РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

12 октября 2020 года в г. Новом Уренгое Новоуренгойский городской суд Ямало-Ненецкого автономного округа в составе председательствующего судьи Сметаниной О. Ю., при помощнике судьи Шарановой Л. С., с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО2, представителя ответчика ФИО3, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-9/2020 по иску ФИО1 к Государственному учреждению - Управление Пенсионного фонда РФ в городе Новом Уренгое Ямало-Ненецкого автономного округа о включении периодов в страховой стаж,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к Государственному учреждению - Управлению Пенсионного фонда РФ по городу Новый Уренгой с требованиями, с учётом их уточнения от 12 октября 2020 года, о возложении на пенсионный орган обязанности зачесть в страховой (общий трудовой) стаж периодов работы с 3 июня 1992 года по 1 декабря 1992 года, с 1 декабря 1992 года по 29 января 1993 года, с 1 сентября 1994 года по 30 июня 1995 года, в страховой (общий трудовой стаж) и в страж работы в местности, приравненной к районам Крайнего Севера, периодов работы с 9 июня 2000 года по 4 июля 2001 года, с 17 июня 2002 года по 16 сентября 2008 года, возложении на пенсионный орган обязанности назначить ей страховую пенсию по старости с 27 декабря 2018 года. В обоснование заявленных требований ФИО1 сослалась на то, что 27 декабря 2018 года обратилась в ГУ-УПФР в г. Новом Уренгое ЯНАО с заявлением о досрочном назначении страховой пенсии по старости в соответствии с п. 6 ч. 1 ст. 32 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях». Решением пенсионного органа от 3 апреля 2019 года ей было отказано в досрочном назначении страховой пенсии по старости из-за отсутствия требуемой продолжительности общего страхового стажа и стажа работы в местностях, приравненным к районам Крайнего Севера. ФИО1 считает решение пенсионного органа об отказе в досрочном назначении страховой пенсии по старости незаконным, поскольку при обращении в пенсионный орган у неё имелся необходимый специальный стаж работы в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, в спорные периоды с 2000 по 2008 годы она осуществляла трудовую деятельности на территории ЗАТО Межгорье, отнесённого к указанным местностям, что подтверждается документами о работе. Также считала, что в общий страховой стаж подлежат включению периоды её работы в республике Кыргызстан и период обучения в профессиональном училище, с учётом данных периодов общий страховой стаж также является достаточным для назначения страховой пенсии по старости с 27 декабря 2018 года.

В судебном заседании истица ФИО1 на удовлетворении иска в уточнённом виде настаивала по изложенным в нём доводам. При этом пояснила, что она успешно закончила обучение в ПУ № 26 г. Белорецка, сдав все выпускные экзамены, после чего ей был выдан диплом о среднем профессиональном образовании, который у неё похитили в 2017 году, попыток восстановить диплом она не предпринимала, в правоохранительные органы по факту хищения документа не обращалась, объяснить, зачем она в 1998 году получала в училище справку о периоде её обучения, при наличии на тот момент диплома, истец не смогла, сославшись на тот факт, что работодатели у неё требовали справку, а не диплом, поэтому для трудоустройства она и получила справку, которую представила в дальнейшем в пенсионный орган и в настоящее гражданское дело.

Представитель истца ФИО2, допущенный к участию в деле в порядке ч. 6 ст. 53 ГПК РФ, также считал исковые требования ФИО1 подлежащими удовлетворению по доводам, изложенным в исковом заявлении.

Представитель ответчика ФИО3 (действующая на основании доверенности [суммы изъяты]/Д от ДД.ММ.ГГГГ, выданной сроком по ДД.ММ.ГГГГ) исковые требования не признала по доводам, изложенным в письменном отзыве, приобщённом к материалам гражданского дела (л. д. 39-41).

Заслушав участников судебного заседания, исследовав и оценив материалы дела, суд приходит к следующему.

Как установлено, ФИО1 зарегистрирована в системе обязательного пенсионного страхования 5 апреля 2001 года.

28 ноября 2018 года ФИО1 обратилась в ГУ-УПФР в г. Новом Уренгое ЯНАО с заявлением о назначении ей пенсии по старости в соответствии с п. 6 ч. 1 ст. 32 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» (далее – ФЗ «О страховых пенсиях»).

