Дело № 2-116/2021

УИД 18RS0023-01-2020-002066-56

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

30 марта 2021 года г. Сарапул УР

Решение принято в окончательной форме 30.04.2021 года.

Сарапульский городской суд Удмуртской республики в составе:

председательствующий судья Косарев А.С., 

при секретаре Елесиной А.Е.,

с участием представителя истца ФИО5,

представителя ответчиков ФИО6,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО4 к ФИО3, ФИО1 о взыскании неосновательного обогащения,

установил:

ФИО4 обратился в Сарапульский городской суд с иском к ФИО3, ФИО1 о взыскании неосновательного обогащения (л.д. 5-7).

Исковые требования мотивированы следующим.

Весной 2014 г. он назначен настоятелем Прихода святых мучеников Флора и Лавра (Храм находится 

<

адрес>). С того времени и по настоящее время он проживает в доме по адресу: 

<

адрес>. Этот дом предоставлен ему для проживания Ижевской и Удмуртской епархией, ключи от дома ему передал предыдущий настоятель ФИО2 через руководителя церковного хора ФИО16, которая проживает в 

<

адрес>. ФИО2 проживал там с 2007 г. в связи со службой и выбыл оттуда в связи с назначением в Мало-Дивеевский Серафимовский монастырь в 

<

адрес>. За проживание с него никто, в том числе ФИО2, не требовал, он платил коммунальные услуги (холодное водоснабжение, электроэнергия, газ).

На момент вселения он не знал, кто является собственником дома, но учитывая, что жить и служить его туда направил Епископ Сарапульский, Можгинский и Глазовский Викторин, он полагал, что дом принадлежит Епархии.

Дом был старый, крыша ветхая, забор повалился, т.е. дом нуждался в капитальном ремонте. Он планировал в д. Шадрино оставаться на службе много лет, поэтому решил сделать капитальный ремонт.

Он спросил у предыдущего настоятеля ФИО2 кто сможет сделать ему ремонт крыши и он посоветовал обратиться к местной жительнице ФИО7, т.к. у них с мужем есть своя пилорама и специалисты по строительству.

В целях обеспечения сохранности дома и земельного участка и поддержания их в надлежащем состоянии, он обратился к ФИО8 и они заключили договор от 22.06.2015 г. о ремонте крыши (демонтаж шифера и частично обрешетки, монтаж обрешетки и профнастила) и обшивке дома виниловым сайдингом. В течение 2 месяцев все работы по договору были произведены. Расчет он произвел наличными в сумме 139747 руб. согласно графику: 22.06.2015 г. передал ФИО8 39 000 руб., 15.07.2015 г. – 52 000 руб., 06.08.2015 г. – 48747 руб.

По договору от 14.08.2016 г. работники ФИО8 демонтировали старый и поставили новый забор и калитку за 19 000 руб.

По договору от 11.05.2019 г. работники ФИО8 демонтировали старый туалет, закопали выгребную яму и построили новый туалет с выгребной ямой, хозблок и душ за 9000 руб.

Оригиналы договоров не сохранились, поэтому они их распечатали и подписали заново 15.06.2020 г. после того, как узнали, что дом переходит к наследникам и продается.

Чтобы сделать ремонт он пользовался кредитными средствами в банках: у него была кредитная карта Сбербанка, которая была выдана 21.12.2013 г. с кредитным лимитом более 100 000 руб., 10.12.2015 г. он брал кредит в Быстробанке на сумму 299 181 руб., брал кредиты в других банках.

Примерно за год до смерти (в 2018 г.) ФИО2 передал ему документы на дом (свидетельства о регистрации права собственности на землю и на дом, техпаспорт, письмо в Белкамнефть с просьбой оказать благотворительную помощь на покупку дома для настоятеля). Тогда он понял, что дом оформлен не на Епархию, а на ФИО2, который ему сказал, что нужно сходить в МФЦ и переоформить дом в собственность Прихода святых мучеников Флора и Лавра, они с ним планировали это сделать, но не успели в связи с его смертью.

