Судья Арсланханов З.Р. № 22-522/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

9 апреля 2025 г. г. Махачкала

Верховный Суд Республики Дагестан в составе:

председательствующего судьи Гимбатова А.Р., 

при секретаре судебных заседаний ФИО2, 

с участием прокурора Керимова С.А.,

осужденного ФИО1, 

защитника осужденного – адвоката ФИО5,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе защитника осужденного ФИО1 – адвоката ФИО5 на приговор Казбековского районного суда Республики Дагестан от 

<

дата> в отношении ФИО1.

Заслушав доклад судьи ФИО15, выступления осужденного и его защитника – адвоката, поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора, возражавшего против удовлетворения апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции 

у с т а н о в и л:

приговором Казбековского районного суда Республики Дагестан от 

<

дата>: ФИО1, родившийся 

<

дата> в 

<

адрес> Республики Дагестан, зарегистрированный по адресу: Россия, Республика Дагестан, 

<

адрес>, со средним образованием, женатый имеющий на иждивении четверых малолетних детей, ранее не судимый, признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264.1 УК РФ, и ему назначено наказание в виде обязательных работ сроком на 220 (двести двадцать) часов, с отбыванием наказания в местах, определяемых органом местного самоуправления по согласованию с уголовно-исполнительной инспекцией по месту жительства осужденного, но не свыше 4 часов в день, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами сроком на 1 (один) год и 6 (шесть) месяцев.

Приговором разрешены вопросы о мере процессуального принуждения и вещественных доказательств.

По приговору суда ФИО1 совершил умышленное преступление против безопасности движения и эксплуатации транспорта, при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе защитник осужденного – адвокат Дадиев указывает, что приговор является незаконным, необоснованным и подлежащим отмене.

Судом дана ненадлежащая оценка показаниям свидетеля ФИО6, согласно его показаниям в действиях обвиняемого ФИО1, отсутствует состав преступления.

Показаниям ФИО6, согласуются с другими показаниями свидетелей обвинения, а также с показаниями обвиняемого ФИО1, данные им стадии дознания.

Так, показания о том, что ФИО6, свидетель ФИО10 имели общение по телефону незадолго до задержания подсудимого ФИО1 Именно в период времени остановки ФИО1 на посту «Аркабаш» ФИО10 (сотрудник полиции) звонил ФИО6 ILL, более 19 раз. При том, что они не являются друзьями и малознакомы. Данный факт, подтвержденный выпиской телефонных звонков, указывает на достоверность показаний ФИО6 о том, его принудили совершить незаконные действия сотрудники полиции.

Так же свидетели ФИО6, ФИО10 (сотрудник полиции). ФИО7, (сотрудник ГИБДД) утверждают, что нашли запрещенные таблетки в машине у ФИО1, Однако данный обстоятельство никак не зарегистрировано, протокол осмотра автомашины, либо самого ФИО1 не составлялся. Данное обстоятельство также указывают на правдивость показаний свидетеля ФИО6

Суд необоснованно оценил критически показания ФИО6, ссылаясь на то, что он собирал у обвиняемого кухонную мебель и хорошо знает его, поддерживает с ним дружеские отношения. При том, что дружеских отношений между ними нет, они знакомы как односельчане. Оставляя без внимания общение и телефонные соединения со свидетелем обвинения, совпадении их показаний в части наличия запрещенных таблеток в машине у ФИО1, у суда не имелось оснований не доверять показаниям ФИО6

Считает, что в данном случае видно, что совпадений показаний свидетелей указывают на заинтересованность ФИО10 оговорить ФИО1 и разоблачение данного сговора ФИО8

В судебное заседание не вызваны и не допрошены сотрудники полиции непосредственно остановившие автомашину обвиняемого ФИО1

Свидетель обвинения ФИО7, отстранил ФИО1 от управления транспортным средством и отвез его на освидетельствование, при этом, как суде так и в своем рапорте, ФИО9 утверждает, что не останавливал транспортное средство под управлением ФИО1, его остановили сотрудники ППС.

Свидетель ФИО10 показал, что транспортное средство под управлением ФИО1, остановил его напарник ФИО3 Ясин, который ранее по делу не был опрошен, как и сам ФИО10

Стороной защиты было заявлено ходатайство о вызове и допросе в суде в качестве свидетеля ФИО3 Ясина, однако судом было отказано в удовлетворении указанного ходатайства, в ущерб полному и всестороннему рассмотрения уголовного дела.

