УИД 35RS0006-01-2020-002346-80 2-31/2021

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г.Великий Устюг 02 марта 2021 года

Великоустюгский районный суд Вологодской области в составе:

председательствующего Нагаевой Н.Н.,

при секретаре Козулиной О.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4 об истребовании имущества из чужого незаконного владения и взыскании ущерба,

у с т а н о в и л :

03 июля 2018 года между ФИО1 и ФИО5 заключено соглашение об отступном, по условиям которого стороны договариваются о прекращении обязательств должника, вытекающих из договора займа от 04 мая 2018 года-по возврату суммы займа в размере 250000 рублей, в связи с предоставлением должником взамен исполнения этих обязательств в качестве отступного следующего имущества: двух морских контейнеров 40 футов, габаритами 2,6 м*2,4м*12м, каждый стоимостью по 90000 рублей, блока-контейнера шиномонтажа стоимостью 70000 рублей (п.п. 1.1, 2.1,2.2 Соглашения).

01 сентября 2020 года в дежурную часть поступило заявление ФИО1 по факту пропажи двух морских контейнеров 40 футов.

Согласно уведомлению ОМВД России по Великоустюгскому району в действиях ФИО2 состава какого-либо преступления либо административного правонарушения не усматривается.

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 об истребовании имущества из чужого незаконного владения и взыскании ущерба, в обосновании иска указав, что согласно соглашения об отступном от 03 июля 2018 года он является собственником двух морских контейнеров 40 футов стоимостью 90000 рублей каждый и блок-контейнера стоимостью 70000 рублей, принадлежащих ранее ФИО5. По взаимной договоренности в виду отсутствия места для установки контейнеров, точный срок их вывоза с территории производственной базы ФИО5 не оговаривался. В 2020 году ему от ФИО5 стало известно о том, что принадлежащая ФИО5 производственная база была продана судебными приставами по исполнительному производству, где взыскателем являлось ПАО «Банк СГБ», ФИО2, при этом, принадлежащие ему контейнеры не были предметом ареста и продажи в ходе исполнительного производства. Однако, в дальнейшем ему стало известно, что 2 морских контейнера пропали с территории производственной базы, и были проданы новым собственником ФИО2, а блок-контейнер находится у ФИО2. 01 сентября 2020 года он обращался в ОМВД России по Великоустюгскому району по факту пропажи вышеуказанных контейнеров. Однако, в действиях ответчика какого-либо состава преступления либо административного правонарушения не усматривается. 

Просит истребовать из чужого незаконного владения ответчика ФИО2 принадлежащий ему на праве собственности блок-контейнер шиномонтаж стоимостью 70000 рублей, находящейся по адресу: ..., взыскать с ответчик ФИО2, причиненные ему убытки в сумме 180000 рублей.

14 декабря 2020 года протокольным определением к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющих самостоятельных требований, привлечена ФИО6.

Определением Великоустюгского районного суда Вологодской области от 25 декабря 2020 года к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований, привлечены ФИО3, ФИО4. 

Протокольным определением от 15 января 2021 года изменен статус третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, ФИО3 на статус соответчика.

Протокольным определением от 21 января 2021 года изменен статус третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, ФИО4 на статус соответчика.

В судебном заседании истец ФИО1 требования поддержал, сославшись на доводы, изложенные в иске. 

В судебном заседании представитель истца ФИО1 – ФИО7 исковые требования поддержал, сославшись на доводы, изложенные в иске. Дополнив, что собственником земельного участка и нежилого помещения, расположенных по адресу: ..., являлась ФИО6. Ее муж ФИО5 являлся индивидуальным предпринимателем. 19 октября 2009 года ФИО5 по договору купли-продажи приобрел у ИП П.М. 2 морских контейнера 40 футов, а 15 августа 2015 года-блок-контейнер-шиномонтаж, которые установил на вышеуказанном земельном участке. Согласно соглашению об отступном от 03 июля 2018 года собственником двух морских 40-футовых контейнеров стоимостью 90000 рублей каждый и блок-контейнера стоимостью 70000 рублей, принадлежащих ранее ФИО5, является ФИО1. 10 июля 2020 года земельный участок и складское помещение реализовано кредиторами ФИО2. Спорные контейнеры не были предметом ареста судебных приставов-исполнителей, не передавались взыскателю АО «Банк СГБ». АО «Банк СГБ» не приобретал право собственности на контейнеры и не мог соответственно продать ФИО2. Доказательств того, что 2 морских контейнера принадлежали ФИО4, не имеется. Представленные договоры купли-продажи с ООО «Владекс» от 08 апреля 2009 года и ИП А.Р. от 10 мая 2015 года с ФИО4 фактически не заключались. ООО «Владекс» на тот момент не существовало. Блок- контейнер-шиномонтаж объектом недвижимости и капитальным строением не является, данное имущество на кадастровый учет не поставлено, представляет собой быстровозводимое сборно-разборное сооружение. Поэтому ФИО2 право собственности на него не приобрел. Указал, что исковые требования предъявляют только к ответчику ФИО2.

