Дело № 2-47/2025

25RS0030-01-2024-001652-40

Мотивированное 

решение

 изготовлено 31.03.2025 года

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

19 марта 2025 года пгт. Славянка

Хасанский районный суд Приморского края в составе:

председательствующего судьи Швецовой И.С.

при секретаре Трегубенко Т.В.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, действующей как в своих интересах, так и в интересах малолетнего ФИО2 к ФИО4 о признании договора купли-продажи жилого помещения недействительным, применении последствии недействительности сделки, 

установил:

ФИО1 обратилась в суд с вышеуказанными исковыми требованиями, ссылаясь на то, что между ней и ответчиком 01.07.2023 года был заключен договор купли-продажи жилого дома и земельного участка.

По условиям данного договора, истец передала в собственность ответчика жилой дом, расположенный по адресу: 

<

адрес> пгт. Краскино 

<

адрес>, площадью 45,9 кв.м., с кадастровым номером № и земельный участок с кадастровым номером №, площадью 3000 кв.м., стоить жилого дома и земельного участка сторонами оговорена в размере 1 800 000 рублей, в настоящие время право собственности в Росреестре по 

<

адрес> зарегистрировано за ответчиком.

Между тем, как указывает истец, фактически передача недвижимого имущества не было, акт приема – передачи не составлялся, ответчик перед подписанием договора имущество не осматривал, денежные средства в размер 1800000 рублей истец не получала, что свидетельствует по мнению истца, о недействительности данного договора.

Кроме, того, о недействительности договора, по мнению истца, свидетельствует то, что в момент подписания договора и по настоящее время в жилом доме проживают ее отец ФИО5 и малолетний сын ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, также отсутствует разрешение органа опеки и попечительства и ФИО5 на заключение данного договора. 

Истец, ссылаясь на положения ст. 166, 167, 137.1 ГК РФ просит суд признать недействительным договор купли-продажи жилого дома с кадастровым номером № и земельного участка с кадастровым номером № заключенный между истцом и ответчиком; признать недействительной запись в КГРЕ от 05.07.2023 года о праве собственности ответчика на вышеуказанное имущество; применить последствия недействительности сделки в виде возврата истцу жилого дома и земельного участка; взыскать с ответчика в пользу истца расходы на уплате госпошлины в размере 33000 рублей. 

В судебном заседании истец ФИО1, участвующая в посредством видеоконференцсвязи, представитель истца по доверенности (л.д. 22-23) ФИО6 на удовлетворении исковых требований настаивали в полном объеме. Представитель истца полагал, что истцом срок исковой давности, при обращении в суд с настоящими исковыми требованиями не пропущен и составляет три года.

ФИО11 суду пояснила, что между ней и ответчиком 06.04.2023 года был заключен договор займа на сумму 380 000 рублей, в дальнейшем в данный договор вносились изменения, поскольку он еще брала в долг суммы 02.06.2023 года 70 000 рублей и 20.06.2023 года 150 0000 рублей, окончательно она должна была вернуть ответчику с учетом суммы займа и процентов, 800 000 рублей. 

В обеспечение данного договора займа, был заключен договора залога имущества, а именно спорного жилого дома и земельного участка, залоговая стоимость за жилой лом определена в размере 304116 рублей, за земельный участок 433274 рублей. Вернуть денежные средства ответчику она не смогла, ответчик вынудил ее подписать договор купли-продажи жилого дома и земельного участка, денежные средства по договору купли-продажи она не получала, подписала расписки, якобы о передаче ей денежных средств не читая их и не вникая в смысл, ответчик дом и земельный участок не осматривал. В доме остались проживать ее отец и сын, права которых, нарушаются. В настоящее время ответчик обратился в суд с иском о выселении отца и сына.

В то же время истец в судебном заседании признала, что должна вернуть ответчику сумму займа по договору, после заключения договора купли-продажи, она в счет погашения суммы займа вернула ответчику сумму процентов.

Истец в пгт. Краскино, в доме не проживает, уехала со своим сожителем и младшим ребенком в 

<

адрес>, где снимает жилое помещение. Также указала, что ею в 

<

адрес> было продано жилое помещение площадью 12,2 кв.м. по адресу: 

<

адрес>, по договору купли-продажи 29.01.2020 года ФИО7, однако по решению Находкинского городского суда данный договор признан недействительным, с иском обратилась ее старшая дочь ФИО1, поскольку ее права данным договором были нарушены, в момент заключения договора она являлась несовершеннолетней, а изначально жилое помещение приобреталось на средства материнского капитала. По настоящему решению она должна ФИО7 денежные средства.

Ответчик ФИО4 в судебное заседание не явился о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, просил рассмотреть дело в его отсутствие. Ранее в судебном заседании ответчик ФИО4, посредством видеоконференцсвязи с исковыми требованиями не согласился, представлен отзыв на иск (л.д. 27).

Ответчик суду пояснил, что через знакомого риэлтора фирмы «Жилищный вопрос» ФИО10 в 

<

адрес>, к нему обратилась ФИО1 с целью взять в долг денег, ФИО10 как раз помогала ФИО11 договором купли-продажи жилого помещения в 

<

адрес>. Он согласился на заключения договора займа. Изначально был договор займа на сумму 100 000 рублей, потом 200 000 рублей, и договор залога от ДД.ММ.ГГГГ, имущества, а именно жилого дома в пгт. Краскино 

<

адрес> и земельного участка по указанному адресу, которые были в собственности у истца, оговорена залоговая стоимость. 

В апреле 2023 года он передал ФИО11 еще 80 000 рублей, и 06.04.2024 года заключили последней договор, составили расписку на общую сумму в размере 380 000 рублей и договор залога уже от 06.04.2023 года, потом он передавал ФИО11 в июне 2023 года еще 70 000 рублей и 150 000 рублей, дополнительными соглашениями вносились в договор займа и договор залога изменения, таким образом, ФИО11 должна ему по договору займа в качестве основного займа 600 000 рублей и проценты за пользование займом в размере 260000 рублей. 

Истец в четвертый раз обратилась с просьбой одолжить денежные средства, на что он (ответчик) отказал, после чего ФИО11 предложила приобрести у нее дом и земельный участок, на что он согласился, 01.07.2023 года составили договор купли-продажи, оговорили стоимость в 1800000 рублей. 

Как указывает ответчик, он передал 01.07.2023 года истцу по договору купли-продажи денежные средства в размере 1500 000 рублей, при этом ФИО11 часть долга по договору займа вернула, о чем была написана расписка в МФЦ. 

Ответчик пояснил, что в жилой дом он не смог попасть, во двор дома не попасть не смог, так как во дворе бегали собаки, из дома никто не вышел, ему пришлось осматривать дом и участок с улице через забор. ФИО11 говорила ему, что в доме живут ее отец и сын и она бы не хотела, чтобы отец знал о том, что она продала дом и земельный участок.

ФИО11 попросила его в течение полгода не предпринимать никаких действий по выселение её отца и сына из жилого дома, в связи с чем между ним и ФИО11 было заключено 05.10.2023 года соглашение о том, что пользователи и члены семьи ФИО11 остаются проживать в вышеназванном жилом доме до 05.10.2024 год, при этом в соглашении оговорено, что ФИО11 получила еще в счет стоимости по договору купли-продажи еще 280 000 рублей, а 31.01.2024 года ФИО11 получила от него (ответчика) оставшиеся 20 000 рублей. 

Ответчик указал, что по договору займа ФИО11 погасила только проценты за пользование займом в размере 280000 рублей, остался еще основной долг в размере 600 000 рублей. В настоящее время он обратился с иском в Находкинский городской суд с иском о взыскании с ФИО11 денежных средств по договору займа. 

Представитель ответчика по доверенности ФИО13 суду пояснил, что истцом пропущен срок исковой давности для обращения в суд с настоящими исковыми требованиями, который составляет один год, то есть с 01.07.2023 года с момента заключения договора и по 01.07.2024 года. В договоре купли-продажи имеется опечатка в слове «заемщик».

Третье лицо ФИО5 в судебном заседании поддержал исковые требования, пояснил, что ФИО1 приходится ему дочерью. О том, что дочь продала дом и земельный участок, не знал, узнал только, когда Заник обратился в суд с иском о его выселении, договор заключен без его согласия. С ним также проживает малолетний внук ФИО2 -сын истца, которого также Заник собирается выселять.

Как пояснил ФИО5, изначально дом и земельный участок принадлежал его знакомому ФИО11, но последний в доме не проживал, постоянно в доме проживал он (ФИО5). ФИО11 уехал и оставил на его (ФИО5) имя доверенность на продажу жилого дома и земельного участка, в связи с чем он решил продать дом и участок своей дочери ФИО1, после чего практически отстроил новый дом, то есть фактически дом принадлежит ему (ФИО5 ), но в доме он не зарегистрирован, имеет регистрацию с 02.12.2021 года в пгт. 

<

адрес>, но по указанному адресу никогда не проживал, проживают чужие для него люди, зарегистрировался с целью получения на территории Зарубино земельный участок, но не получилось, дом это его единственное жилье. Дочь уехала с младшим ребенком в 

<

адрес>, где проживает со своим сожителем, расходы по содержанию дома и земельного участка дочь не несет. О том, что дочь занимала у ответчика деньги, ему (ФИО11) также ничего неизвестно, как и неизвестно о том, что дочь имела жилое помещение в г. Находка, продала и сейчас должна вернуть денежные средства. 

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО9 суду показала, что ей известным и истец и ответчик, поскольку она представляла интересы ответчика ФИО8 в судебном заседании в Находкинском городском суде о признании договора купли-продажи жилого помещения по адресу: в 

<

адрес>, заключенного между ФИО1 и ФИО7, они выступала в качестве ответчиков, иск был подан старшей дочерью ФИО3, поскольку интересы дочери самой ФИО12 при продаже жилого помещения были нарушены, ФИО11 приобретала изначально данное помещение с использованием материнского капитала, но доли не определила, решением суда от 12.03.2024 года указанный договор купли-продажи был признан недействительным, в связи с чем ФИО11 должна ФИО7 вернуть денежные средства по договору и в связи с внесенными в жилое помещение улучшениями. 

В рамках рассмотрения указанного дела, было установлено, что ФИО1 продала в пгт. Краскино жилой дом и земельный участок ФИО4, с ее слов она собиралась вернуть денежные средства за квартиру, после получения денежных средств от Заника, но опять же со слов ФИО11, ей известно, что Заник за дом с ней не расплатился, а забрал дом в обеспечение договора займа, то есть фактически ФИО11 дом и земельный участок не продавала.

Выслушав стороны, свидетеля, изучив материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Согласно статье 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Согласно пункту 1 статьи 454 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Как предусмотрено пунктом 1 статьи 549 ГК РФ по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (статья 130).

Как установлено в судебном заседании, 01.07.2023 года между ФИО1 и ФИО4 заключен договор купли-продажи жилого дома по адресу: 

<

адрес> пгт. Краскино 

<

адрес> и земельного участка с кадастровым номером 25:20:040101:332 по указанному адресу, для использования жилого дома (л.д. 11). Данные объекты недвижимости принадлежали на праве собственности ФИО1 на основании договора купли-продажи от 08.10.2015 года (л.д. 13, 14).

Стороны в договоре определили, что стоимость жилого дома – 900 000 рублей, стоимость земельного участка -900 000 рублей (п. 2). 

Также сторонами в договоре определено, что сумма в размере 1 5000 0000 рублей будет выплачена ФИО4 (покупатель) продавцу ФИО1 до подписания договора, а оставшаяся сумма в размере 300 000 рублей в течение трех месяцев с момента государственной регистрации перехода права собственности (л.д. 2.1). Стороны установили, до выполнения покупателем обязательств по полной оплате за недвижимость отчуждаемое недвижимое имущество не признавать находящимся в залоге у продавца (п. 3). Данный договор является одновременно и актом приема передачи дома и земельного участка (п. 6).

Кроме того, сторонами по договору достигнута договорённость, что ФИО1, и ее малолетний сын ФИО2 обязуются сняться регистрационного учета в течение трех месяцев с даты государственной регистрации перехода права собственности.

Данный договор прошёл государственную регистрации и согласно выписке из ЕГРН право собственности на жилое помещение и земельный участок зарегистрировано за ФИО4 05.07.2023 года (л.д. 96-99,108-111) о чем в ЕГРН сделаны записи № № от 05.07.2023 года соответственно.