Решением пенсионного органа [суммы изъяты] от 3 апреля 2019 года в назначении пенсии ФИО1 было отказано по причине отсутствия требуемой продолжительности стажа работы, поскольку для назначения страховой пенсии по старости женщине в возрасте 50 лет необходимо наличие страхового стажа 20 лет, стажа работы в районах Крайнего Севера не менее 15 лет. По представленным документам и сведениям индивидуального (персонифицированного) учета, страховой стаж ФИО1 на дату подачи заявления составил 18 лет 10 месяцев 21 день, стаж работы в районах Крайнего Севера составил 7 лет 11 месяцев 04 дня.

При подсчёте общего (страхового) стажа работы истца были исключены периоды работы с 3 июня 1992 года по 1 декабря 1992 года, с 1 декабря 1992 года по 29 января 1993 года на территории республики Кыргызстан, а также период обучения истца в ПУ № 26 г. Белорецка с 1 сентября 1994 года по 30 июня 1995 года.

При подсчёте стажа работы ФИО1 в местности, приравненной к районам Крайнего Севера, были исключены периоды работы с 9 июня 2000 года по 4 июля 2001 года, с 17 июня 2002 года по 16 сентября 2008 года на территории ЗАТО Межгорье республики Башкортостан.

Указанные обстоятельства подтверждаются материалами дела и не оспариваются сторонами.

Полагая, что её права на пенсионное обеспечение нарушены, истец обратилась с настоящим иском в суд.

Разрешая заявленный спор, суд руководствуется следующим.

В силу абз. 3 ст. 3 Федерального закона «О страховых пенсиях» от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ в редакции, действующей до 8 января 2019 года (далее по тексту – ФЗ «О страховых пенсиях») страховой стаж – учитываемая при определении права на страховую пенсию и её размера суммарная продолжительность периодов работы и (или) иной деятельности, за которые начислялись и уплачивались страховые взносы в Пенсионный фонд Российской Федерации, а также иных периодов, засчитываемых в страховой стаж.

В соответствии со ст. 8 ФЗ «О страховых пенсиях» право на страховую пенсию по старости имеют мужчины, достигшие возраста 60 лет, и женщины, достигшие возраста 55 лет. 

Страховая пенсия по старости назначается при наличии не менее 15 лет страхового стажа.

В соответствии с ч. 1 ст. 4 ФЗ «О страховых пенсиях» право на страховую пенсию имеют граждане Российской Федерации, застрахованные в соответствии с Федеральным законом от 15.12.2001 № 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации», при соблюдении ими условий, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

Согласно ч. 1 ст. 11 ФЗ «О страховых пенсиях», регулирующей периоды работы и (или) иной деятельности, включаемые в страховой стаж, в страховой стаж включаются периоды работы и (или) иной деятельности, которые выполнялись на территории Российской Федерации лицами, указанными в ч. 1 ст. 4 настоящего Федерального закона, при условии, что за эти периоды начислялись и уплачивались страховые взносы в Пенсионный фонд Российской Федерации.

В силу ч. 1 ст. 14 ФЗ «О страховых пенсиях», регулирующей правила подсчёта и порядок подтверждения страхового стажа, при подсчёте страхового стажа периоды, которые предусмотрены ст. ст. 11 и 12 настоящего Федерального закона, до регистрации гражданина в качестве застрахованного лица в соответствии с ФЗ от 01.04.1996 № 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учёте в системе обязательного пенсионного страхования» подтверждаются на основании сведений индивидуального (персонифицированного) учёта за указанный период и (или) документов, выдаваемых работодателями или соответствующими государственными (муниципальными) органами в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

При подсчете страхового стажа периоды, которые предусмотрены ст. ст. 11 и 12 настоящего Федерального закона, после регистрации гражданина в качестве застрахованного лица в соответствии с ФЗ от 01.04.1996 № 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учёте в системе обязательного пенсионного страхования» подтверждаются на основании сведений индивидуального (персонифицированного) учета (ч. 2 ст. 14 ФЗ «О страховых пенсиях»).

При подсчёте страхового стажа периоды работы на территории Российской Федерации, предусмотренные ст. 11 настоящего Федерального закона, до регистрации гражданина в качестве застрахованного лица в соответствии с ФЗ от 01.04.1996 № 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования» могут устанавливаться на основании показаний двух и более свидетелей, если документы о работе утрачены в связи со стихийным бедствием (землетрясением, наводнением, ураганом, пожаром и тому подобными причинами) и восстановить их невозможно. В отдельных случаях допускается установление стажа работы на основании показаний двух и более свидетелей при утрате документов и по другим причинам (вследствие небрежного их хранения, умышленного уничтожения и тому подобных причин) не по вине работника. Характер работы показаниями свидетелей не подтверждается.