В июне 2020 г. к нему обратились женщина и мужчина, представились сестрой и племянником ФИО2 (он умер осенью 2019 г.) – ФИО3 и Свидетель №1, и сказали, что они его наследники и дом будут продавать, поэтому ему нужно дом освободить. Для него это было неожиданностью, он сказал наследникам, что дом был куплен для Прихода на деньги прихожан, что был сделан капитальный ремонт, что дом фактически принадлежит Приходу, но они его слушать не стали, сказали, что у них наследство по закону.

Считает, что с ответчиков в его пользу солидарно подлежит взысканию неосновательное обогащение в общей сумме 167 747 руб.

Истец ФИО4 в суд не явился, был извещен о времени и месте судебного заседания надлежащим образом.

Представитель истца, ФИО9, действующий на основании нотариальной доверенности, исковые требования поддержал, привел доводы, аналогичные изложенным в иске.

Ответчик ФИО3 в суд не явилась, была извещена о времени и месте судебного заседания надлежащим образом. Ответчик представила письменные возражения на иск и письменно заявила о применении срока исковой давности (л.д. 96-99).

Ответчик ФИО1 в суд не явилась, была извещена о времени и месте судебного заседания надлежащим образом. Ответчик представила письменные возражения на иск и письменно заявила о применении срока исковой давности (л.д. 96-99).

Представитель ответчика ФИО3, ФИО6, действующая на основании устного ходатайства, с иском не согласилась, поддержала ходатайство ответчика о применении срока исковой давности.

Представитель ответчика ФИО1, ФИО6, действующая на основании нотариальной доверенности, с иском не согласилась, поддержала ходатайство ответчика о применении срока исковой давности.

В письменном ходатайстве о применении срока исковой давности ответчики указали на следующее. 3-летний срок исковой давности, предусмотренный ст. 196 ГК РФ, истцом пропущен. Поскольку истец обратился в суд за пределами срока исковой давности и юридические процедуры по оформлению открытого наследства не повлекли изменение или приостановление сроков исковой давности, ответчики считают, что иск не подлежит удовлетворению. Поскольку срок пропущен в отношении наследодателя, к наследникам истец уже не вправе предъявлять требования, поскольку в соответствии со ст. 201 ГК РФ перемена лиц в обязательстве не влечет изменения срока исковой давности и порядка его исчисления. Истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абз. 2 п. 2 ст. 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца – физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

В соответствии со ст. 167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие неявившихся участников процесса, извещенных о времени и месте судебного разбирательства.

Выслушав участников процесса, показания свидетелей, исследовав письменные материалы дела, оценив и проверив все доказательства в совокупности, суд считает, что исковые требования ФИО4 удовлетворены быть не могут, исходя из следующего.

Материалами дела подтверждаются следующие обстоятельства.

Согласно свидетельству о государственной регистрации права 18 АА №, выданному 24.12.2007 г., ФИО2 являлся собственником жилого дома с хоз.пристроем, тамбуром, конюшней, назначение: жилое, 1-этажный, общей площадью 24,5 кв.м., расположенного по адресу: 

<

адрес> (л.д. 10).

В соответствии со свидетельством о государственной регистрации права 18АА №, выданным 24.12.2007 г., ФИО2 являлся собственником земельного участка, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: личное подсобное хозяйство, общей площадью 1300 кв.м., расположенного по адресу: 

<

адрес> (л.д. 11).

Из технического паспорта, составленного по состоянию на 14.01.2004 г., следует, что по адресу: 

<

адрес>, находится жилой дом с холодным пристроем и тамбуром общей площадью 24,5 кв.м., и хозяйственные постройки: сарай, конюшня, туалет (л.д. 151-157).

По запросу суда нотариусом нотариального округа город Сарапул ФИО10 представлены копии наследственного дела после смерти ФИО2.

ФИО2 умер 10.09.2019 г., что подтверждается свидетельством о смерти (бланк II-НИ №, л.д. 73).

