Дело № 2-1858/2017

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Барнаул 20 июля 2017 года

Октябрьский районный суд г. Барнаула Алтайского края в составе: председательствующего судьи Скляр А.А., 

при секретаре Вакаевой Е.Ю.,

с участием прокурора Антюхиной С.И.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Краевому государственному бюджетному учреждению социального обслуживания «Краевой кризисный центр для женщин» о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ответчику, в котором просила суд восстановить ее на работе в Краевом государственном бюджетном учреждении социального обслуживания «Краевой кризисный центр для женщин» (далее по тексту КГБУСО «Краевой кризисный центр для женщин») в соответствии с соглашением № от 21.11.2016 к Трудовому договору № от 09.11.2015, взыскать с ответчика в ее пользу средний заработок за время вынужденного прогула по день восстановления на работе из расчета 

<

данные изъяты> в месяц, взыскать неначисленную и невыплаченную заработную плату в размере 

<

данные изъяты> и 

<

данные изъяты> отпускных. 

В обоснование заявленных исковых требований ссылалась на то, что с 09 ноября 2015 года работала в КГБУСО «Краевой кризисный центр для женщин» в должности специалиста по социальной работе на 0,75 ставки. Приказом № от 29.05.2017 была уволена по п.1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации. 

Свое увольнение считает незаконным, поскольку не было реального изменения условий труда, вакансии специалистов по социальной работе не были сокращены. Имелись вакансии кроме той же должности, но с большей заработной платой. 

В связи с незаконным увольнением истица просит взыскать в ее пользу заработную плату за время вынужденного прогула. 

В исковом заявлении ФИО1 также указывает на то, что с ноября 2016 года дополнительным соглашением № ей была установлена ежемесячная заработная плата в размере 

<

данные изъяты> При этом, размер заработной платы определялся исходя из МРОТ равного 

<

данные изъяты>., однако на территории Алтайского края заработная плата не может быть меньше 

<

данные изъяты>., согласно Региональному соглашению между Администрацией Алтайского края, Алтайским краевым союзом организаций профсоюзов и краевым объединением работодателей «О размере минимальной заработной платы в Алтайском крае на 2016-2018 годы» от 20.04.2016. 

Истица также просит взыскать в ее пользу 

<

данные изъяты> недоплаченных отпускных. 

Размер компенсации морального вреда истица оценила в сумме 

<

данные изъяты>

Определением Октябрьского районного суда города Барнаула от 20.07.2017 исковые требования о взыскании с ответчика неначисленной и невыплаченной заработной платы, компенсации за отпуск и компенсации морального вреда в связи с невыплатой заработной платы выделены в отдельное производство. 

Предметом рассмотрения настоящего спора являются требования ФИО1 о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда за незаконное увольнение. 

В судебное заседание истица не явилась, извещена судом надлежащим образом (л.д. 142), заявила ходатайство о рассмотрении спора в ее отсутствие (л.д. 128).

Ранее в судебном заседании ФИО1 поддерживала свои исковые требования, просила их удовлетворить. 

Представитель истицы ФИО2, действующий по ордеру, поддержал исковые требования, просил их удовлетворить.

Представитель ответчика ФИО3 возражал против удовлетворения исковых требований, ссылаясь на их незаконность и необоснованность. 

Прокурор Антюхина С.И. дала заключение о незаконности увольнения истицы, поскольку была нарушена процедура увольнения, а именно, ее не поставили в известность за два месяца о предстоящем изменении условий трудового договора, кроме того, ей не были предложены все имеющиеся вакантные должности. Просила суд восстановить истицу на работе в ранее занимаемой должности. 

Изучив материалы дела, выслушав представителей сторон, прокурора, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований по следующим основаниям. 

Как установлено судом и это подтверждается материалами настоящего гражданского дела, приказом КГБОСО «Краевой кризисный центр для женщин» от 09.11.2015 № ФИО1 была принята в отделение ранней помощи семье на должность специалиста по социальной работе на 0,75 ставки профессиональной квалификационной группы «Должности специалистов второго уровня, осуществляющих предоставление социальных услуг» (л.д. 59). 

09 ноября 2015 года между КГБОСО «Краевой кризисный центр для женщин» (работодателем) и ФИО1 (работником) был заключен трудовой договор №, по условиям которого ФИО1 принята на должность специалиста по социальной работе 0,75 ставки Отделения ранней помощи семье профессиональной квалификационной группы «Должности специалистов второго уровня, осуществляющих предоставление социальных услуг» по 1 квалификационному уровню (л.д. 7-10)

Согласно п.3 данного договора он заключен на неопределенный срок. 

