Дело № (№) 

П Р И Г О В О Р

именем Российской Федерации

пгт. Яя «04» июня 2019 года

Яйский районный суд 

<

адрес> 

в составе председательствующего – судьи Рюминой О.С., 

при секретаре ФИО6,

с участием государственного обвинителя – помощника прокурора 

<

адрес> ФИО7,

подсудимого ФИО2 и его защитника – адвоката ФИО92, 

потерпевших Потерпевший №3, Потерпевший №2, Потерпевший №1, 

рассмотрев материалы уголовного дела в отношении:

ФИО2, ФИО97:

- ФИО98.

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.306 УК РФ, 

у с т а н о в и л:

ФИО2 совершил заведомо ложный донос о совершенном преступлении с обвинением лица - Потерпевший №3, Потерпевший №2, Потерпевший №1, в совершении тяжкого преступления, при следующих обстоятельствах:

ДД.ММ.ГГГГ, ФИО99

В судебном заседании подсудимый ФИО2 виновным себя в инкриминируемом ему деянии не признал, добровольно показал, что ДД.ММ.ГГГГ в помещении отделения карантина ФКУ ИК № ФИО1 по 

<

адрес> сотрудники исправительного учреждения Потерпевший №3, Потерпевший №2, Потерпевший №1, а также другие сотрудники, фамилии которых он не помнит, применили в отношении него насилие, а именно нанесли ему множественные удары по голове и телу, а затем совершили в отношении него насильственные действия сексуального характера, высказали неоднократные угрозы применения насилия. ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ им были поданы заявления о привлечении виновных лиц к уголовной ответственности, поскольку в отношении него сотрудниками ФКУ ИК-37 было совершено преступление. В указанных заявлениях он подробно обо всем изложил по обстоятельствам от ДД.ММ.ГГГГ. Ложных сведений по событиям от ДД.ММ.ГГГГ он не сообщал.

Несмотря на отрицание своей вины в совершении преступлении преступления, предусмотренного ч.2 ст.306 УК РФ, виновность подсудимого ФИО2 в судебном заседании нашла свое подтверждение, в том числе в показаниях потерпевших Потерпевший №3, Потерпевший №2, Потерпевший №1, свидетелей ФИО12, ФИО8 

Так, допрошенный в ходе судебного следствия потерпевший Потерпевший №3, показал, что ДД.ММ.ГГГГ был запланирован общий обыск в ФКУ ИК-37. В ходе обыскных мероприятий принимали участие сотрудники ФКУ ИК-37 Потерпевший №2 и Потерпевший №1 и другие сотрудники учреждения. Ему, Потерпевший №2 и Потерпевший №1 никакие спецсредства не выдавались. Обыскные мероприятия были закончены около 14 часов дня. В 16 часов он зашел в медицинскую часть, для того, чтобы выяснить состояние здоровья осужденного ФИО9, который ранее причинил себе членовредительство. В медсанчасти помимо ФИО9 также находились и другие осужденные. ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ в течении всего дня он не видел, с ним не общался, в том числе не видел его и в помещении медсанчасти. Около 17 часов вечера ДД.ММ.ГГГГ он покинул режимную территорию ИК-37. В помещение карантинного отделения ДД.ММ.ГГГГ он не заходил. Насилие к осужденному ФИО2 ни он, ни Потерпевший №1, ни Потерпевший №2 не применяли. ФИО2 является осуждённым отрицательной направленности, за допущенные нарушения установленного порядка отбывания наказания неоднократно находился в помещении камерного типа, в штрафном изоляторе. Считает, что ФИО2 подано заявление о привлечении сотрудников ИК-37 к уголовной ответственности с целью дестабилизировать обстановку в колонии.

ДД.ММ.ГГГГ в Ижморский межрайонный следственный отдел следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по 

<

адрес> им подано заявление о привлечении ФИО2 к уголовной ответственности по ч.2 ст.306 УК РФ, в виду того что данных действий в отношении подсудимого он не совершал и тот его оговорил, в связи с чем просит привлечь ФИО2 к уголовной ответственности.

Потерпевший Потерпевший №2, допрошенный в судебном заседании пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ в учреждении ФКУ ИК-37 проводились плановые обыскные мероприятия. Он находился в отряде строгих условия отбывания наказания. В течении всего дня ДД.ММ.ГГГГ он принимал личное участие при проведении обыскных мероприятий. Часть осужденных была недовольна проведением обыскных мероприятий и в знак протеста совершали акты членовредительства, объявляли голодовку, выкрикивали лозунги на «воровском языке», пытаясь установить свои законы и правила внутри исправительного учреждения. После обыскных мероприятий он вышел с территории режимной зоны учреждения и около 16 часов зашел обратно на территорию режимной зоны колонии, где находился в промышленной зоне совместно с сотрудником учреждения Потерпевший №1 В это время Потерпевший №3 по радиостанции вызвал его для проведения совместного обхода и они совершая обход зашли в медсанчасть для проверки осужденного ФИО9, который совершил акт членовредительства. Затем по рации ему сообщили, что на территорию ИК-37 прибыл сотрудник ОМВД ФИО5 по 

