К делу № 2-2143/2020

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

20 июля 2020 года г. Майкоп

Майкопский городской суд Республики Адыгея в составе:

председательствующего – судьи Зубкова Г.А., 

при секретаре судебного заседания Бешуковой С.Б.,

с участием истца ФИО1 и его представителя ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Банку ВТБ (ПАО) о признании кредитного договора недействительным в части и взыскании денежных средств,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с иском к ответчику о признании кредитного договора недействительным в части и взыскании денежных средств защите прав потребителя. В обоснование иска указал, что 11.03.2020г. между ним и ответчиком в РОО Майкопский 4655 был заключен кредитный оговор № на общую сумму 441 112 рублей. Как указывает истец, при получении кредита ему была навязана страховка в страховой группе «Согаз», полис «Финансовый резерв» и услуги ООО «Консилиум М.Д.» в сумме 2900 рублей.

Денежные средства были переведены истцу в размере 400 000 рублей, а в договоре указана общая сумма 441 112 рублей, т.е. сумма кредита увеличена на страховую часть 41 112 рублей.

В дальнейшем денежные средства в размере 2900 рублей истцу были возвращены.

Таким образом, страховая премия составила 38 112 рублей.

Считает, что банк, предоставляя финансовые услуги, нарушил требования действующего законодательства, поскольку в заключенном договоре содержится условие, которое ущемляет установленные законом права потребителя. Согласно договору, предоставление кредита обусловлено услугами страхования жизни и здоровья заемщика, что свидетельствует о нарушении пункта 2 статьи 16 Закона № 2300-1 «О защите прав потребителей», в соответствии с которым запрещается обуславливать приобретение одних товаров (работ, услуг) обязательным приобретением иных товаров (работ, услуг).

Следовательно, включение в кредитный договор условия об обязанности заемщика застраховать риски потери постоянного места работы, фактически является условием поучения кредита, и свидетельствует о злоупотреблении свободой договора со стороны ответчика. 

Поэтому его нарушение, в виде обязательности заключения договора страхования, которым банк обусловил выдачу кредита, влечет за собой недействительность данной части договора. У заемщика не было возможности заключить кредитный договор без данного условия, так как доказательством того, что предоставление банком услуги по кредитованию обусловлено предоставлением другой услуги (страхование потери трудоспособности и невозврата кредита) являются сама форма документа изначально, предполагающая как обязательное страхование, так и ограниченный перечень страховых компаний. 

С учетом уточненных требований просил суд признать недействительным кредитный договор № № в части предоставления кредита в размере 441 112 руб.; - применить реституцию и взыскать с ответчика в пользу истца денежные средства в размере 38 112 руб. коп.; - взыскать с ответчика в пользу истца денежные средства в размере 50% от присужденной суммы в качестве штрафа за неудовлетворение требований потребителя, неустойку в размере 52 578 руб., а также взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 10 000 руб. и расходы на оплату услуг представителя в размере 20 000 руб.

В судебном заседании истец и его представитель заявленные требования поддержали, просили их удовлетворить в полном объеме.

Представитель ответчика в судебное заседание не явился, представил письменный отзыв, в котором просил в удовлетворении иска отказать.

Выслушав доводы истца и его представителя, исследовав представленные доказательства, суд считает, что в удовлетворении исковых требований ФИО1 надлежит отказать по следующим основаниям.

Как установлено в судебном заседании, 11.03.2020г. между истцом и ответчиком был заключен кредитный договор № на общую сумму 441 112 рублей, с уплатой процентов в размере 8, 8749 % и сроком до 13.03.2023г. 

Как указывает истец, подписывая предложенную форму договора, он полагал, что условие подключения к программе коллективного страхования являлось обязательным условием заключения кредитного договора и у него не было возможности заключить кредитный договор без данного условия.

Между тем, из представленной Анкеты – Заявления истца на получение кредита от 11.03.2020г. усматривается, что заемщик выразил согласие на приобретение дополнительной услуги по страхованию жизни и здоровья ( п.13 Анкеты). 

Кроме того, согласно Анкете истец был уведомлен, что приобретение/отказ от дополнительных услуг Банка по обеспечению услуг страхования не влияет на решение Банка о предоставлении кредита.

Так же был уведомлен о стоимости услуг АО «СОГАЗ» по предоставлению услуги страхования жизни и здоровья, а также согласился с размером страховой премии в сумме 38 112,00 рублей.

На основании указанного заявления истец был подключен к Программе коллективного страхования физических лиц по страховому продукту «Финансовый резерв» программ «Оптима» и выдан полис, согласно которому страховщиком является АО «СОГАЗ».

Отказывая в удовлетворении иска, суд исходит из следующего.

Согласно п. 1 ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

Пункт 1 ст. 422 ГК РФ устанавливает необходимость соответствия договора обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующими в момент его заключения.

В силу ст. 934 ГК РФ по договору личного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию), уплачиваемую другой стороной (страхователем), выплатить единовременно или выплачивать периодически обусловленную договором сумму (страховую сумму) в случае причинения вреда жизни или здоровью самого страхователя или другого названного в договоре гражданина (застрахованного лица), достижения им определенного возраста или наступления в его жизни иного предусмотренного договором события (страхового случая). Право на получение страховой суммы принадлежит лицу, в пользу которого заключен договор.

