УИД 66RS0046-01-2018-001028-40

№ 2-57/2019

РЕШЕНИЕ

 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

05 июля 2019 года Пригородный районный суд Свердловской области в составе председательствующего судьи Соколова Е.Н.,

при секретарях судебного заседания Соловьевой О.В., Панченковой Ю.Э.,

с участием представителя истца ФИО1 – ФИО2,

представителя ответчика ФИО3 – ФИО4, 

третьего лица ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3 о признании недействительным договора купли-продажи, признании права собственности на недвижимое имущество, 

УСТАНОВИЛ:

Спорным недвижимым имуществом является земельный участок с кадастровым номером № площадью 1036 кв.м. и строение в виде жилого дома, в эксплуатацию не принятого, право собственности, на которое не зарегистрировано в установленном порядке, расположенные по адресу: 

<

адрес>. (далее - спорное недвижимое имущество, жилой дом, земельный участок с кадастровым номером №)

ФИО1 через своего представителя ФИО2 с учетом уточнений и увеличения исковых требований обратилась в суд с иском к ФИО3 о недействительным договора купли-продажи земельного участка с кадастровым номером №, заключенного 03.02.2017 года между ФИО3 и ФИО1 (далее - договор купли-продажи от 03.02.2017 года), прекращении права собственности ФИО3 на земельный участок с кадастровым номером № и признании права собственности ФИО1 на дом и земельный участок с кадастровым номером №.

В обоснование иска представитель истца указала, что 23.09.2014 истцом по договору купли-продажи был приобретен земельный участок. 12.08.2015 истцом получено разрешение на строительство индивидуального жилого дома на указанном участке. 01.04.2016 истцом заключен договор подряда № 7 с ООО «АльфаРемСтрой» на строительство жилого дома, 30.07.2016 работы по строительству жилого дома были выполнены и сданы по акту выполненных работ. Работы истцом оплачены в размере 890 563 рублей. 

Исковые требования заявлены в связи с тем, что истец не имеет возможности оформить право собственности на жилой дом, так как ответчик ФИО3 путем обмана и введением в заблуждение относительно природы сделки завладела принадлежащим истцу земельным участком и жилым домом, оформила право собственности на земельный участок с кадастровым номером №, намерений продавать земельный участок ответчику истец не имела. 

Ответчик ФИО3, извещенная надлежащим образом о времени и месте проведения судебного заседания, в судебное заседание не явилась, направила в суд своего представителя ФИО4, которая заявленные истцом исковые требования не признала в полном объёме, просила в удовлетворении иска отказать. 

В обоснование своих возражений пояснила, что ответчик является собственником спорного недвижимого имущества на основании договора купли-продажи земельного участка 03.02.2017 года, который не может быть признан недействительным, поскольку истцом не представлено как доказательств совершения данной сделки под влиянием обмана, заблуждения со стороны ответчика, так и доказательств строительства жилого дома исключительно за счет сил и средств истца, не представлено доказательств ввода жилого дома в эксплуатацию. Ссылаясь на положения ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений содержащихся в абз. 5 п. постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", поскольку на момент подписания договора купли-продажи от 03.02.2017 истец знала о наличии на земельном участке с кадастровым номером № жилого дома, но намерено скрыла данный факт при государственной регистрации перехода права, подписав 11.02.2017 заявление об отсутствии на земельном участке с кадастровым номером № строений, а так же указав об этом и п. 4 договора купли-продажи от 03.02.2017, полагала, что истец выразила волю и на отчуждение находящегося на этом земельном участке жилого дома. Кроме того, просила применить к требованиям истца о признании недействительным договора купли-продажи от 03.02.2017 года пропуск срока исковой давности, предусмотренный законодательством для предъявления данных исковых требований, поскольку истец узнала о продаже земельного участка с кадастровым номером № в конце апреля 2017 года, а исковое заявление подано в суд 10.06.2019 года, т.е. за пределами срока исковой давности. 

Представитель истца, ссылаясь на положения ст. 204 Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений содержащихся в п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", полагала, что истцом не пропущен срок исковой давности по заявленным исковым требованиям о признании недействительным договора купли-продажи от 03.02.2017 года, поскольку в конце апреля 2017 года истцу стало известно, что земельный участок с кадастровым номером № переписан на ответчика, 29.04.2017 истцом направлено в адрес ответчика претензия о расторжении договора купли-продажи от 03.02.2017 года, поскольку ответа не последовало, истец 15.05.2017 обратилась в суд с иском к ответчику о признании сделки не действительной по основанию, что в момент совершения сделки она находилась в таком состоянии, когда не понимала значение своих действий, не могла руководить ими. Решением Пригородного районного суда Свердловской области от 02.10.2017, оставленного без изменения 19.12.2017 определением апелляционной коллегией по гражданским делам Свердловского областного суда, в иске было отказано. Поскольку истец с учетом уточнений и увеличений исковых обратилась в суд с иском к ответчику за защитой нарушенных прав на жилой дом и земельный участок с кадастровым номером № 03.12.2018 года, срок исковой давности пропущен не был. 