Ответчик ФИО2 с иском не согласился, указав, что 10 июля 2020 года на основании договора купли-продажи он приобрел у АО «Банк СГБ» земельный участок и нежилое здание по адресу: .... На данном участке находился металлический блок контейнер-шиномонтаж, который расположен на бетонном основании, имеет навес, столбы которого забетонированы и составляют единое целое с блок контейнером, электричество. Данный объект является капитальным строительством и был продан ему вместе с земельным участком. 15 августа 2020 года он приобрел у ФИО4 2 металлических морских 40-футовых контейнера за 50000 рублей, что подтверждается распиской ФИО4. Поскольку расписка им была утеряна, то 26 декабря 2020 года ФИО4 написал ему расписку повторно. Данные контейнеры находились на земельном участке по адресу: .... 19 августа 2020 года он продал данные контейнеры ФИО3 за 100000 рублей, которые с земельного участка последним вывезены. Денежные средства ему переданы. Летом 2020 года ФИО1 имел намерение вывезти контейнеры, однако, он ему воспрепятствовал, были вызваны сотрудники полиции, проводилась проверка.

Представитель ответчика ФИО2 – ФИО8 в судебном заседании с иском не согласилась, пояснив, что 10 июля 2020 года ФИО2 приобрел у АО «Банк СГБ» земельный участок и здание по адресу: .... На вышеуказанном земельном участке также находится объект капитального строительства - нежилое здание «Шиномонтаж». Согласно заключения Акта (определение капитальности строения), составленного ООО «Проект-реставрация» нежилое здание (пост шиномонтажа), расположенное по адресу: ... имеет критерии, позволяющие отнести строение к объекту капитального строительства. Тот факт, что объект капитального строительства не был зарегистрирован собственником земельного участка ФИО6, не может повлиять на его наличие. Поскольку земельный участок принадлежал ФИО6, то сделка об уступке ФИО1 в отношении блок-контейнера заключена ненадлежащим лицом. Акт технического обследования от 15 февраля 2021 г. ООО «Промышленная экспертиза» составлен организацией, не имеющей полномочий на проведение технического обследования. К тому же "ГСН-2001. Сборник сметных норм затрат на строительство временных зданий и сооружений. ГСН 81-05-01-2001" (утв. Постановлением Госстроя РФ от 07.05.2001 N 45), на основании которого оценщики делают вывод, утратил силу. Акт технического обследования ООО «Устюгстройпроект» от 01 марта 2021 года не может быть признан допустимым доказательством, поскольку не ясно откуда взяты фотографии, приложенные к акту, о проведении осмотра ФИО2 никто не уведомлял и для фотофиксации к нему на земельный участок никто не приезжал. В подтверждении права собственности на вышеуказанное имущество истцом представлен договор купли-продажи от 15.08.2015 года, где в приложении к договору содержится сведения об НДС 20%, который введен в 2019 году, соответственно, данный договор не мог быть изготовлен ранее января 2019 года. Таким образом, иск в части истребования из чужого незаконного владения ответчика блок-контейнера «шиномонтаж» не может быть удовлетворен, так как данный контейнер имеет критерии, позволяющие отнести строение к объекту капитального строительства. Право собственности ФИО4 на два 40-футовых морских контейнера в 2017 году подтверждало третье лицо ФИО5 у судебных приставов-исполнителей, что отражено в ответе на запрос суда. Представленная в суд копия договора купли-продажи от 19.10.2009 года не может быть принята судом в качестве допустимого доказательства, так как не представлен на обозрение оригинал данного договора, а также вышеуказанный договор содержит в реквизитах сторон сведения о филиале кредитного учреждения, который был реорганизован из Великоустюгского отделения № 151 ОАО «Сбербанк» в Вологодское отделение № 8638 ПАО Сбербанк в 2013 году, а также сведения в приложении к договору об НДС 20%, который введен в 2019 году. Поскольку собственником контейнеров являлся ФИО4, то соглашение об отступном является ничтожным и не может нести правовых последствий. Считает, что контейнеры, проданные ФИО2 ФИО3, и контейнеры, которые ФИО5 передал в собственность ФИО9, это разное имущество.

