Судья Соха Т.М.

дело № 2-4280/2025

УИД 74RS0005-01-2025-004067-89

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

дело № 11-1555/2026

02 февраля 2026 года

г. Челябинск

Судебная коллегия по гражданским делам Челябинского областного суда в составе:

председательствующего Скрябиной С.В.,

судей Стяжкиной О.В., Елгиной Е.Г.,

при секретаре Мустафиной В.Ю.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Челябинской области о возложении обязанности, перерасчете размера пенсии, взыскании компенсации морального вреда,

по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Металлургического районного суда г.Челябинска от 28 октября 2025 года.

Заслушав доклад судьи Стяжкиной О.В. об обстоятельствах дела и доводах апелляционной жалобы, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратилась в суд с иском к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Челябинской области (далее - ОСФР по Челябинской области) с учетом уточнений требований просила возложить обязанность произвести валоризацию пенсии, выплачивать пенсию с учетом надбавки за стаж работы с 30 июня 1980 года по 31 декабря 2001 года, взыскать выплаченную надбавку к пенсии за валоризацию за семь лет, за период с 22 февраля 2018 года по настоящее время, компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб. (л.д. 8-10)

В обосновании исковых требований указала, что с 22 февраля 2018 года является получателем пенсии по старости в размере 16 000 руб. Размер пенсии, начиная с 2018 года увеличивался только в связи с инфляцией в стране и на начало 2025 года составил 22 137,66 руб. В настоящее время истец получает минимальную пенсию в размере 22 137,66 руб., несмотря на огромный страховой стаж работы и высокую заработную плату в 2001 – 2002 годах – 2510 руб. Полагает, что пенсия значительно занижена, поскольку ПФР удалил из общего стажа её работы советский и постсоветский трудовой стаж по состоянию на 01 января 2002 г., который составил 23 года 9 месяцев 18 дней, и этот трудовой стаж не прошел валоризацию. Данный трудовой стаж был внесен в пенсионное дело только в начале 2025 года, при этом валоризация советского и постсоветского стажа не была проведена. В настоящее время ее пенсия рассчитана только из 15 лет страхового стажа, тогда как по данным ответчика страховой стаж составляет 35 лет 1 месяц 5 дней. По мнению пенсионного органа, стаж по состоянию на 01 января 2002 составляет 19 лет 11 месяцев 22 дня. Однако, на самом деле стаж согласно трудовой книжке составляет 23 года 9 месяцев 18 дней. В октябре 2024 года истец обратилась в Социальный фонд России с заявлением об ошибке в документах, сообщила об отсутствии в общем трудовом стаже периода в 23 года 9 месяцев 18 дней – с 30 июня 1980 года по 31 декабря 2001 года и просила внести в выплатное пенсионное дело этот стаж и провести валоризацию. Её советский и постсоветский стаж частично в 2025 году в выплатное дело был внесен, но валоризация не была проведена. Размер пенсии в связи с увеличением страхового стажа никак не увеличился. За счет того, что работники ОСФР по Челябинской области полностью лишили трудового стажа – двадцати лет советского и постсоветского времени (внесли этот стаж только в 2025 году), пенсия не прошла валоризацию, которую должна была пройти при выходе на пенсию. Считает, что пенсионные права были нарушены, из-за части страхового стажа она не может получить звание «Ветеран труда», размер трудового (страхового) стажа в 2025 году изменился только на бумаге, а валоризацию её пенсия вообще не проходила и никого перерасчета пенсии в связи с изменением стажа не проводилось. Трудовой стаж не был конвертирован в страховой стаж. В ответ на обращение с просьбой провести валоризацию и сделать надбавку за советский стаж, получила отказ, так как, якобы, ей правильно начислили пенсию. Судя по ответам, работники ОСФР по Челябинской области рассчитывают валоризацию точно по тем же формулам, что и она, и получают похожие на её результаты, только конечный результат не сообщают, а вместо него пишут, что пенсия рассчитана правильно. Истец приводит в исковом заявлении расчет пенсии. Согласно трудовой книжке до 2002 года имеются следующие периоды работы: с 30 июня 1980 по 08 сентября 1981 года (1 год 3 месяца 22 дня), с 10 сентября 1981 по 01 февраля 1983 года (1 год 7 месяцев 9 дней), с 26 декабря 1982 по 01 февраля 1983 года (4 месяца 21 день), с 15 августа 1983 по 31 марта 2003 года (20 лет 5 месяцев 16 дней). Итого 23 года 9 месяцев 18 дней. Однако ответчик считает, что она отработала 19 лет 11 месяцев 22 дня. А потом из этого стажа исключают период ухода за ребенком с 21 декабря 1990 по 20 апреля 1992 года. Работникам ОСФР по Челябинской области выгодно выдать отработанный трудовой стаж в размере 23 года 9 месяцев 18 дней за 19 лет 11 месяцев 23 дня. В этом случае стаж не только становится меньше на 3 с лишним года, но истец также теряет ряд льгот при валоризации за 20 с лишним лет отработанного стажа. В обоснование нравственных страданий указала, что переживала в связи с допущенными ошибками при расчете страхового стажа, отказе в проведении валоризации, игнорировании 22 лет трудового стажа. На фоне стресса у нее происходит ухудшение здоровья и обостряются заболевания – сахарный диабет, гипертония и другие, которыми она страдает, нарушается её право на достойную жизнь (л.д. 5-10, 139-144).