<

адрес> Свидетель №1, для того, чтобы отобрать объяснение с осужденного ФИО2, который на тот момент содержался в ШИЗО. Он дал указание сотрудникам ИК-37 Потерпевший №5 и ФИО11 сопроводить данного сотрудника для опроса осужденного ФИО2 Объяснение с ФИО2 отбиралось в кабинете младшего инспектора ШИЗО. Он заходил в кабинет, где находились Свидетель №1 и осужденный ФИО2 У ФИО2 имелись «несвежие» порезы, так как осужденный ранее неоднократно совершал акты членовредительства. Он проверил, как проходит опрос с ФИО2, поскольку он относится к осужденным отрицательной направленности. Так как опрос проходил спокойно, он ушел на территорию жилой зоны и около 18 часов покинул режимную территорию. В помещение карантинного отделения ДД.ММ.ГГГГ он не заходил. ДД.ММ.ГГГГ никто из сотрудников учреждения физическую силу, а также насильственные действия в отношении ФИО2 не применял. Он в этот день не получал никакие спецсредства. Считает, что обращение ФИО2 вызвано именно тем, чтобы дестабилизировать обстановку в учреждении. ФИО2 он может охарактеризовать с отрицательной стороны, как злостного нарушителя правил содержания учреждения, он дестабилизирует режим учреждения.

ДД.ММ.ГГГГ в Ижморский межрайонный следственный отдел следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по 

<

адрес> им подано заявление о привлечении ФИО2 к уголовной ответственности по ч.2 ст.306 УК РФ, в виду того что данных действий в отношении подсудимого он не совершал и тот его оговорил, в связи с чем просит привлечь ФИО2 к уголовной ответственности.

Потерпевший Потерпевший №1, допрошенный в судебном заседании пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ в ФКУ ИК-37 проводились плановые обыскные мероприятия. Лично он принимал участие в данных мероприятиях в помещениях ШИЗО, ПКТ, отряда №. Около 14 часов ДД.ММ.ГГГГ обыскные мероприятия были закончены. Около 16 часов он зашел на территорию режимной зоны, где совместно с Потерпевший №2 проводил обход промышленной зоны учреждения, а в дальнейшем, совершая обход они совместно зашли в медсанчасть для проверки осужденного ФИО9 После этого он находился в помещении ШИЗО. Он видел, как сотрудники ИК-37 Потерпевший №5 и ФИО11, сопровождали сотрудника полиции для опроса ФИО2 Он совместно с сотрудниками Потерпевший №7 и ФИО15 доставили ФИО2 в медицинский блок, для того чтобы ему сделали перевязку, так как ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 совершил акт членовредительства. Когда ФИО2 довели до медицинского блока, он остался в локальном участке, расположенном рядом с медицинским блоком. ФИО2 находился в медсанчасти менее 1 часа. Никто из сотрудников в карантинное отделение не заходил и ФИО2 туда не заводил. После этого видел, как ФИО2 вели в ШИЗО и больше его в этот день он не видел. Около 18 часов вечера ДД.ММ.ГГГГ он покинул режимную территорию исправительного учреждения. ДД.ММ.ГГГГ он не получал никакие спецсредства. Физическую силу, а также насильственные действия в отношении ФИО2 он не применял. ФИО2 он может охарактеризовать с отрицательной стороны, как лицо, злостно нарушающее условия содержания в исправительном учреждении. Считает, что действия ФИО2 направлены на дестабилизацию режима исправительного учреждения.

ДД.ММ.ГГГГ в Ижморский межрайонный следственный отдел следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по 

<

адрес> им подано заявление о привлечении ФИО2 к уголовной ответственности по ч.2 ст.306 УК РФ, в виду того что данных действий в отношении подсудимого он не совершал и тот его оговорил, в связи с чем просит привлечь ФИО2 к уголовной ответственности.

Свидетель ФИО12 указала, что она работает в должности заместителя руководителя Ижморского следственного отдела СУ СК РФ по 

<

адрес>. Она осуществляет регистрацию заявлений, поступивших в отдел. По заявлению ФИО2 пояснила следующее, что ей поступил оригинал заявления ФИО2 от следователя ФИО57 Заявление ФИО2 было написано собственноручно. Из заявления ФИО2 усматривались признаки преступления, предусмотренного ст.286 ч.3 УК РФ и она зарегистрировала указанное заявление.

Свидетель ФИО8 указала, что она работает в должности главного специалиста Ижморского следственного отдела СК РФ по 

<

адрес>. В ее обязанности входит ведение архива, а также оперативное хранение материалов проверки, ведение контрольных производств по уголовным делам. Материал проверки по заявлению ФИО2 хранился в отделе.

Кроме того, виновность подсудимого ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 306 УК РФ также подтверждается письменными материалами дела, а именно:

ФИО100 

ФИО100 

ФИО100 

ФИО100

ФИО100 

ФИО100 

ФИО100

ФИО100 

ФИО100 

ФИО100 

ФИО100 

ФИО100

ФИО100

ФИО100

ФИО100 ФИО2 ФИО102.

По ходатайству стороны обвинения был истребован материал об отказе в возбуждении уголовного дела ФИО101

Подсудимым ФИО2 в суде не оспаривалось то, что данные заявления о привлечении к уголовной ответственности должностных лиц ФКУ ИК № ФИО3 Потерпевший №3, Потерпевший №2, Потерпевший №1 было действительно написано им собственноручно и указывая в заявлении о событиях от ДД.ММ.ГГГГ, он не заблуждался.

