2-242/2017

Р Е Ш Е Н И Е

 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ.

24 ноября 2017 г. г. Волгоград

Волгоградский гарнизонный военный суд в составе: председательствующего - Боховко В.А., при секретаре судебного заседания Поповой Е.И., с участием истца – ФИО1 и представителя командира войсковой части № – ФИО2, являющейся одновременно представителем Командующего Воздушно-десантными войсками, рассмотрев исковое заявление (далее – иск) военнослужащего войсковой части № 

<

данные изъяты> ФИО1 (далее – истец) о компенсации морального вреда и возмещении имущественного вреда,

у с т а н о в и л :

Решением Волгоградского гарнизонного военного суда от 17 марта 2017 года, вступившим в законную силу 28 июня 2017 года, признан незаконным приказ Командующего Воздушно-десантными войсками от ДД.ММ.ГГГГ № (по личному составу) о досрочном увольнении ФИО1 с военной службы в запас в связи с невыполнением им условий контракта. В порядке исполнения этого судебного решения Командующий Воздушно-десантными войсками своим приказом от ДД.ММ.ГГГГ № отменил свой приказ об увольнении ФИО1 с военной службы, а командир войсковой части № приказом от ДД.ММ.ГГГГ № (по строевой части) с 7 апреля 2017 года восстановил истца в списках личного состава воинской части и всех видах обеспечения, поскольку ранее из этих списков приказом командира войсковой части № от ДД.ММ.ГГГГ № (по строевой части) с указанной даты ФИО1 в связи с досрочным увольнением в запас был исключён.

В исковом заявлении и судебном заседании ФИО1 пояснил, что в результате досрочного увольнения в запас ему причинены физические и нравственные страдания, выразившиеся в ухудшении состояния здоровья в связи с периодически возникающими после увольнения головными болями; с учётом особенностей своего характера он испытал и продолжает испытывать чувство обиды, несправедливости, разочарования от действия должностных лиц, принявших решение о его досрочном увольнении, а также чувство страха и неопределённости о будущей служебной деятельности и материальном благосостоянии. После того, как в начале февраля 2017 года он узнал о досрочном увольнении с военной службы, на фоне перенесённых от этого психо-эмоциональных переживаний у него поднялось артериальное давление, которое на протяжении длительного времени не опускается, из-за чего он вынужден прекратить занятия физкультурой, вследствие чего стал резко набирать вес, имея генетическую предрасположенность к ожирению, которым страдает последние 8 лет. Ввиду того, что состояние здоровья его не улучшилось, во время нахождения на стационарном лечении в военном госпитале с 16 по 21 февраля 2017 года ему впервые был поставлен диагноз заболевания 

<

данные изъяты> Из-за резкого набора веса, начиная с февраля 2017 года, после отказа от физических нагрузок в последующем при освидетельствовании военно-врачебной комиссией (далее – ВВК) 6 октября 2017 года ему был поставлен диагноз заболевания 

<

данные изъяты> по которому он признан ограниченно годным к военной службе, хотя по результатам такого же освидетельствования 15 ноября 2016 года с учётом имевшегося в то время заболевания 

<

данные изъяты> заключением ВВК он признан годным к военной службе. В связи с признанием его заключением ВВК ограниченного годным к военной службы он по состоянию здоровья утратил возможность продолжать военную службу и намерен уволиться с неё до наступления выслуги, дающей право на получение военной пенсии, поскольку в настоящее время общая продолжительность его военной службы составляет 17 лет 10 месяцев. Незаконным увольнением в запас ему причинён также имущественный вред в размере 20500 рублей, выразившийся в расходах, понесённых им за обучение за свой счёт с 5 июня по 1 июля 2017 года в Новокузнецком государственном институте усовершенствования врачей – филиале Федерального государственного бюджетного образовательного учреждения дополнительного профессионального образования «Российская медицинская академия непрерывного профессионального образования Министерства здравоохранения Российской Федерации» (далее – институт усовершенствования врачей) в порядке повышения квалификации ввиду истечения пятилетнего срока действия сертификата медицинского специалиста, выданного ему по результатам предыдущего повышения квалификации, поскольку в случае прохождения военной службы он на такое обучение подлежал направлению в плановом порядке за счёт средств федерального бюджета.

Обращаясь в суд, истец просит взыскать с Управления финансового обеспечения, через которое из федерального бюджета осуществляется финансирование войсковой части №, в свою пользу 2000000 рублей в счёт компенсации морального вреда, причиненного незаконным увольнением его с военной службы, и 20500 рублей в счёт возмещения имущественного вреда, причиненного в связи с вынужденными затратами на обучение в институте усовершенствования врачей в порядке повышения квалификации с 5 июня по 1 июля 2017 года.

Начальник Управления финансового обеспечения, просивший данное дело рассмотреть в его отсутствие, в своём возражении на рассматриваемый иск требования ФИО1 не признал. Он пояснил, что требование истца о компенсации морального вреда явно завышено по размеру и не соответствует принципу разумности. Руководство Управления финансового обеспечения не нарушало какие-либо права ФИО1 и в действиях его должностных лиц отсутствует вина в причинении истцу нравственных и физических страданий. ФИО1 не представил в суд письменных доказательств в подтверждение своим доводам о том, что именно в результате досрочного увольнения в запас в феврале 2017 года наступило ухудшение состояния его здоровья, учитывая, что в период судебного разбирательства по рассмотрению административного иска ФИО1 о восстановлении на военной службе в отношении него расследовалось уголовное дело. Не подлежит удовлетворению также требование истца о возмещении имущественного вреда, причиненного в связи с обучением за свой счёт с 5 июня по 1 июля 2017 года в институте усовершенствования врачей. ФИО1 в силу требований п.п. 33, 37, 40, 46 «Положения о подготовке специалистов медицинской службы Вооруженных Сил Российской Федерации в системе послевузовского и дополнительного профессионального образования в Министерстве обороны Российской Федерации», утверждённого приказом Министра обороны РФ от 5 сентября 2002 года N 358, до увольнения в запас как начальник медицинской службы войсковой части 74507 обязан был планировать учёбу в порядке повышения квалификации медицинскими работниками воинской части и составлять списки кандидатов для направления на такую учёбу с учётом того, что начало учебного года в структурных подразделениях дополнительного профессионального образования определено с 1 сентября каждого года. Несмотря на установленный порядок направления военнослужащих на такое обучение, ФИО1 не принял мер для включения сведений о себе в списки кандидатов на учёбу до начала срока обучения и договор на обучение заключил 5 июня 2017 года, то есть до начала учебного года. Это означает, что истец добровольно понёс расходы на обучения в порядке повышения квалификации, в связи с чем оснований для их возмещения ему не имеется. Кроме того, из представленных истцом выписки из прайс-листа, акта сдачи-приёмки услуг к договору о сотрудничестве и квитанций о перечислении денежных средств видно, что стоимость обучения ФИО1 в институте усовершенствования врачей составила 20000 рублей, в связи с чем его требование о возмещении расходов, понесенных на такое обучение, в размере 20500 рублей является необоснованным.

При подготовке данного дела к судебному разбирательству с учетом характера заявленных требований и обстоятельств увольнения ФИО1 с военной службы к участию в деле в качестве заинтересованных лиц на стороне административного ответчика определением суда привлечены Командующий Воздушно-десантными войсками и командир войсковой части №.

Представитель Командующего Воздушно-десантными войсками и командира войсковой части №, действующая на основании выданных доверенностей, просила отказать в удовлетворении требований истца, пояснив, что вины должностных лиц, чьи интересы она представляет, в ухудшении состояния здоровья ФИО1 и расходах, понесённых на обучение в порядке повышения квалификации, не имеется.

Военный суд, выслушав истца и представителя заинтересованных лиц, уточнив возражения на иск административного ответчика, а также исследовав письменные доказательства по делу, приходит к выводу, что требования ФИО1 подлежат удовлетворению частично.

Согласно ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Из содержания ст. 151 ГК РФ следует, что к гражданско-правовой ответственности за причинение морального вреда в судебном порядке может быть привлечено только виновное лицо, действиями (бездействием) которого были нарушены личные неимущественные права гражданина, либо принадлежащие ему другие нематериальные блага, кроме случаев, перечисленных в ст. 1100 ГК РФ, когда компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда. 

В соответствии с п. 5 ст. 18 Федерального закона «О статусе военнослужащих» возмещение морального вреда и убытков, причиненных военнослужащим государственными органами и органами местного самоуправления, производится в соответствии с федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда РФ в п. 50 своего постановления от 29 мая 2014 года № 8 «О практике применения судами законодательства о воинской обязанности, военной службе и статусе военнослужащих» в случае признания судом увольнения с военной службы необоснованным военнослужащий в соответствии с пунктом 2 статьи 23 Федерального закона «О статусе военнослужащих» подлежит восстановлению на военной службе в прежней (или с его согласия - равной или не ниже) должности с возмещением всех причиненных убытков. Причиненный таким увольнением моральный вред подлежит возмещению по решению суда на основании волеизъявления военнослужащего. Восстановление на военной службе производится путем отмены приказа об увольнении военнослужащего с военной службы. Отмена приказа об увольнении военнослужащего с военной службы производится воинским должностным лицом, издавшим приказ, или его прямым начальником. 

В соответствии с ч. 2 ст. 13 ГПК РФ вступившие в законную силу судебные постановления, являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, граждан, организаций и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации.

Как предусмотрено ч. 2 ст. 61 ГПК РФ, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

На основании приведённых выше правовых норм и разъяснений Пленума Верховного Суда РФ суд приходит к выводу, что ФИО1 в связи с необоснованным увольнением с военной службы имеет право на компенсацию морального вреда, причинённого таким увольнением, с учётом принципов разумности и справедливости. При обсуждении вопроса о размере взыскиваемой суммы в счёт такой компенсации суд исходит из следующего. 

В соответствие со ст.ст. 56 и 57 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. Доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле.

Не смотря указанную выше правовую норму, ФИО1 не представил суду доказательств (включая медицинские документы) тому, что именно в результате действий воинских должностных лиц, выразившихся в досрочном увольнении его в запас, у него наступили ухудшение состояния здоровья, повлиявшее на категорию годности к военной службы и причинившее ему нравственные и физические страдания.

Из представленного истцом заключения госпитальной военно-врачебной комиссии от ДД.ММ.ГГГГ № видно, что ФИО1 на указанную дату признан годным к военной службе.

Согласно заключению этой же военно-врачебной комиссии от ДД.ММ.ГГГГ № истец признан ограниченно годным к военной службе на основании п. «б» ст. 13, п. «в» ст. 43 и п. «д» ст. 66 графы 3 раздела 2 Требований к состоянию здоровья граждан (приложение к «Положению о военно-врачебной экспертизе», утвержденному постановлением Правительства РФ от 4 июля 2013 года N 565, в связи с имеющимися у него заболеваниями в виде 

<

данные изъяты>. При этом ограниченно годным к военной службе ФИО1 признан в связи с имеющимся у него 

<

данные изъяты>. 

Несмотря на то, что в медицинской книжки ФИО1 имеется запись о том, что заключением госпитальной ВВК от ДД.ММ.ГГГГ № он признан годным к военной службе с незначительными ограничениями на основании п. «в» ст. 13, п. «в» ст. 43 и п. «д» ст. 66 графы 3 раздела 2 Требований к состоянию здоровья граждан (приложение к «Положению о военно-врачебной экспертизе», утвержденному постановлением Правительства РФ от 4 июля 2013 года N 565, в судебном заседании истец пояснил, что данное заключение вышестоящей штатной ВВК не утверждено. 

Из выписного эпикриза о нахождении ФИО1 на стационарном лечении в хирургическом отделении военного госпиталя с 16 по 21 февраля 2017 года и записей в его медицинской книжке видно, что диагноз заболевания 

<

данные изъяты> ему впервые поставлен в период нахождения на указанном стационарном лечении и в последующем подтверждён лечащим врачом 27 февраля 2017 года, когда ФИО1 обратился за медицинской помощью в амбулаторном порядке с жалобами на головную боль на фоне поднимающегося артериального давления. С аналогичными жалобами к лечащему врачу в последующем истец обращался в амбулаторном порядке 10 и 26 апреля, 2 октября 2017 года. 