Истец ФИО1 в судебном заседании на удовлетворении уточненных требований настаивал по доводам, изложенным в исковом заявлении.

Представитель ответчика ОСФР по Челябинской области ФИО2, действующая на основании доверенности (л.д. 56), с исковыми требованиями не согласилась по основаниям, изложенным в письменном отзыве и дополнением к нему. Пояснила, что основания для перерасчета пенсии истца не имеется, до 01.01.2002 года общий трудовой стаж рассчитан верно (л.д. 62-65).

Суд постановил решение, которым в удовлетворении исковых требований отказал (л.д.155-158).

В апелляционной жалобе истец просит решение суда первой инстанции отменить, и принять по делу новое решение об удовлетворении иска в полном объеме.

Считает, что суд первой инстанции дал неверную оценку представленным доказательствам, неправильно применил закон, не выяснил обстоятельства, имеющие существенное значение для рассмотрения. Указывает доводы аналогичные доводам, изложенным в исковом заявлении.

В обоснование доводов жалобы истец указывает, что ее трудовой стаж до 2002 года не был включен в расчет размера пенсии и не был конвертирован в страховой стаж, тем самым истец была лишена надбавки за советский стаж, хотя проработала 23 года. В настоящее время она получает минимальный размер пенсии 22 137,66 руб. в месяц, а средний размер по стране в 2025 года 25 198,92 руб.

Суд первой инстанции отказал в приобщении к материалам дела документа, подтверждающего ее статус – свидетельство о смерти мужа, в том, что она вдова, проживает одна, материально помочь ей не кому, также суд отказал в направлении запроса в отдел кадров ЧМК о том, что она проработала на этом предприятии до 2002 года.

В трудовой книжке указан ее трудовой стаж с 30 июня 1980 года по 01 января 2002 года, который составил 23 года 9 месяцев 18 дней, а не 19 лет как указал ответчик. Ссылается на техническую ошибку в расчетах ответчика при расчете стажа. Считает, что поскольку ей как лицу, имеющей по состоянию на 01 января 2002 года стаж 23 года, ответчик обязан выплатить задолженность исходя из расчета пенсионного капитала по 1% за каждый год, выработанный до 1991 года, а также дополнительно выплатить 10% исходя из расчета пенсионного капитала в связи с наличием у нее по состоянию на 2002 года стажа в количестве 23 года. Считает, что не могла участвовать в валоризации пенсии, поскольку до начала 2025 года советский стаж при расчете пенсии не был учтен. Ссылается на представленный ею в материалах дела расчет надбавки к пенсии за валоризацию (л.д.161-169).

Письменных возражений на апелляционную жалобу не поступило.