ФИО2, отрицая свою причастность к совершению инкриминируемого ему деяния, выдвинул версию, подтверждающую события, изложенные им в заявлениях от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ.

В ходе рассмотрения уголовного дела судом доводы ФИО2 были тщательно проверены. Так, допрошенные по доводам, изложенным в заявлении ФИО2 свидетели - ФИО11, Потерпевший №5 ФИО14 Р.Р., Потерпевший №4, ФИО15, ФИО4, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО21, ФИО21, ФИО22, ФИО23, ФИО24, ФИО25, ФИО26, ФИО27, ФИО28, ФИО29, ФИО30, ФИО31, ФИО32, ФИО33, ФИО34, ФИО35, ФИО36, ФИО37, ФИО38, ФИО39, ФИО40, ФИО41, ФИО42, ФИО43, ФИО44, ФИО45, ФИО46, ФИО47, ФИО48, ФИО49, ФИО50, ФИО51, Свидетель №1, ФИО52, ФИО53, ФИО54, Свидетель №2, ФИО56, ФИО57, ФИО58 указали следующее.

Так, свидетель ФИО103

ФИО103

ФИО103

ФИО103

ФИО103

Свидетель ФИО15, допрошенный в судебном заседании пояснил, что ФИО104 

ФИО104 

ФИО104

ФИО104

ФИО104

ФИО104 

ФИО104

ФИО104

ФИО104

ФИО104

ФИО104

ФИО104

ФИО104

ФИО104

ФИО104

ФИО104

ФИО104

ФИО104

ФИО104

ФИО104 

ФИО104 

ФИО104

ФИО104

ФИО104

ФИО104

ФИО104

ФИО104

ФИО104

ФИО104

ФИО104

ФИО104

ФИО104

ФИО104

ФИО104

ФИО104

ФИО104 

ФИО104

ФИО104

ФИО104

ФИО104

ФИО104

ФИО104

ФИО104

ФИО104

ФИО104

ФИО104

ФИО104

ФИО104

ФИО104

ФИО104

ФИО104

ФИО104 

ФИО104 

ФИО104

ФИО104

ФИО104 

ФИО104

ФИО104

ФИО104 

ФИО104 

ФИО104

ФИО104

ФИО104

ФИО104

ФИО104

ФИО104

ФИО104

ФИО104

ФИО104

ФИО104 

ФИО104

ФИО104 

ФИО104

ФИО104

ФИО104

ФИО104

ФИО104

ФИО104 

ФИО104

ФИО104

ФИО104 

ФИО104

ФИО104 

ФИО104

ФИО104

ФИО104

ФИО104

ФИО104 

ФИО104

ФИО104

ФИО104

ФИО104

ФИО104

ФИО104

ФИО104

ФИО104

ФИО104

ФИО104

ФИО104

ФИО104

ФИО104

ФИО104

ФИО104

ФИО104 

ФИО104

ФИО104

ФИО104

ФИО104

ФИО104

ФИО104 

ФИО104 

ФИО104

ФИО104

ФИО104

ФИО104

ФИО104

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в постановлениях от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ, ограничение доступа к правосудию является одновременно ограничением фундаментального права на защиту достоинства личности.

Из материалов дела установлено, что постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, вынесено следователем в срок, предусмотренный статей 144 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. Данное постановление было отменено в виду неполноты проведенной следователем проверки. Таким образом, процессуальное нарушение, допущенное следователем, было устранено в порядке, предусмотренном уголовно-процессуальным законодательством. После проведения дополнительной доследственной проверки, проведенной в срок, установленный уголовно-процессуальным законодательством, следователь принял решение об отказе в возбуждении уголовного дела, не усмотрев в действиях должностных лиц ФКУ ИК-37 составов преступлений.

Отсутствуют сведения о том, что у следователя имелись достаточные основания для возбуждения уголовного дела, что он намерено не возбудил уголовное дело, либо допустил нарушение сроков рассмотрения заявления о преступлении, затруднив доступ ФИО2 к правосудию.

Допущенное следователем процессуальное нарушение, выразившееся в неполноте проведенной доследственной проверки, не свидетельствует о нарушении каких-либо личных неимущественных прав и нематериальных благ.

Таким образом, указанный довод стороны защиты о недопустимости использования в качестве доказательства постановления об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении должностных лиц ФКУ ИК-37 в виду его неоднократной отмены процессуального решения, не может влиять на наличие или отсутствие в действиях ФИО2 состава вышеуказанного преступления, поскольку преступление, предусмотренное ст. 306 УК РФ, считается оконченным с момента принятия письменного сообщения о преступлении. 

Суд считает, что в ходе судебного заседания не нашла своего подтверждения версия стороны защиты, основанная на показаниях ФИО2 о применении к нему насилия сотрудниками ФКУ ИК-37 ФИО1 по 

<

адрес>.

Кроме того, ФИО2 в судебном заседании не смог объяснить отсутствие у него телесных повреждений в области заднепроходного отверстия, не обнаруженных при проведении медицинского осмотра ДД.ММ.ГГГГ.

