XX.XX.XXXX года Дело № 2-XXX

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Василеостровский районный суд города Санкт-Петербурга в составе: 

председательствующего судьи Рябко О.А.,

при секретаре Захаровой Е.А., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело, возбужденное по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о признании недействительной третейской оговорки,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратилась в Василеостровский районный суд города Санкт-Петербурга с исковым заявлением к ФИО2, в котором просит 

- признать недействительным договор купли-продажи квартиры, находящейся по адресу: ..., от 26.06.2014, заключенный между ней и ответчиком;

- признать недействительным договор найма квартиры с обратным выкупом от 26.06.2014;

- применить последствия недействительности данных сделок;

- признать за истцом право собственности на квартиру по адресу: ...;

- признать недействительной третейскую оговорку, которая содержится в пунктах 10, 11, 12 договора купли-продажи от 26.06.2014 и договора найма квартиры с обратным выкупом, заключенного между ФИО1 и ФИО2 26.06.2014. 

В обоснование заявленных требований ФИО1 указывает на то, что 26.06.2014 она обратилась в ООО «XX.XX.XXXX!» с целью получения займа до продажи недвижимости; в офисе ей пояснили, что условием получения займа является залог недвижимого имущества; в тот же день между истцом и ответчиком были подписаны договор купли-продажи и договор найма имущества с правом выкупа, по условиям которого наймодатель (ответчик) предоставляет нанимателю (истцу) право выкупа имущества на сумму 2 000 000 рублей; плата за найм имущества составляет 63 330 рулей за первый месяц и 100 000 рублей за каждый последующий; договор действует до 15.12.2014. Истец ссылается на то, что в июле 2014 года ей стало известно, что ответчик переоформил на себя право собственности на принадлежащую истцу квартиру. Указывая на то, что данные сделки являются недействительными, поскольку последовательное совершение сторонами оспариваемой сделки купли-продажи квартиры, а после регистрации права собственности на нее за ответчиком, договора найма данного жилого помещения с правом выкупа, содержание обязанности ответчика наймодателя произвести оформление помещения в собственность истца нанимателя, свидетельствовали о временном характере права собственности на спорную квартиру, возникшем у ответчика, которое в случае выполнения бывшим собственником квартиры всех условий договора найма, подлежало переводу на истца вновь, ФИО1 просит признать договоры недействительными. Кроме того, истец указывает, что условием договора купли-продажи предусмотрена третейская оговорка, по которой любой спор, разногласие или претензия, вытекающие из или в связи с оспариваемым договором либо его нарушением, изменением, прекращением или недействительностью, существующим на момент подписания, исполненным на момент подписания или которые могут возникнуть в будущем между сторонами будут разрешены Постоянно действующим третейским судом «Санкт-Петербургский экономический Арбитраж». Полагая третейскую оговорку ничтожной сделкой, ссылаясь на то, что никакого согласия на рассмотрение дел в третейском суде она не давала, ФИО1 обратилась в суд с настоящим иском (листы дела 

<

данные изъяты>). 

Определением суда от 25 сентября 2017 года требование ФИО1 о признании недействительной третейской оговорки, которая содержится в пунктах 10, 11, 12 договора купли-продажи от 26.06.2014 и пунктах договора найма квартиры с обратным выкупом, заключенных между ФИО1 и ФИО2 26.06.2014, выделено в отдельное производство; выделенному гражданскому делу присвоен № 2-XXX.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явилась, о времени и месте судебного заседания извещена надлежащим образом судебной повесткой, направленной посредством электронной связи (листы дела 

<

данные изъяты>).

Согласно части 1 статьи 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) лица, участвующие в деле извещаются или вызываются в суд не только заказным письмом с уведомлением о вручении, судебной повесткой с уведомлением о вручении, но и телефонограммой или телеграммой, по факсимильной связи либо с использованием иных средств связи и доставки, обеспечивающих фиксирование судебного извещения или вызова и его вручение адресату.

В соответствии с частью 1 статьи 167 ГПК РФ лица, участвующие в деле, обязаны известить суд о причинах неявки и представить доказательства уважительности этих причин. 

Часть 3 статьи 167 ГПК РФ предусматривает право суда рассмотреть дело в случае неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле и извещенных о времени и месте судебного заседания, если ими не представлены сведения о причинах неявки или суд признает причины их неявки неуважительными.

В силу части 1 статьи 35 ГПК РФ лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами. При этом частью 2 статьи 35 ГПК РФ установлено, что лица, участвующие в деле несут процессуальные обязанности, установленные настоящим Кодексом, другими федеральными законами. При неисполнении процессуальных обязанностей наступают последствия, предусмотренные законодательством о гражданском судопроизводстве. 

