Дело № 2-94/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

с. Новичиха 30 октября 2018 года 

Новичихинский районный суд Алтайского края в составе председательствующего судьи Томаровского А.А., при секретаре Фоминой И.Н., с участием представителя истца ФИО1, ответчика ФИО2, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-91/2018 по иску ФИО3 к ФИО2 о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Жительница рабочего поселка Тальменка Алтайского края ФИО3 обратилась в Новичихинский районный суд с иском к ФИО2 о компенсации морального вреда в связи с причинением вреда здоровью, мотивируя свои требования тем, что 07 декабря 2017 года, в 10 часов 00 минут, на 190 км трассы «Р-256» ЗАТО Сибирский Алтайского края произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля «КАМАЗ 5320», государственный регистрационный знак № следовавшего с прицепом №, государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО4. ДТП произошло вследствие того, что водитель КАМАЗА, не выбрав безопасную скорость, обеспечивающую постоянный контроль за движением транспортного средства при возникновении опасности на своем пути, не справился с управлением, допустил наезд на стоящий автомобиль «Мазда Бонго», государственный регистрационный знак №, под управлением истца. В результате полученного удара автомобиль «Мазда Бонго» совершил наезд на стоящий автомобиль «МАН TGS263606X22BLWW», государственный регистрационный знак № с прицепом «Шмитц», государственный регистрационный знак №, а далее на автомобиль «Субару Импреза», государственный регистрационный знак №.

Постановлением Новоалтайского городского суда Алтайского края от 21 марта 2018 года водитель ФИО4 был признан виновным в совершении правонарушения, предусмотренного ч.1 ст. 12.24 КоАП РФ.

Истец указывает, что в результате указанного выше дорожно-транспортного происшествия согласно экспертному заключению № от 03 января 2018 года ей была причинена **. Полученные в результате ДТП телесные повреждения образовались от воздействия тупых твердых предметов, какими могли являться выступающие детали салона движущегося транспортного средства в условиях дорожно-транспортного происшествия, и в совокупности причинили легкий вред по признаку кратковременного расстройства здоровья на срок не свыше 21 дня.

В исковом заявлении ФИО3 указывает, что в результате повреждения здоровья по вине ФИО4 она испытала физические страдания и нравственные переживания, поскольку испытывала постоянную боль в голове, тошноту. Следствием ДТП явились необоснованные страхи, связанные с управлением транспортным средством, был нарушен сон, так как постоянно снились кошмары.

Истец указывает, что следствием дорожно-транспортного происшествия явилась необходимость проведения реабилитационных мероприятий, в виду чего ей были оказаны услуги ООО «ТЕСЛАМЕДБАРНАУЛ», а затем санаторием «Металлург». 

ФИО3 считает, что в результате ДТП был причинен моральный вред, который может быть компенсирован выплатой ей 500 тысяч рублей. Так как собственником автомобиля «КАМАЗ 5320», имеющего государственный регистрационный знак № и прицепа №, государственный регистрационный знак №, является ФИО2, то она просит суд взыскать компенсацию морального вреда в размере 500 тысяч рублей с собственника транспортного средства.

Будучи надлежаще извещенной судом о времени и месте рассмотрения иска, в направленной в адрес суда телефонограмме ФИО3 поддержала свои требования по указанным в заявлении обстоятельствам и попросила рассмотреть иск в её отсутствие.

Участвующий в судебном заседании представитель истца ФИО1 сообщил, что полагает иск правомерным и обоснованным, так как в результате дорожно-транспортного происшествия потерпевшей ФИО3 были причинены телесные повреждения в виде **. Согласно заключению экспертизы данные повреждения образовались от воздействия тупых твердых предметов, какими могли являться выступающие детали салона движущегося транспортного средства в условиях дорожно-транспортного происшествия, произошедшего по вине ФИО4. Силу удара может охарактеризовать то обстоятельство, что согласно заключению авто техников, принадлежащий истцу автомобиль восстановлению не подлежит. ФИО3 до настоящего времени испытывает страх при использовании автомобиля. Несмотря на установление экспертом причинения легкого вреда, истец была вынуждена обращаться за консультационной помощью к психотерапевту при санаторно-курортном лечении в санатории «Металлург». Ранее, при осмотре у невролога в ООО «Нейроклиника Карпова» с учетом состояния здоровья ей было рекомендовано санаторно-курортное лечение. Ответчик, зная о причинении потерпевшей физического вреда какую либо помощь ей не предлагал. ФИО1 просит суд удовлетворить иск в заявленном объеме и взыскать с ответчика судебные расходы.

В направленной в судебное заседание телефонограмме ФИО4, привлеченный к участию в деле в качестве третьего лица, сообщил, что не оспаривает свою вину в совершении дорожно-транспортного происшествия произошедшего 07 декабря 2017 года и признает, что в результате происшествия был причинен вред здоровью истца, однако полагает заявленную ко взысканию сумму морального вреда необоснованно завышенной. В связи с нахождением в командировке просит иск рассмотреть в его отсутствие.