Статья 166 ГК РФ предусматривает, что сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка), либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно части 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Как разъяснено в пункте 87 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила.

По смыслу действующего законодательства притворная сделка ничтожна потому, что не отражает действительных намерений сторон. Общим правилом является применение закона, относящегося к прикрытой сделке, при этом она представляет собой произвольную комбинацию условий, прав и обязанностей, не образующих известного Кодексу состава сделки, и также может выходить за рамки гражданских сделок. Применение закона, относящегося к прикрытой сделке, состоит в оценке именно тех ее условий, которые указаны в законах, на которые ссылается истец.

В силу указанной нормы, признаком притворности сделки является отсутствие волеизъявления на исполнение заключенной сделки у обеих ее сторон, а также намерение сторон фактически исполнить прикрываемую сделку. Притворная сделка совершается без намерения воспользоваться ее правовыми последствиями и прикрывает ту сделку, которая заключается с действительными намерениями породить гражданские права и обязанности. По сути, имеются две сделки: прикрываемая, которую стороны заключили с намерением воспользоваться порождаемыми ею правами и обязанностями, и прикрывающая, призванная скрыть подлинный характер правоотношения. Следовательно, в предмет доказывания по делам о признании недействительными притворных сделок входят факт заключения сделки, действительное волеизъявление сторон, обстоятельства заключения договора и доказательства несоответствия волеизъявления сторон их действиям.

В судебном заседании установлено, что между ФИО1 и ФИО4 06.04.2023 года заключен договор займа, в соответствии с которым Заник передал ФИО1 в долг денежные средства в размере 380 000 рублей, а также заключен в обеспечение данного договора займа договор залога имущества, а именно земельного участка с кадастровым номером № и жилого дома, расположенного на данном земельном участке по адресу: 

<

адрес> пгт. Краскино 

<

адрес>, с кадастровым номером 25:20:280101:1425, залоговая цена 

<

адрес> 116 рублей, земельного участка 433274 рублей (пп. А п. 1.2) (л.д. 69, 70), имеется расписка о получении ФИО1 денежных средств размере 380 000 рублей (л.д. 68). 

В дальнейшем 02.06.2023 года ответчик в адрес ФИО1 в долг передал 70 00 рублей (л.д. 66), а 20.06.2023 года еще передал 150 000 рублей (л.д. 64), в связи с чем дополнительными соглашениями в договор займа и договор залога внесены изменения (л.д. 65, 67).

Как пояснил в судебном заседании ответчик ФИО4, изначально со ФИО1 заключен договор займа на сумму 100 000 рублей, потом на 200 000 рублей, и договор залога от 14.01.2023 и 18.03.2023 года, имущества, а именно жилого дома в пгт. Краскино ул. Октябрьская, 16 и земельного участка по указанному адресу, которые были в собственности у истца, была оговорена залоговая стоимость (л.д. 102-103, 104), договор зарегистрирован в установленном порядке. 

В апреле 2023 года он передал ФИО11 еще 80 000 рублей, и 06.04.2024 года заключили последней договор, составили расписку на общую сумму в размере 380 000 рублей и договор залога уже от 06.04.2023 года, потом он передавал ФИО11 в июне 2023 года еще 70 000 рублей и 150 000 рублей, дополнительными соглашениями вносились в договор займа и договор залога изменения.

Таким образом, по условиям договора займа, исходя из дополнительного соглашения от 20.06.2023 года, ФИО1 обязуется возвратить в срок до 06.04.2024 года денежные средства как основной долг – 600 000 рублей и проценты на 06.04.2024 года в размере 1 335 000 рублей (п. 1 соглашения л.д. 65).

Обращаясь в суд с исковыми требованиями о признании данного договора купли-продажи недействительным, ФИО1 ссылается на нарушение прав и законных интересов ее малолетнего сына ФИО2, который зарегистрирован по вышеуказанному адресу и ее отца ФИО5, который фактически проживает в спорном жилом доме без регистрации. Далее в судебном заседании, ФИО1 и ее представитель указали, на притворность сделки, поскольку указанные в оспариваемом договоре объекты недвижимого имущества были переданы ответчику по договору залога, заключенного в обеспечение договора займа денежных средств, заключенного между истцом и ответчиком, она от ответчика денежных средств за продажу жилого дома и земельного участка не получала. 

В соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений.

Анализируя содержание как договора займа, договора залога жилого дома и земельного участка, так и оспариваемого договора купли-продажи, суд приходит к выводу, что истцом не были доказаны обстоятельства притворности сделки, на которые она ссылается в обоснование иска. 

Так, оспариваемый договор купли-продажи подписан самим истцом, заключив договор, стороны выразили друг другу намерение создать определенные правоотношения, принять на себя взаимные права и обязанности, то есть добровольно, по собственной инициативе связали себя достигнутыми при заключении договоров соглашениями. Взаимосвязи между заключением договора купли-продажи, в данном договоре не имеется положений, которые бы указывали на наличие между сторонами заемных средств, либо отношений по залогу объектов недвижимости доказательств, обосновывающих их притворность, суд не находит.

Как следует из расписки, ответчик истцу по условиям договора сразу передал в счет стоимости объектов недвижимости 1 500 000 рублей (л.д. 74), о чем была составлена расписка, подписанная также ФИО1 собственноручно, что не отрицалось последней в судебном заседании 

Суд принимает во внимание, что 05.10.2023 года между ФИО1 и ФИО4 было заключено соглашение о пользовании недвижимым имуществом, в соответствии с которым стороны договорились, что пользователь жилым домом и члены его семьи, остаются проживать в жилом доме шесть месяцев с даты заключения настоящего соглашения и до 05.04.2024 года. 

Кроме того, в данном соглашении, указано, что пользователь (ФИО1) получила от ФИО4 денежные средств в счет оставшейся суммы за дом и земельный участок в размере 280 000 рублей, ФИО1 и члены ее семьи будут состоять на регистрационном учете по месту жительства по адресу жилого дома до 05.04.2024 года. По истечению указанных сроков ФИО1 обязуется обеспечить снятие с регистрационного учету по месту жительства по адресу жилого дома себя и всех членов своей семьи, выселение всех членов семьи, оплату всех коммунальных платежей (л.д. 107). Данное соглашение также подписано истцом собственноручно, что не отрицалось последней в судебном заседании, то есть стороны достигли соглашения о порядке пользования истцом и членами ее семьи жилым помещением. 

31.01.2024 года ФИО1 получила от ФИО14 в счет оплаты стоимости жилого дома и земельного участка, оставшиеся 20 000 рублей, о чем была составлена расписка (л.д. 75), также подписанная истцом собственноручно 

Суд принимает во внимание, что истец не была лишена возможности в случае несогласия с предлагаемыми условиями обратиться к иному физическому или юридическому лицу с предложением заключить сделку на иных, более выгодных условиях или вовсе отказаться от заключения сделок. 

Как указывает истец, она подписала оспариваемый договор купли-продажи и расписки о получении денежных средств, не читая, не вдаваясь в подробности, не осознавая, что она подписывает. 

Между тем, истец является дееспособным человеком, что свидетельствует о ее способности понимать значение подписываемых ею документов, с учетом того, что истец помимо договора купли-продажи также подписывала две расписки о передачи ей денежных средств и соглашение о пользовании недвижимым имуществом, то есть при подписании оспариваемого договора воля истца была направлена именно на отчуждение принадлежащего ей недвижимого имущества по договору купли-продажи, ответчиком, как покупателем совершены действия по исполнению своих обязательств, а стороной истца как продавцом принято исполнение по договору без каких-либо возражений, обратного материалы дела не содержат, неопределенность в отношении договоренностей сторон отсутствует, в связи с чем, соответствующие условия договора считаются согласованными, а договор – заключенным, при этом совершение сделок, в особенности связанных с куплей-продажей недвижимости, предполагает наличие высокой степени заботливости и осмотрительности, которая требуется от сторон по характеру договора и условиям оборота, учитывая высокую степень риска и существенность сделки для сторон.