Истец ФИО1, представитель ответчика ОСФР по Челябинской области о времени и месте рассмотрения дела судом апелляционной инстанции извещены, в суд не явились, в связи, с чем судебная коллегия на основании статей 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации признала возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность решения суда, в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к выводу, что оснований для отмены судебного решения по доводам апелляционной жалобы не имеется.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, что с 22 февраля 2018 года ФИО1 является получателем страховой пенсии по старости в соответствии со ст.8 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» с одновременным установлением к ней фиксированной выплаты в соответствии со ст.16, 17 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях». Размер пенсии установлен 

<

данные изъяты> руб., фиксированная выплата к страховой пенсии по старости 

<

данные изъяты>. Суммарный размер пенсии и фиксированной выплаты к страховой пенсии с учетом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии с 22 февраля 2018 года составляет 

<

данные изъяты> руб. (л.д. 81).

В 2024 году ФИО1 обратилась с заявлением о перерасчете размера пенсии.

Из ответа ОСФР по Челябинской области от 28 февраля 2025 года на обращение ФИО1 в перерасчете пенсии отказано, так как стаж для расчета пенсии учтен с учетом периода ухода за ребенком до 1,5 лет. Размер пенсии рассчитан с учетом валоризации пенсионного капитала.

При исчислении страховой части пенсии был применен вариант оценки пенсионных прав в соответствии с п. 3 ст. 30 Федерального закона от 17 декабря 2001 года № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации».

Согласно документам пенсионного дела и индивидуального лицевого счета, размер пенсии определен с учетом:

-общий трудовой стаж для права на пенсию составляет – 35 лет 01 месяц 05 дней. В указанный стаж учтены все периоды согласно трудовой книжке и сведениям индивидуального (персонифицированного) учета, также в стаж учтены периоды ухода за лицами, достигшими возраста 80 лет с 23 февраля 2008 по 02 июля 2016 года, и с 03 июля 2016 по 30 сентября 2017 года. Общий трудовой по состоянию на 01 января 2002 составил - 19 лет 11 месяцев 22 дня;

Периоды работы с 21 октября 1990 по 20 апреля 1992 (уход за ребенком ДД.ММ.ГГГГ года рождения до полутора лет) выгодно исключить из подсчета общего трудового стажа и рассмотреть как «нестраховой» период, исчислив за указанные периоды коэффициенты в соответствии с ч.12 ст.15 Федерального закона «О страховых пенсиях».

- среднемесячный заработок учтен за 24 месяца за 2000-2001 годы по выписке ИЛС на основании сведений индивидуального (персонифицированного) учета и составил 2510 руб. 96 коп., среднемесячный заработок в Российской Федерации за тот же период – 1 494,50 руб., отношение заработной платы за указанный период к заработной плате по стране за аналогичный период составило 1,68, но в соответствии с пунктом 3 статьи 30 Федерального закона от 17 декабря 2001 года № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» отношение среднемесячного заработка застрахованного лица к среднемесячной заработной плате в Российской Федерации ответчиком учтено в размере 1,2.

- стажевый коэффициент 0,55%;

- стаж до 01 января 1991 для валоризации пенсионного капитала - 10 лет 04 месяца 20 дней. Сумма валоризации составляет 10 % величины расчетного пенсионного капитала и сверх того, 1 % величины расчетного пенсионного капитала за каждый полный год общего трудового стажа, приобретенного до 01 января 1991 года. Полных лет до 1991 года – 10, что соответствует 10% для валоризации +10% (за периоды стажа до 01 января 2002 года), итого 20%;

-уточненные страховые взносы, начисленные работодателем на момент назначения пенсии с 01 января 2002 по 31 декабря 2014 года составили 33 185,32 руб.

После 01 января 2015 на дату установления пенсии 22 февраля 2018 страховые взносы от работодателей на индивидуальный лицевой счет не поступали, поскольку трудовая деятельность не осуществлялась, истец осуществляла уход за нетрудоспособным гражданином.