Согласно части 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В рассматриваемом случае истцом ходатайств об отложении слушания дела, равно как и о рассмотрении дела в свое отсутствие, заявлено не было.

При этом, из материалов дела следует, что на остальные судебные заседания истец также не явилась. О времени судебных заседаний была извещена надлежащим образом (листы дела 

<

данные изъяты>). 

В суд 29 августа 2017 года поступила телефонограмма истца об отложении слушания дела в связи с ее болезнью (лист дела 

<

данные изъяты>). 

Также в суд 25 сентября 2017 года поступила телефонограмма истца об отложении судебного заседания в связи с нахождением на больничном (лист дела 

<

данные изъяты>).

Вместе с тем, доказательств болезни, в том числе листка нетрудоспособности, истцом в материалы дела не представлено. 

Таким образом, истец неоднократно ходатайствовала об отложении судебных заседаний, не представляя никаких доказательств в подтверждение изложенных в ходатайстве обстоятельств.

По ходатайству истца судебные заседания неоднократно откладывались.

После судебных заседаний, состоявшихся 29 августа 2017 года и 25 сентября 2017 года, истцом ФИО1 в материалы дела не представлено доказательств, подтверждающих наличие уважительных причин неявки в суд в указанные даты. 

Ходатайства об отложении судебного разбирательства, назначенного на 15 ноября 2017 года, с приложением доказательств, подтверждающих наличие уважительных причин неявки, в суд также не поступило.

При этом, суд также полагает необходимым отметить, что истцом накануне судебного заседания, а именно 14 ноября 2017 года в суд лично подано ходатайство о приостановлении производства по делу.

Суд учитывает и то обстоятельство, что ФИО1 не была лишена возможности вести свои дела в суде через представителей в соответствии со статьей 48 ГПК РФ. 

При изложенных обстоятельствах, учитывая, что ответчик в судебном заседании настаивал на рассмотрении дела по существу, суд, в соответствии со статьей 167 ГПК РФ полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившегося истца, надлежащим образом извещенного о времени и месте судебного заседания, не представившего доказательств как невозможности принять участие лично в судебном разбирательстве, так и участвовать при рассмотрении дела через представителя. 

Ответчик ФИО2, надлежащим образом извещенный о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание не явился, доверил представлять свои интересы ФИО3. 

Представитель истца ФИО3, действующий на основании доверенности от 28.07.2016, выданной сроком на три года, в судебном заседании возражал против удовлетворения заявленных исковых требований, представил в материалы дела письменные возражения, в которых просил суд отказать истцу в удовлетворении иска, указав на то, что истцом не представлено доказательств в подтверждение своей позиции; действия истца опровергают довод о том, что никакого реального согласия на рассмотрение дел в Третейском суде не давала; настоящий спор не отнесен к спорам, которые не могут быть переданы на рассмотрение третейского суда; поскольку третейская оговорка содержится не в формулярах или иных стандартных формах, а в тексте соответственно договора купли-продажи и договора найма, указанные договоры нельзя рассматривать в качестве договоров присоединения по смыслу статьи 428 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ); истцом не представлено доказательств того, что он не мог влиять на содержание договора, и принял условия договора путем присоединения к якобы предложенному именно ответчиком договору в целом. Кроме того, представитель просил отказать истцу в удовлетворении иска, указав на пропуск истцом срока исковой давности для обращения в суд с данным требованием (листы дела 

<

данные изъяты>). 

Третье лицо ФИО4 в судебном заседании полностью поддержала позицию представителя ответчика, полагала исковые требования не подлежащими удовлетворению. 

Выслушав мнение представителя ответчика и третьего лица, исследовав письменные доказательства по делу, суд приходит к следующему.

Как следует из материалов дела, ФИО1 на праве собственности принадлежала квартира, расположенная по адресу: ..., площадью ... кв.м, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права (листы дела 

<

данные изъяты>). 

Между ФИО1 (Продавец) и ФИО2 (Покупатель) 26 июня 2014 года заключен договор купли-продажи квартиры, по условиям которого Продавец обязуется передать в собственность Покупателя квартиру по адресу: ... (листы дела 

<

данные изъяты>). 

Указанный договор зарегистрирован в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Санкт-Петербургу 17 июля 2014 года (лист дела 

<

данные изъяты>). 

Право собственности ФИО2 на указанный объект недвижимого имущества зарегистрирован в Управлении Росреестра по Санкт-Петербургу, что подтверждается выпиской из ЕГРП (лист дела 

<

данные изъяты>). 