Договор личного страхования считается заключенным в пользу застрахованного лица, если в договоре не названо в качестве выгодоприобретателя другое лицо.

Договор личного страхования в пользу лица, не являющегося застрахованным лицом, в том числе в пользу не являющегося застрахованным лицом страхователя, может быть заключен лишь с письменного согласия застрахованного лица.

Обязанность страховать свою жизнь или здоровье не может быть возложена на гражданина по закону (п. 2 ст. 935 ГК РФ).

Приведенные правовые нормы свидетельствуют о том, что при заключении кредитного договора заемщик может застраховать свою жизнь и здоровье в качестве способа обеспечения исполнения обязательств и в этом случае в качестве выгодоприобретателя может быть указан банк.

При предоставлении кредитов банки не вправе самостоятельно страховать риски заемщиков. Однако это не препятствует банкам заключать соответствующие договоры страхования от своего имени в интересах и с добровольного согласия заемщиков.

Согласно ст. 16 Закона РФ "О защите прав потребителей" условия договора, ущемляющие права потребителя по сравнению с правилами, установленными законами или иными правовыми актами Российской Федерации в области защиты прав потребителей, признаются недействительными.

Если в результате исполнения договора, ущемляющего права потребителя, у него возникли убытки, они подлежат возмещению изготовителем (исполнителем, продавцом) в полном объеме.

Запрещается обусловливать приобретение одних товаров (работ, услуг) обязательным приобретением иных товаров (работ, услуг). Убытки, причиненные потребителю вследствие нарушения его права на свободный выбор товаров (работ, услуг), возмещаются продавцом (исполнителем) в полном объеме.

По смыслу приведенных правовых норм только лишь включение в кредитный договор условия об обязанности заемщика застраховать свою жизнь и здоровье, фактически являющееся условием получения кредита, свидетельствует о злоупотреблении свободой договора.

Между тем, согласно заявлению от 11.03.2020г. истец выразил желание быть застрахованным на весь период действия кредитного договора, и в данном заявлении он подтвердил, что ему известно, что условие о страховании не является обязательным для заключения кредитного договора. Также указано, что при выборе страховой компании заемщик действует добровольно.

Доказательств того, что отказ истца от заключения договора страхования мог повлечь отказ в заключении кредитного договора, истцом суду представлено не было.

Учитывая, что предоставление кредитов связано с финансовыми рисками банка ввиду возможной неплатежеспособности заемщика или наступления иных обстоятельств, препятствующих надлежащему исполнению денежного обязательства, то использование дополнительных мер защиты имущественных интересов, в том числе посредством страхования жизни и здоровья заемщика, не свидетельствует о нарушении прав потребителей банковских услуг.

Данное правило закреплено также в п. 4 Обзора судебной практики по гражданским делам, связанным с разрешением споров об исполнении кредитных обязательств (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 22 мая 2013 г.), согласно которому в качестве дополнительного способа обеспечения исполнения кредитного обязательства допускается добровольное страхование заемщиком риска своей ответственности и в кредитных договорах может быть предусмотрена возможность заемщика застраховать свою жизнь и здоровье в качестве способа обеспечения исполнения обязательств и в этом случае в качестве выгодоприобретателя может быть указан банк.

При этом п.4.1 названного Обзора определено, что злоупотреблением свободой договора в данном случае является фактически являющееся условием получения кредита включение в кредитный договор условия об обязанности заемщика застраховать свою жизнь и здоровье.

Между тем, как видно из текста заключенного между сторонами кредитного договора, стороны предусмотрели, что банк обязуется перечислить со счёта часть кредита для оплаты страховой премии страховщику, указанному в заявлении на страхование клиента, по соответствующему добровольно заключённому клиентом договору страхования жизни заёмщиков кредита.

Данное условие договора, по своему смыслу, указывает лишь на обязанность банка перечислить часть предоставляемых заемщику денежных средств в счет погашения обязательств заемщика перед третьим лицом – страховой компанией, и не является условием обязательного заключения договора страхования.

Каких либо иных условий, указывающих на необходимость заключения договора страхования, либо его заключения с конкретной страховой организацией, названный кредитный договор не содержит.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу об отсутствии оснований для признания оспариваемых пунктов кредитного договора действующему законодательству и взыскании соответствующих денежных средств.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ суд,

Р Е Ш И Л:

в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ПАО Банк «ВТБ» о признании недействительным кредитного договора № от 11.03.2020г., заключенного между ФИО1 и ПАО Банк «ВТБ», в части включения в него страховой премии в размере 38 112 руб., взыскании уплаченной страховой премии в размере 38 112 руб., а также во взыскании штрафа за нарушение прав потребителя, компенсации морального вреда в размере 10 000 руб., неустойки в размере 52 578 руб. и расходов на оплату услуг представителя в размере 20 000 руб. – отказать.

На решение суда может быть подана апелляционная жалоба в Верховный суд Республики Адыгея через Майкопский городской суд в течение месяца со дня составление мотивированного решения.

Мотивированное решение изготовлено 27.07.2020г.

Председательствующий: -подпись- Г.А.Зубков

Уникальный идентификатор дела 01RS0004-01-2020-004047-07

Подлинник находится в материалах дела № 2-2143/2020 в Майкопском городском суде Республики Адыгея.