Дело № 2-949/2017 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Вельск 27 октября 2017 года

Вельский районный суд Архангельской области

в составе председательствующего Сидорак Н.В.,

с участием помощника прокурора Вельского района Ржавитиной Н.В.

при секретаре Боковиковой Ю.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «ЛПК Север» о восстановлении на работе, взыскании средней заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Вельский деревообрабатывающий комбинат» о восстановлении на работе в должности *** с ЧЧ.ММ.ГГ, взыскании средней заработной платы за время вынужденного прогула в размере 41918 руб. 40 коп. и компенсации морального вреда в размере 50000 руб. 00 коп.

В обоснование заявленных исковых требований указано, что в период с ЧЧ.ММ.ГГ по ЧЧ.ММ.ГГ ФИО1 работал в ООО «Вельский ДОК» в должности **. Приказом № ** от 31 августа 2017 года он уволен на основании п. 5 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации. С данным приказом истец не согласен, считает его незаконным, поскольку нарушений трудовой дисциплины не совершал, увольнение произведено с нарушением требований закона. Ранее на него были наложены дисциплинарные взыскания приказом № 6 от 29 мая 2017 года за нарушение п. 23 части III должностной инструкции **, выразившееся в осуществлении 12 мая 2017 года пропуска через КПП № * автомобиля «***». В тоже время, с указанной инструкцией ФИО1 был ознакомлен лишь 17 мая 2017 года, то есть после инкриминируемого ему проступка. Помимо этого, остановить указанный автомобиль он просто не успел, поскольку второй контролер, работавший с ним в смене, забыл закрыть шлагбаум. Приказом № 7 от 05 июня 2017 года истцу объявлен выговор за нарушение п. 23 части III должностной инструкции *** за якобы имевшие место факты пропуска 16 мая 2017 года и 19 мая 2017 года автомобилей без досмотра кузовов. Работодателем предъявлялись претензии о ненадлежащем досмотре в связи с тем, что он не осматривал кузов автомобиля со специальной площадки. Однако, чем загружен автомобиль, содержимое кузова, ФИО1 визуально видел и с земли, то есть кузов им осматривался. Кроме того, пунктом 23 должностной инструкции, порядок досмотра, его способы не конкретизируются, а указанные автомобили истцом досматривались. Приказом № 891 от 31 августа 2017 года к ФИО1 применено дисциплинарное взыскание в виде увольнения в связи с неоднократным неисполнением без уважительных причин трудовых обязанностей. Дисциплинарное взыскание применено в связи с тем, что 10 и 16 августа 2017 года истец спал на рабочем месте, 13 августа 2017 года допустил на территорию лиц, не имеющих на это право, 14 августа 2017 года пропустил автомобиль без надлежащего досмотра. Вместе с тем, указанные действия не могли повлечь применение к нему такой крайней меры дисциплинарной ответственности, поскольку 16 августа 2017 года истец действительно лежал на диване в помещении КПП в связи с приступом язвы, принял лекарство и прилег. Факт обострения болезни подтверждается медицинской справкой. Факт сна 10 августа 2017 года ФИО1 подтвердить не может. 13 августа 2017 года на территорию предприятия был допущен начальник лесопильного производства Д., имеющий право нахождения на территории, со свои малолетним ребенком, которого нес на руках. Запретить руководителю производства пройти на территорию ФИО1 не мог. Факт ненадлежащего досмотра транспортного средства 14 августа 2017 года не имел места, досмотр автотранспорта истцом производился. Таким образом, дисциплинарные взыскания наложены на ФИО1 неправильно, без учета требований ст. 192 Трудового кодекса Российской Федерации. Увольнение является незаконным, в связи с чем с работодателя подлежит взысканию заработная плата за время вынужденного прогула. Незаконными действиями работодателя нарушены трудовые права ФИО1, без наличия законных оснований он потерял работу, испытывает нравственные переживания, обусловленные страхом за свое будущее, неопределенностью, унижением человеческого достоинства.

Определением Вельского районного суда от 18 октября 2017 года произведена замена ненадлежащего ответчика - общества с ограниченной ответственностью «Вельский деревообрабатывающий комбинат» надлежащим – обществом с ограниченной ответственностью «ЛПК Север», поскольку в соответствии с протоколом внеочередного общего собрания участников ООО «Вельский деревообрабатывающий комбинат» от 23 августа 2017 года изменено фирменное наименование общества с 01 сентября 2017 года на общество с ограниченной ответственностью «ЛПК Север».

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержал в полном объеме по основаниям, изложенным в иске, при этом пояснил, что в апреле 2017 года он и еще ** выявили факты краж на предприятии. При этом, поскольку ** Х., заместитель начальника КПС Ф. и старший смены Т. попытались скрыть данные факты, сотрудники доложили об этом генеральному директору. После этого в отношении ФИО1 и других ** начались служебные проверки. ** М., Ч. и Х. были объявлены выговоры и они лишены премии на 100%. Опасаясь следующих взысканий и увольнения, указанные сотрудники вынуждены были написать заявления об увольнении по собственному желанию. Считает, что со стороны работодателя на него оказывалось психологическое давление.