Порядок и условия сохранения права на досрочное назначение страховой пенсии определены ст. 30 ФЗ «О страховых пенсиях».

В силу ст. 30 ФЗ «О страховых пенсиях» основанием для досрочного назначения страховой пенсии по старости лицам, имеющим право на такую пенсию, является работа определённой продолжительности в опасных, вредных, тяжелых и иных неблагоприятных условиях труда.

Согласно указанной норме закона одним из условий установления страховой пенсии по старости ранее достижения общеустановленного пенсионного возраста является наличие стажа, дающего право на досрочное назначение страховой пенсии по старости, установленной законом продолжительности.

Согласно п. 6 ч. 1 ст. 32 ФЗ «О страховых пенсиях» страховая пенсия по старости назначается ранее достижения возраста, установленного ст. 8 настоящего Федерального закона, при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30 мужчинам, достигшим возраста 55 лет, женщинам, достигшим возраста 50 лет, если они проработали не менее 15 календарных лет в районах Крайнего Севера либо не менее 20 календарных лет в приравненных к ним местностях и имеют страховой стаж соответственно не менее 25 и 20 лет. Гражданам, работавшим как в районах Крайнего Севера, так и в приравненных к ним местностях, страховая пенсия устанавливается за 15 календарных лет работы на Крайнем Севере. При этом каждый календарный год работы в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, считается за девять месяцев работы в районах Крайнего Севера. Гражданам, проработавшим в районах Крайнего Севера не менее 7 лет 6 месяцев, страховая пенсия назначается с уменьшением возраста, установленного статьей 8 настоящего Федерального закона, на четыре месяца за каждый полный календарный год работы в этих районах. При работе в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, а также в этих местностях и районах Крайнего Севера каждый календарный год работы в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, считается за девять месяцев работы в районах Крайнего Севера.

Согласно ч. 3 ст. 2 ФЗ 400-ФЗ от 28 декабря 2013 года, в сфере пенсионного обеспечения применяются общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации. В случае, если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные настоящим Федеральным законом, применяются правила международного договора Российской Федерации.

Пенсионное обеспечение граждан, переселившихся в Россию из Республики Кыргызстан, регламентируется Соглашением о гарантиях прав граждан государств - участников СНГ в области пенсионного обеспечения от 13 марта 1992 года.

Согласно ст. 1 Соглашения о гарантиях прав граждан государств - участников Содружества Независимых Государств в области пенсионного обеспечения, пенсионное обеспечение граждан государств - участников настоящего Соглашения и членов их семей осуществляется по законодательству государства, на территории которого они проживают.

В соответствии с положениями ст. 6 данного Соглашения, назначение пенсий гражданам государств - участников Соглашения производится по месту жительства.

Письмом Министерства социальной защиты населения Российской Федерации от 31 января 1994 года № 1-369-18 разъяснено, что при назначении пенсии гражданам, прибывшим в Россию из государств - участников Соглашения от 13 марта 1992 года, учитывается трудовой стаж, приобретённый на территории бывшего СССР за время не только до 13 марта 1992 года, а также после этой даты на территории государств - участников Соглашения.

Правила подсчёта и подтверждения страхового стажа, в том числе с использованием электронных документов или на основании свидетельских показаний, устанавливаются в порядке, определяемом Правительством Российской Федерации.

Постановлением Правительства РФ от 2 октября 2014 года № 1015 утверждены Правила подсчёта и подтверждения страхового стажа для установления страховых пенсий.

Согласно п. 11 названных Правил документом, подтверждающим периоды работы по трудовому договору, является трудовая книжка установленного образца.

При отсутствии трудовой книжки, а также в случае если в трудовой книжке содержатся неправильные и неточные сведения либо отсутствуют записи об отдельных периодах работы, в подтверждение периодов работы принимаются письменные трудовые договоры, оформленные в соответствии с трудовым законодательством, действовавшим на день возникновения соответствующих правоотношений, трудовые книжки колхозников, справки, выдаваемые работодателями или соответствующими государственными (муниципальными) органами, выписки из приказов, лицевые счета и ведомости на выдачу заработной платы.

В соответствии с п. 60 тех же Правил записи в трудовой книжке, учитываемые при подсчёте страхового стажа, должны быть оформлены в соответствии с трудовым законодательством, действовавшим на день их внесения в трудовую книжку.