Суд принимает во внимания показания свидетеля ФИО9, которая в судебном заседании пояснила, что со слов ФИО1 ей известно, что последняя продает ФИО4 принадлежащий ей жилой дом и как только получит от Заника денежные средства, то возместит ФИО7 300 000 рублей по договору купли-продажи жилого помещения в г. Находка, то есть ФИО1 сама поясняла, что продала дом и земельный участок и Заник с ней должен расплатиться, что свидетельствует о том, что доводы ФИО1 о притворности сделки являются несостоятельными, действия ФИО11 были направлены именно на продажу жилого дома и земельного участка Занику и получение от их продажи денежных средств, при этом ФИО11 суду не пояснила, каким образом ответчик, с целью подписания договора купли-продажи воздействовал на нее, с учетом того, что срок до договору займа истекал только лишь 06.04.2024 года.

Суд также учитывает, что истец обратилась в суд с настоящими исковыми требованиями, только после того, как ФИО4 обратился в Хасанский районный суд с требованиями о признании ФИО1 утратившей права пользования жилым помещением и о выселении ФИО5 и малолетнего ФИО2, производство по которому приостановлено. 

Кроме того, в судебном заседании ответчик указал на то, что после заключения оспариваемого договора купли-продажи, ФИО1 выплатила по договору займа проценты за пользование займом в размере 260 000 рублей, по которым претензий к ней не имеет, что не отрицалось истцом в судебном заседании. Ответчик в настоящее время обратился в Находкинский городской суд с иском к ФИО1 денежных средств по договору займа в размере 600 000 рублей, что свидетельствует о том, что договор займа продолжает действовать, независимо от заключения между сторонами оспариваемого договора купли-продажи.

Как указала в судебном заседании ФИО1, она признает требования о взыскании денежных средств по договору займа.

Таким образом, у суда не имеется оснований полагать, что оспариваемый договор купли-продажи, подразумевает под собой какие –либо иные правоотношения между сторонами, как на том настаивает истец. 

При этом, как ранее отмечалось, истец, утверждая о притворном характере сделки, должна была представить доказательства, свидетельствующие о том, что при заключении оспариваемого договора купли – продажи подлинная воля сторон была направлена на достижение других правовых последствий в связи с чем договор купли-продажи прикрывал иную волю сторон.

Такие доказательства. В частности, указывающие на иные цель, преследуемую сторонами при заключении договора, нежели передача и получение жилого дома и земельного участка на условиях купли-продажи, суду предоставлены не были.

Ссылка ФИО1 о том, что оспариваемый договор купли-продажи является недействительным, поскольку ответчик не осматривал ни дом ни земельный участок, акт приема- передачи имущества не подписывался, что по мнению истца, также указывает на притворность сделки, суд находит несостоятельными, поскольку, как указано в тексте оспариваемого договора, он одновременно является актом приема- передачи имущества (п. 6), как указал в судебном заседании ответчик, он не смог попасть на территорию жилого дома, его никто не ждал, дверь на территорию была закрыта, хотя ФИО11 должна была предупредить своего отца, проживающего в доме о том, что Заник приедет осматривать дом. Сама ФИО11 в судебном заседании утверждала, что не ставила в известность своего отца о продаже жилого дома.

Доводы истца о нарушении прав проживающего в спорном жилом доме ее отца ФИО5 являются несостоятельными, поскольку он по адресу жилого дома не зарегистрирован, только лишь фактически в нем проживает, при этом ранее указывалось, что между истцом и ответчиком было заключено соглашение о пользовании спорным жилым домом, в том числе членами семьи ФИО1, где предусмотрено их право на проживание до ДД.ММ.ГГГГ.

В соответствии с требованиями п. 3 ст. 60 СК РФ, п. 1 ст. 28 ГК РФ в сфере осуществления имущественных прав несовершеннолетних их родители приравнены к опекунам и попечителям.

В силу п. 1 ст. 28 ГК РФ за несовершеннолетних, не достигших четырнадцати лет (малолетних), сделки, за исключением указанных в пункте 2 настоящей статьи могут совершать от их имени только их родители, усыновители или опекуны. К сделкам законных представителей несовершеннолетнего с его имуществом применяются правила, предусмотренные пунктами 2 и 3 статьи 37 настоящего Кодекса.

