Судья Безруких Е.С. УИД 39RS0011-01-2024-002391-32

дело №2-492/2025

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

 

№33-5170/2025

10 декабря 2025 года

г.Калининград

Судебная коллегия по гражданским делам Калининградского областного суда в составе

председательствующего судьи Гарматовской Ю.В.

судей Уосис И.А., Жогло С.В.

при помощнике ФИО1

рассмотрела в открытом судебном заседании 10 декабря 2025 года апелляционную жалобу ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9 и ФИО10 на решение Зеленоградского районного суда Калининградской области от 07 августа 2025 года по гражданскому делу по иску ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9 и ФИО10 к ФИО11 о признании права общей долевой собственности на нежилое помещение и признании права собственности на нежилое помещение отсутствующим.

Заслушав доклад судьи Уосис И.А., пояснения представителя ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9 и ФИО10 – ФИО12, а также представителя ООО «Кранц-Комфорт» - ФИО13, поддержавших апелляционную жалобу, возражения представителя ФИО11 – ФИО14, полагавшей решение суда подлежащим оставлению без изменения, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9 и ФИО10 обратились в суд с иском, указав, они являются собственниками нежилых помещений в здании по адресу: 

<

адрес>

ФИО11 также является одним из собственников, ему принадлежит помещение №4, площадью 13 кв.м, с КН №.

Решением Зеленоградского районного суда Калининградской области от 03.06.2024 г. с учетом позиции, отраженной в апелляционном определении судебной коллегии по гражданским делам Калининградского областного суда от 23.10.2024 г., установлено, что в помещении ответчика находится инженерное и прочее оборудование, обслуживающее более одного помещения в здании.

Так, в помещении ответчика находятся прибор учета газопотребления, двухконтурный газовый котел, вводный электрический щит, вводно-распределительное устройство, распределительные щиты и оборудование технических средств охраны, которые эксплуатируются управляющей компанией ООО «Биотоп», осуществляющей управление зданием в интересах всех собственников помещений.

Считают, что в силу закона помещение ответчика относится к общему имуществу всех собственников помещений дома и принадлежит им на праве общей долевой собственности, однако, в Едином государственном реестре недвижимости зарегистрировано право собственности ответчика, что нарушает права и законные интересы остальных собственников, что явилось основанием для обращения в суд с настоящим иском.

С учетом уточнения исковых требований просят:

- признать право общей долевой собственности на нежилое помещение №4, площадью 13 кв.м, с кадастровым номером № по адресу: 

<

адрес>

- признать отсутствующим право собственности ФИО11 на нежилое помещение №4, площадью 13 кв.м, с кадастровым номером № по адресу: 

<

адрес>

Судом первой инстанции 07 августа 2025 г. принято решение, которым исковые требования ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9 и ФИО10 оставлены без удовлетворения.

Отменены меры по обеспечению иска в виде запрета Управлению Росреестра по Калининградской области на совершение регистрационных действий в отношении нежилого помещения №4 площадью 13 кв.м и с кадастровым номером № по адресу: 

<

адрес>

В апелляционной жалобе ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9 и ФИО10 просят решение суда отменить. Указывают на то, что суд неправильно установил имеющие значение для дела обстоятельства, дал неправильную оценку представленным доказательствам, неправильно применил нормы материального и процессуального права, в связи с чем, пришел к неправильным выводам.

В целом повторяют доводы иска, на них настаивают. Ссылаются на то, что на момент заключения сделки по приобретению ответчиком спорного нежилого помещения оно относилось к общему имуществу собственников помещений дома, в связи с чем у застройщика ООО «Марк-Торг» отсутствовали полномочия по распоряжению данным имуществом, следовательно, заключенный между ними договор купли-продажи является ничтожным в силу закона.

Обращают внимание, что наличие или отсутствие со стороны ответчика препятствий к доступу в спорное нежилое помещение не относится к юридически значимым по данному делу обстоятельствам. К таким обстоятельствам относится наличие зарегистрированного права ответчика на спорное нежилое помещение в отсутствие для этого законных оснований, на что указано в качестве основания иска.