В свою очередь ФИО2 и его защитником указанное заключение № от ДД.ММ.ГГГГ не обжаловалось. 

Исследовав в ходе судебного заседания заключение эксперта, суд приходит к следующему. Так как из материалов дела усматривается, что экспертиза проведена по назначению следователя, проведена в соответствии с действующим законодательством, заключение эксперта оформлено надлежащим образом, соответствует требованиям ст. 204 УПК РФ, является научно обоснованным, выводы эксперта являются непротиворечивыми и понятными. Нарушений ФЗ РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" при проведении экспертизы не усматривается, вследствие чего доводы стороны защиты о необъективности выводов эксперта, являются несостоятельными.

Кроме этого, согласно материалам уголовного дела, подсудимый ФИО2 и его защитник были ознакомлены с постановлением о назначении СМЭ от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.216 т.3) и с его заключением № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.219 т.3), при этом ни от ФИО2, ни от адвокатов каких-либо заявлений и ходатайств, в том числе о назначении повторной, дополнительной экспертизы, не поступило, в связи с чем, доводы стороны защиты в указанной части, являются необоснованными.

У суда также нет оснований не доверять показаниям свидетеля ФИО56 Она является квалифицированным экспертом в области судебно-медицинских экспертиз, имеет 15-летний стаж работы в данной области. Ее показания также не противоречат медицинскому заключению.

В ходе судебного заседания обозревалась расписка из личного дела осужденного ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.16 т.7) свидетельствующая о том, что осужденный ФИО2 был лично под роспись ознакомлен с порядком и условиями отбывания наказания, со своими правами и обязанностями, установленными законодательством РФ, требованиями правил внутреннего распорядка исправительного учреждения.

Данное подтверждает то, что ФИО2 был лично ознакомлен с Правилами внутреннего распорядка исправительных учреждений и в нарушение вышеуказанных Правил, понимая и осознавая, что он не может совершать акты членовредительства и что требования сотрудников ИК-37 о прекращении противоправных действий с его стороны, являются законными и обоснованными, проигнорировал их, продолжив вести себя агрессивно по отношению к сотрудникам ИК-37, пытаясь разбить головой оконное стекло в кабинете личного досмотра ШИЗО-ПКТ, в результате чего, с целью пресечения противоправных действий ФИО2, к нему была применена физическая сила со стороны сотрудников ФКУ-ИК-37.

Кроме того, указанные выше обстоятельства, свидетельствуют о том, что ФИО2, отбывавшему наказание в ФКУ ИК-37 ФИО1 по 

<

адрес>, было достоверно известно, что сотрудники Потерпевший №3, Потерпевший №2, Потерпевший №1 являются представителями власти и находятся при исполнении должностных обязанностей, являются руководящим составом администрации ФКУ ИК-37 и соответственно являются сотрудниками данного учреждения, что также не оспаривалось и самим подсудимым в ходе судебного заседания.

Доводы подсудимого о том, что потерпевшие своим поведением спровоцировали конфликт, также является не состоятельными и судом опровергается, как не нашедшие подтверждения.

Обстоятельства о том, что как в ходе предварительного следствия, так и судебного следствия, не была получена видеозапись, в том числе и из помещения карантина, где по утверждениям подсудимого в отношении него было совершено преступление, не исключают выводы суда о виновности ФИО2 и не могут являться основанием для освобождения его от уголовной ответственности по ч.2 ст.306 УК РФ.

В свою очередь, невозможность предоставления суду иных видеозаписей, нежели просмотренной в судебном заседании, не является основанием не доверять исследованным судом доказательствам по делу и ставить под сомнение установленные судом обстоятельства.

Кроме того, утверждение ФИО2 о том, что на видеозаписи, обозревавшейся в судебном заседании, из помещения ШИЗО-ПКТ в помещение медсанчасти его ведут сотрудники ФИО17 и ФИО23, а не Потерпевший №7 и ФИО15, как было установлено в ходе предварительного следствия, является надуманным и не подтвержденным. Напротив, в ходе исследования указанной видеозаписи, Потерпевший №7 в судебном заседании указал, что на видеозаписи именно он и ФИО15 сопровождают осужденного ФИО2

Также является не состоятельным довод ФИО2, что на указанной видеозаписи из помещения медсанчасти в сторону ШИЗО-ПКТ ведут не его, а другого осужденного, поскольку данное опровергается материалами дела. Так, в ходе судебного заседания Потерпевший №7 указал, что он ведет в помещение ШИЗО-ПКТ именно осужденного ФИО2

Суд также критически относится к утверждениям ФИО2 о том, что факт применения в отношении него насилия со стороны сотрудников ФКУ ИК-37 был зафиксирован на сотовый телефон Потерпевший №2, а также на видеорегистратор, поскольку данное опровергается исследованными материалами дела.