Ответчики ФИО3, ФИО4 в судебное заседание не явились, о дне рассмотрения дела извещены надлежащим образом, представили письменные объяснения.

Допрошенный в судебном заседании 21 января 2021 года ответчик ФИО4 с иском не согласился. Суду пояснил, что 08.04.2009 года по договору купли-продажи приобрел у ООО «Владекс» в г. Нижний Новгород два металлических 40-футовых морских контейнера за 150000 рублей, денежные средства передал продавцу, о чем имеется квитанция. Он являлся собственником вышеуказанных контейнеров, которые привез на базу к ФИО5 по адресу: .... В августе 2020 года он продал эти контейнеры ФИО2 за 50000 рублей. Собственником контейнера с надписью «Шиномонтаж» он не являлся, денежные средства за него не передавал.

Третьи лица ФИО5, ФИО6 в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, представили письменные отзывы.

В судебном заседании 17 февраля 2021 года третье лицо ФИО5 показал, что в 2009 году он приобрел у ИП П.М. два металлических 40-футовых контейнера для хранения в них стройматериалов, металлический блок-контейнер был им приобретен у ИП П.М. в 2015 году. Данные контейнеры находились на территории производственной базы по адресу: .... Блок-контейнер был установлен на железобетонные плиты, к входной двери были сделаны ступени, внутри контейнер обшит фанерой, имеет деревянный пол, проведено электричество, установлен навес. Данное сооружение капитальным не является.. В марте –апреле 2017 года он предложил ФИО4 приобрести у него два 40-футовых морских контейнера, последний заинтересовался его предложением и согласился, но в последствии отказался. Весной 2017 года вступило в силу решение суда о взыскании с него задолженности в пользу банка. Чтобы скрыть данное имущество от судебных приставов-исполнителей он подготовил договора купли-продажи контейнеров от 08.04.2009 г. и 10.05.2015 г., в которых ФИО4 выступал покупателем, а его бывшие контрагенты, реквизиты и печати которых у него имелись-продавцами, за них поставил подпись. ФИО4 подписал данные договоры. Денежные средства за контейнеры ФИО4 ему не передавал, с земельного участка не вывозил, сделка не состоялась. Данные договоры он представил в ОСП, арест на контейнеры не накладывался. Собственником спорных контейнеров до заключения соглашения с ФИО1 об отступном от 03.07.2018 года являлся он. У него была задолженность перед ФИО1 в размере 250000 рублей.

Представители третьих лиц ПАО «Банк СГБ», ОСП по Великоустюгскому району УФССП по Вологодской области в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, ранее представили мотивированный отзыв, просили рассмотреть дело в отсутствие их представителя. 

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 46 Конституции РФ каждому гарантируется судебная защита его прав свобод.

В соответствии с ч. 1 ст. 209 Гражданского кодекса РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Согласно ст. 301 Гражданского кодекса РФ собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения. 

В соответствии с положениями ст. 302 ГК РФ, если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

В случае, когда невозможно истребовать имущество из чужого незаконного владения, у собственника появляется право на взыскание убытков.

Как разъяснено в п. п. 32,36,37,39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года N 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», применяя статью 301 ГК РФ, судам следует иметь в виду, что собственник вправе истребовать свое имущество от лица, у которого оно фактически находится в незаконном владении. Иск об истребовании имущества, предъявленный к лицу, в незаконном владении которого это имущество находилось, но у которого оно к моменту рассмотрения дела в суде отсутствует, не может быть удовлетворен. В соответствии со статьей 301 ГК РФ лицо, обратившееся в суд с иском об истребовании своего имущества из чужого незаконного владения, должно доказать свое право собственности на имущество, находящееся во владении ответчика. Право собственности на движимое имущество доказывается с помощью любых предусмотренных процессуальным законодательством доказательств, подтверждающих возникновение этого права у истца.

