Дело № 2-2070/2017 

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

08 августа 2017 года г. Чебоксары

Калининский районный суд г. Чебоксары Чувашской Республики под председательством судьи Николаева М.Н., при секретаре судебного заседания Петровой Н.Н., с участием помощника прокурора Калининского района г.Чебоксары Вискова Д.А., представителя истца – ФИО1, представителя ответчика – ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО4 о взыскании компенсации морального вреда, причиненного преступлением, 

установил:

ФИО3 обратился в суд с иском к ФИО4 о взыскании компенсации морального вреда в размере 1 000 000 руб., мотивировав тем, что приговором Яльчикского районного суда г.Чебоксары Чувашской Республики от 31 августа 2016 года ФИО4 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.264 УК РФ. 27 мая 2016 года ответчик на 

<

адрес>, следуя по правой полосе, допустил нарушение пункта 8.1 Правил дорожного движения, в результате чего отцу истца ФИО11 повреждения, от которых он скончался на месте происшествия. Мать истца ФИО12 признана потерпевшей по уголовному делу. Данным преступлением истцу также причинен моральный вред, выразившийся в утрате близкого человека, причинены нравственные и физические страдания, в связи с чем ФИО3 со ссылкой на статью 42 УПК РФ обратился в суд.

Истец ФИО3, будучи надлежащим образом извещенным, в судебное заседание не явился, о причинах неявки не сообщил.

Представитель истца ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержала, просила их удовлетворить.

Ответчик ФИО4 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, отбывает наказание в 

<

адрес>, реализовал право на участие в процессе через представителя. Из представленной суду расписки следует, что ответчик с исковыми требованиями не согласен, считает их чрезмерно завышенными.

Представитель ответчика ФИО2 исковые требования не признала, просила отказать в их удовлетворении, пояснив, что считает приговор Яльчикского районного суда Чувашской Республики незаконным и несправедливым, так как в момент аварии пострадавший ФИО13 находился в состоянии алкогольного опьянения, что повлияло на его действия по предотвращению аварии. На месте ДТП обнаружены следы торможения автомобиля 

<

данные изъяты>, за рулем которого находился ответчик, что указывает на то, что для водителя автомобиля 

<

данные изъяты> водителем автомобиля 

<

данные изъяты> были созданы помехи для движения, вследствие чего водитель 

<

данные изъяты> был вынужден прибегнуть к экстренному торможению. При вынесении приговора суд не дал соответствующую оценку действиям водителя именно по восприятию обстановки, хотя к делу приобщен диск с видеозаписью, который представлен водителем ФИО4 Согласно данной видеозаписи первым на обгон вышел водитель автомобиля 

<

данные изъяты> (на разрешенном для обгона участке дороги), при этом водитель автомобиля 

<

данные изъяты> находился до линии дорожной разметки 1.1, после этого водитель 

<

данные изъяты> начал резко изменять направление движения в сторону полосы движения ФИО4, в это же время водитель автомобиля 

<

данные изъяты> начинает тормозить. Если бы водитель автомобиля 

<

данные изъяты> был трезвым, адекватно относился бы к окружающей обстановке, то с технической точки зрения данная дорожная ситуация разрешилась бы без тяжких последствий. Полагает, что суд при вынесении решения должен учесть нахождение ответчика в местах лишения свободы, наличие у ответчика четырех малолетних детей. Кроме того, приговором удовлетворены исковые требования нескольких истцов, родственников погибшего. В ходе судебного заседания ФИО4 извинился перед потерпевшим, выразил готовность возмещения вреда, семья погибшего получила 

<

данные изъяты> рублей в счет страхового возмещения. Полагает, что размер компенсации морального вреда не должен превышать 150 000 рублей.

Заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, прокурора, полагавшего исковые требования подлежащими удовлетворению, исследовав письменные доказательства, суд приходит к следующему.

Исходя из положений статьи 1100 ГК РФ независимо от вины причинителя вреда, осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности.

Как усматривается из материалов дела, ФИО3 является сыном ФИО8, что подтверждается свидетельством о рождении серии №, выданным ДД.ММ.ГГГГ 

<

адрес>.

27 мая 2016 года ответчик ФИО4, управляя автомобилем марки 

<

данные изъяты> с государственным регистрационным знаком 

<

данные изъяты> и следуя по автодороге «

<

адрес>» со стороны 

<

адрес> в сторону 

<

адрес> Республики, совершил столкновение с автомашиной 

<

данные изъяты> с регистрационным знаком 

<

данные изъяты> под управлением водителя ФИО8 В результате нарушения ответчиком Правил дорожного движения водитель ФИО8 получил опасный для жизни тяжкий вред здоровью, от которого он скончался на месте дорожно-транспортного происшествия.

Приговором Яльчикского районного суда Чувашской Республики от ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст. 264УК РФ. Ему назначено наказание в виде лишения свободы на срок 2 года 6 месяцев с отбыванием наказания в колонии-поселении с лишением права заниматься определенной деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на срок 

<

данные изъяты> года.

Апелляционным постановлением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Чувашской Республики от 08 ноября 2016 года приговор Яльчикского районного суда Чувашской Республики от 31 августа 2016 года в отношении ФИО4 оставлен без изменения.

