РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

р.п. Мишкино 16 января 2020 года

Мишкинский районный суд Курганской области 

в составе председательствующего судьи Клещ Е.Г.,

с участием истца ФИО1,

представителя ответчика ФИО2,

представителя третьего лица ФИО3,

при секретаре Хариной С.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-10/2020 по исковому заявлению ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации о компенсации морального вреда в связи с незаконным привлечением к уголовной ответственности, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к Министерству финансов Российской Федерации о компенсации морального вреда в связи с незаконным привлечением к уголовной ответственности.

В обоснование иска указал, что 7 мая 2018 г. в отношении него возбуждено уголовное дело № № по ч. 2 ст. 112 УК РФ. 29 апреля 2019 г. следователем по особо важным делам по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Курганской области ФИО14 вынесено постановление о прекращении уголовного преследования по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 27 УПК РФ, в связи с непричастностью к совершению преступления. В соответствии со ст. 134 УПК РФ за ФИО1 признано право на реабилитацию. Предварительное следствие по уголовному делу неоднократно продлевалось без видимых на то причин. Считает, что он незаконно подвергался уголовному преследованию и на протяжении всего этого времени находился в стрессовом состоянии из-за того что мог быть осужден за преступление, которое не совершал. В результате этого страдал не только истец, но и члены его семьи: жена, дети, мама. Дома сложилась тяжелая психологическая обстановка, разногласия с супругой, которая является действующим сотрудником полиции и любые проблемы с законом со стороны близких родственников, могли стать причиной увольнения ее из органов внутренних дел. Со стороны жителей небольшого поселка, в котором проживает ФИО1, прослеживалось негативное отношение и косые взгляды, так как уголовное преследование велось не в отношении обычного гражданина, а бывшего сотрудника полиции. Возбуждение уголовного дела отразилось на взаимоотношениях со знакомыми, так как истец стал замкнутым, раздражительным и часть знакомых вообще перестала с ним общаться, говоря о том, что его скоро осудят. Ввиду этого истец должен был постоянно оправдываться в том, что не совершал данное преступление. В период проведения следствия он глубоко переживал сложившуюся ситуацию, нахождение в состоянии постоянного стресса повлекло резкое ухудшение его самочувствия. Около года он находился в состоянии нестабильности, что причиняло сильные душевные и нравственные страдания. Также во время уголовного преследования у него пропал аппетит, он плохо спал, нервничал из-за допросов, после вызовов следователя у него было плохое самочувствие, он стал вспыльчивым, неуравновешенным. В период уголовного преследования у него возникали проблемы с устройством на работу, как на территории Курганской области, так и на территории других районов, что повлияло на нестабильную материальную составляющую. Элементарное устройство в качестве охранника, требовало наличие соответствующего удостоверения. При наличии возбужденного уголовного дела, получение данного удостоверения не представлялось возможным. Находясь в статусе безработного, он был лишен права на элементарные блага. Было затруднено исполнение кредитных обязательств, а также оплата коммунальных услуг. Просит взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации 1000000 руб. в счет возмещения компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности. 

Истец ФИО1 в судебном заседании на исковых требованиях настаивал по доводам, изложенным в исковом заявлении.

Представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации по доверенности ФИО2 с иском не согласился полностью.

Представитель третьего лица прокуратуры Курганской области по доверенности ФИО3 с иском согласилась в части. Пояснила, что заявленная истцом сумма завышена и не отвечает требованиям разумности и соразмерности. 

Третье лицо ФИО4 в судебное заседание не явился, о месте и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом, в заявлении просил рассмотреть дело без его участия, с иском не согласился. 

Представитель третьего лица следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Курганской области в судебное заседание не явился, о месте и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом, в письменном отзыве на иск просил рассмотреть дело без его участия. Указал, что размер компенсации морального вреда должен отвечать требованиям разумности и справедливости. 

Заслушав истца, представителя ответчика, представителя третьего лица, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему. 

В соответствии со ст. 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или должностных лиц.

Согласно ст. 8 Всеобщей декларации прав человека, принятой Генеральной Ассамблеей ООН 10 декабря 1948 года, каждый человек имеет право на эффективное восстановление в правах компетентными национальными судами в случаях нарушения его основных прав, предоставленных ему конституцией и законом. 