В соответствии со статьей 302 ГК РФ ответчик вправе возразить против истребования имущества из его владения путем представления доказательств возмездного приобретения им имущества у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем он не знал и не должен был знать (добросовестный приобретатель). В то же время возмездность приобретения сама по себе не свидетельствует о добросовестности приобретателя. По смыслу пункта 1 статьи 302 ГК РФ собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения независимо от возражения ответчика о том, что он является добросовестным приобретателем, если докажет факт выбытия имущества из его владения или владения лица, которому оно было передано собственником, помимо их воли.

Недействительность сделки, во исполнение которой передано имущество, не свидетельствует сама по себе о его выбытии из владения передавшего это имущество лица помимо его воли. Судам необходимо устанавливать, была ли воля собственника на передачу владения иному лицу.

Из приведенных правовых норм и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации следует, что при рассмотрении иска собственника об истребовании имущества из незаконного владения лица, к которому это имущество перешло на основании сделки, юридически значимыми и подлежащими судебной оценке обстоятельствами являются наличие либо отсутствие воли собственника на выбытие имущества из его владения, возмездность или безвозмездность сделок по отчуждению спорного имущества, а также соответствие либо несоответствие поведения приобретателя имущества требованиям добросовестности.

При этом бремя доказывания факта выбытия имущества из владения собственника помимо его воли, а в случае недоказанности этого факта - бремя доказывания недобросовестности приобретателя возлагается на самого собственника.

При этом истец должен доказать не только то, что он обладал правом собственности на вещь, но и то, что он это право сохраняет и в момент рассмотрения дела. Поэтому, в частности, важным обстоятельством при доказывании права на вещь является и доказывание того, что в момент рассмотрения спора вещь существует в натуре. 

Как усматривается из материалов дела, 03 июля 2018 года между ФИО1 и ФИО5 заключено соглашение об отступном, по условиям которого стороны договариваются о прекращении обязательств должника, вытекающих из договора займа от 04 мая 2018 года-по возврату суммы займа в размере 250000 рублей, в связи с предоставлением должником взамен исполнения этих обязательств в качестве отступного следующего имущества: двух морских контейнеров 40 футов, габаритами 2,6 м*2,4м*12м, каждый стоимостью по 90000 рублей, блока-контейнера шиномонтажа стоимостью 70000 рублей (п.п. 1.1, 2.1,2.2 Соглашения).

Несмотря на отсутствие подлинника расписки, которая согласно показаниям истца ФИО1 утеряна, ФИО5 не отрицает наличие у него долга перед ФИО1 в сумме 250000 рублей.

Вступившим в законную силу решением Великоустюгского районного суда Вологодской области от 13 декабря 2016 года взыскана с ФИО6 и ИП ФИО5 в солидарном порядке в пользу ПАО «Банк СГБ» задолженность по кредитному договору 

<

***> от 25 апреля 2014 года в размере 6 250 475 рублей 48 копеек.

Обращено взыскание на заложенное по договору об ипотеке недвижимого имущества 

<

***>/Н1 от 25.04.2014 года имущество, принадлежащее ФИО6, путем его продажи с публичных торгов: склад, общей площадью 724 кв.м., назначение – складское, литер – А, этажность 1, расположенный по адресу ..., условный номер №, установлена начальная продажная стоимость 4 012 640 (четыре миллиона двенадцать тысяч шестьсот сорок) рублей; земельный участок с кадастровым номером № из категории земель – земли поселений, общей площадью 2167 кв.м., расположенный по адресу: установлено относительно ориентира – производственное здание, расположенного в границах участка, адрес ориентира: ..., установлена начальная продажная стоимость 894 032 (восемьсот девяносто четыре тысячи тридцать два) рубля.

Обращено взыскание на заложенное по договору о залоге товаров в обороте 

<

***>/ТО1 от 25.04.2014 года имущество, принадлежащее ИП ФИО5, путем его продажи с публичных торгов: автошины и колесные диски к различным транспортным средствам, установлена начальная продажная стоимость имущества 1 692 000 (один миллион шестьсот девяносто две тысячи) рублей.

