Дело № 2-623/18

Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

г. Шатура Московской области 18 июля 2018 года

Шатурский городской суд Московской области в составе:

председательствующего судьи Грошевой Н.А., 

с участием адвоката Калгиной Е.М., 

при секретаре Родиной М.В., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Московской области «Шатурская центральная районная больница», Министерству здравоохранения Московской области о взыскании материального ущерба, 

установил:

ФИО2 обратился в суд с иском к ответчикам о взыскании материального ущерба, указав, что состоял в браке с гражданкой Украины ФИО1, от брака имеют четверых детей: ФИО13, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО14, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО11 ФИО15, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО16, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

В результате ненадлежащего оказания медицинской помощи врачом ГБУЗ МО «Шатурская ЦРБ» ФИО3 его супруга умерла 03.01.2015, в связи с чем было возбуждено уголовное дело №.

Постановлением Шатурского городского суда Московской области от 19.01.2017 уголовное дело в отношении ФИО3, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ, было прекращено в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

В связи с тем, что в результате ненадлежащего оказания медицинской помощи врачом ФИО3 его супруга умерла, их четверо несовершеннолетних детей остались без матери, ему причинен материальный ущерб.

Согласно заключению специалиста ООО «Фед-Консалт» № 012-01-17 об определении размера материального ущерба, который выражается в денежных расходах будущего периода, которые будет вынужден произвести ФИО2 для ухода за четырьмя детьми, оставшимися без матери, на основании проведенных исследований и сделанных расчетов, итоговая величина объекта оценки по состоянию на 17.01.2017 составляет 9078000 руб. 

В связи с чем, просит взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Московской области «Шатурская центральная районная больница», Министерства здравоохранения Московской области солидарно в счет возмещения материального ущерба денежные средства в размере 9078000 руб., расходы по проведению оценки и определения размера материального ущерба в размере 10000 руб.

Истец ФИО2, его представитель ФИО4, действующий на основании доверенности, поддержали исковые требования, просили их удовлетворить по основаниям, изложенным в иске.

Представители ответчика - Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Московской области «Шатурская центральная районная больница» ФИО5, ФИО6, действующие на основании доверенности, исковые требования не признали, пояснив, что сумма материального ущерба ФИО2 ничем не подтверждена, ущерб рассчитан на будущее, они не уверены, что эта сумма действительно будет потрачена на оплату услуг няни. Вина ФИО3 не установлена вступившим в законную силу приговором суда, дело в отношении него было прекращено. Так как вина работника ГБУЗ «Шатурская ЦРБ» в смерти ФИО1 не доказана, больница не должна возмещать материальный ущерб. После произошедшего со стороны больницы ФИО2 оказывалась помощь, по ходатайству главного врача администрацией городского округа Шатура Московской области было предоставлено жилое помещение, также направлялось ходатайство в управление социальной защиты населения. ФИО2 получает все предусмотренные законом меры социальной поддержки, медперсонал детской поликлиники следит за здоровьем детей ФИО2 

Ответчик - представитель Министерства здравоохранения Московской области в судебное заседание не явился, ходатайствовал о рассмотрении дела в его отсутствие, в письменном отзыве на исковое заявление просил в удовлетворении иска отказать.

Третье лицо – ФИО3, привлеченный к участию в деле на основании ст. 43 ГПК РФ, в судебное заседание не явился, его представитель – адвокат Калгина Е.М., действующая также на основании доверенности, иск не признала, мотивируя тем, что отсутствует вступивший в законную силу приговор суда, которым была бы установлена вина ФИО3 в смерти ФИО1, следовательно, ГБУЗ «Шатурская ЦРБ» не должна нести материальную ответственность за его действия. Поскольку истцом заявлены требования о компенсации материального, а не морального вреда, несение расходов нужно обосновать и подтвердить документально, истцом этого не сделано, иных доказательств, кроме заключения, не представлено. Вины больницы в смерти ФИО1 нет. Со стороны больницы семье ФИО2 оказано содействие в получении жилья, социальных пособий. 

Третьи лица – представители Управления Федерального казначейства по Московской области, Правительства Московской области в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом.

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав представленные доказательства, суд приходит к следующему.

Судом установлено, что ФИО2 состоял в браке с ФИО1, от брака имеют четырех детей: ФИО17, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО18, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО19, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО20, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Из материалов дела следует, что 03.01.2015 ФИО1 в 08.30 час. поступила в родильное отделение ГБУЗ МО «Шатурская ЦРБ», где ей было проведено кесарево сечение, в 09.36 час. родился ребенок, 09.45-10.00 час. ФИО1 умерла.

04.03.2016 было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ. 

16.12.2016 врачу анестезиологу-реаниматологу МУЗ «Шатурская ЦРБ» ФИО3 было предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ.

В ходе рассмотрения уголовного дела в отношении ФИО3 судом было установлено, что ФИО3 обвиняется в причинении смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей, а именно, ФИО3, имея высшее медицинское образование, квалификацию «лечебное дело», прошедший в период с 01.09.1991 по 31.08.1993 ординатуру по специальности «анестезиология и реаниматология» в соответствии с приказом № 441 от 08.04.2008 с 08.04.2008 назначен на должность врача анестезиолога-реаниматолога МУЗ «Шатурская ЦРБ».

ФИО3, имея специальные знания анестезиолога-реаниматолога отделения анестезии и реанимации ГБУЗ МО «Шатурская ЦРБ», необходимые для надлежащего оказания квалифицированной медицинской помощи пациентам, для осуществления медицинских процедур и манипуляций был обеспечен и ознакомлен обязательными к исполнению методическими документами, предусматривающими алгоритм действий, необходимых для надлежащего исполнения своих должностных обязанностей врача анестезиолога-реаниматолога.

В соответствии с Федеральным законом от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в РФ», приказом Минздрава России от 15.11.2012 N 919н "Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи взрослому населению по профилю "анестезиология и реаниматология" и должностной инструкцией врача анестезиолога-реаниматолога, утвержденной главным врачом МУЗ «Шатурская ЦРБ» 09.01.2014, обязанностями ФИО3 являлись: оценка состояния больного перед операцией, назначение необходимых лечебно-диагностических мероприятий, связанных с подготовкой больного к наркозу, подготовка к работе и эксплуатации наркозно - дыхательной аппаратуры, проведение анестезии в акушерстве и гинекологии, выполнение интубации трахеи.

03.01.2015 в 9 часов 00 минут ФИО3, находясь на своем рабочем месте в отделении реанимации ГБУЗ МО «Шатурская ЦРБ», был вызван акушерами родильного отделения в качестве врача анестезиолога-реаниматолога для ведения наркоза во время проведения операции кесарева сечения ФИО1 в связи с преждевременной отслойкой плаценты. ФИО3, придя в операционную родильного отделения ГБУЗ МО «Шатурская ЦРБ», расположенного по адресу: 

<

адрес>, где с 09 часов 20 минут, выполняя свои профессиональные обязанности в качестве врача анестезиолога-реаниматолога в соответствии с графиком работы, в целях подготовки ФИО1 к проведению операции приступил к проведению анестезиологического пособия, а именно: эндотрахиального наркоза с искусственной вентиляцией легких. В 09 часов 29 минут ФИО3 была установлена интубационная трубка для искусственной вентиляции легких ФИО1 Используемая ФИО3 интубационная трубка была им установлена с нарушением методики и техники интубации, то есть ненадлежащим образом. Данные нарушения выразились в установке вентиляционной трубки не в трахею ФИО1, а в пищевод, в результате чего вентиляция организма проводилась неправильно, воздух поступал не в легкие, а в пищевод.

Согласно заключениям комиссии экспертов АНО «Центр по проведению судебных экспертиз и исследований» № № 999/16 и 1000/16 от 14.10.2016 причиной смерти ФИО1 явился внезапно возникший коллапс (ателектаз) легких, повлекших развитие острой правожелудочковой сердечной недостаточности – острого легочного сердца. Смертельные осложнения развились у пациентки во время кесарева сечения. Дефекты оказания медицинской помощи были допущены врачом-анестезиологом ФИО3 при проведении анестезиологического пособия, а именно: эндотрахеального наркоза с искусственной вентиляцией легких. Вероятнее всего, интубационная трубка была введена в пищевод, что привело к нарушению вентиляции легких и вызвало их коллапс. Смерть ФИО1 наступила не от акушерского осложнения в виде преждевременной отслойки плаценты с кровотечением, а от последствий эндотрахеального наркоза в виде дыхательных расстройств.

Таким образом, ненадлежащее исполнение врачом анестезиологом-реаниматологом анестезиолого-реанимационного отделения ГБУЗ МО «Шатурская ЦРБ» ФИО3 своих профессиональных обязанностей по оказанию медицинской помощи ФИО1 привели к неблагоприятному исходу в виде смерти ФИО1 от внезапно возникшего коллапса (ателектаза) легких, повлекшего развитие острой правожелудочной сердечной недостаточности - острого легочного сердца, что находится в прямой причинно-следственной связи между наступившими последствиями и дыхательными расстройствами после эндотрахейного наркоза.

Своими действиями ФИО3 допустил преступную небрежность, а именно: не предвидел возможности наступления общественно-опасных последствий своих действий, но при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия.

19.01.2017 постановлением Шатурского городского суда Московской области уголовное дело в отношении ФИО3 обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ, было прекращено в связи с истечением сроков давности уголовного преследования. Постановление вступило в законную силу апелляционным постановлением Московского областного суда от 14.03.2017.

Суд не может согласиться с доводами ответчиков и представителя третьего лица ФИО3 – адвоката Калгиной Е.М. о том, что вина ФИО3 не доказана. 

