№ 2-510/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

19 июля 2018 года г.Магнитогорск 

Ленинский районный суд города Магнитогорска Челябинской области в составе:

председательствующего Шапошниковой О.В., 

при секретаре Минцизбаевой Е.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании неосновательного обогащения

У С Т А Н О В И Л :

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 о взыскании неосновательного обогащения, с учетом уточнения исковых требований (л.д.87) просит взыскать с ФИО2 неосновательное обогащение в сумме 338597,50 рублей. В обоснование иска ФИО1 указала, что её матери П на праве собственности принадлежала трехкомнатная квартира по адресу 

<

адрес>. Наследниками после смерти П являлись она, ФИО2 и О, после смерти О наследниками являются ФИО2 и ФИО1 После смерти П, до истечения шести месяцев с момента открытия наследства она выполнила в квартире ремонтные работы, общей стоимостью 677195 рублей. Считает, что в результате ремонтных работ у ФИО2 возникло неосновательное обогащение.

Истец ФИО1 в судебном заседании поддержала заявленные исковые требования, просила удовлетворить исковые требования в полном объеме, не согласна с заключением эксперта, считает, что эксперт необоснованно исключил из стоимости выполненных ремонтных работ работы по установке ламината в комнате, площадью 17,1 кв.м, работы по установке потолков из гипсокартона, по монтажу электропроводки, установке пробкового покрытия, декоративной штукатурки, считает, что исковые требования подлежат удовлетворению в полном объеме.

Представитель истца ФИО3, действующая на основании доверенности от 17.02.2018 года, в судебном заседании поддержала заявленные исковые требования, возражала против определения стоимости неосновательного обогащения на основании заключения эксперта ФИО4, представила письменные возражения (л.д.245 т.2), считает, что стоимость ремонтных работ экспертом определена необоснованно, заявила ходатайство о назначении по делу повторной экспертизы. Считает, что требования истца подлежат удовлетворению с учетом фактической стоимости выполненных работ.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явилась, о дне слушания дела извещена надлежащим образом, направила для участия в деле представителя, ранее в судебных заседаниях исковые требования ФИО1 не признала в полном объеме.

Представитель ФИО2 ФИО5, действующий на основании доверенности от 14.03.2017 года, в судебном заседании исковые требования не признал, поддержал доводы, изложенные в письменных возражениях ( л.д.74, 89, 135 т.1, л.д.1 т.2 ), считает, что ФИО1 представила недостоверные доказательства оплаты проведенного ремонта, стоимость ремонтных работ не подтверждена, документы об оплате являются недопустимыми доказательствами, требования истца, заявленные в иске, не соответствуют выводам судебной экспертизы. Также указывает, что ФИО1 не получила согласие ФИО2 и её законного представителя на проведение ремонтных работ, не представила доказательства необходимости проведения ремонтных работ, считает, что отсутствуют основания, установленные законом, для взыскания неосновательного обогащения. 

Суд, выслушав пояснения сторон, заслушав показания свидетелей, исследовав доказательства, приходит к выводу, что исковые требования ФИО1 подлежат частичному удовлетворению.

При рассмотрении дела судом установлено, в том числе вступившим в законную силу решением Ленинского районного суда г.Магнитогорска от 31 октября 2017 года, что П, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умерла ДД.ММ.ГГГГ. Наследниками по закону после смерти П являются: дочь ФИО1, мать О, внучка ФИО2 по праву представления. Все указанные наследники обратились к нотариусу нотариального округа г.Магнитогорска ФИО6 с заявлениями о принятии наследства.

П при жизни принадлежала трехкомнатная квартира, площадью 61,3 кв.м, с кадастровым номером №, расположенная по адресу 

<

адрес>, на основании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного с О 

Ответчик ФИО2 29.03.2017 года получила свидетельство о праве на наследство на 1/3 долю квартиры, расположенной по адресу 

<

адрес>, зарегистрировала свое право собственности на 1/3 долю указанной квартиры. ФИО1 свидетельство о праве на наследство до настоящего времени не получила. Третий наследник О умерла ДД.ММ.ГГГГ, при жизни свидетельство о праве на наследство после смерти П не получала. Согласно сведениям нотариуса по Красногвардейскому районному нотариальному округу ФИО7 после смерти О заведено наследственное дело, с заявлениями о принятии наследства обратились: внучка ФИО1, правнучка ФИО2 Свидетельства о праве на наследство после смерти О еще не выданы. 

Истец ФИО1 предъявляет требования о взыскании с ФИО2 неосновательного обогащения в размере 1/2 доли стоимости ремонтных работ, выполненных в квартире по адресу 

<

адрес>. 