В соответствии с абз. 1 ст. 66 ТК РФ трудовая книжка установленного образца является основным документом о трудовой деятельности и трудовом стаже работника. В трудовую книжку вносятся сведения о работнике, выполняемой им работе, переводах на другую постоянную работу и об увольнении работника, а также основания прекращения трудового договора и сведения о награждениях за успехи в работе.

Таким образом, в трудовой книжке содержатся данные о периодах трудовой деятельности работника и занимаемых им должностях. При этом, внесение в трудовую книжку сведений о характере выполняемой гражданином работы, её выполнении в определенных условиях, в течение полного рабочего дня, законом не предусмотрено.

Согласно трудовой книжке ФИО1, дата её заполнения – 7 августа 1987 года. В разделе «Сведения о работе» внесена запись под порядковым номером 11 о зачислении 3 июня 1992 года горничной в общежитие в акционерное общество «КЕРЕГЕ» на основании приказа [суммы изъяты]-к от 3 июня 1992 года и запись под порядковым номером 12 об увольнении 1 декабря 1992 года в порядке перевода в малое предприятие «ФИО4 Тор», на основании приказа [суммы изъяты]-к от 1 декабря 1992 года. Под данной записью имеется подпись ответственного лица и стоит печать АО «КЕРЕГЕ» (л. д. 15-16).

Далее, в разделе «Сведения о работе» трудовой книжки истца, под порядковым номером 13, внесена запись о принятии 1 декабря 1992 года на должность горничной в малое предприятие «ФИО4 Тор» на основании приказа [суммы изъяты] от 1 декабря 1992 года, а также запись под порядковым номером 14 об увольнении 29 января 1993 года на основании приказа [суммы изъяты] от 29 января 1993 года. Под данной записью имеется подпись ответственного лица и печать малого предприятия «ФИО4-Тор» (л. д. 16).

Из объяснений стороны истца следует, что иные документы, подтверждающие её работу в указанный период, отсутствуют.

Суд учитывает, что записи в трудовой книжке истца о работе в период с 3 июня 1992 года по 29 января 1993 года заверены печатями организаций и подписями ответственных лиц, указаны реквизиты приказов, на основании которых записи внесены в трудовую книжку, что позволяет сделать вывод, что данные записи в трудовой книжке произведены работодателем.

Согласно сведениям ФГУП «Гознак», трудовая книжка истицы имеет серию и номер, под которыми трудовые книжки изготавливались в 1986 году. Данный период соответствует дате заполнения трудовой книжки ФИО1 – 7 августа 1987 год. 

Более того, как следует из письменного отзыва стороны ответчика и пояснений представителя ГУ-УПФР в г. Новом Уренгое ЯНАО, изложенных в судебном заседании, пенсионным органом также не выявлено нарушений правил заполнения трудовой книжки истца при внесении записей о вышеуказанных периодах работы ФИО1

Основанием для отказа во включении данных периодов работы истца в её страховой стаж послужило непредставление пенсионным органом республики Кыргызстан подтверждающих сведений по указанному периоду, запрошенных ответчиком.

Вместе с тем, суд учитывает то обстоятельство, что истец не имеет реальной возможности в настоящее время представить какие-либо документы в подтверждение её приема, перевода и увольнения из акционерного общества «КЕРЕГЕ» и малого предприятия «ФИО4-Тор», кроме трудовой книжки, поскольку данные организации находятся на территории другого государства. 

Направленное судом международное судебное поручение об истребовании сведений в отношении указанных организациях и периодах работы в них ФИО1, возвращено неисполненным.

Как пояснила представитель ответчика в судебном заседании, ответ на международный запрос, направленный пенсионным органом в республику Кыргызстан, также не получен. 

Таким образом, учитывая, что действия работодателя по ведению и сохранности кадровых документов в отношении своих работников не должны ущемлять законно возникшие права граждан на пенсию, суд находит исковые требования ФИО1 в части исковых требований о включении в страховой (общий трудовой) стаж периодов работы с 3 июня 1992 года по 1 декабря 1992 года, с 1 декабря 1992 года по 29 января 1993 года подлежащими удовлетворению.

Далее, разрешая исковые требования в части включения в страховой стаж истца периода её обучения с 1 сентября 1994 года по 30 июня 1995 года в профессиональном училище № 26 г. Белорецка, суд не находит оснований для их удовлетворения ввиду следующего.

