Дело № 2-15/20

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

12 мая 2020 года г.о. Подольск 

Климовский городской суд Московской области в составе:

председательствующего судьи Малаховой Е.Б. 

при секретаре Барановой В.П., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании договора купли-продажи квартиры недействительным, признании права собственности в порядке наследования, истребовании имущества от добросовестного приобретателя, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском (с учетом имеющихся уточнений) к ФИО2, ФИО3 о признании недействительным заключенного 01.10.2018г. между ФИО4 и ФИО2 договора купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, признании права собственности на квартиру в порядке наследования по завещанию после смерти ФИО4, истребовании имущества от добросовестного приобретателя ФИО3 В обоснование своих исковых требований указал, что он (истец) является родным братом ФИО4, умершего ДД.ММ.ГГГГ, и наследником последнего по завещанию; оспариваемая сделка нарушает его права как наследника по завещанию; в силу имеющихся заболеваний, а именно хронического алкоголизма, инвалидности, ФИО4 на момент совершения оспариваемой сделки не мог понимать значение своих действий, самостоятельно передвигался только в пределах квартиры, пользовался услугами социального работника; о том, что ФИО4 не понимал смысл подписываемого договора, свидетельствует то, что квартира была продана за наличные денежные средства, которые ФИО4 физически не мог пересчитать в связи с травмой руки, а также подписание им одновременно с договором передаточного акта, хотя квартира фактически передана не была; кроме того, другого места жительства и вариантов для проживания у ФИО4 не было.

Представитель истца по доверенности ФИО5 в судебное заседание явилась, на заявленных требованиях настаивает, вышеуказанный договор купли-продажи просит признать недействительным по основаниям, предусмотренным ст.177 ГК РФ, а именно в связи с тем, что ФИО4 в момент совершения сделки не понимал значения своих действий.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежаще, согласно ранее представленным письменным возражениям просит отказать в удовлетворении исковых требований ФИО1, поскольку продавец ФИО4 не состоит на учетах в ПНД/НД, не является недееспособным, суть сделки купли-продажи и значение своих действий понимал полностью, перед сделкой пояснял ему (ответчику), что после продажи квартиры поживет у дочери, а далее планирует приобрести дом и переехать жить в деревню; договор купли-продажи ФИО4 подписал лично в МФЦ, куда прибыл в день сделки, денежные средства в размере стоимости квартиры были получены ФИО4, о чем последним собственноручно написана расписка (л.д. 111). 

Ответчик ФИО3 и его представитель ФИО6, допущенная к участию в деле на основании ч.6 ст. 53 ГПК РФ по устному ходатайству ФИО3, в судебном заседании возражали против заявленных требований по тем основаниям, что проведенной по делу судебно-психиатрической экспертизой у умершего ФИО4 не установлено каких-либо психических расстройств, согласно выводам экспертов тот мог отдавать отчет своим действиям; спорная квартира не входит в состав наследственного имущества, так как на момент смерти ФИО4 уже была продана.

Третье лицо ФИО7 в судебное заседание явилась, поддержала позицию ответчика ФИО3 и его представителя. 

Представитель третьего лица ПАО Сбербанк в судебное заседание не явился, представил письменные возражения по иску, согласно которым для представления кредитных средств ФИО3 на приобретение спорной квартиры, Банком была проведена правовая экспертиза правоустанавливающих документов, оснований усомниться в правомочиях продавца на отчуждение жилого помещения не имелось; ФИО3 является добросовестным приобретателем спорной квартиры; доказательств, что ФИО4 в момент заключения договора купли-продажи квартиры находился в состоянии, когда он не был способен в полной мере понимать значение своих действий или руководить ими, истцом не представлено, заключением экспертизы указанные обстоятельства не подтверждаются, в связи с чем просит отказать в удовлетворении заявленных исковых требований (л.д. 229-230).

Представитель третьего лица Управления Росреестра по 

<

адрес> в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещался надлежащим образом.

Суд, выслушав объяснения явившихся лиц, изучив материалы дела, считает заявленные требования подлежащими отклонению по следующим основаниям.

Установлено, что истец ФИО1 является братом ФИО4, что подтверждается свидетельствами о рождении (л.д. 48, 49). ДД.ММ.ГГГГ наступила смерть ФИО4 (л.д. 39). При этом ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 было составлено завещание, в соответствии с которым он все свое имущество, какое ко дню смерти окажется ему принадлежащим, завещал ФИО1 (л.д. 42). В установленный законом срок истец ФИО1 обратился к нотариусу с заявлением о принятии наследства после смерти ФИО4, что следует из копии наследственного дела (л.д. 40). ДД.ММ.ГГГГ истцу по делу выдано свидетельство о праве на наследство по завещанию после смерти ФИО4 на наследство, состоящее из денежных вкладов, хранящихся в подразделении № Среднерусского банка ПАО Сбербанк на перечисленных в свидетельстве счетах (л.д.47). 

На момент смерти ФИО4 был зарегистрирован в 

<

адрес> (л.д. 43-44).

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО4 и ФИО2 в простой письменной форме был заключен договор купли-продажи квартиры, по которому ФИО4 продал ФИО2 квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>; стоимость квартиры составляет 3200000 руб. (л.д.13-14); государственная регистрация права собственности ФИО2 произведена ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 9).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 продал вышеуказанную квартиру ФИО3 (л.д. 71-72), при этом квартира приобреталась с использованием кредитных денежных средств, предоставленных ФИО3 ПАО Сбербанк в соответствии с заключенным между ними кредитным договором (л.д. 63-70). ДД.ММ.ГГГГ зарегистрировано право собственности ответчика ФИО3 на спорную квартиру с одновременной регистрацией ипотеки в пользу ПАО Сбербанк (л.д. 175). 

В силу ст. 1111 ГК РФ наследование осуществляется по завещанию и по закону.

Согласно ст.ст. 1112, 1113 ГК РФ в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности. Наследство открывается со смертью гражданина.

В соответствии с п.2 ст. 218 ГК РФ в случае смерти гражданина право собственности на принадлежащее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

Из разъяснений, содержащихся в п. 73 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О судебной практике по делам о наследовании», следует, что наследники вправе обратиться в суд после смерти наследодателя с иском о признании недействительной совершенной им сделки, в том числе по основаниям, предусмотренным статьями 177, 178 и 179 ГК РФ, если наследодатель эту сделку при жизни не оспаривал, что не влечет изменения сроков исковой давности, а также порядка их исчисления. 

Согласно ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения. 

В соответствии с ч.1 ст.56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В обоснование своих требований сторона истца ссылается на наличие у ФИО4 инвалидности, хронического алкоголизма, приведшего к нарушениям личности, которые не позволяли умершему осознавать значение своих действий и руководить ими, тогда как в действительности у ФИО4 не было намерений отчуждать спорную квартиру и/или менять место жительства, тот не мог в полной мере понимать природу совершаемой им сделки. 

Вместе с тем данные доводы не нашли своего подтверждения в ходе рассмотрения дела. 

Так, из показаний свидетелей ФИО8, ФИО9 действительно следует, что ФИО4 злоупотреблял спиртными напитками; пи этом ФИО9 поясняла суду, что ФИО4 был неприспособлен к жизни, «выпал из социума», в трезвом состоянии нервничал, мог впасть в истерику, а также сообщал ей про некую сделку с квартирой, по ее (свидетеля) мнению являющуюся договором ренты.

Однако вышеуказанные показания свидетеля ФИО10 сами по себе не могут служить безусловным доказательством неспособности ФИО4 понимать значение своих действий и осознавать природу заключаемой им сделки. Так, та же ФИО9 в судебном заседании поясняла, что ФИО4 упоминал, что нашел адрес фирмы (покупателя) в газете, впоследствии звонил ей сообщить, что «подписал квартиру», называл цену последней и т.д., то есть совершал последовательные и вполне осознанные действия, связанные с заключением сделки со спорной квартирой.

В материалах проверки, проведенной сотрудниками полиции в порядке ст. 145 УПК РФ по заявлению ФИО1, имеется объяснение социального работника ФИО11, посещавшей ФИО4 на протяжении 10 лет, из которого следует, что умерший злоупотреблял спиртными напитками («пил запоями по несколько недель, впоследствии мог не пить несколько месяцев»), однако сведений о наличии у него каких-либо психических отклонений указанное объяснение не содержит. 

При жизни ФИО4 на учете у нарколога и психиатра не состоял (л.д. 176, 191), имел третью группу инвалидности по общему заболеванию (л.д. 15). Как следует из имеющегося в материалах проверки заключения судебно-медицинской экспертизы трупа, смерть ФИО4 наступила от хронической алкогольной интоксикации с полиорганными поражениями, осложнившейся декомпенсацией хронической сердечной недостаточности.

В ходе рассмотрения дела по ходатайству представителя истца судом определением от ДД.ММ.ГГГГ было назначено проведение посмертной судебно-психиатрической экспертизы.

Согласно представленному заключению вышеуказанной экспертизы, экспертная комиссия пришла к выводу о том, что материалы дела не содержат сведений о наличии у ФИО4 какого-либо психического расстройства, слабоумия, иного болезненного состояния психики. При жизни ФИО4 обнаруживал признаки зависимости от алкоголя средней стадии, о чем свидетельствуют наличие запойных состояний, высокой толерантности к алкоголю, морально-этической деградации личности, а также данные медицинской документации, показания свидетелей в ходе судебных заседаний, акт судебно-медицинского исследования трупа. Однако материалы гражданского дела и представленной медицинской документации не содержат достоверных данных о наличии у ФИО4 в период времени, относящийся к составлению договора купли-продажи квартиры, ДД.ММ.ГГГГ нарушений мышления, эмоциально-волевой и интеллектуально - мнестической сферы, которые могли бы оказать существенное влияние на регуляцию правового поведения и свободы волеизъявления подэкспертного, поэтому на момент подписания договора купли-продажи квартиры, ДД.ММ.ГГГГ, ФИО4 мог понимать значение своих действий и руководить ими (л.д.201-202). 

Не доверять вышеуказанному экспертному заключению у суда нет оснований, поскольку экспертиза проведена государственным экспертным учреждением, эксперты предупреждены об уголовной ответственности по ст.307 УК РФ, вопросы, поставленные перед экспертами, относятся к их компетенции, в связи с чем суд считает возможным положить указанное экспертное заключение в основу решения суда.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что допустимых и достоверных доказательств недействительности заключенного между ФИО4 и ФИО2 договора купли-продажи квартиры по тем основаниям, что ФИО4 в момент его заключения не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, суду представлено не было, в связи с чем исковые требования ФИО1 о признании указанного договора недействительным подлежат отклонению.

При этом иные обстоятельства, о которых упоминала представитель истца в судебном заседании, в частности, отсутствие (необнаружение) в квартире после смерти ФИО4 денежных средств, переданных ему согласно расписке, предполагаемое неисполнение стороной или сторонами договора условий последнего, не могут быть предметом оценки в рамках заявленных требований о признании договора купли-продажи недействительным по основаниям, предусмотренным ст.177 ГК РФ.

В связи с отказом в удовлетворении исковых требований о признании договора купли-продажи квартиры недействительным, как производные подлежат отклонению и требования о признании права собственности истца на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, в порядке наследования по завещанию после смерти ФИО4, и истребовании указанного имущества от добросовестного приобретателя. 

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании недействительным договора купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, заключенного ДД.ММ.ГГГГ между ФИО4 и ФИО2, признании права собственности на квартиру в порядке наследования по завещанию после смерти ФИО4, истребовании имущества от добросовестного приобретателя ФИО3 отказать.

Решение может быть обжаловано в Московский областной суд в апелляционном порядке сторонами и другими лицами, участвующими в деле, через Климовский городской суд в течение месяца со дня вынесения решения в окончательной форме. 

Председательствующий