№ 2-157/2026

УИД 03RS0004-01-2025-009153-93

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

с. Стерлибашево 11 марта 2026 г.

Стерлибашевский межрайонный суд Республики Башкортостан в составе председательствующего судьи Баскаковой Т.В.,

при секретаре судебного заседания Ахметшиной Р.Я.,

с участием представителя истца прокурора 

<

адрес> Республики Башкортостан ФИО6,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску прокурора 

<

адрес>, действующего в интересах несовершеннолетней ФИО1, к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

прокурор 

<

адрес>, действуя в интересах несовершеннолетней ФИО1, обратился в суд с исковым заявлением к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда.

Заявленные требования мотивированы тем, что в прокуратуру 

<

адрес> поступило обращение ФИО11, законного представителя несовершеннолетней ФИО1, об оказании содействия во взыскании морального вреда с ФИО2

В ходе проверки установлено, что приговором Ленинского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 135 Уголовного кодекса Российской Федерации.

ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 16:00 до 16:14 ФИО2, находясь недалеко от 

<

адрес>, совершил в отношении несовершеннолетней ФИО1 развратные действия без применения насилия, а именно 

<

данные изъяты> несовершеннолетней ФИО1, после чего стал трогать руками в области половых органов и ягодиц потерпевшей. ФИО1, испугавшись действий ФИО2, закричала, спугнув таким образом ФИО2, который впоследствии скрылся с места преступления.

В результате умышленных действий ответчика потерпевшей были причинены моральный вред и нравственные страдания, в связи с чем она испытывала страх за свою жизнь, постоянную тревожность и проходила обследование у психолога.

Приводя данные обстоятельства, прокурор, уточнив исковые требования, просит суд взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 150000 руб.

В судебном заседании прокурор ФИО6 исковые требования поддержал по изложенным в иске основаниям, просил удовлетворить в полном объёме.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом, уважительности причин неявки суду не представлено.

Суд, в силу статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом мнения участников процесса, находит возможным рассмотрение гражданского дела в отсутствие не явившихся лиц.

Выслушав участника процесса, исследовав и оценив материалы настоящего гражданского дела, проверив юридически значимые обстоятельства по делу, суд приходит к следующему.

Судом установлено и следует из материалов дела, что приговором Ленинского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, с учетом апелляционного определения Воронежского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ, кассационного определения Первого кассационного суда общей юрисдикции от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 

<

данные изъяты> Уголовного кодекса Российской Федерации с назначением ему наказания в виде 

<

данные изъяты>. Уголовное дело в части разрешения гражданского иска прокурора 

<

адрес> в защиту интересов ФИО7 и ФИО1 о компенсации морального вреда передано на новое судебное рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства.

Данным приговором суда установлено, что ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 16:00 до 16:14 ФИО2, находясь недалеко от 

<

адрес>, совершил в отношении несовершеннолетней ФИО1 развратные действия без применения насилия, которые выразились в том, что 

<

данные изъяты> ФИО1, 

<

данные изъяты>. ФИО1, испугавшись действий ФИО2, закричала, спугнув таким образом ФИО2, который впоследствии скрылся с места преступления.

Согласно показаниям несовершеннолетней ФИО1, в результате совершенного ФИО2 в отношении нее преступления, предусмотренного ч.3 ст.135 УК РФ, ФИО1 был причинен моральный вред и нравственные страдания. ФИО1 испытала страх за свою жизнь, она не сразу поняла, что произошло, впоследствии длительное время боялась выходить одна на улицу. В ходе расследования уголовного дела ФИО1 была вынуждена проходить обследование у психолога. ФИО1 и ее законным представителям приходилось скрывать этот факт от окружающих, о происходящем знал только классный руководитель несовершеннолетней потерпевшей. ФИО1 даже на допросах очень стеснялась рассказывать фактические обстоятельства случившегося, так как в силу возраста, ограниченного жизненного опыта, а также индивидуально-психологических особенностей не понимала и не знала, что такое половой акт.

В своих объяснениях, данных в прокуратуре и суду ФИО11, законный представитель несовершеннолетней ФИО1, пояснила, что приговором суда от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 признан виновным в совершении в отношении ФИО1 преступления. После совершенного преступления ФИО1 испытала сильный страх за свою жизнь, боялась долгое время выходить из дома одна на улицу. ФИО11 приходилось с грудным ребенком на руках провожать ФИО1 в школу или просить соседку сопроводить ее. Также ФИО1 была вынуждена посещать психолога.

Из информации, представленной ГБУ ВО «Центр психолого-педагогической поддержки развития детей» ДД.ММ.ГГГГ №, следует, что ДД.ММ.ГГГГ с заявлением об оказании психологической помощи несовершеннолетней ФИО1 обращалась ее законный представитель - ФИО11 ФИО1 была оказана психологическая помощь, направленная на гармонизацию психоэмоционального состояния, снижение уровня ситуативной тревожности. Законному представителю ФИО11 была предоставлена информации о возможности дальнейшего получения психологической помощи в ГБУ ВО «Центр психолого-педагогической поддержки развития детей».

Статья 150 Гражданского кодекса Российской Федерацииустанавливает, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная 

<

данные изъяты>, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом (п. 1). Данная норма формирует закрытый по форме, но открытый по содержанию перечень нематериальных благ, защита которых составляет предмет особой правовой охраны.

Применительно к настоящему делу указанное положение означает, что право ФИО1 на личную неприкосновенность и половую неприкосновенность как несовершеннолетней, её достоинство личности и здоровье являются теми нематериальными благами, посягательство на которые порождает у потерпевшей право требовать денежной компенсации причинённого морального вреда.

Статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что если гражданину причинён моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинён вред. Данная норма означает, что основанием для денежной компенсации является сам факт причинения физических или нравственных страданий вследствие посягательства на нематериальные блага, и при этом суд обязан учитывать как степень виновности причинителя, так и индивидуальные особенности потерпевшего, что применительно к настоящему делу предполагает обязательный учёт несовершеннолетнего возраста ФИО1 на момент совершения в отношении неё преступления, а также специфики её последующего психического состояния.

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации закрепляет, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (п. 1), а размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причинённых потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда; при определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости; характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учётом фактических обстоятельств, при которых был причинён моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2). Указанная норма означает, что размер компенсации не является произвольным: он должен находиться в соразмерном соответствии с тяжестью пережитых страданий и их конкретными проявлениями у данного потерпевшего, одновременно отвечая критериям разумности и справедливости, то есть не быть явно несоразмерным ни в сторону занижения, ни в сторону неоправданного завышения.

Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» в пункте 1 разъясняет, что одним из способов защиты гражданских прав является компенсация морального вреда (статьи 12, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации), а под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причинённые действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права. Данное разъяснение свидетельствует о том, что для целей компенсации морального вреда нравственные страдания, выражающиеся в переживаниях, эмоциональном неблагополучии, чувствах страха, унижения, беспомощности и тревоги, являются самостоятельным и достаточным основанием для возложения на причинителя обязанности по выплате денежной компенсации.

Пункт 12 того же Постановления устанавливает, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации). Данное разъяснение означает, что все четыре условия должны быть установлены в их совокупности, и каждое из них применительно к настоящему делу подлежит отдельной проверке.

Пункт 14 Постановления разъясняет, что под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесённое в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной 

<

данные изъяты>, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Данное разъяснение подтверждает, что состояние постоянной тревожности, невозможность вернуться к обычной социальной жизни и страх перед будущим, которые испытывает потерпевший, охватываются понятием нравственных страданий в том значении, которое придаёт ему действующее законодательство.

Таким образом, правовое регулирование компенсации морального вреда строится на понимании того, что нематериальные блага - жизнь, здоровье, достоинство, личная неприкосновенность - представляют собой ценности, утрата или умаление которых не может быть компенсирована в полном объёме никакими имущественными средствами, однако денежная компенсация является единственным доступным правовым инструментом, способным хотя бы отчасти загладить причинённый вред и восстановить нарушенное положение пострадавшего лица. Законодатель, формулируя в статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации право суда возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации, исходит из того, что нравственные страдания человека имеют реальное измерение в социальном и психологическом смысле, а их денежная оценка, хотя и условна, несёт как компенсационную, так и превентивную функцию в отношении причинителя вреда.

Особую значимость приобретает институт компенсации морального вреда в тех случаях, когда вред причинён вследствие совершения умышленного насильственного преступления в отношении личности - тем более, когда потерпевшим является несовершеннолетний.

Преступления, предусмотренные ст.135 УК РФ, совершенные в отношении несовершеннолетних, представляют собой повышенную общественную опасность. Гражданско-правовая ответственность в форме компенсации морального вреда в данном контексте не дублирует уголовно-правовую ответственность, а дополняет её, обеспечивая восстановительную защиту прав конкретного потерпевшего, тогда как уголовное наказание преследует публично-правовые цели.

Применительно к настоящему делу правовое регулирование означает, что в ситуации, когда несовершеннолетняя ФИО1 подверглась развратным действиям без применения насилия со стороны ФИО2, в результате чего был причинён длящийся вред её психическому здоровью, законодатель предусматривает обязанность причинителя вреда возместить этот вред в денежной форме.

Институт компенсации морального вреда в данном случае преследует цель признания и подтверждения правовой системой того факта, что пережитое ФИО1. не является её личной судьбой, с которой ей предстоит справляться самостоятельно, но является последствием противоправных действий конкретного лица, несущего за них гражданско-правовую ответственность.

Так, ФИО2, являясь лицом, достигшим восемнадцатилетнего возраста, вопреки нормам уголовного закона, совершил в отношении ФИО1 умышленное преступление.

В результате указанных действий несовершеннолетней ФИО1 были причинены нравственные страдания.

Данные обстоятельства установлены приговором суда, вступившим в законную силу, и в силу статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации являются обязательными для суда, рассматривающего настоящее гражданское дело, в части, касающейся установленных фактических обстоятельств совершения преступления и вины ФИО2 Факт совершения ФИО2 умышленного преступления в отношении ФИО1 и его вина в этом преступлении являются установленными и не подлежат повторному доказыванию.

ФИО1 сообщила, что после совершения преступления в отношении нее и до настоящего времени, она продолжает испытывать нравственные страдания, боится за свою жизнь и не может забыть случившееся. Также она была вынуждена посещать психолога.

Изложенные обстоятельства подтверждаются информацией, представленной ГБУ ВО «Центр психолого-педагогической поддержки развития детей», согласно которой ФИО1 была оказана психологическая помощь, направленная на гармонизацию психоэмоционального состояния, снижение уровня ситуативной тревожности.

На основании исследованных материалов дела суд определяет следующую совокупность юридически значимых обстоятельств, подлежащих установлению для разрешения данного спора: факт совершения ответчиком умышленных противоправных действий в отношении истца; факт причинения в результате этих действий физических и нравственных страданий; наличие причинно-следственной связи между противоправными действиями ответчика и возникшим у истца моральным вредом; виновность ответчика в причинении вреда. Каждое из этих обстоятельств применительно к настоящему делу является доказанным.

Факт совершения ФИО2 умышленных противоправных действий подтверждается приговором Ленинского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым он признан виновным 

<

данные изъяты> Уголовного кодекса Российской Федерации. Преступность и противоправность совершённых деяний установлена вступившим в законную силу судебным актом, что исключает какие-либо сомнения в квалификации поведения ответчика как противоправного.

Факт причинения ФИО1 нравственных страданий подтверждается совокупностью следующих доказательств: объяснениями самой потерпевшей, в которых она описывает состояние постоянной тревожности, страх за свою жизнь; объяснениями законного представителя ФИО11, подтвердившей факт глубоких нравственных страданий дочери; информацией, представленной ГБУ ВО «Центр психолого-педагогической поддержки развития детей», подтвердившей оказание психологической помощи ФИО1, направленной на гармонизацию психоэмоционального состояния, снижение уровня ситуативной тревожности.

Причинно-следственная связь между противоправными действиями ответчика и причинённым моральным вредом очевидна и следует из логики установленных обстоятельств. Нарушение психоэмоционального состояния, наступившие у ФИО1. непосредственно после совершения в отношении неё преступления, прямо обусловлено пережитой психологической травмой вследствие совершения ответчиком преступления. Таким образом, причинно-следственная связь между действиями ФИО2 и нарушением психоэмоционального состояния ФИО1 является установленной.

Совокупность установленных юридически значимых обстоятельств свидетельствует о том, что исковые требования прокурора о взыскании компенсации морального вреда являются обоснованными и подлежат удовлетворению.

Пункт 28 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № прямо указывает, что под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим.

Доказательства, исследованные в ходе рассмотрения дела, свидетельствуют о том, что нравственные страдания ФИО1 носят тяжёлый и длящийся характер.

Последствия действий ответчика повлекли не только медицинские, но и социальные потери для ФИО1, которая была вынуждена скрывать от окружения события, произошедшие в результате совершенного в отношении нее преступления. ФИО1 испытывала постоянный страх за свою жизнь, долгое время боялась выходить одна из дома.

Таким образом, принимая во внимание совокупность установленных обстоятельств - тяжесть совершённого в отношении ФИО1 преступления, отнесённого к категории особо тяжких; глубину и длительность нравственных страданий, несовершеннолетний возраст потерпевшей на момент совершения преступления; умышленный характер противоправных действий ответчика, - суд приходит к выводу, что требования разумности, справедливости и соразмерности в полной мере обеспечиваются взысканием компенсации морального вреда в размере 130000 руб. Указанная сумма, с одной стороны, отражает признание правовой системой реальных, задокументированных страданий ФИО1, а с другой стороны, является соразмерной и разумной с учётом установленного имущественного положения ответчика.

Так, согласно ответу Отделения фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ № АХ-0223-11/8396, в региональной базе данных на застрахованное лицо ФИО2 имеются сведения о его доходах за период с 2020 по 2025 

<

адрес> представленным данным, с сентября 2024 г. по декабрь 2025 г. он проходил службу или работу в Федеральном казенном учреждении «Исправительная колония №» по 

<

адрес>, где его доход составил 178072,23 руб. При этом получателем пенсии или иных социальных выплат ФИО2 не значится.

Из ответа ФКУ Исправительная колония № от ДД.ММ.ГГГГ № исх-3/ТО/50/17-111, ФИО2 работает в ФКУ «Исправительная колония №» по 

<

адрес>, за период с сентября 2024 г. по январь 2025 г. общая сумма начисленного заработка составила 269619,18 руб., сумма удержанного налога на доходы физических лиц - 35050 руб. Среднемесячный заработок за указанный период равен 15446,3 руб.

ФИО2 является отцом малолетних детей ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, что подтверждается записями актов гражданского состояния.

Учитывая изложенное, исковые требования прокурора 

<

адрес>, действующего в интересах ФИО1 подлежат частичному удовлетворению.

В соответствии со статьями 88, 94, части 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ФИО2 в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 3000 руб.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковое заявление прокурора 

<

адрес>, действующего в интересах ФИО1, удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 ФИО2 ФИО2 (ИНН №) в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 130000 рублей.

Взыскать с ФИО2 ФИО2 ФИО2 (ИНН №) в доход местного бюджета государственную пошлину 3000 рублей.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Башкортостан в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Т.В. Баскакова

Мотивированное решение изготовлено 23 марта 2026 г.