Представитель истца Кирса О.В. заявленные исковые требования поддержал, указав, что те деяния, совершение которых ставится в вину ФИО1, не являются дисциплинарными проступками. Дисциплина труда - обязательное для всех работников подчинение правилам поведения, определенным в соответствии с настоящим Кодексом, иными федеральными законами, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Трудовым проступком является ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей. С должностной инструкцией, неисполнение которой вменяется ФИО1, истец был ознакомлен 16 мая 2017 года. В период с принятия новой должностной инструкции в марте 2017 года до 16 мая 2017 года предыдущая должностная инструкция не действовала. Досмотр транспортных средств ничем не регламентирован, порядок не установлен на законодательном уровне. В правилах внутреннего трудового распорядка не установлено время для отдыха и питания. ФИО1 использовал предоставленное ему законом право на отдых и прием пищи. По факту нарушения ежечасного патрулирования территории объяснения работодателем от истца не истребовались, данный проступок ему не инкриминировался. Начальник лесопильного производства Д. был допущен на территорию предприятия с малолетним ребенком, который полностью находился под контролем отца. При этом данный факт каких-либо неблагоприятных последствий не повлек.

Представитель ответчика ФИО2 иск не признал, указав, что дисциплинарные взыскания, наложенные на истца, соответствуют законодательству Российской Федерации. После попытки хищения товарно-материальных ценностей с территории предприятия руководству ** было дано задание усилить контроль за вывозом, выносом материальных ценностей, обходом территории, за работой **. Возможно, этот контроль был воспринят истцом, как давление со стороны работодателя. Прежде чем привлечь ФИО1 к дисциплинарной ответственности, с ним неоднократно проводились разъяснительные беседы. Дисциплинарные взыскания, предшествующие увольнению, являлись попыткой руководства призвать истца к соблюдению трудовой дисциплины, недопущению нарушений впредь. За совершенные дисциплинарные проступки привлекался к ответственности не один ФИО1, а вся смена.

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, допросив свидетелей, исследовав письменные материалы дела, заслушав заключение прокурора, суд пришел к следующему.

На основаниист. 21 Трудового кодекса Российской Федерацииработник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка.

В соответствии сост. 192 Трудового кодекса Российской Федерации за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: замечание; выговор; увольнение по соответствующим основаниям.

При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.

Пунктом 5 части 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае неоднократного неисполнения работником без уважительных причин трудовых обязанностей, если он имеет дисциплинарное взыскание.

Согласно пункту 34 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» по делам о восстановлении на работе лиц, уволенных по пункту 5 части первой статьи 81 Кодекса, на ответчике лежит обязанность представить доказательства, свидетельствующие о том, что совершенное работником нарушение, явившееся поводом к увольнению, в действительности имело место и могло являться основанием для расторжения трудового договора; работодателем были соблюдены предусмотренные частями третьей и четвертойстатьи 193 Трудового кодекса РФсроки для применения дисциплинарного взыскания.

Пунктом 35 вышеуказанного Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года № 2 установлено, что при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, уволенного по пункту 5 части первой статьи 81 Кодекса, или об оспаривании дисциплинарного взыскания следует учитывать, что неисполнением работником без уважительных причин является неисполнение трудовых обязанностей или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил и т.п.).

Исходя из приведенных выше положений трудового законодательства, дисциплинарное взыскание может быть применено к работнику за совершение им дисциплинарного проступка, которым является виновное, противоправное неисполнение (ненадлежащее исполнение) работником возложенных на него трудовых обязанностей.

Для правильного разрешения спора о законности произведенного увольнения имеет значение то обстоятельство, какие именно действия работника послужили основанием для увольнения, имели ли они место в действительности, могли ли они рассматриваться как нарушение трудовых обязанностей и были ли они совершены при наличии у работника дисциплинарного взыскания за это или за иное нарушение.

В соответствии с абз. 3 пункта 53 вышеуказанного Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года № 2 работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (часть 5статьи 192 Трудового кодекса РФ), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду.

Из материалов дела следует, что основными видами деятельности ООО «Вельский ДОК» являлись распиловка и строгание древесины; пропитка древесины; производство пиломатериалов, профилированных по кромке или пласти; производство технологической щепы или стружки; производство пиломатериалов кроме профилированных; производство деревянных строительных конструкций и столярных изделий; оптовая торговля лесоматериалами; деятельность автомобильного грузового неспециализированного транспорта; производство общестроительных работ по возведению зданий и т.д.

ФИО1 работал в ООО «Вельский ДОК» на основании трудового договора от 07 декабря 2016 года в должности **.

