневаться в правдивости показаний потерпевшего у суда не имеется, поскольку объективных доказательств того, что ФИО3 действительно получал от ФИО17 денежные средства в счет погашения указанного долга суду не представлено.

Более того, долг в 1050000 рублей перед ФИО3 возник не ранее 09.06.2014, и деньги в сумме 300000 рублей, переданные по показаниям ФИО9 и ФИО10 потерпевшему весной 2014 г., никак не могли пойти в счёт его уплаты.

Свидетель ФИО9 непосредственным очевидцем передачи денег не являлась, об этом ей известно со слов самого подсудимого и свидетеля ФИО10, который является близким другом ФИО17.

Из показаний подсудимого и свидетеля ФИО10 следует, что ФИО3, при передаче ему ФИО17 денег, передавал последнему расписки. В то же время суду такие расписки сторонами не представлены, подсудимый не смог пояснить, где могут находиться данные расписки, а ФИО3 категорично отрицал данный факт.

Протоколом выемки (т. 3 л.д. 147-148) у ФИО17 изъята расписка от 19.09.2014, осмотренная протоколом осмотра (т. 3 л.д. 150-151), из содержания которой следует, что «ФИО17 остался должен ФИО3 475000 рублей, дата – 19.09.2014». Имеется запись от 05.10.2014 о том, что получено 475000 рублей в счет долга, по показаниям ФИО3, выполненная им.

Указанная расписка не может служить однозначным подтверждением выплаты ФИО17 долга ФИО3 в сумме 1050000 рублей. 

Так, запись о том, что ФИО17 остался должен ФИО3 475000 рублей, выполнена самим ФИО17, а потерпевший ФИО3 не подтвердил, что на момент написания расписки долг был частично погашен, и что данную запись он выполнил по просьбе ФИО17, чтобы тот показал своей матери о том, что якобы он рассчитался с долгами. Фактически ему деньги в этот момент ФИО17 не передавались. Более того, в этот же день – 05.10.2014 – он по просьбе ФИО17 передал тому 675000 рублей, принадлежащие ФИО13.

Суд не находит оснований не доверять вышеприведенным показаниям потерпевших ФИО3 и ФИО13, поскольку расписка ФИО17 о долге перед ФИО3 на сумму 1050000 рублей, а также о долге перед ФИО13 не были истребованы подсудимым и они не утратили своё действие.

Таким образом, показания подсудимого, свидетелей ФИО9 и ФИО10 о том, что ФИО3 были переданы денежные средства опровергаются вышеприведенными показаниями потерпевших и долговыми расписками самого ФИО17.

Утверждение стороны защиты о том, что сумма долга в расписке от 09.06.2014 включает в себя ранее возникшие долги ФИО17, в том числе перед ФИО1, опровергаются показаниями потерпевших ФИО3 и ФИО1, и объективными доказательствами не подтверждаются.

ФИО1 отрицала получение денежных средств от ФИО17 в счет погашения перед ней долга; ФИО3 отрицал наличие договоренности с ФИО1 и с ФИО17 о том, что последний денежные средства в счет погашения долга ФИО1 будет передавать ему.

Доводы стороны защиты о том, что ФИО17 денежные средства, принадлежащие потерпевшим ФИО6, ФИО14 и ФИО13 не получал, а написание им расписок о наличии долгов было вызвано высказыванием угроз физической расправы со стороны ФИО3, опровергаются показаниями последнего. Более того, указанные доводы объективными доказательствами не подтверждаются, а очевидцев высказывания таких угроз, со слов подсудимого, не имелось. Суд также отмечает, что по показаниям ФИО17, он по данным обстоятельствам в органы полиции не обращался.

Свидетели ФИО10, ФИО9 и ФИО17 очевидцами применения в отношении ФИО17 насилия со стороны ФИО3 и высказывания угроз применения такого насилия не являлись. В связи с этим показания свидетеля ФИО10 о том, что он видел ФИО17 в подавленном состоянии суд не может расценить как достоверное подтверждение показаний подсудимого в этой части.