В уголовном деле имеются фрагменты видеозаписей, однако данные видеозаписи не устанавливают и не указывают вину обвиняемого ФИО1

Судом было удовлетворено ходатайство об истребовании видеозаписей с камер наблюдения поста «Аркабаш», а также полной видеозаписи представленных фрагментов видео, однако в суд не было представлено никаких видеозаписей.

Учитывая, что установленные в суде обстоятельства уголовного дела, подтверждают отсутствие у ФИО1, умысла на совершение инкриминируемого ему преступления, что свидетельствуют об отсутствии вины ФИО1, просит приговор Казбековского районного суда от 

<

дата> в отношении ФИО1 отменить, ФИО1 оправдать.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав участников судебного заседания, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отмене приговора по следующим основаниям. 

В силу положений статьи 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым и признается таковым, если он соответствует требованиям уголовно-процессуального законодательства, предъявляемым к его содержанию, процессуальной форме и порядку постановления, а также основан на правильном применении уголовного закона.

В описательно-мотивировочной части приговора, исходя из положений пунктов 3, 4 части 1 статьи 305, пункта 2 статьи 307 УПК РФ, надлежит дать оценку всем исследованным в судебном заседании доказательствам, как уличающим, так и оправдывающим подсудимого. При этом излагаются доказательства, на которых основаны выводы суда по вопросам, разрешаемым при постановлении приговора, и приводятся мотивы, по которым те или иные доказательства отвергнуты судом.

Указанные требования закона судом первой инстанции при постановлении приговора по настоящему делу соблюдены не в полной мере.

В соответствии со ст.389.15, ст. 389.17 УПК РФ основанием для отмены судебного решения в апелляционном порядке является существенное нарушение уголовно-процессуального закона, которое путем лишения или ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияло или могло повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого судебного решения.

Такие основания для отмены приговора по настоящему делу имеются.

Так, в судебном заседании, допрошенный в качестве подсудимого ФИО1 показал, что свою вину в инкриминируемом ему деянии не признает, и показал, что утром 

<

дата> он находился дома, когда к нему позвонил ФИО6, который сообщил, что хочет забрать свой инструмент. ФИО6 занимался сборкой мебели, и у него тот собирал кухонную мебель, которая завершена не была, потому некоторые инструменты оставались у него, пока тот не завершит работу. Когда ФИО6 приехал за инструментом, он провел того на кухню, в ходе беседы приготовил кофе, после чего пошел в кладовку за инструментом. Они выпили кофе, после чего ФИО6 забрал инструмент, и стал выходить. Он хотел проводить того, но, поскольку был в майке, без верхней одежды, ФИО6 сказал, чтобы не провожал. Вечером того же дня он выехал на автомобиле марки «ВАЗ-21093» за государственным регистрационным знаком 

<

***> в аэропорт, чтобы встретить клиента, так как на указанной автомашине он занимался частным извозом. Когда доехал до поста КПП-22Д «Аркабаш» отдела МВД России по 

<

адрес> Республики Дагестан, его остановили сотрудники названного отдела полиции, которые стали проверять документы. Один из работников полиции с его документами зашел в здание поста, и через некоторое время попросил его зайти туда. Когда он зашел в здание поста, там ему сообщили, что необходимо произвести его личный досмотр и досмотр транспортного средства. Он попросил работников полиции произвести досмотр поскорее, поскольку мог опоздать в аэропорт за клиентом. В ходе досмотра автомашины, под поликом с водительской стогны сотрудники полиции обнаружили три капсулы лекарственного препарата «Лирика». В связи с этим ему сообщили, что необходимо освидетельствовать, после чего туда пригласили инспектора ДПС. По приезду, инспектор ДПС стал составлять необходимые протокола, и предложил ему пройти медицинское освидетельствование в лечебном учреждении. Он согласился, и, так как в районной больнице не оказалось врача-нарколога, его доставили в Хасавюртовскую центральную больницу, где он прошел процедуру освидетельствования, в том числе сдал анализ мочи. При этом, он был уверен в себе, поскольку не употребляет спиртных напитков и каких-либо запрещенных веществ, в том числе лекарственных препаратов. 