Ссылаются также на необоснованность выводов суда о пропуске ими срока исковой давности, поскольку о нарушенном праве, а именно - о регистрации права собственности ответчика на спорное нежилое помещение они узнали только при рассмотрении другого гражданского дела в 2024 г. Ранее, исходя из назначения спорного помещения и его эксплуатации управляющей организацией для обслуживания всего здания, были уверены в том, что помещение относится к общему имуществу.

В судебное заседание истцы и другие участвующие в деле лица не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом. Стороны обеспечили участие в деле своих представителей. Ходатайств об отложении судебного заседания никем из участвующих в деле лиц не заявлено, о невозможности явиться в судебное заседание по объективным причинам не сообщалось. При изложенных обстоятельствах, с учетом положений ст. 167 и ст. 327 ГПК РФ судебная коллегия пришла к выводу о возможности рассмотреть дело в отсутствие неявившихся участников процесса.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность решения суда в соответствии с требованиями ч.1 ст. 327.1 ГПК РФ – с учетом доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно части 7 статьи 1 Федерального закона от 13 июля 2015 года N 218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости" (далее - Федеральный закон от 13 июля 2015 года N 218-ФЗ) государственный кадастровый учет недвижимого имущества представляет собой внесение в Единый государственный реестр недвижимости (ЕГРН) сведений о земельных участках, зданиях, сооружениях, помещениях, машино-местах, об объектах незавершенного строительства, о единых недвижимых комплексах, а в случаях, установленных федеральным законом, и об иных объектах, которые прочно связаны с землей, то есть перемещение которых без несоразмерного ущерба их назначению невозможно, которые подтверждают существование такого объекта недвижимости с характеристиками, позволяющими определить его в качестве индивидуально определенной вещи, или подтверждают прекращение его существования, а также иных предусмотренных данным Законом сведений об объектах недвижимости.

Исходя из положений частей 1, 2 статьи 14 Федерального закона от 13 июля 2015 года N 218-ФЗ, государственный кадастровый учет и (или) государственная регистрация прав осуществляются на основании заявления и необходимых документов.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела – истцы являются собственниками нежилых помещений в здании по адресу: 

<

адрес> ФИО2 – помещения с КН №, ФИО3 – помещения с КН №, ФИО4 – помещения с КН №, ФИО5 – помещения с КН №, ФИО6 – помещения с КН №, ФИО7 – помещения с КН №, ФИО8 – помещения с КН №, ФИО9 – помещения с КН №, ФИО10 – помещения с КН №.

Обслуживание общего имущества указанного здания осуществляет ООО «Кранц-Комфорт».

Установлено, что застройщику указанного здания ООО «Марк-Торг» администрацией муниципального образования «Зеленоградское городское поселение» 17.10.2011 г. выдано разрешение на ввод в эксплуатацию многоуровневой гостиницы квартирного типа по адресу: 

<

адрес>.

На данный объект недвижимости - многоуровневую гостиницу квартирного типа по адресу: 

<

адрес>, общей площадью 2770, 8 кв.м., этажность -7, 27.02.2012 г. зарегистрировано право собственности ООО «Марк-Торг».

Собранием учредителей ООО «Марк-Торг» (М.С. и С.В.) 12.12.2012 г. принято решение о разделении гостиницы квартирного типа на части нежилых помещений: 24 апартамента, нежилое помещение №25 общей площадью 216 кв.м, а также нежилые помещения общего пользования (за исключением помещений кафе) площадью 475,5 кв.м

Спорное помещение при разделе вошло в состав помещения №25.

ФИО11 на основании заключенного 15.07.2014 г. с ООО «Мак-торг» договора купли-продажи приобрел в собственность нежилое помещение, общей площадью 216 кв.м, расположенное на 1 этаже дома 

<

адрес> с КН №.

В соответствии с названным договором ФИО11 приобрел в собственность все помещения первого этажа указанного здания.

В 2022 г. на основании решения собственника ФИО11 произведен раздел приобретенного нежилого помещения на несколько помещений, каждому из которых присвоены соответствующие кадастровые номера.

Из приобретенного помещения, в том числе, образовано спорное нежилое помещение, площадью 13 кв.м с КН №, право собственности ФИО11 на которое зарегистрировано в установленном порядке 13.12.2022 г.

Указанное нежилое помещение было предоставлено ФИО11 в безвозмездное пользование управляющей организации ООО «БИОТОП».

