Дело № 2-386/2018

Изготовлено 28.05.2018

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

23 мая 2018 г. г.Ярославль

Ленинский районный суд г.Ярославля в составе

председательствующего судьи Плотниковой Л.В.,

при секретаре Смирновой Е.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Федеральному государственному казенному учреждению «1 отряд Федеральной противопожарной службы по Ярославской области» о признании увольнения незаконным, изменении даты увольнения, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда

УСТАНОВИЛ:

Истец обратился в суд с иском о восстановлении его работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда.

В ходе рассмотрения дела истец исковые требования изменил, просил признать увольнение незаконным, изменить дату увольнения на дату вынесения решения суда, взыскать заработную плату за время вынужденного прогула в размере 96375 руб., компенсацию морального вреда в размере 30000 руб., судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 30000 руб.

В обоснование иска указано, что с ДД.ММ.ГГГГ истец работал в ФГКУ «1 отряд Федеральной противопожарной службы по Ярославской области» в должности старшего инструктора по вождению пожарной машины, водителя пожарно-спасательной части № 

<

данные изъяты>. На основании приказа от ДД.ММ.ГГГГ истец был уволен со службы в связи болезнью на основании заключения военно-врачебной комиссии о негодности к службе в федеральной противопожарной службе ДД.ММ.ГГГГ. Свое увольнение истец считает незаконным, поскольку в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находился на больничном, увольнение в период нетрудоспособности не допускается согласно ч.14 ст.81 ТК РФ, ч.11 ст.91 ФЗ «О службе в Федеральной противопожарной службе государственной противопожарной службы и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации». Заработная плата составляет 

<

данные изъяты> руб. в месяц. Неполученный заработок за время вынужденного прогула составил 96375 руб. Незаконные действия ответчика стали причиной нравственных переживаний истца, ему был причинен моральный вред, который он оценивает в сумме 30000 руб. Истцом понесены расходы по оплате услуг представителя в размере 30000 руб.

В судебное заседание истец и его представитель ФИО2 не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены, просили рассматривать дело без их участия. Ранее в судебном заседании иск поддержали, дали пояснения, аналогичные изложенным в иске, а также пояснили, что на момент увольнения ФИО1 являлся нетрудоспособным, о чем сообщил начальнику караула М.А.В. О возможности получения медицинской помощи только в ведомственном учреждении истец не знал, поскольку ранее также обращался в различные учреждения здравоохранения и листки нетрудоспособности принимались ответчиком.

В судебном заседании представители ответчика по доверенности ФИО3 и ФИО4 иск не признали полностью, пояснили, что ФИО1 проходил службу в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. С 2009 по дату увольнения замещал должность старшего инструктора по вождению пожарной машины – водителя пожарно-спасательной части № 1 ФГКУ «1 отряд Федеральной противопожарной службы по Ярославской области». ДД.ММ.ГГГГ с истцом был заключен контракт № 

<

данные изъяты> о службе в ГПС МЧС России до достижения сотрудником предельного возраста пребывания на службе, который для занимаемой им должности составил 45 лет. Для ФИО1 предельный возраст наступил ДД.ММ.ГГГГ. В связи с предстоящим увольнением истцу ДД.ММ.ГГГГ было вручено уведомление о предстоящем увольнении, проведена индивидуальная беседа. В целях реализации просьбы ФИО1 о продлении срока службы до выслуги лет, ДД.ММ.ГГГГ ему было выписано направление для прохождения ВВК, которое он получил ДД.ММ.ГГГГ. По результатам освидетельствования истец был признан негодным к службе. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 было вручено уведомление о предстоящем расторжении контракта и увольнении со службы в связи с болезнью, проведена индивидуальная беседа. С предстоящим увольнением ФИО1 был не согласен, просил дать возможность дослужить до выслуги лет, дающей право на назначение пенсии, а также он высказал намерение оспорить заключение ВКК. В целях выполнения социальных гарантий ФИО1 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ были предоставлены основной и дополнительный отпуска, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ему был предоставлен учебный отпуск. В период с апреля по декабрь 2017 ФИО1 неоднократно освобождался от службы в связи с временной нетрудоспособностью, что составило 88 дней. ДД.ММ.ГГГГ в ходе беседы ФИО1 с начальником отделения кадровой и воспитательной работы ФИО3 истец выразил желание уволиться по болезни, с ним были оговорены все вопросы, он заверил, что прибудет ДД.ММ.ГГГГ в управление для увольнения. В целях фиксации места выдачи документов об увольнении ДД.ММ.ГГГГ истцу было направлено уведомление о необходимости прибытия для получения документов об увольнении в 10-00 час. ДД.ММ.ГГГГ. Также был осуществлен выезд по месту жительства истца сотрудника кадровой службы для вручения уведомления лично, о чем был составлен акт. ДД.ММ.ГГГГ от начальника 