<

дата> его пригласили в отдел МВД России по 

<

адрес> Республики Дагестан, где инспектор ДПС ознакомил с актом медицинского освидетельствования на состояние опьянения, после чего сообщил, что в его моче обнаружено сильнодействующее вещество, и, соответственно, 

<

дата> он управлял транспортным средством в состоянии наркотического опьянения. Материал был передан дознавателю, которым было возбуждено уголовное дело. Между тем, он, будучи уверенным, что не употреблял какие-либо запрещенные препараты, стал проводить собственное «расследование». Когда уже настоящее уголовное дело было в суде, к нему пришел ФИО6, который рассказал, что именно он утром 

<

дата> подбросил в его кофе содержимое капсулы «Лирика». Также ФИО6 сообщил, что сделать это его подговорил сотрудник отдела МВД России по 

<

адрес> Республики Дагестан ФИО10, поскольку последнему необходим был результат работы в виде выявленного лица, управляющего транспортным средством в состоянии опьянения. Со слов ФИО6, именно ФИО10 передал тому четыре капсулы «Лирика», одну из которых ФИО6 добавил в его кофе, а три капсулы положил под водительский полик его транспортного средства. ФИО8 это было сделано под давлением со стороны ФИО10 В связи с этим свою вину в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 264.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, не признает, просит суд оправдать его.

Из оглашенных в судебном заседании с согласия сторон показаний ФИО1, данных им в ходе производства дознания, следует, что он вину в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 264.1 УК РФ не признает. По поводу обнаружения в его моче запрещенного вещества показать что-либо не может, поскольку ничего запрещенного не принимал. В связи с тем, что ранее он пострадал в дорожно-транспортном происшествии, у него сильно болела нога, и в целях обезболивания принимал лекарственные препараты «Кеторол» и «Нурофен».

Будучи допрошенным в судебном заседании свидетель ФИО6 показал, что 

<

дата>, примерно в 12 часов ночи, когда вместе с односельчанином ФИО11 возвращались домой в 

<

адрес> из 

<

адрес>, их остановили на посту КПП-22Д «Аркабаш» отдела МВД России по 

<

адрес> РД. Он был за рулем и, после проверки документов, им было предложено пройти в помещение поста для личного досмотра. В ходе досмотра, у ФИО11 обнаружили пустую обертку из-под таблеток. После этого сотрудник полиции ФИО10 завел его в другое помещение, и стал утверждать, что он находится в состоянии наркотического опьянения. Он отрицал это, и сказал, что согласен пройти освидетельствование. В ходе этого разговора к нему позвонил ФИО1, которому он в тот период собирал кухонную мебель. ФИО10 стал интересоваться, для чего ему звонит ФИО1 и стал спрашивать, не едут ли они за запрещенными веществами. Он пояснил ФИО10, что собирает мебель у ФИО1, у последнего остались некоторые инструменты, в тот день он несколько раз сам звонил ФИО1, чтобы сказать, что приедет за инструментом. После этого ФИО10 взял его номер телефона, сказал, что позвонит, после чего их отпустили. 

<

дата> к нему с телефонного номера «№» позвонил ФИО10, который стал интересоваться, знает ли он, откуда у ФИО11 обертки из-под таблеток, знает ли он кто занимается распространением запрещенных веществ, и потребовал, что он выяснил, где ФИО11 приобретает запрещенные вещества. В последующие дни ФИО10 неоднократно звонил ему, и в ходе разговора требовал дать информацию о лицах, занимающихся распространением запрещенных веществ, в связи с чем он перестал отвечать на звонки ФИО10 Через некоторое время его вновь остановили на том же посту полиции, где ФИО10 стал его упрекать тем, что он перестал отвечать на телефонные звонки, в противном случае угрожая «подкинуть» в его автомобиль что-либо запрещенное в случае, если перестанет сотрудничать. Вечером 

<

дата> его в очередной раз остановили на посту полиции, где ФИО10 вместе с еще одним сотрудником полиции предложил ему подкинуть кому-либо в автомашину таблетки, после чего передали к нему четыре капсулы лекарственного препарата «Лирика», пригрозив, что в противном случае «подкинут» капсулы в его автомобиль. Также ФИО10 сообщил, что через два дня его дежурство на посту, и потребовал подкинуть капсулы кому-либо к этому времени. Эти два дня ФИО10 неоднократно звонил ему и интересовался, не подкинул ли он капсулы кому-либо. Утром 