В свою очередь в судебном заседании подсудимый ФИО2 не оспаривал тот факт, что заявление о привлечении сотрудников ФКУ ИК-37 ФИО1 по 

<

адрес> было написано им лично ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ в присутствии защитника, что также подтверждается материалами дела, которые были исследованы в ходе судебного заседания и следовательно не вызывает сомнения у суда в их подлинности, достоверности, а напротив доказывает то, что следователем были созданы все необходимые условия в обеспечении права на защиту подсудимому ФИО2

Оценивая показания потерпевших Потерпевший №3, Потерпевший №2, Потерпевший №1, свидетелей ФИО12, ФИО8 по обстоятельствам совершенного ФИО2 инкриминируемого ему деяния, предусмотренного ч.2 ст.306 УК РФ, а также свидетелей обвинения ФИО11, Потерпевший №5 ФИО14 Р.Р., Потерпевший №4, ФИО15, ФИО4, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО71, ФИО20, ФИО21, ФИО21, ФИО22, ФИО23, ФИО24, ФИО25, ФИО26, ФИО27, ФИО28, ФИО29, ФИО30, ФИО31, ФИО32, ФИО33, ФИО34, ФИО35, ФИО36, ФИО37, ФИО38, ФИО39, ФИО40, ФИО41, ФИО42, ФИО43, ФИО44, ФИО45, ФИО46, ФИО47, ФИО48, ФИО49, ФИО50, ФИО51, Свидетель №1, ФИО52, ФИО53, ФИО54, Свидетель №2, ФИО56, ФИО58, опровергающих версию подсудимого о применении в отношении него насилия со стороны сотрудников ФКУ ИК-37 ФИО1 по 

<

адрес>, суд находит их последовательными и объективными, неточности восприятия у каждого не содержат существенных противоречий, соотносятся с иными доказательствами, получены с соблюдением требований закона, поэтому суд признает их относимыми, допустимыми и достоверными доказательствами и принимает данные показания в качестве доказательств вины ФИО2

При этом объективных данных о заинтересованности кого-либо из указанных лиц в оговоре ФИО2 установлено не было, неприязненных отношений между ними не имелось. Выполнение должностными лицами своих служебных обязанностей само по себе не является основанием полагать, что они заинтересованы в исходе дела. Кроме того ни подсудимым ФИО2, ни его защитником убедительных доводов, опровергающих достоверность указанных доказательств, также не приведено. 

Также у суда не имеется оснований для выводов о предвзятом отношении к осужденному ФИО2 со стороны администрации исправительного учреждения, а также оснований не доверять представленным администрацией учреждения материалам.

Кроме того, оценивая показания свидетеля Свидетель №2, данные им в ходе судебного следствия, суд приходит к выводу о том, что данные показания являются не последовательными и не подробными по обстоятельствам дела, при этом суд находит, что изменение указанным свидетелем ранее данных им показаний обусловлено стремлением помочь ФИО2 избежать уголовной ответственности за совершенное преступление, расценивая их как попытку оказать ФИО2 содействие в защите от обвинения, в связи с чем суд критически относится к показаниям указанного свидетеля, данных в ходе судебного следствия, не доверяет этим показаниям, считая их неправдивыми, и поэтому не может взять их за основу доводов подсудимого ФИО2 о его непричастности к совершению данного преступления.

В свою очередь, показания свидетеля Свидетель №2, данные им в ходе предварительного следствия, являются последовательными, подробными по обстоятельствам дела. Данные показания согласуются с показаниями свидетелей, допрошенных по уголовному делу. Кроме того, у суда нет оснований не доверять показаниям указанного свидетеля на предварительном следствии, поскольку допрос Свидетель №2 на предварительном следствии произведен в соответствии с законом. По окончании допроса свидетель лично знакомился с протоколом и никаких замечаний и дополнений от него не поступало, о чем имеется подпись свидетеля, что также и не оспорено самим свидетелем в судебном заседании, в связи с чем, суд признает показания свидетеля относимым допустимым и достоверным доказательством по делу.

Принимая во внимание, что очные ставки между подсудимым ФИО2 и потерпевшими, а также между ФИО2 и свидетелями ФИО11, Потерпевший №4, Потерпевший №7, Потерпевший №5, ФИО48, ФИО25, ФИО17, ФИО70, ФИО26, ФИО42, Свидетель №1, были проведены в соответствии с требованиями ст. 192 УПК РФ, оснований для признания протоколов данного следственного действия недопустимым доказательством суд также не усматривает.

При этом оснований не доверять показаниям потерпевших и свидетелей у суда не имеется, поскольку не было установлено как обстоятельств, указывающих на возможность оговора кем-либо подсудимого, так и обстоятельств, указывающих на чью-либо заинтересованность в привлечении ФИО2 к уголовной ответственности.

Кроме того, каждый из потерпевших и свидетелей был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, у каждого выяснялось отношение к ФИО2 о наличии либо отсутствии неприязненных отношений.

Вопреки утверждениям подсудимого ФИО2 у суда отсутствуют основания не доверять показаниям допрошенных в судебном заседании потерпевших утверждавших, что к ФИО2 они насилия не применяли, неприязненных отношений к нему не имеют, кроме того, сразу при служебной проверке была установлена их непричастность, потерпевшие Потерпевший №3, Потерпевший №2, Потерпевший №1 характеризуются исключительно положительно.

Довод стороны защиты о наличии противоречий в показаниях потерпевших письменным материалам дела относительно нахождения потерпевших при проведении обыскных мероприятий, не является существенным, поскольку не соотносится с рассматриваемыми событиями и местом (отделения карантина), и как было установлено в судебном заседании при проведении обыскных мероприятий возможны изменения согласно плана относительно постов дежурств, а также изменения и перестановка сотрудников учреждения по объектам проведения обысков.

Также является не состоятельным довод стороны защиты о невозможности признания в качестве доказательств по делу показаний свидетелей ФИО52, ФИО46, ФИО51, ФИО29, ФИО25, ФИО26, ФИО53, ФИО48, которые выполняют хозяйственные работы по колонии и соответственно заинтересованы в исходе дела.

Так, в соответствии со ст.103 УИК РФ - каждый осужденный к лишению свободы обязан трудиться в местах и на работах, определяемых администрацией исправительных учреждений. Администрация исправительных учреждений обязана привлекать осужденных к труду с учетом их пола, возраста, трудоспособности, состояния здоровья и, по возможности, специальности, а также исходя из наличия рабочих мест.

Таким образом, то обстоятельство, что осужденные трудоустроены в исправительном учреждении, по мнению суда, не может являться основанием, указывающем на заинтересованность в исходе дела со стороны указанных свидетелей.

В свою очередь, суд критически относится к показаниям свидетелей ФИО61, ФИО62, ФИО67, ФИО68, ФИО69, допрошенных по ходатайству стороны защиты, утверждавших о том, что в отношении ФИО2 со стороны потерпевших было применено насилие, поскольку об указанных событиях свидетелям стало известно со слов ФИО2, а иными сведениями, подтверждающими факт применения в отношении ФИО2 насилия в отделении карантина ДД.ММ.ГГГГ, указанные свидетели не располагают.

Суд полагает, что указанные свидетели дали показания суду, не соответствующие действительности, с целью помочь подсудимому избежать уголовной ответственности. 

Доводы вышеуказанных свидетелей относительно применения насилия в отношении осужденных в ШИЗО-ПКТ при проведении обыска, не имеют юридического значения при рассмотрении данного уголовного дела, поскольку в соответствии со ст. 252 УПК РФ судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному обвинению.

Оценивая показания свидетелей ФИО63, ФИО64, ФИО72, ФИО66 суд относит их к не относимым доказательствам, поскольку ими не дано каких-либо сведений по существу рассматриваемого дела.

Вероятность того, что ФИО2 добросовестно заблуждался относительно сообщаемых сведений, опровергается исследованными в ходе судебного заседания доказательствами. Так, исходя из приведенных в обоснование виновности осужденного доказательств усматривается, что никаких объективных данных о совершении потерпевшими действий, о которых указывалось в сообщении ФИО2, у него не имелось. Кроме того, как указал сам подсудимый ФИО2, указывая о совершенном в отношении него сотрудниками ФКУ ИК-37 преступлении, он не заблуждался.

В свою очередь, фактов, свидетельствующих о несоблюдении сотрудниками ФКУ ИК-37 требований закона и превышении им должностных полномочий, сопряженных с применением к ФИО2 насилия, ни по материалам дела, ни по результатам судебного разбирательства не установлено.

Установленное в судебном заседании нарушение свидетелями-медиками должностной инструкции в части делопроизводства по ведению медицинской документации, что в свою очередь также не оспаривалось свидетелями ФИО10 и Оранским, в ходе судебного заседания, не является доказательством невиновности ФИО2, в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.306 УК РФ.

Проверка всех доказательств защиты, представленная в судебном заседании, произведена судом путем сопоставления с другими имеющимися в деле доказательствами, в соответствии с положениями ст. 87 УПК РФ. 

Согласно ч. 2 ст. 45 Конституции РФ каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом. Аналогичное положение закреплено в п. 11 ч. 4 ст. 46 и п. 21 ч. 4 ст. 47 УПК РФ.

Заведомо ложное сообщение о совершении преступления другим конкретным лицом - запрещенный законом способ самозащиты. Он противоречит фундаментальной идее правового государства о том, что право одного человека заканчивается там, где начинается право другого. 

Изложенные доводы подсудимого о совершенном в отношении него преступлении носят надуманный характер, и в свою очередь опровергаются исследованными в суде материалами дела.

Постановляя приговор, суд не может полагаться на гипотезы, домыслы, предположения и фантазии подсудимого, какими бы они правдоподобными и убедительными не выглядели с точки зрения защиты. 

Судом могут быть приняты во внимание и положены в основу законного решения, только неопровержимые доказательства, а не абстрактно-лингвистические упражнения подсудимого по искусственному построению линии защиты, с целью уйти от заслуженного наказания.

Судом с достоверностью установлено несоответствие действительности указаний в заявлении ФИО2 на применение к нему насилия сотрудниками ФКУ ИК-37 ФИО1 по 

<

адрес>.

Таким образом, исследовав обстоятельства дела, проверив доказательства, представленные как стороной обвинения, так и стороной защиты, сопоставив их друг с другом, оценив собранные доказательства в их совокупности, оценив имеющиеся противоречия, проверив все версии в защиту подсудимого ФИО2 и отвергнув их как несостоятельными и ничем не подтвержденными, суд пришел к выводу о достаточности доказательств для разрешения дела и о доказанности виновности ФИО2 в заведомо ложном доносе о совершенном сотрудниками ФКУ ИК-37 ФИО1 по 

<

адрес> Потерпевший №3, Потерпевший №2, Потерпевший №1, преступлении, соединенного с их обвинением в совершении тяжкого преступления.