В указанном нежилом помещении № 4 находится инженерное оборудование, обслуживающее более одного помещения в здании: прибор учета газопотребления, двухконтурный газовый котел, который обеспечивает теплом и горячей водой все помещения первого этажа здания, а также помещения общего пользования холлов и коридоров 1 этажа. В помещении также смонтирован вводный электрический щит, вводно-распределительное устройство, распределительные щиты, предназначенные для нежилых помещений всего здания, а также блок-секции, расположенной рядом с гостиницей.

Кроме того, в помещении № 4 смонтировано оборудование технических средств охраны - ППКОП «Аргон», принадлежащее ФГКУ «Управление вневедоственной охраны войск национальной гвардии РФ по Калининградской области» для круглосуточной охраны, в соответствии с договором от 04.04.2024.

Спорное нежилое помещение имеет признаки общего имущества собственников помещений в здании.

Однако, отсутствуют данные о том, что ФИО11 чинились препятствия в обслуживании инженерных коммуникаций здания. Напротив, такие препятствия в пользовании спорным помещением чинились ФИО11 со стороны управляющей организации ООО «БИОТОП».

Данные обстоятельства установлены вступившим в законную силу решением Зеленоградского районного суда от 03.06.2024 г. по гражданскому делу по иску М.С. к ФИО11 о признании помещений общим имуществом собственников помещений в здании, признании права собственности отсутствующим.

Истцы были привлечены к участию в указанном деле в качестве третьих лиц, однако самостоятельных требований по предмету спора в рамках указанного дела не заявляли.

Обращаясь в суд с указанными самостоятельными требованиями, истцы указали, что в спорном помещении находится инженерное и прочее оборудование, обслуживающее более одного помещения в здании, которые эксплуатируются управляющей компанией, осуществляющей управление зданием в интересах всех собственников помещений; в силу закона данное помещением относится к общему имуществу всех собственников помещений здания и принадлежит им на праве общей долевой собственности.

Наличие зарегистрированного в Едином государственном реестре недвижимости права собственности ответчика на указанное помещение нарушает их права и законные интересы.

В качестве нового обстоятельства, которое не учитывалось судебными инстанциями при рассмотрении ранее указанного выше спора истцы указали на то, что общим собранием собственников от 21.07.2025 г. принято решение о признании спорного помещения общим имуществом собственников апартаментов, расположенных в указанном здании, и о признании права собственности ФИО11 на данное помещение отсутствующим.

Разрешая заявленные истцами требования и отказывая в их удовлетворении, суд первой инстанции исходил из того, что спорное помещение ни по завершении строительства, ни после этого не входило в состав общего имущества, было отчуждено ФИО11 по договору от 15.07.2014 г. в составе помещения с КН №. Истцами пропущен срок исковой давности по заявленным требованиям, поскольку истцы ФИО2, ФИО3 ФИО4 ФИО5, ФИО8 ФИО9 и ФИО10 приобрели в собственность помещения в указанном здании в 2012-2013 г.г., ФИО6 – 23.12.2020 г., ФИО7 – 28.10.2020 г., участвовали в содержании здания и не были лишены возможности своевременно получить сведения о составе общего имущества здания, тогда как с настоящим иском обратились в суд 05.12.2024 г.

Так же суд указал, что принятое на общем собрании 21.07.2025 г. решение о признании спорного помещения общим имуществом собственников апартаментов, расположенных в указанном здании, и о признании права собственности ФИО11 на данное помещение отсутствующим является ничтожным, как принятое по вопросу, не относящемуся к компетенции общего собрания собственников здания.

Выводы суда первой инстанции об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований судебная коллегия находит обоснованными, поскольку они основаны на фактических обстоятельствах правильной оценке доказательств, правильном применении приведенных правовых норм.

В соответствии со статьей 219 ГК РФ - право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Согласно п. 1 ст. 235 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности прекращается, в том числе в случае гибели или уничтожения имущества.

Принудительное изъятие у собственника имущества не допускается, кроме случаев, предусмотренных положениями данной нормы (п. 2 названной статьи).

Таким образом, основанием прекращения права собственности на вещь являются, в том числе, объективные причины - гибель или уничтожение имущества, наступающие независимо от воли собственника.