Расчетный размер пенсии на 01 января 2002 составляет 0,55х1,2х1671 руб.=1102,86 руб.

Расчетный размер пенсионного капитала 148686,69(1102,86-450 (базовая часть) х 0,99888889 (отношение неполного стажа 19 ноября 2022 к требуемому 20 лет) х 228 (ожидаемый период выплаты для пенсии в 2018 году.

Сумма валоризации пенсионного капитала составила 148686,69 руб. х20% =29737,34 руб.

Сумма расчетного пенсионного капитала с учетом суммы валоризации и индексации и суммы страховых взносов составила: 1035000,56 руб. =(148686,69 руб.+29737,34 руб.) х5,6148 (общий коэффициент индексации расчетного пенсионного капитала с 01 января 2002 по 31 декабря 2014) +33185,32.

Размер страховой пенсии (без учета фиксированной выплаты) на 31 декабря 2014 года составил 1035000,56 руб./228=4539,48 руб.

С 01 января 2015 года вступил в действие Федеральный закон «О страховых пенсиях». Пенсионные права по данному закону формируются не в рублях, а в индивидуальных пенсионных коэффициентах (далее ИПК).

Стоимость одного ИПК по состоянию на 01 января 2015 года составляла 64,10 руб. С 01 января 2015 года вместо ФБР введена фиксированная выплата, размер которой установлен 3935 руб.

Размер ИПК за периоды, до 01 января 2015 года составил 70,819 (4539,48/64,10).

ИПК за нестраховые периоды: уход за ребенком ДД.ММ.ГГГГ года рождения до достижения возраста полутора лет составил 2,7; уход за лицами, достигшими возраста 80 лет – 9 лет 7 месяцев 8 дней (8/360+7/12+9)х1,8 составил 17,290. Общее количестве ИПК равен 90,809 (70,819+17,290).

С 01 января 2025 года стоимость одного ИПК равна 145,69 руб., размер фиксированной выплаты к страховой пенсии по старости 8907,70 руб.

Размер пенсии с 01 января 2025 года составил 22 137,66 руб. Недополученная сумма пенсии за январь, февраль 2025 года в связи с несвоевременной индексацией будет начислена в феврале 2025 года. Сведения ИЛС откорректированы (л.д.24-30).

В дальнейшем ОСФР по Челябинской области проводилась индексация размера пенсии, с учетом увеличения стоимости одного пенсионного коэффициента и размера фиксированной выплаты к страховой пенсии по старости.

Как следует из трудовой книжки, ФИО1 работала: с 30 июня 1980 по 08 сентября 1981 в Челябинском металлургическом заводе (1 год 2 месяца 9 дней); с 10 сентября 1981 по 01 февраля 1983 в Редакции газеты «Вечерний Челябинск» (1 год 4 месяца 22 дня); с 26 декабря 1982 по 05 августа 1983 в Средней школе № 103 г. Челябинска (с учетом наложения периода 6 месяцев 4 дня); с 15 августа 1983 по 31 марта 2003 в Челябинском металлургическом заводе (19 лет 7 месяцев 17 дней); с 01 апреля 2003 по 08 апреля 2004 в Металлургическом районном отделении ЧООО ВОИ (1 год 7 дней); с 09 апреля 2004 по 11 апреля 2008 в ООО «Челябинское время» (4 года 3 дня); с 01 июня 2009 по 13 сентября 2010 в ООО «Челябинское время» (1 год 3 месяца 13 дней) (л.д. 100-106).

В соответствии с таблицей «Данные о стаже» и сведениями о стаже застрахованного лица после регистрации с 01 января 2002 пенсионным органом учтены следующие периоды:

- с 30 июня 1980 по 08 сентября 1981 в Челябинском металлургическом заводе (1 год 2 месяца 9 дней);

-с 10 сентября 1981 по 01 февраля 1983 в Редакции газеты «Вечерний Челябинск» (1 год 4 месяца 22 дня);

-с 02 февраля 1983 по 05 августа 1983 в Средней школе № 103 г. Челябинска (с учетом наложения периода 6 месяцев 4 дня);