Оценив представленные доказательства в совокупности суд приходит к выводу об отсутствии достаточных оснований считать, что в момент написания ФИО17 расписок потерпевшим о долговых обязательствах, последний был бы лишен свободы действий, и они были написаны под психическим или физическим принуждением. 

Объективных сведений о том, что ФИО17 был лишен воли и возможности обращения в органы полиции по поводу предполагаемых противоправных действий ФИО3, исследованные доказательства не содержат.

Более того, о надуманности указанного довода свидетельствует и то обстоятельство, что по показаниям подсудимого, при наличии у него долговых обязательств перед ФИО3, сопряженных с выплатой больших процентов, при наличии угроз применения насилия в случае невозврата долга, якобы высказанных ФИО3, ФИО17 вновь обращался к последнему в январе 2015 г. с целью очередного займа.

Факт того, что потерпевшие не обращались за защитой своих прав в порядке гражданского судопроизводства по вопросу взыскания долгов с ФИО17, не свидетельствует об отсутствии в его действиях признаков уголовно-наказуемого мошенничества. В данном случае потерпевшие реализовали свое право на защиту от преступного посягательства путем подачи заявлений в органы полиции.

Оснований не доверять показаниям потерпевших у суда не имеется, поскольку последние предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, с подсудимым в конфликтных отношениях не состояли, неприязненных отношений к нему не имели.

Доводы стороны защиты о том, что расписки о получении денежных средств ФИО17 от ФИО6 и ФИО14 (от 05.01.2015 и от 14.02.2015) фактически были написаны в один день в 2016 г. опровергаются показаниями указанных потерпевших и потерпевшего ФИО3 о том, что передача денег, принадлежащих данным потерпевшим, имели место в те дни, когда написаны расписки. Более того, в судебном заседании потерпевший ФИО6 пояснил, что являлся очевидцем того, как ФИО3 передал принадлежащие ему деньги ФИО17, о чем тот написал расписку. 

Суд отмечает, что в судебном заседании подсудимый ФИО17 не смог дать однозначного объяснения о том, в связи с чем он обращался к ФИО3 по вопросу займа под высокие проценты, при наличии у него возможности обращения в банковские учреждения, в которых процентная ставка по кредитам была значительно ниже.

О непоследовательности показаний Кильдишева свидетельствует и то обстоятельство, что при первоначальном допросе подсудимый пояснял, что заем у ФИО3 в 2012 г. в 200000 рублей он брал на закупку товара; однако в судебном заседании от 14.05.2018 пояснил, что не помнит, на какие цели брал эти деньги. Также первоначально подсудимый пояснял, что указанный заем он вернуть вовремя не смог по причине невысокого у него дохода в 20-25 тысяч рублей. Однако в судебном заседании от 14.05.2018 ФИО17 пояснил, что он рассчитывал на своевременный возврат указанных денег с процентами, поскольку его доход в 40-50 тысяч рублей позволял это сделать. 

Разрешая вопросы о назначении наказания, об определении его вида и размера, суд в целях восстановления социальной справедливости, исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений в силу статей 6, 43 и 60 УК Российской Федерации учитывает характер и степень общественной опасности совершенных ФИО17 преступлений, данные о личности подсудимого, влияние назначаемого наказания на его исправление и на условия жизни его семьи.

<

данные изъяты>

Подсудимый ФИО17 имеет постоянное место жительства, по которому характеризуется положительно (т. 3 л.д. 89, 91); 

<

данные изъяты> по месту предыдущей работы характеризовался положительно. 

<

данные изъяты> является военнообязанным (т. 3 л.д. 93); 

<

данные изъяты> Ранее не судим, к уголовной ответственности не привлекался (т. 3 л.д. 85, 86).

Обстоятельств, смягчающих наказание ФИО17 в соответствии с частью 1 статьи 61 УК Российской Федерации, судом не установлено.