<

данные изъяты> на имя начальника отряда поступил рапорт о том, что по окончании учебного отпуска с период с ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 на службу не прибыл, о причинах отсутствия начальника не уведомил. Была проведена служебная проверка, направлена комиссия по месту регистрации истца. На вызов домофона никто не ответил, получить объяснения истца по поводу невыхода на службу не представилось возможным, о чем был составлен акт. ДД.ММ.ГГГГ истцу было направлено письмо с уведомлением об увольнении и необходимости прибытия в отдел кадровой службы для получения трудовой книжки. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 прибыл в отделение кадровой службы и предоставил листок нетрудоспособности в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Полагают, что истец допустил злоупотребление правом, уклонившись от соблюдения порядка увольнения. Лист нетрудоспособности был выдан ГБУЗ КБ № 

<

данные изъяты>, а не МСЧ УМВД. Экстренные показания для обращения в стороннее медицинское учреждение отсутствовали. Кроме того, с ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 назначена и выплачивается пенсия, которая не может выплачиваться во время прохождения службы.

Заслушав участников процесса, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Согласно Конституции Российской Федерации труд свободен; каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию (статья 37, часть 1); граждане Российской Федерации имеют равный доступ к государственной службе (статья 32, часть 4).

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 6 июня 2017 года N 1165-О, в силу названных конституционных положений во взаимосвязи с конкретизирующими их положениями федерального законодательства государственная служба, поступая на которую гражданин реализует указанные конституционные права, представляет собой профессиональную служебную деятельность граждан Российской Федерации по обеспечению исполнения полномочий Российской Федерации и ее субъектов, государственных органов и лиц, замещающих государственные должности (пункт 1 статьи 1 Федерального закона от 27 мая 2003 года N 58-ФЗ "О системе государственной службы Российской Федерации"). Специфика такой профессиональной деятельности предопределяет право федерального законодателя при осуществлении правового регулирования порядка прохождения государственной службы вводить особые правила поступления на нее, а также предъявлять к лицам, поступающим на государственную службу и замещающим должности государственных служащих, вытекающие из стоящих перед ней задач специальные требования, в том числе к их личным и деловым качествам. Несоответствие государственного служащего тем требованиям, которые установлены законодателем исходя из особенностей его профессиональной деятельности, обусловливает введение специальных оснований увольнения со службы.

Согласно Федеральному закону от 21 декабря 1994 года N 69-ФЗ "О пожарной безопасности" пожарная охрана в Российской Федерации представляет собой совокупность созданных в установленном порядке органов управления, подразделений и организаций, предназначенных для организации профилактики пожаров, их тушения и проведения возложенных на них аварийно-спасательных работ, спасения людей и имущества при пожарах, оказания первой помощи (статьи 1 и 4). Государственная противопожарная служба наряду с другими видами пожарной охраны выполняет задачу обеспечения безопасности личности, общества и государства (статья 5).

Исходя из этого федеральный законодатель, определяя правовой статус лиц, проходящих службу в федеральной противопожарной службе Государственной противопожарной службы, вправе устанавливать для этой категории, как и для других категорий государственных служащих, особые требования и специальные основания увольнения, связанные с несоблюдением таких требований.

В соответствии со статьей 40 Федерального закона от 25 июля 2002 года N 116-ФЗ "О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты Российской Федерации в связи с совершенствованием государственного управления в области пожарной безопасности" порядок прохождения службы в Государственной противопожарной службе регулируется Положением о службе в органах внутренних дел Российской Федерации, утвержденным Постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 23 декабря 1992 года N 4202-1 (далее - Положение), Инструкцией о порядке применения Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации в системе Министерства Российской Федерации по гражданской обороне, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий", утвержденной приказом МЧС РФ от 03 ноября 2011 года N 668 (далее - Инструкция).

Служба сотрудников федеральной противопожарной службы регулируется Федеральным законом от 23 мая 2016 года N 141-ФЗ "О службе в федеральной противопожарной службе Государственной противопожарной службы и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации".