<

дата> он созвонился с ФИО1, которому сообщил, что заедет за своим инструментом. По приезду они зашли на кухню, где ФИО1 приготовил кофе, а сам пошел в кладовую комнату, чтобы принести инструмент. Воспользовавшись этим, он вскрыл одну из капсул «Лирика», и подсыпал содержимое в чашку с кофе ФИО1 ФИО1 отсутствовал примерно 2-3 минуты, и по возвращению последнего на кухню, они выпили кофе, после чего, он, забрав инструмент, стал выходить. ФИО1 хотел проводить его до ворот, однако, он сказал, что, поскольку тот в майке, без верней одежды, то провожать его не надо. Перед воротами дома ФИО1 стоял автомобиль последнего марки «ВАЗ-21093» серебристого цвета, водительское окно которой было приспущено, а двери не заперты. Он подошел к автомобилю, открыл водительскую дверь, и положил под коврик оставшиеся три капсулы «Лирика». Примерно в послеобеденное время ему позвонил ФИО10, которому он сообщил о содеянном им, после чего тот стал требовать, чтобы под любым предлогом вызвал ФИО1 в 

<

адрес> Республики Дагестан, то есть, чтобы ФИО1 проехал через пост полиции. В тот день, 

<

дата>, он неоднократно звонил ФИО1, интересуясь, не собирается ли ехать в 

<

адрес>, а ФИО10 звонил ему, чтобы узнать результат. Вечером того же дня ФИО10 позвонил ему в очередной раз, и стал уточнять, куда именно он положил три капсулы «Лирика». Он стал подробно объяснять это, и в конце разговора ФИО10 сказал ему «все нашли», после чего отклонил вызов. Ему стало понятно, что ФИО1 задержали на посту, и обнаружили подкинутые им капсулы «Лирика». В последующем ему стало известно, что ФИО1 освидетельствовали на состояние опьянения, по результатам чего было установлено состояние наркотического опьянения. Все указанные действия совершены им под давлением и угрозами со стороны сотрудников полиции, а именно ФИО10 В подтверждении своих слов представляет суду распечатку телефонных звонков со своего номера телефона.

Из представленных в суд свидетелем ФИО8 распечатки телефонных переговоров за период с 9 по 

<

дата>г. усматривается, что с телефонного номера «№», принадлежащего сотруднику полиции ФИО12, по пояснениям свидетеля, неоднократно имелись звонки и общение с номером телефона указанного свидетеля.

Несмотря на указанные обстоятельства, вытекающие из показаний подсудимого ФИО1, свидетеля ФИО6, а также распечатки переговоров между сотрудником ФИО4 и свидетелем ФИО17, которые подтверждают доводы подсудимого о непричастности его к преступлению, об искусственном создании сотрудником полиции события преступления в отношении подсудимого, суд первой инстанции не дал надлежащей оценки совокупности указанным обстоятельствам и доказательствам исследованным в судебном заседании.

При этом, преодолевая доводы подсудимого и показания свидетеля ФИО17 о непричастности ФИО1 к преступлению и о том, что по указанию сотрудника полиции ФИО4 он подсыпал в кофе Дадиева 

<

дата> содержимое капсулы Лирика, в связи с чем в крови подсудимого обнаружено сильнодействующее вещество и признан факт управления автотранспортом в состоянии опьянения, суд ограничился лишь выводом, что избранная позиция подсудимым ФИО1 является способом его защиты от предъявленного обвинения, стремлением избежать уголовной ответственности за содеянное, а к показаниям свидетеля ФИО6 суд относится критически, поскольку последний хорошо знаком с ФИО1, занимался сборкой мебели у ФИО1, поддерживает с ним дружеские отношения.

Указанный вывод суда, относительно оценки показаний подсудимого ФИО1 и показаниями свидетеля об обстоятельствах дела, суд апелляционной инстанции считает сделанным преждевременно и с нарушением требований закона о проверке и оценке доказательств, исходя из требований ст.87 - 88 УПК РФ, при этом судом показания свидетеля ФИО6 не признан недопустимым или недостоверным доказательством.

Суд апелляционной инстанции считает, что при наличии указанных выше обстоятельств дела (показания подсудимого, свидетеля ФИО17, распечатки телефонных переговоров), которые прямо указывают на совершение, по мнению подсудимого и свидетеля, противоправных действий сотрудником полиции ФИО4 с использованием служебного положения, направленные на искусственное создание события преступления в отношении ФИО1, суд формально отнесся к проверке указанных обстоятельств, которые были недостаточны, по мнению суда апелляционной инстанции, для опровержения тех обстоятельств о которых сообщили, осужденный и свидетель.