- с 15 августа 1983 по 31 марта 2003 в Челябинском металлургическом заводе (19 лет 7 месяцев 17 дней);

- с 09 апреля 2004 по 09 мая 2004 (1 месяц 1 день), с 01 января 2005 по 31 марта 2005 (3 месяца 1 день), с 01 января 2006 по 31 мая 2006 (5 месяцев 1 день), с 01 января 2007 по 31 мая 2007 (5 месяцев 1 день), с 01 января 2008 по 31 января 2008 (1 месяц 1 день) в ООО «Челябинское время»;

-с 23 февраля 2008 по 02 июля 2016 и с 03 июля 2016 по 30 сентября 2017 (9 лет 7 месяцев 8 дней) уход за нетрудоспособным лицом (л.д.77, 128).

Из письменного отзыва ОСФР по Челябинской области следует, что согласно документов пенсионного дела ФИО1, страховой стаж (по 30 сентября 2017 года) для права на пенсию составляет 33 года 7 месяцев 6 дней (работа, уход за ребенком до 1,5 лет, уход за нетрудоспособным гражданином), в том числе по состоянию на 31 декабря 2001 года для исчисления размера пенсии учтен общий трудовой стаж - 19 лет 11 месяцев 22 дня (работа, с учетом замены периода работы с ДД.ММ.ГГГГ по 28 апреля 1992 (1 год 6 месяцев) на период ухода за ребенком ДД.ММ.ГГГГ года рождения до достижения им возраста 1,5 лет).

В стаж включены все периоды трудовой (и иной) деятельности, подтвержденные трудовой книжкой и выпиской ИЛС. Периоды работы ФИО1 с 01 апреля 2003 по 08 апреля 2004 в Металлургическом районном отделении ЧООО ВОИ (1 год 7 дней), с 01 июня 2009 по 13 сентября 2010 в ООО «Челябинское время» (1 год 3 месяца 13 дней), содержащиеся в трудовой книжке, не учитывались пенсионным органом при подсчете страхового стажа, поскольку указанные периоды отсутствуют в выписке из индивидуального лицевого счета застрахованного лица.

В отзыве приведен подробный расчет размера трудовой пенсии, аналогичный расчету, указанному в ответе от 25 февраля 2025 года (л.д.49-54, 62-64).

Размер страховой пенсии ФИО1 в настоящее время составляет 22 137,66 руб. (страховая пенсия 13229,96 руб. (90,809 ИПК х145,69 (стоимость одного ИПК)+8907,70 руб. фиксированная выплата).

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении иска, суд первой инстанции, руководствовался положениями пенсионного законодательства и исходил из того, что размер пенсии исчислен истцу верно, ответчиком выбран наиболее выгодный для истца вариант расчета размера пенсии, который произведен в строгом соответствии с пенсионным законодательством Российской Федерации и с учетом всех имеющихся в пенсионном деле документов, пенсионные права истца действиями ответчика не нарушены, а, следовательно, об отсутствии оснований для перерасчета пенсии истца. Несмотря на некоторые неточности в расчете ответчика, они не повлияли на правильность расчета продолжительности общего трудового стажа и страхового стажа, расчета стажа до 1991 года для валоризации пенсионного капитала, оценки пенсионных прав ФИО1 по состоянию на 01 января 2002 года путем их конвертации (преобразования) в расчетный пенсионный капитал, а также расчета ИПК.

Поскольку требования о взыскании компенсации морального вреда являются производными от требований о перерасчете пенсии, в удовлетворении которых было отказано, то суд первой инстанции верно отказал в удовлетворении производных требований.

Судебная коллегия не находит оснований не соглашаться с указанными выводами суда, поскольку они основаны на правильном применении норм материального права, регулирующих спорных правоотношения, соответствуют установленным в ходе рассмотрения дела обстоятельствам.

Основания перерасчета размера страховой пенсии и срок определены в статье 18 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» (далее – Федеральный закон от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ).