Также между ФИО2 (Наймодатель) и ФИО1 (Наниматель) 26 июня 2014 года заключен договор найма жилого помещения с правом выкупа, в соответствии с которым Наймодатель передает, а Ниниматель принимает во временное пользование (найм) жилое помещение, расположенное по адресу: ..., пригодное для постоянного проживания за определенную плату (листы дела 

<

данные изъяты>). 

Согласно пункту 1.4. договора найма Наймодатель предоставляет Нанимателю право выкупа помещения за сумму в 2 000 000 рублей. 

Плата за найм помещения составляет 63 333 рубля за первый месяц и 100 000 рублей за каждый последующий (пункта 1.5. договора найма).

Из пункта 1.6. договора найма следует, что он действует до 15 июня 2015 года, минимальный срок действия договора до 15 декабря 2014 года. 

Согласно материалам дела, ФИО1 выплатила ответчику денежные средства в размере 63 333 рублей – 26.06.2014, 100 000 рублей – 15.08.2014 и 2 000 000 рублей – 15.09.2014 (листы дела 

<

данные изъяты>). 

Из материалов дела также следует, что заключенные между сторонами договор купли-продажи и договор найма содержат третейскую оговорку.

Так, согласно пункту 10 договора купли-продажи настоящий договор считается заключенным с момента подписания. Право собственности на квартиру возникает у Покупателя с момента государственной регистрации в соответствии с действующим законодательством. 

В соответствии с пунктом 11 договора купли-продажи любой спор, разногласие или претензия, вытекающие из или в связи с настоящим договором, либо его нарушением, изменением, прекращением или недействительностью, а также любым другим правоотношениям, существующим на момент подписания, исполненным на момент подписания или которые могут возникнуть в будущем между сторонами будут разрешены Постоянно действующим третейским судом «Санкт-Петербургский экономический Арбитраж» (далее – ПДТС «СПЭА»). Правила рассмотрения спора определяются Регламентом данного суда, за исключением случаев, установленных пунктом 12 настоящего договора. 

На основании статьи 7 ФЗ «О Третейских Судах в Российской Федерации» стороны устанавливают следующее: выбор третейского судьи (арбитра) осуществляет сторона, выступающая в качестве истца, кассационная процедура в рамках третейского судопроизводства не применяется. Решение третейского суда является окончательным и обязательным для сторон (пункт 12 договора купли-продажи) (лист дела 

<

данные изъяты>). 

Пунктом 10.1 договора найма предусмотрено, что любой спор, разногласие или претензия, вытекающие из или в связи с договором, либо его нарушением, изменением, прекращением или недействительностью, а также любым другим правоотношениям, существующим на момент подписания, исполненным на момент подписания или которые могут возникнуть в будущем между сторонами будут разрешены Постоянно действующим третейским судом «Санкт-Петербургский экономический Арбитраж» (далее – ПДТС «СПЭА»). Правила рассмотрения спора определяются Регламентом данного суда, за исключением случаев, установленных пунктом 10.2 настоящего договора

На основании статьи 7 ФЗ «О Третейских Судах в Российской Федерации» стороны устанавливают следующее: выбор третейского судьи (арбитра) осуществляет сторона, выступающая в качестве истца, кассационная процедура в рамках третей2ского судопроизводства не применяется. Решение третейского суда является окончательным и обязательным для сторон (пункт 10.2 договора найма) (лист дела 

<

данные изъяты>). 

Истец, указывая на то, что третейская оговорка, содержащаяся в названых выше пунктах договоров купли-продажи и найма, является ничтожной сделкой, обратилась в суд с настоящим иском.

Согласно части 1 статьи 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов, в том числе с требованием о присуждении ему компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного постановления в разумный срок.

В силу пункта 1 статьи 11 Гражданского кодекса Российской Федерации защиту нарушенных или оспоренных гражданских прав осуществляет в соответствии с подведомственностью дел, установленной процессуальным законодательством, суд, арбитражный суд или третейский суд.

В соответствии с частью 2 статьи 1 Федерального закона от 24.07.2002 № 102-ФЗ «О третейских судах в Российской Федерации» (далее – Федеральный закон «О третейских судах в Российской Федерации») в третейский суд может по соглашению сторон третейского разбирательства передаваться любой спор, возникающий из гражданских правоотношений, если иное не установлено федеральным законом.