Ответчик ФИО2 исковые требования признал частично и указал, что считает заявленную сумму морального вреда необоснованно завышенной. Действительно, он является собственником автомобиля «КАМАЗ 5320», имеющего государственный регистрационный знак № и прицепа №, имеющего государственный регистрационный знак №, которые с его согласия используются его старшим сыном – ИП Ц.И.С.. Гевальд Р.Н. работает у сына по найму водителем. Он не скрывает, что ранее был зарегистрирован индивидуальным предпринимателем и в его собственности имеется здание магазина, семь грузовых автомобилей, используемых в настоящее время с его разрешения сыном без заключения договоров аренды. Однако при этом ответчик просит принять во внимание, что он был вынужден прекратить индивидуальную деятельность и в настоящее время является безработным, так как на его иждивении находятся семь несовершеннолетних детей, двое из которых являются инвалидами детства, требующими особого ухода и дорогостоящего лечения. Он не имеет постоянного дохода и фактически средствами существования его семьи являются лишь его временные заработки, а так же пенсии и пособия детей.

Выслушав участников судебного заседания, суд, руководствуясь ст.167 ГПК РФ, определил возможным рассмотреть иск в отсутствие не явившихся в судебное заседание лиц, по предоставленным в судебное заседание доказательствам.

Изучив доводы сторон, исследовав представленные в судебное заседание доказательства, суд находит иск подлежащими удовлетворению лишь в части заявленных требований.

В соответствии с ч.ч. 1 и 2 ст. 1064 Гражданского кодекса РФ (далее ГК РФ) вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. 

Закон предусматривает ответственность за вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих.

Так, согласно ч.1 ст. 1079 ГК РФ, юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов и т.п.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. При этом обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании.

В соответствии с ч. 3 ст. 1079 ГК РФ вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцами, возмещаются на общих основаниях. 

В силу положений ст. 151 ГК РФ под моральным вредом понимаются физические и нравственные страдания, которые могут быть причинены гражданину. 

В соответствии со ст. 1099 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда. В силу п. п. 1 и 3 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и ст. 151 ГК РФ; компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

Согласно ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

В силу разъяснений Верховного суда РФ (от 26 октября 2015 года № 18-КГ15-134) определение размера морального вреда в судебном заседании должно происходить с учетом принципа состязательности сторон. При этом размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Следовательно, истец должен обосновать, какие именно физические и нравственные страдания были причинены. Размер морального вреда должен быть определен истцом в конкретной денежной сумме, должен быть обоснован и доказан. Ответчик, в свою очередь, имеет право выдвинуть свои возражения относительно суммы заявленного вреда. 

В соответствии с положениями гражданского законодательства РФ обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют транспортным средством как источником повышенной опасности на праве собственности (либо на ином законном основании), а не на лицо, непосредственно управлявшее транспортным средством в момент аварии, если только транспортное средство не выбыло из владения собственника в связи противоправными действиями третьих лиц.

Основания освобождения от доказывания закреплены в ст.61 ГПК РФ. В силу положений указанной выше нормы, обстоятельства, установленные вступившим в силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Как разъяснено п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2003 года № 23 «О судебном решении», в силу части 4 статьи 61 ГПК РФ, вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях деяний лица, в отношении которого вынесен приговор, лишь по вопросам о том, имели ли место эти действия (бездействие) и совершены ли они данным лицом.

На основании части 4 статьи 1 ГПК РФ, по аналогии с частью 4 статьи 61 ГПК РФ, следует также определять значение вступившего в законную силу постановления и (или) решения судьи по делу об административном правонарушении при рассмотрении и разрешении судом дела о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесено это постановление (решение).

В обоснование предъявленных требований истец указала, что моральный вред, выразившейся в её физических страданиях и нравственных переживаниях, явился следствием дорожно-транспортного происшествия произошедшего в 10 часов 00минут 07 декабря 2017 года, на 190 км трассы «Р-256» ЗАТО Сибирский Алтайского края по вине водителя ФИО4, не справившегося с управлением автомобиля «КАМАЗ 5320», государственный регистрационный знак № следовавшего с прицепом №, государственный регистрационный знак №, допустившего наезд на стоящий автомобиль «Мазда Бонго», государственный регистрационный знак №, под управлением истца ФИО3. В результате полученного удара автомобиль истца совершил наезд на стоящий автомобиль «МАН TGS263606X22BLWW», государственный регистрационный знак № с прицепом «Шмитц», государственный регистрационный знак № и автомобиль «Субару Импреза», государственный регистрационный знак №.

Действительно, постановлением Новоалтайского городского суда Алтайского края от 21 марта 2018 года водитель ФИО4 был признан виновным в совершении правонарушения, предусмотренного ч.1 ст. 12.24 КоАП РФ. Судебное постановление вступило в силу. Истец сообщила, что в результате указанного выше дорожно-транспортного происшествия, согласно экспертному заключению № от 03 января 2018 года, ей была причинена **. Полученные в результате ДТП телесные повреждения образовались от воздействия тупых твердых предметов, какими могли являться выступающие детали салона движущегося транспортного средства в условиях дорожно-транспортного происшествия, и в совокупности причинили легкий вред по признаку кратковременного расстройства здоровья на срок не свыше 21 дня.

Факт получения указанного выше физического вреда при указанных выше обстоятельства совершения ДТП, а так же наличие причинной связи между полученными телесными повреждениями и действиями водителя ФИО4 подтверждены указанным выше судебным постановлением от 21 марта 2018 года, и повторному доказыванию в судебном порядке не подлежит.

Поскольку в рассматриваемом случае вред причинен при использовании автотранспортного средства, гражданско-правовая ответственность за причинение вреда наступает для ответчика независимо от вины, как владельца источника повышенной опасности, каковым в силу прямого указания ч.1 ст.1079 ГК РФ является движущийся автомобиль.

В судебном заседании виновность участника дорожно-транспортного происшествия ФИО4 не оспорена. Установлено, что правонарушение было совершено при наличии неосторожной формы вины в действиях водителя автомобиля «КАМАЗ 5320». 

Из материалов дела, письменных доказательств, пояснений ответчика и третьего лица установлено, что собственником автомобиля «КАМАЗ 5320», имеющего государственный регистрационный знак № и прицепа №, имеющего государственный регистрационный знак №, действительно является ответчик – ФИО2. Автомобиль им передан во временное пользование, без заключения договора аренды, старшему сыну – Ц.И.С., являющемуся индивидуальным предпринимателем. Между последним и ФИО4 на момент ДТП 07 декабря 2017 года существовало трудовое соглашение с правом управления указанным транспортным средством. Собственник указанного автомобиля ФИО2 сообщил, что признает факт причинения в результате дорожно-транспортного происшествия физического вреда потерпевшей ФИО3. 

Таким образом, каких-либо оснований, освобождающих ФИО2 от ответственности по возмещению морального вреда не установлено. Требования о возмещении имущественного вреда связанного с лечением, а так же восстановлением поврежденного автомобиля в рамках рассматриваемого дела ФИО3 не заявлены.

В обоснование требований о компенсации морального вреда ФИО3 сообщила, что следствием полученной в результате дорожно-транспортного происшествия ** травмы явились постоянные головные боли, тошнота. У неё был нарушен сон, появились необоснованные страхи, связанные с управлением транспортным средством. Вследствие указанного выше она была вынуждена обращаться к неврологу, проходить медикаментозное лечение, ей так же было рекомендовано санаторно-курортное лечение. 

Участвующий в судебном заседании ответчик ФИО2 заявил, что исковые требования признаёт частично, так как считает требования ФИО3 необоснованно завышенными.

Разрешая заявленный спор по существу, суд, руководствуется ст. ст. 151, 1064, 1068, 1085, 1100-1101 ГК РФ и исходит из того, что компенсация специфического вида вреда - морального вреда, причиненного источником повышенной опасности, при установленных выше обстоятельствах совершения ДТП осуществляется владельцем источника повышенной опасности. При этом характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактически установленных в ходе рассмотрения спора обстоятельств, при которых был причинен моральный вред и индивидуальных особенностей потерпевшей.

В соответствии со статьей 1101 Гражданского кодекса РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме; размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий; при определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости; характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего. 

На данное обстоятельство указывает и Пленум Верховного Суда Российской Федерации в Постановлении от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», в силу которого размер компенсации морального вреда зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

При этом разумность и справедливость компенсации являются оценочными понятиями, и должны определяться из оценки совокупности данных об обстоятельствах причинения вреда, о характере травмы и вызванных ею страданиях и переживаниях потерпевшего, оцениваться исходя из возможности загладить денежной компенсацией эти переживания, но не приводя компенсацию морального вреда в способ материального обогащения потерпевшего.

Согласно разъяснениям, содержащимися в п. 32 Постановления Пленума Верховного суда РФ № 1 от 26 января 2010 года «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания. 

При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Суд, оценивая степень физических и нравственных страданий истца, исходит из того, что ФИО3 испытывала физическую боль, как во время причинения травмы, так и в период последовавшего за этим лечения.