Согласно пункту 1 статьи 130 ГК РФ к недвижимым вещам (недвижимое имущество, недвижимость) относятся земельные участки, участки недр и все, что прочно связано с землей, то есть объекты, перемещение которых без несоразмерного ущерба их назначению невозможно, в том числе здания, сооружения, объекты незавершенного строительства.

В силу статьи 131 ГК РФ государственной регистрации подлежат права на недвижимое имущество.

Из указанных положений гражданского законодательства следует, что право собственности (право хозяйственного ведения и оперативного управления) может быть зарегистрировано в ЕГРН лишь в отношении тех вещей, которые, обладая признаками недвижимости, способны выступать в гражданском обороте в качестве отдельных объектов гражданских прав.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1 Федерального закона от 13.07.2015 N 218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости" государственная регистрация прав на недвижимое имущество - юридический акт признания и подтверждения возникновения, изменения, перехода, прекращения права определенного лица на недвижимое имущество или ограничения такого права и обременения недвижимого имущества.

Государственная регистрация права в Едином государственном реестре недвижимости является единственным доказательством существования зарегистрированного права. Зарегистрированное в Едином государственном реестре недвижимости право на недвижимое имущество может быть оспорено только в судебном порядке (пункт 5 статьи 1 указанного Закона).

В пунктах 3 и 52 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 22 от 29.04.2010 г. "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" разъяснено, что к искам о правах на недвижимое имущество относятся, в частности, иски об истребовании имущества из чужого незаконного владения, об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, о признании права, об установлении сервитута, об установлении границ земельного участка, об освобождении имущества от ареста. Оспаривание зарегистрированного права на недвижимое имущество осуществляется путем предъявления исков, решения по которым являются основанием для внесения записи в ЕГРП. В частности, если в резолютивной части судебного акта решен вопрос о наличии или отсутствии права, о применении последствий недействительности сделки в виде возврата недвижимого имущества одной из сторон сделки, то такие решения являются основанием для внесения записи в ЕГРП.

В случаях, когда запись в ЕГРП нарушает право истца, которое не может быть защищено путем признания права или истребования имущества из чужого незаконного владения (в том числе, если право собственности на один и тот же объект недвижимости зарегистрировано за разными лицами), оспаривание зарегистрированного права или обременения может быть осуществлено путем предъявления иска о признании права или обременения отсутствующими (абзац 4 пункта 52 постановления от 29.04.2010 г. N 10/22).

По смыслу изложенных разъяснений признание права отсутствующим является исключительным способом оспаривания зарегистрированного вещного права (обременения), и его применение возможно при условии исчерпания иных способов защиты (признание права, виндикация) и установленного факта нарушения прав и законных интересов заинтересованного лица.

При этом иск о признании отсутствующим права относится к числу исков об оспаривании права, ввиду чего полномочиями заявлять такой иск обладает лицо, которое докажет факт восстановления его нарушенных прав в результате удовлетворения такого иска.

Однако, таких обстоятельств в ходе судебного разбирательства не установлено.

Решение суда от 03.06.2024 г. по гражданскому делу по иску М.С. к ФИО11 о признании помещений общим имуществом собственников помещений в здании, признании права собственности отсутствующим, в котором принимали участие истцы; вступило в законную силу, в связи с чем, установленные данным решением обстоятельства, в силу ч.2 ст.61 ГПК РФ, обязательны для суда при разрешении настоящего спора, не доказываются вновь и не подлежат оспариванию.

Таким образом является установленным, что собственником спорного нежилого помещения ФИО11 является с 2014 г. В данном помещении расположено инженерное оборудование, обслуживающее более одного помещения в здании: прибор учета газопотребления, двухконтурный газовый котел, который обеспечивает теплом и горячей водой все помещения первого этажа здания, а также помещения общего пользования холлов и коридоров 1 этажа. В помещении также смонтирован вводный электрический щит, вводно-распределительное устройство, распределительные щиты, предназначенные для нежилых помещений всего здания, а также блок-секции, расположенной рядом с гостиницей. Также в указанном помещении смонтировано оборудование технических средств охраны - ППКОП «Аргон», принадлежащее ФГКУ «Управление вневедоственной охраны войск национальной гвардии РФ по Калининградской области» для круглосуточной охраны, в соответствии с договором от 04.04.2024 г. На самостоятельный кадастровый учет в 2022 г. спорное помещение поставлено в результате раздела приобретенного в 2014 г. нежилого помещения.