Вместе с тем, в записях, имеющихся в медицинской книжке и истории болезни отсутствуют сведения о том, что жалобы на состояние здоровья ФИО1 связывает именно с досрочным увольнением его с военной службы.

Привлечённые для участия в судебном разбирательстве в качестве специалистов врач-невропатолог ФИО7, врач-терапевт ФИО8 и врач-эндокринолог ФИО9, каждая в отдельности, обратили внимание суда на сведения, имеющиеся в медицинских документах ФИО1 (медицинских книжках, истории болезни, заключениях ВВК, свидетельстве о болезни), согласно которым истец заболеванием 

<

данные изъяты> страдает на протяжении последних 8 лет, но резкое увеличение у него массы тела, началось не с февраля 2017 года, как утверждает ФИО1, а с ноября 2016 года, когда он до февраля 2017 года набрал 13 кг. В последующем до апреля 2017 года он набрал 15 кг, а до октября 2017 года набрал 1 кг. Динамика набора истцом массы тела, в результате которого в октябре 2017 года ему поставлен диагноз заболевания 

<

данные изъяты> хотя в ноябре 2016 года по данному заболеванию ему поставлен диагноз 

<

данные изъяты>, указывает на то, что резкий набор веса ФИО1 в период с ноября 2016 года до апреля 2017 года не связан с фактом досрочного увольнения его с военной службы, о котором тому стало известно в феврале 2017 года. 

Как пояснили врачи-специалисты, гипертония во всех случаях возникает как сопутствующее заболевание ожирения человека, причинами которого являются естественное течение данного заболевания в силу наследственности и возрастных изменений в организме, избыточное потребление калорийной пищи, малоподвижность. С учётом указанных факторов и генетической предрасположенности ФИО1 к ожирению, о чём он пояснил в судебном заседании, причины резкого набора им веса тела (на 28 кг) за короткий промежуток времени с октября 2016 года по апрель 2017 года не могут быть связаны с увольнением его с военной службы. Принимая во внимание, что истец страдает ожирением в течение последних 8 лет, то есть с 2009 года, для 

<

данные изъяты> характерны не только периоды, в течение которых артериальное давление является повышенными, человек в силу особенностей организма не всегда может ощущать рост такого давления, а непосредственно перед измерением артериального давления медикаментозно может привести его в норму, и учитывая, что в имеющихся медицинских документах ФИО1 имеются сведения об измерении у него данного давления лишь раз в год, то есть без системного подхода, наиболее вероятно, что заболевание 

<

данные изъяты>, являющейся хроническим, у истца возникло задолго до октября 2016 года, не связано с действиями командования по досрочному увольнению ФИО1 в запас, а в феврале 2017 года на фоне резкого набора массы тела у него произошло обострение данного заболевания. Такой вывод, как пояснили врачи-специалисты, основан также на том, что причинами гипертонии (по мере убывания влияния их на возникновения этого заболевания) являются наследственность, ожирение, вредные привычки (курение, злоупотребления алкоголем), длительные психо-эмоциональное переживания. 

Наличие у ФИО1 наследственной предрасположенности к ожирению, безусловно ведущему к возникновению гипертонии, а также то, что он длительное время страдает ожирением и имеет вредные привычки (курение) указывают на то, что возникновение у истца 

<

данные изъяты> после того, как в феврале 2017 года он ознакомился с приказом об увольнении его с военной службы, маловероятно. 

Врачи-специалисты также пояснили, что физические нагрузки, вопреки доводам ФИО1, не противопоказаны при гипертонической болезни и для этого имеется специально разработанный комплекс упражнений лечебной физкультуры. 

На основании исследованных медицинских документов, установленных по делу обстоятельства и пояснений врачей-специалистов суд приходит к выводу, что истцом не представлено доказательств, неопровержимо свидетельствующих о том, что имеющиеся у него заболевания находятся в причинно-следственной связи с действиями воинских должных лиц по увольнению ФИО1 с военной службы и исключению его из списков личного состава воинской части. В связи с этим суд признаёт необоснованными его утверждения в той части, в которой он причинение нравственных и физических страданий от имеющихся у него заболеваний в виде 

<

данные изъяты> и изменения его состояния здоровья до категории годности к военной службе с формулировкой «В - ограниченно годен к военной службе», связывает с действиями воинских должностных лиц. 