ФИО3 приняла наследство после смерти ФИО2 (брата), что подтверждается ее заявлением, поданным 06.02.2020 г. нотариусу нотариального округа город Сарапул ФИО10 (л.д. 73). В качестве наследственного имущества в заявлении указаны земельный участок и жилой дом по адресу: 

<

адрес>.

ФИО1 приняла наследство после смерти ФИО2 (брата), что подтверждается ее заявлением, поданным 07.02.2020 г. нотариусу нотариального округа город Сарапул ФИО10 (л.д. 74). В качестве наследственного имущества в заявлении указаны земельный участок и жилой дом по адресу: 

<

адрес>.

Согласно договору купли-продажи земельного участка с жилым домом от 26.11.2007 г. ФИО2 приобрел у ФИО11 земельный участок площадью 1300 кв.м. и размещенный на нем жилой дом с хоз.постройками по адресу: 

<

адрес> (л.д. 77).

Право собственности ФИО2 на земельный участок и жилой дом зарегистрировано в уполномоченном органе, что подтверждается отметкой на договоре, свидетельствами о государственной регистрации права №, выписками из ЕГРН (л.д. 77,78,79).

Решениями Сарапульского городского суда УР от 07.10.2020 года установлены родственные отношения между умершим ФИО2, ФИО3 и ФИО1, признано, что ФИО3 и ФИО1 приходятся родными сёстрами умершему ФИО2 Решения суда вступили в законную силу 17.11.2020 года.

Согласно договору подряда № 2206 от 22.06.2015 г. (л.д. 43-45), заключенному между ФИО4 (заказчик) и ИП ФИО7 (подрядчик), подрядчик обязался по заданию заказчика выполнить следующие виды работ: монтаж винилового сайдинга белого цвета, монтаж цокольного сайдинга с подготовительными работами, замена кровельного покрытия (демонтаж старого кровельного покрытия – шифера, монтаж профнастила цвет –цинк) по адресу: 

<

адрес>.

В соответствии с п. 5.1 договора стоимость работ устанавливается сметой (Приложение № 1 к договору).

Из Приложения № 1 к договору подряда (л.д. 46) усматривается, что стороны договора составили сводный сметный расчет на общую сумму 139 747 руб.

Из акта сдачи-приемки работ к договору подряда № 2206 от 22.06.2015 г. следует, что заказчик принял 04.08.2015 г. выполненные по договору работы (л.д. 47).

Согласно квитанции к приходному кассовому ордеру от 22.06.2015 г. истец оплатил ИП ФИО7 денежные средства в сумме 39 000 руб.; 52000 руб. оплачены истцом ИП ФИО7 по квитанции к приходному кассовому ордеру от 15.07.2015 г., и 48747 руб. оплачены истцом ИП ФИО7 по квитанции к приходному кассовому ордеру от 06.08.2015 г. (л.д. 65).

Согласно договору оказания услуг № 16 от 14.08.2016 г. (л.д. 50), заключенному ИП ФИО7 (исполнитель) и ФИО4 (заказчик), исполнитель обязался по заявке заказчика оказать услуги по изготовлению и монтажу забора с калиткой из материала исполнителя с демонтажем старого забора, а заказчик обязался оплатить эти услуги. 

В соответствии с п. 4.1 договора стоимость работ составила 19 000 руб.

Из акта сдачи-приемки работ к договору подряда № 16 от 14.08.2016 г. следует, что заказчик принял 01.09.2016 г. выполненные по договору работы (л.д. 51).

В счет договора истцом ИП ФИО7 оплачено по квитанции к приходному кассовому ордеру от 14.08.2016 г. 9000 руб., от 01.09.2016 г. – 10 000 руб. (л.д. 65).

Из договора оказания услуг № 38 от 11.05.2019 г. (л.д. 41) следует, что он был заключен ИП ФИО7 (исполнитель) и ФИО4 (заказчик).

Согласно п. 1.1 договора исполнитель обязуется по заявке заказчика оказать услуги по демонтажу старого деревянного туалета с закопкой выгребной ямы и монтаж нового хозблока с туалетом и душевой (в работы включены земельные работы по устройству выгребной ямы) из бывших в употреблении материалов заказчика, а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

В соответствии с п. 4.1 договора стоимость работ составила 9000 руб.