В пункте 16 Договора продолжительность рабочей недели установлена 40 часов. 

В связи с изменением минимального размера оплаты труда 11.01.2016 и 21.11.2016 с истцом ФИО1 были заключены дополнительные соглашения к Трудовому договору, в части размера оплаты труда. 

Кроме того, дополнительным соглашением № к Трудовому договору от 21.11.2016 работнику была установлена неполная рабочая неделя со следующим режимом рабочего времени: 

четырехдневная рабочая неделя с тремя выходными днями: пятница, суббота и воскресенье. Время работы: начало в 09.00 часов, окончание в 17.00 часов; перерыв для отдыха и питания в течение рабочего дня с 13.00 часов до 13.30 часов (л.д. 12). 

Приказом от 29.05.2017 № ФИО1 была уволена по п.7 ч.1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации (л.д. 61).

Согласно п. 7 ч.1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации основанием прекращения трудового договора является отказ работника от продолжения работы в связи с изменением определенных сторонами условий трудового договора (часть четвертая статьи 74 настоящего Кодекса).

Конституционный Суд Российской Федерации в Определении N 1165-О-О от 29.09.2011 указал, что ч. 1 ст. 74 Трудового кодекса Российской Федерации, предусматривая в исключение из общего правила об изменении определенных сторонами условий трудового договора только по соглашению сторон (ст. 72 данного Кодекса) возможность одностороннего изменения таких условий работодателем, в то же время ограничивает данное право работодателя только случаями невозможности сохранения прежних условий вследствие изменений организационных или технологических условий труда. Одновременно законодателем установлены гарантии, предоставляемые работнику в случае одностороннего изменения работодателем условий трудового договора: запрет изменения трудовой функции работника; определение минимального срока уведомления работника о предстоящих изменениях; обязанность работодателя в случае несогласия работника работать в новых условиях предложить ему в письменной форме другую имеющуюся работу, которую работник может выполнять с учетом состояния его здоровья; запрет ухудшения положения работника по сравнению с установленным коллективным договором, соглашением при изменении условий трудового договора.

Такое правовое регулирование направлено на обеспечение баланса прав и законных интересов сторон трудового договора, имеет целью обеспечить работнику возможность продолжить работу у того же работодателя либо предоставить работнику время, достаточное для принятия решения об увольнении и поиска новой работы.

Согласно разъяснений, содержащихся в п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 2 от 17.03.2004 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", разрешая дела о восстановлении на работе лиц, трудовой договор с которыми был прекращен по п. 7 ч. 1 ст. 77 Кодекса (отказ от продолжения работы в связи с изменением определенных сторонами условий трудового договора), либо о признании незаконным изменения определенных сторонами условий трудового договора при продолжении работником работы без изменения трудовой функции (ст. 74 Трудового кодекса Российской Федерации), необходимо учитывать, что исходя из ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации работодатель обязан, в частности, представить доказательства, подтверждающие, что изменение определенных сторонами условий трудового договора явилось следствием изменений организационных или технологических условий труда, например изменений в технике и технологии производства, совершенствования рабочих мест на основе их аттестации, структурной реорганизации производства, и не ухудшало положения работника по сравнению с условиями коллективного договора, соглашения. При отсутствии таких доказательств прекращение трудового договора по п. 7 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации или изменение определенных сторонами условий трудового договора не может быть признано законным.

В силу положений ст. ст. 21, 22 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на заключение, изменение и расторжение трудового договора в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, иными федеральными законами. Работодатель имеет право заключать, изменять и расторгать трудовые договоры с работниками в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом, иными федеральными законами.

Согласно ст. 72 названного Кодекса изменение определенных сторонами условий трудового договора, в том числе перевод на другую работу, допускается только по соглашению сторон трудового договора, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Соглашение об изменении определенных сторонами условий трудового договора заключается в письменной форме.

В соответствии со ст. 74 Трудового кодекса Российской Федерации в случае, когда по причинам, связанным с изменением организационных или технологических условий труда (изменения в технике и технологии производства, структурная реорганизация производства, другие причины), определенные сторонами условия трудового договора не могут быть сохранены, допускается их изменение по инициативе работодателя, за исключением изменения трудовой функции работника.

Приказом КГБОСО «Краевой кризисный центр для женщин» от 28.03.2017 № в целях реализации Федерального закона от 28.12.2013 N 442-ФЗ «Об основах социального обслуживания граждан в Российской Федерации», в рамках повышения качества предоставляемых социальных услуг в целях эффективного использования рабочего времени был установлен режим рабочего времени.

