Дело № 2-3671/2018

В окончательном виде 

решение

 изготовлено 12 сентября 2018 года.

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

07 сентября 2018 года г. Екатеринбург

Чкаловский районный суд г. Екатеринбурга в составе председательствующего судьи Вдовиченко И.М.,

с участием помощника прокурора Чкаловского района г. Екатеринбурга Кинёвой А.В., 

при секретаре Сергеевой Н.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «Вторчермет НЛМК УРАЛ», ПАО «Новолипецкий металлургический комбинат» о восстановлении в прежней должности, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ответчикам ООО «Вторчермет НЛМК УРАЛ», ПАО «Новолипецкий металлургический комбинат» о восстановлении в прежней должности, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда. 

В обоснование исковых требований указано, что 04 сентября 2015 года между ПАО «Новолипецкий металлургический комбинат» и истцом был заключен трудовой договор, в соответствии с которым последний принят на должность специалиста службы директора по региональным продажам. Свою трудовую деятельность истец осуществлял в дочернем предприятии ООО «Вторчермет НЛМК УРАЛ». 18 мая 2018 года истец, возвращаясь с обеденного перерыва, был остановлен охранником ФИО2 у входа на территорию предприятия, который отказался пропускать его в связи с нахождением в состоянии опьянения. Данный факт истец отрицал, однако в результате был составлен акт № 06 о появлении работника на работе в состоянии алкогольного, наркотического или иного опьянения от 18 мая 2018 года, в котором указано, что в 14:05 истец находился в холле заводоуправления в состоянии алкогольного опьянения. В качестве признаков алкогольного опьянения обозначены: запах алкоголя изо рта, резкое изменение окраски кожных покровов лица, красные глаза, волосы растрепаны, болтлив, раздражен. В тот же день в 16:55 истцом на исследование был сдан биологический материал – моча для определения наличия этилового спирта. Согласно акту судебно-медицинского (судебно-химического исследования) № от 21 мая 2018 года, в моче ФИО1 этиловый спирт не обнаружен. 18 июня 2018 года трудовой договор с истцом был прекращен по инициативе работодателя за появление на работе в состоянии алкогольного опьянения по подп. «б» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации. Увольнение считает незаконным, поскольку в состоянии алкогольного опьянения на работе 18 мая 2018 года не находился. Неправомерными действиями ответчика истцу причинен моральный вред, размер компенсации оценивает в сумме 50000 рублей.

Просит с учетом уточнения исковых требований в порядке ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации:

- восстановить истца в должности специалиста службы директора по региональным продажам в ПАО «Новолипецкий металлургический комбинат» в дочернем предприятии ООО «Вторчермет НЛМК УРАЛ»;

- взыскать с ПАО «Новолипецкий металлургический комбинат», дочернее предприятие ООО «Вторчермет НЛМК УРАЛ» средний заработок за время вынужденного прогула с 18 июня 2018 года по день восстановления на работе в размере 425729 рублей 68 копеек, компенсацию морального вреда в сумме 50000 рублей.

В судебном заседании истец, подтвердив обстоятельства, изложенные в исковом заявлении, на удовлетворении заявленных исковых требований настаивал.

Представитель истца ФИО3, действующая на основании доверенности от 21 июня 2018 года серии 66 АА № 5011802, сроком действия три года, заявленные истцом исковые требования поддержала, считая их законными и обоснованными.

ФИО4, представляющая интересы ответчика ПАО «Новолипецкий металлургический комбинат» по доверенности от 14 марта 2018 года, сроком действия по 30 октября 2018 года, выданной в порядке передоверия на основании доверенности от 30 октября 2015 года, сроком действия 3 года, а также интересы ответчика ООО «Вторчермет НЛМК УРАЛ» по доверенности от 21 августа 2018 года № 64/18/, сроком действия 1 год, в письменных возражениях, а также в пояснениях, данных в ходе судебного заседания, заявленные истцом исковые требования не признала, указав, что факт нахождения истца в состоянии алкогольного опьянения имел место быть, что подтверждено соответствующим актом, свидетельскими показаниями, и не опровергнуто представленным истцом актом судебно-медицинского исследования. Просит в удовлетворении иска отказать в полном объеме.