Согласно ст.1102 Гражданского кодекса РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса. Правила, предусмотренные настоящей главой, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

Решением суда, вступившим в законную силу, по гражданскому делу, в котором участвовали те же стороны установлены следующие обстоятельства: ФИО1 до истечения шестимесячного срока после смерти П, установленного для принятия наследства, произвела ремонтные работы в квартире, ремонтные работы производила в целях обустройства квартиры для своего проживания. 

Также решением суда от 31.10.2017 года установлено, что документы, представленные истцом в подтверждение выполнения и оплаты ремонтных работ являются недостоверными, поскольку данные документы оформлены от имени ООО «УралТорг-М», в отношении которого принято решение об исключении недействующего лица из единого государственного реестра юридических лиц. 

Ответчик ФИО2 при рассмотрении дела оспаривала сам факт выполнения ремонтных работ истцом ФИО1 за свой счет в период после смерти П, то есть после ДД.ММ.ГГГГ. Суд полагает, что обстоятельства выполнения работ именно после смерти П, имеют юридическое значение для разрешения спора.

В целях установления юридически значимых обстоятельств для разрешения требований ФИО1, судом по ходатайству истца была назначена строительно-техническая экспертиза, на разрешение которой были поставлены следующие вопросы: какова рыночная стоимость неотделимых улучшений, произведенных в квартире, расположенной по адресу 

<

адрес>, в период с августа 2016 года по январь 2017 года? Изменилась ли действительная рыночная стоимость квартиры, расположенной по адресу 

<

адрес>, в результате выполненных ремонтных работ, если изменилась, то на сколько?

Заключением эксперта ФИО4 от 20 июня 2018 года (л.д.154 т.1) определена стоимость работ и материалов, фактически использованных при проведении работ (неотделимых улучшений) в период с августа 2016 года по январь 2017 года в размере 75457 рублей 77 копеек. Также из заключения эксперта следует, что произведенные работы в квартире по адресу 

<

адрес> не влияют на размер действительной рыночной стоимости спорного имущества.

В заключении экспертизы эксперт ФИО4 указала, что с учетом признаков физического износа материалов, в ведомость выполненных работ и материалов с августа 2016 года по январь 2017 года включены работы по устройству натяжных потолков в квартире, по облицовке стен кухни, устройству потолков, стен, панелей, замена трубопроводов в санузле, по установке входной двери (л.д.185 т1).

В силу ст.67,86 ГПК РФ суд оценивает заключение экспертизы в совокупности со всеми другими представленными доказательствами.

Суд не находит оснований для сомнения в выводах эксперта, учитывает, что экспертное заключения выполнено на основании осмотра и детального исследования объекта экспертизы, исследования всех материалов гражданского дела, заключение ФИО4 выполнено в соответствии со всеми требованиями законодательства в области экспертной и оценочной деятельности, в заключении отражены методы проведения и нормативное обоснование сделанных выводов, эксперт предупреждена об уголовной ответственности по ст.307 УК РФ.

Суд принимает во внимание, что выводы заключения были подтверждены и подробно обоснованы экспертом ФИО4 в судебном заседании, эксперт пояснила, что исключение части работ, фактически представленных к осмотру, обусловлено тем обстоятельством, что накопленный физический износ представленных к осмотру материалов существенно превышает нормативный износ, характерный для данного срока эксплуатации, на части элементов отделки накопленный физический износ превышает значение 15-20%, характерное для указанного в иске срока полезного использования, кроме того, на отдельных элементах отделки четко видны места ранее установленной мебели, элементы загрязнения и использования, имеют видимые существующие дефекты.

Также суд учитывает, что выводы эксперта согласуются со всеми другими представленными по делу доказательствами, в том числе фотоматериалами, протоколом выездного судебного заседания, проведенного по гражданскому делу №2-570/2017, из которых следует, что отделка квартиры по адресу 

<

адрес> имеет значительные следы износа, в связи с чем имеются основания полагать, что часть ремонтных работ в спорной квартире была выполнена при жизни наследодателя П, квартира в том состоянии, котором она находилась на 01.07.2016 года, вошла в наследственную массу после смерти П, стоимость ремонтных работ, выполненных до момента смерти наследодателя не может быть взыскана с ФИО2 в качестве неосновательного обогащения.

Суд учитывает, что в ходе рассмотрения дела достоверно установлено то обстоятельство, что истец ФИО1 предъявляла требования о возмещении стоимости ремонтных работ, которые заведомо имели место ранее даты смерти П, предоставляла недостоверные доказательства. В частности истец просила взыскать с ФИО2 стоимость пластиковых окон, которые, как установлено в ходе рассмотрения дела, в том числе заключением эксперта, фотоматериалами из общедоступных источников (л.д.178-180 т.1) были установлены в жилом помещении еще в 2012 году. При таких обстоятельствах у суда имеются объективные основания сомневаться в достоверности пояснений истца относительно объема ремонтных работ, выполненных за счет её денежных средств, в достоверности возражений ФИО1 в отношении заключения эксперта.

Суд полагает необоснованными доводы истца и её представителя о необходимости учета при определении размера неосновательного обогащения работ по установке пробкового покрытия, декоративной штукатурки, потолков из гипсокартона, учитывая, что факт выполнения данных работ ранее 01.07.2016 года установлен и обоснован. В частности из фотоматериалов осмотра в ходе проведения экспертизы следует, что покрытие пола из пробки имеет явные следы ранее установленной мебели, потолки из гипсокартона, отделка стен имеют явные следы загрязнений, длительного использования. Суд считает обоснованным вывод эксперта в части не включения в стоимость ремонтных работ стоимости сантехнического оборудования, учитывая, что помимо установленных экспертом обстоятельств установки данного сантехнического оборудования ранее выполнения отделочных работ в санузле спорной квартиры, суд считает, что указанное оборудование не может быть отнесено к неотделимым улучшениям, сантехническое оборудование может быть демонтировано без нарушения его целостности.

Учитывая изложенное, судом отказано в удовлетворении ходатайства ФИО1 и её представителя о назначении по делу повторной экспертизы в соответствии с ч.2 ст.87 ГПК РФ, учитывая, что суду не представлено доводов и доказательств, дающих основание сомневаться в правильности и обоснованности заключения эксперта.

Вместе с тем, суд считает возможным включить в состав затрат по ремонтным работам в квартире по адресу 

<

адрес>, затраты на установку покрытия из ламината в комнате, площадью 17,1 кв.м, исходя из отчета о рыночной стоимости ремонтных работ, выполненного оценщиком ФИО8 (л.д.10, 32,39 т.2), учитывая, что истцом ФИО1 после опроса эксперта в судебном заседании представлены на обозрение материалы для производства данного вида работ, не имеющие признаков износа, при этом эксперт ФИО4 также пояснила суду, что покрытие из ламината в комнате, площадью 17,1 кв.м, имеет значительно меньшую степень износа, чем покрытие пола в других помещениях квартиры.

Таким образом, суд определяет стоимость ремонтных работ, выполненных ФИО1 за счет своих средств в период с момента открытия наследства после смерти П до момента оформления ФИО2 своих наследственных прав размере 104324,77 рублей, исходя из следующего расчета: 75457,77 рублей (стоимость работ и материалов фактически использованных истцом) + 6275,7 рублей + 3129,3 рублей +7011 рублей( стоимость работ установке покрытия из ламината) +12451 рублей (стоимость ламината).

Суд считает, что являются обоснованными требования ФИО1 о взыскании неосновательного обогащения с ФИО2, исходя из доли ответчика в квартире по адресу 

<

адрес>, полученной в порядке наследования после смерти П и О, а именно в размере 1/2 доли. ФИО2 до настоящего времени не получила свидетельство о праве на наследство по закону после смерти О, на зарегистрировала право собственности на 1/6 долю квартиры, однако в установленном законом порядке наследство приняла, доля в праве собственности на квартиру принадлежит ФИО2 в силу положений п.4 ст.1152 Гражданского кодекса РФ.

Суд полагает необоснованными доводы ФИО2 и её представителя об отсутствии согласия ответчика и её законного представителя на проведение ремонтных работ, полагает, что данное обстоятельство не имеет юридического значения, учитывая, что сам факт выполнения в квартире ремонтных работ установлен при рассмотрении дела, в результате выполненных работ произошло улучшение состояния квартиры, со стороны ФИО2 имеет место неосновательное обогащение, которое подлежит возмещению ФИО1 в соответствии с требованиями ст.1102 Гражданского кодекса РФ независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения самого потерпевшего.

Учитывая изложенное, суд считает, что с ФИО2 в пользу ФИО1 подлежит взысканию неосновательное обогащение в размере 52162,28 (104324,77:2) рублей.

В силу ст.98 ГПК РФ подлежат взысканию с ответчика ФИО2 в пользу ФИО1 расходы на оплату государственной пошлины в сумме 1764,86 рублей, пропорционально размеру удовлетворенных требований. 

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ суд,

РЕШИЛ:

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 неосновательное обогащение 52162,28 рублей, в возмещение расходов по оплате госпошлины 1764,86 рубля, в удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 – отказать. 

На решение суда может быть подана апелляционная жалоба в Челябинский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме, путем подачи жалобы через Ленинский районный суд г.Магнитогорска.

Председательствующий: