РЕШЕНИЕ

 

Именем Российской Федерации 

28 ноября 2019 года г.Волгодонск 

Волгодонской районный суд Ростовской области в составе:

председательствующего судьи – Кантовой Т.В., 

при секретаре судебного заседания – Тамазян Р.Э.,

с участием:

истца – ФИО1,

ответчика – ФИО2,

его представителя – адвоката Миронова Н.Г., действующего на основании ордера № 21161 от 08.10.2019 года,

ответчика – ФИО3,

его представителя – адвоката Абраменко А.В., действующего на основании ордера № 91156 от 08.10.2019 года,

третьего лица – ФИО4,

с извещением лиц, участвующих в деле, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3, третьи лица, не заявляющие самостоятельные требования относительно предмета спора: МУ МВД России «Волгодонское», ФИО4, о признании сделок недействительными и истребовании имущества из чужого незаконного владения,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском о признании недействительными договоров купли-продажи транспортного средства «Шевроле Круз», ДД.ММ.ГГГГ выпуска, VIN №, государственный регистрационный знак №, заключенных:

- 13.11.2016 года между ней и ФИО3;

- 11.04.2017 года между ФИО3 и ФИО2 

Одновременно, просила истребовать автомобиль из чужого незаконного владения. 

В обоснование заявленных требований истец указала, что на основании договора купли-продажи от 25.08.2016 года ей на праве собственности принадлежал указанный выше автомобиль. 25 августа 2016 года неустановленное лицо, находясь в 

<

адрес> в г.Волгодонске, путем обмана, под предлогом переоформления, завладело принадлежащим ей транспортным средством. По данному факту 13.04.2017 года было возбуждено уголовное дело, она признана потерпевшей. В ходе предварительного расследования ей стало известно, что автомобиль был продан ФИО3, а чуть позже – ФИО2, которые переоформили транспортное средство на себя в МРЭО ГИБДД. В рамках уголовного дела были получены заключения эксперта № 1142 от 05.07.2017 и № 1179 от 11.07.2017 года, о том, что рукописный текст доверенности на право пользования и распоряжения транспортным средством от 24.08.2016 года, а также подпись в строке «Продавец» в договоре купли-продажи автомобиля от 13.11.2016 года выполнены не ФИО1 Со ссылкой на ст.166 ГК РФ просила удовлетворить указанные выше исковые требования (л.д.3-4).

В судебном заседании ФИО1 настаивала на удовлетворении заявленных требований, предложением суда об их уточнении – воспользоваться не пожелала. Дополнительно пояснила, что транспортное средство она ФИО3 не продавала и не передавала, договор не подписывала, денежные средства от ответчика не получала. О существовании договора она узнала при расследовании уголовного дела о хищении ее автомобиля. Заявила, что 25.08.2016 года оставила автомобиль для ремонта у ранее знакомого Б, но полномочий на продажу транспортного средства она не предоставляла, доверенность не давала. Считает, что второй оспариваемый ею договор купли-продажи автомобиля от 11.04.2017 года, заключенный между ФИО3 и ФИО2, «автоматически» является недействительным, поскольку заключен после возбуждения уголовного дела и объявления автомобиля в розыск. Указала, что просит изъять автомобиль из незаконного владения ФИО2, поскольку считает себя собственником «Шевроле Круз», ДД.ММ.ГГГГ выпуска, VIN №, государственный регистрационный знак №.

ФИО3 в судебном заседании не признал требования истца. в обоснование возражений пояснил, что в ноябре 2016 года на сайте AVITO нашел объявление о продаже понравившегося ему автомобиля. Для осмотра ТС он приехал на 

<

адрес> в г.Волгодонске (

<

данные изъяты>). Машину ему показывал Б1, который пояснил, что транспортное средство принадлежит сестре. Б1 предоставил ему договор купли-продажи автомобиля с подписью ФИО1, он в свою очередь, передал Б1 деньги за автомобиль в сумме 430 000 рублей. Расписка и акт приема-передачи транспортного средства ими не составлялись. В течении 10 дней он переоформил автомобиль в ГАИ, а 11 апреля 2017 года – продал его за 420 000 рублей своему знакомому - ФИО2, поскольку понадобились деньги. При переоформлении автомобиля в ГАИ им никто не сообщил о розыске данного транспортного средства. Заявил также, что с момента изъятия автомобиля по настоящее время ФИО2 не предъявлял ему претензий по сделке.

Представитель ФИО3, действующий на основании ордера адвокат Абраменко А.В., поддержал возражения доверителя, просил отказать в удовлетворении исковых требований. Указал на наличие признаков мнимости сделки, на основании которой возникло право собственности ФИО1 на автомобиль. 

ФИО2 исковые требования также не признал и просил отказать в их удовлетворении, поскольку считает себя добросовестным приобретателем. Заявил, что приобрел автомобиль у ФИО3 за 420 000 рублей на основании договора купли-продажи от 11.04.2017 года. При заключении договора он передал ФИО3 денежные средства в размере 250 000 рублей, остальные – 170 000 рублей должен был уплатить в течении двух месяцев. Вместе с автомобилем ФИО3 передал ему ПТС и ключи от ТС. Признал, что полный расчет по договору купли-продажи он не произвел по настоящее время. О розыске автомобиля узнал в 20-х числах мая 2017 года, при изъятии транспортного средства сотрудниками полиции. Заявил об отсутствии у него претензий к ФИО3 

Адвокат Миронов Н.Г., представляющий интересы ответчика, просил отказать в удовлетворении исковых требований к ФИО2 Указал на недоказанность права собственности ФИО1 на спорное транспортное средство и, как следствие, отсутствие у истца права на оспаривание сделок. Считает, что ФИО2 приобрел автомобиль у ФИО3 на законных основаниях, не зная о правопритязаниях третьих лиц, произвел расчет по договору купли-продажи. По его мнению, доводы ответчика о добросовестном приобретении спорного автомобиля подтверждаются фактом нахождения у ФИО2 паспорта транспортного средства. 

ФИО4 пояснил в судебном заседании, что является супругом ФИО1 В августе 2016 года они с супругой приобрели спорный автомобиль у Ш. Найти подходящий автомобиль и совершить сделку им помогал ранее ему знакомый Б. Расчет с продавцом они произвели с использованием средств регионального семейного (материнского) капитала – 170 000 рублей было перечислено на счет Ш. При этом УПФР не ставил под сомнение сделку и право собственности ФИО1 на автомобиль. В этой связи, считает необоснованным заявление представителей ответчиков о недоказанности истцом своих прав на спорный автомобиль. Заявил, что ни он, ни ФИО1 не заключали договор купли-продажи автомобиля с ФИО3, денег от ответчика не получали, транспортное средство – не передавали. Доверенность на продажу транспортного средства они Б не давали. Подлинник ПТС на спорный автомобиль до сих пор находится у них. Просил удовлетворить исковые требования супруги – ФИО1

Представитель МУ МВД России «Волгодонское» в судебное заседание не явился. О времени и месте рассмотрения дела третье лицо извещено по правилам ст.113 ГПК РФ, о причинах неявки своего представителя в судебное заседание - не сообщило. С учетом мнения участников процесса и в соответствии с ч.3 ст.167 ГПК РФ, суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие представителя МУ МВД России «Волгодонское».

Выслушав пояснения участников процесса, изучив письменные материалы дела, суд дал оценку представленным по делу доказательствам по правилам ст.67 ГПК РФ и пришел к следующему.

25.08.2016 года ФИО1 по договору купли-продажи, заключенного с Ш, приобрела в собственность автомобиль «Шевроле Круз», ДД.ММ.ГГГГ выпуска, VIN №, ПТС № от 30 августа 2011 года (л.д.11-12).

В тот же день, 25.08.2016 года регистрационные действия в отношении указанного транспортного средства были произведены в РЭП ОТД № 3 г.Волгодонска МРЭО ГИБДД МУ МВД России «Волгодонское» (л.д.13).

Право собственности ФИО1 на автомобиль продавцом (Ш) не оспаривалось, договор купли-продажи транспортного средства от 25.08.2016 года недействительным в установленном законом порядке не признан. В этой связи, суд находит необоснованными возражения представителей ответчика о недоказанности возникновения у ФИО1 права собственности на спорное транспортное средство и отсутствии права на оспаривание сделок с автомобилем. 

03.04.2017 года ФИО1 обратилась в правоохранительные органы с заявлением, зарегистрированным в КУСП № ОП-1 МУ МВД России «Волгодонское», о хищении принадлежащего ей автомобиля.

13.04.2017 года возбуждено уголовное дело № в отношении неустановленного лица по признакам преступления, предусмотренного ч.2 ст.159 УК РФ. ФИО1 признана потерпевшей по уголовному делу. 

В ходе предварительного расследования спорное транспортное средство было изъято у ФИО2, в качестве вещественного доказательства по уголовному делу. 

Как следует из искового заявления и пояснений ФИО1 в судебном заседании, она просит признать недействительным договор купли-продажи транспортного средства от 13.11.2016 года. Предметом оспариваемого договора является автомобиль «Шевроле Круз», ДД.ММ.ГГГГ выпуска, VIN №, государственный регистрационный знак №. Сторонами сделки являются ФИО1 и ФИО3 (л.д.94).

Одновременно, истец просит признать недействительным договор купли-продажи спорного транспортного средства, заключенный в последующем между ФИО3 и ФИО2, истребовать автомобиль из незаконного владения ответчика (л.д.126).

Требования истца к ФИО3, по сути, обусловлены отсутствием согласования сторонами существенных условий договора купли-продажи автомобиля. 

Истец в судебном заседании заявила, что не имела намерения продавать автомобиль, договор купли-продажи транспортного средства от 13.11.2016 года и акт приема-передачи она не подписывала, автомобиль ответчику не передавала, оплату по договору (денежные средства) от ФИО3 она не получала. 

Данные обстоятельства признаны ФИО3 в судебном заседании.

ФИО3 признал, что непосредственно с ФИО1 он не согласовывал условий договора купли-продажи ТС, а действовал через Б1, который передал ему договор с подписью продавца, автомобиль и получил деньги.

Ответчики также признали и подтверждается материалами дела, что 10.04.2017 года заключили в простой письменной форме договор купли-продажи спорного автомобиля, на основании которого собственником ТС в настоящее время является ФИО2 (л.д.54, 124-126).

Доводы истца о том, что данные обстоятельства являются основаниями для признания недействительным договора купли-продажи автомобиля от 13.11.2016 года, суд отклоняет, как основанные на неверном толковании норм материального права. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 1 ГК РФ граждане и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Согласно статье 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

Свобода договора проявляется в трех аспектах: 1) свобода заключения договора и отсутствие принуждения ко вступлению в договорные отношения (пункт 1 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации); 2) свобода определения юридической природы (характера) заключаемого договора (подпункты 2 и 3 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации); 3) свобода определения условий (содержания) заключаемого договора (пункт 4 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу статьи 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Согласно ч.2 ст.433 ГК РФ если в соответствии с законом для заключения договора необходима также передача имущества, договор считается заключенным с момента передачи соответствующего имущества (статья 224).

По договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену) (ч.1 ст.454 ГК РФ).

Стороны признали, что 13.11.2016 года передача транспортного средства истцом ФИО3 не осуществлялась. Существенные условия при заключении договора купли-продажи автомобиля от 13.11.2016 года сторонами не согласовывались.

Таким образом, судом установлено, что фактически договор купли-продажи транспортного средства от 13.11.2016 года между ФИО1 и ФИО3 не заключался. 

Как неоднократно указывал Верховный Суд РФ, к незаключенному договору правила об основаниях недействительности сделок не применяются, поскольку незаключенность договора свидетельствует об отсутствии между сторонами какой-либо сделки (Определение Верховного Суда РФ от 10.04.2018 N 81-КГ17-31 (Судебная коллегия по гражданским делам); Определение Верховного Суда РФ от 31.03.2016 N 305-ЭС15-16158 по делу N А40-154362/2014 (Судебная коллегия по экономическим спорам); Определение Верховного Суда РФ от 07.07.2015 по делу N 78-КГ15-7 (Судебная коллегия по гражданским делам).

Однако истец настаивала на признании договора купли-продажи транспортного средства от 13.11.2016 года именно недействительным. Требования ФИО1, как следует из иска, основаны на ст.166 ГК РФ. О признании данного договора незаключенным, ФИО1 не просила.

Между тем, действующим законодательством предусмотрены различные правовые последствия при признании договора недействительным и незаключенным. В первом случае – это двусторонняя реституция, во втором – виндикация. 

Соответственно, для удовлетворения требований истца об истребовании имущества из чужого незаконного владения, судом должны быть разрешены и удовлетворены требования о признании договора незаключенным. Но ФИО1 такие требования не заявлялись.

Определение надлежащего способа защиты является необходимым условием возможности удовлетворения иска, и не может быть произвольно изменено судом по своему усмотрению. 

Действующее законодательство не ограничивает лицо, чьи права нарушены, в выборе способов защиты, перечисленных в статье 12 ГК РФ. Вместе с тем, если нормы права предусматривают для конкретного правоотношения только определенный способ защиты, лицо, обращающееся в суд за защитой своего нарушенного права, вправе применять лишь этот способ.

В силу ч.3 ст.196 ГПК РФ суд принимает решение по заявленным истцом требованиям. Основания для выхода за пределы заявленных требований, предусмотренные федеральным законом, применительно к настоящему спору отсутствуют.

С учетом изложенного, требования ФИО1 о признании недействительным договора купли-продажи транспортного средства, заключенного 13.11.2016 года с ФИО3, а также об истребовании имущества из чужого незаконного владения, являются незаконным и удовлетворению не подлежат.

Соответственно производное требование, как его поименовала ФИО1, о признании недействительным договора купли-продажи транспортного средства, заключенного между ФИО3 и ФИО2, не может быть признано обоснованным. 

Следует отметить, что истец не указала в своем заявлении и не смогла пояснить в судебном заседании, каким основанием, предусмотренным Гражданским кодексом РФ, следует руководствоваться при признании недействительным договора купли-продажи, заключенного между ФИО3 и ФИО2

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении иска ФИО1 к ФИО2, ФИО3, третьи лица, не заявляющие самостоятельные требования относительно предмета спора: МУ МВД России «Волгодонское», ФИО4, о признании сделок недействительными и истребовании имущества из чужого незаконного владения, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционную инстанцию Ростовского областного суда через Волгодонской районный суд Ростовской области в течение месяца со дня принятия судьей решения в окончательной форме.

Решение в окончательной форме принято 05.12.2019 года.