Согласно ч. ч. 1, 2 ст. 18 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ размер страховой пенсии, фиксированной выплаты к страховой пенсии (с учетом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии) определяется на основании соответствующих данных, имеющихся в распоряжении органа, осуществляющего пенсионное обеспечение, по состоянию на день, в который этим органом выносится решение об установлении страховой пенсии, установлении и о перерасчете размера фиксированной выплаты к страховой пенсии в соответствии с нормативными правовыми актами, действующими на этот день.

Перерасчет размера страховой пенсии производится в случае:

1) увеличения величины индивидуального пенсионного коэффициента за периоды до 1 января 2015 года;

2) увеличения суммы коэффициентов, определяемых за каждый календарный год иных засчитываемых в страховой стаж периодов, указанных в ч. 12 ст. 15 настоящего Федерального закона, имевших место после 1 января 2015 года до даты назначения страховой пенсии;

3) увеличения по данным индивидуального (персонифицированного) учета в системах обязательного пенсионного страхования и обязательного социального страхования величины индивидуального пенсионного коэффициента, определяемой в порядке, предусмотренном ч. 18 ст. 15 настоящего Федерального закона, исходя из суммы страховых взносов на страховую пенсию, не учтенных при определении величины индивидуального пенсионного коэффициента для исчисления размера страховой пенсии по старости или страховой пенсии по инвалидности, при их назначении, переводе с одного вида страховой пенсии на страховую пенсию по старости или страховую пенсию по инвалидности, предыдущем перерасчете, предусмотренном настоящим пунктом, а также при назначении страховой пенсии по случаю потери кормильца. Такой перерасчет производится без заявления пенсионера (за исключением лиц, имеющих право на установление доли страховой пенсии по старости в соответствии со ст. ст. 19 и 20 настоящего Федерального закона) с 1 августа каждого года, а в случае перерасчета размера страховой пенсии по случаю потери кормильца - с 1 августа года, следующего за годом, в котором была назначена указанная страховая пенсия.

Согласно п. 2 ч. 1 ст. 23 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» (далее – Федеральный закон от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ) перерасчет размера страховой пенсии, фиксированной выплаты к страховой пенсии, за исключением случаев, предусмотренных частями 4 и 5 настоящей статьи, производится с 1-го числа месяца, следующего за месяцем, в котором принято заявление пенсионера о перерасчете размера страховой пенсии, фиксированной выплаты к страховой пенсии в сторону увеличения.

Заявление пенсионера о перерасчете размера страховой пенсии принимается при условии одновременного представления им необходимых для такого перерасчета документов, подлежащих представлению заявителем с учетом положений части 7 статьи 21 настоящего Федерального закона (ч. 2 ст. 23 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ).

Таким образом, в силу приведенных положений перерасчет пенсии на основании п. п. 1 и 2 ч. 2 ст. 18 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ носит заявительный характер, при этом к заявлению пенсионером должны быть приложены документы, подтверждающие наличие оснований для осуществления перерасчета.

Так, с 22 февраля 2018 года истцу была назначена трудовая пенсия по старости по нормам ст.8 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ.

Обращаясь с заявлением о перерасчете пенсии, истец указала на то, что ОФСР по Челябинской области включил ей не весь стаж работы по состоянию на 01 января 2002 года, что повлияло на процент валоризации. При этом, каких-либо документов, которые бы отсутствовали у пенсионного органа на дату назначения пенсии и подтверждали наличие предусмотренных ч. 2 ст. 18 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ оснований для осуществления перерасчета пенсии, истцом представлено не было (обратное истцом не доказано). Доказательств соблюдения истцом порядка обращения в пенсионный орган материалы дела не содержат.

Довод жалобы о том, что ее страж на 01 января 2002 года составлял более 23 лет, а не как определено ответчиком 19 лет 11 месяцев 22 дня, является ошибочным.

В силу п. 3 ч. 1 ст. 12 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ в страховой стаж наравне с периодами работы и (или) иной деятельности, которые предусмотрены статьей 11 настоящего Федерального закона, засчитывается период ухода одного из родителей за каждым ребенком до достижения им возраста полутора лет, но не более шести лет в общей сложности.