Из акта сдачи-приемки работ к договору № 38 от 11.05.2019 г. усматривается, что заказчик принял 23.05.2019 г. выполненные по договору работы (л.д. 42).

В счет договора истцом ИП ФИО7 оплачено по квитанциям к приходным кассовым ордерам: 11.05.2019 г. – 3000 руб., 23.05.2019 г. – 6000 руб. (л.д. 65).

Истец просил суд взыскать с наследников ФИО2 – ФИО3 и ФИО1 (его сестер), принявших наследство, солидарно неосновательное обогащение в общей сумме 167 747 руб., которое состоит из сумм, уплаченных им по договорам подряда и оказания услуг (39 000 руб., 52 000 руб., 48 747 руб., 19 000 руб., 9000 руб.).

В соответствии с положениями ч. 1 ст. 12, ч. 1 ст. 56 ГПК РФ - правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон; каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Согласно ст. 60 ГПК РФ обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

Судом в ходе рассмотрения дела неоднократно распределялось бремя доказывания сторонам.

Ответчики в ходе рассмотрения дела по существу письменно заявили о применении срока исковой давности (л.д. 97).

Общий срок исковой давности в силу ст. 196 ГК РФ составляет три года.

В соответствии со ст. 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В соответствии со ст. 201 ГК РФ перемена лиц в обязательстве не влечет изменения срока исковой давности и порядка его исчисления.

Как следует из иска ФИО4, пояснений его представителя в суде, он перечислил денежные суммы якобы за ремонт дома ФИО2 ИП ФИО7: 22.06.2015 г. 39 000 руб.; 15.07.2015 г. - 52000 руб.; 06.08.2015 г. - 48747 руб.; 14.08.2016 г. - 9000 руб.; 01.09.2016 г. – 10 000 руб.

Согласно п. 1 ст. 200 ГК РФ (в редакции, действовавшей на день указанных выше правоотношений - июнь, июль, август 2015 г.), течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

В силу разъяснений, изложенных в п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 12.11.2001 № 15, Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 15.11.2001 г. № 18 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" (в редакции, действовавшей на день указанных выше правоотношений – июнь, июль, август 2015 г.), в соответствии со ст. 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права, независимо от того, кто обратился за судебной защитой: само лицо, право которого нарушено, либо в его интересах другие лица в случаях, когда закон предоставляет им право на такое обращение (статьи 41, 42 ГПК РСФСР, статьи 41, 42 АПК РФ).

Согласно п. 1 ст. 200 ГК РФ (в редакции, действовавшей на день указанных выше правоотношений – август, сентябрь 2016 г.), если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

В силу разъяснений, изложенных в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", в соответствии со ст. 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Исходя из указанной нормы под правом лица, подлежащим защите судом, следует понимать субъективное гражданское право конкретного лица. Если иное не установлено законом, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (п. 1 ст. 200 ГК РФ).

Истец вносил денежные средства по договорам подряда и оказания услуг в 2015 и 2016 г.г. Перечисление им денежных средств состоялось 22.06.2015 г.; 15.07.2015 г.; 06.08.2015 г.; 14.08.2016 г.; 01.09.2016 г. Следовательно, предусмотренный ст. 196 ГК РФ трехлетний срок для защиты права истек, соответственно, 22.06.2018 г., 15.07.2018 г.; 06.08.2018 г.; 14.08.2019 г.; 01.09.2019 г. С исковым заявлением, согласно отметке суда на исковом заявлении, ФИО4 обратился 11.08.2020 г., то есть по истечении срока исковой давности.

С ходатайством о восстановлении срока истец к суду не обращался. 

Гражданские правоотношения основываются на принципе добросовестности, предполагается, что гражданин добросовестно использует принадлежащие ему права.