Действительно, в спорный период обучения истца в училище системы профессионально-технического образования действовало Положение о порядке назначения и выплаты государственных пенсий, утверждённое Постановлением Совмина СССР от 03.08.1972 № 590, п. 109 которого было предусмотрено, что при назначении пенсии по старости, кроме работы в качестве рабочего или служащего в общий стаж засчитывается также периоды, указанные в подп. «з» данного Постановления: обучение в училищах и школах системы государственных трудовых резервов и системы профессионально-технического образования (в ремесленных, железнодорожных училищах, горнопромышленных школах и училищах, школах фабрично-заводского обучения, училищах механизации сельского хозяйства, профессионально-технических училищах и т.д.) и в других училищах.

Законом РФ «О государственных пенсиях в РФ» от 20.11.1990 № 340-1, утратившим силу с 01.01.2002 в связи с принятием Федерального закона от 17.12.2001 № 173-ФЗ, в ст. 91 также предусматривалось включение в общий трудовой стаж подготовки к профессиональной деятельности - обучение в училищах, школах и на курсах по подготовке кадров, повышению квалификации и по переквалификации, в средних специальных и высших учебных заведениях, пребывание в аспирантуре, докторантуре, клинической ординатуре наравне с работой, перечисленной в ст. 89 Закона.

Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 29.01.2004 № 2-П изложил правовую позицию, согласно которой нормы, изменяющие правовое регулирование, не могут служить основанием для ухудшения условий реализации права на пенсионное обеспечение, на которые рассчитывало застрахованное лицо до введения в действие нового законодательства.

Таким образом, поскольку действовавшее в спорный период учёбы истца правовое регулирование предусматривало возможность зачёта такой деятельности в общий стаж работы, то дальнейшее изменение законодательства (в том числе, введение понятия «страхового стажа», отсутствие в Федеральном законе от 17.12.2001 № 173-ФЗ, в Федеральном законе от 28.12.2013 № 400-ФЗ возможности включения в страховой стаж, необходимый для назначения страховой пенсии, периода обучения) не может служить основанием для ущемления права лица в области пенсионного обеспечения. Иное толкование и применение пенсионного законодательства повлекло бы ограничение конституционного права на социальное обеспечение, которое не может быть оправдано указанными в ч. 3 ст. 55 Конституции РФ целями, ради достижения которых допускается ограничение федеральным законом прав и свобод человека и гражданина.

Вместе с тем, в силу требований ст.ст. 12,56 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (ст. 1 ГК РФ). Презумпция добросовестности и разумности действий субъектов гражданских правоотношений (ст. 10 ГК РФ) предполагает, что бремя доказывания обратного лежит на той стороне, которая заявляет об этом.

Право на судебную защиту, как оно сформулировано в ст. 46 Конституции РФ, не свидетельствует о возможности выбора гражданином по своему усмотрению того или иного способа и процедуры судебной защиты, особенности которых определяются федеральными законами.

Согласно ст. 60 ГПК РФ обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определёнными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

Согласно ч. 1 ст. 27 Закона РФ от 10.07.1992 № 3266-1 «Об образовании», действовавшего в спорный период учёбы истца в ПУ № 26 г. Белорецка, образовательное учреждение в соответствии с лицензией выдаёт лицам, прошедшим итоговую аттестацию, документы о соответствующем образовании и (или) квалификации в соответствии с лицензией. Форма документов определяется самим образовательным учреждением. Указанные документы заверяются печатью образовательного учреждения.

В соответствии с ч. 6 ст. 27 Закона РФ от 10.07.1992 № 3266-1 «Об образовании», лицам, не завершившим образование данного уровня, выдаётся справка установленного образца.

Образец (форма) академической справки была установлена приложением № 6 Постановлением Госкомвуза РФ от 30.11.1994 № 9 «Об утверждении образцов государственных документов о высшем профессиональном образовании».

П. 3 Типового положения об образовательном учреждении среднего профессионального образования (среднем специальном учебном заведении), утверждённого постановлением Правительства РФ от 14 октября 1994 года № 1168, к средним специальным учебным заведениям отнесены техникум (училище, школа), колледж, техникум-предприятие (учреждение).

В соответствии с п. 42 Типового положения об образовательном учреждении среднего профессионального образования (среднем специальном учебном заведении), утверждённого постановлением Правительства РФ от 14 октября 1994 года № 1168, среднее специальное учебное заведение, прошедшее аккредитацию государственным органом управления средним профессиональным образованием, в установленном законодательством Российской Федерации порядке выдаёт выпускникам диплом о среднем профессиональном образовании государственного образца с указанием наименования образовательного учреждения, уровня образования и (или) квалификации, присвоенной выпускнику в определенной области деятельности, а также приложение, в котором содержится перечень изученных дисциплин с указанием их объёмов и оценок качества усвоения.