В соответствии с пунктом "б" части 1 статьи 58 Положения сотрудники органов внутренних дел могут быть уволены со службы по достижении предельного возраста, установленного статьей 59 настоящего Положения, в том числе по достижении возраста 45 лет.

Аналогичное основание увольнения со службы в федеральной противопожарной службе установлено пунктом 2 части 1 статьи 83 Федерального закона от 23 мая 2016 года N 141-ФЗ "О службе в федеральной противопожарной службе Государственной противопожарной службы и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", при этом предельный возраст пребывания на службе, в то числе 45 лет, применяемый до 01 января 2022 года, определен частью 6 статьи 95 указанного Закона.

Пунктом 59 Положения предусмотрено, что в интересах службы при положительной аттестации и отсутствии медицинских противопоказаний сотрудники органов внутренних дел в персональном порядке и с их согласия могут быть оставлены на службе сверх установленного предельного возраста на срок до пяти лет начальниками, которым предоставлено право назначения на должности этих сотрудников. В исключительных случаях срок оставления на службе сотрудников органов внутренних дел из числа лиц среднего, старшего и высшего начальствующего состава может быть продлен в таком же порядке повторно на пять лет.

Решения об оставлении сотрудника на службе сверх установленного для него предельного возраста принимаются руководителями, имеющими право назначения этих сотрудников на должность, путем утверждения персональных списков. Списки сотрудников, оставляемых на службе сверх установленного возраста, составляются кадровым подразделением ежегодно к первому марта (пункт 160 Инструкции).

Порядок увольнения сотрудников установлен статьей 60 Положения и разделом XVII Инструкции.

Сотрудники органов внутренних дел ставятся в известность о предстоящем увольнении непосредственными начальниками не позднее чем за два месяца до увольнения (статья 60 Положения), прекращение службы оформляется приказом (пункт 151 Инструкции), о предстоящем увольнении со службы сотрудник ставится в известность уведомлением, вручаемым сотруднику под роспись (пункт 161 Инструкции), до представления к увольнению сотрудники, по их просьбе, в установленном порядке направляются для освидетельствования на военно-врачебную комиссию с целью установления категории годности к военной службе, заключение военно-врачебной комиссии учитывается при определении основания увольнения (пункт 163 Инструкции).

В соответствии с частью 2 статьи 2 Федерального закона от 23 мая 2016 года N 141-ФЗ "О службе в федеральной противопожарной службе Государственной противопожарной службы и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", в случаях, не урегулированных нормативными правовыми актами, указанными в части 1 настоящей статьи, к правоотношениям, связанным со службой в федеральной противопожарной службе, применяются нормы трудового законодательства Российской Федерации, то есть положения указанного Федерального закона являются специальными по отношению к нормам Трудового кодекса Российской Федерации и подлежат применению к отношениям связанным с прохождением сотрудником службы в федеральной противопожарной службе.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, ФИО1 проходил службу в должности старшего инструктора по вождению пожарной машины – водителя пожарно-спасательной части № 1 ФГКУ «1 отряд Федеральной противопожарной службы по Ярославской области» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ в ним заключен контракт на срок до достижения предельного возраста.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 достиг предельного возраста пребывания в органах государственной противопожарной службы (45 лет).

ДД.ММ.ГГГГ истцу вручено уведомление о предстоящем увольнении по основаниям подпункта 2 пункта 1 статьи 83 ФЗ № 141-ФЗ, что подтверждено копией уведомления с подписью истца, с истцом проведена беседа (лист беседы от 05.12.2016), ему предложено пройти военно-врачебную комиссию.

ДД.ММ.ГГГГ истцу вручено уведомление о расторжении контракта и увольнении в связи с болезнью на основании заключения военно-врачебной комиссии, поскольку заключением ВВК он был признан негодным к службе.ДД.ММ.ГГГГ с истцом проведена беседа, в листе беседы истец указал, что просит дать возможность дослужить до выслуги лет, дающей право на пенсию, высказано намерение оспорить заключение ВВК.

Из материалов дела также следует, что истцу в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ были предоставлены основной и дополнительный отпуска, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ему был предоставлен учебный отпуск. В период с апреля по декабрь 2017 ФИО1 неоднократно освобождался от службы в связи с временной нетрудоспособностью, что составило 88 дней. 