Судом установлено, что право собственности ФИО2 на жилой дом и земельный участок были зарегистрированы в установленном законом порядке в 2007 г. В 2015 г., 2016 г. истцу не могло быть неизвестно о наличии права собственности ФИО2 на указанное имущество, поскольку, исходя из той степени заботливости и добросовестности, которую он должен был проявить, он мог получить информацию о праве собственности ФИО2 из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество, который носит открытый характер и сведения из которого предоставляются любому гражданину.

Таким образом, истечение срока исковой давности является основанием к вынесению судом решения об отказе истцу в иске в этой части.

Что касается исковых требований истца о взыскании солидарно с ответчиков неосновательного обогащения в сумме 9000 руб., которые истец заплатил по договору оказания услуг № 38 от 11.05.2019 г. (за демонтаж старого деревянного туалета с закопкой выгребной ямы и монтаж нового хозблока с туалетом и душевой, включая земельные работы по устройству выгребной ямы), суд приходит к следующему.

В соответствии с п. 2 ст. 1 ГК РФ граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. 

Согласно п. 1 ст. 9 ГК РФ граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

Обязательства вследствие неосновательного обогащения регулируются главой 60 ГК РФ.

В соответствии со ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение). Правила, предусмотренные главой 60 ГК РФ (Обязательства вследствие неосновательного обогащения) применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли. 

По смыслу указанной нормы права, обязательства из неосновательного обогащения возникают при одновременном наличии трех условий: факта приобретения или сбережения имущества, приобретение или сбережение имущества за счет другого лица и отсутствие правовых оснований неосновательного обогащения, а именно: приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого лица не основано ни на законе, ни на сделке. 

Недоказанность одного из этих обстоятельств является достаточным основанием для отказа в удовлетворении иска. 

Таким образом, в соответствии с особенностью предмета доказывания по делам о взыскании неосновательного обогащения и распределением бремени доказывания, на истце лежит обязанность доказать, что на стороне ответчика имеется неосновательное обогащение (неосновательно получено или сбережено имущество); обогащение произошло за счет истца; размер неосновательного обогащения; невозможность возврата неосновательно полученного или сбереженного в натуре. В свою очередь, ответчик должен доказать отсутствие на его стороне неосновательного обогащения за счет истца, либо наличие обстоятельств, исключающих взыскание неосновательного обогащения, предусмотренных статьей 1109 ГК РФ.

В силу п. 4 ст. 1109 ГК РФ не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности. 

По смыслу данной нормы, не подлежит возврату в качестве неосновательного обогащения денежная сумма, предоставленная во исполнение несуществующего обязательства.

Следовательно, обязанность доказать наличие указанных выше обстоятельств, освобождающих от обязанности возвратить неосновательное обогащение, в частности, того, что имущество или денежные средства предоставлены во исполнение несуществующего обязательства, возлагается на приобретателя таких денежных средств, в данном случае в отсутствие наследодателя на его наследников (ответчиков по настоящему гражданскому делу).

В письменном возражении по иску ответчики указали на следующее: их брат ФИО2 был назначен по совместительству настоятелем местной православной религиозной организации Прихода святых Флора и Лавра в 

<

адрес>; в связи с отсутствием жилого помещения по месту нового назначения ФИО2 приобрел в 2007 г. жилой дом в д. 

<

адрес>, отремонтировал его и проживал в доме до марта 2014 г.; в дом заселился истец, однако ФИО2 остался собственником дома; их брат не получал от истца никаких документов, подтверждающих извещение его как собственника дома о «неудовлетворительном» состоянии дома, истец не представил каких-либо документов, разрешающих ему проведение каких-либо работ в доме и на участке, принадлежащих ФИО2; истцом не представлено какой-либо документации, свидетельствующей о нуждаемости дома в капитальном ремонте, поскольку на день выезда ФИО2 дом был отремонтирован и пригоден для жилья.

В соответствии со ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Согласно ст. 210 ГК РФ собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не установлено законом или договором.

Судом установлено, что собственником жилого дома и земельного участка по адресу: 

<

адрес> по день смерти (10.09.2019 г.) являлся ФИО2 Довод истца о том, что указанное имущество принадлежит религиозной организации не нашел своего подтверждения в ходе судебного разбирательства, не был подтвержден истцом какими-либо относимыми и допустимыми доказательствами, этот довод истца носил голословный и декларативный характер.