Изучение материалов дела показывает, что при обращении с заявлением в пенсионный орган о назначении пенсии истец не представила диплом о среднем профессиональном образовании государственного образца, подтверждающий её обучение в период с 1 сентября 1994 года по 30 июня 1995 года в профессиональном училище № 26 г. Белорецка. Данный документ не был представлен и суду.

В судебном заседании истец настаивала на том факте, что она успешно завершила образование в ПУ № 26 г. Белорецка о чём ей был выдан соответствующий диплом, который, однако, у неё похитили в 2017 года. При этом ФИО1 не смогла объяснить с какой целью она получила в 1998 году справку об обучении в ПУ № 26 г. Белорецка и почему не предпринимала никаких мер для розыска, либо восстановлении диплома о среднем профессиональном образовании, выданного ПУ № 26 г. Белорецка.

Справка № 2 от 15 января 1998 года, представленная истцом в пенсионный орган и в материалы настоящего дела (л. д. 56), с целью подтверждения факта её обучения в спорный период в ПУ № 26 г. Белорецка, не может быть признана допустимым доказательством по делу, поскольку, учитывая пояснения истца о том, что она успешно завершила образование данного уровня, в силу ст. 60 ГПК РФ, ч. 1 ст. 27 Закона РФ от 10.07.1992 № 3266-1 «Об образовании», п. 42 Типового положения об образовательном учреждении среднего профессионального образования (среднем специальном учебном заведении), утверждённого постановлением Правительства РФ от 14 октября 1994 года № 1168, данное обстоятельство может быть установлено только на основании диплома о среднем профессиональном образовании государственного образца.

Более того, суд также учитывает, что вышеназванная справка № 2 от 15 января 1998 года не соответствует форме, установленной приложением № 6 Постановления Госкомвуза РФ от 30.11.1994 № 9 «Об утверждении образцов государственных документов о высшем профессиональном образовании», как следствие, не может быть являться доказательством периода обучения, предусмотренного ч. 6 ст. 27 Закона РФ от 10.07.1992 № 3266-1 «Об образовании».

При указанных противоречиях стороной истца должны быть представлены не вызывающие сомнений доказательства, подтверждающие факт обучения её в спорный период в ПУ № 26 г. Белорецка.

Однако, в настоящем случае таких доказательств суду истцом, в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ, не представлено, в связи с чем у суда не имеется законных оснований для включения в страховой стаж истца периода обучения с 1 сентября 1994 года по 30 июня 1995 года.

Далее, исковые требования ФИО1 о включении в страховой (общий трудовой) стаж периодов её работы с 9 июня 2000 года по 4 июля 2001 года и с 17 июня 2002 года по 16 сентября 2008 года не подлежат удовлетворению ввиду того, что, согласно материалам пенсионного дела истца, данные периоды в полном объёме засчитаны в общий страховой стаж ФИО1, поэтому необходимости повторного зачёта данных периодов в общий страховой стаж истца не имеется. 

Разрешая исковые требования ФИО1 о включении в стаж работы в местности, приравненной к районам Крайнего Севера, периодов работы с 9 июня 2000 года по 4 июля 2001 года, с 17 июня 2002 года по 16 сентября 2008 года, суд руководствуется следующим.

Из материалов дела установлено и спорным не является, что ФИО1 в указанные спорные периоды действительно работала в организациях, расположенных в ЗАТО Межгорье.

В отношении лиц, проживающий на территории и работающих на предприятии ЗАТО Межгорье действуют специальные нормы.

Так, согласно постановлению ЦК КПСС и Совмина ССР № 487-152 от 19 июня 1978 года, на всех работников, занятых на строительстве и обслуживании в районах строительства объекта, расположенного в г. Белорецке (ЗАТО Межгорье), выполняющих госзаказ, независимо от ведомственной принадлежности, были распространены условия оплаты труда и льготы, предусмотренные постановлением ЦК КПСС и Совета Министров ССР от 08.07.1974 № 561.

Из содержания постановления ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 08.07.1974 № 561 «О строительстве Байкало-Амурской Магистрали» (приложение № 9), следует, что к заработной плате работникам БАМа был установлен районный коэффициент 1,7 и на них распространены льготы, установленные для лиц, работающих в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера.