Что касается доводов ФИО1 о причинении ему морального вреда в связи с тем, что после признания ограниченного годным к военной службы он утратил возможность продолжить военную службу и подлежит досрочному увольнению с неё по состоянию здоровья до наступления выслуги, дающей право на получение военной пенсии, то такие доводы суд признаёт необоснованными, поскольку в соответствии с подп. «б» п. 3 ст. 51 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе» увольнение по состоянию здоровья в связи с признанием военно-врачебной комиссией ограниченно годным к военной службе является правом военнослужащего, проходящего военную службу по контракту. Поэтому намерение ФИО1 досрочно уволиться в запас по указанному основанию до наступления у него права на военную пенсию за выслугу лет не может являться основанием для возложения на ответчика гражданско-правовой ответственности за последствия, которые наступят для истца после такого увольнения. 

Основание, по которому истец намерен уволиться в запас и факт подачи им рапорта о таком увольнении по состоянию здоровья, датированный 12 октября 2017 года, то есть через три недели после восстановления по судебному решению в списках личного состава войсковой части №, указывают на то, что ФИО1 обратился в суд для восстановления на военной службе без цели её дальнейшего прохождения и поэтому признаёт несоответствующими действительности его доводы о том, что в результате досрочного увольнения он испытал и продолжает испытывать чувство страха и неопределённости о будущей служебной деятельности и материальном благосостоянии.

На основании изложенного суд приходит к выводу, что в связи с необоснованным увольнением с военной службы, исходя из принципов разумности и справедливости, ФИО1 в счёт компенсации морального вреда подлежит выплате 10000 рублей. В удовлетворении данного требования в большем размере должно быть отказано. 

В соответствии с п.п. 1, 2, 4, 15 ст. 76 Федерального закона «Об образовании в Российской Федерации» дополнительное профессиональное образование направлено на удовлетворение образовательных и профессиональных потребностей, профессиональное развитие человека, обеспечение соответствия его квалификации меняющимся условиям профессиональной деятельности и социальной среды. Дополнительное профессиональное образование осуществляется посредством реализации дополнительных профессиональных программ (программ повышения квалификации и программ профессиональной переподготовки). Программа повышения квалификации направлена на совершенствование и (или) получение новой компетенции, необходимой для профессиональной деятельности, и (или) повышение профессионального уровня в рамках имеющейся квалификации. Лицам, успешно освоившим соответствующую дополнительную профессиональную программу и прошедшим итоговую аттестацию, выдаются удостоверение о повышении квалификации и (или) диплом о профессиональной переподготовке.

Пунктами 4 и 12 «Порядка организации и осуществления образовательной деятельности по дополнительным профессиональным программам», утверждённого приказом Министерства образования и науки России от 1 июля 2013 года N 499, предусмотрено, что организация осуществляет обучение по дополнительной профессиональной программе на основе договора об образовании, заключаемого со слушателем и (или) с физическим или юридическим лицом, обязующимся оплатить обучение лица, зачисляемого на обучение, либо за счет бюджетных ассигнований федерального бюджета, бюджетов субъектов Российской Федерации. Формы обучения и сроки освоения дополнительной профессиональной программы определяются образовательной программой и (или) договором об образовании. При этом минимально допустимый срок освоения программ повышения квалификации не может быть менее 16 часов, а срок освоения программ профессиональной переподготовки - менее 250 часов.

Согласно п.п. 2, 33 «Положения о подготовке специалистов медицинской службы Вооруженных Сил Российской Федерации в системе послевузовского и дополнительного профессионального образования в Министерстве обороны Российской Федерации», утвержденного приказом Министра обороны РФ от 5 сентября 2002 года N 358, подготовка специалистов медицинской службы Вооруженных Сил в системе послевузовского и дополнительного профессионального образования в Министерстве обороны направлена на поддержание высокой боевой готовности личного состава медицинской службы Вооруженных Сил, повышение качества медицинского обеспечения Вооруженных Сил и оказания медицинской помощи лицам, имеющим право на бесплатную медицинскую помощь в военно-медицинских учреждениях в соответствии с законодательством Российской Федерации, и имеет цели, в частности, обеспечение непрерывности повышения квалификации и удовлетворение потребностей специалистов медицинской службы Вооруженных Сил в получении знаний о новейших достижениях в области медицины, передовом отечественном и зарубежном опыте, в интеллектуальном, культурном и нравственном развитии. Дополнительное профессиональное образование направлено на обеспечение непрерывности повышения квалификации специалистов и проводится по мере необходимости не реже одного раза в 5 лет. Формы обучения очная и очно-заочная. 