Поскольку суд, в силу положения ст. 15 УПК РФ, не является органом уголовного преследования, не выступает на стороне обвинения или стороне защиты, а создает необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав, в указанной ситуации суд обязан был, тщательно проверить все показания подсудимого и свидетеля и оценить их достоверность, сопоставив с иными исследованными в судебном разбирательстве доказательствами, представленными сторонами дополнительно доказательствами и так как подсудимый, давая показания указал на конкретные обстоятельства создания в отношении него доказательств о событии преступления сотрудником полиции, использовав при этом помощь свидетеля, который подтвердил доводы подсудимого, то судом должны быть приняты достаточные и эффективные меры по проверке такого заявления подсудимого, прозвучавшего в его показаниях и в показаниях свидетеля.

При этом, в судебном заседании, показания подсудимого и свидетеля об искусственном создании сотрудником полиции доказательств о событии преступления, не был с учетом положений части 4 статьи 235 УПК РФ опровергнут прокурором (государственным обвинителем), по ходатайству которого судом могут быть проведены необходимые судебные действия.

Исходя из конкретных обстоятельств, (показаний подсудимого, свидетеля, представленных телефонных распечаткой) указывающих на наличие оснований для проверки сообщения в показаниях подсудимого и свидетеля в порядке, предусмотренном статьей 144 УПК РФ, суд обязан был направить его руководителю соответствующего органа предварительного расследования или орган собственной безопасности МВД, для проведение проверки указанного сообщения, с приложением выписки протокола судебного заседания с показаниями подсудимого, свидетеля ФИО17 и представленные письменные документы, что не было сделана, исходя из того, что суд не вправе дать оценку заявлению о совершенном преступлении.

С учетом изложенного, ничем не обоснованная судом критическая оценка позиции подсудимого и показаниям свидетеля ФИО17, суд апелляционной инстанции считает неправильным, преждевременным.

Таким образом доводы апелляционной жалобы защиты о неправильной оценке судом доказательств по делу, суд апелляционной инстанции считает обоснованным, поскольку основано на фактических обстоятельствах по делу.

Кроме того, доводы защиты о том, что судом нарушено требование положения ст.15 УПК РФ, согласно которому суд обязан был создавать условия стороне защиты, наравне стороной обвинения для выполнения им своих процессуальных обязанностей, суд апелляционной инстанции также считает заслуживающим внимания, поскольку согласно протоколу судебного заседания в судебном заседании защитой заявлялось ходатайство о приобщении к делу протокола опроса свидетеля и распечатки звонков, однако суд обсудив это ходатайство решение по нему не принял (т.1 лд.170-171), вместе с тем ходатайство защиты о допросе свидетеля ФИО16, который непосредственно останавливал авто ФИО1, также отказано в удовлетворении без приведения каких-либо оснований и мотивов.

Вместе с тем из представленного в суд распечатки телефонных переговоров, указывающих наличие связи и общения между свидетелем ФИО17 и сотрудником полиции ФИО4 к периоду относящемуся обстоятельствам, на которые указывал свидетель, суд не истребовал в установленном порядке содержание переговоров между указанными лицами, па предмет проверки в них данных указывающих на склонение сотрудником полиции ФИО4 свидетеля на создание провокацию совершения преступления в отношении подсудимого.

Кроме того, суд положил в основу приговора акт медицинского освидетельствования №, выданного 

<

дата> Государственным бюджетным учреждением Республики Дагестан «Хасавюртовская центральная городская больница имени ФИО13», согласно которого у ФИО1, в результате химико-токсикологического исследования, установлено наркотическое опьянение, не проверив его достаточно полно и не сопоставив его с показаниями свидетеля ФИО14, чьи показания были оглашены в судебном заседании, из которых следует, что он работает врачом-наркологом в Хасавюртовской центральной городской больнице. 

<

дата>, когда он находился на суточном дежурстве. Вечером того дня сотрудники отдела МВД России по 

<

адрес> Республики Дагестан привезли на освидетельствование ФИО1, который, со слов инспектора ДПС, управлял транспортным средством, и вызвал подозрение на состояние опьянения, представив направление на медицинское освидетельствование. ФИО1 им был освидетельствован, а изъятая моча была направлена в Республиканский наркологический диспансер. 

<

дата> поступила справка о результатах химико-токсикологического исследования ФИО1, согласно которого установлено наличие сильнодействующего вещества «Пригабалин». Эти сведения он внес в акт освидетельствования от 

<

дата>, то есть сведения об установлении опьянения ФИО1

То есть, суд, установив, исходя из показаний ФИО18 о том, что сам исследование мочи не производил, а направил его в Республиканский наркологический диспансер и 

<

дата> поступила справка о результатах химико-токсикологического исследования ФИО1, результаты которого внес в указанный акт, оставил без проверки и исследования справку о результатах химико-токсикологического исследования ФИО1 поступившее из Республиканского наркологического диспансера 

<

дата>, поскольку акт основан именно на этой справке.