Анализ указанных нормативных актов позволяет сделать вывод о том, что Постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 8 июля 1974 года № 561 и Постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 19 июня 1978 года № 487-152 устанавливают в виде исключения только на период строительства объекта районный коэффициент к заработной плате в размере 1,7 и льготы, предусмотренные за работу в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, действующие на территории ЗАТО г. Межгорье. Таким образом, указанные нормативные акты, равно как и Указ Президента Российской Федерации от 8 июля 1995 года № 687-сс, направлены на регулирование трудовых правоотношений, а не пенсионных.

Постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 8 июля 1974 года № 561 «О строительстве Байкало - Амурской Магистрали» принято, как указано в самом тексте этого постановления, в целях дальнейшего развития производительных сил Восточной Сибири и Дальнего Востока и обеспечения возрастающих перевозок грузов в этих районах. П. 16 названного постановления для работников, занятых на строительстве и обслуживании строительства магистрали, установлены условия оплаты труда и льготы согласно приложению № 9 к названному постановлению, а именно: районный коэффициент 1,7 к заработной плате на срок строительства магистрали; льготы, установленные для лиц, работающих в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера; выплата единовременного пособия на членов семей работников, прибывших на строительство магистрали, в размере, установленном для районов Крайнего Севера; надбавки за подвижной характер работы; предоставление кредитов на хозяйственное обзаведение.

Постановлением ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 19 июня 1978 года № 487 - 152 на всех работников, занятых на строительстве и обслуживании в районах строительства объекта, расположенного в г. Белорецк - 15 (в настоящее время - ЗАТО город Межгорье), выполняющих государственный заказ, независимо от ведомственной принадлежности, распространены условия оплаты труда и льготы, предусмотренные Постановлением ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 8 июля 1974 года №561.

Указом Президента Российской Федерации от 8 июля 1995 года № 687-сс лицам, проживающим и работающим в ЗАТО город Межгорье, ранее установленные льготы сохранены.

Перечисленные в Постановлении ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 8 июля 1974 года № 561 льготы по своей сути относятся к льготам в области труда и заработной платы, к социально - бытовым льготам, не затрагивающим пенсионные правоотношения.

В связи с этим суд приходит к выводу о том, что льготы, касающиеся уровня пенсионного обеспечения граждан, установленные законодательством Российской Федерации для лиц, работавших на Крайнем Севере, на граждан, проживавших и работавших в ЗАТО город Межгорье, не распространяются.

Суд также учитывает, что ни постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 19.06.1978 № 487-152, ни постановление ЦК КПСС и СМ ССР от 08.07.1974 № 561 «О строительстве Байкало-Амурской железнодорожной магистрали», ни Указ Президента РФ от 08.07.1995 № 687-сс не дают правовых оснований для суммирования к специальному стажу, дающему право на досрочное назначение пенсии, периодов работы ФИО1 на предприятиях ЗАТО Межгорье.

Согласно разъяснениям, содержащимся в подп. 4(г) п. 28 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 11.12.2012 № 30 «О практике рассмотрения судами дел, связанных с реализацией прав граждан на трудовые пенсии», если лица до 1 января 2002 года работали на строительстве объектов, имеющих важное народнохозяйственное значение, и органами государственной власти СССР на период строительства был установлен районный коэффициент к заработной плате и распространены льготы, установленные для лиц, работающих в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, то, поскольку установление такого коэффициента носило временный характер (устанавливался лишь на определенный период с учётом важного народнохозяйственного значения объекта и сложности производственных условий его строительства и применялся для увеличения заработной платы в целях обеспечения строительства объекта), он не может быть отнесён к тем районным коэффициентам, которые устанавливаются в централизованном порядке (органами государственной власти СССР, федеральными органами государственной власти) к заработной плате лиц, работающих в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, в целях возмещения гражданам дополнительных материальных и физиологических затрат, т.е. учитывают особенности природно-климатических условий и более высокую стоимость жизни в данных районах.

Имеющаяся запись в трудовой книжке «Местность, приравненная к району Крайнего Севера», также не может служить основанием для включения в специальный стаж спорных периодов, поскольку согласно ч. 2 ст. 32 ФЗ «О страховых пенсиях» при назначении страховой пенсии по старости в соответствии с п. 2, 6 и 7 ч. 1 настоящей статьи применяется перечень районов Крайнего Севера и приравненных к ним местностей, применявшийся при назначении государственных пенсий по старости в связи с работой на Крайнем Севере по состоянию на 31 декабря 2001 года.