Трудовым договором истцу установлен суммированный учет рабочего времени с продолжительностью учетного периода – 1 год. 

Согласно п. 2.1 трудового договора обязанности работника заключаются в выполнении в полном объеме своих функциональных обязанностей, а также распоряжений, заданий и поручений руководства работодателя (перечень конкретных трудовых обязанностей работника определен должностной инструкцией, распоряжениями и решениями, утвержденными генеральным директором и непосредственным руководителем для занимаемой работником должности), соблюдение установленной работодателем трудовой дисциплины, требований по охране труда и обеспечению безопасности труда и т.д.

При заключении трудового договора ФИО1 был ознакомлен с Правилами внутреннего трудового распорядка, с должностной инструкцией, с Положением о защите персональных данных, с правилами обеспечения работ специальной одеждой, обувью и др. СИЗ и нормами их выдачи, с Положением об оплате труда, что подтверждается его подписью.

Из материалов дела следует, что 12 мая 2017 года в 08 час. 37 мин. ФИО1, находясь на посту, осуществил пропуск через транспортный КПП № 5 (шлагбаум) автомобиля «**» белого цвета с территории предприятия без его досмотра.

В объяснительной записке от 18 мая 2017 года ФИО1 факт пропуска автомобиля без досмотра не отрицал, с нарушением трудовой дисциплины не согласен, поскольку шлагбаум при въезде на территорию предприятия другой автомашины не закрыл второй ** М., при этом истец этого не заметил. Впоследствии он увидел приближающийся к шлагбауму автомобиль «**», намерен был осуществить его осмотр, но транспортное средство выехало с территории предприятия, не останавливаясь.

На основании приказа ООО «Вельский ДОК» № 6 от 29 мая 2017 года за нарушение трудовой дисциплины ФИО1 объявлено замечание.

Приказом № 5 от 05 июня 2017 года истец привлечен к дисциплинарной ответственности в виде выговора за нарушения 16 мая 2017 года и 19 мая 2017 года пункта 23 части III должностной инструкции **, выразившиеся в пропуске через транспортный КПП № * (шлагбаум) с территории предприятия транспортных средств без досмотра кузовов автомобилей.

Из объяснений ФИО1 от 02 июня 2017 года следует, что все машины он досматривает, заглядывает в кабину и видит, что находится в кузове.

Указанные приказы о привлечении к дисциплинарной ответственности истцом в судебном порядке не оспаривались. 

Приказом № 891 от 31 августа 2017 года трудовой договор с ФИО1 расторгнут по инициативе работодателя в связи с неоднократным неисполнением работником без уважительных причин трудовых обязанностей (п. 5 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации).

Основаниями для применения к истцу дисциплинарного взыскания в виде увольнения послужили допуск на территорию предприятия 13 августа 2017 года лиц, не имеющих на это права; сон на рабочем месте; пропуск машин без надлежащего досмотра.

Разрешая спор, суд приходит к выводу, что вина истца в ненадлежащем исполнении трудовых обязанностей нашла свое подтверждение.

В соответствии с пунктами 4, 5, 6 должностной инструкции **, утвержденной генеральным директором ООО «Вельский ДОК» 06 декабря 2016 года, контролер непосредственно подчиняется начальнику контрольно-пропускной службы, заместителю начальника контрольно-пропускной службы и старшему контролеру (начальнику дежурной смены); в своей работе руководствуется действующими законами РФ, Конституцией РФ, нормативными документами, приказами и распоряжениями лиц, которым он непосредственно подчиняется и данной должностной инструкцией; отвечает за полное и качественное исполнение возложенных на него обязанностей по соблюдению контрольно-пропускного режима, по обеспечению охраны порученных ему материальных ценностей, по обеспечению охраны общественного порядка, по контролю въезда и выезда транспортных средств через ворота КПП, по контролю за передвижением посетителей на предприятии, по контролю за соблюдением рабочими и служащими правил внутреннего трудового распорядка.

Время несения службы (дежурства) для контролеров КПС в будние, выходные и праздничные дни установлено круглосуточно, с 08 час. 00 мин. до 08 час. 00 мин. следующих суток, по сменам, согласно графику дежурств.