Третье лицо ФИО5 полагала подлежащими удовлетворению исковые требования истца, поддержав доводы истца и её представителя. 

Заслушав лиц, участвующих в деле, свидетелей, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему. 

В соответствии с п. 1 ст. 454 Гражданского кодекса Российской Федерации (здесь и далее - в редакции, действовавшей на момент заключения договора купли-продажи от 03.02.2017) по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

В силу п. 1 ст. 549 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (ст. 130 Гражданского кодекса Российской Федерации).

На основании ст. ст. 131, 551 Гражданского кодекса Российской Федерации переход права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости к покупателю подлежит государственной регистрации.

При этом в п. 2 ст. 558 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что договор продажи жилого дома, квартиры, части жилого дома или квартиры подлежит государственной регистрации и считается заключенным с момента такой регистрации.

Как видно из договора купли-продажи от 03.02.2017 и установлено в судебном заседании, между ФИО1 (продавец) с одной стороны и ФИО3 (покупатель) с другой стороны был заключен договор купли-продажи земельного участка с кадастровым номером №, отчуждаемое недвижимое имущество продано за 1 000 000 рублей, полностью уплаченных покупателем продавцу до подписания настоящего договора. (т.1 л.д. 49-50). 

Как установлено судом в ходе судебного разбирательства собственником земельного участка с кадастровым номером № является ФИО3 (т.1 л.д. 66-67, 148-150)

В обоснование иска представителем истца указано, что истец действовала под влиянием обмана со стороны ответчика, которая вместо помощи в восстановлении свидетельства о праве собственности на земельный участок с кадастровым номером №, оформила договор купли-продажи от 03.02.2017, тогда как намерений продавать земельный участок ФИО1 не имела, кроме того истец заблуждалась относительно природы сделки. 

В соответствии с ч. 1 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу п. 2 ст. 179 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, приведенной в пункте 99 Постановления Пленума от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" сделка под влиянием обмана, совершенного как стороной такой сделки, так и третьим лицом, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (пункт 2 статьи 179 ГК РФ). Обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (пункт 2 статьи 179 ГК РФ).

Таким образом, сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман.

Как следует из положений п. 1 ст. 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если сторона заблуждается в отношении природы сделки (подп. 3 п. 2 ст. 178 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу приведенных положений данной нормы, заблуждение предполагает, что при совершении сделки лицо исходило из неправильных, не соответствующих действительности представлений о каких-то обстоятельствах, относящихся к данной сделке. Так, существенным является заблуждение относительно природы сделки, то есть совокупности свойств (признаков, условий), характеризующих ее сущность.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями ч. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно ч. 3 ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Таким образом, с учетом положений ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, сторона, которая обращается за признанием сделки недействительной по указанным основаниям, должна доказать, что выраженная ею при заключении договора воля сформировалась под влиянием заблуждения, и оно является существенным применительно к п. 1 ст. 178 Гражданского кодекса Российской Федерации. Применительно к спорным правоотношениям, истец должен доказать, что сторона сделки и природа сделки являются для нее настолько существенными, что в противном случае такая сделка не была бы совершена. Заблуждение должно иметь место на момент совершения сделки. Применительно к положениям п. 2 ст. 179 Гражданского кодекса Российской Федерации ФИО1 действовала под влиянием обмана со стороны ФИО3, обстоятельства, относительно которых истец была обманута, находятся в причинной связи с её решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман.

Однако каких-либо доказательств того, что при заключении сделки договора купли-продажи от 03.02.2017 ФИО1 действовала под влиянием обмана со стороны ФИО3, заблуждалась в отношении природы сделки, кроме их личных утверждений об этом истец и её представитель суду не представили. 

Объяснения данные ФИО1, Т.В.Г., ФИО5 содержащиеся в постановлении об отказах в возбуждении уголовного дела от 14.03.2014, 22.05.2019, 11.07.2017, протоколах объяснения от 21.02.2019, без даты, на которые ссылается сторона истца в подтверждение доказанности совершения ФИО1 договора купли-продажи от 03.02.2017 года под влиянием обмана со стороны ФИО3, не могут быть приняты во внимание поскольку, основаны на личном мнении указанных лиц об обмане истца со стороны ответчика, кроме того они заинтересованы в исходе дела. (т.2 л.д. 23-25, 26-2935-38,39-41, 56-58, 60-61, 62)

Доводы представителя истца о том, что земельный участок с кадастровым номером № истцом ответчику не передавался, поскольку акты передачи не подписывались не могут быть приняты во внимание, так как согласно п. 8 договора купли-продажи от 03.02.2017 истец произвел передачу указанного земельного участка ответчику до подписания настоящего договора, по соглашению сторон, без составления передаточного акта. (т.1 л.д. 49-50) 

Доводы представителя истца о том, что оспариваемый договор ФИО1 подписала не читая его не может являться основанием для признания договора купли-продажи от 03.02.2017 недействительным.

Из возражений представителя ответчика следует, что в качестве одного из оснований для отказа в иске ею указывается на пропуск истцом срока исковой давности по предъявленным ею требованиям о признании договора купли-продажи от 03.02.2017 недействительным. 

Суд не может согласиться с доводами стороны истца о том, что ФИО1 не пропустила срок исковой давности по следующим основаниям. 

В соответствии со ст. 195 Гражданского кодекса исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В силу ч. 1 ст. 196 Гражданского кодекса общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

Согласно ч. 2 ст. 181 Гражданского кодекса РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (п. 1 ст. 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Истец в соответствии со ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации просит совершенную сделку договор купли-продажи от 03.02.2017 года как оспоримую, совершенную под влиянием обмана, заблуждения признать недействительной.

Срок исковой давности по данной сделке составляет один год со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Согласно п. 1 ст. 204 Гражданского кодекса Российской Федерации, и как следует из разъяснений, содержащихся в п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" со дня обращения в суд в установленном порядке за защитой нарушенного права срок исковой давности не течет на протяжении всего времени, пока осуществляется судебная защита, в том числе в случаях, когда суд счел подлежащими применению при разрешении спора иные нормы права, чем те, на которые сослался истец в исковом заявлении, а также при изменении истцом избранного им способа защиты права или обстоятельств, на которых он основывает свои требования (ч. 1 ст. 39 ГПК РФ и ч. 1 ст. 49 АПК РФ).

По смыслу положений п. 1 ст. 204 Гражданского кодекса Российской Федерации о приостановлении течения срока исковой давности на период осуществления судебной защиты и вышеприведенных разъяснений по ее применению следует, что судебная защита должна иметь место в период течения срока исковой давности, а не после ее истечения. 

Как видно из договора купли продажи земельный участок с кадастровым номером № был подписан истцом 03.02.2017, следовательно о нарушении своего права истец должна была узнать в день подписания данного договора. (т.1 л.д. 49-50) 

Как следует из объяснений представителя истца и подтверждается материалами дела 15.05.2017 истец обратилась в суд с иском к ответчику о признании сделки не действительной по основанию, что в момент совершения сделки она находилась в таком состоянии, когда не понимала значение своих действий, не могла руководить ими. Решением Пригородного районного суда Свердловской области от 02.10.2017, оставленного без изменения 19.12.2017 определением апелляционной коллегией по гражданским делам Свердловского областного суда, в иске было отказано. (т.1 л.д. 143-145)

Как следует из материалов дела, истец учетом уточнений и увеличения исковых требований обратилась в суд с иском к ФИО3 за защитой своих прав в отношении спорного недвижимого имущества 03.12.2018 года. (т.1 л.д. 5-6, 121-123, 157-158, 221, т.2 л.д. 18-22)

При таких обстоятельствах с учетом приостановления течения срока исковой давности на период осуществления судебной защиты с 15.05.2017 по 19.12.2017 срок исковой давности истек 10.09.2018 года.

Поскольку истец должна была узнать о нарушении своих прав 03.02.2017 года, а с настоящим иском обратилась в суд 03.12.2018 года, т.е. с пропуском срока, предусмотренного ч. 1 ст. 196 Гражданского кодекса Российской Федерации, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных истицей требований о признании недействительным договора купли-продажи от 03.02.2017.

Не подлежит удовлетворению ходатайство представителя истца о восстановлении пропущенного процессуального срока для предъявления настоящего иска по следующим основаниям.

В силу ст. 205 Гражданского кодекса Российской Федерации, в исключительных случаях, когда суд признает уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца (тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п.), нарушенное право гражданина подлежит защите. Причины пропуска срока исковой давности могут признаваться уважительными, если они имели место в последние шесть месяцев срока давности, а если этот срок равен шести месяцам или менее шести месяцев - в течение срока давности.

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 г. N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", бремя доказывания наличия обстоятельств, свидетельствующих о перерыве, приостановлении течения срока исковой давности, возлагается на лицо, предъявившее иск. В исключительных случаях суд может признать уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца - физического лица, если последним заявлено такое ходатайство и им представлены необходимые доказательства.

Из приведенной правовой нормы и акта ее толкования следует, что пропущенный срок исковой давности может быть восстановлен только по уважительным причинам, которые связаны с личностью истца и носят исключительный характер, имели место в последние шесть месяцев срока исковой давности и подтверждены относимыми и допустимыми доказательствами, представленными истцом.

В качестве уважительных причин процессуального срока для предъявления настоящего иска представитель истца указывает, что срок был пропущен по причинам болезни истца и обращении истца в органы полиции о привлечении ответчика к уголовной ответственности за мошенничество. 

Как видно из представленных стороной истца медицинских документов истец находилась изначально на стационарном, а позднее на амбулаторном лечении в течении 2017 года, обращалась в полицию с заявлением о привлечении к уголовной ответственности ФИО3 которая путем обмана завладела земельным участком с кадастровым номером № и жилым домом (т.1л.д. 187-217, 244)

Однако нахождение истца изначально на стационарном, а позднее на амбулаторном лечении и обращение в полицию не может быть отнесено к исключительным обстоятельствам, влекущим восстановление срока исковой давности, поскольку само по себе оно не ограничивало право последнего на обращение в суд с иском к ответчику самостоятельно, либо посредством иного представителя. Каких-либо иных причин, не зависящих от заявителя, и которые препятствовали своевременному обращению в суд с иском не представлено. 

При таких обстоятельствах исковые требования истца к ответчику о признании недействительным договора купли-продажи земельного участка с кадастровым номером №, удовлетворению не подлежат и как следствие не подлежат и производные требования о прекращении права собственности ФИО3 на земельный участок с кадастровым номером № и признании права собственности на него за ФИО1

Ссылка представителя истица на факт неполучения денежных средств от ответчика от продажи земельного участка, оцененного в 1 000 000 руб., является несостоятельной, поскольку данное обстоятельство не является основанием для признания сделки недействительной по указанным ею основаниям, а влечет иные последствия, в частности, продавец приобретает право требовать взыскания оплаты по договору купли-продажи на основании п. 3 ст. 486 Гражданского кодекса Российской Федерации, в том числе и в судебном порядке.

Согласно п. 1 ст. 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на новую вещь, изготовленную или созданную лицом для себя с соблюдением закона и иных правовых актов, приобретается этим лицом.

В силу ст. 219 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на здания, сооружения и другое вновь создаваемое недвижимое имущество, подлежащее государственной регистрации, возникает с момента такой регистрации.

Как видно из технического паспорта в 

<

адрес> расположен жилой дом общей площадью 68,8 кв.м. (т.1 л.д. 159-172)

В силу ч. 3 ст. 17 Конституции РФ осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

В соответствии с п. 3 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В абз. 3 п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения (абз. 4 п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пятом абзаце пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Как видно из п.4 договора купли-продажи от 03.02.2017 истец указала, что на отчуждаемом земельном участке с кадастровым номером № отсутствуют какие-либо здания и сооружения и иное недвижимое имущество. (т.1 л. 49-50)

Из заявления поданного истцом 11.02.2017 так же усматривается, что на земельном участке с кадастровым номером № строений нет. (т.1 л.д. 52) 

Из объяснений представителя истца следует, что жилой дом на момент купли-продажи земельного участка с кадастровым номером № существовал, в эксплуатацию до настоящего времени не принят, право собственности, на него не зарегистрировано в установленном порядке, данный факт не оспаривался стороной ответчика, и был подтвержден показаниями свидетелей С.Е.В., К.Е.В. и Б.С.М. 

При таких обстоятельствах, принимая во внимание недобросовестное поведение истца, суд считает, что право истца о признании права собственности на жилой дом защите не подлежит. 

На основании ч. 1 ст. 88 и ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, состоящие из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Поскольку суд пришел к выводу об отказе истцу в удовлетворении исковых требований к ответчику в полном объеме, заявление истца о взыскании судебных расходов в размере 12 106 рублей удовлетворению не подлежит. 

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, 

РЕШИЛ:

В удовлетворении иска ФИО1 к ФИО3 о признании недействительным договора купли-продажи, признании права собственности на недвижимое имущество, отказать. 

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня составления мотивированного решения путем подачи апелляционной жалобы в Свердловский областной суд через Пригородный районный суд Свердловской области. 

Судья (подпись)

Машинописный текст решения изготовлен судьей 12.08.2019 года.

Судья (подпись)

Копия верна: 

Судья Е.Н. Соколов