В свою очередь, из текста искового заявления следовало, что «примерно за год до смерти, т.е. в 2018 г. ФИО2 передал истцу документы на дом (свидетельства о регистрации права собственности на землю и на дом, техпаспорт, письмо в Белкамнефть с просьбой оказать благотворительную помощь на покупку дома для настоятеля)». Копии свидетельств о государственной регистрации права собственности ФИО2 на дом и земельный участок истец приложил к иску. Наличие у истца документов на дом и земельный участок подтверждено пояснениями его представителя в судебном заседании 10.11.2020 г. (л.д. 85).

Таким образом, на день подписания истцом договора оказания услуг № 38 от 11.05.2019 г. и на день внесения истцом денежных средств за выполненные по договору работы - 11.05.2019 г. (3000 руб.), 23.05.2019 г. (6000 руб.) истцу достоверно было известно, что у объекта недвижимости (жилого дома) и у земельного участка (на котором расположен жилой дом и хозяйственные постройки) имеется собственник и что у истца отсутствуют какие-либо обязательства по содержанию (в том числе, ремонту) жилого дома. Производство работ по ремонту хозяйственных построек должны были согласовываться с собственником имущества (ФИО2). Следовательно, денежные средства в сумме 9000 руб. были внесены истцом добровольно и сознательно во исполнение несуществующего для него обязательства, о чем он знал и не мог не знать.

Суд соглашается с доводами ответчиков, приведенными в письменном возражении на иск, поскольку они нашли подтверждение в ходе рассмотрения дела и соответствуют нормам действующего гражданского закона.

Следовательно, ответчики представили суду доказательства того, что на день оплаты истцом денежных средств в сумме 9000 руб. у него не было каких-либо обязательств перед наследодателем ответчиков ФИО2, в счет которых он должен был вносить денежные средства, денежные средства истцом перечислены без каких-либо обязательств перед собственником имущества ФИО2, о чем истец не мог не знать в момент внесения этих денежных средств. 

Указанные денежные суммы (3000 руб. и 6000 руб.), внесенные истцом 11.05.2019 г. и 23.05.2019 г. по своей правовой природе являются неосновательным обогащением, однако в соответствии с ч. 4 ст. 1109 ГК РФ не подлежат возврату ответчиками, как наследниками имущества ФИО2, поскольку судом установлено, что эти денежные суммы предоставлены истцом при жизни ФИО2 во исполнение несуществующего обязательства и приобретатель (ответчики по иску, как наследники ФИО2, принявшие наследство после его смерти) доказали, что истец, требующий возврата этих денежных средств, знал об отсутствии обязательства исходя из существа сложившихся между сторонами взаимоотношений. Иное истцом в суде не было доказано.

При таких обстоятельствах оснований для солидарного взыскания суммы неосновательного обогащения с ответчиков в размере 9000 руб. не имеется, по указанным основаниям в иске в этой части надлежит отказать.

Поскольку судом отказано истцу во взыскании неосновательного обогащения по сроку исковой давности по денежным суммам 39 000 руб., 52000 руб., 48747 руб., 9000 руб., 10 000 руб., то суд не дает какой-либо оценки доводам сторон и представленным ими письменным документам о выполнении тех или иных работ ФИО2 или ФИО4 по ремонту дома в период с 2014 г. по 2016 г., как и показаниям свидетелей об этом, поскольку эти обстоятельства не имеют правового значения для разрешения иска по существу в этой части.

На основании изложенного, исковые требования ФИО4 к ФИО3, ФИО1 о взыскании солидарно неосновательного обогащения не могут быть удовлетворены, в иске надлежит отказать в полном объеме.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО4 к ФИО3, ФИО1 о солидарном взыскании суммы неосновательного обогащения в размере 167 747 рублей – отказать в полном объёме.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Удмуртской Республики в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме, через Сарапульский городской суд УР.

Судья Косарев А.С.