Пунктом 40 этого же Положения предусмотрено, что Командующие объединениями, командиры соединений и воинских частей, начальники военно-медицинских учреждений, ввузов и научно-исследовательских организаций направляют специалистов медицинской службы Вооруженных Сил на циклы дополнительного профессионального образования в соответствии с годовыми планами и дополнительно выделенными местами согласно порядку направления в служебные командировки военнослужащих и гражданского персонала Вооруженных Сил. Одним из видов подготовки врачей медицинской службы Вооруженных Сил в системе послевузовского профессионального образования является повышение квалификации.

Из приведённых выше правовых норм следует, что повышение квалификации медицинских работников Министра обороны РФ в системе послевузовского профессионального образования осуществляется в целях повышения их профессионального уровня, непрерывно, по мере необходимости и не реже одного раза в пять лет, за счет ассигнований федерального бюджета. 

Из представленных ФИО1 свидетельства о повышении квалификации и сертификата о присвоении военно-медицинской специальности видно, что по итогам предыдущего повышения квалификации с 3 мая по 18 июня 2012 года ему присвоена военно-медицинская специальность, подтверждённая сертификатом со сроком действия в течение 5 лет. Из этого следует, что для получения истцом возможности осуществлять военно-медицинскую деятельность не позднее 18 июня 2017 года он подлежал плановому направлению на курсы повышения квалификации для освоения программы повышения квалификации и получения очередного сертификата, дающего право на работу по военно-медицинской специальности. Поскольку, как установлено выше, до восстановления по судебному решению на военной службе приказом Командующий Воздушно-десантными войсками своим приказом от ДД.ММ.ГГГГ № ФИО1, будучи незаконно уволенным в запас в период с 7 апреля до 18 сентября 2017 года, не имел возможности за счёт бюджетных средств Министерства обороны РФ в плановом порядке пройти обучение по программе повышения квалификации, не смотря на истечение 18 июня 2017 года срока действия предыдущего сертификата медицинского специалиста, суд приходит к выводу, что ФИО1 подлежат возмещению в полном объёме средства, затраченные на обучение в институте усовершенствования врачей с 5 июня по 1 июля 2017 года, подтвержденные представленными им удостоверением о повышении квалификации, сертификатом специалиста, договором о сотрудничестве, актом о сдаче-приёмке услуг по данному договору, кассовыми чеками-ордерами, согласно которым за обучение в указанном институте им уплачено 20500 рублей. 

В своих выводах суд исходит также из положений п. 2 ст. 23 Федерального закона «О статусе военнослужащих», в соответствии с которым в случае необоснованного увольнения с военной службы военнослужащих, проходящих военную службу по контракту, причиненные им в связи с этим убытки подлежат возмещению в полном объеме. 

По выводу суда, к вышеуказанным убыткам относятся как расходы, понесённые ФИО1 непосредственно на обучение в институт усовершенствования врачей с 5 июня по 1 июля 2017 года, поскольку в случае не увольнения его в запас, признанного в судебном порядке незаконным, на данное обучение он был бы направлен в плановом порядке за счёт средств федерального бюджета, так и расходы в размере 500 рублей, понесенные за банковский перевод денежной суммы в счёт обучения. 

При этом суд отклоняет как необоснованные доводы начальника Управления финансового обеспечения о том, что ФИО1 до увольнения с военной службы как начальник медицинской службы воинской части обязан был сам спланировать себя для прохождения учёбы в порядке повышения квалификации, поскольку предметом разбирательства по иску последнего является не направление ФИО1 на такое обучение, а возмещение ему средств, уплаченных за обучение, учитывая, что на момент повышения его квалификации права на обучение за счёт средств Министерства обороны РФ он не имел. 