Согласно пункту 1 статьи 13 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ исчисление страхового стажа производится в календарном порядке. В случае совпадения периодов ухода за детьми с периодами работы соответствующие периоды работы исключаются из подсчета общего трудового стажа. Если в результате замены стажа периодами ухода за детьми не дает более выгодного размера пенсии, соответственно, пенсия рассчитывается по наиболее выгодному варианту.

Расчет пенсии по старости ФИО1 произведен по наиболее выгодному варианту с учетом замены периода работы с ДД.ММ.ГГГГ по 28 апреля 1992 года, совпадающего по времени с периодом ухода за ребенком ДД.ММ.ГГГГ года рождения, до достижения им возраста полутора лет.

Истец в своем расчете стажа до 2002 года неверно определяет продолжительность общего стажа, так за период с 30 июня 1980 по 08 сентября 1981 года указано 1 год 3 месяца 22 дня, в то время как продолжительность составляет 1 год 2 месяца 9 дней; с 10 сентября 1981 по 01 февраля 1983 года у истца указано 1 год 7 месяцев 9 дней, у ответчика 1 год 4 месяца 22 дня; с 26 декабря 1982 по 05 августа 1983 года у истца 4 месяца 21 день, у ответчика с учетом наложения 6 месяцев 4 дня; с 15 августа 1983 по 31 марта 2003 года у истца 20 лет 5 месяцев 16 дней, у ответчика 19 лет 07 месяцев 17 дней.

Таким образом позиция истца о том, что продолжительность ее страхового стажа составляет более 23 лет, не нашла своего подтверждения ни в суде первой, ни в суде апелляционной инстанции. В связи с чем судебная коллегия не принимает расчет размера пенсии, приведенный ФИО1 в ее апелляционной жалобе.

Несогласие истца с размером пенсии, в отсутствии доказательств нарушения ОСФР по Челябинской области законодательства не является основанием для отмены решения суда. Доводы о тяжелом материальном положении не свидетельствует о том, что размер пенсии исчислен неверно, так как размер пенсионных выплат базируется на объективных данных (стаж, заработок, ИПК), а не на уровни нуждаемости. Финансовые трудности не являются основанием для перерасчета пенсии.

По мнению судебной коллегии, нормы пенсионного законодательства при расчете пенсии ФИО1 ОСФР применены правильно. Размер наиболее выгодного варианта пенсии истцу был проверен. В решении суда первой инстанции приведен подробный математический расчет размера пенсии истца, отвечающий требованиям действующего законодательства, с учетом доводов апелляционной жалобы судебная коллегия оснований для перерасчета пенсии истца на основании ч. 2 ст. 18 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ также не находит.

Поскольку в ходе рассмотрения дела нарушение ответчиком пенсионных прав истца не установлено, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отказе в удовлетворении исковых требований о возложении обязанности провести валоризацию и перерасчет пенсии в связи с неправильным расчетом страхового стажа, который равняется 35 лет 1 месяц 5 дней; выплате пенсии с учетом надбавки за стаж работы с 30 июня 1980 года по 31 декабря 2001 года.

Фактически приведенные в апелляционной жалобе доводы не содержат обстоятельств, которые не были бы проверены и учтены судом первой инстанций при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта, влияли на законность постановленного судебного акта, либо опровергали выводы суда. Разрешая данное дело, суд первой инстанции правильно применил нормы права, регулирующие спорные правоотношения, приведя в мотивировочной части решения подробное обоснование своим выводам, и дав надлежащую оценку представленным доказательствам.

Само по себе несогласие, выраженное в апелляционной жалобе с выводами суда первой инстанции, иная оценка фактических обстоятельств дела и иное толкование положений закона не означают, что при рассмотрении дела допущена судебная ошибка, а также не подтверждают, что имеет место нарушение судом норм материального или процессуального права.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с ч. 4 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены решения суда первой инстанции, судом не допущено.

Руководствуясь ст. ст. 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Металлургического районного суда г.Челябинска от 28 октября 2025 года, оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 16.02.2026г.