В частности, для специалистов по социальной работе на 0,75 ставки была установлена пятидневная рабочая неделя, время работы с 09.00 до 15.30 часов, перерыв на обед с 13.00 – 13.30 часов (л.д. 129). 

В судебном заседании представитель ответчика давал подробные пояснения по вопросу необходимости изменения режима рабочего времени. 

Данная необходимость была вызвана требованиями повышения качества оказываемых Центром услуг. Характер работы Центра требовал необходимости работы специалистов по пятидневной рабочей неделе, с двумя, а не тремя выходными днями, как ранее работала истица. 

Так, ежедневно в Центре работают два специалиста по социальной работе. Один специалист сопровождает женщину за пределами центра для решения ее вопросов, а другой специалист обязан находиться в центре для оказания помощи в решении повседневных потребностей клиентов (выдача постельного белья, детского питания, детских подгузников и т.п.), а также прием вновь поступивших женщин, запись их на беседу и консультацию с психологами, юристами и т.п. (л.д. 140 оборотная сторона). 

Учитывая, что дополнительным соглашением ФИО1 был установлен режим рабочего времени в виде четырех рабочих дней, то переход на пятидневную рабочую неделю свидетельствует об изменении одного из существенных условий трудового договора – режим рабочего времени (ст. 57 Трудового кодекса Российской Федерации), изменение которого должно производиться с соблюдением требований ст. ст. 72, 74 Трудового кодекса Российской Федерации.

Согласно ст. 74 Трудового кодекса Российской Федерации в случае о предстоящих изменениях определенных сторонами условий трудового договора, а также о причинах, вызвавших необходимость таких изменений, работодатель обязан уведомить работника в письменной форме не позднее чем за два месяца, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом.

Если работник не согласен работать в новых условиях, то работодатель обязан в письменной форме предложить ему другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья. При этом работодатель обязан предлагать работнику все отвечающие указанным требованиям вакансии, имеющиеся у него в данной местности. Предлагать вакансии в других местностях работодатель обязан, если это предусмотрено коллективным договором, соглашениями, трудовым договором.

28 марта 2017 года ФИО1 была уведомлена об изменении с 29 мая 2017 года режима рабочего времени, а именно, переход на пятидневную рабочую неделю – понедельник, вторник, среда, четверг, пятница (суббота и воскресенье выходные дни). Рабочее время с 09.00 до 15.30 часов, обеденный перерыв с 13.00 до 13.30 часов (л.д. 55). 

Работодатель также выполнил обязанность и подробно в этом уведомлении указал причины, вызвавшие такую необходимость. Данное уведомление ФИО1 подписала лично (л.д. 55). 

29 мая 2017 года ФИО1 было предложено подписать Дополнительное соглашение № к Трудовому договору об изменении режима рабочего времени на пятидневную рабочую неделю (л.д. 138), на данное предложение она ответила отказом, о чем был составлен акт за подписью директора, заведующего отделением ранней помощи семье, документоведа (л.д. ____). 

Данные обстоятельства подтвердила сама истица в судебном заседании (л.д. 123 оборотная сторона). 

В силу ст. 74 Трудового кодекса Российской Федерации если работник не согласен работать в новых условиях, то работодатель обязан в письменной форме предложить ему другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья. При этом работодатель обязан предлагать работнику все отвечающие указанным требованиям вакансии, имеющиеся у него в данной местности. Предлагать вакансии в других местностях работодатель обязан, если это предусмотрено коллективным договором, соглашениями, трудовым договором.

Представителем ответчика были представлены сведения о наличии у ФИО1 следующего образования – высшее образование – специалист социально-культурного сервиса и туризма (диплом гуманитарного факультета Томского Политехнического университета).

В материалах дела имеется письменная справка о наличии в КГБОСО «Краевой кризисный центр для женщин» вакантных мест по состоянию на май 2017 года (справка называется сведения о потребностях в работниках, наличии свободных рабочих мест (вакантных должностей)) (л.д. ____), согласно которой имелась одна вакансия психолога.

Однако ФИО1 не могла занимать данную должность в связи с отсутствием соответствующего образования. 

Так, согласно профессиональному стандарту "Психолог в социальной сфере", утв. Приказом Минтруда России от 18.11.2013 N 682н, для занятия данной должности требуется высшее образование по профилю профессиональной деятельности.

Судом исследовался также тарификационный список работников на 28.03.2017, согласно которому на данную дату в КГБОСО «Краевой кризисный центр для женщин» имелись вакансии бухгалтера и документоведа. 

В соответствии с профессиональным стандартом "Специалист по управлению документацией организации", утв. Приказом Минтруда России от 10.05.2017 N 416н, для должности документоведа требуется высшее образование – бакалавриат, а также дополнительное профессиональное образование - программы профессиональной переподготовки по профилю деятельности. 