Судом установлено, что полученные истцом в результате ДТП повреждения в своей совокупности причинили легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья на срок не свыше 21 дня. Доказательств причинения более тяжкого вреда здоровью истцом суду не предоставлено. Суд полагает, что указанные в заключении эксперта № от 03 января 2018 года телесные повреждения, безусловно, причинили вред здоровью ФИО3, физические страдания и переживания, но вместе с тем, исходя из характера травмы, не сопровождались развитием угрожающей для её жизни ситуации, не влекли инвалидизации истца, не предполагали очень длительного влияния на её здоровье. 

Суд не может признать убедительным доводы истца о том, что лишь полученная при указанных выше обстоятельствах дорожно-транспортного происшествия травма требовала прохождения длительного реабилитационного курса с нахождением в условиях санатория «Металлург» г. Эсентуки Ставропольского края. Согласно предоставленного для изучения суда заключения невролога ООО «Нейроклиника Карпова» Н.С.Э., данного по результатам обследования ФИО3, ** лет, последней действительно было рекомендовано санаторно-курортное лечение. Однако, как следует из результатов осмотра данная рекомендация была дана исходя из наличия у больной совокупности заболеваний, связанных не только с состоянием после ЗЧМТ, ** 07 декабря 2017 года, но и наличия ** и других заболеваний.

При этом суд считает необходимым принять во внимание и учесть при вынесении решения по иску факт действительного обращения ФИО3 к психотерапевту в период нахождения в санатории «Металлург» 05 февраля 2018 года в связи с посттравматическим стрессовым расстройством и рекомендации по проведению курса психотерапии.

Не предоставление ФИО3 в судебное заседание доказательств (медицинских рекомендаций и заключений), подтверждающих обоснованность услуг ООО «ТЕСЛАМЕД-БАРНАУЛ», не позволяет суду установить причинную связь между причиненным истцу в результате дорожно-транспортным происшествием вредом и целесообразностью платных медицинских услуг, оказываемых данной организацией на основании лицензии № ЛО-22-01-004582. Предоставленные документы подтверждают лишь наличие соглашения об оказании медицинских услуг, не раскрывая их сути.

Суд рассматривает иск исходя из объема предоставленных в судебное заседание доказательств, учитывая, что участникам спроса судом были разъяснены положения ст.56 ГПК РФ в силу которой, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Определяя объем ответственности ответчика, суд исходит из того, что закон, устанавливая ответственность владельца источника повышенной опасности вне зависимости от его вины, требует от владельца источника повышенной опасности, водителя, движущегося транспортного средства, повышенного внимания и контроля, с тем, чтобы избежать негативного воздействия источника повышенной опасности на окружающих.

Суд полагает, что приведенные в исковом заявлении и в судебном заседании аргументы о появлении страхов, связанных с вождением транспортного средства ФИО3 документально не подтверждены, а поэтому не могут быть приняты обоснованными.

Вместе с тем суд принимает во внимание и учитывает, что причинение повреждений и страданий в сложившейся дорожной ситуации вследствие грубой неосторожности водителя ФИО4, управлявшим автомобилем «КАМАЗ» с прицепом, действительно явилось для ФИО3 сильным психологическим потрясением. Таким образом, суд приходит к выводу о том, что моральный вред, в возмещение которого истец вправе требовать денежную компенсацию, выразился как в физических, так и нравственных страданиях истца.

Оценив установленные выше обстоятельства, принимая во внимание, что право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции РФ, с учетом индивидуальных особенностей истца, тяжести причинённых телесных повреждений и длительности расстройства здоровья, обстоятельств совершения дорожно-транспортного происшествия, отсутствия в нём вины ФИО3, принимая во внимание и учитывая имущественное положение ответчика ФИО2, наличие у него семи несовершеннолетних иждивенцев, двое из которых являются инвалидами детства, факт признания ответчиком необходимости компенсации вреда причиненного здоровью истца в результате рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия от07 декабря 2017 года, суд находит, что отвечающим требованиям разумности и справедливости в рассматриваемом случае будет взыскание с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда в размере 30000 руб. Указанная денежная сумма, по мнению суда, является соразмерной причинным ФИО3 физическим и нравственным страданиям. Оснований для удовлетворения иска в остальной части заявленных требований суд не усматривает и полагает необходимым в указанной части иска отказать.

В соответствии со ст.98 ГПК РФ с ФИО2 в пользу ФИО3 подлежит взысканию уплаченная истцом государственная пошлина в размере 300 рублей. 

Руководствуясь ст.ст. 194, 197-198 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

Иск ФИО3 к ФИО2 о компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО3 в качестве компенсации морального вреда 30000 (тридцать тысяч) рублей 00 копеек.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО3 расходы по оплате государственной госпошлины в размере 300 (триста рублей) рублей.

Решение может быть обжаловано в Алтайский краевой суд через Новичихинский районный суд в течение одного месяца с момента изготовления решения в окончательной форме, а именно с 02 ноября 2018 года.

Председательствующий 

судья Новичихинского районного суда

Алтайского края Томаровский А.А.