Также необоснованным является довод начальника Управления финансового обеспечения со ссылкой на нормы трудового законодательства РФ о том, что истец в добровольном порядке понёс расходы на обучения в порядке повышения квалификации, в связи с чем данные расходы возмещению не подлежат, поскольку по общему правилу, как указано в п. 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 мая 2014 года № 8, нормы трудового законодательства и иные акты, содержащие нормы трудового права, не распространяются на военнослужащих при исполнении ими обязанностей военной службы, а также принимая во внимание, что необходимость обучения ФИО1 в порядке повышения квалификации именно в вышеуказанный период обусловлено окончанием срока действия предыдущего сертификата, дававшего ему право на осуществление медицинской деятельности до 18 июня 2017 года. 

Несмотря на то, что иск ФИО1 удовлетворен частично, понесённые им судебные расходы по делу, связанные с уплатой государственной пошлины за подачу иска в суд, на основании ст. 98 ГПК РФ подлежат взысканию с Управление финансового обеспечения, через которое из федерального бюджета осуществляется финансирование войсковой части №, в полном объёме, учитывая, что требование о возмещении имущественного вреда подлежит удовлетворению, а положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек не подлежат применению при разрешении, в частности, иска неимущественного характера, в том числе имеющего денежную оценку требования, направленного на защиту личных неимущественных прав (например, о компенсации морального вреда), что соответствует разъяснениям, содержащимся в п. 21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 января 2016 года N 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела». 

При установлении плательщика денежных сумм, присужденных ФИО1, суд исходит из разъяснений, содержащихся в п. 5 этого же постановления Пленума Верховного Суда РФ, согласно которым при предъявлении иска совместно несколькими истцами или к нескольким ответчикам (процессуальное соучастие) распределение судебных издержек производится с учетом особенностей материального правоотношения, из которого возник спор, и фактического процессуального поведения каждого из них, а также учитывает при этом, что инициатором досрочного увольнения ФИО1 в запас в связи с невыполнением условий контракта, признанного судом необоснованным, явился командир войсковой части №, что видно из приказа Командующего Воздушно-десантными войсками об увольнении ФИО1 с военной службы, в котором указано, что основанием для его издания явилось представление командира войсковой части №. 

В связи с этим денежная сумма в счёт компенсации морального вреда, причинённого ФИО1 в результате такого увольнения, и средства, затраченные им на обучение в порядке повышения квалификации, подлежит взысканию с Управления финансового обеспечения, через которое из федерального бюджета осуществляется финансирование войсковой части №. 

Руководствуясь ст.ст. 98, 194, 197, 198, 199 ГПК РФ, военный суд

р е ш и л :

Исковое заявление военнослужащего войсковой части № 

<

данные изъяты> ФИО1 о компенсации морального вреда и возмещении имущественного вреда, удовлетворить частично. 

Взыскать с Федерального казенного учреждения «Управление финансового обеспечения Министерства обороны РФ по Волгоградской области» в пользу ФИО1 10000 (десять тысяч) рублей в счёт компенсации морального вреда, причиненного истцу незаконным увольнением с военной службы.

В удовлетворении вышеуказанного требования ФИО1 в размере, превышающем 10000 рублей, отказать. 

Взыскать с Федерального казенного учреждения «Управление финансового обеспечения Министерства обороны РФ по Волгоградской области» в пользу ФИО1 20500 (двадцать тысяч пятьсот) рублей в счёт возмещения имущественного вреда, причиненного в связи с его обучением за свой счёт в период с 5 июня по 1 июля 2017 года в порядке повышения квалификации.

Судебные расходы по делу в виде государственной пошлины, уплаченной при обращении в суд, возложить на Федеральное казенное учреждение «Управление финансового обеспечения Министерства обороны РФ по Волгоградской области» и взыскать с него в пользу ФИО1 1115 (одна тысяча сто пятнадцать) рублей. 

Решение в апелляционном порядке может быть обжаловано в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме в судебную коллегию по административным делам Северо-Кавказского окружного военного суда через Волгоградский гарнизонный военный суд.

Председательствующий по делу В.А. Боховко