УИД 03RS0№...-69

№...

судья: ФИО4

2.041

ВЕРХОВНЫЙ СУД

РЕСПУБЛИКИ БАШКОРТОСТАН

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

№...

адрес 28 января 2026 г.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан в составе:

председательствующего ФИО11,

судей Багаутдиновой А.Р.,

ФИО10,

при секретаре ФИО5,

с участием прокурора ФИО6

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 (ФИО2) ФИО3 к ООО "Индустрия питания -2" о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда,

по апелляционной жалобе ООО «Индустрия питания-2» на решение Орджоникидзевского районного суда адрес от дата

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Республики Башкортостан ФИО10, судебная коллегия

установила:

ФИО2 обратилась в суд с иском к ООО "Индустрия питания -2" о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда.

Требования мотивированы тем, что приказом №...-п/с от дата ФИО2 принята в ООО «Индустрия питания-2» в качестве универсального работника. дата ФИО2 обратилась к ответчику с заявлением об увольнении по собственному желанию с дата Приказом №...-л/с от дата трудовой договор расторгнут на основании п.3, ч.1 ст. 77 ТК РФ (по инициативе работника). То есть работодатель уволил истицу не с дата, как просила истец, а с дата

После увольнения истцу стало известно о своей беременности. В связи с известием о беременности ФИО2 обратилась в ОСФР по адрес с заявлением о назначении мер социальной поддержки.

Решением №... от дата и решением №... от дата истцу было отказано в назначении мер социальной поддержки.

Поскольку ФИО2 осталась без средств к существованию, она попыталась устроиться на работу, однако все попытки оказались безрезультатны. дата посредством Почты России истец обратилась в ООО «Индустрия питания -2» с заявление об отзыве заявления об увольнении по собственному желанию от дата Заявление было мотивировано тем, что беременность наступила в последний месяц работы и поиски нового места работы не представляются возможными. Также к заявлению были приложены справки с ГБУЗ РБ ГКБ №... от дата подтверждающие сроки беременности.

Согласно медицинской справке ВК №..., выданной ГБУЗ РБГКБ №... адрес, ФИО2 наблюдается по поводу беременности в женской консультации ГБУЗ РБГКБ №... адрес, встала на учет в ранние сроки беременности дата в 10 недель, по состоянию на дата срок беременности составлял 23 недели. Таким образом, на период издания приказа об увольнении истца дата, истец находилась в состоянии беременности. Обращение истца дата к работодателю с просьбой об отзыве заявления об увольнении в связи с наличием у нее беременности, о которой на момент подачи заявления об увольнении она не знала, свидетельствует об отсутствии волеизъявления работника на увольнение. В противном случае фактически имеет место прекращение трудового договора не по инициативе работника, а по инициативе работодателя с нарушением запрета, предусмотренного частью первой статьи 261 ТК РФ. Полагает, что ответчик не вправе был расторгать с ней трудовой договор, поскольку действующее трудовое законодательство для беременных работников устанавливает дополнительные гарантии по сохранению с ними трудовых отношений. Прекращение трудового договора по инициативе работника в период беременности истца повлекло для нее такие негативные последствия, которые в значительной степени лишили ее, на что она могла бы рассчитывать при сохранении трудовых отношений с ответчиком. Расторжение трудового договора по инициативе истца никаких льгот и компенсаций не предусматривает, что явно свидетельствует об отсутствии реального волеизъявления истца, если бы на момент расторжения трудового договора она знала о состоянии своей беременности.

Также истец указывает, что срок, установленный ст.392 ТК РФ пропущен по уважительной причине и истец ходатайствует о его восстановлении, поскольку находилась в болезненном состоянии, тяжело переносила беременность, кроме того предпринимала все попытки к восстановлению нарушенного своего трудового права, направив соответствующие заявления по месту нахождения ответчика и по юридическому адресу. Однако, ответчик, злоупотребляя правами, не получал корреспонденцию. Обращение истца в суд последовало дата, то есть до истечения месяца с момента, когда истцу стало известно об отказе ответчика получить судебную корреспонденцию с заявлением об отзыве заявления об увольнении и в досудебном порядке восстановить ее на работе.