В данном случае согласно должностной инструкции документоведа требовалось получение профессионального обучения по программе государственных закупок. 

Кроме того, по состоянию на 29 мая 2017 года данная должность уже не была вакантной, поскольку была занята ФИО3 с 04 апреля 2017 года. 

Что касается вакантной должности бухгалтера, то ФИО1 также не имела образования для занятия этой должности, предусмотренного профессиональным стандартом "Бухгалтер», утв. Приказом Минтруда России от 22.12.2014 N 1061н.

Поскольку в КГБОСО «Краевой кризисный центр для женщин» имелась также вакансия специалист по социальной работе на полную ставку, то на протяжении всего периода с момента уведомления истицы об изменении существенных условий трудового договора, а именно, режима рабочего времени, с 28 марта 2017 года по 29 мая 2017 года ей неоднократно предлагалась эта единственная вакантная должность, которую она могла занимать с учетом своего профессионального образования. 

В частности, такие предложения поступали истице от работодателя 24, 25 и 29 мая 2017 года.

В материалах дела имеется письменное предложение от 24.05.2017, в котором имеется личная подпись ФИО1 и ее выраженный отказ от занятия предложенной ей должности (л.д. 15, 54); а также неподписанные истицей письменные предложения от 25, 29 мая 2017 года (л.д. 53, 49). 

Согласно актам от 25.05.2017 и 29.05.2017, ФИО1 отказалась подписывать письменное предложение о переводе на вакантную должность специалиста по социальной работе на полную ставку (л.д. 50, 51). 

Вопреки доводам представителя истицы суд не находит оснований не доверять данным актам, поскольку в них подробно зафиксировано место и время, когда истице было сделано предложение о переводе на другую работу, они подписаны руководящими должностными лицами учреждения. 

Кроме того, в судебном заседании была допрошена в качестве свидетеля заведующая отделением ранней помощи семье Д.., которая дала показания о том, что в ее присутствии дважды 25 и 29 мая 2017 года ФИО1 в кабинете директора предлагалось занять вакантную должность специалиста по социальной работе на полную ставку, однако истица отказалась от этой должности, а также от подписания документа о своем отказе (л.д. _______). 

Судом исследовались и проверились также табели учета рабочего времени, штатное расписание за период с марта 2017 по май 2017 и установлено, что в период с 28 марта 2017 года по 29 мая 2017 года других вакантных должностей в КГБОСО «Краевой кризисный центр для женщин» не было. 

Сама истица, а также ее представитель данные обстоятельства в судебном заседании не оспаривали. 

Напротив, подтверждали, что в КГБОСО «Краевой кризисный центр для женщин» имелась только одна вакансия, которую могла занимать ФИО1 ВЫ. с учетом своего профессионального образования это специалист по социальной работе. 

С учетом изложенных обстоятельств, суд приходит к выводу о том, что 29 мая 2017 года работодатель имел полные основания для вынесения приказа об увольнении истицы по п.1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации. 

Процедура увольнения соблюдена, нарушений прав истицы не установлено. 

Что касается доводов представителя истицы, озвученных в судебном заседании 20.07.2017 о том, что двухмесячный срок необходимо исчислять с 29 мая 2017 года, когда истице было предложено подписать дополнительное соглашение № об изменении существенных условий трудового договора, то суд с ними не соглашается, по следующим основаниям. 

В ст. 74 Трудового кодекса Российской Федерации установлен только один срок – 2 месяца для уведомления работника о предстоящих изменениях определенных сторонами условий трудового договора. 

Как уже было указано по тексту решения выше, этот срок необходим для принятия работником решения о продолжении работы у того же работодателя на новых измененных условиях либо предоставить ему время, достаточное для принятия решения об увольнении и поиска новой работы.

При этом, действующее законодательство, не возлагает на работодателя обязанности продолжать с работником трудовые отношения на прежних условиях еще два месяца, как об этом указывается представителем ответчика. 

На основании изложенного, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО1 о восстановлении на работе. 

Как взаимосвязанные не подлежат удовлетворению исковые требования ФИО1 о взыскании с КГБОСО «Краевой кризисный центр для женщин» заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда за увольнение. 

Руководствуясь ст. ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО1 к Краевому государственному бюджетному учреждению социального обслуживания «Краевой кризисный центр для женщин» о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда оставить без удовлетворения. 

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Алтайского краевого суда через Октябрьский районный суд города Барнаула в течение месяца со дня его принятия в полном объеме. 

Председательствующий А.А. Скляр 

Мотивированное решение изготовлено 25 июля 2017 года.