В силу пунктов 18, 19, 20, 22, 23, 28, 41 части III должностной инструкции контролер обязан во время несения дежурства (службы) не допускать выноса (вывоза) с территории объекта объемных ящиков, коробок, пакетов, емкостей и т.п. без разрешения руководства, без накладных либо других сопроводительных документов и без досмотра; не допускать и пресекать проникновение посторонних лиц на территорию объекта, не имеющих на это права; при наличии информации о краже, проникновении или попытке проникновения на охраняемый объект, территорию, склад, цех и т.п. – немедленно проверить поступившую информацию (если информация подтвердилась – принять меры к задержанию нарушителя и немедленно доложить старшему контролеру (начальнику дежурной смены); по прибытии посторонних лиц (посетителей) на объект узнать Ф.И.О. и цель их визита, при необходимости оформить разовый пропуск, при предъявлении документа, удостоверяющего личность прибывшего лица (паспорт, служебное удостоверение личности), записать их в журнал учета посетителей; производить досмотр транспортных средств, при необходимости, предлагать досмотр личных вещей рабочих и служащих (в случае отказа, при подозрении на хищение, вызывать сотрудников внутренних дел (полицию), предварительно доложив об этом старшему контролеру (начальнику дежурной смены) и начальнику контрольно-пропускной службы; ежечасно патрулировать охраняемую территорию по установленным маршрутам, с целью пресечения попыток проникновения и выявления лиц, несанкционированно проникших на территорию объекта, а также с целью пресечения попыток хищений товарно-материальных ценностей (ТМЦ); обо всех изменениях обстановки на охраняемом объекте делать соответствующие записи в журнале приема-сдачи дежурства. В соответствии с пунктами 59, 69 части III должностной инструкции контролеру запрещается отлучаться с поста без уважительной причины, кроме случаев, связанных со службой на территории охраняемого объекта (обходы территории, пресечение противоправных действий правонарушителей, задержание правонарушителей), а также в случаях стихийного бедствия, когда дальнейшее пребывание на посту реально представляет угрозу жизни контролера; пропускать на охраняемый объект во внерабочее время, в выходные и праздничные дни транспортные средства и физических лиц без письменного распоряжения генерального директора, начальника контрольно-пропускной службы и руководства объекта.

С указанной должностной инструкцией ФИО1 был ознакомлен 07 декабря 2016 года.

23 марта 2017 года генеральным директором ООО «Вельский ДОК» утверждена новая должностная инструкция ***, практически в полном объеме повторяющая положения предыдущей должностной инструкции.

С данной должностной инструкцией ФИО1 ознакомлен 17 мая 2017 года.

Учитывая изложенное, суд считает, что в период с 23 марта 2017 года по 17 мая 2017 года в отношении ФИО1 продолжала действовать должностная инструкция, утвержденная генеральным директором ООО «Вельский ДОК» 06 декабря 2016 года.

В соответствии с Правилами внутреннего трудового распорядка ООО «Вельский ДОК», утвержденными генеральным директором 01 января 2013 года, для работников ** установлен сменный график работы: 1 день – с 08 час. 00 мин. до 08 час. 00 мин., 3 дня – выходные (п. 7.1.1.).

Пунктом 8.4. названных Правил определено время отдыха работникам предприятия, в том числе, установлен перерыв для отдыха и питания с 12 час 00 мин. до 13 час. 00 мин. продолжительностью один час в течение рабочего дня.

Время отдыха работникам *** локальными нормативными актами предприятия отдельно не установлено.

При этом, рабочее время, подлежащее оплате за смену (сутки), учитывается в количестве 22 часов. В рабочее время, подлежащее оплате, не включается время для отдыха и приема пищи в количестве двух часов.

Свидетель М. в судебном заседании показал, что работал в ООО «Вельский ДОК» контролером КПС до 18 мая 2017 года. На него оказывалось давление со стороны руководства с целью последующего увольнения, поскольку ранее им и другими сотрудниками был обнаружен факт кражи на заводе. 12 мая 2017 года он находился на смене с ФИО1 При этом, М. не закрыл шлагбаум, возможно по технической причине. По данному проступку ему был объявлен выговор.

В соответствии с показаниями свидетеля Ч. он работал в ООО «Вельский ДОК» ** до 17 мая 2017 года. Он вынужден был уволиться по собственному желанию в связи с психологическим давлением со стороны работодателя, которое началось после обнаружения сотрудниками КПС фактов краж на предприятии. Во время досмотра автомобилей контролеры заглядывали в кабину и кузов транспортных средств. Время для отдыха и приема пищи было ограничено. По видеокамерам возможно установить вид груза, перевозимого транспортными средствами.

Из объяснений свидетеля Р. следует, что она работала контролером КПС до 09 октября 2017 года. В ООО «Вельский ДОК» оказывалось давление на «неугодных» людей, их доводили до увольнения. Это распространялось и на ФИО1, его лишали премии за малейшие проступки. Время для приема пищи и отдыха сотрудникам не предоставлялось, в приеме пищи не ограничивали, но времени на полноценный прием пищи не было. Во время досмотра автомобилей контролер должен заглянуть в кабину и в кузов. Во время работы на КПП № 5 смотровая вышка была установлена, но не использовалась по назначению.