Согласно части 1 статьи 7 Федерального закона «О третейских судах в Российской Федерации» третейское соглашение заключается в письменной форме, если иная форма третейского соглашения не предусмотрена настоящим Федеральным законом или иным федеральным законом. Третейское соглашение считается заключенным в письменной форме, если оно содержится в документе, подписанном сторонами, либо заключено путем обмена письмами, сообщениями по телетайпу, телеграфу или с использованием других средств электронной или иной связи, обеспечивающих фиксацию такого соглашения. Ссылка в договоре на документ, содержащий условие о передаче спора на разрешение третейского суда, является третейским соглашением при условии, что договор заключен в письменной форме и данная ссылка такова, что делает третейское соглашение частью договора.

В силу части 3 вышеуказанной статьи, если стороны не договорились об ином, то при передаче спора в постоянно действующий третейский суд правила постоянно действующего третейского суда рассматриваются в качестве неотъемлемой части третейского соглашения.

Согласно пункту 6 параграфа 7 регламента Постоянно действующего третейского суда «Санкт-Петербургский экономический арбитраж» (далее - Регламент) назначение состава третейского суда для рассмотрения дела, равно как и назначение единоличного третейского судьи осуществляется в соответствии с Регламентом.

В силу параграфа 8 Регламента дело может рассматриваться единолично судьей, который избирается из списка судей ответчиком или по взаимной договоренности сторон, если иное не предусмотрено настоящим регламентом.

Таким образом, Регламентом прямо предусмотрено право сторон договориться о том, кем из сторон будет избран третейский судья.

Реализуя данное право, стороны при заключении договоров купли-продажи и найма и включении в них третейской оговорки пришли к соглашению о том, что выбор третейского судьи (арбитра) осуществляет сторона, выступающая в качестве истца.

При таком положении, доводы ФИО1 о том, что данное условие договоров противоречит Регламенту Постоянно действующего третейского суда «Санкт-Петербургский экономический арбитраж» и положениям Федерального закона «О третейских судах в Российской Федерации» не могут быть приняты судом во внимание. 

Кроме того, суд также полагает несостоятельной ссылку истца о том, что она не давала реального согласия на рассмотрение дела в Третейском суде. 

Так, из материалов дела следует, что истец ФИО1 сама собственноручно подписала договора купли-продажи от 26.06.2014 и найма жилого помещения с правом выкупа. Доказательств обратного истец в материалы дела не представила и на их наличии не иске не ссылалась.

В тот же день ФИО1 нотариально удостоверила свое заявление о семейном положении, указав, что отчуждаемая ей квартира не является совместной собственностью, нажитой в браке (лист дела 

<

данные изъяты>). 

Также, истец 26.06.2014 выдала нотариальную доверенность на представителей по вопросу регистрации перехода (прекращения) права собственности на квартиру по адресу: ... (листы дела 

<

данные изъяты>). 

В соответствии со статьей 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Таким образом, суд полагает, что истцом в материалы дела не представлено доказательств в подтверждение указанного довода. 

При этом суд также исходит из положений пункта 5 статьи 166 ГК РФ, согласно которой заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

Суд считает, что истец своими действиями давала полные основания ответчику и другим лицам полагать и считать данную сделку действительной. 

Довод ФИО1 о том, что третейские оговорки недействительны как нарушающие права потребителя, поскольку оспариваемые договоры фактически являются договорами присоединения, также отклоняется судом как несостоятельный. 

Из буквального толкования договоров купли-продажи квартиры и найма жилого помещения усматривается, что договоры заключались между ФИО1 и ФИО2, как между физическими лицами.

Между тем, для квалификации договора купли-продажи квартиры и договора найма жилого помещения как договоров присоединения должны быть соответствующие правовые основания и представленные стороной доказательства.

Согласно положениям статьи 428 ГК РФ договором присоединения признается договор, условия которого определены одной из сторон в формулярах или иных стандартных формах и могли быть приняты другой стороной не иначе как путем присоединения к предложенному договору в целом.

Таким образом, только при соблюдении указанных признаков конкретный договор можно считать договором присоединения, при этом необходимо сочетание всех признаков. 

В рассматриваемом случае договоры купли-продажи квартиры и найма жилого помещения таким признакам не соответствуют, а именно не являются какой-либо стандартной формой, в договорах согласованы все существенные условия. 

На основании изложенного, суд полагает, что договор купли-продажи квартиры и договор найма жилого помещения не являются договором присоединения.

Кроме того, суд полагает необходимым отметить, что ФИО1, при подписании договоров, не была лишена возможности заявить о несогласии с его условиями, в частности в отношении условия о третейской оговорке. 

В соответствии с положениями статьи 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

Вместе с тем, никаких возражений относительно условий подписываемых договоров, истцом заявлено не было, протокола разногласий не представлено. Доказательств обратного в материалы дела не представлено и судом в ходе судебного разбирательства не добыто. 