Частью 1, п. 3 ч. 2 ст. 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее – УПК РФ) установлено право на реабилитацию, которое включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части первой статьи 27 настоящего Кодекса.

Частью 2 ст. 136 УПК РФ предусмотрено, что иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.

Из материалов дела следует, что постановлением следователя Мишкинского межрайонного следственного отдела следственного управления Следственного комитете Российской Федерации по Курганской области ФИО4 от 7 мая 2018 г. возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного п. «г» ч. 2 ст. 112 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее – УК РФ) в отношении ФИО15., ФИО1 (умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью, не опасного для жизни человека и не повлекшего последствий, указанных в ст. 111 УК РФ, но вызвавшего длительное расстройство здоровья или значительную стойкую утрату общей трудоспособности менее чем на одну треть, совершенное группой лиц).

В ходе предварительного расследования уголовного дела ФИО1 был дважды допрошен в качестве подозреваемого: 25 июня 2018 г. и 5 сентября 2018 г. 

Также с участием ФИО1 была проведена проверка показаний на месте 27 сентября 2018 г. 

Мера пресечения в отношении ФИО1 не избиралась.

Постановлением следователя по особо важным делам отдела по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Курганской области ФИО16 от 29 апреля 2019 г. уголовное преследование в отношении ФИО1 прекращено по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 27 УПК РФ, в связи с непричастностью к совершению преступления, предусмотренного п. «г» ч. 2 ст. 112 УК РФ, в связи с которым было возбуждено уголовное дело. В соответствии со ст. 134 УПК РФ за ФИО1 признано право на реабилитацию и разъяснен порядок возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием.

Из пояснений ФИО1 следует, что прокурором ему принесены устные извинения.

Согласно положениям п. 1 ст. 1070, ст. 1071, абз. 3 ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда, причиненного гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, производится независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда и осуществляется за счет средств казны Российской Федерации.

Из разъяснений, приведенных в п. 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2011 № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», следует, что к участию в делах по требованиям реабилитированных о возмещении имущественного вреда в качестве ответчика от имени казны Российской Федерации привлекается Министерство финансов Российской Федерации. Интересы Министерства финансов Российской Федерации в судах представляют по доверенности (с правом передоверия) управления Федерального казначейства по субъектам Российской Федерации.

В силу положений ст. 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, с учетом разъяснений, содержащихся в п. 21 приведенного выше постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.

Учитывая, что незаконное привлечение гражданина к уголовной ответственности умаляет широкий круг его прав и гарантий, предусмотренных Конституцией Российской Федерации, в частности, достоинство личности (статья 21) право на свободу и личную неприкосновенность (статья 22), право на неприкосновенность частной жизни, защиту своей чести и доброго имени (статья 23), лица, имеющие право на реабилитацию, во всех случаях испытывают нравственные страдания, в связи с чем факт причинения им морального вреда предполагается.

Принимая во внимание, что в отношении ФИО1 имело место незаконное уголовное преследование, суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для удовлетворения иска и необходимости возложения на казну Российской Федерации обязанности компенсации морального вреда.

При определении размера денежной компенсации, судом учитываются фактические обстоятельства дела, данные о личности истца, его индивидуальные особенности, психологическое состояние, возраст, семейное положение, длительность периода уголовного преследования, его процессуальный статус по уголовному делу, отсутствие избрания в отношении него меры пресечения, а также требования разумности и справедливости.

При этом доводы истца о том, что привлечение его к уголовной ответственности ухудшило его состояние здоровья, а также являлось основанием для отказа ему в принятии на работу, судом не принимаются, так как они не подтверждаются предоставленными суду доказательствами. 

Учитывая изложенное, суд определяет размер компенсации морального вреда в сумме 20000 руб. 00 коп.

Руководствуясь ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации о компенсации морального вреда удовлетворить в части.

Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 20000 руб. 00 коп.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Курганский областной суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи жалобы через Мишкинский районный суд Курганской области.

Мотивированное решение изготовлено 21 января 2020 года.

Судья Е.Г. Клещ