Обстоятельствами, смягчающими наказание подсудимого в соответствии с частью 2 статьи 61 УК Российской Федерации, по каждому из эпизодов преступлений суд признает: положительные характеристики личности подсудимого, привлечение к уголовной ответственности впервые.

Обстоятельств, отягчающих наказание, не установлено.

Кильдишевым совершено три тяжких преступления, и три преступления средней тяжести. Учитывая фактические обстоятельства совершенных подсудимым преступлений, степень их общественной опасности, суд, несмотря на наличие у подсудимого совокупности смягчающих обстоятельств и отсутствие отягчающих, не находит безусловных оснований для изменения категорий преступлений на менее тяжкие.

Принимая во внимание всю совокупность изложенных обстоятельств, учитывая обстоятельства каждого из совершенных преступлений и личность подсудимого, его поведение до и после совершения преступлений, суд назначает ФИО17 наказания по каждому из преступлений в виде лишения свободы, считая, что только данный вид наказания позволит достичь цели наказания, и позволит исправиться подсудимому – то есть сформировать у него уважительное отношение к человеку, обществу, труду, нормам и традициям человеческого общежития и будет стимулировать его правопослушное поведение.

Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами совершенных ФИО17 преступлений, его ролью и поведением во время или после совершения преступлений, а также других обстоятельств, которые бы существенно уменьшали степень общественной опасности преступлений, судом не установлено, в связи с чем оснований для применения положений части 1 статьи 64 УК Российской Федерации при назначении наказания суд не находит.

Оснований полагать, что исправление ФИО17 может быть достигнуто при условном осуждении, предусмотренном статьей 73 УК Российской Федерации, с учётом личности подсудимого и обстоятельств совершенных им преступлений, не имеется.

Учитывая наличие совокупности смягчающих наказание обстоятельств, семейное положение подсудимого, суд не находит безусловных оснований для назначения ФИО17 дополнительных наказаний, предусмотренных санкциями частей 2, 3 и 4 статьи 159 УК Российской Федерации, соглашаясь при этом с предложением стороны обвинения о назначении наказаний.

С учетом обстоятельств совершения ФИО17 преступлений, с учетом данных о его личности суд не находит оснований для замены назначаемого по части 2 и части 3 статьи 159 УК Российской Федерации наказания в виде лишения свободы на принудительные работы, считая, что данный вид наказания не достигнет целей исправления ФИО17.

Окончательная мера наказания назначается ФИО17 с учётом обстоятельства совершенных им преступлений и его личности, по совокупности преступлений путём частичного сложения наказаний в соответствии с частью 3 статьи 69 УК Российской Федерации.

Назначаемое наказание в виде лишения свободы, как считает суд, будет соответствовать характеру и реальной степени общественной опасности совершенных преступлений, обстоятельствам их совершения и личности виновного, а также сможет обеспечить достижение целей наказания, предусмотренных частью 2 статьи 43 УК Российской Федерации.

В соответствии с пунктом «б» части 1 статьи 58 УК Российской Федерации отбывание наказания в виде лишения свободы суд назначает ФИО17 в исправительной колонии общего режима.

Учитывая, что подсудимому назначается наказание в виде реального лишения свободы, суд в отношении ФИО17 с момента провозглашения приговора и до вступления его в законную силу в целях надлежащего поведения подсудимого считает необходимым избрать меру пресечения в виде содержания под стражей.

Потерпевшими заявлены гражданские иски о возмещения материального ущерба, причиненного преступлениями, в следующих суммах: ФИО14 – 195258,6 рублей (т. 2 л.д. 50); ФИО6 – 350000 рублей (т. 2 л.д. 59); ФИО3 – 1050 000 рублей и 112475,2 рублей (т. 4 л.д. 153); ФИО1 – 150000 рублей (т. 2 л.д. 163); ФИО13 – 675000 рублей (т. 2 л.д. 84).