Исходя из изложенного, суд считает, что договор купли-продажи квартиры и договор найма жилого помещения не являются навязанными и обременительными.

Пунктом 2 статьи 1 Федерального закона «О третейских судах в Российской Федерации» закреплено, что в третейский суд может по соглашению сторон третейского разбирательства передаваться любой спор, вытекающий из гражданских правоотношений, если иное не установлено федеральным законом.

Соглашение сторон о рассмотрении спора третейским судом (третейская оговорка), составленное в соответствии с действующим законодательством, свидетельствует о намерениях сторон рассматривать возможный спор именно в третейском суде.

Наличие соглашения о третейской оговорке является препятствием для обращения любой стороны за защитой своих нарушенных прав и законных интересов в суд, что подтверждается статьей 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, согласно части 3 которой по соглашению сторон подведомственный суду спор, возникающий из гражданских правоотношений, до принятия судом первой инстанции судебного постановления, которым заканчивается рассмотрение гражданского дела по существу, может быть передан сторонами на рассмотрение третейского суда, если иное не установлено федеральным законом.

Поскольку настоящий спор возник из гражданских правоотношений и федеральным законом не установлено, что признание договора купли-продажи квартиры и договора найма жилого помещения недействительными подсудно исключительно государственному суду, то доводы истца о невозможности рассмотрения иска в третейском суде не основаны на действующем законодательстве.

Истец не лишен возможности обратиться с исковым заявлением о признании недействительными договоров купли-продажи квартиры и найма жилого помещения и применении последствий их недействительности в Постоянно действующий третейский суд «Санкт-Петербургский экономический Арбитраж».

Таким образом, суд, оценив все представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи, полагает, что истцом не представлено ни одного доказательства в подтверждение заявленных исковых требований о признании недействительной третейской оговорки, содержащейся в договоре купли-продажи от 26.06.2014 и договоре найма от 26.06.2014. 

Кроме того, суд полагает возможным согласиться с мнением ответчика о пропуске истцом срока исковой давности для обращения в суд с настоящим иском. 

Организация или гражданин, права которых нарушены, могут обратиться с требованиями (исками) об их защите в соответствующий орган, суд, арбитражный суд или третейский суд (часть 1 статьи 11 ГК РФ). 

Однако возможность защиты нарушенного права ограничена определенным сроком, который называется исковой давностью. Таким образом, в гражданском праве срок исковой давности представляет собой период времени, установленный законом для защиты нарушенных прав.

Согласно пункту 1 статьи 199 ГК РФ требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности. 

Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (пункт 2 статьи 199 ГК РФ).

По общему правилу срок исковой давности составляет три года (статья 196 ГК РФ).

Законодательством также предусмотрены и специальные сроки исковой давности.

Принимая во внимание доводы, которые истец указывает в качестве оснований недействительности именно третейских оговорок, суд исходит из того, что данные третейские оговорки истец считает оспоримыми. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Принимая во внимание, что о нарушении своих прав ФИО1 стало известно 26 июня 2014 года – в день подписания договора купли-продажи и договора найма, а в суд с настоящим требованием она обратилась 08 июня 2017 года, суд полагает, что истцом пропущен срок исковой давности при обращении в суд с требованиями о признании недействительными условий договора купли-продажи и договора найма, которыми предусмотрена третейская оговорка. 

Согласно статье 205 ГК РФ в исключительных случаях, когда суд признает уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца (тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п.), нарушенное право гражданина подлежит защите. Причины пропуска срока исковой давности могут признаваться уважительными, если они имели место в последние шесть месяцев срока давности, а если этот срок равен шести месяцам или менее шести месяцев - в течение срока давности.

Вместе с тем, в ходе судебного разбирательства истец ФИО1 не привела и не представила никаких доказательств уважительности причин пропуска срока исковой давности.

При таких обстоятельствах, суд не усматривает основании для удовлетворения требования истца признании недействительной третейской оговорки, которая содержится в пунктах 10, 11, 12 договора купли-продажи от 26.06.2014 и пунктах 10.1, 10.2 договора найма квартиры с обратным выкупом, заключенных 26.06.2014 между ФИО1 и ФИО2 

Руководствуясь статьями 56, 167, 194-198 Гражданского процессуального Кодекса Российской Федерации, 

р е ш и л:

Исковое заявление ФИО1 к ФИО2 о признании недействительной третейской оговорки оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд путем подачи апелляционной жалобы через Василеостровский районный суд города Санкт-Петербурга в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Судья