61RS0012-01-2024-003479-45

дело 1-362/2024 

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Волгодонск 06 сентября 2024 года 

Волгодонской районный суд Ростовской области в составе:

председательствующего судьи Морозовой Е.В.,

при секретаре судебного заседания Сапегиной Ю.В.

с участием гос. обвинителя зам. прокурора

Волгодонского района Ростовской области ФИО1, 

а также помощника прокурора Волгодонского района Ростовской области Глаговского А.А. 

подсудимого ФИО2

защитника – адвоката Лопатка К.В.

потерпевших Б., Я.

представителя потерпевшей Б.- ФИО3 

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении:

ФИО2, 

<

данные изъяты>, не судимого, находящегося под подпиской о невыезде и надлежащем поведении,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч.3 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 совершил тайное хищение чужого имущества с незаконным проникновением в иное хранилище в крупном размере при следующих обстоятельствах.

12 апреля 2024 года примерно в 13 часов 00 минут, точное время в ходе следствия не установлено, ФИО2, проходя мимо домовладения, расположенного по адресу: 

<

адрес> и принадлежащего Б., увидел, что указанное домовладение является нежилым, проник на территорию вышеуказанного домовладения через металлическую калитку.

Обнаружив имущество, принадлежащее Б. и Я., ФИО2 в тот же день примерно в 14 часов 00 минут, имея умысел на тайное хищение чужого имущества, действуя из корыстных побуждений, попросил своих знакомых К. и Ц., о помощи в перевозке похищенного имущества, введя последних в заблуждение относительно законности совершаемых им действий.

После чего, в этот же день около 20 часов 50 минут ФИО2, К. и Ц. на автомобиле ВАЗ - 2109 государственный регистрационный знак 

<

***> регион, под управлением Ц., подъехали к указанному нежилому домовладению, где ФИО2, действуя в осуществление своего преступного умысла, воспользовавшись отсутствием собственника и посторонних лиц, которые могли бы обнаружить его незаконные действия, выйдя из автомобиля совместно с К., зашли на территорию домовладения, где ФИО2, подойдя к иному хранилищу - бане, расположенной по указанному адресу, свободно проник внутрь, откуда тайно похитил строительные материалы, принадлежащие Б., а именно: планки конька плоского 150х150х2000 в количестве 7 штук стоимостью 620 рублей за штуку, на общую сумму 4 340 рублей; планки торцевые 95х120х2000 в количестве 13 штук стоимостью 420 рублей за штуку, на общую сумму 5 460 рублей; желоба водосточные 120х86х3000 в количестве 9 штук стоимостью 560 рублей за штуку, на общую сумму 5 040 рублей; держатели желоба 120х86 длинные в количестве 41 штуки стоимостью 165 рублей за 1 штуку, на общую сумму 6 765 рублей; заглушки желоба 120х86 левые в количестве 2 штук стоимостью 60 рублей за 1 штуку, на общую сумму 120 рублей; заглушки желоба 120х86 правые в количестве 2 штук стоимостью 60 рублей за 1 штуку, на общую сумму 120 рублей; трубы водосточные 76х102х3000 в количестве 4 штук стоимостью 650 рублей за 1 штуку, на общую сумму 2 600 рублей; трубы водосточные с коленом 76х102х3000 в количестве 4 штук стоимостью 685 рублей за 1 штуку, на общую сумму 2 740 рублей; держатели трубы 76х102 в количестве 4 штук стоимостью 100 рублей за 1 штуку, на общую сумму 400 рублей, профилированные листы С-8х 1150 (ПЭ-01-NL 805-0,45) в количестве двух штук объемом 3,6 кв.м. стоимостью 698 рублей за 1 кв.м., на общую сумму 2 512 рублей 80 копеек, а всего на общую сумму 30 097 рублей 80 копеек.

Похищенное имущество ФИО2 сложил рядом с автомобильным прицепом, стоящим на территории домовладения.

Затем ФИО2 вскрыл металлопластиковую дверь, после чего проник в иное хранилище - нежилое домовладение, расположенное по вышеуказанному адресу, где в кухне похитил лежащую на кухонном столе газовую панель «Гефест» (Gefest), стоимостью 10 000 рублей, принадлежащую Б., которую впоследствии передал для дальнейшего пользования К., не знавшему о преступных действиях ФИО2

Продолжая реализовывать свой преступный умысел, направленный на тайное хищение чужого имущества ФИО2, выйдя из домовладения, открыл ворота, после чего Ц. на своем автомобиле заехал на территорию домовладения. 

Затем ФИО2 и Ц. прицепили прицеп, стоимостью 100 000 рублей, принадлежащий Я. к автомобилю, в котором находилось имущество принадлежащее Я., а именно: культиватор «Пегас» (PEGAS), стоимостью 30 000 рублей, триммер «RIОRITEТ БТ 53 М», стоимостью 3 000 рублей, 2 металлические канистры - каждая объемом 20 литров, стоимостью 1 100 рублей каждая на общую сумму 2 200 рублей, сплит-система «Супра» (SUPRA), стоимостью 40 000 рублей, уличный пылесос «STERWINS» 3000 W, стоимостью 7 000 рублей, инкубатор бытовой стоимостью 3 000 рублей, упаковщик «МЕХЭЛЕКТРОН – М HW 450», стоимостью 4 000 рублей, моющий керхер «ENERGER», стоимостью 15 000 рублей, а всего на общую сумму 204 200 рублей и имущество, принадлежащее Б., а именно сплит-систему «Saturn Bio», стоимостью 20 000 рублей. 

Туда же в прицеп, К. положил похищенную ФИО2 газовую панель «Гефест» (Gefest), стоимостью 10 000 рублей. 

После чего ФИО2, К. и Ц. сели в автомобиль, и отвезли похищенное имущество на территорию домовладения, расположенного по адресу: 

<

адрес>, где проживает теща ФИО2, которую ФИО2, ввел в заблуждение относительно законности совершаемых им действий.

Затем, продолжая свои преступные действия в этот же день около 21 часа 50 минут, ФИО2 вместе с К. и Ц. на вышеуказанном автомобиле вновь приехали к домовладению, принадлежащему Б., где, заехав на территорию, ФИО2 загрузил в прицеп строительные материалы, принадлежащие Б., которые он ранее вынес из бани. 

После чего похищенное имущество ФИО2 на автомобиле под управлением Ц. отвез к своей теще Х., проживающей по вышеуказанному адресу.