11 апреля 2017 года ОСП по Великоустюгскому району УФССП по Вологодской области возбуждено исполнительное производство №118880/17/35030-СВ в отношении должников ФИО5 и ФИО6 в пользу взыскателя ПАО «Банк СГБ» о взыскании задолженности по кредитному договору.

В рамках исполнительного производства был составлен акт о наложении ареста от 27 апреля 2017 года, из которого следует, что аресту подвергнуто имущество: склад, площадью 724 кв.м., в котором находятся шины и диски; земельный участок площадью 2167 кв.м., расположенные по адресу: ....

Согласно Акту о передаче нереализованного имущества от 04 июня 2018 года земельный участок с кадастровым номером №, склад с кадастровым номером №/А по адресу: ..., передано взыскателю ПАО «Банк СГБ».

10 июля 2020 года между АО «Банк СГБ» и ИП ФИО2 заключен договор купли-продажи, по условиям которого ФИО2 переданы в собственность вышеуказанные объекты недвижимости: нежилое здание – склад и земельный участок.

Представитель АО «Банк СГБ» ФИО10 в отзыве на исковое заявление указала, что решением Великоустюгского районного суда Вологодской области от 13 декабря 2016 года взыскана с ФИО6 и ИП ФИО5 в солидарном порядке в пользу ПАО в сумме 6 250 475 рублей 48 копеек, обращено взыскание склад и земельный участок, расположенных по адресу: г...., автошины и колесные диски к различным транспортным средствам. 11 апреля 2017 года ОСП по Великоустюгскому району УФССП по Вологодской области возбуждено исполнительное производство. По результатам несостоявшихся торгов в ходе исполнительного производства Банк принял заложенное недвижимое имущество 04.06.2018 года в собственность в счет долга. Право собственности Банка на недвижимое имущество было зарегистрировано 13.06.2018 года. 10.07.2020 года недвижимое имущество было продано банком по договору купли-продажи нежилого здания с земельным участком ФИО2, право собственности ФИО2 зарегистрировано 30.07.2020 года. Три металлических контейнера не были предметом обеспечения обязательств по кредитному договору от 25.04.2014 года, заключенному между банком и ИП ФИО5. Банк не просил наложить на них арест, не обращал на них взыскание и не принимал в собственность в счет долга по исполнительному производству.

Из ответа ОСП по Великоустюгскому району УФССП по Вологодской области следует, что 27 и 28 апреля 2017 года судебным приставом-исполнителем составлен акт ареста (описи имущества): на земельный участок с кадастровым номером № и склад с кадастровым номером №/А, расположенных по адресу: ..., на автошины и колесные диски к различным транспортным средствам. Иное имущество, принадлежащее ФИО5 и ФИО6 в акты описи не включалось, в том числе: морские контейнеры, находившиеся на территории прилегающей к зданию склада по адресу: ..., так как в договоре залога они не указывались, а так же со слов ФИО5 принадлежали третьему лицу ФИО4, в подтверждении чего были представлены копии договоров купли-продажи. 26.04.2018 года было вынесено постановление о передаче нереализованного имущества взыскателю ПАО «Банк СГБ». Так как контейнеры в акт описи (ареста) не включались, то и передача данного имущества не производилась.

ОМВД России по Великоустюгскому району была проведена проверка, в ходе которой было установлено, что в собственности ФИО2 имеется земельный участок и ряд строений по адресу: .... Ранее данный земельный участок на праве собственности принадлежал гражданину ФИО5. 31 июля 2020 года на указанный земельный участок прибыл ФИО5 с намерением вывезти с территории свое имущество, а именно: 3 грузовых металлических контейнера. По данному факту было сообщено в ОМВД по Великоустюгскому району. Из объяснений ФИО2 следует, что все имущество, расположенное на территории приобретенного им земельного участка он считает своим и не намерен передавать его ФИО5. Опрошенный по данному факту ФИО5 сообщил, что указанные контейнеры он продал своему знакомому в период владения данным земельным участком и ФИО2 не в праве препятствовать их вывозу. Совокупностью материалов проверки установлено, что в данном случае отсутствует состав какого-либо преступления, предусмотренного УК РФ и административного правонарушения, предусмотренного КоАП РФ.