Показания данных свидетелей не опровергают факты совершения ФИО1 дисциплинарных взысканий, доводы о психологическом давлении, оказываемом работодателем на некоторых сотрудников предприятия, являются мнением этих лиц, убедительными доказательствами не подтверждены, в связи с чем не могут рассматриваться в качестве очевидных. Кроме того, никто из свидетелей не указал, какую цель преследовал работодатель, якобы желая увольнения некоторых сотрудников, для чего существовала данная необходимость, и какую выгоду преследовал работодатель.

В ходе рассмотрения дела установлено, что в марте 2017 года на территории ООО «Вельский ДОК» были обнаружены факты краж товарно-материальных ценностей из бесхозных контейнеров. Начальник КПС Х. поручил заместителю начальника КПС Ф. и начальнику дежурной смены – старшему контролеру Т. данную информацию не разглашать для проведения детальной проверки всех смен КПС и выявления круга лиц причастных к кражам. В ходе проверки было установлено, что помимо ** Б. и Г., в кражах были замечены ** Ч., Х., М., которые по договоренности с водителем автопогрузчика П. не контролировали выезд автотракторной техники через КПП (не досматривали технику), а он, в свою очередь, вывозил в поднятом ковше товарно-материальные ценности. Между ** Б., Г. и ** Ч., Х., М. произошел конфликт. Для того, чтобы отвести от себя подозрение контролеры Ч., Х., М. решили доложить директору ООО «Вельский ДОК» о совершенных кражах без уведомления **. Похищенные катушки с кабелем и аккумулятор со сварочного аппарата Б. и Г. были возвращены на место. 07 апреля 2017 года указанные ** были уволены по собственному желанию.

Ссылка ФИО1 о давлении, оказываемом на него со стороны руководства, соответствующими доказательствами не подтверждена.

В материалы дела представлены доказательства, подтверждающие факты привлечения к дисциплинарной ответственности других сотрудников за сон на рабочем месте, в том числе длительное отсутствие на посту, за прибытие с опозданием на работу, за пропуск транспортных средств без досмотра, за нарушение режима патрулирования территории предприятия, за пропуск на территорию объекта посторонних лиц, не имеющих на это права, за чтение книги на рабочем месте.

Доводы истца об отсутствии к нему каких-либо претензий со стороны работодателя до мая 2017 года являются необоснованными, поскольку в материалы дела представлена докладная записка ** Т., о том, что ФИО1 19 апреля 2017 года ежечасно не патрулировал территорию. По указанному факту ФИО1 к дисциплинарной ответственности привлечен не был. 

Нарушений при наложении на истца дисциплинарного взыскания по факту пропуска 12 мая 2017 года через транспортный КПП на территорию предприятия автомобиля «Мерседес» без досмотра и без остановки судом не установлено. При этом, оба контролера, находившиеся на смене – М. и С., находились в дежурном помещении охраны и видели подъезжающий автомобиль. ФИО1 закрыл шлагбаум лишь после выезда автомобиля с территории предприятия, начальнику дежурной смены о данном факте не доложили. Доводы истца о том, что шлагбаум не был закрыт другим контролером при въезде на территорию предприятия другого транспортного средства, не является основанием, освобождающим ФИО1 от ответственности. Так, контролеры при выполнении своих трудовых обязанностей обязаны действовать с должной осмотрительностью и внимательностью, не допуская совершения подобных проступков. По данному факту с обоих контролеров были истребованы объяснения и они привлечены к дисциплинарной ответственности.

При наложении на истца дисциплинарного взыскания в виде выговора приказом № 7 от 05 июня 2017 года каких-либо нарушений трудового законодательства не установлено. 16 и 19 мая 2017 года со стороны ФИО1 неоднократно имели место факты пропуска транспортных средств без досмотра кузовов. В ООО «Вельский ДОК» действительно не разработан Порядок досмотра транспортных средств. Вместе с тем, указанный порядок на предприятии сложился и был доведен до **. Так, контролер обязан производить досмотр транспортных средств (и кабины, и кузова). При этом, учитывая высоту транспортных средств, произвести визуальный осмотр кузов автомобилей с земли не представляется возможным. Для осмотра кузовов транспортных средств установлена специальная смотровая площадка. На контрольно-пропускных пунктах, где смотровые площадки не установлены, для осмотра кузовов автомобилей используются приставные лестницы. Контролер сверяет груз с товарно-транспортной накладной, заполняет документы, после этого выпускает автомобиль.

Купольная видеокамера, установленная над въездом, не фиксирует вид автомашины сверху.

13 августа 2017 года в 11 час. 03 мин. контролер КПС поста № 5 ФИО1 пропустил на территорию предприятия (на лесозавод) в производственную зону начальника лесопильного производства Д. с ребенком 3-4 лет, не имеющих на это права. Какие-либо меры по запрету прохода на территорию предприятия (на лесозавод), в производственную зону, ребенка предприняты не были.

Вместе с тем, учитывая специфику производства, нахождение на территории производственной зоны посторонних людей, тем более детей, является опасным. На территории лесозавода осуществляются складирование пиломатериалов, погрузочно-разгрузочные работы, могут иметь место падения штабелей леса, раскатки леса. Указанный проступок является грубым нарушением п. 19 части III должностной инструкции.

Кроме того, в ходе рассмотрения дела было установлено, что ** Д. 13 августа 2017 года также не мог находиться на территории предприятия, приказ о привлечении его к работе в выходной день не издавался, соответствующего разрешения от работодателя он не получал.

14 августа 2017 года в 01 час 21 мин. ** № * ФИО1 при выезде с территории предприятия двух грузовых автомобилей «**», возивших в ночное время опилок, не произвел досмотр одного автомобиля (и кабины и кузова), а на втором автомобиле досмотрел кузов, но не произвел досмотр кабины (транспортное средство проехало через транспортный КПП без остановки). О данном нарушении истец не доложил начальнику дежурной смены. Указанные обстоятельства подтверждаются и представленными ответчиками видеозаписями. Суд приходит к выводу, что не произведя надлежащий досмотр транспортных средств, ФИО1, безусловно, допустила нарушение трудовых обязанностей.

16 августа 2017 года при проведении плановой ночной проверки несения службы (дежурства) ** на территории участка «Лесопиление» при проверке поста № 5 в 23 часа 30 мин. было выявлено, что контролер ФИО1 спал в бытовом вагончике поста. Указанное обстоятельство подтверждается и по результатам просмотра видеозаписи. При этом, после того, как ФИО1 разбудили, на состояние здоровья он не жаловался.

Доводы истца о плохом самочувствии являются необоснованными. Из представленных в материалы дела справки ГБУЗ АО «**», а также выписки из амбулаторной карты истца следует, что в период с 18 августа 2017 года по 04 сентября 2017 года ФИО1 находился на амбулаторном лечении в ГБУЗ АО «**» с диагнозом – хронический гастрит, обострение, хроническая язва антрального отдела желудка, обострение. Вместе с тем, ФИО1 был обнаружен спящим на работе 16 августа 2017 года, то есть до обращения в медицинское учреждение. Кроме того, в ходе рассмотрения дела установлено, что ФИО1 работодателя в известность о наличии заболевания, плохом самочувствии не поставил, при обращении в медицинское учреждение отказался от выдачи листка нетрудоспособности. 

По факту сна на рабочем месте либо нарушении порядка ежечасного патрулирования территории предприятия 10 августа 2017 года ФИО1 к дисциплинарной ответственности не привлекался, при увольнении работника данные факты не учитывались.

В объяснении от 30 августа 2017 года ФИО1 указал, что досмотр транспортных средств при въезде, выезде проводит должным образом. 13 августа 2017 года пропустил на территорию предприятия ** Д., поскольку он уверял, что имеет соответствующее разрешение от Х. С фактами сна на рабочем месте истец не согласен, использовал два неоплачиваемых часа для отдыха и лечения, так как у него болел желудок.

Ссылка ФИО1 о непредоставлении работодателем времени для отдыха и приема пища не нашла своего подтверждения в ходе рассмотрения дела.

Согласно статье 106 Трудового кодекса Российской Федерации время отдыха - время, в течение которого работник свободен от исполнения трудовых обязанностей и которое он может использовать по своему усмотрению.

Статьей 108 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что в течение рабочего дня (смены) работнику должен быть предоставлен перерыв для отдыха и питания продолжительностью не более двух часов и не менее 30 минут, который в рабочее время не включается. Правилами внутреннего трудового распорядка или трудовым договором может быть предусмотрено, что указанный перерыв может не предоставляться работнику, если установленная для него продолжительность ежедневной работы (смены) не превышает четырех часов.

Время предоставления перерыва и его конкретная продолжительность устанавливаются правилами внутреннего трудового распорядка или по соглашению между работником и работодателем.

В ходе судебного заседания установлено, что контролерам КПС ООО «Вельский ДОК» предоставлялся перерыв для отдыха и питания продолжительностью два часа. При этом, учитывая сменный характер работы контролеров КПС, специфику производства, указанное время они использовали в течение смены в зависимости от загруженности поста. Для работников было специально оборудовано место для приема пищи, в котором имелись мебель, кухонные принадлежности, бытовые приборы для подогрева пищи (печь СВЧ). Каких-либо нарушений действующего законодательства в части предоставления работникам перерыва для отдыха и питания судом не установлено, время предоставления перерыва и его конкретная продолжительность установлены соглашением между работниками и работодателем.

По обращению ФИО1 Государственной инспекцией труда в Архангельской области и Ненецком автономному округе была проведена проверка ООО «ЛПК Север» по факту вынесения в отношении него дисциплинарных взысканий. В ходе проверки установлено, что процедура привлечения ФИО1 к дисциплинарной ответственности работодателем соблюдена. Оснований для отмены приказа № 7 от 05 июня 2017 года о применении к истцу дисциплинарного взыскания в виде выговора не имеется. Каких-либо очевидных нарушений трудового законодательства в отношении ФИО1 не установлено.

По ходатайству ответчика были допрошены свидетели, которые подтвердили факт ознакомления работников общества с должностными инструкциями, существующий на предприятии порядок досмотра транспортных средств, отсутствие давления на сотрудников КПС со стороны работодателя и т.д.

Так, свидетель Т. в судебном заседании показала, что является **. При приеме на работу в ООО «Вельский ДОК» каждый работник был ознакомлен с должностной инструкцией.

В соответствии с показаниями свидетеля Х. он работал в ООО «Вельский ДОК» в качестве **. Он является непосредственным руководителем ФИО1 Истец не надлежащим образом исполнял свои должностные обязанности, не досматривал технику, выезжающую с территории предприятия, пропускал на территорию посторонних лиц, допускал сон на рабочем месте. К данному сотруднику имелось много замечаний, вначале ограничивались устными беседами, впоследствии стали привлекать к дисциплинарной ответственности. Порядок досмотра транспортных средств в обществе не установлен. Выезжающий с территории предприятия транспорт должен быть осмотрен. При этом водитель транспортного средства, который вывозит груз, должен представить соответствующие документы: накладную, пропуск. Контролер проверяет документы, сверяет груз с документами, который вывозится, проверяет кабину, кузов транспортного средства. Для досмотра кузова установлена досмотровая площадка. С асфальта в кузов заглянуть невозможно. Чтобы надлежащим образом просмотреть содержимое кузова необходимо подняться на смотровую площадку. После проверки документов, груза, досмотра транспортных средств открывается шлагбаум для выезда автомобиля, а в журнале отмечается время выезда данного транспортного средства, наименование груза, место назначения. Время для отдыха и приема пищи предоставляется контролерам в зависимости от нагрузки на посту. Какого-либо давления на ФИО1 никогда не оказывалось, он лишь привлекался к дисциплинарной ответственности за те проступки, которые совершал. Неприязненных отношений между Х. и ФИО1 не было. Ранее к работе ФИО1 также имелись замечания. По поводу краж товарно-материальных ценностей с территории предприятия весной 2017 года проводилось служебное расследование. О выявленных фактах в устной форме было доложено руководителю общества, был усилен контроль за работой контрольно-пропускной службы. Х. поступал телефонный звонок от М. о выявленных кражах, о его намерении сообщить об этом директору. В августе 2017 года ФИО1 на состояние здоровья не жаловался. 

Из объяснений свидетеля Ф. следует, что он являлся заместителем начальника контрольно-пропускной службы ООО «Вельский ДОК». В конце марта – начале апреля 2017 года были выявлены случаи хищения товарно-материальных ценностей, кабелей с лесозавода. К хищениям были причастны два сотрудника. Для выявления всех участников велось наблюдение. Оба виновных сотрудника признались в хищениях, дали объяснения и вернули похищенное. Служебная проверка впоследствии была прекращена в связи с тем, что материальный ущерб предприятию не был нанесен. Лица, причастные к данным фактам, уволились. По распоряжению работодателя был усилен контроль за ввозимыми, вывозимыми грузами, предметами, за работой **. ** начинают работу в 08 час. 00 мин. до 08 час. 00 мин. следующего дня. Время для отдыха и приема пищи строго не регламентировано. У каждого сотрудника имеется два часа, которые они распределяют по своему усмотрению, как правило, примерно в периоды между 12 и 14 часами для обеда, 19 и 21 часами для ужина. С ** проводится учебу по порядку досмотра транспорта. С земли невозможно увидеть, что находится в кузове автомобиля. Кузов находится выше уровня глаз, требуется подняться на площадку и осуществить осмотр. Над выездом установлена купольная камера, содержание кузова транспортного средство на ней увидеть невозможно. Неприязненные отношения между Ф. и С. отсутствуют, Ф. никогда не предлагал истцу уволиться.

Согласно показаниям свидетеля Т.он являлся ** ООО «Вельский ДОК». На предприятии была совершена попытка хищения товарно-материальных ценностей – кабелей. По данному факту проведена проверка, доложено руководству. Похищенное было возвращено, причастные к этому сотрудники уволены. После этого случая руководством было дано указание усилить контроль за вывозом, выносом вещей, за работой **. Основными постами, через которые вывозят товарно-материальные ценности, являются посты № * и № *, они оборудованы смотровыми площадками. Каждую смену, при заступлении на дежурство, по громкой связи проводится инструктаж о порядке прохода на территорию предприятия, порядке досмотра автотранспорта. С земли содержание кузова грузовика не видно, контролеру необходимо подняться на площадку и сверить груз с накладной. Через купольную камеру содержание грузовика не видно. Время для отдыха и приема пищи ** используют, в основном, в промежутки между 12 и 14 часами, 19 и 21 часами. К работе ФИО1 были претензии, в частности, касающиеся досмотра кузовов транспортных средств с земли, ему объявлялись устные замечания.