Таким образом, ФИО2 тайно похитил из иного хранилища, расположенного на территории нежилого домовладения, расположенного по адресу: 

<

адрес>, имущество в крупном размере на сумму 264 297 рублей 80 копеек, причинив Б. материальный ущерб на общую сумму 60 097 рублей 80 копеек и Я. материальный ущерб на общую сумму 204 200 рублей, 

Допрошенный в судебном заседании подсудимый ФИО2 виновным себя признал полностью, однако показания давать отказался, воспользовавшись правом ст. 51 Конституции РФ.

По ходатайству стороны обвинения в порядке п.3 ч.1 ст. 276 УПК РФ были оглашены показания ФИО2, данные им в ходе предварительного расследования.

Так, будучи допрошенным в качестве подозреваемого 25.04.2024 ФИО2 показал, что он проживает по адресу: 

<

адрес>, пер. Союзный 

<

адрес>. 

12 апреля 2024 года примерно в 13 часов 00 минут он решил зайти на территорию домовладения, расположенного по адресу: 

<

адрес>, где никто не проживал, чтобы посмотреть есть ли на территории домовладения ценное имущество. Осмотрев двор, обнаружил прицеп с имуществом. Затем вскрыл металлопластиковую дверь, которая находилась сзади торца дома, и зашел в дом. Там на кухне увидел раковину и газовую варочную панель. Во всех комнатах был беспорядок, были повреждены потолки, стены, сорваны обои в разных местах. Обойдя все комнаты, он вышел на улицу и уехал домой. Находясь дома, решил совершить кражу имущества, которое он обнаружил на территории домовладения, расположенного по вышеуказанному адресу. 

С этой целью он позвонил своему другу К. и попросил того помочь перевести похищенное, пояснив, К., что это имущество ему (ФИО2) якобы отдали родственники. К. согласился и пообещал найти автомобиль с фаркопом. К. приехал к нему примерно в 20 часов 30 минут, а чуть позже подъехал Ц. После чего они все вместе поехали к 

<

адрес> он и К. прошли на территорию, а Ц. стал ожидать их около машины.

Он зашел в баню, где увидел строительные материалы, которые решил похитить. К. сообщил, что родственники разрешили их забрать. Затем вынес стройматериалы из бани и сложил их рядом с прицепом. В прицепе лежали триммер, культиватор, 2 металлические канистры, две сплит-системы, уличный пылесос, инкубатор, упаковщик, моющий керхер. Он, К. пояснил, что эти предметы родственники тоже разрешили ему забрать.

Затем, он повел К. в дом. Там, на кухне, К. увидел варочную панель. Она ему понравилась. Тогда он сказал, К., что он может ее забрать, так как она его родственникам не нужна. К. положил панель в прицеп. После чего он открыл ворота, Ц. заехал на территорию домовладения, где они прицепили прицеп к автомобилю и уехали. Похищенное имущество он отвез к своей теще Х., проживающей в 

<

адрес>.

Потом поехали повторно на 

<

адрес>, чтобы забрать строительные материалы, которые он вынес из бани ранее. По приезду он вместе с К. все строительные материалы загрузили в прицеп и отвезли опять к теще. На следующий день он позвонил теще и сообщил той, что у нее на территории домовладения находятся строительные материалы и бытовые предметы, принадлежащие его (ФИО2) знакомому, который чуть позже их заберет (том 1 л.д.92-96). 

Будучи дополнительно допрошенным в качестве подозреваемого 25.04.2024, ФИО2 показал, что ранее данные показания подтверждает в полном объеме, дополнил, что дверь баню он не вскрывал, так как она просто прикрыта, в подвал не спускался, автоматическую (насосную) водную станцию и газовый котел он не видел и их не похищал, сам сплит–системы не демонтировал. Похитил только те сплит-системы, которые уже лежали в автомобильном прицепе (том 2 л.д.40-42).

При допросе в качестве обвиняемого 13.06.2024 ФИО2 вину в предъявленном обвинении признал полностью, подтвердил показания, данные им в качестве подозреваемого, не отрицал, что совершил хищение строительных материалов, а именно: планки конька плоского в количестве 7 штук, планки торцевой в количестве 13 штук, желобов водосточных в количестве 9 штук, держателей желоба в количестве 41 штуки; заглушек желоба левых в количестве 2 штук, заглушек желоба правых в количестве 2 штук, труб водосточных в количестве 4 штук, труб водосточных с коленом в количестве 4 штук, держателей трубы в количестве 4 штук, профилированных листов в количестве 2 штук, газовой панели «Гефест» (Gefest), сплит-система «Saturn Bio» с внутренним и внешним блоками, принадлежащие Б., а также похитил имущество принадлежащее Я. а именно: культиватор «Пегас», триммер, 2 металлические канистры объемом 20 литров каждая, сплит-систему «Супра», уличный пылесос, инкубатор, упаковщик «МЕХЭЛЕКТРОН – М HW 450», моющий керхер и прицеп (том 2 л.д.75-77).

После оглашения показаний в судебном заседании ФИО2 подтвердил их содержание и заявил, что с перечнем похищенного имущества согласен в полном объеме.

Суд, проведя судебное разбирательство в соответствии со ст. 252 УПК РФ и, исследовав все доказательства по делу в их совокупности, приходит к выводу, что вина ФИО2 в совершении преступления, указанного в установочной части приговора доказана и подтверждается следующим.

Так, согласно показаниям потерпевшей Б., она 30.10.2023 приобрела нежилой дом с земельным участком, расположенный по адресу: 

<

адрес>. Данное домовладение они с сожителем собирались восстановить, в связи с тем, что дом был не пригоден для проживания, так как на момент покупки домовладения в нем отсутствовали вода, электроэнергия, газ, которые были обесточены и обрезаны. Последний раз в домовладении она была примерно в период времени с 20 по 29 марта 2024 года. В бане данного нежилого домовладения она хранила строительные материалы, которые они приобрели для ремонта дома. Также на территории домовладения бывший собственник - Я. оставил свое имущество, которое находилось в автомобильном прицепе. Что именно там находилось, она точно сказать не может, так как в прицеп она не заглядывала. 