Указанное нежилое помещение было предоставлено ФИО11 в безвозмездное пользование управляющей организации ООО «БИОТОП».

Разрешая предыдущий спор в отношении спорного помещения, судебные инстанции руководствовались разъяснениями, содержащимися в п. 9 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.07.2009 N 64 "О некоторых вопросах практики рассмотрения споров о правах собственников помещений на общее имущество здания", согласно которым - если общим имуществом владеют собственники помещений в здании (например, владение общими лестницами, коридорами, холлами, доступ к использованию которых имеют собственники помещений в здании), однако право индивидуальной собственности на общее имущество зарегистрировано в реестре за одним лицом, собственники помещений в данном здании вправе требовать признания за собой права общей долевой собственности на общее имущество. Суд рассматривает это требование как аналогичное требованию собственника об устранении всяких нарушений его права, не соединенных с лишением владения (статья 304 ГК РФ).

Между тем, если лицо, на имя которого в реестр внесена запись о праве индивидуальной собственности на помещение, относящееся к общему имуществу, владеет таким помещением, лишая других собственников доступа в это помещение, собственники иных помещений в данном здании вправе обратиться в суд с иском об истребовании имущества из чужого незаконного владения (статья 301 ГК РФ), соединив его с требованием о признании права общей долевой собственности. На такие требования распространяется общий срок исковой давности (статья 196 ГК РФ).

Данные разъяснения подлежат применению и при разрешении настоящего спора.

С учетом приведенных разъяснений Верховного Суда Российской Федерации доводы жалобы истцов о том, что наличие или отсутствие со стороны ответчика препятствий к доступу в спорное нежилое помещение не относится к юридически значимым по данному делу обстоятельствам, являются несостоятельными.

По ранее рассмотренному спору судом установлено, что ФИО11 не препятствовал в пользовании спорным помещением, в том числе расположенным в нем оборудованием, ни истцам, ни другим собственникам указанного здания. Напротив, препятствование доступу в данное помещение ФИО11 чинилось со стороны бывшей управляющей компании.

В настоящее время обслуживающей общее имущество здания организацией является ООО «Кранц-Комфорт», позиция данного общества, участвующего в деле, сводится к тому, что обслуживающая организация поддерживает позицию истцов. Однако, ссылаясь на наличие создаваемых ФИО11 препятствий в пользовании спорным имуществом, каких – либо достоверных и допустимых доказательств в подтверждение данного обстоятельства как ООО «Кранц-Комфорт», так и истцами, в материалы дела не представлено.

С учетом отсутствия доказательств того, что в результате действий собственника ФИО11 остальные собственники лишены доступа в спорное помещение, оснований для признания права собственности ФИО11 на данное помещение отсутствующим и для признания права общей долевой собственности на данное помещение не имеется.

Признаков злоупотребления правом, недобросовестности в действиях ответчика, на что ссылались истцы, по делу не усматривается.

Принятое на общем собрании собственников 21.07.2025 г. решение о признании права собственности ФИО11 на спорное нежилое помещение отсутствующим о наличии оснований для удовлетворения иска не свидетельствует.

Как верно указал суд первой инстанции – принятие такого решения к компетенции общего собрания собственников здания не относится, в связи с чем является ничтожным.

Согласно пункту 2 статьи 181.1 Гражданского кодекса Российской Федерации решение собрания, с которым закон связывает гражданско-правовые последствия, порождает правовые последствия, на которые решение собрания направлено, для всех лиц, имевших право участвовать в данном собрании (участников юридического лица, сособственников, кредиторов при банкротстве и других - участников гражданско-правового сообщества), а также для иных лиц, если это установлено законом или вытекает из существа отношений.

В пункте 103 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что под решениями собраний понимаются решения гражданско-правового сообщества, т.е. определенной группы лиц, наделенной полномочиями принимать на собраниях решения, с которыми закон связывает гражданско-правовые последствия, обязательные для всех лиц, имевших право участвовать в таком собрании, а также для иных лиц, если это установлено законом или вытекает из существа отношений.

