Гражданское дело № 2-70/2024

24RS0015-01-2023-000605-08

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

20 февраля 2024 года с.Ермаковское

Красноярского края

Ермаковский районный суд Красноярского края в составе: 

председательствующего судьи Хасаншиной А.Н.,

с участием помощника прокурора Ермаковского района Красноярского края Кудренко А.П.,

при секретаре Голевой У.П., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Краевому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Ермаковская районная больница» о взыскании компенсации морального вреда, 

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с иском, в котором просит взыскать с КГБУЗ «Ермаковская районная больница» компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 рублей.

Требования мотивированы тем, что он является родным братом ФИО12 которому КГБУЗ «Ермаковская районная больница» проведена операция по удалению аппендицита, однако состояние брата ухудшилось и он был направлен в Красноярскую краевую клиническую больницу, где ДД.ММ.ГГГГ скончался по причине: 

<

данные изъяты>. В соответствии с заключением комиссионной экспертизы имеющаяся у ФИО13 

<

данные изъяты> не была своевременно диагностирована с использованием методов из-за особенностей развившегося осложнения, представляющего собой прикрытую перфорацию, в таком варианте развития осложнения достоверная диагностика перфорации полого органа возможна, как правило, только методом компьютерной томографии. Соответственно, релапаротомия от ДД.ММ.ГГГГ г. (в объеме 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты>) ФИО14 по поводу развившегося послеоперационного осложнения выполнена несвоевременно, только на этапе развития разлитого гнойного перитонита в силу объективных причин. Перевод в краевое лечебное учреждение более высокого уровня был обоснован тяжестью хирургической патологии. У больного с парезом кишечника, на этапе лечения в КГБУЗ “Ермаковская РБ” не использован показанный в таких случаях рентген-контрастный метод исследования пассажа бария по кишечнику, что могла определить более ранние сроки выполнения релапаротомии. В ходе лечения больного ФИО15 в КГБУЗ “Ермаковская РБ” были допущены недостатки в оказании медицинской помощи, медицинская помощь оказана несвоевременно. Таким образом, истец считает, что в результате бездействия ответчика наступила смерть ФИО16 В связи с утратой родного брата, истец испытывает нравственные страдания и переживания, выразившиеся в длительных переживаниях, беспокойстве, стрессовом состоянии, а также нарушение психического благополучения, которые истец расценивает, как утрату близкого человека с компенсацией морального вреда в размере 1 000 000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1, его представитель ФИО2 исковые требования поддержали в полном объеме по основаниям изложенным в иске.

Представитель ответчика КГБУЗ «Ермаковская РБ» в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежаще и своевременно, доказательств, подтверждающих уважительность причины неявки, суду не представил.

В судебном заседании третье лицо, не заявляющие самостоятельных требований на предмет спора, ФИО3 полагала требования истца подлежащими удовлетворению.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований на предмет спора, ФИО4, ФИО5, представители Территориального органа Росздравнадзора по Красноярскому краю, Территориального фонда обязательного медицинского страхования Красноярского края, Министерства здравоохранения Красноярского края, ООО «СК «Ингосстрах-М», КГБУЗ ККБ в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежаще и своевременно.

Выслушав лиц, участвующих в деле, участвующего в деле прокурора, полагавшего, что исковые требования ФИО1 подлежат частичному удовлетворению, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам. 

Согласно ст. 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» к основным принципам охраны здоровья относится, в том числе, соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Пунктом 21 ст. 2 данного закона определено, что качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи (ч. 2 ст. 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Таким образом, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих, как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Согласно п. 1 ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 ГК РФ).

В силу п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 ГК РФ) и ст. 151 ГК РФ.

Согласно п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (п. 2 ст. 1064 ГК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 1 Постановления Пленума ВС РФ от 15.11.2022 г. №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, право на охрану здоровья и медицинскую помощь и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда (п. 14 Постановления Пленума).

При разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статьей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав (п. 25 Постановления Пленума).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 48 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан Российской Федерации").

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

В соответствии с п. 49 Постановления Пленума ВС РФ от 15.11.2022 г. №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанных случаях может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи.

Из материалов дела следует, что ФИО1 является родным братом ФИО17 /л.д.6,7/.