На основании изложенного, с учетом уточнения исковых требований, ФИО2 просила суд признать незаконным приказ №... - л/с от дата об увольнении ФИО2; восстановить ФИО2 на работе в ООО «Индустрия питания-2» в качестве универсального работника на условиях неполного рабочего дня; взыскать средний заработок за время вынужденного прогула за 330 дней, компенсацию морального вреда в размере 50000 руб., расходы на оплату услуг представителя в размере 60000 руб.

дата в связи с заключением брака ФИО2 присвоена фамилия ФИО1.

Решением Орджоникидзевского районного суда адрес от дата постановлено:

«Исковые требования ФИО1 к ООО "Индустрия питания -2" о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Признать незаконным приказ №... - л/с от дата об увольнении ФИО1.

Восстановить ФИО1 (паспорт №...) на работе в ООО «Индустрия питания-2» (ИНН №..., ОГРН №...) в качестве универсального работника на условиях неполного рабочего дня;

Решение в части восстановления ФИО1 на работе подлежит немедленному исполнению.

Взыскать с ООО «Индустрия питания-2» (ИНН №..., ОГРН №...) в пользу ФИО1 (паспорт №...) заработок за время вынужденного прогула в размере 339688,80 руб., в счет компенсации морального вреда в размере 25000 руб., понесенные расходы на оплату услуг представителя 50000 руб.

Взыскать с ООО «Индустрия питания-2» (ИНН №..., ОГРН №...) госпошлину в доход местного бюджета 10992 рубля.».

Не согласившись с решением суда, ООО «Индустрия питания-2» подало апелляционную жалобу, в которой просит решение отменить и принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований в полном объеме, считая его незаконным и необоснованным, вынесенным с нарушением процессуальных и материальных норм права. Указывает, что судом неверно истолкованы нормы трудового законодательства. Нахождение истца в состоянии беременности не имеет правового значения при разрешении заявленных исковых требований, учитывая, что на момент увольнения с работы ни истцу, ни работодателю не было известно о состоянии беременности, а запрет на расторжение трудового договора с беременной женщиной предусмотрен законом лишь при увольнении по инициативе работодателя и по окончании срочного трудового договора, тогда как с ФИО1 (ФИО2) Д.А. был заключен трудовой договор на неопределенный срок и уволена она с работы по собственному желанию, а не по инициативе работодателя. Истцом было представлено работодателю собственноручно написанное заявление об увольнении по собственному желанию, с указанием даты увольнения. Кроме того, принимая решение о восстановлении истца на работе в качестве универсального работника на условиях неполного рабочего дня, судом фактически принято решение о внесении изменений в трудовой договор №... от дата, тогда как, предметом иска не являлось оспаривание условий трудового договора и внесении в него изменений. Судом не учтено, что фактическим мотивом обращения истца к работодателю с заявлением об отзыве заявления об увольнении было получение социальных гарантий, а не реальное желание выполнять трудовые функции. Судом необоснованно восстановлен пропущенный срок обращения истца в суд. Истец не обращался к работодателю с заявлением об отзыве заявления об увольнении.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы.

Информация о месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы заблаговременно была размещена на интернет сайте Верховного Суда Республики Башкортостан.

В силу части 1 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, обязаны известить суд о причинах неявки и представить доказательства уважительности этих причин.

Неявившиеся лица о причинах уважительности неявки не сообщили, в связи с чем, руководствуясь ст. ст. 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия полагает возможным рассмотреть гражданское дело в отсутствие неявившихся лиц.

Проверив материалы дела, выслушав представителя ООО «Индустрия Питания-2» ФИО7, поддержавшую доводы жалобы, представителя ФИО1 (ФИО2) Д.А. - ФИО8, согласившуюся с решением суда, заслушав заключение прокурора ФИО6, обсудив доводы апелляционной жалобы, рассмотрев дело в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов, изложенных в жалобе, судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно пункту 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации одним из оснований прекращения трудового договора является расторжение трудового договора по инициативе работника (статья 80 настоящего Кодекса).