В письменных пояснениях Арбитражный управляющий ФИО11 указала, что информация о контейнерах финансовому управляющему ФИО11 должником ФИО5 и кредиторами не передавалась, в конкурсной массе данное имущество отсутствует, соглашение об отступном между ФИО1 и ФИО5 не передавалось.

Из Акта (определение капитального строения), представленного ответчиком ФИО2 следует, что нежилое здание (пост шиномонтажа), расположенное по адресу: ..., имеет критерии, позволяющие отнести строение к объекту капитального строительства: здание имеет прочную связь с землей; перемещение здания без несоразмерного ущерба его назначению, невозможно; в наличии имеются коммуникации, специально подведенные к зданию, а именно электрические сети.

Из Акта технического обследования поста шиномонтажа, установленного по адресу: ..., от 01 марта 2021 года, представленного истцом, следует, что пост шиномонтажа представляет собой быстровозводимое сборно-разборное сооружение, состоящее из металлического контейнера и навеса от осадков, соединенных в конструктивную систему на месте, не имеющее подземной части, не оборудованное системами водоснабжения, канализации, предназначенное для хозяйственной и торговой деятельности.

У металлического контейнера присутствуют все признаки некапитального строения согласно Градостроительного кодекса РФ (п.10.2 статьи1), а именно: не имеет прочной связи с землей, конструктивные характеристики позволяют осуществить перемещение и (или) демонтаж и последующую сборку без несоразмерного ущерба назначению и без изменения основных характеристик строения (в том числе киосков, навесов и других подобных строений, сооружений).

Навес так же не является некапитальным строением (ГрК РФ п.10.2 статьи 1), а именно: конструктивные характеристики позволяют осуществить перемещение и (или) демонтаж и последующую сборку без несоразмерного ущерба назначению и без изменения основных характеристик сооружений.

Данный объект не является объектом недвижимости и объектом капитального строительства, работы по их установке не являются работами по строительству и разрешение на строительство данных объектов не требуется (ст. 51, п.10.2 ст.1 Градостроительного кодекса РФ).

Согласно п.6 статьи 2 Федерального закона от 28.12.2009 года № 381-ФЗ «Об основах государственного регулирования торговой деятельности в Российской Федерации» нестационарным торговым объектом является-торговый объект, представляющий собой временное сооружение или временную конструкцию, не связанные прочно с земельным участком вне зависимости от наличия или отсутствия подключения (технологического присоединения) к сетям инженерно-технического обеспечения, в том числе передвижное сооружение.

В связи с этим данный объект можно отнести к категории движимого имущества, некапитальным, нестационарным объектам. 

Проанализировав вышеуказанные акты, суд берет за основу Акт технического обследования поста шиномонтажа, установленного по адресу: ..., от 01 марта 2021 года, представленного истцом, поскольку он согласуется с материалами дела, показаниями лиц, участвующих в деле, дающих характеристику объекту, фототаблицами. Данное заключение согласуется и с Актом технического обследования ООО «Промышленная экспертиза».

В судебном заседании ФИО4 пояснил, что собственником блок-контейнера «Шиномонтаж» он не являлся, оплату за контейнер он не производил. Данное имущество принадлежало ФИО5.

Как установлено в судебном заседании, АО «Банк СГБ» не приобретал право собственности на блок-контейнер «Шиномонтаж», в связи с чем не мог реализовать его ответчику ФИО2 вместе с земельным участком. Указанное имущество недвижимым имуществом и капитальным строением не является, на кадастровый учет не поставлено, представляет собой быстровозводимое сборно-разборное сооружение.

Поскольку в судебном заседании иного не добыто, то суд считает, что ФИО2 собственником блок-контейнера «Шиномонтаж» не является.

Доводы представителя ответчика ФИО12 о том, что сделка об уступке в отношении блок-контейнера заключена ненадлежащим лицом ФИО5, поскольку земельный участок принадлежал ФИО6, суд не принимает во внимание, поскольку данное имущество является общей собственностью супругов ФИО5 и ФИО6. В своих письменных объяснениях ФИО6 указала, что ей было известно о соглашении об отступном.