Из приведенных правовых норм и разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что одним из обязательных условий признания решения собрания основанием возникновения, изменения или прекращения гражданских прав и обязанностей является наличие в законе указания на гражданско-правовые последствия, обязательные для всех управомоченных на участие в таком собрании лиц.

Вместе с тем, принятие решений о признании отсутствующим зарегистрированного права собственности других лиц не относится к компетенции общего собрания собственников, разрешение данного вопроса отнесено законом только к полномочиям суда.

В связи с отсутствием у собственников помещений дома права на включение вопроса о признании отсутствующим права собственности ФИО11 на спорное нежилое помещение в повестку общего собрания, а также на принятие решения по данному вопросу, в соответствии с п.3 ст.181.5 Гражданского кодекса Российской Федерации, принятое на общем собрании решение за пределами компетенции является ничтожным и не влечет никаких правовых последствий.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о пропуске истцами срока исковой давности по заявленным требованиям, о чем было заявлено стороной ответчика ФИО11

Согласно ст. 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Подлежащий применению в данном споре общий срок исковой давности в соответствии с ч.1 ст. 196 ГК РФ составляет три года со дня, определяемого в соответствии со ст. 200 данного Кодекса, согласно которой - если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Спорное нежилое помещение изначально с июля 2014 г. входило в состав помещения, собственником которого с указанного времени являлся ФИО11 на основании договора купли-продажи нежилых помещений от 15.07.2014 г., в состав общего имущества с 2014 г. спорное помещение не входило.

Истцы приобрели в собственность помещения в указанном здании в период с 2012 г. по 2020 г., на момент приобретения каждым из истцов прав на отдельные помещения ФИО11 длительное время являлся собственником спорного помещения, на момент приобретения истцами помещений спорное помещение не входило в состав общего имущества; однако требования о признании права собственности ФИО11 отсутствующим и признании права общей долевой собственности на данное помещение заявлено истцами только в декабре 2024 г., что указывает на пропуск истцами срока исковой давности для предъявления указанных требований.

Раздел нежилого помещения, принадлежащего ответчику с 2014 г., на отдельные помещения, в том числе спорное, и их постановка на самостоятельный кадастровый учет, о необходимости исчисления срока исковой давности с момента постановки нежилого помещения на кадастровый учет как самостоятельного объекта - в 2022 г. не свидетельствует, поскольку право собственности на данное помещение принадлежало ответчику с 2014 г.

Отсутствуют основания для исчисления срока исковой давности и с момента привлечения истцов к участию в ранее рассмотренном деле – в 2024 г.

При обращении в суд с настоящим иском истцы пропустили срок исковой давности, поскольку, проявляя должную заинтересованность в реализации своих прав, не совершали действий в отношении спорного помещения, при этом, действуя разумно, добросовестно, при должной осмотрительности, имели возможность проверить юридическую судьбу имущества, информация о котором является общедоступной.

Доказательств уважительности причин пропуска срока истцы не представили, ошибочно настаивая на том, что данный срок не пропущен.

При таких обстоятельствах суд правомерно пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований.

Руководствуясь положениями ст. 144 ГПК РФ, с учетом принятия решения об отказе в иске, суд также правомерно пришел к выводу о наличии оснований для отмены принятых обеспечительных мер в виде запрета Управлению Росреестра по Калининградской области совершать регистрационные действия в отношении спорного нежилого помещения.

Таким образом, судом первой инстанции при рассмотрении дела правильно определены юридически значимые обстоятельства, применены нормы материального права, регулирующие спорные отношения, нарушения норм процессуального закона не допущено, в связи с чем оснований для отмены решения суда, предусмотренных ст.330 ГПК РФ, не имеется.

В соответствии со ст.327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе.

В апелляционной жалобе не приведено обстоятельств, которые указывали бы на наличие оснований к отмене решения суда в апелляционном порядке. Доводы жалобы не содержат фактов, которые не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем являются несостоятельными и не могут служить основанием для отмены обжалуемого решения суда.

С учетом изложенного, судебная коллегия не находит оснований для отмены обжалуемого решения суда и удовлетворения апелляционной жалобы.

Руководствуясь ст.ст.328-329 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Зеленоградского районного суда Калининградской области от 07 августа 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Апелляционное определение составлено в окончательной форме 19 декабря 2025 года.

Председательствующий

Судьи