Такой перечень утверждён Постановлением Совета Министров СССР от 10 ноября 1967 года № 1029.

Действующим перечнем районов Крайнего Севера и местностей, приравненных к районам Крайнего Севера, на которые распространяется действие Указов Президиума Верховного Совета СССР от 10 февраля 1960 года и от 26 сентября 1967 года о льготах для лиц, работающих в этих районах и местностях, утверждённым Постановлением Совмина СССР от 10 ноября 1967 года № 1029, не предусмотрены Башкирская АССР, города Белорецк, Белорецк-15, Белорецк-16 и город Межгорье.

Данный перечень является исчерпывающим и произвольному расширительному толкованию не подлежит.

Таким образом, правовых оснований для включения в специальных страховой стаж, дающий право на досрочное назначении пенсии, периодов работы ФИО1 на предприятиях ЗАТО Межгорье: с 9 июня 2000 года по 4 июля 2001 года, с 17 июня 2002 года по 16 сентября 2008 года, суммирования стажа работы ФИО1 на предприятиях ЗАТО Межгорье со стажем работы в районах Крайнего Севера, в рамках судебного разбирательства не установлено, как следствие, исковые требования в данной части удовлетворению не подлежат.

Далее, разрешая исковые требования о возложении на пенсионный орган назначить ФИО1 страховую пенсию по старости с 27 декабря 2018 года, суд также не находит оснований для их удовлетворения, поскольку даже с учётом включённых судом спорных периодов работы в общий страховой стаж истица, на дату обращения ФИО1 в пенсионный орган 28 ноября 2018 года, условий для назначения ей пенсии по п. 6 ч. 1 ст. 32 ФЗ «О страховых пенсиях» не имелось.

Ссылка стороны истца на наличие у истца четверых детей как на основание для досрочного назначения страховой пенсии по старости, является не состоятельной, поскольку согласно п. 2 ч. 1 ст. 32 ФЗ «О страховых пенсиях» (в редакции действовавшей на 28 ноября 2018 года), страховая пенсия по старости назначается ранее достижения возраста, установленного ст. 8 настоящего Федерального закона, при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30, женщинам, родившим двух и более детей, достигшим возраста 50 лет, если они имеют страховой стаж не менее 20 лет и проработали не менее 12 календарных лет в районах Крайнего Севера либо не менее 17 календарных лет в приравненных к ним местностях. При этом на момент обращения истца в пенсионный орган с заявлением о назначении страховой пенсии у неё отсутствовал стаж работы в районах Крайнего Севера (7 лет 11 месяцев 4 дня вместо 12 лет), необходимый для назначения такого вида пенсии.

Более того, с заявлением о назначении досрочной страховой пенсии по старости истец обращался именно по п. 6 ч. 1 ст. 30 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях в РФ» в связи с осуществлением работы в районах Крайнего Севера, что подтверждается содержанием соответствующих заявлений и уведомлений. Каких-либо иных оснований для досрочного назначения пенсии истцом в заявлении о признании за ней права на досрочное пенсионное обеспечение, истцом приведено не было, что исключало возможность у пенсионного фонда оценки пенсионных прав истца по п. 2 ч. 1 ст. 32 ФЗ «О страховых пенсиях» (в редакции действовавшей на 28 ноября 2018 года).

Тогда как назначение пенсии носит заявительный характер, что следует из системного толкования Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» и Правил обращения за страховой пенсией, утверждённых Приказом Минтруда России от 17.11.2014 № 884н, согласно которым начало течения срока для назначения досрочной пенсии по старости законодатель связывает с двумя обстоятельствами, а именно, с заявительным порядком назначения пенсионного обеспечения и наличием у гражданина права на его получение.

Таким образом, исковые требования ФИО1 подлежат частичному удовлетворению.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ,

решил:

Иск ФИО1 удовлетворить частично.

Признать подлежащими включению в страховой стаж ФИО1 периоды работы с 3 июня 1992 года по 1 декабря 1992 года в АО «Кереге», с 1 декабря 1992 года по 29 января 1993 года в МП «ФИО4-Тор», в должности горничной. 

В остальной части иска ФИО1 отказать.

Настоящее решение может быть обжаловано сторонами в суд Ямало-Ненецкого автономного округа в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме 19 октября 2020 года путём подачи апелляционной жалобы через Новоуренгойский городской суд.

Председательствующий: