Дело № 2-23/2021 

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

05 марта 2021 года г. Аша 

Ашинский городской суд Челябинской области в составе 

председательствующего судьи Шкериной О.С. 

при секретаре Исаевой А.А. 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании договора недействительным, 

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о признании мнимой сделки по соглашению об определении долей в праве долевой собственности от 16.04.2014г. в отношении нежилого здания и земельного участка по адресу 

<

адрес>, ничтожной; о признании сделки по договору от 23.04.2014г. дарения ? доли в праве собственности на нежилое здание и земельный участок по адресу 

<

адрес>, недействительной по мотиву кабальности и совершенной под влиянием обмана и о применении последствий недействительности сделки.

В обоснование заявленных исковых требований истец указал, что соглашение об определении долей в праве долевой собственности от 16.04.2014г. является мнимой сделкой, так как была направлена на получение ФИО2 права собственности ? доли в праве на вышеуказанное имущество. Договор дарения от 23.04.2014г. на ? долю в праве на указанное имущество был заключен им под влиянием обмана, так как ФИО2 пояснила, что в таком случае он сможет уйти от ответственности перед банками за полученные ранее кредиты.

Истец ФИО1 и представитель истца ФИО3 в судебном заседании на исковых требованиях настаивали по основаниям, изложенным в иске.

Ответчик ФИО2 при надлежащем извещении в судебное заседание не явилась, просила о рассмотрении дела в ее отсутствие, представила заявление о применении последствий пропуска срока исковой давности (л.д.97).

На основании ст. 167 Гражданского процессуального кодекса РФ суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц. 

Исследовав материалы дела, заслушав участников процесса, суд находит заявленные требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям. 

В соответствии с частью 2 статьи 35 Конституции Российской Федерации каждый вправе иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими.

Согласно п. п. 1, 2 ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Судом установлено, что стороны состояли в браке с 23.07.2010г. по 10.02.2018г. (л.д.73-74).

16 апреля 2014 года между ФИО1 и ФИО2 заключено соглашение об определении долей в праве долевой собственности в отношении нежилого здания и земельного участка по адресу 

<

адрес>, согласно которому каждому из участников передано право собственности на ? долю в праве на указанные объекты недвижимости (л.д.22-23). При этом, первоначальное право собственности возникло у ФИО1 на основании Декларации об объекте недвижимого имущества от 05.06.2013г., договора аренды земельного участка от 12.04.2013г., разрешения на ввод в эксплуатацию от 03.12.2013г., договора купли-продажи земельного участка от 21.08.2013г.

Соглашение об определении долей в праве долевой собственности от 16.04.2014г. прошло государственную регистрацию, ФИО2 получила соответствующие свидетельства от 23.04.2014г. (л.д.20).

Названное Соглашение от 16.04.2014г. заключено сторонами в период брака, при этом спорное имущество, исходя из приведенных выше правоустанавливающих документов и п.1 Соглашения, приобретено в период брака. Иное суду не доказано, предметом спора при разделе совместного имущества супругов названное имущество не являлось (л.д.31).

В силу ч.1 ст.34 СК РФ имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью.

Согласно ч.2 ст.34 СК РФ К имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие). Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.

Таким образом, объекты недвижимости по адресу 

<

адрес>, являлись совместной собственностью сторон - супругов, то есть находились в общей собственности, а спорным соглашением от 16.04.2014г. были определены лишь доли в праве общей долевой собственности каждого из супругов, что не противоречит положениям ст.ст.245, 246 ГК РФ.

Поэтому, вопреки мнению истца, суд не усматривает, что при заключении Соглашения от 16.04.2014г. имела место мнимая сделка, поскольку данная сделка повлекла правовые последствия в виде юридического определения законного режима имущества супругов и государственной регистрации их прав на объекты недвижимости.

Соглашение от 14.04.2014г. ФИО1 подписывал лично, перед его подписанием истец имел возможность ознакомиться с изложенными в соглашении условиями. Кроме того, до подписания соглашения истец не был лишен возможности получить юридическую консультацию у специалиста.

Кроме того, 23.04.2014г. сторонами заключен договор дарения, по условиям которого ФИО1 подарил ФИО2 ? долю в праве собственности на объекты недвижимости по адресу 

<

адрес> (нежилое здание и земельный участок) (л.д.15-17).

Согласно п. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В силу п. п. 1, 3 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). 

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

В соответствии со ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу п. 1 ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

Сделка, совершенная под влиянием обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя одной стороны с другой стороной, а также сделка, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных для себя условиях, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (п. 1 ст. 179 Гражданского кодекса РФ).

Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.

В силу п. 99 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями ч. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В данном случае оспариваемый договор дарения исполнен сторонами по сделке, сторонами договора дарения были совершены все необходимые действия, направленные на создание соответствующих договору дарения правовых последствий, связанных с переходом права собственности на нежилое здание и земельный участок от дарителя к одаряемому.

Какие-либо доказательства, свидетельствующие о наличии порока воли сторон сделки, а именно, что договор заключен под влиянием обмана или заблуждения, а также, что договор дарения заключен ответчиком исключительно с намерением причинить вред истцу или по иным недобросовестным мотивам, истцом не представлены.

Договор дарения от 23.04.2014г. ФИО1 подписывал лично, как следует из текста оспариваемого договора, при его заключении содержание статей 572-582 Гражданского кодекса РФ, ст.35 Семейного кодекса РФ сторонам разъяснены. Перед подписанием договора дарения истец имел возможность ознакомиться с изложенными в договоре условиями. Кроме того, до подписания договора дарения истец не был лишен возможности получить юридическую консультацию у специалиста, проявить разумную осмотрительность. В регистрационный орган с заявлением о государственной регистрации права ФИО1 также обращался лично, подписав соответствующее заявление (л.д.102-107).

Истцом не доказано введение в заблуждение ответчиком при заключении договора дарения. Представленные документы о получении ФИО1 кредитов в ряде банков не подтверждают заблуждение истца относительно сущности (природы) сделки дарения при ее заключении. Кроме того, некоторые кредиты стороны брали совместно в качестве созаемщиков, соответственно несли солидарную ответственность за их возврат. Спорное имущество не передавалось в качестве залога банкам. Истец как заемщик (созаемщик) не был лишен возможности обращаться в кредитные учреждения за получением достоверной информации об уплате кредитов и наличии задолженности по ним.

Волеизъявление истца на заключение договора дарения доли нежилого здания и земельного участка соответствовало в момент заключения договора его действительной воле, действия истца свидетельствуют о намерении заключить именно договор дарения доли нежилого здания и земельного участка. Стороны предусмотрели все существенные условия для данного вида договора, в том числе, порядок передачи дарителем одаряемому доли нежилого здания и земельного участка, обязанности нового собственника, договор подписан сторонами, зарегистрирован надлежащим образом по заявлению дарителя, в связи с чем, суд пришел к выводу о том, что истец добровольно в соответствии со своим волеизъявлением принял решение передать ответчику по безвозмездной сделке спорную долю нежилого здания и земельного участка, что в полной мере соответствует принципу свободы договора. 

Доказательства, что на момент заключения договора ФИО1 страдал психическими или иными заболеваниями, повлиявшими на его способность осуществлять свои гражданские права, суду не представлены, как не представлены доказательства, что истец спорный договор дарения заключил под угрозой или с применением к нему насилия.

Ответчик ФИО2 указала, что истцом пропущен срок исковой давности для обращения с заявленными требованиями.

На основании ч. 2 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Таким образом, суд полагает, что заключенный сторонами договор дарения является оспоримой сделкой, в связи с чем срок исковой давности по требованию о признании ее недействительной составляет один год со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Поскольку спорная сделка заключена 23 апреля 2014 года, переход права собственности на долю нежилого здания и земельного участка зарегистрирован 29 апреля 2014 года (л.д.82-86), о том, что договор заключен, истец знал, о природе договора дарения истец не заблуждался, следовательно, срок исковой давности истек в 2015 году, тогда как истец обратился в суд с рассматриваемым иском только 26 сентября 2020 года (л.д.77). Требований о восстановлении срока истцом не заявлено, доказательств, свидетельствующих о наличии уважительных причин пропуска срока исковой давности, истцом не представлено.

Довод истца о том, что срок исковой давности должен исчисляться со дня расторжения брака и составляет три года, суд отклоняет как несостоятельный, основанный на неправильном толковании норм закона, приведенных выше.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (абз.2 ч.2 ст.199 ГК РФ).

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований.

Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении иска ФИО1 к ФИО2 о признании сделки по соглашению об определении долей в праве долевой собственности от 16.04.2014г. в отношении нежилого здания и земельного участка по адресу 

<

адрес>, ничтожной; о признании сделки по договору от 23.04.2014г. дарения ? доли в праве собственности на нежилое здание и земельный участок по адресу 

<

адрес>, недействительной и о применении последствий недействительности сделки, - отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Челябинский областной суд через Ашинский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий 

.