Поскольку согласно соглашения об отступном от 03.07.2018 года ФИО5 передал ФИО1 блок-контейнер «шиномонтаж», то требования истца ФИО1 к ФИО2 об истребовании имущества из чужого незаконного владения: блок-контейнера «шиномонтаж» стоимостью 70000 рублей, расположенного по адресу: ..., подлежат удовлетворению.

Исходя из положений п. 1 ст. 15 ГК РФ Российской Федерации, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). Если лицо, нарушившее право, получило вследствие этого доходы, лицо, право которого нарушено, вправе требовать возмещения наряду с другими убытками упущенной выгоды в размере не меньшем, чем такие доходы (п. 2 ст. 15 ГК Российской Федерации).

Как следует из материалов дела, 08.04.2009 года между ООО «Владекс» в лице генерального директора С.В. и ФИО4 заключен договор купли-продажи №434, согласно которого ФИО4 приобрел в собственность два металлических 40-футовых морских контейнера за 150000 рублей.

Согласно квитанции к приходному кассовому ордеру от 09 апреля 2009 года ФИО4 передал продавцу по договору купли-продажи 150000 рублей.

Кроме того, в материалы дела представлены: договор купли-продажи от 19 октября 2009 года, заключенный между ИП П.М. и ФИО5, согласно которого продавец передал покупателю два морских контейнера, 40 футов, за 190000 рублей; договор купли-продажи от 15 августа 2015 года, заключенный между ИП П.М. и ФИО5, согласно которого продавец передал покупателю «блок-контейнер-шиномонтаж» за 75000 рублей.

Кроме того, в материалы дела представлен договор купли-продажи №456 от 10 мая 2015 года, заключенный между А.Р. и ФИО4, согласно которому продавец передает покупателю Блок-контейнер БК-2 стоимостью 100000 рублей. 

Свидетель С.В. показал, что он, как представитель банка, присутствовал при наложении ареста на имущество П-ных: земельного участка, склада и товара в товарообороте, находящихся по адресу: .... В ходе исполнительских действий ФИО5 пояснил, что контейнеры, находящиеся на земельном участке ему не принадлежат, на основании договора-купли продажи их собственником является ФИО4. ФИО4 принимал участие в качестве понятого, возражений не высказал.

Кроме того, согласно ответа ОСП по Великоустюгскому району УФССП по Вологодской области следует, что морские контейнеры, находившиеся на территории прилегающей к зданию склада по адресу: ..., в акт описи акт о наложении ареста от 27 апреля 2017 года не включались так как в договоре залога они не указывались, а так же со слов ФИО5 принадлежали третьему лицу ФИО4, в подтверждении чего были представлены копии договоров купли-продажи. 

Допрошенный в судебном заседании ответчик ФИО4 подтвердил, что он являлся собственником двух 40-футовых морских контейнеров, которые приобрел у ООО «Владекс». 

Доводы представителя ответчика ФИО12, о том, что представленный истцом договор купли-продажи от 19.10.2009 года, заключенный между ИП П.М. и ФИО5 является недопустимым доказательством, так как содержит в реквизитах сторон сведения о филиале кредитного учреждения, который был реорганизован из Великоустюгского отделения № 151 ОАО «Сбербанк» в Вологодское отделение № 8638 ПАО Сбербанк лишь в 2013 году, а также сведения в приложении к договору об НДС 20%, который введен в 2019 году, в связи с чем он составлен не ранее 2019 года, истцом и его представителем ФИО7 не опровергнуты.Доводы представителя истца ФИО7 о том, что представленный договор купли-продажи от 08 апреля 2009 года между ООО «Владекс» и ФИО4 фактически не заключался, поскольку ООО «Владекс» на тот момент не существовало, суд не принимает во внимание, поскольку прекращение деятельности общества не означает отсутствие в его собственности движимого имущества-контейнеров.

Из вышеуказанного договора купли-продажи следует, что продавец продает покупателю спорные объекты- два морских контейнера, 40 футов, за 150000 рублей, соответственно, оплата данного имущества произведена в полном объеме. Данная сделка заключена в письменной форме, договоры подписаны сторонами. С момента заключения сделки продавец спорного имущества, а также третье лицо ФИО5 каких-либо требований к покупателю не предъявляли. Сделка недействительной не признана и никем не оспорена. Доказательств того, что заключенный договор являлся безвозмездным, представлено не было.