Заслушав истца и его представителя, представителя ответчиков, свидетелей ФИО14 ФИО15 ФИО16 и ФИО17., пояснения специалиста ФИО18., заключение прокурора, исследовав материалы настоящего гражданского дела, суд приходит к следующему. 

Согласно заключению прокурора, имеются основания для удовлетворения заявленного истцом требования о восстановлении в прежней должности, поскольку факт нахождения истца на рабочем месте 18 мая 2018 года в состоянии алкогольного опьянения не подтвержден. 

Как установлено судом и следует из материалов дела, истец с 04 сентября 2015 года работал в дочернем предприятии ПАО «Новолипецкий металлургический комбинат» - ООО «Вторчермет НЛМК УРАЛ» в должности специалиста службы директора по региональным продажам на основании заключенного трудового договора № от 04 сентября 2015 года.

На основании распоряжения работодателя от 18 июня 2018 года № № действие названного трудового договора прекращено на основании подп. «б» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации.

Подпунктом «б» пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что одним из оснований прекращения трудового договора является появление работника на работе (на своем рабочем месте либо на территории организации - работодателя или объекта, где по поручению работодателя работник должен выполнять трудовую функцию) в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения.

В соответствии с п. 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.

Пунктом 42 названного выше Постановления предусмотрено, что при разрешении споров, связанных с расторжением трудового договора по подпункту «б» пункта 6 части первой ст. 81 Кодекса (появление на работе в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения), суды должны иметь в виду, что по этому основанию могут быть уволены работники, находившиеся в рабочее время в месте выполнения трудовых обязанностей в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения. При этом не имеет значения, отстранялся ли работник от работы в связи с указанным состоянием. Увольнение по этому основанию может последовать и тогда, когда работник в рабочее время находился в таком состоянии не на своем рабочем месте, но на территории данной организации либо он находился на территории объекта, где по поручению работодателя должен был выполнять трудовую функцию.

Состояние алкогольного либо наркотического или иного токсического опьянения может быть подтверждено как медицинским заключением, так и другими видами доказательств.

В судебном заседании установлено, что основанием для издания распоряжения от 18 июня 2018 года № о прекращении заключенного с истцом трудового договора, послужили акт № о появлении работника на работе в состоянии алкогольного, наркотического или иного опьянения от 18 мая 2018 года, пояснительная записка ФИО1 от 13 июня 2018 года.

Согласно данному акту, 18 мая 2018 года в 14:05 истец находился в холле заводоуправления в состоянии алкогольного опьянения. В качестве признаков алкогольного опьянения указаны: запах алкоголя изо рта, резкое изменение окраски кожных покровов лица, красные глаза, волосы растрепаны, болтлив, раздражен.

Из письменных объяснений ФИО1 от 13 июня 2018 года следует, что 18 мая 2018 года около 14:00 его пропуск на территорию ООО «Вторчермет НЛМК УРАЛ» был заблокирован. Подошедший к нему начальник охраны ФИО2 пояснил, что по указанию руководства он должен провести в отношении него освидетельствование на состояние алкогольного опьянения. Видя предвзятое к нему отношение, решил пройти независимую государственную экспертизу в Государственном бюджетном учреждении здравоохранения Свердловской области «Бюро судебно-медицинской экспертизы», что и было сделано в тот же день в 16:55.

Согласно представленному истцом акту судебно-медицинского (судебно-химического исследования) № от 21 мая 2018 года, в моче ФИО1 этиловый спирт не обнаружен.

Опрошенная в судебном заседании в качестве специалиста ФИО19 пояснила, что являясь химиком-экспертом в Судебно-химическом отделении Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Свердловской области «Бюро судебно-медицинской экспертизы», на основании заключенного с ФИО1 договора, проводила исследование отобранного у последнего биологического материала. Забор мочи производился в присутствии понятых. Клинические признаки, указывающие на состояние алкогольного опьянения, не определялись. По результатам исследования сделан вывод об отсутствии в моче этилового спирта, что не свидетельствует о том, что истец в состоянии алкогольного опьянения не находился, поскольку время выведения алкоголя из мочи человека индивидуально. Кроме того, имеет значение степень опьянения, крепость алкоголя, кратность его приема. В данном случае период приема напитков не известен. Наиболее достоверным результатом состояния алкогольного опьянения является его определение на основе анализа крови. 

В силу ст. 188 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в необходимых случаях при осмотре письменных или вещественных доказательств, воспроизведении аудио или видеозаписи, назначении экспертизы, допросе свидетелей, принятии мер по обеспечению доказательств суд может привлекать специалистов для получения консультаций, пояснений и оказания непосредственной технической помощи. 

Специалист дает суду консультацию в устной или письменной форме, исходя из профессиональных знаний, без проведения специальных исследований, назначаемых на основании определения суда.

В соответствии со ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Пояснения, данные специалистом ФИО20.А., суд принимает во внимание, поскольку сомнений они не вызывают.

Как следует из материалов дела, акт № № о появлении работника на работе в состоянии алкогольного, наркотического или иного опьянения от 18 мая 2018 года составлен и подписан сотрудниками ООО ЧОП «ВИЗ Сталь», осуществляющими охрану территории ООО «Вторчермет НЛМК УРАЛ»: начальником охраны ФИО21., диспетчером ФИО22. и охранником ФИО23

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО24 показал, что 18 мая 2018 года в первой половине дня из службы безопасности поступила информация о нахождении в кабинете № 409 сотрудника по имени Денис в неадекватном состоянии. Данная информация исходила от ФИО42 В ходе проверки изложенный в сообщении факт не подтвердился, все сотрудники, работавшие в данном кабинете, вели себя спокойно, без проявления каких-либо признаков агрессии. Выяснив, что одним из работников по имени Денис является ФИО1, в тот же день в 14:00 по возвращении с перерыва на обед, дал указание задержать его на проходной, заблокировав пропуск. При личной беседе с истцом почувствовал запах алкоголя, при этом он нервничал, был взбудоражен. В связи с чем, предложил истцу пройти медицинское освидетельствование на состояние опьянения, на что был получен отказ. По данному факту им был составлен акт, где описал признаки, указывающие на нахождение истца в состоянии алкогольного опьянения. 

Свидетель ФИО25 (ранее – ФИО26 допрошенная в судебном заседании, показала, что 18 или 21 мая 2018 года, точной даты не помнит, поступило распоряжение начальника охраны ФИО27 заблокировать пропуск ФИО1, что и было сделано. Визуально определила, что истец находится в состоянии опьянения по его растрепанным волосам, покрасневшим глазам и кожным покровам. Запах алкоголя от истца не почувствовала, поскольку находилась в помещении диспетчерской, в то время как истец находился на улице. Далее у него состоялся разговор с ФИО28 при котором она не присутствовала. Акт нахождения истца в состоянии опьянения составлялся в ее отсутствие, точную дату подписания ею акта не помнит.

В судебном заседании допрошенный в качестве свидетеля ФИО29 показал, что является начальником управления сопровождения продаж ПАО «Новолипецкий металлургический комбинат». Истец в прямом подчинении у него не находится. Утром 18 мая 2018 года, увидев истца, находившегося в автомобиле на стоянке, подошел поприветствовать его и обсудить некоторые рабочие вопросы. Обратил внимание, что в салоне автомобиля находились бутылка водки и стопка. Решив, что истец пьян, по признакам, указывающим на это, примерно в 11:00 сообщил в службу безопасности. 

Оценивая показания свидетелей ФИО30. и ФИО31 допрошенных по ходатайству стороны ответчика, суд приходит к выводу, что их показания не могут лечь в основу решения суда в качестве доказательства нахождения истца в состоянии алкогольного опьянения, поскольку они основаны на предположениях.

Допрошенный по ходатайству истца свидетель ФИО32 показал, что всю первую половину дня 2018 года вместе с истцом работали в одном кабинете, последний им не был замечен в употреблении спиртного, запах алкоголя от него исходил. Вместе ушли на обед, а по возвращении, истец отстал от него и на рабочее место не вернулся.

Объективных доказательств, ставящих под сомнение показания свидетеля ФИО33 или иным образом порочащих их, в судебное заседание не представлено. 

Показания данного свидетеля согласуются с пояснениями истца, согласно которым он в состоянии алкогольного опьянения на работе 18 мая 2018 года не находился.

Кроме того, показания свидетеля ФИО34. не противоречат показаниям свидетеля ФИО35 которым по прибытии в первой половине дня 18 мая 2018 года в кабинет № 409, где в том числе находится рабочее место истца, не подтверждена информация, исходившая от ФИО39 о нахождении кого-либо с признаками, характерными состоянию опьянения. Из показаний свидетеля ФИО36 не следует также, что в момент проверки от истца исходил запах алкоголя. 

Таким образом, дальнейшие действия ФИО37, являющегося начальником охраны, связанные с проверкой истца на состояние алкогольного опьянения, не были следствием обнаружения у последнего характерных признаков опьянения, а произведены по собственной инициативе, о чем свидетельствует его указание заблокировать пропуск истца, и только после этого ФИО38Н. подошел к пропускному пункту.

В этой связи суд ставит под сомнение показания свидетеля ФИО40 относительно нахождения истца на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения.

Кроме того, акт № 06 о появлении работника на работе в состоянии алкогольного, наркотического или иного опьянения от 18 мая 2018 года подписан лицами, его составившими, в частности ФИО41, допрошенной в судебном заседании в качестве свидетеля, не в день его составления, что подтверждается свидетельскими показаниями последней. В связи с чем, данный акт суд в качестве допустимого и достоверного доказательства нахождения истца на рабочем месте 18 мая 2018 года в состоянии алкогольного опьянения не принимает.

Из пояснений специалиста с достоверностью не следует вывод, что 18 мая 2018 года в 14:05 ФИО1 не находился в состоянии алкогольного опьянения. 

Содержащийся в акте исследования № от 21 мая 2018 года вывод специалиста об отсутствии в биологической среде ФИО1 этилового спирта не носит предположительный характер. 

Оценив представленные доказательства с точки зрения их относимости, допустимости, достоверности и взаимосвязи друг с другом, суд приходит к выводу об отсутствии со стороны истца нарушения трудовой дисциплины ввиду не установления факта его появления на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения. В этой связи требование истца о восстановлении в прежней должности подлежит удовлетворению.

В соответствии со ст. 396 Трудового кодекса Российской Федерации, ст. 211 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации решение о восстановлении на работе незаконно уволенного работника подлежит немедленному исполнению.

За период вынужденного прогула с 18 июня 2018 года по дату вынесения решения с ответчика в пользу истца подлежит взысканию средний заработок.

Согласно ч. 7 ст. 139 Трудового кодекса Российской Федерации особенности порядка исчисления средней заработной платы, установленного данной статьей, определяются Правительством Российской Федерации.

Во исполнение полномочий, предоставленных федеральным законодательством, Правительством Российской Федерации издано 24 декабря 2007 года Постановление № 922, которым утверждено Положение об особенностях порядка исчисления средней заработной платы. Данное Положение направлено на конкретизацию норм Трудового кодекса Российской Федерации.

Расчетным периодом является период времени, за который определяется средний заработок. В соответствии со ст. 139 Трудового кодекса Российской Федерации под расчетным периодом понимаются 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. Как следует из содержания данной нормы, в расчетный период включается только время, фактически отработанное работником. Следовательно, если расчетный период отработан работником не полностью, то неотработанное время, а также денежные суммы, начисленные работнику за этот период, исключаются из расчета среднего заработка.

В соответствии с п. 5 Положения из расчетного периода исключается время, а также начисленные за это время суммы, если за работником сохранялся средний заработок в соответствии с законодательством Российской Федерации, за исключением перерывов для кормления ребенка, предусмотренных трудовым законодательством Российской Федерации; работник получал пособие по временной нетрудоспособности или пособие по беременности и родам; работник не работал в связи с простоем по вине работодателя или по причинам, не зависящим от работодателя и работника; и иные.

Положения нормативного правового акта детализируют установленные в Трудовом кодексе Российской Федерации (ст. 139) общие принципы и правила исчисления средней заработной платы (единый порядок исчисления размера среднего заработка исходя из фактически начисленной заработной платы и фактически отработанного работником времени за 12 месяцев, предшествующих моменту выплаты.

Абзац 2 пункта 10 Положения устанавливает порядок расчета среднего дневного заработка в случае, когда расчетный период отработан не полностью или из него исключалось время в соответствии с пунктом 5 данного Положения, а в абзаце 3 пункта 10 Положения определен порядок расчета количества календарных дней в неполном месяце.

Часть 4 статьи 139 Трудового кодекса Российской Федерации определяет понятие среднего дневного заработка и способ исчисления среднего дневного заработка путем деления суммы начисленной заработной платы на 12 и на 29,3 (среднемесячное число календарных дней). Исчисление среднего дневного заработка путем деления суммы фактически начисленной заработной платы за расчетный период на сумму среднемесячного числа календарных дней (29,3), умноженного на количество полных календарных месяцев, и количества календарных дней в неполных календарных месяцах не противоречит данной норме Трудового кодекса Российской Федерации.

Расчет среднего заработка работника независимо от режима его работы производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале - по 28-е (29-е) число включительно).

Представленный истцом расчет среднего заработка за время вынужденного прогула не оспорен ответчиком, соответствует порядку расчета, изложенному выше.

Таким образом, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию средний заработок за время вынужденного прогула в заявленном размере 425729 рублей 68 копеек.

В соответствии с ч. 1 ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме, определяемой соглашением сторон трудового договора.

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Как следует из искового заявления, истец связывает причинение морального вреда в результате незаконных действий ответчика, связанных с необоснованным увольнением, от чего он испытывал нравственные переживания. 

Исходя из конкретных обстоятельств данного дела, с учетом объема и характера причиненных ФИО1 нравственных страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимание обстоятельств, в соответствии с требованиями ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации о разумности и справедливости, суд считает, что подлежит взысканию с ответчика в пользу истца компенсация морального вреда в размере 5 000 рублей. Заявленную истцом сумму компенсации морального вреда в размере 50000 рублей суд находит необоснованно завышенной.

Согласно положениям ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ст. 393 Трудового кодекса Российской Федерации, ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации с ответчика ПАО «Новолипецкий металлургический комбинат» подлежит взысканию государственная пошлина в размере 7757 рублей 30 копеек.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

Р Е Ш И Л:

исковые требования ФИО1 к ПАО «Новолипецкий металлургический комбинат» о восстановлении в прежней должности, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, удовлетворить частично.

Восстановить ФИО1 в должности специалиста службы директора по региональным продажам ПАО «Новолипецкий металлургический комбинат» с 19 июня 2018 года.

Взыскать с ПАО «Новолипецкий металлургический комбинат» в пользу ФИО1 средний заработок за время вынужденного прогула в размере 425729 рублей 68 копеек, компенсацию морального вреда в сумме 5000 рублей.

Взыскать с ПАО «Новолипецкий металлургический комбинат» в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 7757 рублей 30 копеек.

Решение суда в части восстановления в прежней должности обратить к немедленному исполнению.

В остальной части требований ФИО1 к ПАО «Новолипецкий металлургический комбинат» отказать.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ООО «Вторчермет НЛМК УРАЛ» о восстановлении в прежней должности, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течение месяца с момента изготовления решения в окончательном виде с подачей апелляционной жалобы через Чкаловский районный суд города Екатеринбурга.

Судья (подпись) И.М. Вдовиченко