Свидетель Г. пояснил, что работал в ООО «Вельский ДОК» **. После хищения на предприятии товарно-материальных ценностей было дано указание об усилении контроля за выносом, вывозом вещей, обходов территории, работой **. По поводу досмотров транспортных средств регулярно проводятся инструктажи. Посты № * и № * с наибольшим транспортным потоком оборудованы специальными площадками для досмотра транспорта. С земли невозможно увидеть, какой груз перевозит автомобиль, осмотр нужно проводить только сверху. Через купольную камеру невозможно увидеть вывозимый груз. Прием пищи у ** предусмотрен в период с 12 часов до 14 часов, с 19 часов до 21 часа, в зависимости от оперативной обстановки. Когда ФИО1 был обнаружен на рабочем месте спящим, на состояние здоровья он не жаловался.

В соответствии с показаниями свидетеля ФИО3 он являлся котнролером КПС ООО «Вельский ДОК». Порядок досмотра транспортных средств доведен до сотрудников **. Проводится досмотр кабины на наличие посторонних лиц и вывозимых материальных ценностей, кузов проверяется на соответствие вывозимых материалов накладным. С земли содержание кузова транспортного средства не видно. Конкретно время для отдыха и приема пищи на предприятии не определено, в основном, для обеда используется время с 12 до 14 часов, для ужина с 19 до 21 часа. 16 августа 2017 года ФИО1 обедал и ужинал. Перед тем как его застали спящим, ФИО1 пошел пить чай. 

Показания данных свидетелей согласуются с материалами дела и истцом не опровергнуты. Свидетели в соответствии с требованиями статей 307, 308 Уголовного кодекса Российской Федерации были предупреждены судом об уголовной ответственности за дачу ложных показаний, не высказывали суждений, включающих субъективную оценку относительно изложенных фактов, а как носители информации сообщили суду сведения об обстоятельствах, имеющих значение для дела. 

Проверяя порядок применения взысканий, суд приходит к выводу о том, что установленныйРоссийской Федерациипорядок работодателем не нарушен.

Суд, оценив представленные доказательства, в том числе видеозаписи, докладные, служебные записки **, **, **, показания свидетелей, приходит выводу о том, что привлечение истца к дисциплинарной ответственности в виде увольнения законно, поскольку факт неоднократного неисполнения работником без уважительных причин трудовых обязанностей нашел свое подтверждение.

При этом, трудовые обязанности контролера КПС изложены, в том числе и должностной инструкции, нарушение которой он допускал. 

Доводы о том, что неблагоприятные последствия в результате совершенных ФИО1 проступков для предприятия не наступили, не свидетельствуют о незаконности увольнения истца. Наступление неблагоприятных последствий для организации не является обязательным условием для привлечения работника к дисциплинарной ответственности.

Поскольку работодатель доказал, какие новые дисциплинарные проступки (совершенные после того, как к работнику ранее были применены дисциплинарные взыскания) послужили основанием к увольнению, у работодателя имелись достаточные основания для расторжения с ним трудового договора по пункту 5 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации.

При наложении дисциплинарных взысканий работодателем соблюдена процедура привлечения к дисциплинарной ответственности, предусмотренная статьей 193 Трудового кодекса Российской Федерации, от истца были затребованы письменные объяснения, дисциплинарные взыскания применены в установленный законом срок, нарушений порядка привлечения не допущено.

Совокупностью исследованных судом доказательств подтверждено соблюдение ответчиком и требований части 5 статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации, обязывающей работодателя при наложении дисциплинарного взыскания учитывать тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен, а также предшествующее поведение работника и его отношение к труду.

Наложенные взыскания соответствуют тяжести совершенных проступков и обстоятельствам, при которых они совершены, отвечают принципам законности, соразмерности и справедливости, работодателем учтено предшествующее поведение работника и его отношение к труду.

Поскольку невыполнением истцом возложенных на него трудовых обязанностей носило систематический характер, принятые меры дисциплинарного воздействия оказались безрезультатными, истец продолжал не исполнять свои обязанности, применение к истцу дисциплинарного взыскания в виде увольнения является соразмерным и соответствует тяжести совершенного проступка.

Доводы о наличии необъективности и предвзятости работодателя по отношению к истцу являются необоснованными ввиду отсутствия доказательств, подтверждающих наличие таких фактов.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, 

решил:

ФИО1 в удовлетворении заявленных исковых требований к обществу с ограниченной ответственностью «ЛПК-Север» о восстановлении на работе, взыскании средней заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда – отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме в Архангельском областном суде путем подачи апелляционной жалобы через Вельский районный суд.

Председательствующий Н.В. Сидорак