При расследовании уголовного дела соблюдены нормы уголовно-процессуального закона, все полученные доказательства отвечают требованиям допустимости.

Вопреки доводам защиты, в материалах уголовного дела не содержатся и в судебном заседании не добыты сведения о наличии у органа предварительного расследования необходимости для искусственного создания доказательств виновности подсудимого, заинтересованности в привлечении ФИО2 к уголовной ответственности. 

Следственные действия, их содержание, ход и результаты, зафиксированные в соответствующих протоколах, проведены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона.

Суд находит установленным и доказанным прямой умысел ФИО2 на совершение данного преступления. ФИО2 осознавал общественную опасность своего деяния, понимал, что сообщаемые им сведения не соответствуют действительности, т.е. являются ложными, и, несмотря на это, желал этим ввести в заблуждение соответствующие государственные органы правосудия, имеющим право на возбуждение уголовного дела, осознавая при этом, что потерпевшие являются сотрудниками исправительного учреждения.

Заведомость ложности для ФИО2 сообщаемых им сведений о совершении Потерпевший №3, Потерпевший №2, Потерпевший №1 преступлении состоит в том, что объективных данных о совершении указанными лицами каких-либо противоправных действий у него не было.

При этом, обращаясь в органы, наделенные правом осуществлять уголовное преследование с заявлением о совершенном сотрудниками ФКУ ИК-37 преступлении, зная и понимая о ложности сведений, указанных им в заявлении, сообщил в следственные органы о якобы совершенном преступлении, чем нарушил нормальное функционирование правоохранительных органов, поскольку после регистрации заявления по нему проводились следственные действия.

Суд находит, установленным, что сообщая указанные сведения, он не заблуждался в их ложности, при этом преследовал своей целью возбуждение уголовного дела и привлечения конкретных невиновных лиц (Потерпевший №3, Потерпевший №2, Потерпевший №1) к уголовной ответственности, желая таким образом причинить вред двум объектам уголовно-правовой охраны - интересам правосудия, а также опорочить и причинить вред и дополнительному непосредственному объекту заведомо ложного доноса - чести и достоинству личности, в данном случае сотрудников ФИО3 РФ, пытаясь таким образом подорвать авторитет Уголовно-исполнительной системы РФ, посягая на порядок управления, связанный с нормальной деятельностью государственного аппарата.

Сообщение ФИО2 о преступлении содержало сведения об общественно опасном деянии, выраженное в утвердительной форме указание на само событие преступления и лиц, его совершившие.

Мотивом совершения преступления в данном случае явилось непринятие ФИО2 требований к режиму содержания в исправительном учреждении. 

Суд находит установленным то, что агрессивность, непокорность подсудимого, непринятие им установленных законом обязанностей как лица, содержащегося под стражей и отбывающего наказание в исправительном учреждении, совершение актов членовредительства, направлены в целях придания видимости неправомерных действий со стороны сотрудников исправительного учреждения.

Доводы подсудимого ФИО2, изложенные в заявлении, о том, что к нему применялись противоправные действия со стороны сотрудников администрации учреждения ФКУ ИК-37 ФИО3 Росси по 

<

адрес>, в том числе потерпевшими Потерпевший №3, Потерпевший №2, Потерпевший №1, в судебном заседании своего подтверждения не нашли, а напротив опровергаются исследованными материалами дела.

Кроме того, суд не может согласиться с доводами подсудимого и стороны защиты о провокации со стороны сотрудников ФКУ ИК-37. Согласно материалам дела, в том числе показаниям всех допрошенных лиц, потерпевшие при проведении обыска действовали в рамках должностной инструкции и соответствующих нормативных актов, противоправных действий в отношении ФИО2 не совершали. Напротив, следственные органы в действиях сотрудников ИК-37 не усмотрели превышение своих должностных полномочий, о чем имеется вынесенное процессуальное решение - постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по п.1 ч.1 ст.24 УПК РФ.

В ходе судебного заседания подсудимым ФИО2 и его защитником заявлялось ходатайство о вызове и допросе в качестве свидетелей ФИО73, ФИО74, ФИО75, ФИО76, ФИО77, ФИО78, ФИО79, ФИО80, ФИО81, ФИО82 В соответствии ст.252 УПК РФ судебное разбирательство производится только в отношении обвиняемых, по предъявленному им обвинению. Однако, как установлено в судебном заседании указанные свидетели не находились в помещении карантина ДД.ММ.ГГГГ, соответственно не являлись свидетелями происходящего, в связи с чем, суд приходит к выводу о том, что отсутствие среди доказательств показаний вышеуказанных свидетелей, которые могли быть получены в ходе допроса в судебном заседании, не может повлиять на всесторонность, полноту и объективность установления всех существенно значимых обстоятельств дела.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что обвинение по ч.2 ст.306 УК РФ, обоснованно и подтверждается собранными по делу доказательствами.

Позицию же подсудимого о его непричастности в совершении указанного преступления, суд расценивает, как способ защиты, не противоречащий закону.