Согласно части 3 статьи 42 УПК Российской Федерации потерпевшему обеспечивается возмещение имущественного вреда, причиненного преступлением. В соответствии со статьей 1064 ГК Российской Федерации вред, причиненный имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно части 1 статьи 44 УПК Российской Федерации, по уголовному делу гражданским истцом является физическое или юридическое лицо, предъявившее требование о возмещении имущественного вреда, при наличии оснований полагать, что данный вред причинен ему непосредственно преступлением.

Согласно части 1 статьи 39 ГПК Российской Федерации ответчик вправе признать иск. В силу части 2 указанной статьи суд не принимает признание иска ответчиком, если это противоречит закону или нарушает права и законные интересы других лиц.

В связи с этим, учитывая, что судом принимается решение об осуждении ФИО17 за совершение преступлений, в результате которых им причинен материальный ущерб потерпевшим, гражданские иски подлежат удовлетворению в пределах причиненных преступлениями ущербов.

Судьба вещественных доказательств подлежит разрешению в соответствии с частью 3 статьи 81 УПК Российской Федерации. 

Руководствуясь статьями 307, 308 и 309 УПК Российской Федерации, суд

П Р И Г О В О Р И Л :

ФИО17 признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных: частью второй статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации (по эпизоду в отношении ФИО1); частью четвертой статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации (по эпизоду в отношении ФИО3 на сумму 1050000 рублей); частью третьей статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации (по эпизоду в отношении ФИО13); частью третьей статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации (по эпизоду в отношении ФИО6); частью второй статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации (по эпизоду в отношении ФИО3 на сумму 112475,2 рублей); частью второй статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации (по эпизоду в отношении ФИО14);

и назначить ему наказание:

по части второй статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации (по эпизоду в отношении ФИО1) – в виде лишения свободы сроком на 01 (один) год;

по части четвертой статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации (по эпизоду в отношении ФИО3 на сумму 1050000 рублей) - в виде лишения свободы сроком на 1 (один) год 6 (шесть) месяцев;

по части третьей статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации (по эпизоду в отношении ФИО13) - в виде лишения свободы сроком на 1 (один) год 3 (три) месяца;

по части третьей статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации (по эпизоду в отношении ФИО6) - в виде лишения свободы сроком на 01 (один) год 3 (три) месяца;

по части второй статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации (по эпизоду в отношении ФИО3 на сумму 112475,2 рублей) - в виде лишения свободы сроком на 01 (один) год;

по части второй статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации (по эпизоду в отношении ФИО14) - в виде лишения свободы сроком на 01 (один) год;

на основании части третьей статьи 69 Уголовного кодекса Российской Федерации путём частичного сложения наказаний по совокупности преступлений назначить 2 (два) года лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Срок наказания в виде лишения свободы ФИО17 исчислять с 15 мая 2018 г.

Меру пресечения ФИО17 до вступления приговора суда в законную силу изменить – на содержание под стражей, взяв его под стражу немедленно после провозглашения приговора.

Гражданские иски ФИО1, ФИО3, ФИО13, ФИО6, ФИО14 удовлетворить: взыскать с ФИО17 в счёт возмещения вреда, причинённого преступлением:

в пользу ФИО1 150 000 (сто пятьдесят тысяч) рублей;

в пользу ФИО3 1 050 000 (один миллион пятьдесят тысяч) рублей, и 112475 (сто двенадцать тысяч четыреста семьдесят пять) рублей 20 копеек;

в пользу ФИО13 675 000 (шестьсот семьдесят пять тысяч) рублей;

в пользу ФИО6 350 000 (триста пятьдесят тысяч) рублей.

в пользу ФИО14 195 258 (сто девяносто пять тысяч двести пятьдесят восемь) рублей 60 копеек.