В силу статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее, чем за две недели, если иной срок не установлен настоящим Кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении. По соглашению между работником и работодателем трудовой договор может быть расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении.

Согласно подпункту "а" пункта 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" при рассмотрении споров о расторжении по инициативе работника трудового договора, заключенного на неопределенный срок, а также срочного трудового договора (пункт 3 части 1 статьи 77, статья 80 Трудового кодекса Российской Федерации) судам необходимо иметь в виду, что расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника.

Статьи 80, 261 Трудового кодекса Российской Федерации предоставляют право уволиться из организации самостоятельно всем категориям работников, в том числе и беременным женщинам по собственному желанию, состояние беременности не влияет на увольнение по собственному желанию.

Гарантия в виде запрета увольнения беременной женщины по инициативе работодателя, предусмотренная частью 1 статьи 261 Трудового кодекса Российской Федерации подлежит применению к отношениям, возникающим при расторжении трудового договора по соглашению сторон (пункт 1 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации).

Расторжение трудового договора по собственному желанию (статья 80 Трудового кодекса Российской Федерации) является реализацией гарантированного работнику права на свободный выбор труда и не зависит от воли работодателя.

Согласно части 4 статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право до истечения срока предупреждения в любое время отозвать, свое заявление об увольнении. Воспользоваться правом на отзыв заявления работник не может лишь в том случае, если на его место в письменной форме уже приглашен другой работник, уволенный с прежнего места работы в порядке перевода (часть 4 статьи 64 Трудового кодекса Российской Федерации).

Судом установлено и из материалов дела следует, что дата между ФИО1 (ФИО2) Д.А. и ООО «Индустрия питания-2» был заключен трудовой договор №... на неопределенный срок, истец принята на должность универсального работника по основному месту работы.

Приказом №...-л/с от дата ФИО2 принята в ООО «Индустрия питания-2» в качестве универсального работника на условиях полной занятости.

дата ФИО2 обратилась к ответчику с заявлением об увольнении по собственному желанию с дата

Приказом №...-л/с от дата трудовой договор расторгнут на основании п.3, ч.1 ст. 77 ТК РФ (по инициативе работника).

Таким образом, работодатель произвел увольнение ФИО2 не с дата как просил истец в заявлении, а с дата

После увольнения истцу стало известно о своей беременности. В связи с известием о беременности, ФИО2 обратилась в ОСФР по адрес с заявлением о назначении мер социальной поддержки.

Решением ОСФР по адрес №... от дата и решением №... от дата истцу было отказано в назначении.

Истец указывает, что поскольку она осталась без средств к существованию, ею было принято решение об устройстве на работу, однако все попытки оказались безрезультатны.

дата посредством Почты России истец обратилась в ООО «Индустрия питания -2» с заявление об отзыве заявления об увольнении по собственному желанию от дата Заявление было мотивировано тем, что беременность наступила в последний месяц работы и поиски нового места работы не представляются возможными.

Справкой ГБУЗ РБ ГКБ №... от дата подтверждается, что ФИО2 встала на учет дата по беременности в 10 недель, по состоянию на дата срок беременности составлял 23 недели.

Таким образом, на период издания приказа об увольнении ФИО2 дата, истец находилась в состоянии беременности.

Принимая обжалуемое решение, суд первой инстанции правомерно указал, что обращение истца дата к работодателю с просьбой об отзыве заявления об увольнении в связи с наличием у нее беременности, о которой на момент подачи заявления об увольнении она не знала, свидетельствует об отсутствии волеизъявления работника на увольнение. В противном случае фактически имеет место прекращение трудового договора не по инициативе работника, а по инициативе работодателя с нарушением запрета, установленных нормами действующего трудового законодательства РФ.

Восстанавливая истцу пропущенный процессуальный срок для обращения в суд, суд первой инстанции исходил из того, что срок пропущен истцом по уважительным причинам, поскольку срок обращения истца в суд начал течь не с даты увольнения (дата), а позднее, в связи с уважительными причинами. Так, истец на момент увольнения не была осведомлена о своей беременности и, узнав о ней, встала на учет в медицинское учреждение только дата (срок 10 недель). До этой даты истец не знала о своем состоянии и, соответственно, не могла в полной мере осознавать нарушение своих прав, связанных с защитой беременных женщин от увольнения.

Из представленных медицинских документов следует, что беременность ФИО2 был осложнена различными заболеваниями:

...

...

...

...

...

...

С учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что приоритетными обязанностями для ФИО2 являлись защита ее здоровья в период беременности и после рождения сына - забота и уход за новорожденным ребенком (аналогичная позиция отражена в Определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от дата N 16-КГ19-21).

Кроме того, истец предприняла ряд действий, направленных на досудебное урегулирование спора с работодателем. Истец до дата обратилась к ответчику с заявлением о приеме на работу, уведомив о своей беременности, в чем ей было отказано. Истцу также было отказано в назначении мер социальной поддержки дата и дата, в связи с чем, ею были приняты меры к восстановлению своих прав. Истец обратилась дата к работодателю об отзыве заявления об увольнении, путем направления почтовой связью заявления об отзыве заявления об увольнении, что прямо указывает на ее намерение восстановиться на работе и разрешить ситуацию мирным путем. Отсутствие ответа на данное заявление со стороны работодателя, а также факт возврата письма, свидетельствует о бездействии ответчика и его нежелании идти на компромисс. В суд истец обратилась с настоящим иском по истечении срока хранения почтовой корреспонденции.

Таким образом, действия истца свидетельствуют о намерении восстановить свои трудовые права и явно свидетельствуют о ее намерении восстановить свои трудовые права и о несогласии с увольнением. Она последовательно пыталась вернуться на работу, уведомила работодателя о своей беременности и просила отозвать заявление об увольнении.

Кроме того, суд отметил, что ответчик по месту регистрации в качестве юридического лица корреспонденцию, направленную истцом (а в дальнейшем и судебную корреспонденцию) не получал.

Согласно сведениям, содержащимся в ЕГРЮЛ, адрес места нахождения ООО «Индустрия питания-2»: 450078, адрес, офис 308. Указанные сведения внесены дата Сведений об изменении адреса регистрации ООО «Индустрия питания-2» в ЕГРЮЛ не содержится.

Таким образом, ФИО2 на законных основаниях направила заявление по юридическому адресу работодателя. Более того, истец также направляла корреспонденцию в адрес обособленного подразделения: адрес, однако ответчик также ее не получил.

Учитывая особую защиту, предоставляемую беременным женщинам трудовым законодательством, суд признал причины пропуска истцом срока обращения в суд уважительными.

Из материалов дела следует, что согласно сведений о доходах физического лица, о выплатах, произведенных плательщиком страховых взносов в пользу физического лица размер заработной платы ФИО2 за период с дата по дата составил 282044, 88 руб., следовательно, суд первой инстанции пришел к выводу, что среднедневной заработок истца составляет 282 044, 88 руб./274 дня =1 029,36 руб.

Средний заработок за время вынужденного прогула составил по расчету суда 339688,80 руб. (1 029,36 руб. * 330 дн.).

Разрешая исковые требования, суд первой инстанции, оценив представленные доказательства в порядке статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, пришел к выводу о признании незаконным приказа №... - л/с от дата об увольнении ФИО1 и восстановлении ФИО1 на работе в ООО «Индустрия питания-2» в качестве универсального работника на условиях неполного рабочего дня, взыскании с ООО «Индустрия питания-2» в пользу ФИО1 заработка за время вынужденного прогула в размере 339688,80 руб., исходя из расчета и представленных истцом сведений, поскольку ответчиком не представлено возражений и контррасчета относительно заявленных требований в части сумм компенсаций за время вынужденного прогула.

Разрешая требования истца о взыскании компенсации морального вреда, суд, руководствуясь ст.237 Трудового кодекса Российской Федерации, установив факт нарушения работодателем трудовых прав истца, учитывая степень и характер данных нарушений, конкретные обстоятельства дела, требования разумности и справедливости, взыскал с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 25 000 руб.

Исходя из того, что истцом понесены расходы на оплату услуг представителя в сумме 60000 руб., с учетом отсутствия возражений ответчика, принимая во внимание сложившуюся в данной местности уровень оплаты услуг адвокатов по аналогичным делам, суд первой инстанции взыскал с ответчика в пользу истца расходы на оплату услуг представителя в размере 50 000 руб.

Поскольку истец освобождена от уплаты государственной пошлины, то на основании ч. 1 ст. 103 ГПК РФ и ст. 333.36 НК РФ с ответчика в доход местного бюджета судом взыскана государственная пошлина в размере 10992 руб.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о восстановлении истцу срока обращения в суд и признании увольнения не законным, так как они основаны на правильно установленных обстоятельствах, а также собранных по делу доказательствах, которым дана надлежащая оценка в соответствии с положениями статей 12, 56, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, правильном применении норм материального и процессуального права.

Доводы апелляционной жалобы, в которых ответчик настаивает на соблюдении процедуры увольнения истца, проверены судебной коллегией и подтверждения не нашли.

В соответствии с частью 1 статьи 37 Конституции Российской Федерации труд свободен; каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду и выбирать род деятельности и профессию.

Как следует из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлениях от дата N 19-П и от дата N 3-П, положения статьи 37 Конституции Российской Федерации, обусловливая свободу трудового договора, право работника и работодателя по соглашению решать вопросы, связанные с возникновением, изменением и прекращением трудовых отношений, предопределяют вместе с тем обязанность государства обеспечивать справедливые условия найма и увольнения, в том числе надлежащую защиту прав и законных интересов работника, как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, при расторжении трудового договора по инициативе работодателя, что согласуется с основными целями правового регулирования труда в Российской Федерации как социальном правовом государстве (часть 1 статьи 1, статьи 2 и 7 Конституции Российской Федерации).

Часть первая статьи 261 Трудового кодекса Российской Федерации предусматривает, что расторжение трудового договора по инициативе работодателя с беременной женщиной не допускается, за исключением случаев ликвидации организации либо прекращения деятельности индивидуальным предпринимателем.

Защита беременности, в том числе путем установления гарантий для беременных женщин в сфере труда, является согласно Конвенции Международной организации труда N 183 "О пересмотре Конвенции (пересмотренной) 1952 года об охране материнства" (заключена в адрес дата) общей обязанностью правительств и общества (преамбула).

В пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от дата N 1 "О применении законодательства, регулирующего труд женщин, лиц с семейными обязанностями и несовершеннолетних" разъяснено, что, поскольку увольнение беременной женщины по инициативе работодателя запрещается, отсутствие у работодателя сведений о ее беременности не является основанием для отказа в удовлетворении иска о восстановлении на работе.

Принимая во внимание положения Конвенции Международной организации труда N 183 "О пересмотре Конвенции (пересмотренной) 1952 года об охране материнства", суд правильно исходил из того, что по смыслу подлежащих применению к спорным правоотношениям сторон норм материального права, заявление ФИО1 об отказе от исполнения достигнутой с работодателем договоренности о расторжении трудового договора в связи с наличием у нее беременности, о которой ей стало известно после увольнения, свидетельствует о том, что соглашение сторон о расторжении трудового договора не может сохранить своего действия ввиду отсутствия на это волеизъявления работника. В противном случае, фактически имеет место прекращение трудового договора по инициативе работодателя, что запрещено положениями части 1 статьи 261 Трудового кодекса Российской Федерации. Иное толкование указанных норм материального права привело бы к ограничению трудовых прав работника, и как следствие к отказу в предоставлении законных гарантий работнику, в частности гарантии от увольнения беременной женщине.

Учитывая, что на момент увольнения истца срок беременности составлял 10 недель, о беременности она не знала, увольнение истца привело к лишению ее гарантий, установленных для беременных женщин при расторжении трудового договора, и ограничению конституционного принципа свободы труда, поскольку прекращение трудового договора в период беременности безусловно влечет для нее такой материальный ущерб, который в значительной степени лишает ее и ее ребенка того, на что она могла бы рассчитывать при сохранении трудовых отношений с ответчиком, суд первой инстанции пришел к выводу о восстановлении истца на работе в ООО «Индустрия питания-2» в качестве универсального работника, взыскании с ответчика в пользу истца заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, расходов по оплате услуг представителя, взыскании с ответчика в доход местного бюджета государственной пошлины.

Доводы жалобы ответчика в части того, что истец добровольно написала заявление на увольнение по собственному желанию, в течение 14 дней заявление не отозвала, работодатель по своей инициативе истца не увольнял, к увольнению не понуждал, о состоянии беременности истца не был осведомлен, трудовых прав истца не нарушал, положения трудового законодательства не ограничивают право женщин на увольнение по собственной инициативе в период нахождения в состоянии беременности, по существу повторяют правовую позицию ответчика в суде первой инстанции, исследованную судом и нашедшую верное отражение и правильную оценку в судебном постановлении, носят характер субъективных суждений относительно обстоятельств по делу, не могут служить основанием к отмене обжалуемого судебного акта в апелляционном порядке, поскольку не свидетельствуют о нарушении судом норм материального и процессуального права, являющимся основанием для отмены судебного акта, сводятся к иной оценке установленных судом обстоятельств и собранных по делу доказательств. Мотивы, по которым указанные доводы признаны необоснованными и отклонены, изложены в решении суда. Оснований не соглашаться с выводами суда первой инстанции у судебной коллегии не имеется, поскольку они соответствуют установленным по делу обстоятельствам, сделаны при правильном применении норм материального права.

Приведенные ответчиком доводы жалобы о пропуске истцом срока обращения в суд с заявленными требованиями и отсутствия уважительных причин, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований, подлежат отклонению. Суд обоснованно признал уважительными причины пропуска срока и восстановил истцу срок обращения с иском, при этом правомерно учел состояние здоровья истца в значимый период и принятие мер к урегулированию возникшего спора с ответчиком во внесудебном порядке.

Доводы ответчика о том, что при расчете средней заработной платы за время вынужденного прогула подлежат исключению время, а также начисленные за это время суммы, когда истец находилась в отпуске по беременности и родам, а именно с 5 мая по дата, основаны на неправильном толковании норм права.

В соответствии с разъяснениями в п.62 Постановления Пленума Верховного Суда РФ «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» при определении размера оплаты времени вынужденного прогула средний заработок, взыскиваемый в пользу работника за это время, не подлежит уменьшению на суммы заработной платы, полученной у другого работодателя, независимо от того, работал у него работник на день увольнения или нет, пособия по временной нетрудоспособности, выплаченные истцу в пределах срока оплачиваемого прогула, а также пособия по безработице, которое он получал в период вынужденного прогула, поскольку указанные выплаты действующим законодательством не отнесены к числу выплат, подлежащих зачету при определении размера оплаты времени вынужденного прогула.

В силу статьи 255 Трудового кодекса Российской Федерации отпуск по беременности и родам предоставляется женщине на основании выданного в установленном порядке листка нетрудоспособности.

Учитывая изложенное, материальные требования истца за период нахождения на листке нетрудоспособности по беременности и родам, приходящийся на период вынужденного прогула в связи с незаконным увольнением подлежат удовлетворению путем взыскания среднего заработка в соответствии со ст.394 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации без вычета полученного пособия по беременности и родам.

Особенности порядка исчисления средней заработной платы (среднего заработка) для всех случаев определения ее размера, предусмотренных Трудовым кодексом Российской Федерации определены Постановлением Правительства Российской Федерации от дата N 540 «Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы», согласно которому при определении среднего заработка работника, которому установлен суммированный учет рабочего времени, используется средний часовой заработок (кроме случаев определения среднего заработка для оплаты отпусков и выплаты компенсации за неиспользованные отпуска).

Средний часовой заработок рассчитывается путем деления суммы заработной платы работника, которому установлен суммированный учет рабочего времени, фактически начисленной за отработанные рабочие часы в расчетном периоде, включая премии, денежные поощрения и вознаграждения, учитываемые в соответствии с пунктом 15 настоящего Положения, на количество рабочих часов, фактически отработанных таким работником в расчетном периоде.

Средний заработок работника, которому установлен суммированный учет рабочего времени, определяется путем умножения среднего часового заработка на количество рабочих часов по графику такого работника в периоде, подлежащем оплате (п.13).

Исходя из расчетных листков и табелей учета рабочего времени за расчетный период с февраля по октябрь 2024 г. истец отработала 907 часов, ей начислена заработная плата в размере 277 342,28 руб.

Таким образом, среднечасовой заработок истца составляет 305,78 руб. (277 342,28 руб. / 907).

Правилами внутреннего трудового распорядка для работников, занимающих должность универсальный работник пиццерии, применяется суммированный учет рабочего времени с учетным периодом, равным одному месяцу (п.5.1.8.). Для универсальных работников предусмотрена работа по индивидуальному графику, составляемому на одну неделю вперед исходя из пожеланий работника, указываемых в личном кабинете (п.5.1.2, 5.1.3, 5.1.4).

Учитывая приведенные положения локального нормативного акта, представление ответчиком индивидуального графика работы истца за период вынужденного прогула с дата по дата объективно невозможно, в связи с чем приведенное правовое регулирование при определении среднего заработка истца, которому установлен суммированный учет рабочего времени, не применено.

Учитывая, что истец в период работы норму рабочего времени полностью не вырабатывала, расчет суда среднего заработка за время вынужденного прогула исходя из суммы начисленной за расчетный период заработной платы, количества дней расчетного периода и дней вынужденного прогула является допустимым.

При этом расчет ответчика исходя из суммы начисленной за период работы заработной платы, среднемесячного количества отработанных часов за период работы и среднемесячного количества часов вынужденного прогула к уменьшению взысканной заработной платы не приведет (913 часов / 9 мес. х 11,3 мес. = 1 146,32 часов х 305,78 руб. = 350 521,73 руб.).

В судебном заседании представители истца и ответчика с размером среднего заработка за время вынужденного прогула с дата по дата в сумме 339688,80 руб. согласились.

Ответчиком решение суда в части размера взысканных с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда в сумме 25 000 руб., расходов по оплате услуг представителя в сумме 50 000 руб., взыскании с ответчика в доход местного бюджета государственной пошлины в сумме 10992 руб. не обжалуется.

Вместе с тем, судебная коллегия находит, что имеются основания для изменения решения суда в части восстановления ФИО1 на работе в ООО «Индустрия питания-2» в качестве универсального работника на условиях неполного рабочего дня.

Решение суда в части восстановления ФИО1 на работе в ООО «Индустрия питания-2» в качестве универсального работника необходимо дополнить, указав дату восстановления ФИО1 на работе с дата, поскольку в соответствии с положениями ч. 3 ст. 84.1 Трудового кодекса Российской Федерации работник подлежит восстановлению на работе со следующего дня после дня его незаконного увольнения. Поскольку последним днем работы является день прекращения трудового договора – дата, то истец подлежит восстановлению на работе в прежней должности днем, следующим за днем увольнения, то есть с дата

Кроме того, судебная коллегия отмечает, что оснований для указания на восстановление ФИО1 на работе на условиях неполного рабочего дня не имеется, поскольку такие условия в трудовом договоре от дата, приказе №...-л/с от дата о приеме на работу отсутствуют.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия считает необходимым решение Орджоникидзевского районного суда адрес от дата изменить в части восстановления ФИО1 на работе в ООО «Индустрия питания-2» в качестве универсального работника на условиях неполного рабочего дня, указав о восстановлении ФИО1 на работе в ООО «Индустрия питания-2» в качестве универсального работника с дата

В остальной части решение суда подлежит оставлению без изменения.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

о п р е д е л и л а:

решение Орджоникидзевского районного суда адрес от дата изменить в части восстановления ФИО1 на работе в ООО «Индустрия питания-2» в качестве универсального работника на условиях неполного рабочего дня.

Изложить абзац третий резолютивной части решения в следующей редакции:

Восстановить ФИО1 (паспорт №...) на работе в ООО «Индустрия питания-2» (ИНН №..., ОГРН №...) в качестве универсального работника с дата

В остальной части то же решение суда оставить без изменения.

Председательствующий ФИО11

Судьи А.Р. Багаутдинова

ФИО10

Мотивированное апелляционное определение изготовлено дата