Кроме того, исходя из приведенных выше обстоятельств, вывод суда первой инстанции о том, что оснований и мотивов для оговора свидетелями подсудимого в ходе судебного заседания не установлено, указанные лица при даче показаний в ходе производства дознания и в судебном заседании предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, в связи с чем, у суда не имеется оснований сомневаться в правдивости их показаний и не установлено какой-либо объективной и субъективной заинтересованности в оговоре подсудимого указанными лицами, суд апелляционной инстанции считает преждевременной, поскольку основан на неполно проверенных и исследованных обстоятельств дела.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что материалы уголовного дела не содержит Справки о результатах химико-токсикологического исследования ФИО1, поступившее из Республиканского наркологического диспансера 

<

дата>, то есть справка к делу не приобщена.

Вместе с тем, вызывает сомнение также законность принятия судом как доказательства для установления вины ФИО1 и его осуждения рапорта от 

<

дата> об обнаружении признаков преступления инспектора ДПС отделения ГИБДД отдела МВД России по 

<

адрес> Республики Дагестан ФИО7 в отношении ФИО1, не дав этому документу оценку исходя из положений ст.74 УПК РФ.

Вызывает сомнение также правильность ссылки суда как на доказательство на постановление мирового судьи судебного участка № 

<

адрес> Республики Дагестан от 

<

дата>, согласно которому ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения, ответственность за которое предусмотрена частью 1 статьи 12.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, и ему назначено наказание в виде штрафа в размере 30 000 рублей с лишением права управления транспортными средствами сроком на 1 год 6 месяцев, поскольку он считается привлеченных к административной ответственности со дня вступления в законную силу постановления о назначении административного наказания и до истечения одного года со дня окончания исполнения данного постановления, при этом срок назначенного ФИО1 наказания на 1 год и 6 месяцев истек, исходя из положения ст.4.6 КоАП РФ в марте 2023 года.

Поскольку приведенные выше в совокупности своей допущенные при производстве в суде первой инстанции нарушения уголовно-процессуального закона невозможно устранить, в суде апелляционной инстанции оспариваемый приговор нельзя признать законным и обоснованным, и в соответствии ст. 389.15, ст. 389.17, ст. 389.22 УПК РФ он подлежит отмене с передачей уголовного дела на новое судебное рассмотрение со стадии судебного разбирательства в тот же суд, но иным составом суда.

При новом судебном разбирательстве суду первой инстанции надлежит с соблюдением уголовно-процессуального закона обеспечить соблюдение принципа состязательности процесса, устранить допущенные нарушения, на которые указано в настоящем постановлении, обеспечить полное и объективное судебное разбирательство с проверкой и оценкой доказательств и доводов всех участников процесса, по результатам которого вынести соответствующее требованиям ч.4 ст.7 и ст.297 УПК РФ решение.

Доводы апелляционной жалобы защиты об оправдании ФИО1 по предъявленному обвинению не могут быть рассмотрены в суде апелляционной инстанции, в связи с отменой приговора ввиду допущенных судом существенных нарушений уголовно-процессуального закона, однако подлежат проверке судом первой инстанции при новом рассмотрении дела.

Таким образом, доводы апелляционной жалобы защиты подлежат удовлетворению частично, отменив приговор и передав дело на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе.

Отменяя приговор, суд апелляционной инстанции, обсудив вопрос о мере пресечения, считает, что в отношении ФИО1 судом ранее избиралась мера пресечения в виде обязательства о явке, которое отменено еще до вступления приговора в законную силу, поэтому полагает оставить указанный вопрос на усмотрение суда первой инстанции.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20 и 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

п о с т а н о в и л :

приговор Казбековского районного суда Республики Дагестан от 

<

дата> в отношении ФИО1, отменить, частично удовлетворив апелляционную жалобу адвоката ФИО5

Уголовное дело в отношении ФИО1 передать на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе.

Апелляционное постановление может быть обжаловано непосредственно в Пятый кассационный суд общей юрисдикции в порядке выборочной кассации, предусмотренном статьями 401.10 и 401.12 УПК РФ.

При этом подсудимый другие участники процесса вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции. 

Председательствующий ФИО15