Вещественные доказательства по уголовному делу после вступления приговора суда в законную силу:

долговые расписки ФИО17: на имя ФИО3 от 09.06.2014 на сумму 1 050 000 рублей; на имя ФИО3 от 05.10.2014 на сумму 675000 рублей; на имя ФИО14 от 14.02.2015 на сумму 3000 долларов США; копия паспорта на имя ФИО17,

расписка от 17.08.2013, составленная ФИО17 на 100 000 рублей; расписка от 20.12.2013 о получении ФИО17 50000 рублей; 

заявление о заключении договора кредитования № 14/7299/00000/400026 между ФИО4 (клиент) и ОАО «Восточный экспресс банк» (банк) от 13.01.2014; приложение к договору № 14/7299/00000/400026 от 13.01.2014, график платежей, заявление на добровольное страхование от частных случаев и болезней, договор страхования от несчастных случаев и болезней страховой полис от 13.01.2014, кассовый чек № 15919 от 01.02.2014 на сумму 15 000 рублей, кассовый чек № 15930 от 01.02.2014 на сумму 5 000 рублей, приходный кассовый ордер № 85318261 от 14.03.2014 на сумму 10 050 рублей, кассовый чек № 20635 от 12.05.2014 на сумму 9 450 рублей, кассовый чек № 24978 от 11.08.2014 на сумму 9 500 рублей, кассовый чек № 23384 на сумму 9 500 рублей, кассовый чек № 21835 на сумму10000 рублей, приходный кассовый ордер на сумму 785 рублей, уведомление о полной стоимости кредита от 23.10.2014, заявление об открытии банковского счета № 

<

***> на 1 листе, приложение № 2 к кредитному соглашению № 625/0018-0382266 от 23.10.2014, график погашения кредита, кассовый чек б/н от 22.03.2015 на сумму 5 500 рублей, кассовый чек б/н от 22.03.2015 на сумму 5 000 рублей, кассовый чек б/н от 07.02.2015 на сумму 10 500 рублей, кассовый чек б/н от 23.12.2014 на сумму 11000 рублей, кассовый чек б/н от 22.01.2015 на сумму 5300 рублей, кассовый чек б/н от 22.11.2014 на сумму 6 600 рублей, расходный кассовый ордер №964 от 23.10.2014 на сумму 178 300 рублей, заявление о досрочном погашении кредита от 23.04.2015 на сумму 240 000 рублей, квитанция от 23.04.2015 на пополнение счета платежной карты на сумму 240 000 рублей, заявление о досрочном погашении кредита от 30.04.2015 на сумму 137 373 руб. 84 коп., квитанция от 29.04.2015 на пополнение счета платежной карты на сумму 137 373 руб. 84 коп, расписка от 23.04.2015, страховой полис обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств серии ССС № 0701240360 от 27.10.2014, квитанция № 875195 на получение страховой премии (взноса) на 1 листе от ФИО4 от 27.10.2014, полис страхования от несчастных случаев, диагностическая карта;

договор купли-продажи от 01.10.2014, договор № 80-19 Биб.-148/14 участия в долевом строительстве от 17.10.2014 с приложением; договор цессии от 31.10.2014 с листом регистрации, сдаточный акт от 28.12.2015;

согласие на кредит в ВТБ24 (ЗАО) от 28.05.2014 № 625/08(8-0007357, уведомление от 28.05.2014 о полной стоимости кредита, заявление от открытии банковского счета физического лица № 40817810908180013608, график погашения кредита и уплаты процентов к договору;

расписка от 19.09.2014 на 1 листе на сумму 475 000 рублей; 

расписка от 07.01.2015 ФИО17 на имя ФИО3 на сумму 2000 долларов США; - ХРАНИТЬ ПРИ УГОЛВОНОМ ДЕЛЕ.

Настоящий приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Мордовия через Ленинский районный суд г. Саранска Республики Мордовия в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня получения копии приговора. В случае подачи апелляционных жалоб и (или) представления, осужденный ФИО17 вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий Д.И. Кандрин