Согласно п. 2 ст. 37 ГК РФ опекун не вправе без предварительного разрешения органа опеки и попечительства совершать, а попечитель - давать согласие на совершение сделок по отчуждению, в том числе обмену или дарению имущества подопечного, сдаче его внаем (в аренду), в безвозмездное пользование или в залог, сделок, влекущих отказ от принадлежащих подопечному прав, раздел его имущества или выдел из него долей, а также любых других действий, влекущих уменьшение имущества подопечного.

Пунктом. 1 ст. 173.1 ГК РФ предусмотрено, что сделка, совершенная без согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, необходимость получения которого предусмотрена законом, является оспоримой, если из закона не следует, что она ничтожна или не влечет правовых последствий для лица, управомоченного давать согласие, при отсутствии такого согласия. Она может быть признана недействительной по иску такого лица или иных лиц, указанных в законе.

Законом или в предусмотренных им случаях соглашением с лицом, согласие которого необходимо на совершение сделки, могут быть установлены иные последствия отсутствия необходимого согласия на совершение сделки, чем ее недействительность.

По общему правилу, родители вправе и обязаны действовать в интересах несовершеннолетних детей, в качестве законных представителей, при этом должны быть установлены эффективные механизмы обеспечения приоритетной защиты прав и интересов несовершеннолетних, недопущение их дискриминации, восстановление нарушенных прав ребенка, если причиной их нарушения стали действия родителей, в том числе предусматривать, с учетом соблюдения баланса прав и законных интересов несовершеннолетних детей и родителей в случае их конкуренции, повышенный уровень гарантий жилищных прав несовершеннолетних детей, как уязвимой в отношении с родителями стороны.

Учитывая вышеприведенные требования закона при проверке законности сделки, в результате которой несовершеннолетний утрачивает право на распоряжение недвижимым имуществом, необходимо устанавливать соответствует ли она интересам несовершеннолетнего и не ухудшаются ли его имущественные права.

Проверяя доводы истца о совершении ею сделки вопреки интересам ее малолетнего сына ФИО2, суд находит их также не состоятельным, поскольку исходя из смысла п. 4 ст. 292 ГК РФ во взаимосвязи со ст. ст. 121, 123 СК РЫФ, при отчуждении жилого помещения, в котором проживает несовершеннолетний, согласие органа опеки и попечительства по общему правилу, не требуется, так как предполагается, что несовершеннолетний находится на попечении родителей и это не опровергнуто имеющейся у органа опеки и попечительства информацией об отсутствии со стороны родителей попечения. 

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что ФИО1, как собственник спорных объектов недвижимости, вправе была по своему усмотрению в соответствии с требованиями ст. 209 ГК РФ совершать любые сделки, не противоречащие закону и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в связи с чем оснований для удовлетворения заявленных исковых требований истца не имеется. 

В то же время, рассматривая заявление представителя ответчика о пропуске истцом срока исковой давности для обращения с настоящими исковыми требованиями суд, суд не находит оснований для его удовлетворения.

Так, согласно п. 2 ст. 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которого заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса (пункт 1 статьи 196 ГК РФ).

Согласно статье 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В соответствии с п. 1 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствии недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (п. 3 ст. 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 101 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", для требований сторон ничтожной сделки о применении последствий ее недействительности и о признании такой сделки недействительной установлен трехлетний срок исковой давности, который исчисляется со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, то есть одна из сторон приступила к фактическому исполнению сделки, а другая - к принятию такого исполнения (пункт 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации). Течение срока исковой давности по названным требованиям, предъявленным лицом, не являющимся стороной сделки, начинается со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае, не может превышать десять лет со дня начала ее исполнения.

Исходя из установленных обстоятельств, вышеуказанными положениями законодательства, суд приходит к выводу, что истцом, срок исковой давности по требованию о признании оспариваемого договора купли-продажи недействительным, не пропущен.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

ФИО1, действующей как в своих интересах, так и в интересах малолетнего ФИО2 в удовлетворении исковых требований к ФИО4 о признании договора купли-продажи жилого помещения недействительным, применении последствии недействительности сделки – отказать.

Решение может быть обжаловано в Приморский краевой суд через Хасанский районный суд в течении одного месяца со дня его изготовления в мотивированном виде.

Судья