Как следует из позиции Конституционного Суда РФ в определениях от 17 июля 2012 г. N 1470-О и от 28 мая 2013 г. N 786-О установление в уголовном и уголовно-процессуальном законах оснований, позволяющих отказаться от уголовного преследования определенной категории лиц и прекратить в отношении них уголовного дела, относится к правомочиям государства. В качестве одного из таких оснований закон (п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ) признает истечение сроков давности, что обусловлено как нецелесообразностью применения мер уголовной ответственности ввиду значительного уменьшения общественной опасности преступления по прошествии значительного времени с момента его совершения, так и осуществлением в уголовном судопроизводстве принципа гуманизма. При этом прекращение уголовного дела и освобождение от уголовной ответственности в связи с истечением срока давности не освобождает виновного от обязательств по возмещению нанесенного ущерба и компенсации причиненного вреда и не исключает защиту потерпевшим своих прав в порядке гражданского судопроизводства.

ФИО3, имея право на судебную защиту и публичное состязательное разбирательство дела, сознательно отказался от доказывания незаконности уголовного преследования и связанных с этим негативных для него правовых последствий, в том числе в виде необходимости возмещения вреда, причиненного преступлением, заявив ходатайство о прекращении уголовного дела по нереабилитирующему основанию.

Статья 46 (часть 1) Конституции РФ гарантируя каждому право на судебную защиту его прав и свобод, непосредственно не устанавливает какой-либо определенный порядок реализации данного права и не предполагает возможность для гражданина по собственному усмотрению выбирать способ и процедуру судебного оспаривания. В соответствии со статьей 71 (пункт "о") Конституции Российской Федерации они определяются федеральными законами, к числу которых относится Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации.

Часть четвертая статьи 61 Гражданского процессуального кодекса РФ устанавливает, что для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда по уголовному делу, вступивший приговор является обязательным применительно к вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Согласно ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вреда.

Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

В соответствии со ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работников при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

Истец ФИО2 просит взыскать с ответчиков материальный ущерб в размере 9078000 руб., который выражается в денежных расходах будущего периода, которые он будет вынужден произвести для ухода за четырьмя детьми, оставшимися без матери, на основании проведенных исследований и сделанных расчетов специалиста ООО «Фед-Консалт» № 012-01-17.

Из содержания статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации следует, что предмет доказывания по делу составляют факты материально-правового характера, подтверждающие обоснованность требований и возражений сторон и имеющие значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

В силу части 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Из материалов дела следует, что несовершеннолетние ФИО21, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и ФИО22, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, посещают МБДОУ «Детский сад № 21» с понедельника по пятницу с 08.00 до 17.00 час. ФИО23, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, обучается в МБОУ «Средняя общеобразовательная школа № 2 города Шатуры».

Семья ФИО2 получает пенсии по потере кормильца, также им оказываются меры социальной поддержки в соответствии с Законом Московской области от 12.01.2006 № 1/2006-ОЗ «О мерах социальной поддержки семьи и детей в Московской области», Законом Российской Федерации от 19.05.1995 № 81-ФЗ «О государственных пособиях гражданам, имеющим детей», Законом Российской Федерации от 17.07.1999 № 178-ФЗ «О государственной социальной помощи», Законом Московской области от 30.12.2013 № 189/2013-ОЗ «О государственной социальной помощи и экстренно социальной помощи в Московской области», Законом Московской области от 23.03.2006 № 36/2006-ОЗ «О социальной поддержке отдельных категория граждан в Московской области». 

Из объяснений истца судом установлено, что он работает в ночное время, в воспитании детей помогает его мама.

Разрешая заявленные требования, суд учитывая характер спорных правоотношений, конкретные обстоятельства дела, приходит к выводу о том, что предполагаемые истцом расходы по оплате услуг няни на 17 лет для ухода за четырьмя детьми, оставшимися без матери, в размере 9078000 руб. не могут быть признаны необходимыми, поскольку истцом не доказано, что они вызваны объективной ситуационно-бытовой необходимостью, что дети не могут посещать детский сад и школу в силу каких-либо ограничений и нуждаются в постоянном уходе со стороны няни, а также длительности периода его получения, когда истец сам осуществлять этот уход не сможет. Истец не лишен возможности при необходимости ухода за детьми и невозможности по состоянию здоровья посещения детьми детских учреждений и школы оформить листок нетрудоспособности. Кроме того, старшему сыну ФИО24, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ДД.ММ.ГГГГ исполнилось 19 лет.

На основании изложенного, суд не находит законных оснований для удовлетворения иска.

Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО2 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Московской области «Шатурская центральная районная больница», Министерству здравоохранения Московской области о взыскании материального ущерба оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Московский областной суд через Шатурский городской суд в течение месяца со дня его вынесения в окончательном виде.

Судья Н.А. Грошева

Мотивированное решение изготовлено 23.07.2018

Судья Н.А. Грошева