В силу ч. 2 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Ч. 4 ст. 61 ГПК РФ установлено, что вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Таким образом, факт совершения преступления ФИО4 установлен вступившим в законную силу приговором суда.

Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Как следует из правовой позиции Верховного Суда РФ, содержащейся в п. 2 постановления Пленума от 20.12.94 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная, семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право пользования своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. 

С учетом установленной приговором суда вины ответчика, фактических обстоятельств преступления, при которых наступила смерть ФИО8, принимая факт утраты близкого родственника для истца, требование о взыскании с ответчика денежной компенсации морального вреда подлежит удовлетворению.

При этом ссылка представителя ответчика на наличие вины самого ФИО8 в дорожно-транспортном происшествии, а также нахождение его в состоянии алкогольного опьянения, что не позволило ему адекватно оценить дорожную ситуацию, необоснованны.

ФИО4, не оспаривая сам факт ДТП со смертельным исходом водителя автомашины 

<

данные изъяты> ФИО8, частично признавая свою вину в произошедшем, ссылался на возникновение дорожно-транспортного происшествия и по вине самого погибшего водителя, который, по мнению ответчика, в нарушение ПДД сам создал ему помеху при совершении маневра.

Вместе с тем, как установлено вступившим в законную силу приговором, согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ предотвращение дорожно-транспортного происшествия зависело не от наличия либо отсутствия технической возможности, а от выполнения подсудимым ФИО4 требований пунктов 1.3, 1.5, 9.1, 9.7, 10.1, 10.3, 11.1 правил дорожного движения. С технической точки зрения одной из причин данного дорожно-транспортного происшествия могли послужить действия ФИО4, который, совершая обгон двигался по главной дороге со скоростью, не обеспечивающей ему возможности постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения Правил, а также не соответствующей уровню его водительских навыков в данной дорожно-транспортной ситуации, и превышающей установленное на данном участке проезжей части дороги ограничение скорости, выехал на полосу встречного движения, после чего пересек горизонтальную дорожную разметку 1.8 и, двигаясь по полосе разгона, предназначенной для движения во встречном направлении, совершил столкновение с автомобилем «

<

данные изъяты>», свернувшим с главной дороги на второстепенную, т.е. ФИО4 допущено нарушение пунктов 1.3, 1.5, 9.1, 9.7, 10.1, 10.3, 11.1 Правил дорожного движения. 

В результате нарушения ФИО4 Правил дорожного движения водитель ФИО8 получил опасный для жизни тяжкий вред здоровью, от которого он скончался на месте дорожно-транспортного происшествия.

При судебно-химическом исследовании крови от трупа ФИО8 обнаружен этиловый спирт в концентрации 0,29 г/дм?. Данная концентрации позволяет судить об отсутствии влияния алкоголя на организм (при определении у живых лиц), а потому судебно-медицинской оценке не подлежит.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Статьей 5 УПК РФ к близким родственникам отнесены: супруг, супруга, родители, дети, усыновители, усыновленные, родные братья и родные сестры, дедушка, бабушка, внуки.

Таким образом, законодателем определен круг лиц, имеющих право на получение компенсации морального вреда, в связи с утратой близких людей, к которым относится и истец, как сын погибшего ФИО8

Последствием совершенного ответчиком преступления являются не требующие доказывания нравственные страдания истца, лишившегося отца. Факт возмещения иным родственникам денежной компенсации морального вреда не имеет правового значения для взыскания данной компенсации иным близким родственникам.

Предусматривая в качестве способа защиты гражданских прав компенсацию морального вреда, законодательство устанавливает общие принципы для определения размера такой компенсации. Поэтому, устанавливая размер компенсации морального вреда по основаниям, предусмотренным статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд в совокупности оценивает конкретные действия причинителя вреда, соотнося их с тяжестью причиненных истцу физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями личности.

Таким образом, суд, учитывая, что истцу причинен моральный вред, выразившийся в физических страданиях, испытываемых истцом, учитывая принципы разумности и справедливости, а также принимая во внимание фактические обстоятельства дела, наличие у ответчика малолетних детей, считает необходимым взыскать с ФИО4 в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 300 000 рублей, что отвечает требованиям разумности и справедливости.

Согласно ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты, которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов пропорционально удовлетворенной части исковых требований. 

На основании п.4 ч.1 ст.333.36 Налогового кодекса РФ истец освобожден от уплаты государственной пошлины. 

Ввиду удовлетворения неимущественного требования о компенсации морального вреда, с ответчика взыскивается государственная пошлина в размере 300 рублей (подпункт 3 п.1 ст.333.19 НК РФ). 

Руководствуясь ст. ст. 194 – 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Взыскать с ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца 

<

адрес>, зарегистрированного по адресу 

<

адрес> в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 300 000 (триста тысяч) рублей.

Взыскать с ФИО4 в доход местного бюджета г. Чебоксары госпошлину в размере 300 (триста) рублей.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Чувашской Республики путем подачи апелляционной жалобы через Калининский районный суд города Чебоксары Чувашской Республики в течение месяца со дня составления мотивированного решения. 

Судья М.Н.Николаев 

Мотивированное решение изготовлено 14 августа 2017 года