ДД.ММ.ГГГГ г. ФИО18 поступил в КГБУЗ «Ермаковская районная больница» с диагнозом: «Острый аппендицит», хирургом ФИО4 в экстренном порядке проведена операция 

<

данные изъяты>.DS: 

<

данные изъяты>.

В послеоперационном периоде у пациента наблюдались явления кишечной паралитической непроходимости с явлениями ОПН. Несмотря на проводимую терапию явления пареза тонкой кишки сохранились, в связи с чем ДД.ММ.ГГГГ г. проведена операция: 

<

данные изъяты>. В послеоперационном периоде у пациента развилось СПОН. Состояние тяжелое, пациент подключен к ИВЛ. После консультации с хирургом и зав.РАО КККБ №1, рекомендован перевод в КККБ №1 для дальнейшего лечения.

Согласно медицинскому свидетельству о смерти серии № №№ от ДД.ММ.ГГГГ г., смерть ФИО20 наступила по причине заболевания: 

<

данные изъяты> /л.д.74-75/.

Постановлением следователя СО МО МВД России «Шушенский» от 12 апреля 2020 г., в рамках проведения проверки КУСП №№ от 13.03.2020 в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО4 отказано в связи с отсутствием в его действиях состава преступления, предусмотренного 

<

данные изъяты> УК РФ.

В соответствии с заключением комиссионной судебно-медицинской экспертизы КГБУЗ ККБСМЭ № № от 17.08.2021 г., проведённой в рамках доследственной проверки, причиной смерти ФИО21 явилась: 

<

данные изъяты>. 

Медицинская помощь ФИО22 по выставленному диагнозу на начальном этапе стационарного лечения оказана правильно, своевременно, в соответствии с клиническими рекомендациями («Алгоритмы диагностики и лечения острых хирургических заболеваний органов брюшной полости в медицинских учреждениях Красноярского края», методические рекомендации, г. Красноярск-2009 г. с.4-8). Оперативное вмешательство выполнено по медицинским показаниям, своевременно, технически правильно. Диагноз подтвержден результатами морфологического исследования. В динамике послеоперационного периода своевременно, уже на 2 сутки диагностирован развивающийся послеоперационный парез кишечника. Имеющаяся у больного 

<

данные изъяты> не была своевременно диагностирована. 

<

данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ. выполнена несвоевременно.

Также экспертами отмечено, что у больного 

<

данные изъяты>, на этапе лечения в КГБУЗ «Ермаковская РБ» не использован показанный в таких случаях рентгтен-контрастный метод исследования пассажа бария по кишечнику, что могло определить более ранние сроки выполнения 

<

данные изъяты>. Резвившееся у больного осложнение в виде 

<

данные изъяты> исходно определило развитие 

<

данные изъяты>, и такой вариант течения заболевания (

<

данные изъяты>), при котором 

<

данные изъяты>, как правило, выполняется в токсической стадии перитонита или при появлении клиники провыва абцесса в свободную брюшную полость. Это исключает прямую причинную связь несвоевременного выполнения хирургической операции с наступлением смерти больного от 

<

данные изъяты>.

Причиной смерти ФИО23 явилась 

<

данные изъяты>, которая определила такие патоморфологический процессы которые не имеют этиопатогенетической связи с действиями медицинского персонала. Это исключает причинно-следственную связь допущенных недостатков в лечении больного с наступлением смерти больного.

В соответствии с п.24 приказа М3 и СР РФ № 19411 от 24 апреля 2008 года, ухудшение состояния здоровья человека, вызванное характером и тяжестью заболевания, поздними сроками начала лечения, сопутствующей патологией и другими причинами, не рассматривается как причинение вреда здоровью и не подлежит оценке по степени тяжести.

В ходе лечения больного ФИО24 в КГБУЗ «Ермаковская РБ» были допущены следующие недостатки в оказании медицинской помощи: при наличии клиники развивающегося 

<

данные изъяты> не использованы рентген-контрастные методы исследования пассажа бария по кишечнику; стойкий, с течении нескольких дней, парез кишечника следовало рассматривать с позиций кишечной непроходимости, соответственно, неправильная в данном случае клиническая оценка осложнения, исключила использование в более ранние сроки соответствующего алгоритма оказания хирургической помощи; при отрицательных результатах обследования и сохраняющемся парезе кишечника не использованы более информативные методы диагностики возможных осложнений со стороны брюшной полости (КТ, МСКТ). 

Исходя из положений хирургического алгоритма, больному были показаны следующие лечебно-диагностические мероприятия: обязательное полипозиционное рентгенологическое обследование брюшной полости, допустим динамический рентгенологический контроль; показано рентген-контрастное исследование с барием для оценки пассажа бария по кишечнику (задержка контраста свыше 6 часов в желудке и 12 часов в тонкой кишке свидетельствует о нарушении пассажа по кишечному тракту); использование метода УЗИ для диагностики воспалительного инфильтрата, объемных образований; компрессия и промывание желудка, очистительная клизма; инфузионная терапия с целью коррекции водно-электролитных нарушений; введение спазмолитиков, прокинетиков; лабораторная диагностика (OAK, ОАМ, б/х анализ крови, группа крови, резус- фактор, электролиты). Показания к релапаротомии, при таких осложнениях, должны определяться появлением клиники перитонита, симптомов кишечной непроходимости, признаков абсцедирования инфильтрата брюшной полсти. Медицинская помощь ФИО25 в КГБУЗ «Ермаковская РБ» оказана несвоевременно /л.д.38-67/.

При этом, суд принимает во внимание, что стороной ответчика данное заключение не оспаривалось, ходатайств о назначении дополнительной, либо повторной экспертизы не заявлялось, также как ходатайств об истребовании дополнительных доказательств.

В соответствии с актом экспертизы качества медицинской помощи от ДД.ММ.ГГГГ г. на этапе круглосуточного стационара в КГБУЗ «Ермаковская РБ» диагноз ФИО26 установлен не в полном объеме. Не диагностирована 

<

данные изъяты>, послужившая причиной развития осложнений. Дренирование брюшной полости при первой операции не адекватное. На второй операции выявлен перетонит.

Нарушения оказания медицинской помощи по коду 3.2.3. – привели к созданию рисков прогрессирования заболевания /л.д.145-148/. 

Исследованные в судебном заседании доказательства с достоверностью подтверждают тот факт, что ФИО27 при оказании медицинской помощи в период его нахождения на лечении в КГБУЗ «Ермаковская РБ» не в полном объеме и несвоевременно проведено диагностическое обследование и выбрана неправильная тактика ведения пациента, несвоевременно проведена повторная операция, в связи, с чем своевременно не установлен правильный диагноз основного заболевания, что способствовало ухудшению состояния его здоровья, прогрессированию заболевания, которое привело к наступлению смерти.

Смерть ФИО28 является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие его членов семьи, в частности, его брата ФИО1, а также неимущественное право на родственные и семейные связи. Утрата брата, безусловно, является тяжелейшим событием в жизни истца, неоспоримо причинившим нравственные страдания, и должно рассматриваться в качестве переживания, влекущего состояние стресса и эмоционального расстройства, препятствующего социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам.

Исходя из вышеизложенного, факт причинения морального вреда истцу не вызывает сомнений, является очевидным и установлению подлежит лишь размер его компенсации.

В судебном заседании установлено, что истец с ФИО1 совместно не проживали, однако проживали в одном населенном пункте, активно участвовали в жизни друг друга, оказывали необходимую помощь, общались, в период нахождения ФИО29 на лечении в КГБУЗ «Ермаковская районная больница» наблюдал ухудшение его состояния.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает требования разумности и справедливости, принимает во внимание характеризующие степень близости истца с братом, их возраст, тесные родственные связи, а также степень вины причинителя вреда, а также вышеуказанные обстоятельства определяющие взаимоотношения между истцом и ФИО30 а также учитывает факт оказания учреждением надлежащей медицинской помощи, исходя из чего, приходит к выводу, что размер компенсации морального вреда подлежит определить в размере 500 000 рублей.

На основании ст. 98 ГПК РФ с ответчика подлежит взысканию судебные издержки по оплате государственной пошлины в размере 300 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к Краевому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Ермаковская районная больница» о взыскании компенсации морального вреда, удовлетворить частично.

Взыскать с Краевого государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Ермаковская районная больница» (ИНН №, ОГРН №) в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца 

<

данные изъяты>, гражданина Российской Федерации, паспорт серии № №№ выдан 

<

данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ, код подразделения № компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей, сумму уплаченной государственной пошлины в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Красноярский краевой суд через Ермаковский районный Красноярского края суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий А.Н. Хасаншина

Мотивированное решение составлено 21 февраля 2024 г.