На основании приказа от ДД.ММ.ГГГГ истец был уволен со службы в связи болезнью на основании заключения военно-врачебной комиссии о негодности к службе в федеральной противопожарной службе ДД.ММ.ГГГГ.

В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 находился на листке нетрудоспособности.

Разрешая спор, проанализировав положения Федерального закона "О службе в федеральной противопожарной службе Государственной противопожарной службы и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" и иных нормативных правовых актов, регламентирующих порядок прохождения федеральной противопожарной службы, применительно к установленным по делу обстоятельствам, суд приходит выводу о том, что ФИО1 уволен ответчиком на законном основании.

Обсуждая доводы сторон в части соблюдения работодателем процедуры увольнения истца, суд считает, что увольнение истца со службы произведено с соответствии с требованиями действующего законодательства и нормативных документов, регламентирующих порядок прохождения федеральной противопожарной службы, в связи с чем оснований для признания процедуры увольнения незаконной не имеется.

Перед увольнением по достижении предельного возраста сотрудник имеет право на прохождение военно-врачебной комиссии для определения годности к службе в федеральной противопожарной службе. При вручении уведомления об увольнении ДД.ММ.ГГГГ истцу было предложено пройти военно-врачебную комиссию.

у ответчика имелись предусмотренные п. 1 ч. 3 ст. 83 Федерального закона от 23.05.2016 г. N 141-ФЗ "О службе в федеральной противопожарной службе Государственной противопожарной службы и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" основания к расторжению контракта с истицей. В соответствии с п. 1 ч. 3 ст. ст. 83 ФЗ N 414-ФЗ от 23.05.2016 г. "О службе в федеральной противопожарной службе Государственной противопожарной службе и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" контракт подлежит расторжению, а сотрудник федеральной противопожарной службы увольнению со службы в федеральной противопожарной службе в связи с болезнью на основании заключения военно-врачебной комиссии о негодности к службе в федеральной противопожарной службе.

Определение годности гражданина к службе производится в результате проведения медицинского освидетельствования, по результатам которого выносится письменное заключение, в том числе в форме свидетельства о болезни, содержащим выводы заключения ВВК.

По результатам освидетельствования истец был признан негодным к службе. 

Учитывая изложенное и принимая во внимание, что истцом в установленном законом порядке данное заключение ВВК о степени годности к службе обжаловано не было, у ответчика имелись основания для прекращения с истцом контракта по основаниям, предусмотренным п. 1 ч. 3 ст. 83 Федерального закона от 23.05.2016 г. "О службе в федеральной противопожарной службе Государственной противопожарной службе и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" (в связи с болезнью на основании заключения военно-врачебной комиссии о негодности к службе в федеральной противопожарной службе).

Такая рекомендация как негодность к службе является самостоятельным основанием для расторжения контракта и увольнения сотрудника (пункт 1 части 3 статьи 83 Федерального закона N 141-ФЗ), а при наличии двух равнозначных оснований для увольнения, сотрудник обладает правом выбора основания для увольнения (часть 7 статьи 83 указанного Федерального закона).

По состоянию на ДД.ММ.ГГГГ у ответчика имелись два основания для расторжения контракта с истцом. Оба основания не являются увольнением по инициативе работодателя.

Как следует из пояснений представителей ответчика основание увольнения, примененное в отношении истца, дает больше социальных гарантий в последующем при нахождении сотрудника на пенсии 9возможность медицинского обслуживания в ведомственном медицинском учреждении, санаторно-курортное лечение и др.). 

Кроме того, основания увольнения истцом не оспариваются.

Поскольку в силу положений статьи 22 Федерального закона от 23 мая 2016 года N 141-ФЗ "О службе в федеральной противопожарной службе Государственной противопожарной службы и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" контракт о службе может заключаться на неопределенный срок или на определенный срок, а в соответствии с частью 3 указанной статьи контракт, заключенный на неопределенный срок, действует до достижения сотрудником предельного возраста пребывания на службе в федеральной противопожарной службе.

Истец достиг предельного возраста ДД.ММ.ГГГГ, с этого момента у истца оснований для продолжения службы не имелось.

Учитывая факт отсутствия истца на службе ДД.ММ.ГГГГ, работодатель составил в указанный день акт о невозможности доведения до сведения сотрудника приказа об увольнении, а также выслал в его адрес уведомление о необходимости явиться за трудовой книжкой либо дать согласие на отправление ее по почте. По факту отсутствия на службе проведена служебная проверка. Оснований не доверять представленным документам у суда оснований не имеется.