13.04.2024 года около 09 часов 00 минут ей брат сообщил о краже. По приезду на место она осмотрела все домовладение, и обнаружила хищение бытовых предметов и строительных материалов. Была похищена встроенная газовая панель «Гефест» стоимостью с учетом износа 10 000 рублей, отсутствовала сплит-система, которую она с учетом износа оценивает в 20 000 рублей, в подвале не было автоматической насосной станции, стоимостью с учетом износа - 15 000 рублей. В бане у неё хранился строительный материал перечень, которого указан в обвинении. Он тоже был похищен. Кроме того, был похищен газовый бытовой котел с водяным контуром АОГВ-35-1 «Ростов» модель 2216-09, стоимость которого с учетом износа она оценивает в 25 000 рублей. Далее, обойдя территорию домовладения она обнаружила, что отсутствует прицеп, принадлежащий Я. После чего она позвонила Я. и сообщила о хищении его имущества, а затем вызвала сотрудников полиции.

05.06.2024 часть похищенного имущества ей была возвращена, а именно - газовая панель «Гефест», сплит-система «Saturn Bio», строительные материалы: планка конька плоского 150х150х2000 в количестве 7 штук на сумму 4 340 рублей, планка торцевая 95х120х2000 в количестве 13 штук на сумму 5450 рублей, желоб водосточный 120х86х3000 в количестве 9 штук на сумму 5040 рублей, держатель желоба 120х86 длинный в количестве 41 штуки на сумму 6765 рублей; заглушка желоба120х86 левая в количестве 2 штук на сумму 120 рублей, заглушка желоба120х86 правая в количестве 2 штук на сумму 120 рублей, труба водосточная 76х102х3000 в количестве 4 штук на сумму 2600 рублей, труба водосточная с коленом 76х102х3000 в количестве 4 шт. на сумму 2740 рублей, держатель трубы 76х102 в количестве 4 штук на сумму 400 рублей, профилированный лист С-8х 1150 (ПЭ-01-NL 805-0,45) 3,6 кв.м. на сумму 2512 рублей 80 копеек, а всего на общую сумму 60 097 рублей 80 копеек. 

Просит взыскать в ее пользу в счет возмещения материального ущерба 200 354 рубля, в счет компенсации морального вреда 200 000 рублей, а также взыскать с ФИО2 в ее пользу материальные затраты, понесенные на участие ее представителя в размере 62 000 рублей.

Допрошенный в судебном заседании потерпевший Я. пояснил, что он являлся одним из собственником домовладения, расположенного по адресу: 

<

адрес>.

30 октября 2023 года данное домовладение было продано Б.

С ее согласия он оставил на территории домовладения свой прицеп, в котором находилось его имущество.

Последний раз, данный прицеп со своим имуществом он видел в конце марта 2024 года.

13 апреля 2024 года от Б. ему стало известно о том, что произошла кража, в результате которой было похищено имущество Б. и его имущество вместе с прицепом, а именно: культиватор «Пегас», стоимость которого он оценивает с учетом износа в 30 000 рублей, триммер стоимостью которого с учетом износа - 3 000 рублей, 2 металлические канистры объемом 20 литров каждая, которые с учетом износа он оценивает по 1 100 рублей за одну штуку, сплит-система «Супра» стоимостью с учетом износа 40 000 рублей, уличный пылесос стоимостью 7 000 рублей, инкубатор бытовой стоимостью 3 000 рублей, электрический котел стоимостью 10 000 рублей, упаковщик «МЕХЭЛЕКТРОН – М HW 450», стоимостью 4 000 рублей, моющий керхер стоимостью 15 000 рублей и прицеп стоимостью с учетом износа 100 000 рублей. Всего в результате хищения его имущества ему причинен материальный ущерб на общую сумму 214 200 рублей. Впоследствии часть имущества ему возвращена, гражданский иск заявляет на сумму 10 000 рублей. Это стоимость электрического котла, который ему не возвращен. 

Свидетель К. в суде показал, что он знаком с ФИО2 и поддерживает с ним дружеские отношения.

12 апреля 2024 года ФИО2 позвонил и попросил помочь перевести из 

<

адрес> вещи, которые разрешили ему забрать родственники ФИО2 После чего он позвонил своему племяннику Ц., у которого имелся автомобиль с прицепным устройством (фаркопом). Затем, в этот же день, примерно в 20 часов 30 минут он приехал к ФИО2, а чуть позже подъехал Ц. На автомобиле под управлением Ц. они подъехали к домовладению, где Ц. остался ожидать их у автомобиля, а он и ФИО2 прошли на территорию домовладения.

Там он увидел автомобильный прицеп, в котором находилось имущество, которое как пояснил ФИО2, не нужно его родственникам и его можно забрать. В прицепе видел триммер, культиватор, 2 металлические канистры, две сплит-системы, пылесос, инкубатор, моющий керхер.

Около прицепа находилось какое-то помещение. ФИО2 зашел в него и сказал, что там находятся строительные материалы, которые ему также разрешили забрать. После чего ФИО2 стал выносить стройматериалы из помещения, и складывать их рядом с прицепом. Какие конкретно были строительные материалы, он не помнит. Потом они вместе зашли в дом.

На кухне, он увидел вырванную раковину для мойки посуды и газовую варочную панель. Панель ему понравилась, и ФИО2 разрешил ее забрать себе.

После чего он положил варочную панель в прицеп. В это время ФИО2 открыл металлические ворота. Ц. подогнал автомобиль к прицепу, подцепил его к фаркопу, после чего они отвезли все к теще ФИО2, которая проживает в 

<

адрес>. Выгрузив находившееся в прицепе имущество, они опять вернулись в Романовскую, где загрузили строительный материал, который также отвезли к теще ФИО2

Через некоторое время, ему позвонил ФИО2 и попросил вернуть варочную газовую панель. О том, что имущество, которое он помог перевезти ФИО2, было краденным, не знал. ФИО2 сообщил, что это имущество его родственников, которое якобы им не нужно, и они разрешили ФИО2 его забрать. Настаивал, что среди похищенного, автоматической насосной станции и газового котла не было. 

Допрошенный в судебном заседании свидетель Ц. дал схожие по содержанию показания подтвердив, что 12 апреля 2024 года, он по просьбе своего дяди - К. на своем автомобиле ВАЗ-2109, государственный регистрационный номер 

<

***>, помогал ФИО2 перевезти вещи из 

<

адрес> в 

<

адрес>, где проживает теща ФИО2 К. также был с ними.

Часть бытовых предметов, а именно культиватор, триммер, 2 металлические канистры объемом 20 литров каждая, сплит-система, уличный пылесос, инкубатор, упаковщик, моющий керхер находились в прицепе, который они подцепили к его автомобилю. Выгрузив имущество в 

<

адрес>, они вновь поехали в 

<

адрес>, где втроем загрузили в прицеп строительные материалы и привезли их в 

<

адрес>. ФИО2 говорил, что бытовые предметы и стройматериалы принадлежат его родственникам, которые уехали и разрешили их забрать. Впоследствии ему стало известно, что ФИО2 все имущество, которое они привезли к его теще, похитил. Настаивал, что газового котла и автоматической насосной станции среди похищенного, не было.

Из показаний свидетеля Я. в суде следует, что ее супруг Я. являлся одним из собственником домовладения, расположенного по адресу: 

<

адрес>.

30 октября 2023 года данное домовладение было продано Б. При переезде с разрешения новых собственников, её супруг оставил на территории домовладения свой прицеп, в котором находилось их имущество.

13 апреля 2024 года ей от супруга стало известно, что в вышеуказанном домовладении произошла кража, в результате которой было похищено имущество, принадлежащее Б. и имущество, которое принадлежало ее супругу. 

Свидетель также показала, что до кражи, она, проезжая мимо указанного домовладения, видела во дворе двоих мужчин, один из которых по телосложению похож на ФИО2

Из показаний допрошенного в суде свидетеля З. следует, что он сожительствует с Б.

30.10.2023 Б. приобрела нежилой дом с земельным участком, расположенный по адресу: 

<

адрес>.

Последний раз в домовладении он и Б. были примерно в период времени с 20 по 29 марта 2024 года.

После того как Б. сообщили о краже они поехали в домовладение и обнаружили, что на кухне была вырвана кухонная раковина, также отсутствовала встроенная газовая варочная панель «Гефест», на стене отсутствовал внутренний блок сплит-системы «Saturn Bio». Выйдя на улицу, обнаружили, что отсутствует и внешний бок сплит-системы.

В подвале дома отсутствовала насосная станция. Затем они пошли в баню, где при осмотре обнаружили открытую дверь со следами взлома. В бане отсутствовал газовый котел, а также строительный материал, который был приобретен Б.

Кроме того, на территории домовладения бывший хозяин Я. оставил свое имущество, которое находилось в автомобильном прицепе. Прицеп с вещами также отсутствовал. 

Из оглашенных в судебном заседании по согласию сторон показаний свидетеля Х., данных ею в ходе предварительного следствия следует, что она проживает по адресу: 

<

адрес>.

13 апреля 2024 ей позвонил зять ФИО2 и сообщил, что на территории ее домовладения, находятся строительные материалы в прицепе и также бытовые предметы. При этом, ФИО2 пояснил, что это имущество принадлежит его знакомому. 

В конце апреля 2024 года ФИО2 приехал и все забрал. О том, что это имущество ФИО2 похитил, ей известно не было (том 2 л.д.28-29).

Как следует из показаний свидетеля Б., данных им в ходе предварительного следствия и оглашенных в судебном заседании по согласию сторон, 30.10.2023 его сестра Б. приобрела нежилой дом с земельным участком, расположенный по адресу: 

<

адрес>. В данном домовладении он по просьбе сестры делал ремонт.

13.04.2024 года примерно в 09 часов 00 минут он приехал в 

<

адрес>, и зайдя на территорию домовладения, обнаружил, что отсутствует прицеп, который был оставлен бывшими собственниками. Затем обратил внимание, что открыта дверь в баню. Заглянув в внутрь, увидел, что там нет строительных материалов. О случившемся сразу же сообщил Б. Позже от сестры узнал, что кроме строительных материалов была похищена газовая панель, насосная станция и газовый котел (том 2 л.д. 35-37).

Согласно показаниям свидетеля К., данных ею в ходе предварительного следствия и оглашенных судом по согласию сторон, ФИО2 является ее супругом. 

О том, что ФИО2 совершил преступление, ей стало известно в начале июня 2024. Впоследствии, от супруга она узнала, что похищенное имущество тот привез к ее матери в 

<

адрес>, пояснив, что строительные материалы и бытовые предметы принадлежат его знакомому (том 2 л.д.54-55).

Вина ФИО2 подтверждается также письменными доказательствами, представленными стороной обвинения, а именно:

-рапортом оперативного дежурного ДЧ ОП-3 МУ МВД России «Волгодонское» от 13.04.2024, согласно которому 13.04.2024 в 15 часов 30 минут поступило телефонное сообщение от гражданки Б., в котором последняя сообщила о хищении неустановленным лицом принадлежащего ей имущества из подворья, расположенного по адресу: 

<

адрес> (том 1 л.д.5);

-протоколом осмотра места происшествия от 13.04.2024 с фототаблицей к нему, согласно, которому установлено место совершения ФИО2 преступления – территория нежилого домовладения, расположенного адресу: 

<

адрес>, и изъяты четыре отрезка прозрачной ленты со следами пальцев рук (том 1 л.д. 7-17);

-копией заказа покупателя № 6276 от 13.11.2023 на общую сумму 193 886 рублей 98 копеек, согласно которому указан список приобретенных потерпевшей Б. строительных товаров (том 1 л.д.24);

-копией кассового чека от 13.11.2023 из магазина «Крыша Мира» на общую сумму 193 886 рублей 98 копеек, в котором указан список приобретенных потерпевшей Б. строительных товаров (том 1 л.д.25);

-справкой об оценке имущества, выданной сервисным центром «Техноскупка» от 14.04.2024, согласно которой стоимость сплит-системы SATURN BIO с учетом износа на 13.04.2024 составляет 20 000 рублей, газовой панели GEFEST - 10 000 рублей, стоимость насосной станции с учетом износа на 13.04.2024 составляет 15 000 рублей, газового котла с водяным контуром АОГВ-38-1 с учетом износа на 13.04.2024 составляет 25 000 рублей (том 1 л.д.34);

-заключением эксперта № 403 от 01.05.2024, согласно которому четыре следа руки, изъятые в ходе осмотра места происшествия пригодны для идентификации личности (том 1 л.д.50-51);

-протоколом осмотра места происшествия от 27.04.2024 с фототаблицей к нему согласно, которому осматривается участок местности, расположенный вблизи отдела полиции №3 МУ МВД России «Волгодонское» по адресу: 

<

адрес>, где в ходе осмотра у подозреваемого ФИО2 изымаются строительные материалы, бытовые предметы и автомобильный прицеп (том 1 л.д.97-107);

-протоколом осмотра места происшествия от 13.04.2024 и фототаблицей к нему, в ходе которого было осмотрено нежилое домовладение, расположенное адресу: 

<

адрес>, из которого было похищено имущество принадлежащее Б. и Я. (том 1 л.д.130-135);

-справкой об оценке имущества, выданной сервисным центром «Техноскупка» от 14.04.2024, согласно которой на 13.04.2024 стоимость культиватора «Пегас», с учетом износа составляет 30 000 рублей, стоимость триммера с учетом износа составляет 3 000 рублей, стоимость металлической канистры объемом 20 литров составляет 1 100 рублей, стоимость сплит системы «Супра» составляет 40 000 рублей, стоимость уличного пылесоса «STERWINS 3000 W» составляет 7 000 рублей, стоимость инкубатора бытового составляет 3 000 рублей, стоимость электрического котла, составляет 10 000 рублей, стоимость упаковщика «МЕХЭЛЕКТРОН-М НW 450» составляет 4 000 рублей, стоимость моющего керхера ENERGER составляет 15 000 рублей, стоимость прицепа автомобильного составляет 100 000 рублей (том 1 л.д.136);

-копией свидетельства о регистрации №, прицепа к легковому автомобилю государственный регистрационный знак РА 9754 61 регион, собственником которого является Я.(том 1 л.д. 141);

-постановлениями о возвращении вещественных доказательств – похищенного ФИО2 имущества потерпевшим Б. и Я. (т.1 л.д.193-194, л.д.223-224);

-протоколом выемки от 07.06.2024, согласно которому, на участке местности по адресу: 

<

адрес>, изымается автомобиль ВАЗ 2109, государственный регистрационный знак 

<

***> регион, принадлежащий свидетелю Ц.(том 1 л.д.234-235);

-заключением эксперта № 575 от 15.06.2024, согласно которому, следы участка ладони, размером 26х90мм, размером 39х100мм, оставлены ладонью левой руки ФИО2;

-следы пальца руки размером 19х30мм, размером 36х42мм, оставлены большим пальцем левой руки ФИО2;

-следы пальца руки размером 19х13мм, размером 30х30мм оставлены указательным пальцем правой руки ФИО2;

-следы пальца руки размером 19х12мм, размером 26х28мм, оставлены средним пальцем левой руки ФИО2 (том 2 л.д.6-8);

-постановлением о выделении в отдельное производство материалов уголовного дела от 13.06.2024, по факту хищения части имущества, принадлежащего Б.. и Я. (т.2 л.д.64-66).

Осмотренные предметы и документы признаны вещественными доказательствами и приобщены к материалам уголовного дела (т.1 л.д.173-192, л.д.206-222, л.д.236-244, т.2 л.д.50-51, л.д.82-87).

Все вышеизложенные доказательства суд оценивает как относимые, допустимые, достоверные и, проанализировав их в совокупности и во взаимосвязи, приходит к выводу о том, что они достаточны для признания подсудимого виновным в совершении преступления в объеме, указанном в описательной части приговора. 

Оснований для исключения каких-либо из вышеприведенных доказательств, собранных в установленном законом порядке на предварительном следствии, не имеется.

Подсудимый ФИО2 в судебном заседании свою вину признал в полном объеме, а в ходе предварительного следствия не оспаривал, что тайно похитил имущество, принадлежащее Б. и Я.

В судебном заседании были оглашены показания ФИО2 в качестве подозреваемого и обвиняемого.

Оценив указанные показания подсудимого, суд считает необходимым признать их относимыми и допустимыми доказательствами, так как они получены в строгом соответствии с требованиями Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

Показания ФИО2. были даны добровольно, он достаточно подробно, в деталях воспроизвел обстоятельства совершенного им преступления, все показания ФИО2 были даны в присутствии защитника. 

Перед началом каждого из допросов ФИО2 следователем были разъяснены его права, в том числе право, предусмотренное ст. 51 Конституции Российской Федерации, он был предупрежден о том, что его показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу, в том числе и при его последующем отказе от этих показаний, за исключением случая, предусмотренного п.1 ч.2 ст. 75 УПК РФ.

По процедуре допросов, содержанию изложенных показаний, замечаний ни у ФИО2, ни у его защитника не возникло. В каждом протоколе он указал, что с его слов все записано верно. Все это говорит о том, что следственные действия с участием подсудимого проводились в условиях, исключающих какое-либо давление на него, показания им давались добровольно.

Обстоятельств, свидетельствующих о недопустимости показаний ФИО2 при допросах в качестве подозреваемого и обвиняемого, установленных п.1 ч.2 ст. 75 УПК РФ, судом не установлено.

Каких-либо объективных данных, свидетельствующих о том, что ФИО2 был вынужден давать показания против самого себя, в материалах дела не содержится, в судебном заседании не добыто, оснований для самооговора у подсудимого не имелось.

В связи с чем, суд в основу приговора берет показания подсудимого ФИО2 данные им как в суде, так и на предварительном следствии части соответствующей установленным обстоятельствам дела, согласующейся с другими доказательствами, признанными судом относимыми, допустимыми и достоверными, поскольку эти показания согласуются в первую очередь с показаниями потерпевших, свидетелей и иными доказательствами, представленными стороной обвинения, изложенными выше.

Кроме того, за основу обвинительного приговора суд принимает во внимание показания потерпевших Б. и Я., а также вышеуказанных свидетелей, поскольку они последовательны, существенных противоречий, влияющих на доказанность вины и квалификацию действий подсудимого, не содержат.

Признавая достоверность сведений, сообщенных потерпевшими и свидетелями, суд исходит из того, что их допросы проводились с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, а показания согласуются между собой и с достаточной совокупностью других доказательств по делу.

Причин для оговора подсудимого с их стороны не установлено, как не установлено их личной заинтересованности в привлечении ФИО2 к уголовной ответственности.

Давая оценку заключениям судебных экспертиз, суд приходит к выводу об обоснованности выводов экспертов, поскольку они соответствует требованиям ст. 204 УПК РФ.

Экспертные исследования проведены в государственном экспертном учреждении, при этом эксперты, были предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УПК РФ. 

Нарушений норм УПК РФ при производстве экспертиз, которые послужили бы поводом сомневаться в их достоверности судом не установлено, в связи с чем, заключения экспертиз признается судом допустимыми и достоверными доказательствами.

Письменные доказательства, а именно протоколы следственных и процессуальных действий, суд признает допустимыми и достоверными, поскольку они получены с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства. 

Как установлено исследованными материалами в ходе судебного заседания, порядок производства всех следственных действий органами предварительного следствия нарушен не был, цель выяснения имеющих значение для уголовного дела обстоятельств, соблюдена, оснований сомневаться в зафиксированных в них обстоятельствах, в том числе, в части последовательности и места проведения следственных действий, а также соответствия действительности отраженных в протоколах обстоятельств, у суда не имеется. 

Оснований ставить под сомнение фактическое участие в следственных действиях указанных в протоколах лиц, также не установлено.

Все участвующие лица были ознакомлены с содержанием протоколов, о чем свидетельствуют их подписи, каких-либо возражений и заявлений не поступило.

Изученные в судебном заседании иные письменные доказательства подтверждают соблюдение установленного законом порядка проведения предварительного следствия при признании и приобщении вещественных доказательств по данному уголовному делу, которые были признаны таковыми на основании соответствующих постановлений следователя и осмотрены.

Фактов фальсификации доказательств и фабрикации уголовного дела судом не установлено и из материалов дела не усматривается.

Судом был исследован ряд иных доказательств, представленных стороной обвинения, которые, не приведены в приговоре, поскольку они не отвечают критериям относимых доказательств, так как не подтверждают и не опровергают важных по делу обстоятельств. 

При этом, совокупность перечисленных выше доказательств, по твердому убеждению суда, является достаточной для вывода суда о виновности ФИО2 в совершении преступления, изложенного в установочной части приговора.

ФИО2 при совершении преступления действовал с прямым умыслом. Он осознавал, что похищенное имущество ему не принадлежит, и он не имеет права распоряжаться ими, предвидел, что, похитив его и распорядившись им по своему усмотрению, причинит материальный ущерб собственнику, и желал этого из корыстных побуждений, на что указывают его действия, непосредственно направленные на изъятие и дальнейшее распоряжение имуществом потерпевших по своему усмотрению.

Суд находит доказанным совершение ФИО2 кражи с незаконным проникновением в иное хранилище. 

Как усматривается из фактических обстоятельств совершения подсудимым данного преступления, установленных на основании исследованных в судебном заседании показаний потерпевшей Б. и свидетелей З., Б. похищенное ФИО2 имущество находилось в бане, которая использовалась потерпевшей для хранения материальных ценностей, а также откуда ФИО2 и совершил его хищение.

На основании совокупности исследованных доказательств, с учетом суммы причиненного ущерба, которая согласно предъявленного ФИО2 обвинения составляет 264 297 рублей 80 копеек, что превышает минимальный размер крупного размера, установленного примечанием к ст. 158 УК РФ суд находит доказанным квалифицирующий признак совершение кражи «в крупном размере». 

В данном конкретном случает хищение было тайным, поскольку подсудимый действовал тайно от Б. и Я. и без их ведома.

Кража является оконченной ввиду того, что ФИО2 получил реальную возможность распорядиться похищенным имуществом по своему усмотрению.

Органом предварительного расследования действия ФИО2 квалифицированы как кража с причинением значительного ущерба потерпевшему и в крупном размере.

Суд с данной квалификацией согласиться не может по следующим основаниям.

Согласно п.25 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.12.2002 № 29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое» как хищение в крупном размере должно квалифицироваться, совершение нескольких хищений чужого имущества, если общая стоимость превышает 250 000 рублей, если эти хищения совершены одним способом и при обстоятельствах, свидетельствующих об умысле совершить единое продолжаемое хищение в крупном размере. 

В ходе судебного следствия установлено, что, действуя из корыстных побуждений, ФИО2 совершил кражу имущества потерпевших одним способом, имея единый умысел, направленный на тайное хищение, независимо от принадлежности имущества разным собственникам.

В связи с чем, квалификация действий ФИО2 в данном случае по признаку «с причинением значительного ущерба гражданину» является излишней и подлежит исключению из обвинения ФИО2

Таким образом, давая правовую оценку действиям ФИО2, суд квалифицирует его действия:

-по п. «в» ч.3 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации - как кража, т.е. тайное хищение чужого имущества, совершенная с незаконным проникновением в иное хранилище в крупном размере.

С учетом обстоятельств совершения ФИО2 преступления и материалов дела, касающихся его личности, адекватного поведения в судебных заседаниях, суд приходит к убеждению о вменяемости подсудимого и о возможности в соответствии со ст. 19 УК РФ привлечения его к уголовной ответственности.

При определении вида и размера наказания подсудимому ФИО2 руководствуясь принципами справедливости и гуманизма в соответствии с положениями ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, данные о личности подсудимого, наличие обстоятельств смягчающих наказание, влияние наказания на его исправление, а также на условия жизни его семьи.

В качестве данных о личности подсудимого ФИО2 суд учитывает, что он стойкого противоправного поведения не имеет, не судим (т.2 л.д.91-99), на учете в специализированных органах не состоит (т.2 л.д.101, л.д.103). Подсудимый социально адаптирован, состоит в зарегистрированном браке (т.2 л.д.105-106, л.д.109), трудоустроен.

По месту жительства ФИО2 характеризуется в целом положительно, жалоб на его поведение в быту от соседей не поступало (т.2 л.д.115).

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО2 суд признает в соответствии с п.п. «г, и» ч.1 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации, наличие малолетних детей (т.2 л.д.107-108), а также активное способствование розыску имущества добытого в результате преступления, о чем свидетельствует протокол осмотра места происшествия, в ходе которого ФИО2 указал место и добровольно выдал похищенное имущество (т.1 л.д.97-107).

В судебном заседании ФИО2 полностью признал свою вину, искренне раскаялся в содеянном.

Указанные обстоятельства, суд в соответствии с ч.2 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации также признает в качестве смягчающих наказание ФИО2

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО2, предусмотренных ст.63 Уголовного кодекса Российской Федерации судом, не установлено.

В целях восстановления социальной справедливости, исправления подсудимого и предупреждения совершения им новых преступлений, исходя из характера и степени общественной опасности совершенного преступления, данных о личности ФИО2 суд считает возможным назначить подсудимому наказание в виде лишения свободы, с применением положений ст. 73 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Данное наказание, по убеждению суда, будет являться справедливым, соответствовать характеру, степени общественной опасности и обстоятельствам совершенного подсудимым преступления, личности ФИО2 повлияет на его исправление.

Принимая во внимание данные о личности подсудимого, наличие смягчающих обстоятельств, суд считает возможным не назначать ФИО2 дополнительных наказаний в виде штрафа и ограничения свободы, полагая, что основного наказания будет достаточно для его исправления.

В соответствии с ч.5 ст. 73 Уголовного кодекса Российской Федерации, с целью осуществления контроля за поведением ФИО2 суд считает необходимым возложить на него исполнение определенных обязанностей.

Установленные смягчающие обстоятельства, предусмотренные п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, при отсутствии отягчающих обстоятельств, дают суду основания для назначения наказания по правилам ч.1 ст. 62 УК РФ.

Несмотря на наличие обстоятельств, смягчающих наказание ФИО2 фактические обстоятельства совершенного им преступления, не свидетельствуют об уменьшении степени общественной опасности совершенного преступления, а потому оснований для изменения категории преступления, в совершении которого он признаётся виновным на менее тяжкое, в соответствии с ч.6 ст.15 Уголовного кодекса Российской Федерации, а также для применения положений ст.64 Уголовного кодекса Российской Федерации, суд не усматривает.

Оснований для освобождения ФИО2 от уголовной ответственности или для постановления приговора без назначения наказания не имеется.

С учетом вида назначенного подсудимому наказания, суд, в целях обеспечения исполнения приговора, полагает необходимым до вступления настоящее приговора в законную силу сохранить ранее избранную меру пресечения в отношении подсудимого без изменения.

Потерпевшим Я. в ходе предварительного следствия был заявлен гражданский иск о взыскании с виновного лица 10 000 рублей (стоимость газового котла) в счет возмещения материального ущерба.

В судебном заседании потерпевшей Б. заявлен гражданский иск о взыскании с ФИО2 341 401 рубля 81 копейки в счет возмещения материального ущерба.

Как следует из искового заявления Б. данная сумма складывается из стоимости похищенного имущества на сумму 200 354 рубля 18 копеек, а также суммы необходимой для приобретения сплит системы и ее установки (29 290 руб.+8000 руб.), стоимости газовой варочной панели (14900 руб.), суммы необходимой для монтажа и подключения газа (846 руб.), опрессовки газового оборудования (12 603,98 руб.), монтажа котельного оборудования и его подключения к дымоходу (7000 руб.+14 000 руб.), монтажа насосной станции (3500 руб.), а также из стоимости двери (50 907 руб. 65 коп.). 

Разрешая гражданские иски потерпевших, суд исходит из следующего. 

По предъявленным по уголовному делу гражданским искам суд при постановлении приговора обязан в соответствии с п. 10 ч. 1 ст. 299 УПК РФ обсудить, подлежит ли удовлетворению гражданский иск, в чью пользу и в каком размере.

В силу требований п. 1 ч. 1 ст. 309 УПК РФ в резолютивной части приговора, за исключением вопросов, указанных в ст. ст. 306, 308 УПК РФ, должно содержаться решение по предъявленному гражданскому иску в соответствии с ч. 2 ст. 309 УПК РФ.

Согласно предъявленному ФИО2 обвинению в результате кражи потерпевшей Б. был причинен материальный ущерб на сумму 60 097 рублей 80 копеек, потерпевшему Я. на сумму 204 200 рублей.

Из постановлений о возвращении вещественных доказательств, установлено, что имущество, хищение которого вменялось ФИО2, было возвращено потерпевшим Б. и Я. в полном объеме (т.1 л.д.193-194, л.д.223-224).

Как следует из материалов уголовного дела по факту кражи газового котла, принадлежащего Я., а также иного имущества, принадлежащего Б. материалы, содержащие сведения о хищении указанного имущества неустановленным лицом, выделены в отдельное производство и направлены начальнику СУ МУ МВД России «Волгодонское» для принятия решения в соответствие со ст. 144,145 УПК РФ (т.2 л.д.64-66).

Таким образом, в данном случае исковые требования потерпевшего Я., а также потерпевшей Б. о взыскании стоимости похищенного и невозвращенного имущества, в отношении которого материалы уголовного дела, выделены в отдельное производство, не относятся к объему предъявленного ФИО2 обвинения. 

В остальной части исковые требования Б., связанные с затратами необходимыми для приобретения и установку, по ее мнению, пришедшего в непригодность, возвращенного имущества относятся к последующему восстановлению нарушенных прав потерпевшей и подлежат рассмотрению в порядке гражданского судопроизводства.

Учитывая изложенное, принимая во внимание, что передача судом гражданского иска на рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства производится с признанием права за гражданским истцом на удовлетворения исковых требований, суд приходит к выводу, что исковые требования потерпевших не могут быть разрешены в рамках рассмотрения данного уголовного дела, а подлежат разрешению в порядке гражданского судопроизводства при самостоятельном обращении гражданского истца с соответствующими исковыми требованиями в гражданском порядке, а потому с целью соблюдения прав потерпевших на возможность представления доказательств в обоснование своих исковых требований исковые требования потерпевших Б. и Я. подлежат по данному уголовному делу оставлению без рассмотрения с учетом требований ст.ст. 44, 252 УПК РФ.

Кроме того, потерпевшей Б. был заявлен гражданский иск о компенсации морального вреда в размере 200 000 рублей.

Разрешая вопрос о компенсации морального вреда, заявленного потерпевшей Б. суд исходит из следующего.

Из разъяснений, содержащихся в п.5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» следует, что гражданин, потерпевший от преступления против собственности, например, при совершении кражи, мошенничества, присвоения или растраты имущества, причинения имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием и др., вправе предъявить требование о компенсации морального вреда, если ему причинены физические или нравственные страдания вследствие нарушения личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага (ч.1 ст. 155, ст.1099 ГК РФ и ч.1 ст. 44 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

В силу ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. 

Судом установлено, что действиями подсудимого ФИО2 потерпевшей Б. в связи с совершением в отношении нее преступления причинены нравственные страдания вследствие нарушения ее личных имущественных прав, что служит основанием для возмещения морального вреда в денежном выражении, при этом исходя из обстоятельств дела, с учетом требований разумности и справедливости суд считает необходимым удовлетворить иск потерпевшей Б. о компенсации морального вреда частично в размере 10 000 рублей.

Принимая данное решение, суд исходит из характера причиненных потерпевшей нравственных страданий, связанных с ее индивидуальными особенностями, материального положения подсудимого, его семейного положения, наличии на иждивении детей, а также возможности получения им дохода.

В судебном заседании потерпевшая Б. также просила взыскать в ее пользу процессуальные издержки, состоящие из сумм, выплаченных ею на покрытие расходов, связанных с выплатой вознаграждения ее представителю – ФИО3 за участие в уголовном деле в размере 62 000 рублей. 

На основании ч.3 ст. 42 УПК РФ потерпевшему обеспечивается возмещение имущественного вреда, причиненного преступлением, а также расходов, понесенных в связи с его участием в ходе предварительного расследования и в суде, включая расходы на представителя, согласно требованиям ст. 131 УПК РФ.

Указанные расходы в силу п. 1.1 ч. 2 ст. 131 УПК РФ относятся к процессуальным издержкам как суммы, выплачиваемые потерпевшему на покрытие расходов, связанных с выплатой вознаграждения представителю потерпевшего, и взыскиваются с осужденного или возмещаются за счет средств федерального бюджета (ч. 1 ст. 132 УПК РФ).

Согласно действующему законодательству, к процессуальным издержкам относятся подтвержденные соответствующими документами расходы потерпевшего на участие представителя при условии их необходимости и оправданности.

Б. признана потерпевшей по уголовному делу и ее интересы в суде на основании доверенности от 03.07.2024 и договора на оказание юридических услуг от 03.07.2024 представляла ФИО3

Разрешая вопрос о взыскании процессуальных издержек, суд исходит из того, что стоимость услуг представителя потерпевшего при рассмотрении уголовного дела определяется договором, заключенным между потерпевшим и адвокатом, а также должна оцениваться с учетом требований разумности, необходимости и оправданности.

Представленные Б. в суде документы свидетельствуют о том, что ею понесены расходы на представителя ФИО3 в сумме 62 000 рублей, из которых 2 000 рублей были потрачены потерпевшей на оформление нотариальной доверенности и 60 000 рублей уплачены по квитанции к договору на оказание юридических услуг, а из материалов дела следует, что ФИО3 представляла интересы Б. в суде. 

Таким образом, сумма, которую потерпевшая просит взыскать в свою пользу подтверждается документально.

Принимая во внимание сложность уголовного дела, фактический объем оказанной представителем юридической помощи потерпевшей суд признает расходы потерпевшей Б. на участие представителя необходимыми и оправданными.

Учитывая изложенное, суд считает, что процессуальные издержки в сумме 62 000 рублей связанные с выплатой потерпевшей Б. вознаграждения ее представителю – ФИО3 за участие в уголовном деле, подтвержденные соответствующими документами следует взыскать из средств федерального бюджета, а в порядке регресса с ФИО2, поскольку оснований для его освобождения от их уплаты не имеется; имущественной несостоятельности подсудимого судом не установлено.

При решении вопроса о выплате вознаграждения адвокату Лопатка К.В. в размере 11 522 рублей за осуществление защиты ФИО2 в судебных заседаниях суд исходит из следующего.

На основании ст. ст. 131, 132 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, процессуальные издержки, к которым относятся суммы, выплачиваемые адвокату за оказание им юридической помощи осужденному по назначению, могут быть взысканы с осужденного.

Суд вправе освободить осужденного полностью или частично от уплаты процессуальных издержек, в том числе, если это может существенно отразиться на материальном положении лиц, которые находятся на иждивении осужденного. 

В случае имущественной несостоятельности лица, с которого должны быть взысканы процессуальные издержки, они также возмещаются за счет средств федерального бюджета.

В судебном заседании ФИО2 разъяснялись указанные положения закона. От участия адвоката для защиты его интересов в суде он не отказывался.

Установлено, что ФИО2 молод, трудоспособен, в судебном заседании не возражал о взыскании с него в порядке регресса суммы, выплаченной защитнику в качестве вознаграждения за оказание юридической помощи. 

Каких-либо предусмотренных законом оснований для освобождения ФИО2 от уплаты процессуальных издержек в соответствии с ч.6 ст.132 УПК РФ, суд не находит.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что процессуальные издержки в сумме 11 522 рубля, связанные с участием защитника подсудимого ФИО2 - адвоката Лопатка К.В. в судебном разбирательстве в соответствии с ч.1, п.5 ч.2 ст. 131 УПК РФ подлежат возмещению за счет средств федерального бюджета, а порядке регресса - взысканию с ФИО2

Судьбу вещественных доказательств следует разрешить в соответствии со ст. 81 УПК РФ. 

На основании изложенного и руководствуясь ст.307-309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

Признать виновным ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч.3 ст.158 УК РФ и назначить наказание в виде 3 (трех) лет лишения свободы.

На основании ст.73 УК РФ назначенное наказание ФИО2 считать условным с испытательным сроком на 2 (два) года 6 (шесть) месяцев.

Возложить на осужденного ФИО2 обязанность не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного.

Испытательный срок ФИО2 исчислять с момента вступления приговора в законную силу, зачесть в испытательный срок период времени со дня провозглашения приговора до дня его вступления в законную силу.

Меру пресечения ФИО2 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, после вступления приговора в законную силу отменить.

Вопрос о выплате процессуальных издержек адвокату Лопатка К.В. разрешить в отдельном постановлении.

Взыскать с осужденного ФИО2 в порядке регресса в федеральный бюджет Российской Федерации в счет возмещения процессуальных издержек 11 522 рубля. 

Процессуальные издержки, состоящие из сумм, выплаченных потерпевшей на покрытие расходов, связанных с выплатой вознаграждения ее представителю – ФИО3 за участие в уголовном деле, в сумме 62 000 рублей взыскать из средств федерального бюджета.

Взыскать с ФИО2 в порядке регресса в федеральный бюджет Российской Федерации в счет возмещения процессуальных издержек, выплаченных потерпевшей на покрытие расходов, связанных с выплатой вознаграждения ее представителю в сумме 62 000 рублей.

Взыскать с ФИО2 в счет компенсации морального вреда в пользу Б. 10 000 (десять тысяч) рублей.

Гражданские иски потерпевших Я. и Б. в рамках данного уголовного дела - оставить без рассмотрения.

Вещественные доказательства, хранящиеся в материалах уголовного дела - уничтожить по истечению срока хранения данного дела, вещественные доказательства, возвращенные Ц., Б. и Я. - считать возвращенными по принадлежности. 

Вещественные доказательства – металлическую накладку дверной ручки и гипсовый слепок, хранящиеся в камере хранения ОП-3 МУ МВД России «Волгодонское» (том 2 л.д.50-53) - передать в орган расследования, в производстве которого находится выделенное уголовное дело в отношении неустановленных лиц по вступлению приговора в законную силу. 

Приговор может быть обжалован в Ростовский областной суд через Волгодонской районный суд в течение 15 суток с момента провозглашения. 

В случае подачи осужденным апелляционной жалобы, а также в случае поступления апелляционного представления прокурора, либо апелляционной жалобы потерпевших в тот же срок с момента вручения копий названных документов осужденным может быть заявлено ходатайство об участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции. 

Приговор постановлен в совещательной комнате.

Судья Волгодонского 

районного суда

Ростовской области подпись Е.В. Морозова