В свою очередь, судом с достоверностью установлено несоответствие действительности указаний в заявлении ФИО2 на применение к нему насилия сотрудниками ФКУ ИК-37 ФИО1 по 

<

адрес>.

Постановлением суда от ДД.ММ.ГГГГ из числа потерпевших по уголовному делу в отношении ФИО2, исключены Потерпевший №4, ФИО15, Потерпевший №7, Потерпевший №5, ФИО11, как ошибочно признанные потерпевшими по данному делу.

При этом суд также считает необходимым исключить из обвинения ФИО2 данные о том, что ФИО2 совершил преступление, то есть заведомо ложный донос о совершении преступления, соединенный с обвинением лиц «в совершении особо тяжкого преступления», как излишне вмененный органом предварительного следствия, поскольку преступление, предусмотренное п. «а» ч.3 ст.286 УК РФ, в совершении которого ФИО2 обвинял потерпевших, согласно ч.4 ст.15 УК РФ относится к категории тяжких преступлений.

Действия ФИО2 суд квалифицирует по ч. 2 ст. 306 УК РФ - как заведомо ложный донос о совершении преступления, соединенный с обвинением лица в совершении тяжкого преступления.

В соответствии со ст.6 УК РФ назначенное подсудимому наказание должно соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения.

При определении вида и меры наказания суд с учетом требований ч. 3 ст. 60 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

ФИО110 

ФИО110

Оснований для признания как отдельных, так и совокупности смягчающих обстоятельств исключительными обстоятельствами по ст. 64 УК РФ не имеется, так как они существенно не уменьшают степень общественной опасности преступления либо личности подсудимого. Отсутствуют и иные обстоятельства по данному делу для признания их исключительными обстоятельствами.

В соответствии п. «а» ч.1 ст. 63 УК РФ обстоятельством отягчающим наказание является - рецидив преступлений, в связи с чем, наказание назначается с учетом правил ч.2 ст. 68 УК РФ.

В то же время, оценивая указанные смягчающие наказание обстоятельства, суд не находит оснований для применения ч.3 ст. 68 УК РФ. 

В целях восстановления социальной справедливости, исправления подсудимого и предупреждения совершения им новых преступлений, учитывая характер и повышенную опасность совершённого подсудимым преступления, его личность, влияние назначаемого наказания на исправление подсудимого и условия жизни его семьи, а также то, что предыдущее наказание не оказало должного воспитательного воздействия на него, совокупность вышеупомянутых обстоятельств, смягчающих наказание, а также наличие в его действиях рецидива преступлений, что увеличивает степень его общественной опасности, суд считает, что достижение целей наказания в отношении ФИО2 возможно лишь в условиях изоляции его от общества. При этом наказание ФИО2 необходимо назначить в соответствии с ч.1,4 ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров и наказание ему должно быть назначено в виде лишения свободы в исправительной колонии строгого режима, на основании положений п. «в» ч.1 ст. 58 УК РФ.

Учитывая обстоятельства совершения преступления, их общественную опасность, тяжесть содеянного, а также личность подсудимого, применение положений ст.73 УК РФ не будет соответствовать целям и задачам уголовного наказания для него.

Вещественные доказательства по уголовному делу: оптические диски, хранящиеся при материалах уголовного дела, подлежит оставить в уголовном деле в течение всего срока хранения последнего. 

В соответствии ст. 132 УПК РФ процессуальные издержки в виде оплаты труда адвоката по назначению подлежат возмещению. Адвокат ФИО83 и ФИО92 осуществляли защиту ФИО2 по соглашению, в связи с чем, процессуальные издержки за услуги указанных адвокатов, взысканию с ФИО2 не подлежат.

Однако, в ходе рассмотрения данного уголовного дела ФИО2, на основании вынесенного судом постановления от ДД.ММ.ГГГГ, также был назначен защитник ФИО84, которая заявила об оплате ее услуг. 

Согласно ст. 132 УПК РФ процессуальные издержки взыскиваются с осужденных или возмещаются за счет средств федерального бюджета.

Суд вправе взыскать с осужденного процессуальные издержки, за исключением сумм, выплаченных переводчику и защитнику в случаях, предусмотренных частями четвертой и пятой УПК РФ. Процессуальные издержки могут быть взысканы и с осужденного, освобожденного от наказания.

ФИО105 

ФИО105

ФИО105 

ФИО105

ФИО105

ФИО105

ФИО105

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 307 – 309 УПК РФ, суд, 

П Р И Г О В О Р И Л:

Признать ФИО2 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.306 УК РФ и назначить ему наказание ФИО106.

В соответствии с ч.1,4 ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров к наказанию, назначенному по настоящему приговору суда, ФИО107.

Вещественные доказательства по уголовному делу: оптические диски, хранящикся при материалах уголовного дела, оставить в уголовном деле в течение всего срока хранения последнего. 

Взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета процессуальные расходы, связанные с производством по уголовному делу, в виде оплаты труда защитника ФИО84 в судебных заседаниях ФИО108.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Кемеровский областной суд в течение 10 суток со дня его провозглашения всеми участниками процесса, осужденным – в тот же срок с момента получении копии приговора.

Председательствующий: подпись Рюмина О.С. 

копия верна

судья