Кроме того, истцом не представлено достаточных и достоверных доказательств надлежащего извещения работодателя о болезни и получении листка нетрудоспособности. При этом из представленных суду документов однозначно следует, что истец заблаговременно знал о предстоящем увольнении ДД.ММ.ГГГГ, при этом о причинах невозможности своей явки в кадровую службу не сообщил.

В материалы дела представлен листок нетрудоспособности ФИО1 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, выданный ГБУЗ КБ № 

<

данные изъяты>.

В соответствии с частью 4 статьи 25 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" порядок организации медицинской помощи военнослужащим и приравненным к ним лицам устанавливается Правительством Российской Федерации, особенности организации оказания медицинской помощи военнослужащим и приравненным к ним лицам, в том числе порядок их освобождения от исполнения обязанностей военной службы (служебных обязанностей) в связи с заболеванием и иными причинами, устанавливаются федеральными органами исполнительной власти, в которых федеральным законом предусмотрена военная служба или приравненная к ней служба.

В соответствии с частями 1, 2 статьи 10 Федерального закона от 30 декабря 2012 года N 283-ФЗ "О социальных гарантиях сотрудникам некоторых федеральных органов исполнительной власти и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" военнослужащие и сотрудники федеральной противопожарной службы имеют право на бесплатную медицинскую помощь, которая оказывается в ведомственных учреждениях здравоохранения, при отсутствии по месту военной службы (службы), месту жительства военнослужащего (сотрудника ФПС МЧС России) или иного месту нахождения военнослужащего (сотрудника ФПС МЧС России) либо при отсутствии в ведомственных учреждениях здравоохранения соответствующих отделений или специального медицинского оборудования медицинское обслуживание сотрудника осуществляется в иных организациях государственной или муниципальной системы здравоохранения. 

Доводы истца и его представителя о том, что ранее ФИО1 также неоднократно обращался во вневедомственные медицинские организации, работодателем принимались листки нетрудоспособности, что подтверждает отсутствие нарушений со стороны истца при получении медицинской помощи вне МСЧ УМВД, несостоятельны, поскольку из представленных листков следует, что получение медицинской помощи в этих организациях осуществлялось при получении ФИО1 экстренной помощи при травме и остром состоянии. По листку нетрудоспособности, выданному по травме им был написан рапорт с объяснениями причин получения травмы и лечения в КБ № 

<

данные изъяты>. Листки нетрудоспособности закрывались в любом случае в МСЧ УМВД.

В связи с чем суд приходит к выводу о том, что истцу был известен порядок получения медицинской помощи именно в ведомственном медицинском учреждении. Этот порядок им был нарушен. Как установлено судом, что не опровергнуто стороной истца, ФИО1 самостоятельно обращался за медицинской помощью во вневедомственное медицинское учреждение, при этом необходимость прохождения лечения именно в КБ № 

<

данные изъяты> не подтверждена, направление в КБ № 

<

данные изъяты> врачами ведомственной поликлиники не выдавалось, доказательств невозможности получения аналогичной медицинской помощи в МСЧ УМВД не представлено.

Проверяя доводы истца о том, что он ДД.ММ.ГГГГ был уволен в период нетрудоспособности, суд приходит к выводу о том, что со стороны истца имелось злоупотребление правом, поскольку истец, зная о предстоящем увольнении ДД.ММ.ГГГГ, не мог не понимать последствий несообщения работодателю о своей временной нетрудоспособности, между тем, о своей нетрудоспособности сообщил в кадровую службу ДД.ММ.ГГГГ, то есть после увольнения, тем самым скрыл от ответчика объективные данные о временной нетрудоспособности на момент увольнения. Представленная истцом копия листа журнала нарядов на службу за ДД.ММ.ГГГГ с указанием отсутствия ФИО1 на службе по болезни не соответствует оригиналу листа указанного журнала, который был предоставлен ответчиком в судебное заседание. В оригинале листа наряда на службу указано, что ФИО1 не находится на службе по «иным причинам». Истцом также не указан источник и порядок получения им копии листа из журнала, оригинал листа, с которого истцом сделана копия, не представлен. В судебном заседании допрошенный в качестве свидетеля начальник 

<

данные изъяты> К.Г.В. показал, что ФИО1 о невозможности выйти на службу по болезни ему не сообщил, на телефонные звонки не отвечал, по месту регистрации и жительства отсутствовал. Оснований не доверять показаниям свидетеля у суда не имеется.