Доводы третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, ФИО5 о составлении договора купли-продажи от 08.04.2009 года с ФИО4 лишь с целью скрыть данное имущество от судебных приставов-исполнителей, что контейнеры им были приобретены у ИП П.М., суд не принимает во внимание, поскольку они не нашли доказательственного подтверждения в судебном заседании, также суд учитывает, что у ФИО5 имеются долговые обязательства перед ФИО1, которые прекращаются передачей указанного имущества. В рамках исполнительного производства ФИО5 не заявлял судебным приставам-исполнителям о наличии соглашения об отступном. Кроме того, ФИО5 в ОСП по Великоустюгскому району самостоятельно представил договор купли-продажи двух 40-ка футовых морских контейнеров, заключенный 08 апреля 2009 года между ООО «Владекс» и ФИО4, при наложении ареста на имущество указал, что контейнеры принадлежат ФИО4. В ходе проводимой проверки ОМВД России по Великоустюгскому району ФИО5 в своих объяснениях также не заявлял, что приобрел контейнеры у ИП П.М.. 

При таких обстоятельствах, суд считает, что на момент составления соглашения об отступном от 03.07.2018 г. собственником двух 40-ка футовых морских контейнеров CAXU 4680390 и INBU 50761442G1 являлся ФИО4.

В судебном заседании установлено, что 15 августа 2020 года ФИО4 продал ФИО2 два 40-ка футовых морских контейнера за 50000 рублей, что подтверждается имеющейся в материалах дела распиской, а также показаниями ФИО4 и ФИО2, письменными объяснениями ФИО4.

Согласно договору купли-продажи и поставки товара от 19.08.2020 г. ФИО2 продал ФИО3 контейнер CAXU 4680390 и контейнер INBU 50761442G1 за 100000 рублей.

Данный факт в судебном заседании подтвердил ответчик ФИО2 и в своих письменных объяснениях указал и ФИО3. Истцом данное обстоятельство также не отрицается.

В письменных объяснениях ФИО3 указал, что в середине августа 2020 года в сети интернет на сайте «Авито» увидел объявление о продаже в г. Великом Устюге двух металлических морских контейнеров. По телефону, указанному в объявлении, он позвонил продавцу и договорился с ним о встрече с целью осмотра контейнеров и обсуждения условий сделки купли-продажи. Он встретился с продавцом контейнеров по адресу: ..., им оказался ФИО2. ФИО2 сообщил, что является собственником металлических морских контейнеров. Они составили договор купли-продажи, согласно которому он передал ФИО2 за 2 контейнера 220000 рублей, контейнеры вывез по адресу: 

<

...> где установил на территории производственной базы с целью дальнейшего использования. Считает себя добросовестным приобретателем.

Как установлено в судебном заседании, собственник 2-х морских контейнеров ФИО4 передал указанное имущество ФИО2 по возмездной сделке, ФИО3 на основании договора купли-продажи приобрел спорные контейнеры у ФИО2. Продажа имущества осуществлялась по воле собственников, на возмездной основе. 

Согласно статье 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые ссылается в обоснование своих требований либо возражений.

Истцом не представлено доказательств наличия права собственности на два морских 4-ка футовых контейнера, проданных ФИО2 ФИО3.

При таких обстоятельствах требования истца ФИО1 о взыскании убытков в сумме 180000 рублей удовлетворению не подлежат. При этом ФИО1 не лишен возможности взыскания долга в указанной сумме с ФИО5.

Доводы представителя ответчика ФИО12 о том, что контейнеры, проданные ФИО2 ФИО3, и контейнеры, которые ФИО5 передал в собственность ФИО9, это разное имущество, суд находит не состоятельными, поскольку они опровергаются доказательствами, исследованными в судебном заседании. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Истребовать из чужого незаконного владения ФИО2 блок-контейнер «Шиномонтаж» стоимостью 70000 рублей, принадлежащий на праве собственности ФИО1 и находящийся по адресу: ....

В остальной части иска отказать.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 возврат госпошлины в сумме 2300 (две тысячи триста) рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Вологодский областной суд через Великоустюгский районный суд в течение месяца со дня вынесения решения суда в окончательной форме.

Решение в окончательной форме изготовлено 10 марта 2021 года.

Судья: Нагаева Н.Н.