Поскольку на момент увольнения ФИО1 ответчик не располагал никакими объективными данными о его временной нетрудоспособности, так как ни оригинал, ни копия листка нетрудоспособности работодателю в нарушение ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации до увольнения истцом не представлялись, суд приходит к выводу о том, что работодатель не может и не должен отвечать за неблагоприятные последствия, наступившие вследствие недобросовестных действий со стороны работника, скрывавшего от работодателя сведения о своей временной нетрудоспособности с целью создания условий для возможной отмены приказа об увольнении.

Листок нетрудоспособности определяет период освобождения работника от работы и причину временной нетрудоспособности. Таким образом, лицо, получившее право на освобождение от работы, может отсутствовать на рабочем месте по уважительной причине. Именно увольнение в период правомерного отсутствия работника на рабочем месте не допускается по инициативе работодателя (ч. 6 ст. 81 ТК РФ, ч.11 ст.91 ФЗ № 141-ФЗ). Указанное ограничение также не может распространяться на лиц, хотя и получивших право отсутствовать на рабочем месте по состоянию здоровья, однако не сообщивших работодателю о факте временной нетрудоспособности.

Таким образом, суд считает, что истец скрыл в день расторжения трудового договора ДД.ММ.ГГГГ факт своей временной нетрудоспособности, злоупотребив предоставленным ему правом, что является основанием для отказа в удовлетворении искового заявления.

Ответчик имел право уволить истца непосредственно после получения заключения ВВК о негодности истца к дальнейшей службе ДД.ММ.ГГГГ. Однако, учитывая, что в этот момент истец не имел бы права на получение пенсии, ответчик отложил увольнение истца до достижения последним предельного возраста, предоставляя истцу все виды отпусков (основанной, дополнительный, учебный), в период с момента получения заключения о признании негодным к службе и до момента увольнения истец 88 дней находился на больничном.

Кроме того, несмотря на увольнение по п.1 ч.3 ст.83 ФЗ № 141-ФЗ, у ФИО1 в любом случае не имелось оснований для дальнейшего продолжения службы, поскольку на момент увольнения он достиг предельного возраста – 45 лет, в связи с чем необходимость расторжения контракта при достижении сотрудником предельного возраста пребывания на службе не зависит от воли сторон, а предусмотрена непосредственно в законе, в связи с изложенным, временная нетрудоспособность истца, наступившая с ДД.ММ.ГГГГ, не могла повлиять на издание приказа об увольнении или продлении контракта, поскольку положения ч. 11 ст. 91 Федерального закона от 25.05.2016 г. N 141-ФЗ, в котором указано на недопустимость увольнения сотрудника федеральной противопожарной службы в период временной нетрудоспособности, в данном случае применению не подлежат, в связи с чем, отсутствуют основания для изменения даты увольнения на службе в федеральной противопожарной службе как на дату вынесения решения суда, так и на дату окончания периода нетрудоспособности.

Требования истца о выплате компенсации за время вынужденного прогула удовлетворению не подлежат, поскольку судом отказано истцу в удовлетворении требований об изменении даты увольнения. При увольнении расчет с истцом произведен полностью, что подтверждается представленными в суд документами, в том числе и распечаткой с банковского счета истца, на который перечислялась заработная плата.

В соответствии с положениями статей 237 Трудового кодекса Российской Федерации и 151 Гражданского кодекса Российской Федерации суд отказывает истцу в удовлетворении требований о компенсации морального вреда, поскольку в ходе судебного разбирательства не установлено причинение истцу морального вреда виновными действиями ответчика, равно как и доказательств нарушения ответчиком трудовых прав истца, поскольку процедура увольнения была соблюдена, а само увольнение не зависело от воли сторон.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. 

В силу ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах. 

Поскольку истцу в удовлетворении требований отказано полностью, то не подлежат возмещению его расходы, понесенные в связи с рассмотрением данного дела. в связи с чем в удовлетворении требований о взыскании расходов на оплату услуг представителя суд отказывает.

Руководствуясь ст.193-199 ГПК РФ

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Федеральному государственному казенному учреждению «1 отряд Федеральной противопожарной службы по Ярославской области» о признании увольнения незаконным, изменении даты увольнения, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда отказать полностью.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ярославский областной суд через данный суд в течение месяца со дня вынесения решения в окончательной форме.

Судья Л.В.Плотникова